Стук молота

      Возле стадиона образовалась пробка из-за того, что весь правый ряд был забит служебными машинами. Саске припарковался, где смог, забив на ПДД. Возле желтой ленты с разных сторон столпились горожане. Стоял Рок Ли в зеленой куртке, записывая на камеру репортаж. К Наруто и Саске сразу направился следователь из восточного участка.       — Старший следователь восточного участка, Эбису, — представился следак. — Убитый — Хидан. Тот самый Хидан, прикиньте? — усмехнулся он. Саске посмотрел за ленту: тело находилось на голой земле, от вчерашнего дождя почва размякла, и ее усеивали следы ботинок. Но поскольку место убийство представляло из себя небольший зеленой уголок перед стадионом, Саске не сомневался, что все следы оставили полицейские, скрыв след убийцы, если он там был. — Тело мы осмотрели. Судмедэксперт уже приезжал — смерть от резаной раны на шее, примерно около двух часов ночи. Криминалисты в пути. При убитом мы нашли телефон и направили его на экспертизу, — Наруто с усталым видом оглянулся на Саске. — А еще мы арестовали подозреваемого.       — Какого подозреваемого? — одновременно спросили Наруто и Саске.       Следователь улыбнулся.       — Не факт, конечно, что это точно она. Пойдемте, она еще здесь, — он направился к полицейскому фургону. — Но убийцы часто так делают — сами сообщают в полицию об убийстве, чтобы снять с себя подозрения.       В фургоне сидела испуганная и заплаканная женщина средних лет. Тут же рядом с микрофоном в руке вырос Рок Ли.       — Господин Узумаки, господин Учиха, не могли бы вы прокомментировать задержание? Действительно женщина с таким телосложением могла сделать удушающий захват господину Сасори?       — Нет, не могла, — процедил Наруто, убийственным взглядом глядя на следователя. — Это недоразумение сейчас же будет исправлено, и госпоже будут принесены извинения капитаном восточного участка, — он пошел к месту убийства, и Рок Ли увязался за ним.       — Немедленно отпустите ее, — рявкнул Саске. — И сделайте нам и городу одолжение: сегодня же сдайте значок.       — Но… — начал Эбису, но хватило одного взгляда Саске, чтобы он расхотел спорить.       Наруто осматривал труп Хидана. Саске тоже окинул его взглядом и вдруг, когда он увидел лицо, в голове что-то щелкнуло. Саске подошел ближе и присел на корточки. Помутневшие открытые глаза ничего не выражали. Саске сглотнул.       Он видел эти глаза буквально вчера. Они выражали столько всего. Злость, досаду, насмешку, уверенность в себе. Целый калейдоскоп эмоций и чувств. Теперь в них ничего не осталось. Пустые, мертвые хрусталики. Рот был равнодушно приоткрыт. Словно это не он вчера матерился, ругался и рассказывал им о своем друге.       — Да, видеть убитым кого-то, с кем успел хоть немного пообщаться — это совсем другая история, — Наруто присел рядом с Саске, тоже всматриваясь Хидану в лицо.       Саске отвел взгляд и встал.       — Нам нужно было установить за ним слежку. Мы же знали, что он попадает под профиль жертв.       — Тебе его жалко? — с любопытством спросил Наруто, тоже встав и заглянув Саске в лицо.       — Мне его не жалко, — отрезал Саске. — Он убийца и мудак. Но это неправильно. Так не должно быть. Он должен был сесть в тюрьму, а не торчать здесь, — Саске оглянулся, — на потеху публике. Зачем они вообще стоят и смотрят на труп? Им весело?       — Народ требует хлеба и зрелищ, — протянул Наруто. — Даже если это аморально. У меня, наверное, тоже уже профдеформация. Я смотрю на него и ничего не чувствую. Открой интервью с женой чувака, которого Хидан зарезал. Тебе тоже полегчает.       — Почему я должен хотеть, чтобы мне полегчало? — произнес Саске. — Кому-то же должно быть не все равно.       Боковым зрением он видел, что Наруто смотрит на него, и повернулся. Наруто улыбнулся.       — Что?       — Ничего, — ответил Наруто. — Ты часто бесишь меня, но я рад, что ты мой напарник.       Саске не знал, как на это реагировать, поэтому просто перевел тему.       — Эти придурки тут все затоптали.       — Да, — вздохнул Наруто. — Сомневаюсь, конечно, что убийца мог так проколоться и оставить отпечаток ноги, но я бы хотел посмотреть, как он заметает следы. Я глянул — волосы срезаны так же, как у первых двух жертв. Пластиковые затяжки на руках. Видимых улик снова нет. Учитывая, что ночью срывался дождь, невидимых, думаю, тоже не будет. А, они еще и телефон забрали, — простонал, вспомнив он. — Они минимум две недели будут его просматривать.       — А нельзя никак у них его забрать? Наруто задумался, а потом закивал.       — Пойдем к Какаши, пусть разъебет всех в этом восточном. Сегодня, конечно, вряд ли вернут, но, может, завтра.       — Я вот думаю, — произнес Саске. — Главный вопрос ведь сейчас совсем другой, — Наруто вопросительно взглянул на него. — Прошло всего пару с небольшим недель с прошлого убийства. Вчера мы решили арестовать Хидана. А сам Хидан решил сбежать. Это совпадение — что убийца добрался до него прежде, чем что-либо из этого произошло?       — Я не верю в такие совпадения, — решительно качнул головой Наруто. — Мне уже тоже приходило это в голову, но я еще не успел как следует это обдумать.       — Раз Хидан вчера навострил лыжи, то он однозначно рассказал своим о том, что с боями надо залечь на дно. Это сужает круг поиска. Надо искать среди тех, кто знал о том, что он собирается уехать.       — Ты правда думаешь, что среди дружбанов Хидана есть кто-то, кто способен на то, что делает убийца? Ставлю рот Эбису, что они максимум могут по пьянке забить кого-то или старушку ограбить.       — Какудзу тоже был дружбаном Хидана, — напомнил Саске. — И ему хватало мозгов, чтобы полиция им даже не интересовалась, пока он убивал.       — Так и я об этом, — сказал Наруто. — Кого он убивал? Старушек и людей при смерти? Совсем не тот масштаб. Но согласен, конечно, что надо всех проверить. В конце концов, кто-то из его друзей мог просто передать инфу дальше.       — Правда, может быть и так, что убийца просто наблюдал за ним уже какое-то время. — добавил Саске. — Он мог видеть нас вчера возле дома Хидана или… не знаю, может, он успел Хидану домой прослушку поставить. Или хакнул его телефон.       — Мы все проверим, — кивнул Наруто. — Но сначала пробей, какая машина оформлена на Хидана.       — Думаешь, она должна быть тут? — спросил Саске, доставая телефон.       — И Сасори, и Какудзу приехали к месту убийства сами. Думаю, здесь то же самое.       — Черный джип, — нашел Саске.       — Пойдем поищем, — выдвинулся Наруто.       — Стой, — окликнул его Саске. — У меня есть идея получше, — он подошел к следователю из восточного, с печальным видом слоняющемуся возле фургона. — Скажите всем своим, пусть ищут вот этот автомобиль, — он показал марку и номер. — Он должен быть в пределах пары кварталов.       — Сделаем, — заторопился Эбису.       — А мне нравится ход твоих мыслей, — подошел к нему Наруто.       — Слишком много комплиментов за одно утро, — вздохнул Саске. — Остановись, пока я не подумал, что ты заболел.       Наруто рассмеялся.       Автомобиль Хидана нашелся совсем неподалеку. Черный джип с белым изображением револьвера сзади и надписью “Патроны дорогие… предупредительного выстрела не будет”.       — Я вас очень прошу — проверьте здесь каждый миллиметр, — обратился Наруто к криминалистам. — Не может такого быть, чтобы этот ублюдок не оставил ни единого волоска. Нам позарез нужно найти что-то, пусть даже малюсенькую клеточку кожи. Если что-то найдете, сообщайте напрямую мне или Саске.       — Камер не вижу, — сказал ему, оглядевшись, Саске.       — Плохо, — ответил Наруто. — Давай попробуем пройти тем же путем, что и они несколько часов назад. Может, что-то обнаружим.       Чтобы дойти до места убийства нужно было пройти пару зданий и перейти дорогу. За деревьями с дороги ничего не было видно, так что из проезжающего мимо случайного автомобиля никто ничего бы не разглядел.       — И все же он рисковый, — сказал Саске. — Он выбирает такие публичные места, но ведь всегда есть вероятность, что ночью кому-то не спится.       — Чисто теоретически кто-то мог что-то видеть, — ответил Наруто. — Вопрос только в том, сможет ли он связать два плюс два и обратится ли к нам. В радиус камеры это место точно не попадает, — кивнул он на камеру возле входа на стадион.       К вечеру ни одной новой зацепки у них не появилось. Криминалисты осмотрели машину, но развели руками, найдя лишь револьвер на заднем сидении, который тут же отправили на экспертизу, но, с вероятностью в девяносто девять процентов, он принадлежал самому Хидану. Рассерженный отсутствием хоть какого-то продвижения, Наруто нацепил защитный костюм и сам ее всю облазил, но рассердился только еще больше, ничего не обнаружив. Какаши обещал вернуть телефон завтра. А Шикамару отследил маршрут движения джипа.       — Он сначала поехал к северному вокзалу, — сказал Наруто, посмотрев метки на карте. — Стоял там где-то час. А потом поехал к стадиону.       — И около двух его убили, — произнес Саске.       — Шикамару сказал, что они смотрели вместе с Темари, но убийца не попал ни на одну камеру. Везде       видно, что за рулем сидит Хидан, а кресло рядом пустое.       — Сидел сзади точно так же, как и в машине Какудзу.       Осмотр дома Хидана результатов не принес. Фуу, которой о его смерти сообщили утром, все время плакала. Пока криминалисты делали свою работу, она ходила за Наруто и Саске, почему-то решив, что они хорошие слушатели, и рассказывала о том, каким замечательным был Хидан.       — И что же мне теперь делать? — всхлипнула она.       — Найти себе не-уголовника и жить счастливо, — без задней мысли ответил Саске, рассматривая коллекцию оружия, которую нашли в шкафу спальни.       Наруто вытаращил на него глаза, а Фуу даже на секунда замолчала.       — Хидан — прекрасный человек, — снова заплакала она.       — Конечно, — закивал Наруто, — мы очень сочувствуем вашей утрате. Ужасная трагедия.       Саске отошел от греха подальше. Он выглянул в окно. Собак Хидана уже посадили по клеткам, и теперь они истошно лаяли и рычали.       — Ну ты даешь, — фыркнул ему на ухо Наруто. — Разве можно такие вещи скорбящей девушке говорить?       Саске нахмурился.       — Хидан раза в два старше нее, к тому же убийца. Ей бы к психологу.       — А представляешь, если в личных отношениях он действительно был чуткий и заботливый человек, — произнес Наруто, и Саске насмешливо глянул на него. — Ладно, согласен, это даже звучит смешно.       — Мы кое о чем забыли, — сказал Саске. — Вчера к Хидану пару раз приходили. Он ведь мог рассказать о том, что мы его прижали. И что он собирается уехать.       — По такой логике он мог и по телефону об этом рассказать.       — Это мы еще узнаем, когда нам отдадут телефон. А здесь важно понимать, кто к нему приходил. Этот кто-то мог поделиться информацией. Или мог просто заметить нас.       — Пойду поспрашиваю у Фуу, — кивнул Наруто. — Только ты со мной не ходи, она не в восторге от того, что ты сказал.       Саске сел на стуле в кухне и осмотрелся. Жил Хидан хорошо: свежий ремонт, новая техника, блестящий паркет на полу. И это при том, что официально он значился работником ремонтной бригады на заводе молочной продукции. Саске не сомневался, что если он вообще действительно работал там, а не оформился ради отвода глаз налоговой у кого-нибудь из своих дружков, зарплаты простого рабочего на заводе не хватило бы на люстру, висевшую в гостиной.       — Вчера к Хидану приходил его друган, о чем они говорили Фуу не знает, потому что они не заходили в дом. Имя я записал, — сообщил вернувшийся Наруто. — А второй человек ей не знаком. Но она сказала, что к ним часто заходили какие-то мужики. Хидан говорил ей, что это по рабочим вопросам.       — Рабочие вопросы касались собачьих боев? — уточнил Саске.       — Наверное, — ответил Наруто. — Она вообще без понятия, чем он занимался. Сказала, что не лезла в его дела.       — Интересно, а о его интервью она хотя бы знает? — задумался Саске. — Она совсем молодая, а когда оно выходило, была ребенком. Ладно, не важно, — тряхнул он головой. — У нас вчера весь день работал видеорегистратор. Можем найти того, кто к нему приходил.       — Отлично, — обрадовался Наруто. — Я даже не знал, что ты его включил.       — Я подумал, если Хидан будет рыпаться, он может пригодиться, — пожал плечами Саске.       У Наруто пискнул телефон.       — Общественник выложил новый пост, — прокомментирован он, глядя на экран. — Как-то он долго в этот раз.       — Что-то интересное пишет?       — Не, — отозвался Наруто, бегло проглядывая текст. — Все то же самое. Хидан — ублюдок, полицейские — мудаки.       — А фотка есть?       — Ага.       — Дай посмотреть, — попросил Саске.       — У тебя свой телефон есть, — возмутился Наруто, но Саске уже отобрал у него сотовый.       — Это сняли еще до того, как полиция приехала.       — Почему? — Наруто заглянул ему через плечо, обдав теплым дыханием.       — Видишь эту полоску синей плитки? — показал Саске. — На ней сегодня стояли столбики, на которые намотали желтую ленту.       — М, — промычал Наруто. — А что ж он тогда так долго пост рожал.       — Долго думал, какими эпитетами наградить нас в этот раз. Отсталые, тупые и тормозные уже заезженно.       Наруто усмехнулся.       Это был не последний пост Общественника на сегодня. Саске уже собирался лечь спать, когда ему пришло сообщение от Ино. Та иногда отправляла ему милые или смешные видео про котиков, на которые Саске отвечал только реакциями. Но сегодня на экране высветилось: “Это пиздец…”. Он развешивал постиранные вещи и решил посмотреть, когда закончит, но следом пришло сообщение от Наруто. Саске бросил все и разблокировал телефон. И Ино и Наруто присылали ему одну и ту же ссылку.       Пост Общественника в Шинденшине закрывала плашка с предупреждением о чувствительном контенте, который может содержать насилие. Саске смахнул плашку и увидел запись экрана телефона, содержащую чат Хидана и Неизвестного пользователя. Первым сообщением шло видео, отправленное Неизвестным пользователем. Видео открывалось на полный экран и начиналось с того, что кто-то стоял на коленях. Саске нажал на паузу и пригляделся. Какудзу. Это его широкие голые плечи и закрывающие лицо черные волосы.       — Какудзу, — раздался из-за кадра механически измененный с помощью какой-нибудь программы, грубый мужской голос. Какудзу взглянул на человека, держащего камеру, исподлобья. — Расскажи, почему ты здесь.       Какудзу еще ниже опустил голову. Убийца подошел ближе и сел на корточки, чтобы лицо Какудзу попадало в кадр.       — Тебя поймают, — тихо проронил Какудзу.       — Так же, как поймали тебя? — усмехнулся убийца. — Как поймали Сасори? Хидана? У меня есть еще куча имен, но я не буду раскрывать сразу все карты. Ты хорошо скрывался, и никто не выследил тебя. Я скрываюсь еще лучше.       — Ты конченный псих.       — Я? Это не я оказался здесь потому, что мне нравится убивать. Мне не нравятся чужие страдания. Я убью тебя очень быстро, ты даже ничего не почувствуешь, — Какудзу вскинул голову, злые глаза прожигали убийцу, на скулах заходили желваки. — Не нужно смотреть на меня так, словно злодей здесь — я. Ты бы не оказался тут, если бы не считал, что твоя жизнь, твои желания важнее чужих. Расскажи, что ты сделал, — Какудзу отвел в сторону взгляд. — Теперь стесняешься? Ты убил Чирику и Югито, потому что они никак не хотели умирать сами. И нацелился на новую жертву…       — Как ты узнал? — рявкнул Какудзу.       — Я много чего знаю.       — Я не получал удовольствия от их смертей, — прорычал Какудзу.       — Я тебе даже верю. Но это не отменяет того, что ты их убил. Ты думал, что умный, что до тебя никто не доберется. Но я еще много до кого доберусь.       На этом месте запись прерывалась. Дальше видео закрывалось и шел чат.       Хидан: сука       Хидан: гнида конченая       Хидан: пака твоя сестра кишки будет в пузо заталкивать я твои зубы пасатижами буду вырывать, потом я пальцем вытащу твой глаз, а твоя мать будет на все это смотреть, я тебе обещаю       Хидан: никакая дистанция тебя не спасет, даже если ты зароешся под землей, я тебя из под нее достану       Неизвестный пользователь: Какудзу говорил то же самое. Он меня разочаровал       Неизвестный пользователь: Зарываться я никуда не собираюсь. Наоборот, я дам тебе шанс проявить себя       Неизвестный пользователь: Встретимся через полчаса на заброшке возле северного вокзала       Неизвестный пользователь: Я увижу, если ты придешь не один. Тогда встречи не будет       Неизвестный пользователь: Не опаздывай :)       Саске тяжело вздохнул.       Следующее утро началось с поездки в офис комиссара.       — Ну и какого хуя меня сегодня вызывает мэр со словами о том, что если я не наведу порядок в участках, полечу вместе с остальными дебилами? — Данзо перешел сразу к делу, едва Какаши, Наруто и Саске появились у него в кабинете. — Как это видео оказалось в сети?       — Мои люди не имеют к сливу никакого отношения, господин Комиссар, — ответил Какаши. — Никто из них даже не видел телефон убитого.       — Это как понимать? — рявкнул Данзо. — Не ты что ли, Узумаки, ведешь это дело?       — Я, господин Комиссар, — сказал Наруто. — Но тело обнаружили сотрудники восточного отдела. И к тому времени, как мы с Учихой приехали на место убийства, они отправили телефон на экспертизу.       — Пиздец какой-то, — гаркнул Данзо. — Они не ведут это дело, какого черта они что-то куда-то отправляли?       — Не могу знать, — ответил Наруто.       — Вызови сюда этих придурков, — обратился Данзо к секретарю. — Что вообще с этим делом, Узумаки? Какаши мне докладывает, что ты активно ведешь расследование, но у нас уже третий труп и ни одного подозреваемого, как я понимаю.       — Убийца не оставляет улик, не светится на камерах, — сказал Наруто. — Свидетелей тоже нет. Мы копаем и ищем любые зацепки, но допускаю, что нам, возможно, придется ждать, пока он, довольный безнаказанностью, ошибется.       — Плохо копаете, значит, — рявкнул Данзо.       — Я говорю как есть, — отозвался Наруто. — Я не собираюсь вешать вам лапшу на уши и отчитываться, что мы вот-вот его поймаем. Убийца очень умен и явно не прост. Он знает расположение камер, не использует ничего, за что можно было бы зацепиться, и его мотив слишком обширный, чтобы мы могли сузить круг поиска. Это худший противник, который может быть, — не маньяк или психопат, он не совершает импульсивных поступков, тщательно все продумывает и просчитывает. Но вы меня знаете. Я буду рыть землю, чтобы его поймать.       Данзо недовольно выдохнул.       — Это очень важное дело, потому что за ним следит весь город, если не вся страна, — уже спокойней сказал Данзо. — Теперь еще и этот слив. Мы не можем упасть лицом в грязь. Если нужна какая-то дополнительная помощь — люди, расширение полномочий — обращайтесь лично ко мне.       — Ну, пока что нам бы действительно было легче, если бы следователи из других участков не вмешивались, обнаружив труп, — усмехнулся Наруто.       — Я доведу это до сведения каждого участка. Свободны, — махнул он рукой.       — Кому-то пиздец, — произнес Наруто, когда они вышли из кабинета.       — Будет внутреннее расследование? — спросил Саске.       — Конечно, — ответил Какаши. — Вы оба будьте осторожнее. Мне совсем не нравится это дело. Слишком пристальное внимание прессы, теперь еще и этот слив. Очень дурно все это пахнет. Тщательно следите за тем, кому что говорите, отдаете. Если у нас тоже произойдет какая-то утечка, мало нам не покажется.       — Да, дело непростое, — согласился Наруто. — У нас уже три трупа, а мы пока даже не можем точно сказать хоть что-то о личности убийцы. Кроме того, что он мужчина.       — Ты не стал говорить о том, что у нас, возможно, появилась зацепка, — произнес Саске.       — У вас появилась зацепка? — спросил Какаши.       — А, точно, я же еще не успел тебе доложить, — почесал голову Наруто. — Мы вчера прижали Хидана. Он, оказывается, устраивал собачьи бои. Мы вытащили из него информацию, которая, как оказалось, не повлияет на ход расследования, и он решил уехать из города. Мы думаем, что нужно поискать среди тех, кто узнал об этом, — убийца явно решил поторопиться. Но как ты сам сказал, — обратился он к Саске. — Убийца мог наблюдать за Хиданом и узнать обо всем самостоятельно.       — И все же это зацепка, — проговорил Саске.       — Настолько слабая, что обнадеживать ею начальство не стоит, поверь мне, — ответил Наруто.       — Возьмите дополнительных людей, чтобы быстрее опросить окружение Хидана, — сказал Какаши.       — Нет, умоляю тебя, не предлагай мне такого, — вздохнул Наруто. — Мне надо лично поговорить со всеми. Сам знаешь, как у нас работают — хер от пальца не отличат. Пообщаюсь я сам.       Какаши ухмыльнулся.       — Ладно. Хоть я и твой капитан, не буду указывать тебе, как делать твою работу. Ты и без меня все прекрасно знаешь.       Серая заброшка с черными глазницами отсутствующих окон располагалась совсем рядом с северным вокзалом, напротив забора задней части большого парка. С четвертого и пятого пути даже было видно последние этажи. Лет десять назад застройщик выкупил землю, чтобы построить жилой дом, но в процессе объявил себя банкротом, оставив ни с чем сотни вложившихся граждан. Длинные судебные тяжбы продолжались по сей день, а долгострой так и продолжал стоять, испортив безжизненным видом весь внешний облик района.       По всему периметру возвели железный забор, но спереди остались ворота из сетки рабицы, в которых давным давно проделали дыру, и на заброшку лазили любители погулять по мрачным местам, порисовать граффити, а зимой на втором этаже жили бомжи.       Саске припарковал машину возле ворот. Справа и слева от них остался обвалившийся в нескольких местах строительный козырек.       — Смотри, — уставившись в лобовое стекло, произнес Наруто и выскочил из машины. Под козырьком рядом с воротами на сухом асфальте темнело небольшое пятно.       — Что там? — Саске вышел и присел рядом с ним на корточки.       — Есть ватная палочка? — спросил Наруто.       — В бардачке, — произнес Саске и метнулся к автомобилю.       Наруто намочил ватную палочку и провел ей по пятну. Вата окрасилось в красно-коричневый.       — Кровь, — прокомментировал Наруто. — Видимо, от раны на затылке у Хидана.       — У Хидана на затылке была рана? — резко спросил Саске.       — Да, — ответил Наруто. — Ты был в расстроенных чувствах и не осмотрел его. Поэтому я и говорю тебе о том, что важно сохранять холодный разум, — он встал и, убрав палочку в пакет с застежкой, отдал его Саске. — Отправь на экспертизу.       Саске недовольно цыкнул.       — Не переживай, ты научишься, — сказал Наруто по пути к воротам.       — Как великодушно с твоей стороны, — процедил Саске.       На потолке второго этажа виднелось едва заметное оранжевое свечение.       — Ого, — удивился Наруто, направившись внутрь. — Они уже здесь. Я думал, они переезжают сюда позже.       — Бомжи?       — Ага.       — Ты в курсе расписания их переездов?       — Бомжи, Саске, — очень ценный источник информации, — ответил Наруто, ловко перепрыгивая дыру на ступеньках лестницы. — Поэтому, конечно, я знаю все их стоянки и приблизительное время, когда они их меняют.       — Точно, мусора! — раздался голос, едва они вышли на площадку второго этажа.       — Сказал же, это мусорская машина.       — Спокойней, граждане! — крикнул Наруто. — Хирузен, ты тут?       — Тут я, — проворчал дед с лежащего на полу матраса. — Сейчас подойду. Подождите меня внизу.       — Подождите меня внизу, — тихо передразнил Наруто, пока они спускались. — Как будто у них тут особняк, понял? Постойте там, в сенях, мусора.       Саске фыркнул.       — Привет, Наруто, — поздоровался Хирузен, спустившись вниз. Дневного света, проникающего сквозь проем несуществующих дверей, хватало, чтобы теперь Саске смог его рассмотреть. Он был очень тепло одет, из-под шапки, закрывающей уши, выглядывали седые недлинные волосы. К удивлению Саске, он не почувствовал никакого запаха. — Давно тебя не видать. Я слышал про Джирайю. Вы поймали того, кто это сделал?       — Не-а, — протянул Наруто. — Глухарь.       — Очень жаль мне его, — качнул головой Хирузен. — Такой хороший был мужик. Ты как сам? Не расклеился?       — Как видишь, — невесело усмехнулся Наруто и сменил тему: — Рано вы в этом году сюда переехали. Я не ожидал вас здесь увидеть.       — С теплотрассы нас выдворили. — рассерженно сказал Хирузен. — Мужики потому сейчас переполошились, когда вас увидели. Разобрался бы ты, Наруто. Нельзя так.       — С которой? В восточном которая?       — Да, с нее. Все наши дома поснесли.       — Разберусь, — пообещал Наруто. — К весне вернетесь.       — Спасибо, — Хирузен перевел взгляд на Саске. — А это? Напарник твой новый?       — Ага, Саске, — представил Наруто.       Хирузен пошамкал губами, пристально на него глядя.       — Сын мэра что ли?       — Да, — ответил Саске.       Хирузен цыкнул и усмехнулся.       — Провинился ты что ли? — спросил он у Наруто. Саске мысленно устало вздохнул.       — Все может быть, — сказал тот. — Ты мне лучше скажи: вы позавчера ночью ничего не слышали?       — Позавчера? — переспросил Хирузен, вспоминая. — Я спал. Мужики! — крикнул он на второй этаж. — Ночью позавчера кто-то что-то слышал?       Какое-то время было тихо, а потом на лестнице появился человек.       — Ну я слышал. А что?       — Что слышал-то? — уточнил Наруто.       — Около полуночи какая-то машина остановилась возле ворот. Я думал, опять сопляки пришли здесь лазить. Но они поговорили недолго и уехали.       — Сколько их было? — Наруто подошел ближе, и Саске присоединился к нему, напрягая слух, чтобы ничего не пропустить. — О чем говорили?       — Вроде двое, судя по голосам, — ответил мужик, почесав бороду. — Но я не слышал самого разговора. Далеко.       — Они разговаривали спокойно? Как мы с тобой сейчас? Никто не кричал, не ругался?       — Спокойно говорили. Только… — запнулся он.       — Только? — поторопил его Саске.       — По-моему в конце кто-то вскрикнул как будто. Но я не уверен.       — Спасибо, — кивнул Наруто. — Если что-то еще вспомнишь — расскажи Хирузену, ладно?       — Ладно, — буркнул мужик и потопал обратно.       — Насчет теплотрассы разберусь, даже не переживай, — сказал Наруто Хирузену. — И к Новому году загляну. Если что — пиши.       — Удачи, Наруто, — пожелал Хирузен.       Выйдя из заброшки, они снова остановились возле лужицы предполагаемой крови.       — Итак, Хидан приехал сюда с револьвером, который мы нашли в машине, — а это практически точно был его револьвер, ведь он не дурак приезжать на встречу с убийцей с голыми руками, когда у него дома целый арсенал, — вышел из машины и встал здесь, — произнес Наруто, оглядываясь в поисках других подсказок. — Если он разговаривал с убийцей, то почему так спокойно? — размышлял он вслух. — И почему не стрелял, дождался, пока его стукнут по голове?       — Я вижу тут несколько вариантов, — сказал Саске. — Первое: старик неверно интерпретировал их интонации. Все же отсюда далековато до их места, — он обернулся на заброшку.       — Это не объясняет, почему не было никаких звуков борьбы, — нахмурился Наруто.       — Да, и тут есть второй вариант, — произнес Саске. — Хидан знал этого человека, но не знал, что он — убийца. Поэтому убийца застал его врасплох.       Наруто округлил глаза.       — Капец. Это… да, это хорошая версия. И как она мне самому не пришла в голову, — пробормотал он.       — Ты не расслабляйся, — снисходительно похлопал его по спине Саске.       Наруто поднял на него задумчивый взгляд.       — Давай все же кое-что проверим. Жди здесь, — он заторопился обратно к заброшке, а когда вернулся сказал: — Я попросил этого мужика послушать, как мы с тобой разговариваем, чтобы сравнить с тем, что он слышал ночью. Следственный эксперимент. Поговори со мной.       — Я рад, что хорошие идеи еще не покинули тебя, — кивнул Саске.       — Иди в жопу, — спокойно ответил Наруто и запел тем же бесячим голосом, что пел до этого в машине: — У Саске нет парня, и он грустит. У Саске нет парня, он трансвестит.       — Ты сейчас огребешь, — ледяным голосом произнес Саске, а Наруто заулыбался.       — Как часто за день ты радуешься, что стал моим напарником?       — Ноль.       — Из скольки? — захихикал Наруто.       — Долго надо нам еще общаться? — вздохнул Саске. — По возможности, я бы хотел с тобой больше не разговаривать.       — Так надо для работы, Саске, — очень серьезно сообщил ему Наруто. — Хочешь еще спою тебе?       — Нет, — рявкнул Саске.       — Ну ладно, в другой раз, — пожал плечами Наруто, попятился к воротам и крикнул: — Ну как?       — Вообще ничего не слышно, — раздался возглас оттуда.       — Давай говорить погромче, — повысил тон Наруто, вернувшись к Саске.       — Давай. Только это уже не спокойный разговор, о котором он говорил.       — Что-то не складывается, — уныло протянул Наруто, а потом крикнул: — Ну как?       — Не слышно!       Наруто подбежал к воротам, а Саске за ним.       — Но ты сказал, что они разговаривали обычно. Если мы будем говорить еще громче, то будем кричать.       Мужик в оконном проеме почесал голову. Стоящий рядом с ним крикнул:       — Да че вы его слушаете? Он вчера пол бутылки водки выпил.       — Ну выпил и выпил, твое какое дело? — разозлился тот.       — А мы вчера перед тем, как лечь спать, обсуждали убийство Хидана, — продолжал второй. — Мы читали, что он приезжал сюда, вот у него, наверное, в башке все и перемешалось.       Первый мужик выглядел совсем растерянным. Наруто разочарованно вздохнул.       — Попробуй вспомнить получше. Может, ты спускался вниз и слышал оттуда?       — Точно! — воскликнул мужик. — Я наверняка ходил поссать, а для этого надо спуститься на первый этаж.       — Наверняка? — переспросил Наруто. — Но ты не уверен?       — Нет, — признался тот.       — Ладно, — решил Наруто. — Спустись, послушай оттуда, как мы будем разговаривать.       Наруто с Саске отошли обратно к пятну крови.       — Откуда они узнали об убийстве Хидана? — спросил Саске.       — В смысле откуда? — не понял Наруто. — Оттуда же, откуда мы.       — У них есть интернет? — удивился он.       — Ну да. Они же бомжи, а не какие-нибудь помойные крысы, — пожал плечами Наруто. — Они часто ходят в ночлежки — помыться и все такое. Там им выдают телефон, на случай если надо будет вызвать скорую. Один на всех, но тем не менее. Ну что? — крикнул он.       — Слышно! — раздался голос.       Вместе с мужиком, который слышал голоса, спустился второй, который сообщил, что тот накануне пил. Он тоже подтвердил, что слышно.       — Тихий бубнеж, слов не разобрать, но слышно.       — Итак, мы толком ничего не выяснили, — садясь в машину, произнес Наруто. — Может быть, он что-то слышал, а, может, ему это подумалось из-за того, что он выпил водочки. Обожаю свою работу.       — Я думал, ты и правда ее обожаешь.       — Обожаю, конечно, о чем речь.       Саске помолчал, а затем произнес:       — Честно говоря, я вчера немного удивился. Я много слышал про тебя, и у меня сложился определенный образ. Образ человека, которому не все равно.       — Ты о том, что мне не жалко Хидана? — уточнил Наруто. — Да, обычно я действительно сопереживаю жертвам, их родственникам. Но в данном деле мне сложно сопереживать, потому что жертвы… их сложно назвать жертвами. Я понимаю, что понятия добра и зла — эфемерны, мир не делится на черное и белое. Люди, которые становились жертвами в моих прошлых делах, тоже не были ангелами. И все же это совсем другой уровень. Сасори, Хидан, Какудзу. Они все хладнокровные убийцы.       — Ты как будто согласен с действиями нашего серийника, — заметил Саске.       Наруто ответил не сразу.       — Наверное, в какой-то степени.       — Но он такой же хладнокровный убийца, как и они.       — Не такой же. Но убийца, — сказал Наруто. — И ты не представляешь, как мне интересно. Отбросим мотив — он действительно очень умен. Это тебе не какой-то придурок с банками пива. Мне не было так интересно с моего самого первого дела, когда мы с Джирайей расследовали дело убитой в собственной квартире женщины. Оно не было очень увлекательным, просто тогда мне все было в новинку. Но сейчас… Знаешь, я словно до этого спал, а сейчас проснулся. Я думаю об этом деле даже ночью. Даже ошибки меня не расстраивают, потому что это игра, шахматы, называй как угодно, — к счастью, они стояли на светофоре, и Саске мог видеть лицо Наруто. У него горели глаза, и это выглядело немного жутковато. — Убийца знает, что мы с тобой ведем это дело. И пока он только и делает, что обводит нас вокруг пальца. Должны ли мы были выставить за Хиданом слежку? По идее да, но с тем же успехом мы можем приставлять слежку прямо сейчас за целой кучей людей. Сам посмотри, сколько у нас глухарей, висяков. Сколько дел в принципе не возбуждалось. Хидан — капля в море.       — Я понял, — сказал Саске. — Ты слишком рад, что у тебя, наконец, появился достойный соперник — умный и своего рода благородный.       — Суть ты уловил, — кивнул Наруто.       Сакура как раз заканчивала вскрытие трупа, когда они приехали в морг.       — Вы вовремя, — радостно сказала она, в маске, халате и перчатках. — Я только что убрала все его кишки на место.       — Можно подумать, мы там чего-то не видели, — фыркнул Наруто.       — У трупа ушибленная рана на затылке, — сказала Сакура, показав на выбритый кружок на голове. Саске подошел ближе. В середине кожа напрочь отсутствовала, а по краям разливалась лиловая гематома. — Нанесена тупым предметом. Чем-то типа биты или, не знаю, лопаты.       — Можно ли было нанести ее, к примеру, тыльной стороной пистолета? — уточнил Наруто.       — Думаю, да, — сказала Сакура. — Если достаточно хорошо замахнуться и приложить силу, да. Все остальное идентично двум предыдущим трупам, — продолжала Сакура, снимая перчатки и маску. — Синяки на запястьях от зажимов, и резаная рана горле, которая стала причиной смерти.       — В этот раз ему не вводили никаких седативных? — спросил Саске.       — Нет, — мотнула головой Сакура. — В крови ничего, кроме небольшого содержания алкоголя не обнаружено.       — А ты можешь сказать, терял ли он сознание, когда его ударили?       — Нет, я не экстрасенс, — усмехнулась Сакура. — Но даже если он не терял сознание, удар был такой силы, что на какое-то время он точно потерял ориентацию в пространстве. Этого хватило бы, чтобы связать ему руки.       Как только они вышли из морга, Какаши написал, что ему передали телефон Хидана, и Наруто с Саске помчались в участок, чтобы потом сразу поехать к Шикамару.       Телефон Хидана оказался кладезью полезной информации.       — Да уж, он явно не блистал умом, в отличие от своего друга Какудзу. Здесь даже есть фотки и видео с боев, — сказал Шикамару, открывая его галерею.       — Лица его подельничков видно? — спросил Наруто, уткнувшись в экран. Шикамару включил несколько видео. На первых трех были исключительно дерущиеся на небольшой арене за клеткой псы и крики Хидана за кадром. А на четвертом в конце Хидан повернул камеру, и изображение несколько лиц попало в объектив. Наруто удовлетворенно плюхнулся в кресло. — Отлично, у нас есть, чем их прижать, если что.       Звонили Хидану в день накануне смерти много. Несколько звонков поступило от незнакомых номеров днем, а еще от людей по имени Масаки, Терасома, входящий от Казумы.       — Это же Казума из храма? — произнес Наруто.       — Сто процентов, — отозвался Саске.       Шикамару открыл его Шинденшин. В закрепленном чате “Любители собачек” со ста тридцатью участниками висело двадцать шесть непрочитанных сообщений. В день, когда Наруто и Саске приехали к Хидану, тот сразу же написал в этот чат.       Хидан: мужики, ко мне приехали мусора       Хидан: залягте все на дно, будут шманать       Масаки: у них есть что-то на нас?       Хидан: не знаю. сказали у них есть фотки. кого имено не гаварили       Терасома: так ты узнай       Хидан: ага побежал распрашивать а они мне все расказали       Хидан: далбоеб?       Хидан: кароче я на некоторое время уеду. мне пока не пишите       Больше в этом чате Хидан не отмечался. Несколько участников вышли из чата, кто-то обсуждал, как лучше выйти сухими из воды, а после появившегося в новостях известия о смерти Хидана еще больше участников покинули чат, и оставшиеся пытались понять, что происходит, и чем это им грозит.       — Итак, у нас больше ста тридцати человек, которые знали, что Хидан собирался уехать, — раздраженно произнес Наруто. — И личность большей части людей мы даже не сможем установить.       