Стук молота

      Саске был зарегистрирован в Шинденшине, но только для того, чтобы читать новости и истории одного тру-крайм блоггера. Сам он ничего не выкладывал, никогда не подписывался на знакомых и свой никнейм никому не сообщал.       Найдя в поиске страницу sosaiety, Саске пробежался по постам. Он называл себя Общественник и писал, по его словам, про все случаи беззакония, бездействия и лжи властей и полиции. О некоторых историях, освещаемых им, Саске в той или иной мере слышал. Резонансное дело Гурен, которое было у всех на слуху вот уже год, признание Хидана, повергшее всех в шок своей безнаказанностью, сведения о применении насилия к задержанным на прошлогоднем митинге в восточном участке.       У него было двести с лишним тысяч подписчиков, сотни тысяч репостов и лайков и еще больше комментариев. Под постами разворачивались настоящие баталии согласных с Общественником и несогласных, причем зачастую основная мысль терялась в бесконечных оскорблениях собеседника. Но основная масса комментаторов была очень сильно недовольна полицией и властью. Саске даже видел пару упоминаний своего отца.       “Этот ебаный мэр наворовал на пять поколений вперед. И все блять поднимает налоги. Это же пиздец. Когда у него уже лопнет еблет?”       “А вы и дальше голосуйте за Учиху. А то больно богато живем — мясо раз в неделю можем себе позволить”.       Саске снова посмотрел на последний пост. Фото сделали с небольшого расстояния, меньшего, чем обычно отводят под оградительную ленту. Саске глянул за окно. Уже посветлело. На фото небо еще темнело, и на скрюченное тело падал слабый свет стоящего неподалеку фонаря. На переднем плане виднелись верхушки кустов, но по середине куста не было. Если фото делалось с дорожки, то можно предположить, что тело специально оставили так, чтобы его побыстрее нашли.       Саске вернулся к тексту и нажал на хэштег #ДокторСмерть. Первый пост датировался двадцать третьим января этого года. На фото красноволосый мужчина в халате врача стоял с то ли уставшим, то ли довольным выражением глаз.       “Сегодня у меня состоялся совершенно жуткий разговор с жителем нашего города.       Вернее, сам разговор был весьма приятным: мой собеседник, пока пожелавший остаться анонимным, — неравнодушный, думающий и умеющий анализировать человек, однако, тема, которой мы коснулись, потрясла меня до глубины души.       Небольшое предисловие. Прошлым летом шестидесяти трехлетний господин Тазуна, глава небезызвестной многим строительной компании, скоропостижно скончался. По словам родственников он уже долгое время болел, поэтому его смерть не стала для них шоком. Однако настоящим потрясением стало то, что господин Тазуна завещал все свое немалое состояние лечащему врачу, доктору Сасори, которого вы можете видеть на фото.       Дочь покойного, госпожа Цунами не могла в это поверить — отношения с отцом у нее были хорошие, и ничто не предвещало того, что он мог изменить завещание. Внимательно изучив его, она обнаружила большое количество грамматических ошибок. Она точно знала, что ее отец был хорошо образован и не мог их допустить. Это стало для нее большим красным флагом, и она решила позвонить свидетелям, указанным, как присутствующие при подписи завещания. Так называемые свидетели сообщили, что ни о каком завещании ничего не знают.       Тогда госпожа Цунами вспомнила о том, как доктор Сасори убеждал ее кремировать отца. Она уже собиралась согласиться, но в последний момент передумала, похоронила тело и теперь решила настаивать на эксгумации. С трудом добившись этого, она отправила останки на экспертизу, и выяснилось, что смерть господина Тазуны была вовсе не естественной. Она наступила в результате опиоидной передозировки.       Госпоже Цунами удалось опротестовать завещание, но возбуждать уголовное дело об убийстве полиция отказалась за недостатком улик.       Вот такая предыстория у сегодняшней нашей темы. А теперь вернемся к моему собеседнику. Важная деталь состоит в том, что он работает таксистом, поэтому дальше для удобства я так и буду его называть.       Господин Таксист — довольно общительный человек, поэтому за годы работы много с кем познакомился и даже подружился. Среди его друзей были женщины преклонного возраста, которым он даже давал свой номер телефона, чтобы они обращались к нему, когда понадобится куда-то съездить. И вот, какое-то время назад все эти женщины одна за другой, с разными промежутками времени, скоропостижно скончались.       Разумеется, люди преклонного возраста имеют свойство умирать, вот только все старые знакомые господина Таксиста почили в течение года, словно от эпидемии. И какое совпадение — каждая из этих пожилых дам наблюдалась у доктора Сасори по разным причинам, но более того, именно он обнаруживал женщин умершими в своих квартирах. Еще интересней то, что все они незадолго до смерти переписывали свои завещания, где оставляли какую-то часть наследства доктору Сасори, а также добавляли пункт о желании кремации после смерти.       Само собой, я не первый, к кому с этой историей обратился господи Таксист. Сначала он пошел в полицию и передал все сведения следователю, вот только с тех пор прошло два месяца, а доктор Смерть все еще не просто не арестован — у нас есть сведения, что за это время на его участке скончались еще пять старушек. Вопрос лишь в том, сколько из них встретили естественную смерть.       Я хочу обратиться к своим читателям: если у вас есть родственники, которые наблюдаются у доктора Сасори, немедленно переведите их к другому лечащему врачу. У меня достаточно информации, чтобы я мог с уверенностью сказать вам: рядом с ним они не в безопасности.       Если полиция не хочет защищать мирных граждан, значит, мы будем защищать себя сами. И будьте уверены, я сделаю все, чтобы несмотря на нежелание властей заниматься этим вопросом, доктор Сасоримерть предстал пред судом.”       Саске задумчиво уставился в телефон. С одной стороны попахивало самосудом, с другой — тоже ничем хорошим. Как бы то ни было, судя по последним новостям, увещевания Общественника нашли свою аудиторию, и кто-то все же решился на радикальный метод защиты населения.       Следующий пост с тем же хэштегом Общественник опубликовал в марте и выложил там фотографии старушек, которые, по его словам, стали жертвой доктора, а в тексте говорилось, что полиция по-прежнему бездействует. Третий и последний пост появился в конце августа. К тому времени Сасори задержали, предъявили обвинения и отпустили за недостатком улик.       Саске зашел в базу. Данных по Сасори собралось много: протоколы заявлений граждан, задержания доктора, его допрос. Саске потребовалось немало времени, чтобы их изучить. В результате получалось, что за Сасори числилась административка, и он уплачивал штраф за подделку документов, его также подозревали в двадцати восьми убийствах, но доказать его причастность к смертям оказалось трудно из-за того, что большинство его предполагаемых жертв кремировали в соответствии с поддельными завещаниями. Однако, как утверждалось в деле, количество смертей на его участке действительно сильно снизилось с тех пор, как им заинтересовалась полиция.       Саске откинулся на спинку стула и вдруг почувствовал, что проголодался. Он взглянул на часы: начало четвертого. Он и сам не заметил, как пролетело время, пока он изучал все сведения. Саске кисло посмотрел на сдвинутую вбок, чтобы не мешала, стопку документов, которые предстояло заполнить. Опять придется сидеть допоздна, и все из-за того, что он увлекся делом, которым занимался другой следователь.       Вздохнув, Саске потянулся и встал. Для начала нужно пообедать.       К концу октября последние желтые листья опали с деревьев, иссохшая трава на клумбах покрылась слоем грязи от бесконечных дождей, размывающих грунт, и город стал совсем серым. На улице стало промозгло, а ветер пробирался под теплое осеннее пальто и сносил зонты пешеходов. На площадях не сидели ни воробьи, ни голуби — все прятались под крышами. В участке круглосуточно горели светодиодные лампы, от которых к концу дня слегка щипало глаза. Зато было очень тепло, а из обеденной комнаты всегда доносился аромат кофе.       Три недели пролетели незаметно и довольно скучно. За все это время им с Наруто досталось только одно дело, в котором они поймали убийцу на следующий же день, и тот во всем сознался.       — Ну, скучно, конечно, но вообще-то это хорошо, когда у нас нет работы, — пожал плечами Наруто. — К тому же есть время немного расслабиться: даже не сомневайся, что дело Сасори скоро окажется у нас, и вот тогда будет не до отдыха.       Зрелище самоубийства молодого мальчишки со временем перестало так сильно мучить, растворившись в рутине рабочих, полных бумажек дней. Саске старался лишний раз не вспоминать этот эпизод, чтобы перед глазами не всплывала страшная картина, и бессонница мало-помалу отступила. Он снова стал ходить по утрам в зал, а иногда бегал в парке.       Конечно, Саске не мог не согласиться с Наруто, что отсутствие работы в убойном отделе — это хорошо. И все же он с нетерпением ждал любого дела, чем сложнее, тем лучше. Он подписался на Общественника и даже стал каждый день заходить в Шинденшин, но про Сасори тот ничего не писал, зато время от времени постил о других событиях.       Сам Наруто приезжал на работу не каждый день. Иногда он писал Саске с просьбой скинуть ему какую-нибудь информацию из базы, иногда от него несколько дней подряд не было ни слуху, ни духу. Когда он появлялся в участке, то чаще всего пропадал в кабинете у Какаши или уходил пить кофе с Кибой.       — Когда появится необходимость, Наруто даже ночевать здесь будет, чтобы не тратить время на дорогу домой, — сказала Хината как-то раз, когда зашел разговор о нем. — А смысл ему сейчас здесь штаны протирать? Для этого есть мы.       У Хинаты слегка поубавился уровень ненависти к Саске. С чем это связано, он не знал, да и ему было все равно. Напрямую он к ней не обращался, она к нему — тоже, но иногда подключалась к разговору, когда Саске спрашивал что-то по работе у Шино. Шино разговаривал еще меньше, чем сам Саске, но на вопросы всегда подробно отвечал.       Хоть открытых дел у него не было, Саске не терял зря времени, и разбирался в работе базы, заполнении документов, чтобы делать это быстрее, наблюдал за коллегами, чтобы понимать, кто здесь кто.       Какаши почти не выходил из своего кабинета и по всем вопросам вызывал подчиненных к себе. Саске за все это время вызван ни разу не был. Киба к следакам заглядывал редко, в основном когда в участке появлялся Наруто. Пару раз к ним забегала Сакура, чуть чаще появлялась Ино. Они обе, как правило, по рабочим вопросам общались с Какаши, но всегда задерживались, чтобы с кем-нибудь поболтать. Сакура дружелюбно здоровалась с Саске, спрашивала как дела, а потом уходила к диспетчерам, а Ино надежно обосновывалась в кресле Наруто, активно расспрашивая Саске о жизни и без всякого смущения флиртуя, и уходила только тогда, когда Хината начинала кричать, чтобы они шли “ебаться в другое место”. Перед уходом Ино советовала ей не завидовать, что кто-то “ебется”, а они с Наруто — нет, и Хината бросалась в нее степлером, который умудрялся перехватить Шино.       — Ты завтра придешь, надеюсь? — спросила Ино как-то раз перед уходом.       — Конечно, приду, — не понял вопроса Саске. — Завтра же рабочий день.       — Нет, я имею в виду в бар. — Саске молчал, и Ино добавила: — На вечеринку. В честь Хэллоуина. Наруто тебе не сказал? И даже в общий чат не добавил? — возмущенно спросила она, и Саске покачал головой. — Вот жучара. На меня твои лазеры не действуют, Хината, можешь не стараться, — фыркнула Ино, даже не глядя на мрачно воззрившуюся на нее Хинату. — Я тебя сейчас добавлю в чат, там вся инфа по завтрашнему мероприятию. Обязательно приходи, можно даже без костюма.       У Саске раздалось оповещение о том, что его добавили. В чате состояло больше ста человек, Саске быстро прокрутил участников: там были все его коллеги, которых он знал, и много тех, чьи имена он видел впервые. В последних сообщениях обсуждали новую кафешку, открывшуюся неподалеку от работы, а в закрепе висело сообщение от Ино, в котором сообщалось, что тридцать первого числа все свободные от наряда, приглашаются в бар на празднование Хэллоуина. Фразу “Костюмы обязательны” она выделила жирным шрифтом и тремя восклицательными знаками.       Саске полистал чат: чаще всего там просто поздравляли кого-нибудь с днем рождения, иногда какие-то рабочие новости писала Ино, и порой с удовольствием перемывались косточки коллегам из других участков.       Саске никогда не был компанейским парнем и в принципе не уважал Хэллоуин как праздник, но решил сходить разок на общую вечеринку, чтобы утолить любопытство. Разумеется, костюмом он не собирался заморачиваться и, заскочив после работы домой, надел свою обычную одежду.       В половину девятого в баре уже скопилось полно народу. Музыка играла громко, но не оглушительно, чтобы можно было расслышать стоящих рядом людей. Саске прошел к барной стойке. Ожидавшая свой заказ девушка в непонятном для него наряде, окинула его взглядом и радостно воскликнула:       — Ты вампир, да?       Саске вскинул бровь и отвернулся, чтобы заказать себе пиво. Люди в основном сидели за столиками, разбившись на компании, но кто-то уже вовсю танцевал в любом свободном пространстве. Саске заметил пару Джокеров, трех Харли Квин, пятерых пиратов, двоих ниндзя и шесть Джеймсов Бондов. За столиком неподалеку от бара сидел Наруто в костюме кицуне, а рядом с ним Киба-оборотень, Хината-Лара Крофт, Какаши в обычной рубашке и штанах и девушка с парнем, которых Саске не знал.       — Спасибо, Саске, я только что выиграла двадцатку, потому что поставила на то, что ты придешь, — раздался сзади голос Ино.       Саске повернулся: к нему подошли Сакура в желтом костюме и Ино, одетая, как медсестра.       — “Убить Билла”? — спросил он, и Ино кивнула.       — Я, конечно, рада, что ты пришел, но была уверена, что ты не любитель таких мероприятий, — сказала Сакура.       — А из тебя получился классный вампир. Ты даже грим сделал. Не думала, что ты так заморочишься, — одобрительно закивала головой Ино. — Чем ты сделал такие синяки под глазами…       — Это не грим, Ино, — толкнув ее локтем, чтобы замолчала, Сакура шлепнула себя ладонью по лицу.       Ино отшатнулась и стала заливаться краской.       — О господи. О боже. Прости, пожалуйста. Здесь просто освещение такое, — выпалила она. — Но, знаешь, что? Тебе нужно больше спать! Какого черта тебя можно перепутать с вампиром?       — Стыдобища, — покачала головой Сакура.       Саске выпил пива и ответил Сакуре:       — Я не любитель таких мероприятий, но мне было интересно, поэтому я решил прийти.       — Вот и хорошо, — сказала Ино, оправившись от позора. — Даже с такими синяками под глазами ты выглядишь в сто раз лучше большинства наших коллег. Выпьешь с нами? — очаровательно улыбнулась она.       — Ты что, флиртуешь с ним? — встряла Сакура. — Я вообще-то первая его заприметила!       — Я люблю тебя Сакура, но за него буду с тобой драться, — решительно ответила Ино.       — Ах ты…       — Слушайте, я с удовольствием выпью с вами, но хочу сказать сразу, чтобы не было никаких недопониманий: я против любых отношений на работе, в том числе простого флирта, — остановил их Саске.       — Даже дружеских? — вскинула бровь Сакура.       — Нет, любых кроме рабочих и дружеских, — пояснил Саске.       — М-м, — протянула Ино и отпила из высокого бокала с голубой жидкостью и льдом. — Жалко. Сложно найти кого-то, с кем захочется отношений, учитывая, что пропадаешь на работе почти сутками.       — Я почему-то так и знала, что ты это скажешь, — задумчиво протянула Сакура, обращаясь к Саске. — Но да, это действительно проблема,— поддержала она подругу. — Молодых парней не так много, минус женатые, минус привлекательные… в общем-то только ты и остаешься.       — А Наруто? — спросил Саске. Ино с Сакурой одновременно фыркнули.       — Он относится к женатым, — помахала ладонью Ино.       — Ни одна девчонка в здравом уме не подойдет к Наруто, потому что не хочет, чтобы Хината вырвала ей все волосы и выцарапала глаза, — усмехнулась Сакура.       — Похоже, ее гнев распространяется не только на девчонок, — протянул Саске.       Сакура рассмеялась.       — Да уж, не знаю, как она пережила то, что он взял в напарники кого-то другого.       — Она так-то вообще нормальная, — сказала Ино. — Просто помешанная на Наруто. Но если не вставать у нее на пути и не затрагивать тему ее драгоценного, она совершенно адекватная.       — И что, он вообще ни с кем не встречается, потому что всегда под охраной? — поинтересовался Саске.       — Мы с ним так близко не общаемся, может, вне работы у него и есть девушка, — пожала плечами Сакура. — Пойдемте, сядем?       Они прошли вглубь бара и сели к окну за высокий и небольшой круглый стол, подальше от колонок. За окном иногда проходили прохожие, но на них троих никто не смотрели — все торопились, глядя себе под ноги, чтобы не наступить в лужу, оказаться в тепле. От неоновой вывески над дверью бара лужи светились оранжевым и фиолетовым.       — А как вышло, что вы общаетесь? — спросил Саске. — Вы ведь даже не пересекаетесь по работе.       — На самом деле иногда пересекаемся, — ответила Сакура. — Меня иногда зовут на конференции, если нужно что-то прокомментировать, а Ино всегда на них присутствует.       — Да, мы так и познакомились. Сакуре тогда было лет двадцать пять, и она типа, ну достаточно мелкая, так обматерила Ибики — это здоровый мужик из спецотряда, ему под сорокет — за то, что он сказал про нее… как он там тебе сказал?       — Я не буду это повторять, — скрестив на груди руки, отрезала Сакура.       — Ну, в общем, — продолжила Ино. — У Ибики там чуть челюсть на пол не упала. И я подумала — вот это девчонка, с ней надо подружиться.       Сакура рассмеялась.       — Да, когда выдаются спокойные выходные, мы часто видимся. А чем ты занимаешься в свободное время?       — Хожу в зал. Читаю. Смотрю кино, — ответил Саске.       — Ты не особо компанейский, да? — подметила Ино.       — Нет, — покачал он головой. — Утомляюсь от частого социального взаимодействия.       — Типичный интроверт, — прокомментировала Сакура.       — Я немного удивлен увидеть здесь Какаши, если честно.       — Он на самом деле всегда приходит на вечеринки и корпоративы, — отозвалась Ино. — И вообще он нормальный мужик, просто в участке он вечно загруженный, на нем действительно очень многое держится.       — Он, кстати, очень смешно шутит, я всегда умираю от смеха, — добавила Сакура. — Что называется, редко, но метко.       — У него просто предвзятое мнение к тебе. Но он справедливый, так что рано или поздно он поймет, что ошибался.       — Откуда ты знаешь, что у него предвзятое ко мне мнение?       Саске хлебнул холодного пива и пристально посмотрел на Ино. Та пожала плечами и сняла повязку с глаза, которая, очевидно, ей мешала.       — Все знают.       — В смысле?       — Участок — это одна большая деревня, — сказала Сакура. — Я появляюсь там максимум раз в неделю, Ино — чуть чаще, и даже мы всегда в курсе свежих новостей. Ты что ли никогда не ходил в обеденную или столовую?       — Нет, а что?       — Там хочешь-не хочешь, а что-нибудь услышишь.             — Но конкретно про тебя я узнала не из сплетен, — сказала Ино. — Во-первых, сам Какаши говорил мне, что не хотел тебя брать. Из-за того дела о взятке. Еще я знаю, что взяли тебя не потому, что вмешался твой папа-мэр, а потому что мой отец дал тебе хорошую характеристику.       — Твой отец? — озадаченно спросил Саске.       — Психолог, с которым ты общался перед собеседованием. Яманака Иноичи. Они хорошие друзья с Какаши, капитан очень доверяет папе, потому что он реально умеет читать людей.       — Без шуток, — подтвердила Сакура. — Если я с кем-то не люблю сталкиваться на работе, так это с ее папой. Он тебя как-будто насквозь видит.       Ино рассмеялась.       — Папа сказал, что вообще не видит в тебе того человека, которого описывали в новостях. Он даже сомневается, что ты в принципе стал бы брать взятку.       — И еще Наруто был на твоей стороне, — сказала Сакура.       Саске начинал понимать, как мало знает о том, что происходило вокруг. Ни с кем не общаясь, он занимался своими делами и даже не подозревал о таких нюансах. С одной стороны, его никогда не интересовали последние новости коллектива и свежие сплетни. С другой, иногда полезно знать изнанку.       — Наруто? — переспросил он. Это, наверное, удивило его больше всего остального.       — Ему ведь напарника искали. Он захотел тебя, — объяснила Сакура. — Чем он руководствовался — без понятия, повторюсь, мы с ним близко не общаемся.       — А были другие претенденты?       — Конечно, — фыркнула Ино. — Место-то хорошее.       — И новички, и старички из других участников подавали заявки, — добавила Сакура.       — А кто сидит с ним за столом? — спросил Саске, чтобы сменить тему. О том, что бы все это могло значить, он подумает позже. — Девушка с парнем.       Девушки бросили взгляд в сторону Наруто и его компании.       — А, это Шикамару и Темари, — ответила Сакура.       — Шикамару — внештатный программист. Он очень хороший специалист, и, как классический представитель своей профессии, выходит из дома примерно раз в месяц. Поэтому если нам что-то от него нужно, мы обычно разговариваем с Темари — она тоже много чего умеет, а еще переводит с программистского на человеческий, — пояснила Ино.       — Темари — классная, мы ее часто зовём с собой куда-нибудь, — кивнула Сакура.       И разговор ушел от обсуждения работы и участка в более безопасную область.       Час пролетел незаметно. Саске пару раз сходил в бар, чтобы обновить им напитки. Наруто уже не сидел за тем столом — из изначальной компании там остался только Какаши, остальных присоединившихся к нему Саске не знал.       Когда Саске вернулся с третьим пивом и коктейлями для девушек, у них за столом уже сидели Шикамару и Темари. Темари обсуждала с Сакурой и Ино какую-то личную тему, поэтому Саске не стал вникать. Шикамару все время залипал в телефон. И вскоре Саске пошел за четвертым пивом, чтобы постоять возле барной стойки и оглядеться.       Вечеринка разгонялась: уже гораздо меньше людей сидели за столиками, и гораздо больше решили потанцевать. В какой-то момент включили всем известный шансон, и плясать пошли даже взрослые мужики, которые вряд ли отмечали Хэллоуин, а скорее использовали его как законный повод выпить с братанами и не прийти на следующий день на работу.       — Ко мне подошел Шино и долго жаловался на тебя, — справа вдруг оказался Наруто, и Саске понял, что уже немного опьянел, раз даже не заметил, как тот подошел. — Сказал, продумывал свой вампирский костюм до мелочей, а все только и говорят, какой из тебя классный вампир. Но… — протянул он, — это ведь твоя обычная одежда, ты не в костюме, верно?       Саске пожал плечами.       — Я люблю черный цвет.       Наруто громко рассмеялся.       — У тебя очень светлая кожа. Но при таком освещении ты как будто действительно никогда не видел солнца.       — Ну, солнца у нас в городе не очень-то и много, — отозвался Саске. — Но даже когда оно есть, мне приходится прятаться от него. Я мгновенно сгораю.       Наруто хитро сощурился, и Саске вдруг понял, как ему идет его костюм. В его лисьей улыбке и больших голубых глазах словно и правда было что-то демоническое. Приделанные к волосам ушки были будто настоящими, казалось, вот-вот он поведет ими назад, чтобы как всегда быть в курсе всего, что происходит. Небесного цвета юката контрастировала со смуглой кожей, так не похожей на кожу Саске, и небрежно лежала на плечах, обнажая шею и ключицы.       Интересно, какой была бы эта обласканная солнцем кожа на вкус, если бы Саске затолкал его в туалет и впился губами в беззащитную шею?       — Не думал, что ты захочешь прийти на такое мероприятие.       Саске тряхнул головой и выпил из бокала.       — Я бы и не пришел, если бы Ино мне не сказала, что оно вообще будет.       Наруто сверкнул глазами.       — Обиделся, что я тебе не сказал?       Саске язвительно уставился на него.       — С чего мне обижаться на тебя? Мы не друзья, чтобы ты сообщал мне о каких-то нерабочих моментах.       Наруто карикатурно ахнул и схватился за сердце.       — Как ты можешь говорить такие жестокие слова?! — воскликнул он. — Я показал тебе все свои любимые кафешки, ездил с тобой в машине по городу часами. Мы даже вместе пытались поймать преступника!       Саске фыркнул и снова выпил пива. Пришлось вытереть руку — стакан покрылся конденсатом. Случайно бросив взгляд в сторону, Саске заметил, что пива в стакане Наруто было столько же, но бокал был абсолютно сухой.       — Я рад, что ты пришел, — снова хитро улыбнулся Наруто. — Только ты пока никуда не уходи. Мне нужно кое-что сказать тебе, но чуть позже, — он хлопнул Саске по плечу и растворился в толпе.       Саске вернулся к столу с Ино и Сакурой, а минут через десять на небольшом помосте, где судя по стоящим там инструментам иногда играли группы, зажегся свет и кто-то объявил о том, что голосование за лучший костюм окончено и пришло время огласить результаты. Мужички постарше разочарованно загалдели и пошли садиться за столы, а молодые девчонки в разных костюмах наоборот стали толпиться поближе к помосту.       — Какое еще голосование? — спросил Саске, ничего об этом не слышавший.       — А, его объявили до того, как ты пришел, — объяснила Ино.       — Я подумала, что ты вряд ли пойдешь за кого-то голосовать, поэтому не стала тебе говорить, — сказала Сакура.       — Я тоже, — кивнула Ино.       — Вы участвуете? — спросил Саске.       — Участвуют все. Нет каких-то бюллетеней, ты просто берешь чистый листок, пишешь имя человека, который, как ты считаешь, должен победить и кладешь в урну, — кивнула Темари в направлении бара. Там сбоку действительно стояла урна, и Саске ее уже видел, когда ходил за пивом, просто не придал этому никакого значения.       — Как правило, побеждает кто-то из диспетчеров, — сказала Сакура. — Их больше, и они голосуют за своих.       На этом Саске потерял интерес к награждению, пока вдруг не услышал как гром среди ясного неба свое имя, названное в микрофон. За их столиком все резко замолчали, а Саске недоуменно повернулся в сторону импровизированной сцены.       — Почему-то я почти уверена, что к этому приложил руку Наруто, — вздохнула Ино.       — Зачем Наруто это делать? — не понял Саске.       — Он просто обожает дурацкие шутки, — мрачно произнесла Темари.       Его имя второй раз назвали в микрофон, и Саске решил, что привлечет к себе меньше внимания, если выйдет и заберет чертову награду. На помосте ему надели на грудь медаль и поздравили с лучшим вампирским костюмом. Возле сцены стояли девушки-диспетчеры, радостно хлопали, и Саске готов был поспорить, что когда поднимался, слышал, как одна из них сказала “какая задница!”. А чуть подальше за столом сидели Наруто и Киба и хохотали.       Приехав домой, Саске, усмехнулся, посмотрел на пластиковую желтую медаль, гласившую “за доблестную службу” и закинул ее в тумбочку возле кровати. А в шесть утра его разбудил сонный голос диспетчера, сообщающий, что нужно срочно выезжать на место убийства.       Наспех одевшись, Саске поторопился выехать. Ехать предстояло недалеко — в южный парк, где он частенько бегал по утрам. Найти оцепленное желтой лентой место преступления не составило труда — даже в такую рань возле нее уже толпились зеваки. Из полицейских на месте пока вертелись только двое патрульных.       Саске подошел ближе и замер возле ленты, едва увидев тело, расположившееся на газоне. Довольно крупный мужчина стоял на коленях с заведенными за спину руки.       Саске почувствовал себя очень странно. Перед ним находился убитый человек, и он не должен радоваться, но внутри разливалось предательское чувство предвкушения, как перед сложной, но очень интересной задачкой. Судя по всему, это было его первое серийное убийство, и ему не терпелось приступить к поимке убийцы.       — Привет, Саске, — поздоровалась с ним Тен-Тен, когда он подошел к убитому. — Тебе тоже не повезло оказаться в смене во время Хэллоуинской вечеринки?       — Я там был, просто ушел часов в одиннадцать.       — Ну вот, — вздохнула Тен-Тен, — похоже, там были все кроме нас. Ты хоть протрезвел? — прищурилась она.       — Я много и не пью, — отозвался Саске, внимательно осматривая мужчину.       — В полицию сообщил неподалеку живущий парень. Он вышел на утренний выгул собаки, но пес вдруг куда-то убежал, и так он обнаружил тело.       Точно так же как и первому убитому, доктору Сасори, мужчине перерезали горло, но он был в черной майке с открытыми плечами, и кровь не так сильно бросалась в глаза. Черные длинные волосы закрывали упавшее на грудь лицо. Саске надел перчатки и отвел в сторону челку: темные пустые глаза были открыты и смотрели в никуда.       — Личность уже установили? — спросил Саске.       — Да, — Тен-Тен полезла в карман и достала телефон. — Зовут Какудзу, тридцать шесть лет, холост, работает риелтором. По крайней мере, работал, — уточнила она. — В базу его заносили пять лет назад по подозрению в вождении в нетрезвом виде, но обвинения сняли.       Вполне вероятно, что сняли их не просто так, и тогда у убийцы вырисовывался бы мотив. После осмотра нужно будет элементарно погуглить об убитом или поискать о нем информацию в блоге Общественника.       Руки Какудзу были связаны обычными пластиковыми стяжками, продающимися в каждом хозяйственном и строительном магазине; на запястьях расцвели синяки от того, как сильно они сдавливали. Других видимых повреждений на открытых участках тела Саске не обнаружил.       — Я же говорил, что дело Сасори скоро окажется у нас, — раздался сзади голос Наруто.       Саске обернулся. Наруто подходил с очень сонным видом, держа в руке стакан с кофе и широко зевая.       — У северного ноль зацепок по его убийству и ни одного подозреваемого. А намечается, судя по всему, серия, — сказал он, поправив рюкзак на плече, и встал рядом с Саске. — Как провел вчерашний вечер? Тен-Тен, ты знала, что Саске вчера выиграл приз за лучший костюм?       — Да ладно! — воскликнула Тен-Тен. — Ты не шутишь? Саске, кем ты был? Есть фотки?       — Может, лучше спросишь про жертву? — холодно произнес Саске.       — Ты что, обиделся? Да не дуйся. Вчера ты блистал, — Наруто ткнул его в бок локтем и присел на корточки. — Перерезанное горло, связанные жгутом запястья — все то же самое, что и месяц назад. Криминалисты скоро приедут? — спросил он у Тен-Тен.       — Ну, им звонили тогда же, когда и вам, — пожала плечами Тен-Тен. — А фотки-то будут?       — Нет, — отрезал Саске и наклонился, кое-что заметив.       — Стесняется, — громко прошептал Наруто.       Длинные волосы Какудзу растрепались и местами спутались, но в районе шеи четко виднелся ровный срез небольшой пряди.       — Как будто только что отрезали, — пробормотал Саске, разглядывая.       — Да, похоже на то, — присоединился к нему Наруто. — Думаешь, убийца?       — А у Сасори такого не было?       — Тело я не видел, но во всевозможных отчетах об этом не сообщалось.       — А фотографии?       — Ну, я смотрел их, конечно, — почесал макушку Наруто, — но честно говоря, не рассматривал затылок. У Сасори короткие волосы, и там скорее всего не так заметно, даже если что-то срезали. Нужно знать, куда смотреть.       — Надо будет глянуть, — пробормотал Саске.       — Всем привет, — к ним подошла Сакура, на ходу натягивая перчатки.       — Привет, Сакура! — просиял Наруто. — Выглядишь потрясающе. Даже и не скажешь, что ты вчера ходила на вечеринку.       — Это потому что я еще не ложилась, — объяснила Сакура. — Мы с Ино и Темари после бара поехали в клуб, и я подцепила там одного красавчика. Хорошо, что поехали ко мне, не хотелось бы в моем красивом костюме попасть в новости.       — А что, выспавшихся и трезвых сотрудников у вас не нашлось? — задумчиво протянул Наруто.       — Сомневаешься в моих профессиональных способностях, Узумаки? — мертвым голосом спросила Сакура, и Наруто тут же отошел и показал, что закрывает рот на замок. — То-то же. Я даже с сильнейшего бодуна разрежу любого клиента так, что не задену ни одного органа. А сейчас я замечательно себя чувствую, два оргазма — и я как новенькая.       — Кстати, как тебе вчерашний костюм Саске? — растянулся в улыбке Наруто.       — Никак. Смешно было только тебе и твоему глупому другу.       — А вот это неправда, — надулся Наруто. — Хината тоже смеялась, и Какаши. И куча девчонок подошли ко мне, чтобы взять номер Саске. Если будут звонить сегодня с незнакомого номера, то это, скорее всего, они, — повернулся он к напарнику.       — Ты дал им мой номер?! — обалдел Саске.       — Да, а что? — не понял Наруто. — В моих интересах, чтобы мой коллега не страдал от сексуального воздержания и, следовательно, был в хорошем расположении духа.       Прежде чем Саске успел оправиться от шока и высказать ему все, что он думает по поводу своего сексуального воздержания и сования в него своего носа Наруто, Сакура, наконец, перешла к делу:       — Он умер недавно. Более точно скажу после вскрытия, но точно не раньше полуночи. Скорее даже ближе к утру. Судя по синякам на запястье, схватил его убийца тоже сегодня. Признаков сопротивления нет, зато на плече есть след от инъекции. Предположу, что сам он идти за убийцей не горел желанием, и тот ввел ему какой-то седативный препарат. Это все, — закончила она, выпрямляясь и снимая перчатки. — Подробности будут вечером. Тен-Тен, как все закончат, пусть везут его в морг, — крикнула она.       — Ты очень крутая, Сакура, — закивал Наруто. — Так и не скажешь, что ты тусила всю ночь.       Сакура бросила в него перчатками.       — Пока. Пойду посплю, пока его не привезут.       “Доброе утро, любимый город!       Вы часто спрашиваете меня, почему на моем канале сплошной мрак, и как в таком случае утро может быть добрым.       Ответ очень прост: я не могу молчать о том, что происходит. Я знаю, что жизнь состоит из светлых и черных полос, но я выбрал свой путь, в котором пытаюсь бороться с несправедливостью. И не молчать — это первый шаг на этом сложном и тернистом пути.       Сегодняшнее утро началось с события, которое вы можете увидеть на фото. Особо впечатлительным гражданам смотреть на него не рекомендую. Убийца #Докторасмерти по-прежнему не найден, и, похоже, ему понравилась его безнаказанность. Я пока не располагаю данными об убитом человеке на фото, но обязательно поделюсь ими с вами, как только что-то узнаю. Одно можно сказать с уверенностью: пока полиция чешет затылки и с трудом отнимает зад от стула, этот убийца еще заставит нас говорить о себе.       А вы пишите в комментарии и личку, если узнали убитого мужчину, и делитесь мнением, с кем мы имеем дело: с ритуальным убийцей, психопатом или с настоящим народным мстителем?”       — Уже накатал, да? — спросил Наруто, падая в свое кресло. После того, как они вернулись в участок, его сразу же вызвал к себе Какаши, и вышел он только что, спустя час. — Что пишет? Уже установил его родословную?       — Нет, он пока не знает, кого убили, — ответил Саске, откладывая телефон в сторону.       — Теряет хватку, — хмыкнул Наруто. — Это дело теперь официально наше, как и дело Сасори, — он кинул папку Саске на стол. — Ознакомься.       Саске сразу же пролистал до фотографий, сделанных в морге.       — На затылке действительно отрезана прядь волос, — ткнул он пальцем в фото.       — Да, я уже глянул. Собирает трофеи? Или варит зелья?       — Какие зелья? — не понял Саске.       — Волшебные. Не знаю, может, оборотное зелье? — задумался Наруто.       Саске вздохнул.       — Пока тебя не было, я поискал информацию о Какудзу. За последние три года он получил очень крупные выплаты по пяти завещаниям, а еще в его собственность перешли три квартиры в центре.       — Черный риелтор, значит, — поразмыслил Наруто.       — Получается, у нас действительно вырисовывается народный мститель, — сказал Саске. — Вот только если история Сасори мелькала в новостях, то про Какудзу ничего не знает даже Общественник. Я на всякий случай погуглил, и нашел лишь его страницу на фейсбуке, на которую он не заходил уже два года. Тогда как убийца о нем узнал?       — Скорее всего, он был лично с ним знаком, — задумавшись, произнес Наруто.       — Черные риелторы вроде бы крадут у одиноких людей, — размышлял Саске, откинувшись на спинку кресла и скрестив на груди руки. — После их смерти некому заявить о мошенничестве или убийстве, в этом и смысл.       — У них может не быть родственников, но есть знакомые, — пояснил Наруто. — Соседи, лечащие врачи, продавцы в магазинах возле дома. Составь список его предполагаемых жертв, начнем с их окружения. Может, повезет, и установим связь с Сасори. Если перед нами действительно народный мститель, что бы им не двигало — желание справедливости или славы, вряд ли он остановится на двух жертвах. И, думаю, не просто так с убийства Сасори прошел месяц. Ему нужно время для подготовки.       — А, значит, у нас есть чуть меньше месяца, чтобы предотвратить следующее убийство, — подытожил Саске.       Наруто кивнул.       — Я тоже попросил Шикамару поискать инфу о Какудзу…       — Шикамару? — переспросил Саске.       — У нас нет единой базы, а если запрашивать данные у всех госструктур, ждать неделю будешь минимум, — поморщился Наруто.       — И Шикамару делает это… не совсем законно? — уточнил Саске.       — Мы бы все равно получили всю ту же самую информацию, просто потратили бы в десять раз больше времени, — развел руками Наруто и пробормотал: — Не стоило мне говорить тебе этого.       — Почему? Думаешь, я нажалуюсь на тебя? Уверен, Какаши и так в курсе, — хмыкнул Саске.       — В курсе, конечно. Но ты все равно об этом не болтай. И документы запрашивай, как положено, чтобы к нам не было вопросов, — предупредил Наруто. — Так вот. Родители у него погибли в автокатастрофе, когда ему было девятнадцать, братьев и сестер нет. С тех пор жил один, закончил юридический университет, открыл свое ИП и стал риэлтором десять лет назад. Это тебе к сведению. Я запросил ордер на обыск его квартиры, думаю, к вечеру он будет готов. А пока займись списком.       — Ни хрена себе он жил, конечно, — ахнул Наруто, когда по адресу места жительства Какудзу они подъехали к элитному дому в спальном восточном районе.       При въезде на территорию пришлось показывать охране значок и ордер на обыск, чтобы они открыли ворота. Дом оказался высоткой в тридцать этажей, с фонтаном посреди двора и двумя прудами с карпами вдоль дорожки, ведущей к пяти скоростным лифтам. Судя по обозначениям в лифте, в доме имелась большая подземная парковка, бассейн на двадцать пятом этаже и тренажерный зал.       — Чтоб я так жил, — с завистью произнес мужчина из группы криминалистов, зашедшей вместе с ними в лифт.       — Я даже не знал, что эти дома такие элитные, — пробормотал Наруто.       Лифт поднялся на двадцатый этаж за десять секунд. Пока взламывали замок, Саске огляделся: в мраморном полу отражались всего три двери в квартиры.       Квартира была очень просторной: гостиная, совмещенная с кухней, и большая спальня.       — Ты глянь, какой вид, — присвистнул Наруто, подойдя к окну.       Саске бросил беглый взгляд: из окна виднелось добрых полгорода. Но его больше интересовало не это.       — Следов борьбы нет, значит, убийца сюда не поднимался, — сказал Саске и задумался. — Или он был знакомым, которого Какудзу спокойно впустил, а потом тот ввел ему седативное.       — Не, — отозвался Наруто, по-прежнему стоя у окна. — Седативное подействует минимум через десять минут, — у него зазвонил телефон, и он отвлекся на разговор.       Саске понаблюдал за работой криминалистов: те искали какие-нибудь улики, рыская по шкафам и в менее приметных местах.       — Так, коллеги, новое важное задание, — убрав телефон в карман, объявил Наруто. — Все ищем телефон Какудзу.       — Ты уверен, что он здесь? — подойдя к нему, спросил Саске.       — Я попросил Шикамару отследить его, — осматриваясь, сказал Наруто. — Он сказал, что телефон не менял геопозиции с шести часов вечера.       — Но мы уже определили, что убийца здесь не объявлялся, — нахмурился Саске. — Зачем оставлять телефон дома, когда уходишь? Разве сейчас кто-то так делает? Даже если предположить, что он его забыл, на виду его нигде нет. Зачем прятать телефон?       — Это хорошие вопросы, — задумался Наруто. — То, что телефон не менял геопозиции, не значит, что он еще в этой квартире, верно? Вот что. Вы, народ, работайте дальше и позвоните мне, если что-то найдете, — обратился он к криминалистам. — А мы с тобой немного пройдемся, — кивнул он Саске на дверь, на ходу доставая свой телефон из кармана и что-то быстро печатая.       Саске проследовал за ним в лифт, и Наруто нажал кнопку подземной парковки.       — У него там стоит машина? Наруто кивнул.       — Да. Посмотрим там, — они вышли из лифта, и Наруто растерянно огляделся. — Нам нужно место Б-27.       — Сюда, — кивнул Саске, быстро сориентировавшись. — Шикамару и парковочное место может узнать?       — Цифровизация — беспощадная штука, — отозвался Наруто. — Отследить можно абсолютно любые данные, когда-либо заносившиеся в цифру, а парковочное место официально покупается у компании-арендодателя, и платишь ты за него, как правило, не наличкой. Большой брат, можно сказать, существует, — с ухмылкой повернулся к нему он.       Саске поморщился.       — Б-29, Б-28… — проговорил Наруто. На месте Б-27 парковка пустовала, зато с левой стороны, там, куда предположительно выходила дверь водительского сидения, лежал телефон. — Нашли.       Наруто надел перчатки, положил телефон в полиэтиленовый пакет и стал оглядываться.       — Есть камера вон там, — указал на правый угол Саске. — По идее с нее должно быть видно, кто садился в машину.       — Отлично. У нас есть все, что нужно, теперь погнали к Шикамару.       По пути Наруто достал из бардачка походный набор и снял с телефона отпечатки.       — Это для криминалистов, — сообщил он, буркнув себе под нос, снял перчатки и коснулся пальцем экрана. Саске бросил пристальный взгляд: высветился черный мерседес на фоне небоскреба. Наруто тем временем поерзал в кресле и вдруг сунул руку под задницу. — Ты обогрев сидений включил? Включил, да? Выключи, с ума что ли сошел? Я-то думаю, чего у меня жопа вспотела. Так ведь и сгнить может. Выключай скорее!       Саске покосился на него.       — Жопа не может сгнить, — он все же потянулся и выключил обогрев, оставив лишь печку.       — Может, — абсолютно серьезно ответил Наруто. — И не надо так смотреть на меня, вот когда сгниет, тогда узнаешь. А если не веришь, то подумай хотя бы о моих яйцах. Для них перегрев тоже вреден.       — Я, пожалуй, воздержусь и не буду думать о твоих яйцах, — вздохнул Саске.       — А чего? Боишься, что встанет? — ткнул его в бок локтем Наруто и совершенно по-дурацки захихикал.       Саске в ответ двинул ему локтем посильнее, и тот вскрикнул, театрально захныкал, а потом замолчал. Так резко, что Саске глянул на него, а тот в этот момент вдруг запел бесячим голосом на абсолютно дурацкий мотив:       — Саске ест семки и плюет.       Саске положил локоть на дверь и подпер голову, размышляя, за что ему все это. Наверное, когда исполняется мечта, не может все идти так гладко. Обязательно вылазит какой-нибудь жирный минус, например, напарником оказывается психически нездоровый дурак. Где-то на десятом повторе одной и той же фразы, Саске не выдержал:       — Ты нормальный? У меня даже семок нет. Зачем ты это поешь?       Наруто остановился, захлопал глазами, уставившись на Саске, и запел:       — У Саске нет семок, и он злой.       Саске включил на максимум подогрев сидений, а еще врубил погромче радио. Наруто возмущался, но не мог перекричать музыку, а когда попытался выключить подогрев, получил по рукам. Он пытался драться в ответ, но не мог сделать это в полную силу, потому что Саске вел машину, и в результате сел ровно с крайне недовольным выражением лица. Он потянулся было в карман за пистолетом, но Саске рявкнул “не смей”, и ему пришлось скрестить руки на груди. Убедившись, что он успокоился, Саске все выключил.       Шикамару жил в обычной панельной девятиэтажке, и Саске еле нашел свободное место для парковки. У них, похоже, недавно прошел капитальный ремонт, потому что асфальт лежал совсем новенький, подъезд был свежевыкрашен, что внутри, что снаружи, и даже стоял современный лифт со звуковым сопровождением. Женский голос сообщил “пятый этаж”. Наруто вышел первым, подошел к квартире справа и нажал на звонок. Дверь открыла Темари, одетая в домашние штаны и простую футболку. Без макияжа она выглядела моложе и несколько миловиднее.       — Не заняты? — спросил Наруто, проходя в квартиру.       — Не, — отозвалась Темари, — мы как раз поели.       — Ой, а что вы ели? — тут же загорелся Наруто. — Темари, покорми нас, а? Я голодный. Саске, Темари готовит лучший суп на всей планете!       — Во-первых, не подлизывайся, — возмутилась Темари. — Во, вторых, мы сегодня заказывали доставку, потому что мне было лень готовить. Если очень голодные, тоже закажите, они быстро привозят.       — Точно. Саске, закажи нам что-нибудь, пока мы с Шикамару работаем, — и он быстро смылся в соседнюю комнату.       — Какого хрена… — только и успел оскорбиться Саске.       — Быстро он освоился, — усмехнулась Темари и на вопросительный взгляд Саске ответила: — Раньше так всегда себя вел Джирайя. Типа он самый важный и ходит, раздает всем команды. Наруто от этого страшно бесился и вечно делал все наперекосяк. Они были забавной парочкой. Похоже, теперь ему нравится бесить тебя.       — Значит, получит все наперекосяк, — раздраженно произнес Саске. — Где вы там сегодня заказывали?       В довольно просторной комнате Шикамару с обоями под темный кирпич напротив двуспальной кровати стояло два системных блока и четыре больших монитора, на каждом из которых высвечивалась разная картинка. На первом мониторе были открыты какие-то торги, на втором кодерские окна, в которых Саске ничего не понимал, на третьем что-то искал Шикамару, а на четвертом высвечивался Шинденшин, который, похоже, отображался с телефона Какудзу.       — Заказал? — спросил Наруто, переходя из чата в чат.       — Ага.       — Вот оно! — вдруг закричал он. — Гляди скорее!       Все четверо мгновенно подскочили к экрану. В чате с человеком, зовущимся Зверь, отображалось всего одно сообщение, которое пришло накануне ровно в три часа дня.       “Я знаю, что ты сделал с Чирику”.       Затем в десять вечера поступил входящий звонок, который длился почти пять минут.       — Это наш убийца… — пробормотал Саске. — Определенно! Теперь мы ведь можем просто отследить, с чьего номера поступил звонок?       — Не, — разочарованно произнес Наруто.       — Защиту Шинденшина пока никто не научился обходить, — сказал Шикамару. — Вообще говорят, что это невозможно, потому что ключей как таковых нет. Но мы с Темари так не думаем.       — Мы работаем над этим, но пока результатов нет.       — То есть, вы вообще ничего не можете узнать о человеке, который писал? — удивился Саске.       — Только если пользователь сам не указал свой номер телефона, но он, конечно, не указал, — объяснил Шикамару.       — Ну, по крайней мере, теперь у нас есть имя, за которое можно ухватиться, — сказал Наруто. — А еще теперь мы понимаем, что убийца выманил Какудзу из квартиры, видимо, шантажом, сказал ему садиться в машину, выбросить телефон и уехать. Шикамару, нашел запись с камеры?       — Ага. Какое время нужно?       — С десяти вечера. Поставь сразу на быструю перемотку.       