Чат с Неизвестным пользователем Общественник слил полностью, не утаив никаких сообщений. Следом шли беседы с Масаки и Терасомой.       — Как, Фуу сказала, звали друга Хидана, который приходил к нему домой? — спросил Саске.       — Сейчас, — произнес Наруто и полез в телефон. — Масаки. Я попросил ее дать мне еще имен, и Терасому она тоже называла.       Содержание обоих чатов, что с Масаки, что с Терасомой, было примерно одинаковым: псы, их совместные пьянки, девочки. Накануне Хидан просил их обоих присмотреть за его псами, пока он их не заберет, но Терасома сказал, что сам свалит этим же вечером. Масаки согласился и обещал заехать за ключом.       — Можешь потом проверить, точно ли он уехал? — попросил Наруто Шикамару. — А пока посмотри, что это за Масаки — адрес, место работы и где в последнее время появлялся.       Шикамару на какое-то время отключился от реальности, быстро запечатав и впившись взглядом в монитор.       — Зарегистрирован возле южного базара. Но судя по его последним передвижениям, он там давно не появлялся. Официально работает в какой-то фирме по доставке бутилированной воды. Судя по ежемесячным оплатам фитнес-клуба и его приблизительному текущему местоположению, он сейчас тренируется.       — А покажи его фотку, — попросил Наруто и снова открыл видео Хидана, на которое попали лица его друзей. — Вот этот вроде, да? — сравнил он.       — Похож, — согласился Саске.       — Значит, есть за что его взять. Поехали, — перед уходом он обернулся: — Шикамару, на видеорегистраторе нашей машины есть лица двух человек, которые приходили к Хидану накануне убийства. Один из них — Масаки. Определи второго.       — Сделаем, — кивнул Шикамару.       Задержание не заняло много времени. Масаки, увидев полицейских, устало вздохнул, но очень удивился, что они пришли не просто поговорить, а задержать. О том, что Хидан любил поснимать видео, он, видимо, или забыл, или не замечал.       — Да ебанный рот этого Хидана, блять, — процедил он.       В участке он отказался говорить без адвоката, а после его прибытия сказал, что ничего не знает.       — Не знаете об убийстве Хидана? — уточнил Наруто.       — Об убийстве в курсе, конечно, об этом уже везде написали, — ответил он. — Но больше ничего не знаю.       — Насколько мы поняли, ознакомившись с его телефоном, вы были друзьями, — произнес Наруто. — У нас есть все основания полагать, что убийца не случайно убил его в эту ночь. Он узнал, что Хидан собирается уезжать из города.       Масаки помолчал.       — Вы думаете, что это кто-то из наших?       — В вашем чате собачников сто тридцать человек на данный момент, — ответил Наруто. — Кто-то из них может быть убийцей. Или как-то связан с убийцей.       — Вы думаете, я каждого поименно знаю? — фыркнул Масаки. — Тех, кого я знаю, я вам не сдам.       — Тех, кто есть на видео, мы все равно примем, — сказал Наруто. — А если вы назовете другие имена, мы не сможем их арестовать — у нас нет доказательств.       — Я сдавать никого не буду, — решительно сказал Масаки. — Мои друзья убивать Хидана не стали бы. В этом я уверен. Остальных я даже толком не знаю, нахрена мне помнить имена всех?       — А если ваше признание сможет повлиять на окончательный срок вашего заключения? — спросил Наруто. — За ценную информацию мы можем…       — Я все сказал, — отрезал Масаки.       Наруто с Саске вышли из допросной.       — Можешь ехать домой, — сказал Наруто.       — А ты? — спросил Саске.       — Подготовлю всю инфу, чтобы завтра передать коллегам. Пусть накроют всех дружков Хидана, которые попали на видео.       — Домой как доберешься?       — На такси, — улыбнулся Наруто. — Так мило, что ты беспокоишься.       — Иди в задницу, — огрызнулся Саске.       Когда на следующее утро Саске появился в участке, Наруто был в той же одежде, что и вчера, и с взъерошенными волосами.       — Ты сейчас охренеешь от того, что я нашел, — сказал он, едва Саске, сняв пальто, подошел к своему столу.       — Домой ты, очевидно, не ездил, — заметил Саске. — Ты хоть спал?       — Да, в комнате отдыха, — выпалил Наруто, махнув рукой, чтобы не мешал ему говорить. Он положил на стол папку и ткнул куда-то пальцем. — Я решил еще раз изучить дело Сасори, чтобы посмотреть, не упустили ли мы чего-то, и вот что я нашел: одна из его жертв, старушка Чие, часто посещала храм святого Джашина.       — И ты думаешь..?       — Пока что это единственное, что связывает всех жертв, — сказал Наруто. — Понятно, что мотив у убийцы довольно пространственный, но как-то же он должен выходить на своих жертв. Окей, про Сасори и Хидана писали в новостях. Но Какудзу ни разу там не засветился. К тому же, возможно, что мотив не только в наказании ушедших от правосудия, но и личный: убийца знал Чие, поэтому убил Сасори. С Хиданом и Какудзу вообще все понятно. И вдобавок, человек из храма, который ежедневно молится своему богу, вполне может быть тем разочарованным в жизни и правосудии гражданином, который решит, что хватит это терпеть.       — Едем в храм? — спросил лишь Саске.       — Шаришь, — отозвался Наруто. — Сейчас только кофе возьму.       Из участка Наруто вышел с большим пластиковым стаканом.       — Ненавижу кофе, — сказал он, сев на переднее сидение.       — Не пей, — фыркнул Саске.       — Он невкусный, но бодрит, — ответил Наруто и сделал большой глоток. — Кстати, с утра звонил Шикамару. Накануне смерти Хидан написал в том числе и Казуме и сообщил, что собирается уезжать. А еще он отследил сигналы телефонов всех из чата, кого смог, и никто не был в ночь убийства Хидана ни возле заброшки, ни возле стадиона.       — Убийца мог не брать с собой телефон, — заметил Саске.       — Конечно, — кивнул Наруто. — Я передал кому надо все, что мы узнали, так что замешанных должны взять. Их опросят, но это, разумеется, капля в море — у нас нет выхода на целую кучу людей из чата. А еще Шикамару просмотрел видео с нашего регистратора, и лица второго мужика там вообще не видно. Мы не можем узнать, кто это был.       — Досадно, — произнес Саске. — А что Терасума? Действительно уехал?       — Да, еще до убийства Хидана. Он улетел, граница подтвердила.       В храме их снова встретил Казума.       — Добрый день стражам порядка, — уголки губ легко приподнялись и тут же опустились. — Надо так понимать, что вы здесь в связи со смертью брата Хидана?       — Вы верно понимаете, — сказал Наруто. — Когда вы в последний раз с ним общались?       — Накануне его смерти, да упокоит его душу господин Джашин, — он сложил руки в священном жесте.       — И о чем?       — Брат Хидан сообщил, что ему нужно будет уехать из города.       — Почему он сообщал вам об этом?       — Как я уже говорил вам, он посещал службы каждые выходные. Полагаю, он написал мне, чтобы я знал, что он не придет.       — Хидан общался только с вами или с кем-то еще из ваших монахов?       — Брат Хидан часто бывал здесь, поэтому, конечно, он общался со всеми. Но связь, думаю, поддерживал только со мной.       — Почему именно с вами?       — Не знаю, — усмехнулся Казума. — Просто мы как-то сразу сдружились, когда он здесь появился. Как я тоже уже говорил, его вера была очень искренней. Это мне было близко. Мы часами могли говорить о господине Джашине и его заветах.       — Вы не могли бы немного рассказать об устройстве вашего храма? Ваши монахи проживают на территории? — попросил Наруто.       — Да, у нас довольно большая территория, есть общежитие, есть хозяйственные помещения, прогулочная зона, библиотека, школа.       — И сколько сейчас монахов здесь проживает?       — В настоящий момент нас тридцать шесть.       — Много, — удивился Наруто.— А где все сейчас?       — В школе, — ответил Казума. — В это время идет лекция по философии, но в храме, когда он открыт, всегда должен кто-то находиться — сегодня это я.       — То есть, тридцать шесть монахов на текущий момент живет в общежитии? — уточнил Наруто.       — Верно.       — А есть у вас приходящие монахи?       — Нет, у нас так не принято. Кто-то из прихожан может стать монахом, если захочет, но тогда он должен будет отречься от мирского и проживать здесь, с нами.       — То есть, ночью все монахи спят в своих комнатах?       — Да.       — Бывает такое, что кто-то по какой-то причине отлучается?       — Редко, но да, случается.       — В связи с чем?       — Причины могут быть разными. Я сам два раза за последний месяц ночевал не здесь. Моя мама уже в преклонном возрасте и страдает гипертонией. Когда ей очень плохо, я остаюсь у нее, чтобы контролировать ее состояние и в случае необходимости вызвать скорую.       — То есть, все не так строго, и любой может уйти, когда захочет?       — Не совсем так. Все-таки здесь не проходной двор. Нужно обязательно поставить в известность старшего. Но мы все здесь по собственному желанию, поэтому отлучаемся только по действительно важным причинам.       — А как-то контролируется покидание территории? К примеру, если кто-то захочет уйти, но ничего не скажет старшему и просто уйдет посреди ночи?       Казума задумался.       — Нет, это никак не контролируется.       — А камеры на территории у вас есть?       — Нет, — качнул головой Казума. — Они нам не к чему. Есть только одна камера перед входом в храм, это превентивная мера от вандалов.       — Это единственный вход на территорию?       — Нет, есть еще калитка возле общежития.       — Без камер?       — Без камер.       — Мы можем поговорить со старшим?       — Я и есть старший, — улыбнулся Казума.       — В таком случае ведете ли вы какие-то списки тех, кто отпрашивался на всю ночь?       — Нет, в этом тоже нет необходимости, — улыбнулся Казума. — Это нужно лишь для поддержания дисциплины, но что бы я делал с этими списками?       — Сколько человек не ночевало в общежитии за последний месяц?       Казума замолчал и вздохнул.       — Не могли бы вы объяснить мне, к чему такие подробные вопросы о ночной деятельности монахов храма?       — Хидан был вашим прихожанином и часто сюда приходил, — ответил Наруто. — Это наша работа — опросить всех, кто входил в его окружение.       — Но вы спрашиваете именно о том, кто где находился во время убийств, если я правильно понимаю.       — Вы правильно понимаете.       — Это для меня неожиданно, — произнес Казума.       — Надеюсь, вы окажете нам полное содействие в расследовании, — настойчиво сказал Наруто.       Наруто с Саске потратили весь день на опрос тридцати шести монахов храма, но никто из них не сообщил ни о странном или хоть сколько нибудь запоминающемся поведении собратьев, ни о ночных отлучках, ни об особой связи со старушкой Чие или Казумы с Хиданом. По словам Казумы, ночью тридцать первого октября и шестнадцатого ноября все монахи находились в своих комнатах.       — Я попросил Шикамару проверить ближайшие к храму камеры во время убийств, и смотри, что он прислал, — показал Наруто Саске, когда они вышли из школьного класса, в котором просидели целый день, на территорию храма.       На фотографии с камеры видеонаблюдения супермаркета, в квартале от храма, тридцать первого октября в двадцать три десять шел человек в черной куртке и черных джинсах. На следующей фотографии он же шел в обратном направлении в пятнадцать минут шестого утра.       — По времени сходится, — сказал Наруто.       — А другие даты? — спросил Саске.       — Ничего подозрительного нет, — вздохнул Наруто. — Да и если присмотреться, у него другая куртка, не как на убийце.       — Он мог переодеться,— пожал плечами Саске.       — А еще Шикамару не нашел его на других камерах. Или он был осторожен, или он все это время находился в помещении рядом с этой камерой.       — Честно говоря, — сказал Саске, — мы проторчали здесь целый день и пообщались с каждым монахом, и мне вообще не кажется, что кто-то из них может быть замешан.       — А ты думаешь, что у убийцы на лбу будет что-то написано? — фыркнул Наруто.       — Нет, — вздохнул Саске. — Просто… говорю о внутренних ощущениях. А ты так не считаешь?       Наруто закусил нижнюю губу.       — Я бы пока не стал списывать Казуму со счетов. Знаешь, у меня хорошая чуйка, но иногда лучше все несколько раз проверить. Остальные монахи у меня не вызвали вопросов. Но Казума знал, что Хидан собирался уехать. Он периодически отлучался из храма. И он подтвердил, что знал Чие. Я бы поговорил с его мамой.       Мать Казумы жила неподалеку в панельном доме старой застройки. В квартире сильно пахло лекарствами. Женщине было около шестидесяти лет на вид, и она с подозрением рассмотрела их удостоверения, но внутрь не пустила, разговаривая с ними через щель в двери, которая открылась на ширину цепочки.       — Казума у меня давно не появлялся, — сказала женщина. — Но он мне каждый день звонит, и сегодня звонил, так что я знаю, что у него всего хорошо. Не понимаю, почему вы спрашиваете?       Наруто мельком глянул на Саске.       — Все хорошо, ваш сын просто проходит свидетелем по одному делу, и мы хотели удостовериться, что его слова соответствуют действительности, и он, как и сказал нам, не приходил к вам уже полгода.       — Ну, не полгода, конечно, — проворчала женщина. — Он был у меня… в конце сентября. Двадцать восьмого числа. Мне тогда было плохо. У меня бывает высокое давление иногда. Он посидел со мной. А потом не приезжал. Чего приезжать? У него свои дела, у меня свои.       — А Казума ничего не рассказывал вам про своих друзей? Может, вы от него слышали о Чие, Какудзу или Хидане?       Женщина вытаращила глаза и побледнела.       — Что значит “друзей”? Вы про тех Какудзу и Хидане, о которых пишут в новостях? — Не знаю, смотря, что он вам рассказывал, — доброжелательно ответил Наруто.       — Нет, — драматично сказала она. — Вы что? Как они могут быть его друзьями? Они же уголовники. Нет, — решительно качнула она головой. — Про них он мне ничего не рассказывал и рассказывать не мог.       — И последний вопрос, — попросил Наруто. — Казума всегда так редко появляется у вас? Или раньше вы виделись чаще?       — Я же говорю — он взрослый человек, — с нажимом произнесла женщина. — У него свои дела. Он важный человек в храме. Он приходит, только когда мне плохо. А плохо мне бывает по-разному. Иногда пару раз в месяц, иногда раз в полгода.       — Спасибо за ваше время, — улыбнулся Наруто. — Хорошего вечера.       Они спустились вниз из подъезда.       — Зачем они так тупо врут, — проворчал Саске.       — Ну, ты вот полчаса назад сказал, что у тебя никто подозрения не вызывает, — протянул Наруто.       Саске нахмурился.       — Я так сказал, но это не значило, что я не собирался разнюхивать дальше.       — Погнали обратно, — сказал Наруто. — Раз он соврал, то может тоже попробовать свалить.       Когда они вернулись, сам храм уже был закрыт. Они подошли к калитке со стороны общежития. Калитку тоже заперли, никакого звонка поблизости не наблюдалось.       — Класс, — буркнул Наруто. — Давай, подсади меня, чтобы я перелез.       — Мы правда будем перелезать через забор?       — У тебя есть идеи получше? — пробурчал Наруто. — Можем подождать до завтра, когда Казума уже будет в другом государстве.       Саске вздохнул и выставил руки. Наруто залез по ним ногами, бесцеремонно задев его голову задом.       — Аккуратней можно? — прошипел Саске.       Наруто перемахнул через забор и совершенно не грациозно приземлился с той стороны, подставив вперед руки.       — Подожди меня здесь, — сказал он.       — С ума сошел? — не поверил Саске. — А если он уже знает, что мы приходили к его матери? Если он вооружен?       — Не парься, — махнул рукой Наруто.       — Наруто, — сердито произнес Саске. — Нару… ты охуел?! Немедленно вернись!       Но Наруто уже скрылся в тенях храмовой территории.       Саске уставился в темноту, не зная, что делать. Он абсолютно точно был ошарашен, зол и обеспокоен одновременно. Что, если с этим придурком что-то случится? У Саске свело живот, его бросило в жар. Выдохнув, он подошел к забору. Забор был не настолько высокий, и если постараться…       Потратив минут пять на то, чтобы вскарабкаться вверх, он залез на перекладину, зацепился пальто за железную пику, венчавшую забор, и, прыгая вниз, сначала повис на одежде, а потом, после раздавшегося звука рвущейся ткани, упал на землю, ударившись коленкой.       — Сраный Узумаки, — процедил он, встав и захромав по тропинке.       В общежитии еще горел свет, Саске зашел внутрь. В длинном коридоре было много одинаковых дверей. Из двери слева вышел монах, выключив переключателем снаружи свет, и удивленно глянул на Саске.       — Вы тоже здесь?       — Да, — процедил Саске. — Где другой?       — Они с братом Казумой вышли пару минут назад на улицу.       Саске, мысленно выругавшись, пошел искать Наруто на улице. Территория храма действительно была немаленькой, к тому же неосвещенной. Небо оставалось затянутым плотными тучами. Саске включил на телефоне фонарик и на всякий случай достал пистолет из кобуры. Побродив в небольшой дубовой роще и выйдя к колодцу, он понял, что уже понятия не имеет, откуда пришел. Открыв на телефоне приложение с картой, он посмотрел, где находится. Общежитие осталось на севере, а он сейчас стоял неподалеку от южной части забора. Он набрал номер Наруто. Справа послышался его звонок, но он скинул. Саске пошел туда, откуда раздался звук.       Через полминуты он увидел свет фонаря, и тут же стали слышны голоса. Наруто. Саске заторопился и, подняв руки с оружием, вылетел на освещенной пятачок.       — Всем поднять руки!       — Господи, Саске, не тыкай людям в лицо пистолетом! — завопил Наруто. — Ты что, ненормальный?       Он стоял возле храма с Казумой. Тот поднял руки и попятился. Саске, сдерживаясь изо всех сил, чтобы прямо сейчас не наброситься на Наруто с кулаками, убрал оружие в кобуру.       — Прошу прощения, — извинился он перед Казумой. — Небольшое недопонимание.       Казума выдохнул, опуская руки.       — Что ж, я так понимаю, я сам виноват в том, что оно случилось.       — Казума как раз рассказывал, что действительно отлучался ночью из храма, просто не к маме, пока ты не выбежал, крича, как сумасшедший, — сообщил Наруто.       Саске повернулся к Казуме — слушать сейчас Наруто было выше его сил.       — Об этом не должны узнать в храме, — покаянно опустил голову Казума. — Я в самом деле человек веры. Я искренне верую в господина Джашина и придерживаюсь всех его заветов. Но… — он снова вздохнул. — Я встретил девушку. Она наша прихожанка. Возможно, мне скоро придется покинуть общину и остаться прихожанином… Не знаю.       — Разумеется, это мы тоже проверим, — скрестив руки на груди сказал Наруто. — И если ваши слова подтвердятся, пока вы еще здесь, присмотритесь к другим монахам. Нас сильно смущает, что все три жертвы так или иначе были связаны с храмом. У вас не так много прихожан, насколько я понимаю.       — Да, это верно, — согласился Казума. — Действительно странное совпадение. Я внимательней отнесусь к уходам братьев из храма.       — Будем на связи, — кивнул Наруто. — Вы не проводите нас? Не хочется снова лезть через забор.       — Да, конечно, — Казума повел их по тропинке к калитке.       Едва он выпустил их и скрылся в недрах храма, Саске резко развернулся и со всей силы ударил Наруто в живот. Наруто сложился пополам, пытаясь поймать ртом воздух. Саске схватил его за воротник куртки.       — Больше никогда в жизни так не делай, — выплюнул он.       Наруто грубо взял его за запястье и откинул от себя руку.       — Ты ебанутый? Я просто отошел…       — Никогда не отходи непонятно куда один! — рявкнул Саске. — Мы — напарники, и я несу ответственность за то, что с тобой что-то случится, пока мы на службе. Ты поперся к свидетелю, который вполне мог быть подозреваемым, который мог быть в сговоре с другими.       — Так сильно боишься, что тебя привлекут, если меня ранят? — зло усмехнулся Наруто.       — Да, не хочу еще одно черное пятно в биографии из-за тупого идиота, — ядовито ответил Саске.       Ему было абсолютно наплевать на это. Он даже на секунду удивился, что Наруто подумал именно так. Потому что если бы с Наруто что-то случилось, он в первую очередь сам никогда не простил бы себя. Отметки в деле, увольнение — он даже не думал об этом, когда лез через забор.       — Сраный ублюдок, так и знал, что нельзя ждать ничего хорошего от сыночка мэра! — выкрикнул Наруто. — Печешься о своей заднице, аж на людей с кулаками бросаешься! — он развернулся и пошел вниз по улице. Кровь прилила к лицу Саске. Ярость начала застилать глаза. Он вцепился в его рукав и дернул на себя. — Отпусти сейчас же или я… — сквозь зубы проронил Наруто, но Саске только сильнее дернул.       Отчасти он чувствовал себя глупо, когда получив кулаком в подбородок, ударил в ответ. Он не дрался со школы, да и тогда ему это не особо нравилось. Если нужно было защищаться — он защищался. К счастью, лезть к нему быстро перестали, потому что удар у него всегда был тяжелый и быстро ставил агрессоров на место. Наруто сдаваться не хотел. Удар у него был легче, но дрался он лучше, хорошо понимая, как ударить побольнее. Это злило Саске еще сильнее.       Расцепились они только тогда, когда рядом остановилась полицейская машина, и патрульный стал подходить, чтобы их разнять:       — Так, граждане, что не поделили?       Саске отскочил от Наруто, харкнул в сторону скопившейся во рту кровью и вернулся в свою машину. Ему было плевать, как Наруто будет это объяснять. Он завел двигатель и на секунду замер, глянув вниз. Его любимое черное теплое пальто было безнадежно испорчено: сбоку зияла дыра до самого низа от перелезания через забор, воротник вместе с несколькими пуговицами умудрился оторвать Наруто, и местами чернели пятна крови. Саске снял его, открыл дверь, выбросил на дорогу и поехал домой.       Наруто два дня не появлялся в участке. Саске бы тоже с удовольствием остался дома. Каждый встречный-поперечный пялился на его разукрашенное лицо — синяки под обоими глазами, разбитые губы и нос — и только ленивый не пошутил на этот счет.       Хината, едва завидев его, ахнула и сразу же с паникой в голосе спросила:       — А где Наруто?       — У него спроси, — отрезал Саске, сев за стол и включая компьютер.       — А он тоже..? — начала она, но Саске так зло посмотрел на нее, что она прекратила расспрашивать, зато тут же потянулась за телефоном, что-то быстро застрочив.       Оставаться дома Саске не мог — явно не в разгар следствия по делу, за которым следил весь город. Наруто был на особом счету и мог работать из дома, что, как Саске не сомневался, он сейчас и делал. Может, поехал к Шикамару. Саске это не касалось.       Где-то ближе к обеду из своего кабинета вышел Какаши. Он подошел к Саске, оглядел его, устало вздохнул.       — Возьми больничный на пару дней.       — Нет, — сказал Саске.       Какаши вернулся к себе в кабинет.       Работа шла не очень продуктивно. Поскольку новых зацепок не появилось, Саске изучал старые материалы дела в надежде найти что-то, за что можно уцепиться. Полицейские задержали некоторых подельников Хидана, но информацией о его убийстве те не обладали. Или, по крайней мере, не делились.       Час за часом просматривать кучи документов очень утомляло. У Саске никогда не было проблем с концентрацией — он довольно легко поглощал большие объемы новой информации. Но сейчас все болело. Он закинулся с утра сразу двумя таблетками обезболивающего, однако, лицо все равно налилось свинцом, в голове стоял шум, и ныли ребра. На второй день после драки в участке появилась Сакура, у которой чуть глаза на лоб не вылезли от его вида.       — В смысле ты не показывался врачу? — спросила она таким тоном, что на секунду по спине пробежался холодок.       Она тут же стала настаивать, чтобы он позволил осмотреть себя хотя бы ей, но Саске категорично отказался.       — Я бы почувствовал, если бы у меня было что-то сломано. Это просто синяки и ушибы.       Тогда Сакура прибегла к запрещенному приему. Ткнула его в ребра. Саске закашлялся.       — Я ткну еще раз, если не пойдешь со мной, — пообещала она.       В комнате отдыха Саске снял рубашку. Сакура окинула его взглядом.       — Ну, судя по тому, что я нигде не вижу Наруто, это он тебя так. Что не поделили? — спросила она, легонько ощупывая его.       — Придурок поперся на территорию возможного подозреваемого, оставив меня за забором, — процедил он.       Сакура недоуменно уставилась на него.       — И он подрался с тобой, хотя был неправ?       — Да пошел он, — буркнул Саске.       Сакура пожала плечами.       — Перелома нет, но я бы на твоем месте сделала рентген. Трещины в ребрах — это не шутки.       — Спасибо, Сакура, — произнес Саске, надевая рубашку.       — Это странно, — сказала Сакура.       — Многим не нравится, что мой отец — мэр, — не глядя на нее, ответил Саске.       — Мне казалось, у Наруто с этим нет проблем.       — Мне тоже.       Сакура порекомендовала ему постельный режим хотя бы пару дней и более сильные обезболивающие. За таблетками Саске сразу же сходил. В постельном режиме он не нуждался.       Вторая проблема, из-за которой он не мог сосредоточиться, заключалась в том, что ему было до смерти обидно. Он правда думал, что Наруто наплевать на черное пятно в его деле, на отца-мэра. Хотя бы потому, что Наруто, по словам Сакуры и Ино, которым незачем было врать, сам выбрал его в напарники. Зачем тогда он это сделал? Зачем выбирать, затем общаться по-дружески? Саске понимал, что он новичок, и что их отделяют долгие годы опыта работы, но ему казалось, что они стали работать на равных. А получалось, что все это время Наруто считал его блатным, не равным коллегой, а всего лишь сыном своего известного отца.       Могли ли они и дальше оставаться напарниками? Саске мотнул головой. Если Наруто от него откажется — тем лучше. Переведется в другой участок. Сам он ничего предпринимать не собирался. Конечно, доверять Наруто он больше не собирался, но они находились не в детском саду. У них была работа, для которой им вовсе не обязательно быть друзьями.       У Саске никогда раньше не было друзей, кроме Итачи. И то — он потерял и его. В школе его сторонились из-за жуткой смерти мамы. В университете — из-за отца-генерального прокурора. В полицейской академии — из-за истории со взяткой. Он привык быть один. Одиночество его не пугало. Оно, пожалуй, всегда оставалось его единственным другом. Оно никогда не обещало того, что не могло выполнить, и не предавало.       Поэтому Саске давил в себе обиду и убеждал самого себя, что ему наплевать на мнение Наруто и на его последующие действия, какими бы они ни были. К сожалению, мысленные уговоры занимали слишком много времени и отвлекали от работы. Но Саске всегда отличался упрямством. Он упорно старался заглушить бушующие эмоции и по несколько раз перечитывал одни и те же предложения в отчетах, пока до него, наконец, не доходил смысл.       На третий день стало чуть полегче. Он чуть реже думал о случившемся, и сосредоточиться стало проще. Таблетки, рекомендованные Сакурой, тоже гораздо лучше снимали боль, и он даже не просыпался ночью из-за пульсирующей боли в лице.       Вечером, около десяти вечера, в дверь Саске позвонили. Он пришел домой в семь и сразу же вырубился, даже не поев. От звонка он проснулся не сразу, поэтому не знал, как долго трезвонили в дверь. С раскалывающейся головой он включил свет, о чем мгновенно пожалел, сощурившись, и посмотрел в глазок. Вздохнул и открыл дверь.       — Привет, — сказал Наруто.       — Чего тебе? — Саске потер глаза рукой.       — Принес тебе пальто, — Наруто протянул ему черный фирменный пакет. У него был опухший правый глаз и залепленный пластырем раздувшийся нос. Верхняя губа покрылась коричневой корочкой. Саске на секунду почувствовал укол вины. Болячка на красивых пухлых губах Наруто выглядела чем-то инородным и кощунственным. Все равно, что кто-то испортил бы улыбку Мона Лизы или надругался над Давидом. Но затем он опустил взгляд, увидел его сбитые костяшки, и вина сменилась раздражением. — Я нашел твое, но оно было так сильно порвано, что швея сказала, что зашить не получится. Поэтому я нашел такое же новое.       Саске уставился на протянутый пакет.       — Я не возьму, — твердо ответил он.       Наруто вздохнул и попер напролом, отодвигая недовольного Саске в сторону и проходя в квартиру, воспользовавшись тем, что тот не до конца проснулся и до сих пор жмурился от света.       — Закрой дверь, не хочу, чтобы все твои соседи слушали, — попросил он. Саске закрыл. — Слушай, извини, что полез за Казумой один, — глядя куда-то в сторону, протараторил он, — но ты мог бы спокойно это сказать, и мы бы все обсудили. Нахуя вот ты сразу с кулаками полез? Взял, ударил меня в живот — а если у меня гастрит? Больно вообще-то, — пожаловался он.       — А у тебя гастрит?       — Да не в гастрите дело, — возмутился Наруто. — Не знаю, может, для тебя это нормально, но я не привык к тому, что мои коллеги так со мной поступают. Вот я и разозлился. Ты разозлился, что я ушел, а я разозлился, что ты меня ударил, понятно?       — Понятно.       — Что тебе понятно? — нахмурился Наруто. — Я извинился, а ты извиниться не хочешь?       — Извини, — совершенно неискренне сказал Саске. Он не смотрел на Наруто, но краем глаза видел, что тот прожигает в нем дыру.       — Почему ты такой осел? — рассердился Наруто. — Я просто пытаюсь…       — Ты хочешь еще получить? — вспылил Саске.       — Да это ты у меня сейчас получишь, — бросив пакет в сторону, приготовился к драке Наруто.       Саске машинально сдавил переносицу и тут же, скривившись от боли, убрал руку.       — Выметайся, Наруто, — жестко произнес он.       — И чего я вообще распинаюсь… — пробормотал Наруто и вылетел за дверь.       Саске закрыл замок и вспомнил про пальто. Он поднял пакет, намереваясь бросить его Наруто вслед, но того уже след простыл. Саске оставил его валяться в прихожей, не распаковывая.       На следующий день Наруто появился на работе к обеду. Они не стали здороваться друг с другом, и до вечера каждый занимался своими делами. Саске изучал документы, Наруто долго залипал в компьютер, поболтал с Хинатой, которая все причитала о его болячках и мудаках, которые считают, что им может сойти нападение на лучшего следователя города с рук, а потом на час ушел куда-то с Кибой.       Ближе к вечеру в участок пришла Ино. Вытаращив глаза, она переводила взгляд с Саске на Наруто.       — Вы… — лишилась она дара речи.       — Да не парься, через неделю заживет, — заверил ее Наруто.       — Сакура написала мне, что вы подрались, но я не думала, что все настолько серьезно, — покачала она головой. — Вы совсем идиоты? Вы ведете крупное дело, а если завтра к вам пристанут журналисты? В следующий раз, когда будете драться, чтобы били друг друга куда угодно, но только не по лицу, понятно? — разозлилась она. — Чтобы ни одного синяка не было видно.       — Ты такая заботливая, Ино, — умилился Наруто.       — Делать мне больше нечего — заботиться о великовозрастных тестостероновых дураках, которым больше нечем заняться, как выяснять отношения, — фыркнула Ино. — Лучше бы вы с таким же рвением дело расследовали.       Саске не собирался встревать в разговор и вообще реагировать на замечания Ино.       — Я вообще не за этим пришла, — сказала Ино и, подтащив стул от пустующего возле стены стола, села между Саске и Наруто. — Хотела показать вам одну интересную штуку.       Она открыла на телефоне Шинденшин и нашла канал “Аве Мститель”.       — Что за “мститель”? — не понял Наруто.       — Так теперь называют вашего убийцу в интернете.       — Ну и попсятина, — поморщился Наруто.       — Где-то я уже такое слышал, — неодобрительно качнул головой Саске.       — Да, название дурацкое, — согласилась Ино. — Буквально, первое, что приходит на ум. Но дело не в этом, а в том, что канал был создан три дня назад, и у него уже больше ста тысяч подписчиков. Не знаю, насколько агрессивно его продвигают, но люди очень активно лайкают и комментируют посты.       — А что пишут? — спросил Саске.       — Это самое важное, — сказала Ино. — Админ не просто одобряет действия убийцы, он считает его героем. И люди с этим согласны. Вот, послушайте.       Она пролистала немного вниз и начала читать пост.       “Я бы хотел в очередной раз подчеркнуть, что Мститель — не просто убийца и никакой не террорист. Он единственный человек в нашем городе, которому по-настоящему не плевать. Даже под страхом тюремного срока и смерти он находит в себе смелость бороться со злом, гнилью, отбросами человечества, решившими, что они могут вершить судьбы обычных людей. Он выполняет за власть имущих и за полицейских то, что они сделать не в состоянии, а они пытаются лицемерно окрестить его преступником, хотя их преступления гораздо серьезнее. Они назвались полицейскими, но тупо просиживают свои жопы в участках, пока Мститель выходит на улицы и защищает нас.       Я бы очень хотел оказать ему любую помощь, поэтому, Мститель, если ты это прочтешь, то знай, что я и еще тысячи людей, подписанные на этот канал готовы оказать тебе содействие в твоей священной войне против несправедливости и беззакония”.       — Почитаем комментарии, — предложила Ино.       “Мститель — это наш Бэтмен. А все знают, что Бэтмен — положительный герой и хороший парень”.       “Я даже не знала, что у нас в городе столько мразей. Похоже, пора записаться на курсы самообороны. Куда смотрит полиция?”       “Мусора как всегда сосут. Мститель наш герой!”       “Надеюсь, его никогда не поймают. После его появления я чувствую себя в безопасности.”       — И так далее, — прокомментировала она.       — Плохо, — вздохнув, Наруто откинулся на спинку кресла.       — Они что, ненормальные? — произнес Саске. — По ним всем психушка плачет. С каких пор убийца стал героем?       Ино грустно стрельнула глазами.       — С тех пор, как полиция дискредитировала себя, и люди перестали чувствовать себя защищенными, — сказал Наруто.       — И что, теперь какой-то псих будет решать, кто виновен, а кто нет? Без суда и следствия?       — Ну, пока что убитые им были действительно виновны, — почесала нос Ино.       — Вы правда собираетесь защищать его? — вспылил Саске. — А если завтра он ошибется и убьет невиновного?       — Справедливости ради, у нас иногда и в тюрьмах оказываются невиновные, но, — выделила она голосом последнее слово, прежде чем Саске успел вновь возмутиться, — я не собираюсь его защищать. Я работаю в полиции, и наша задача ловить всех убийц без исключения, так что давайте закончим спор о благородности его действий, и вы займетесь работой.       Ино ушла, и Саске вернулся к своим делам. Но сосредоточиться теперь стало еще сложнее. Он не мог понять, как кто-то мог найти хоть что-то положительное в действиях убийцы.       Через пару дней в разгар обеда из своего кабинета вылетел Какаши.       — Наруто, быстро за мной. В восточном какие-то новости по твоему делу.       Саске подскочил и пошел следом за Наруто. Тот лишь мельком взглянул на него, но ничего не сказал.       — Что говорят-то? — спросил Наруто, сев рядом с Какаши на переднее кресло. Саске, умостившись сзади, навострил уши.       — Им пришло письмо от убийцы, — сказал капитан, встраиваясь в поток автомобилей. — Что так машин много, — выругался он. — Все на обед что ли поехали?       Наруто молча достал из бардачка сигналку и поставил на крышу.       — Погнали, — сказал он, и Какаши поехал по встречке. — Письмо от убийцы? Типа как по почте?       — Не знаю подробностей, — качнул головой Какаши. — Сейчас все спросим.       Саске раньше не бывал в восточном отделе. В отличие от их южного участка, это здание было четырехэтажным и широким. Саске оценил большую парковку сбоку, где свободное место нашлось сразу. В довольно старом холле без окон, с выкрашенными персиковой краской стенами, пахло какой-то сыростью. Все-таки в южном было уютнее — там всегда приятно пахло кофе, стояли самого разного размера цветы, за которыми ухаживали диспетчера, а через большие окна всегда поступал дневной свет.       Их встретил Эбису.       — Как только получили, я сразу связался с вами, — сказал он, обращаясь ко всем троим одновременно.       — Показывай, — скомандовал Какаши.       Сложенный вдвое листок бумаги лежал в белом конверте без единой надписи.       — Его положили в ящик с анонимными письмами, — сказал Эбису.       — Вы его трогали голыми руками? — уточнил Наруто.       — Да, вместе с остальной почтой, — виновато ответил он.       В середине листа вырезанными из газет и журналов буквами было выложено “Заплатите мне или Хидан не будет последним”.       — Чего? — скривился Наруто. — Что за чушь?       — Почему чушь? — не понял Эбису.       — Чушь или не чушь, мы должны это проверить, — проинформировал Какаши.       — Выдели для этого других людей, — твердо сказал Наруто. — Я не собираюсь тратить на это время. Вероятность того, что это наш убийца равна нулю. Он убивает не из-за денег. Это просто наглость, — фыркнул он и сунул конверт в руки Эбису.       — Ты уверен? — спросил Какаши.       — На тысячу процентов, капитан, — ответил Наруто.       — Свободен, — кивнул тот, и Наруто незамедлительно пошел на выход. Саске посмотрел ему вслед и решил посмотреть, что будет дальше.       — Что, вот так просто? — удивился Эбису. — А если это все-таки убийца?       — Займитесь этим, — сказал Какаши. — У вас есть видеонаблюдение возле почтового ящика?       — Возле почтового есть, но это ящик для анонимных писем, — развел руками Эбису. — Никто не стал бы оставлять анонимные сообщения, если бы там стояла камера.       — Установите незаметную, — начал Какаши, но Эбису замахал руками:       — Это вам лучше с нашим капитаном разговаривать.       Какаши вытащил ключи от машины из кармана и отдал Саске.       — Возвращайтесь в участок, — и ушел к кабинету капитана.       Наруто, скрестив руки, стоял, оперевшись спиной об автомобиль.       — А где Какаши? — спросил он, глядя, как Саске идет к водительскому сидению.       — Раздает указания, — коротко ответил Саске.       Ехали они молча. Наруто покрутил печку, сделав теплее, и отвернулся в боковое окно. Дорога обратно была длиннее из-за объезда перекрытой на ремонт полосы ведущего напрямик шоссе.       — Я работаю следователем десять лет, и я хорошо научился определять болевые точки людей, — вдруг произнес Наруто, не поворачиваясь. — Я это делаю машинально, даже не задумываясь. Просто на всякий случай, вдруг пригодится потом для допроса или шантажа. Кто-то скрывает свои триггеры чуть лучше, кто-то — хуже. Твое больное место даже искать не нужно, — Наруто повернулся. — Ты знаешь, что многих бесит мэр и то, что ты сын мэра. И тебя это грызет.       — Зачем ты мне это говоришь? — раздраженно спросил Саске.       — Затем, что я нарочно тогда надавил на то, что ты его сын. Не потому что я правда так считаю, а потому что знал, что тебя это заденет.       — Ага, держи в курсе, — Саске не повел даже бровью, чтобы показать демонстративное равнодушие.       — Если бы тебе было все равно, ты бы не обижался на меня, — легко читая сквозь его маску безразличия, сказал Наруто.       — Я не обижаюсь на тебя, — ответил Саске, прищурившись и даже оторвав взгляд от дороги.       — За десять лет я также хорошо научился видеть, когда мне врут, — парировал Наруто.       — Знаешь, неважно. Просто отвали, — выдохнул Саске. — Закроем это дело, и я переведусь в другой участок.       Наруто усмехнулся.       — Не думал, что тебя настолько легко деморализовать. Думаешь, в другом участке будет проще?       — Я не думаю, что там будет проще. Просто не хочу с тобой работать. Ты меня бесишь. Ты слишком уверился в собственном превосходстве. Капитан потакает тебе, веря каждому твоему слову, комиссар тебе слово поперек не может сказать…       — Так было не всегда, — перебил его Наруто. — Мне верят только потому, что я неоднократно доказал, что мне можно верить.       — Неужели, — усмехнулся Саске.       — Я понимаю твою злость. Я и тебя заставил поверить мне, а потом предал. Прости.       Это было настолько искренне, что все недовольство Саске вмиг улетучилось. Он почувствовал себя совершенно безоружным перед такой кристальной честностью. Он даже на всякий случай повернулся, чтобы проверить, не использовал ли Наруто какой-то гипноз или магию, но тот лишь непонимающе посмотрел в ответ, удивленный такой переменой настроения. Видимо, и сам не ожидал, что его слова возымеют такой эффект.       — Проехали, — буркнул Саске, сам не до конца понимая свои чувства в этот момент.       — Ты не уйдешь от меня к другому? — с теплой улыбкой в голосе спросил Наруто.       Саске лишь хмуро зыркнул на него. Уже вернувшись вечером домой, Саске, по-прежнему размышлявший над словами Наруто, написал Сакуре.       Саске: Вы с Наруто не говорили про нашу с ним ссору?       Сакура: Говорили, а что?       Саске: А что говорили?       Сакура: Он сказал, что вы уже помирились, и что он все равно чувствует себя дураком за то, что сделал       Сакура: Я сказала, что говорить тебе про твоего отца было явно лишним       Сакура: И все       Саске: Это когда было?       Сакура: Дня два назад       Сакура: Все нормально?       Саске: Да. Просто спросил. Хорошего вечера       Сакура: И тебе с:       Два дня назад. Саске, лежа в кровати, уставился на испускающий тусклый свет торшер. Оставалось признать, что в своей работе Наруто был хорош. Если не знаешь чьи-то мотивы или, например, причины злости и обиды — используй любые пути. Наруто освоил этот прием в совершенстве.       Совместные завтраки вернулись. И обеды тоже. В основном они посещали места, которые нравились обоим, но иногда Саске сдавался и ехал в любимые заведения Наруто, где все меню состояло из жирного и калорийного.       — Ну как вообще можно жить без этого? — спрашивал Наруто, приговаривая второй большой бургер и заедая его картошкой фри. Он весь измазался в соусе и совершенно не обращал на это внимания.       Саске с неудовольствием признавал, что Наруто знал лучшие бургерные и пиццерии в городе, где готовили действительно очень вкусно. С неудовольствием — потому что он все-таки старался следить за здоровьем, а здоровье начиналось с нормального питания. Но, решил он, иногда все-таки можно побаловать себя.       А еще Саске как-то утром принес флешку и вставил в проигрыватель в машине.       — О, это флешка с крутыми треками?! — обрадовался Наруто. — Чтобы мы ездили под крутой музончик?       — Не знаю, — буркнул Саске. — Просто записал музыку, которая мне нравится.       Наруто поскорее включил трек и закивал головой.       — Да, под это определенно можно с кайфом залететь на место убийство, — сказал он. — Хотя, знаешь? Лучше бы нам сделать несколько плейлистов. Для выезда на место убийства один, на задержание другой. Ну, для настроения.       — Вперед, записывай, — пожал плечами Саске.       — Не раньше, чем послушаю, что уже есть у тебя, — ответил Наруто и сделал погромче.       Ездить под любимую музыку было действительно приятней. Наруто знал много песен из его плейлиста и иногда радостно подпевал.       — Чувак, обожаю эту песню, — приложив кулак ко рту от нахлынувших чувств, говорил он и громко пел припев. Потом заиграла следующая песня, и Наруто сначала долго ржал, а потом горланил слова, которые знал наизусть: — Хоп, мусорок…       Саске не сдержал улыбки.       — Не знал, что тебе понравится. Я вообще-то добавил эту песню, чтобы тебя позлить.       — Шутишь, да? Это же база, — фыркнул Наруто. — Ни одна рабочая попойка без этой песни не обходится.       — Хэллоуинская обошлась.       — Ты просто рано ушел, — сообщил Наруто. — Ее всегда ближе к концу включают, когда все уже пьяные.       В какой-то из дней он вдруг пригласил Саске пойти с ним и Кибой выпить пива, и Саске пошел. Он появился в баре в пальто, которое купил ему Наруто, и тот улыбнулся. Совсем легко и без самодовольства, лишь радуясь, что оно пригодилось. Киба напился и раз пять повторил, что Саске “оказывается, не такой уж придурок”. Наруто рассказал пару историй про времена службы с Джирайей. Чем больше Саске слышал про Джирайю, тем сильнее он понимал, что работник из него был так себе, о чем предусмотрительно помалкивал. Наруто отзывался о нем с невероятной теплотой, и, похоже, он искренне любил все нелепые случаи, которые происходили с ними.       Сам Саске в основном молчал. Чем дольше он сидел с ними и чем больше пустых кружек пива появлялось на столе, тем лучше он понимал, что ему лучше вообще не пить с Наруто. На трезвую голову у него не возникало никаких трудностей: Наруто был его коллегой, красивым, смешным и очень обаятельным коллегой, который мог заставить простить себя всего несколькими словами, но Саске всегда хорошо умел держать себя в руках и контролировать неуместный интерес. Обычно он и выпив с этим прекрасно справлялся. Но в этот вечер, когда напротив сидел, улыбаясь, Наруто и с жадным интересом слушал каждое его редкое слово, творилось что-то в корне неправильное: контроль над собой снижался обратно пропорционально увеличению алкоголя в крови. В конце концов, Саске тяжело вздохнул, сказал решительное:       — Я домой, — и ушел на улицу заказывать такси от греха подальше.       На работе было полное затишье.       — В восточном взяли человека, который написал то письмо, — как-то сказал Какаши, подойдя к ним. — Он написал новое. Они поставили камеру и нашли его по куртке. К убийствам он не имеет никакого отношения.       Наруто кивнул. Без зазнайства и “я же говорил”, просто принял к сведению. Какаши хлопнул его по плечу и ушел в свой кабинет.       Еще через неделю они с Наруто возвращались вечером из храма в участок. Они вновь поехали туда, потому что на этом настоял Наруто.       — Давай еще раз поболтаем там со всеми, — сказал он. — Мне не дает покоя, что все три убийства с ним связаны. Других зацепок у нас все равно пока нет.       Они по еще одному кругу опросили всех монахов, но те говорили все то же, что и в первый раз.       — Я стал внимательнее наблюдать за братьями, — сообщил им Казума. — И я ума не приложу, когда кто-нибудь из них мог бы разрабатывать планы злобного гения. Спланировать такое идеальное убийство, не оставив следов — это ведь непросто, верно? Мы целыми днями все на виду, мы учимся, молимся, выполняем бытовые обязанности.       Наруто, сидя в машине, вздохнул и устало завел руки за голову.       — Знаешь, что? Давай еще раз соберем все, что у нас есть, может, получится, заметить что-то, что мы пропустили. Поехали ко мне.       — Зачем к тебе? — не понял Саске.       — Хочу сменить обстановку, — сказал Наруто. — Не знаю, как тебе, а мне иногда полезно что-то поменять, чтобы взглянуть на события под другим углом. А еще у меня уже жопа от рабочего кресла болит, — добавил он. — Надо у Какаши новое попросить.       Квартира Наруто оказалась полной противоположностью квартиры Саске. Уютная и теплая. Яркие цвета на кухне — оранжевый и зеленый, и пастельные в гостиной. Белый пушистый ковер рядом с диваном, на котором расположился низкий кофейный стол. Куча фотографий и разных статуэток и мелочей на стеллаже. А еще бардак.       — Блин, совсем об этом забыл, — простонал Наруто. — Посиди пять минут, я сейчас все уберу, — Саске сел на диван, а Наруто забегал, собирая со стульев одежду, а со стола грязные чашки и обертки от конфет. — Впору задуматься о домработнице. Мало того, что я ненавижу убираться, еще и времени нихрена на это нет.       Быстро наведя косметический порядок, он плюхнулся на диван со стопкой бумаги и двумя бутылками пива в руках.       — Будешь? — протянул он одну.       — Мы вроде над делом работать собрались, — вскинул бровь Саске.       — Да. Говорю же, полезно иногда что-то поменять. Мне под пивом иногда такие интересные мысли приходят, — сказал Наруто и поставил одну бутылку на стол, а вторую открыл. — Ну, захочешь — возьмешь, — и сделал большой глоток.       Саске, хорошо помня о действии на него алкоголя в присутствии Наруто, предусмотрительно не стал рисковать. Еще и у него дома сидели. На диване, в пяти сантиметрах друг от друга. Саске сглотнул и перевел все свое внимание на дело.       — Итак, — сказал Наруто и взял лист бумаги, на котором стал чиркать, — что мы имеем? У нас есть три убийства. Между первым и вторым интервал месяц, между вторым и третьим — пара недель. Убийства произошли в северном парке, южном парке и возле восточного стадиона.       — Там, где жертв могли быстро обнаружить обычные прохожие.       — Но при этом ни одного прохожего не было рядом во время убийства.       — Или эти прохожие молчат.       Наруто кивнул.       — Думаю, места все же выбраны неслучайно. Он ведь встречал своих жертв совсем не там, где они в итоге были убиты. Очень мало, кто ходит по паркам и стадионам ночью. То есть, вполне возможно, что никто действительно не стал свидетелем. А вот утром жертв сразу находят. Дальше, — продолжил он. — Мотив убийцы мы с самого начала установили верно — позже он подтвердил его на видео с Какудзу. Он недоволен работой полиции и судебной системы. Это его протест. Что это говорит о нем, как о человеке?       — Начнем с того, что это явно мужчина, — сказал Саске.       — Думаю, лет тридцати, плюс-минус, — согласился Наруто.       — Вряд ли это какой-то забитый нерд. Я считаю, что он должен быть хорошо физически подготовлен.       — Да. Обычные нерды и бывшие жертвы школьных буллеров обычно более импульсивны. Наш убийца крайне умен, терпелив и хладнокровен. Он настоящий хищник, который может подолгу сидеть в засаде, ожидая, пока жертва в нее угодит. А еще, думаю, что у него в жизни был какой-то поворотный момент, после которого он понял, что дальше так продолжаться не может.       — Что-то личное?       — Да. Среднестатистический человек, даже видя всю несправедливость и жестокость мира, не пойдет убивать. Что-то должно было произойти с ним или, я больше склоняюсь к тому, что это произошло с его близкими. Возможно, убийца его близкого человека не был наказан. Или насильник. И это его крик о помощи. Социальное высказывание. Извращенное, ужасное, жуткое, но, возможно, он больше не знает, как бороться по-другому. Как разбудить людей, которые не хотят видеть дальше своего носа, которые нормализуют насилие. Он требует перемен.       — Он все же может быть связан с жертвами Какудзу. О Сасори и Хидане было всем известно, но никто ничего не знал о Какудзу, пока его не убили.       — Может быть. А может быть так, что он вообще не связан ни с одной своей жертвой. Может, у него есть какие-то свои выходы, источники, благодаря которым он узнал то, что не было известно общественности.       — Мне больше всего не дает покоя другая вещь, — сказал Саске. — Зачем он срезает волосы своих жертв? Я изучал истории серийных убийц, и так обычно делают шизоиды с маниакальным расстройством личности, которые получают удовольствия от того, что время от времени разглядывают свои трофеи. Насколько я понимаю, наш убийца не получает удовольствия от убийств в целом.       — Да, это отличный вопрос, — согласился Наруто и написал это на листе. — Я уже думал об этом. Но пока ничего не придумал. Все в его убийствах продумано до мелочей: жертвы стоят на коленях с опущенной головой, как бы раскаиваясь в своих грехах и вымаливая прощение. Он перерезает им глотки, и это одновременно легкая смерть и напоминает агнцев на заклание.       — Все-таки религиозный подтекст?       — Не обязательно быть верующим, чтобы использовать это как символ. Он хорошо известен достаточно большому количеству людей. Но, может, я мудрю, и это просто быстрая смерть для его жертв. Он не хочет смотреть на их мучения, одной жизни ему достаточно. Но для чего срезать прядь волос? Я не вижу в этом никакого смысла.       — Меня также волнует, есть ли у него конечная цель? Если в его убийствах есть смысл, то сколько еще людей он убьет и что должно произойти, чтобы он остановился?       — Такими темпами это мы узнаем уже по факту, — мрачно произнес Наруто и потянулся за второй бутылкой пива. — Ты точно не будешь?       — Нет. Ну, тебя уже посетили интересные мысли?       Наруто, открыв бутылку, отставил ее в сторону и задумался, глядя прямо перед собой. А затем посмотрел на Саске. Долгим пристальным взглядом глаза в глаза. Саске непонимающе вскинул бровь, а Наруто произнес:       — Да. Одна. Потрясающая.       Он резко подался вперед, положив одну руку Саске на талию, а другую на шею. Он остановился в сантиметре от его губ, молча спрашивая глазами разрешение. Саске опешил.       — Это тебя разговоры об убийствах так заводят?       — Нет, — тихо произнес Наруто. Его теплое дыхание коснулось губ Саске. Голубые глаза в исходящем сзади электрическом свете были темными, цвета пруда в парке в пасмурный день. Невозможно ни понять, ни разглядеть, что находится на дне. — Меня заводишь ты, — Саске сглотнул, не отталкивая его, но и не отвечая, и Наруто нахмурился. — Я неправильно тебя понял? Разве я не нравлюсь тебе? Я видел, как ты смотришь на меня.       — Как я смотрю на тебя? — также тихо спросил Саске, машинально облизывая пересохшие в момент губы.       Наруто проследил взглядом за его языком и ответил не сразу.       — Когда думаешь, что я не вижу, ты не сводишь с меня глаз. Я помню твой взгляд на Хэллоуине. Твое касание в машине. И то, как ты смотрел на меня, когда мы с Кибой пошли в бар. Почему ты ушел, Саске?       Саске положил ладонь на его руку, касающуюся шеи. Совершенно нейтральное касание — понимай как хочешь. Наруто понял по-своему. Повел пальцами выше, коснулся волос на затылке.       — Ты и правда очень проницательный, — проронил Саске, переводя взгляд на его пухлые губы. Болячка наконец сошла с них, и они снова были идеальными, такими, словно их создала кисть гениального художника. — Мне всегда говорили, что по моему невыразительному лицу не поймешь, что у меня на уме.       — Наверное, ты просто раньше не встречал такого красавчика, как я, — усмехнулся Наруто.       — Нет, — серьезно ответил Саске. — Не встречал.       Улыбка медленно сползла с губ Наруто.       Саске очень хотелось бы спросить Наруто, почему он это делает. В какой момент он стал его заводить? Сам Саске не замечал за ним ничего, что могло бы натолкнуть его на мысли о выходе за рамки отношений двух коллег, о снятии табу с мыслей. Но еще больше ему не хотелось портить момент. Еще больше ему не хотелось, чтобы Наруто убрал руки с его кожи. Саске резко сократил крошечную дистанцию между ними и впился в вожделенные губы, о которых запретил себе думать.       Наруто простонал в мокрый поцелуй и тут же пригвоздил его ногами к дивану. Саске провел руками по бедрам и обхватил задницу. Наруто разорвал поцелуй и рвано выдохнул. В потемневших глазах горел огонь. Саске чувствовал его жар даже собственной кожей. Наруто снова его поцеловал, судорожно расстегивая его рубашку, чуть ли не отрывая пуговицу, и скользнул руками по оголившейся груди. На этом он не собирался останавливаться, и через мгновение потянулся к ширинке.       Саске лихорадочно вздохнул, когда рука коснулась члена, и, желая доставить удовольствие и Наруто тоже, расстегнул его штаны. Наруто простонал, почувствовал его ладонь на своей плоти, и быстрее задвигал рукой.       Для Саске все закончилось предательски быстро. Длительное отсутствие секса, накопившаяся усталость на работе… Впрочем, всего этого могло не быть, достаточно было того, что Наруто кусал его ухо, терся бедрами, получая максимум удовольствия, и проводил ладонью по всей длине, чтобы Саске зажмурился, не в силах дольше сопротивляться накатывающему наслаждению.       Быстро переведя дыхание, он опрокинул Наруто на спину и, целуя шею, довел до оргазма и его. А затем упал сверху, пытаясь отдышаться. Узкий диван не позволял нормально лечь двоим.       — Ты тяжелый, — тихо произнес Наруто, слегка рассмеявшись. — Может, пойдем в кровать?       Саске потер веки и перевел взгляд на Наруто. Глаза вновь были тепло-голубыми и смотрели на него в ожидании ответа.       — Сейчас только схожу в ванную, — ответил Саске.       — Давай, я после тебя, — сказал Наруто.       Наскоро приняв душ, Саске распластался на большой незаправленной кровати в комнате Наруто. На столе рядом с ней лежал включенный ноутбук и целый ворох бумаг. На стенах висели фотографии известных мест в Италии, Испании, Греции. На прикроватной тумбочке светились часы-будильник.       Саске долго лежал, разглядывая фигурки персонажей на прибитых к стенам полках, и уже собирался пойти проверить, все ли в порядке, как Наруто пришел сам, запрыгнул на кровать и сразу стало понятно, почему он так задержался в ванной.       — Зачем надел? — фыркнул он, снимая с Саске трусы, и прижался задом к полувставшему от одного его вида члену. Смазка. Саске застонал от одной мысли, что будет дальше.       — Эй, Саске.       Тихий голос и настойчивые прикосновения к плечу выдернули его из крепкого сна. Саске перевернулся на спину, приходя в себя.       — Чего? Что случилось? Сколько время?       — Это неважно. Скажи, пожалуйста, зачем ты взял взятку? — прошептал Наруто.       Саске мгновенно проснулся. Он глянул на прикроватную тумбочку: часы показывали начало четвертого. Он повернул голову к Наруто: тот лежал на боку, по-прежнему прикасаясь к его плечу, и наклонился так близко, что даже в темноте Саске видел его большие глаза. Спросонья и без света они казались еще больше, чем обычно, под ними залегли черные тени. Смотрел он странно, от его взгляда хотелось поежиться, но Саске сдержался и только вздохнул, накрыв локтем веки.       — Хуятку. Не знаешь, зачем их берут? Нахуй ты меня разбудил в три ночи?       — Какой ты грубиян спросонья, — проворчал Наруто.       — Потому что сейчас не время спросонья, сейчас время для сна, сам же спать вчера не давал.       — Я знаю, зачем их берут, — вернулся к теме Наруто. — А это был первый раз, когда ты взял?       — Наруто, давай поговорим завтра, — устало проговорил Саске, раздраженно заерзав на месте.       — Давай сейчас. Ты все равно уже проснулся.       — Я усну обратно через три секунды.       — Сначала скажи. Что ты хотел сделать с этими деньгами?       Саске помолчал. Тишина затягивалась, и Наруто снова потрепал его за плечо:       — Саске.       — Не брал я ее.       Снова возникла пауза. Саске лежал с закрытыми глазами. Открывать их и видеть неверие на лице Наруто не хотелось.       — Как не брал? Брал же.       — Меня подставили, — нехотя произнес Саске.       — Кто?       — А я откуда знаю? У отца много врагов.       — А причем здесь твой отец? — Саске все же открыл глаза и с издевкой уставился на Наруто. — А, да, точно. А как они заставили тебя взять деньги?       — Никак не заставляли. Мне сказали, что там вещдоки, я взял и поблагодарил. А обставили это по-другому. Что было дальше, ты знаешь.       Наруто замолчал, и Саске кожей ощущал его замешательство. Повернув голову, он мельком увидел на его лице не просто растерянность, а настоящий шок… скорее даже ужас. Но через мгновение Наруто уже принял сочувствующий вид.       — А почему ты никогда об этом не рассказывал?       — А ты бы поверил? — усмехнулся Саске.       — Может, и поверил бы, — пожал плечом Наруто.       — Мне даже отец не поверил. Спасибо, что хоть отмазал от условки, иначе я бы никогда не смог стать следаком. Здесь я начал все с чистого листа.       — Пытался, — произнес Наруто. — Тебе же здесь постоянно это припоминают.       — Это неприятно, но я с этим смирился, — сказал Саске, — потому что это не главное.       — А что для тебя главное?       Саске немного поразмыслил.       — Сейчас — быть хорошим следователем.       Они помолчали.       — Наруто? — позвал Саске.       — А?       — Ты мне веришь?       — Да, — просто ответил Наруто. — Не вижу ни одной причины тебе врать.       — Теперь мне можно поспать?       — Спи, — Наруто похлопал его по спине. — Спокойной ночи.       — Премного благодарен, — Саске повернулся на бок и быстро провалился обратно в сон.       Всего через день они ехали утром на место нового убийства.       — Да, Общественник уже выкатил пост, — сказал Наруто и стал читать:       “Дейдара — так зовут новую жертву на фото. Человек с безупречной репутацией: пять лет работал пожарником и спас не одну жизнь. О том, почему он оказался в списке жертв Мстителя, мы поговорим позже, а пока я хотел бы поделиться с вами вот какой информацией.       Ко мне обратилась девушка Дейдары, которая вместе с ним работала в бригаде пожарников, и сообщила, что несколько дней назад ему начали поступать сообщения с шантажом. Что именно стало предметом шантажа, она не объяснила, сказав только, что угрожавший располагал неверными данными. Именно в связи с тем, что ему незачем было бояться разоблачения, Дейдара обратился в полицию, но… там ему сказали, что ничего делать с этим не будут. Что это обычное словоблудие, не представляющее никакой опасности.       И вот человек погиб. За какие грехи он погиб это вопрос уже третий. Главное, что я хочу сейчас донести до вас, — полиция в очередной раз лишь развела руками в ответ на просьбу о помощи, и очередная человеческая жертва в первую очередь на их счету.       Думаю, комментарии излишни. Но вы можете поделиться своим негодованием.”