Очень долго на экране вообще ничего не происходило. Если бы не стремительно движущееся вперед время в нижнем правом углу монитора, можно было бы предположить, что камера на работала. Однако в половину первого ночи в кадре появилось движение.       — Тормози! — воскликнул Наруто, но Шикамару и сам знал, что делать.       Камера вела черно-белую запись. Человек в темной куртке и таких же темных штанах уверенно прошел к машине Какудзу. Его лицо скрывала кепка, а, когда он подошел к левой задней двери, его и вовсе стало не разглядеть. Он стоял там около пяти минут, а затем дверь машины открылась, и человек сел в нее. После этого из-за тонированных стекол больше ничего не было видно.       Через полчаса в кадре появился Какудзу. Он, тоже одетый в темную куртку и штаны, с собранными в небрежный низкий хвост волосами, разблокировал замки брелком и сел на водительское сидение. Через пару минут дверь снова нешироко открылась и закрылась. А еще через пару минут машина выехала со стоянки.       — Обалдеть, — произнес Наруто. — Это первый раз на моей памяти, когда серийник так сильно палится.       — Сильно-то сильно, только что нам это дало о его личности? — вопросительно взмахнул рукой Саске.       Наруто задумался.       — Похоже, он очень уверен в себе. Шикамару, мне нужны видеозаписи всех камер, которые после часа ночи фиксировали эту машину. Хочу видеть весь их путь.       — Это не быстро, — качнул головой Шикамару.       — Главное, чтобы результативно, — сказал Наруто. — А можешь по-быстрому найти инфу на Чирику?       — Это можно.       Раздался входной звонок.       — Действительно быстро приносят! — радостно воскликнул Наруто и побежал встречать доставщика. Он вернулся через минуту, пылая гневом. — Во-первых, ты почему не заплатил?! Во-вторых, это что вообще такое?!       В бумажном пакете лежали два одинаковых прозрачных контейнера с постной грудкой и салатом из свежих овощей.       — Ты сказал заказать что-нибудь. Я заказал, — равнодушно пожал плечами Саске.       — Ах ты..! — Наруто даже слегка покраснел от злости. — Ты же знаешь, что я ненавижу твои вонючие овощи! А ну иди сюда, будем драться!       Саске, с шумом отодвинув стул, встал.       — Только не у меня дома! Иначе вы оба получите! — Темари так звучно рявкнула, что весь запал Наруто мгновенно испарился. Он подошел к Шикамару и плюхнулся в кресло.       — Как ты живешь с этой ужасной женщиной… — громко прошептал он.       — Она все слышит, — тихо сообщил Шикамару.       — Я все слышу! — прикрикнула она вдогонку.       Пока Наруто грустно жевал свой салат, а Саске вкусно обедал, Шикамару нашел все, что мог.       Чирику едва перевалило за тридцать, когда он скончался от рака два года назад. От родителей, погибших пятью годами ранее, он унаследовал большую квартиру в хорошем районе. После его смерти она досталась Какудзу.       — Какие-то другие родственники у него есть? Жена, может? — жуя, спросил Наруто.       — Братьев, сестер нет, не женат, — ответил Шикамару.       — А где работал?       — В скорой помощи. В центральной больнице. Но уволился оттуда за полгода до смерти.       Наруто перестал жевать.       — И на что тогда жил?       — Судя по счетам, у него были небольшие сбережения, на которые он прожил эти полгода. Немного даже осталось.       — Саске, поехали в центральную больницу, — засобирался Наруто.       — Ты не доел, — заметил Саске.       — Точно, — остановился Наруто. Он скривил кислую мину, запихал себе все остатки в рот и быстро вышел. В уголках его глаз даже появились маленькие бусинки слез.       На стойке регистрации их отправили в дежурную к старшему врачу. Там помимо врача сидели диспетчеры, все как один уткнувшиеся в свои телефоны, пока не поступало звонков.       — Сентоки? — обратился Наруто к мужчине, что-то рассматривающему в рабочем журнале. Сентоки поднял голову. — День добрый. Меня зовут Наруто, а это — Саске, мы — следователи и хотим задать вам пару вопросов о сотруднике, который раньше работал у вас. Чирику.       Удивленный внезапным визитом полиции, Сентоки, едва услышав имя Чирику, помрачнел.       — Да, присаживайтесь, — кивнул он на деревянную лавку, стоящую вдоль стены. — Я немного удивлен, что полиция все-таки заинтересовалась этим делом. Сколько, два года уже прошло?       — А там есть чем интересоваться? — уточнил Наруто, разглядывая небольшую комнатку.       — Еще бы, — невесело хмыкнул Сентоки. — Чирику был очень умным и способным парнем. Образованным. Мы проходим обследования каждый год, и когда у него обнаружили рак, он сразу же начал лечение. Конечно же, это непросто, но ему давали хорошие прогнозы. Однако он вдруг бросил химиотерапию посередине курса.       — Вам известно почему? — спросил Саске.       Сентоки разочарованно покачал головой.       — Точно — нет. Однако вот, что я вам скажу. Чирику всегда ходил в храм. В тот, что возле второй городской больницы. Бросив лечение, он тут же уволился отсюда. А когда мы начали расспрашивать его, что с ним происходит, и не нужна ли ему помощь, он начал отвечать речами религиозных фанатиков. Что-то вроде “все в этом мире не просто так, если я заболел, значит, на то воля судьбы”.       — То есть, можно предположить, что он ударился в религию и решил смириться с судьбой, бросив тем самым лечение? — спросил Наруто.       — Лично я это видел именно так, — ответил Сентоки. — Я разговаривал с участковым. Спрашивал, могут ли они наведаться в храм. Это ведь доведение до самоубийства! — эмоционально воскликнул он, и диспетчеры на мгновение подняли головы, но, быстро потеряв интерес, вернулись к своим занятиям. — Но мне сказали, что даже если мои домыслы верны, привлечь кого-то к ответственности будет невозможно, потому что у нас в стране свобода вероисповедания, — развел он руками. — А почему вы заинтересовались этим сейчас?       — Вам знаком этот человек? — спросил Саске, достав из кармана теплого черного пальто телефон и показав Сентоки фотографию Какудзу.       Сентоки с минуту внимательно разглядывал фото.       — Нет, — качнул он головой. — Он как-то связан с Чирику?       — Мы сейчас пытаемся это установить, — ответил Наруто. — Вам что-нибудь известно о квартире Чирику? Мы узнали, что ни наследников, ни родственников у него не осталось, кому тогда отошло его имущество?       — Я точно знаю, что он собирался продать ее, еще когда только узнал о болезни, — вспомнил Сентоки. — У него была трешка, и он сказал, что ему не нужна такая большая квартира, зато нужны деньги на лечение. Вообще я думал, что он ее продал, разве нет?       — Нет, до смерти он прожил в ней, — сказал Саске. — А с кем Чирику ближе общался? Может, вы знаете кого-то, кто мог бы рассказать нам больше о его решении отказаться от лечения? Друзья вне работы? Девушка?       — Я знаю, что он дружил со своим бывшим однокурсником. Китане, кажется. На работе больше всего мы с ним общались, вряд ли кто-то сможет рассказать вам больше. Но, как видите, даже мне он ничего толком не объяснил. Просто уволился и перестал отвечать на сообщения и звонки. А потом мы узнали о его смерти. Но это было ожидаемо. К сожалению.       — У вас есть контакты Китане? — спросил Наруто.       — Нет, — сказал Сентоки. — Я знаю только то, что он тоже работал парамедиком, но в восточной больнице.       — Спасибо за информацию, — Наруто встал и пожал ему руку. — Если вдруг вспомните что-то еще, звоните, — он протянул ему визитку. — Значит, Чирику выставил квартиру на продажу, и так Какудзу заприметил его, — подытожил Наруто, когда они вышли из кабинета.       — Мне вот что интересно, — произнес Саске. — Если Чирику добровольно отказался от лечения, то привлечь за его смерть Какудзу действительно невозможно: статью доведения до самоубийства сюда не натянешь. Тогда как убийце удалось выманить Какудзу упоминанием его смерти? Почему шантаж сработал?       — Да, это хороший вопрос, — согласился Наруто. — Думаю, тут одно из двух: или Какудзу пошел на встречу из любопытства, или со смертью Чирику не все так просто.       — Мне почему-то не кажется, что Какудзу поперся бы куда-то в час ночи из чистого любопытства. Поедем в храм? — они вышли на служебную парковку, где оставили машину.       — Нет, хочу сначала поговорить с его другом, — сказал Наруто, садясь на переднее сидение. — Честно говоря, я вообще не вижу смысла ехать в храм. Очевидно же, что его работники не при чем. Какудзу просто умело воспользовался тем, что Чирику был верующим человеком.       — Я не считаю, что работники замешаны, — сказал Саске, выезжая с парковки. — Я просто думаю, что там их наверняка видели вдвоем. И, может, кто-то что-то расскажет.       — Тоже верно, — вздохнул Наруто, съехав вниз по сидению и закинув руки за голову. — Тогда сегодня поговорим с Китане, а завтра — в храм. Сегодня уже не успеем.       Время было пять вечера, начался час пик, и они встряли в пробку на южном шоссе. Наруто почти сразу вырубился, разморенный теплым воздухом сплит-системы и медленным движением затора. Саске и сам прозевал почти всю дорогу до больницы. Из-за постоянной низкой и плотной облачности в это время года в половину пятого уже темнело, и в сон клонило, даже если с утра выспался.       Китане уехал на вызов, с которого, по словам диспетчера, вот-вот вернется. Наруто, явно не проснувшийся и на автомате дошедший до кабинета, снова задремал, едва примостился на стуле в коридоре. Но когда вернулся Китане и Саске его растолкал, сразу взбодрился.       — Да я выпал в осадок, когда услышал, что Чирику отказался от лечения, — сказал Китане, выяснив, зачем они пришли. — Мы вместе учились, и я неплохо его знал. Да, он был верующим человеком, но он никогда не принадлежал к категории людей, которые говорят “помолитесь, и у вас все пройдет”. Конечно, нет, — он покачал головой. — Иначе он не пошел бы учиться в медицинский, это просто абсурд.       — У вас есть предположение, почему он вдруг принял такое решение? — спросил Саске.       — Это не предположение, — отрезал Китане. — Я точно знаю, что ему промыли мозги в этом сраном храме. Он настолько уверовал в судьбу и прочую ерунду, что совершенно потерял здравый смысл. Я много раз пытался его образумить, но он вообще не слушал, что я ему говорил, и в итоге просто стал избегать меня. А силком отвести его в больницу я не мог!       — Вам известно, кто именно промыл ему мозги? — уточнил Наруто.       — Да все они! — воскликнул Китане. — У них там явно какая-то секта. Почему вы их нахрен не закроете?       — Мы разберемся, — сказал Наруто.       — А этого человека рядом с Чирику вы видели? — Саске протянул фотографию Какудзу.       — Да, видел, — закивал Китане. — Давно и всего один раз, но такого здорового мужика сложно не запомнить. Я как-то раз пришел к Чирику домой, а там он сидел в гостиной. Чирику сказал, что это его духовный наставник. Вы себе можете представить? Да вы посмотрите на его морду. Какой он духовный наставник? — раздраженно выплюнул он. — Типичный уголовник. Я, знаете, сколько таких на вызовах вижу?       — А где вы были сегодня ночью? — спросил Наруто. — С полуночи до шести утра.       — Здесь, — сказал Китане. — В два часа примерно поехали на вызов. Провозились до четырех. Потом на следующий отправились. А почему вы спрашиваете?       — Нам важна любая информация, — уклончиво ответил Наруто. — Спасибо за уделенное время.       В участок они добрались только к семи часам. В их креслах сидели Ино и Сакура и смотрели какое-то видео в Шинденшине.       — О, привет, Саске! — воскликнула Ино, когда они с Наруто подошли.       — Привет, Саске, — улыбнулась Сакура.       — Привет, — кивнул он.       — Ну, конечно, зачем здороваться с самым лучшим парнем на планете, — надулся Наруто.       — Мы с ним и поздоровались, — фыркнула Ино.       — Вот отчет, — Сакура хлопнула рукой по папке на столе Саске. — Если кратко: где-то около полуночи ему ввели ксиланит, но не очень большую дозу. К моменту смерти, которая наступила около четырех утра, он почти вывелся из организма. Смерть произошла в результате резаной раны на шее. Резали острым предметом, скорее всего, ножом. Никаких других признаков насилия нет.       — Ксиланит — это седативное? — спросил Наруто.       — В целом да, — ответила Сакура. — Но это ветеринарный препарат. Чаще всего его используют на крупных животных — лошадях, коровах и так далее.       — Значит, можно попробовать отследить покупателя, — задумался Наруто.       — Запиши в свое завтрашнее расписание конференцию в десять утра, — сказала Ино. — Пойдете вместе с Какаши и Саске. Только зайди к капитану, обсудите, что будете говорить.       — А зачем мне идти? — не понял Саске.       — Потому что ты молодой, красивый и свежая кровь, я же уже говорила, — вздохнула Ино. — Будешь поднимать имидж этого лепрозория. Скорее всего, эти двое запретят тебе говорить, так что не парься: просто посидишь, поулыбаешься и пойдешь по своим делам. Только приди в форме. И вы оба — обязательно выспитесь, чтобы завтра не сидеть как будто только с Хэллоуина.       Наруто громко засмеялся.       — Классно вчера вышло, да? Я знал, что ты оценишь.       — Я не оценила, — отрезала Ино. — И зря смеешься, у тебя синяки под глазами не меньше, чем у Саске, если не больше, — она встала с кресла.       — Неправда! — воскликнул Наруто.       — Утешай себя, — хмыкнула Ино, и они с Сакурой вместе удалились.       — Это неправда, Наруто, — покачала головой Хината со своего места.       — Хоть кто-то здесь не злой, — пробурчал он. — Спасибо, Хината!       Хината посмотрела вслед Ино и Сакуре так, что Саске почему-то подумал, что не удивился бы, если бы завтра у их машин оказались проколотые шины или под дверьми они обнаружили мертвое животное.       — Ты поедешь со мной сегодня к Шикамару? — спросил Наруто.       — Конечно, — ответил Саске. — А у него уже есть новости?       — Да, он сказал, что отследил по камерам машину. Это меня сейчас больше всего интересует. Тогда подожди, пока я выйду от Какаши.       Наруто освободился только через час, за который Саске успел пролистать отчет Сакуры, не найти в нем ничего нового и погуглить информацию о ксиланите. Судя по отзывам на маркетплейсе выходило, что его вполне мог купить даже хозяин собачки, чтобы под небольшой дозировкой песель не сопротивлялся при стрижке когтей.       — Пятьсот с лишним оценок только на одном маркетплейсе, — рассказал Саске по дороге к Шикамару.       — Оценок? — уточнил Наруто, листая что-то в телефоне.       — Да. А оценку хорошо если каждый второй покупатель ставит.       — Тогда это тупик, — протянул Наруто. — А Сакура сказала, что это для всяких коров.       — Я так понял, все зависит от дозировки, — откликнулся Саске. — Кстати, сейчас же уже пол девятого. Это ничего, что мы заявимся к Шикамару?       — Ну во-первых, они с Темари программисты, и, поверь мне, спать они лягут еще не скоро, — он даже не оторвался от телефона. — А во-вторых, я выбил ему такую зарплату, что мне в их доме всегда рады.       Темари открыла дверь в пижаме и со следами подушки на щеке.       — Чего вам не отдыхается? Рабочий день давно окончен, — недовольно проворчала она.       — Темари, не выставляй меня дураком! Я только что сказал Саске, что вы в такое время не ложитесь, — заныл Наруто. — Но так ведь всегда и было!       — Ну вообще, конечно, нет, — зевнула Темари. — Но я вчера после бара не ложилась спать, поэтому сегодня рано уснула. Меня разбудил дурацкий доставщик минут десять назад, — сердито сказала она.       — А, да, это я заказал, — произнес Наруто, проходя в комнату. — Я и на вас с Шикамару взял.       — Ладно, не буду тогда вас выгонять, — великодушно сообщила Темари, потягиваясь, а потом повернулась к Саске: — Не давай ему командовать, иначе он тебя затрахает. Он сам мало спит, и другим не дает. Не успеешь оглянуться, как у тебя уже нервный тик и бессонница.       — Спасибо за совет, — откликнулся Саске, а сам завис на слове “затрахает”. Вспомнились вчерашние мысли при виде ключиц Наруто. Саске тряхнул головой, не позволяя себе думать об этом. Не хватало еще дать волю сумасшедшим желаниям, тогда с карьерой в полиции точно можно будет распрощаться. Если допустить хотя бы поползновение, Наруто будет в ужасе, потом всем растреплет, и Саске с позором выгонят. Более гомофобную профессию сложно придумать.       — М-м, ну что за пища богов, — Наруто уже разорвал пакет с едой и набросился на бургер. — Берите, тут всем по бургеру. Саске, — он сам достал ему коробку с огромной башней из жирных котлет и булок, залитых соусом, — на, тебе самый большой, — ухмыльнулся он.       — М-м, — передразнил его Саске, забирая, — спасибо. Чушка.       Наруто улыбнулся. Шикамару выдохнул носом чуть больше воздуха, чем обычно. Темари рассмеялась.       — Обращайся, — Наруто показал ему большой палец.       — Ладно, — отсмеявшись, сказала Темари. — Должна признать, что вы, ребята, уморительны. Чай будете?       — Я взял всем газировку, — сообщил Наруто.       — Я буду чай, — откликнулся Шикамару.       — Я тоже, — сказал Саске.       Темари скрылась из комнаты, а Шикамару открыл на одном из мониторов видео.       — Я тебе все видео показывать не буду. Лица его все равно нигде не видно. Я распечатал карту и обвел те места, где он засветился, — он протянул Наруто лист бумаги с картой и ткнул пальцем в черный крестик: — Вот здесь он проехал в последний раз в половину четвертого.       Саске заглянул через плечо Наруто: судя по кружкам, сначала машина двигалась в сторону выезда из города, но затем развернулась и поехала к южному парку.       — Между вот этими местами, — Шикамару показал на расположенные неподалеку друг от друга кружки, которые показывали разворот в сторону юга, — прошло два часа.       — Они стояли где-то в этой стороне, и кто-то мог их видеть, — пробормотал Наруто.       — Ваш мужик, походу, очень осторожный, — прокомментировал Шикамару. — И, судя по тому, как он избегал камер, я сильно сомневаюсь, что он попался бы кому-то на глаза.       — Проверять все равно нужно, — сказал Наруто.       Крестик стоял совсем рядом с парковкой южного парка.       — Здесь, — ткнул на него пальцем Шикамару, — они появились без десяти четыре. Парковку они проехали, и я не знаю, где именно они оставили машину. Но ровно в четыре они попали на камеру перед входом в парк.       Он включил видео, и Наруто с Саске одновременно уткнулись в экран. Изображение было цветным. Двое мужчин появились в кадре всего на несколько секунд. Черная куртка висела у Какудзу на плечах, и по небольшому бугру сзади стало понятно, что за спиной у него связаны руки. Хвост был распущен, и темные волосы падали на лицо. Убийца накинул поверх кепки капюшон, так что не разглядеть даже сантиметра его лица. Он держал одну руку в кармане, и они шли обычным размеренным шагом, словно просто отправились на прогулку.       — У него в кармане пистолет?       — Не вижу других причин, почему Какудзу так спокойно шел бы куда-то со связанными руками.       — Он на целую голову выше убийцы, — заметил Саске. — И в целом крупнее.       — Очевидно, поэтому ему и понадобился ксиланит, — сказал Наруто. — С Сасори он его не использовал.       — Тот был мелковат, — вспомнил Саске.       — Да, — кивнул Наруто. — Я думаю, что убийца в хорошей физической форме. Но он умеет оценивать риски, и поэтому для этого убийства запасся седативным.       — Или с Сасори не все прошло гладко, и он учится на своих ошибках? — предположил Саске.       — На трупе Сасори не обнаружены следы борьбы. Зато обнаружены признаки удушения. Убийце хватило сил справиться с ним самостоятельно, — Наруто снова уставился в экран. — Мы не находили куртку Какудзу, — заметил он. — А когда убийца выходил из парка, он попал на какую-нибудь камеру? — обратился он к Шикамару.       Тот покачал головой.       — Я отсмотрел все камеры вплоть до прибытия полицейских, и ни на одну он не попал. В это время там не было ни души, первый гражданский появился в пять утра. Но в парке много слепых зон. Забор не такой уж высокий, его вполне можно перелезть и скрыться.       — Значит ли это, что убийца прекрасно осведомлен, где именно находятся камеры, и специально их избегал? — задумался Наруто. — А машину Какудзу ты тоже больше не видел?       Темари зашла в комнату с двумя кружками чая. Саске взял чашку и поблагодарил. С чаем он мог осилить хотя бы половину такого жирного бургера.       — Нет, — ответил Шикамару. — Ни убийцу, ни машину.       — Если сам он еще мог увернуться от камер, то машина — точно нет. Значит, она все еще там, где они ее оставили.       — Поехали, — подскочил Наруто.       — Я еще не поел, — возразил Саске, только откусив первый кусок.       — А я еще не все тебе рассказал, — добавил Шикамару.       — Все куда-то спешит, — вздохнула Темари, взяв бургер и сев на свободное кресло.       — Ты — ешь быстрее, — обратился он к Саске и повернулся к Шикамару: — А ты — рассказывай.       — Пока я занимался камерами, Темари просматривала его мессенджер.       — Чата с Чирику я вообще не нашла, — сказала Темари, прожевав и отпив чай. — Видимо, он периодически чистил историю. Все его чаты чисто рабочие: продажа и сдача в аренду квартир. Кроме одного, — она взяла телефон Какудзу, открыла нужный диалог и протянула Наруто. — Здесь он тоже сто процентов удалил старые сообщения, потому что переписка начинается с прошлой недели, но они с этим мужиком явно старые дружбаны.       Саске, отряхнув ладони, заглянул в телефон в руках Наруто. Отросшие передние пряди волос коснулись шеи Наруто, и он поежился и обернулся. Саске слегка отстранился.       — Чего?       — Щекотно, — пожал плечами Наруто и вновь вернул все внимание телефону. Саске завел прядь за ухо и тоже наклонился.       Собеседника Какудзу звали Хидан, и на фотографии профиля мужчина со светлыми с проседью волосами и в черных очках сидел на корточках рядом с огромным бульдогом.       — Это же…       — …тот самый Хидан, — закончил за Саске Наруто.       Где-то около года назад история Хидана гремела из каждого утюга, после того как он пришел на телевидение с признанием, что в девятнадцать лет убил человека, и поскольку из-за истечения срока давности его нельзя было привлечь к ответственности, он хорошо заработал на той передаче и как следует поглумился над присутствующими на записи, высказывающими свое мнение зрителями. Ту передачу позже залили на ютуб, и у нее набралось больше двадцати миллионов просмотров. Саске не читал комментарии, но до сих пор его мучил вопрос, были ли мнения, звучащие из зала о том, что мужчина, которого убил Хидан, заслужил это, и хорошо, что этому достопочтенному гражданину в спортивках не стали ломать жизнь, срежиссированы или кто-то действительно так считал.       Наруто пролистал в самый верх, к первому сообщению.       25 октября 15.23       Хидан: ты че седня придеш ?       Какудзу: Занят. Завтра.       25 октября 23.12       Хидан: этот заморыш сдох . проебал полтос       Какудзу: Я говорил.       28 октября 20.55       Хидан: када на новое дело       Какудзу: Пока тихо.       Хидан: я все деньги проебал       Какудзу: Твои проблемы.       30 октября 19.25       Хидан: мы погнали в баню       Хидан: давай быстрее дед       — А ведь если предположить, что мотив убийцы — покарать тех, кто уходит от закона, Хидан — отличный кандидат на следующую жертву, — произнес Наруто.       — Кто бы там у него не сдох, видимо, убийство много лет назад было не единственным его преступлением, — сказал Саске.       — Блин, как жалко, что уже почти ночь, — вздохнул Наруто. — Ненавижу ждать, когда я хочу кого-то допросить, — он встал и сердито бросил обертки из-под бургера в пакет. — Ты доел?       — Да, — Саске стал сворачивать остатки, чтобы выкинуть, но Наруто выхватил их у него из рук.       — Э! Куда! Я тебе самый большой и самый вкусный заказал. Я вообще-то думал, что ты откажешься, и я его сам схаваю, но половина тоже пойдет. Спасибо, Шикамару и Темари, — махнул он и направился к выходу, на ходу откусывая сразу половину оставшегося бургера. В уголках глаз виднелись бусинки слез, однако в этот раз явно от радости. — Погнали, Саске.       — Закинь его в участок и езжай спать, — посоветовала ему Темари.       Саске усмехнулся.       — Зачем нам сейчас ехать к машине, если у нас нет ордера на обыск? — спросил Саске, пока они спускались в подъезде — пешком, потому что это тренировка по словам Наруто.       — Во-первых, мы точно не знаем, где она, и, чтобы не терять время завтра, мы потратим его сегодня, — с набитым ртом сказал Наруто. — Во-вторых, мне слишком интересно ее осмотреть. Я не смогу уснуть, зная, что она где-то там, а я где-то лежу, отдыхаю. У тебя нет такого?       — Да нет, — отозвался Саске. Ему, конечно, было интересно, но он вполне подождал бы и до завтра.       Благодаря отметкам Шикамару на карте, показывающим, где располагались камеры по пути следования машины, они с Наруто управились с поисками всего за час. Черный автомобиль стоял в тени дерева перед въездом во двор жилого дома. Наруто надел перчатку и дернул ручку водительской двери, но та была заперта.       — Попробовать стоило, — улыбнулся он.       Он достал телефон, включил фонарик и посветил внутрь.       — А вот и куртка Какудзу, — Саске показал на пассажирское переднее сидение. — Выходит, после убийства он вернулся сюда.       — Вот только зачем? — нахмурился Наруто. — Может, переставил машину?       — Может, переоделся? — предположил Саске.       Наруто задумался.       — Разве не проще переодеться в парке? Все равно там никого не было, — сказал он. — Что-нибудь еще интересное видишь?       Саске тоже включил фонарик на телефоне.       — Нет.       — И я, — Наруто убрал телефон в карман. — Завтра пришлем сюда криминалистов. Но теперь мы знаем, что убийца сюда возвращался. Пойдем.       Саске пошел за ним назад к припаркованному возле парка автомобилю.       — Если то, что у него были причины вернуться в машину, я еще могу понять, то зачем он потащил с собой куртку — нет. Почему не бросил возле Какудзу?       Наруто снова ушел в мысли.       — А что, если он забирал куртку с собой? Не знаю зачем. Но когда труп уже обнаружили, самым безопасным вариантом было бы закинуть ее в машину. Ее нужно будет хорошенько осмотреть, — он достал телефон, посмотрел на экран и сказал: — Закинь меня в участок, и можешь ехать домой, если хочешь.       — А ты что будешь делать?       — Надо оставить заявку, чтобы завтра с утра осмотрели машину. Ну и так, посмотрю еще кое-что, — пространственно ответил Наруто.       — Не забудь, что завтра конференция, — напомнил Саске.       — А, да, — спустя пару секунд откликнулся Наруто, словно уже совершенно забыл об этом. — Слушай, заедь завтра за мной где-то в полдевятого, ладно? Ты же все равно здесь рядом живешь.       — Ладно.       Оказавшись дома, Саске разделся и рухнул в постель без сил. Хорошо, что парадная форма висела в шкафу чистая и выглаженная, потому что сделать все это сейчас он, наверное, не смог бы. Уже засыпая, он подумал о том, что видел сегодня вживую залитый кровью труп человека. И это совершенно не мешало ему сейчас уснуть.       Наруто вышел из дома без двадцати девять.       — Блин, извини, — плюхнулся он на переднее сидение и натянул ремень. — Если бы не этот дурацкий костюм, я бы вышел вовремя. Но я вчера совершенно о нем забыл, пришлось сейчас гладить. В неглаженном я уже как-то раз пришел — Ино такой скандал устроила, что Какаши пришлось посылать кого-то из патрульных за утюгом, и я гладил форму прямо в участке.       Саске фыркнул.       — Сам?       Наруто замялся.       — Ну ладно, не сам. Хината, конечно, погладила, но мне как-то стремно, не хочу, чтобы она снова это делала, — он открыл солнцезащитный козырек, посмотрелся в зеркало и взлохматил волосы. — Блин, отпечаток от подушки остался, — сказал он, сильно потерев щеку.       — До конференции час еще, пройдет.       — Кстати о конференции, — вспомнил Наруто, закрыв козырек. — Когда придем, сделай серьезное выражение лица… хотя оно у тебя всегда такое. Короче, просто сядь, выгляди хорошо и молчи, — резюмировал он. — На все вопросы отвечать будем мы с Какаши.       — Зачем мне вообще туда ехать? — недовольно вздохнул Саске.       — Ты слышал Ино, — ответил Наруто. — Она на самом деле очень крутая как специалист, и Какаши ей очень доверяет. Имидж полиции, конечно, все равно ушел в минус, но в этом нет ни капли ее недоработки — она делает все, что от нее зависит, просто из некоторых вещей невозможно сделать конфетку, как ни старайся. Я думаю, ты и сам уже успел заметить, что самая распространенная реакция на нас — это страх или неприязнь. И это взялось не с пустого места.       — Я не утверждаю, что этого нет, но в нашем участке я пока не сталкивался с плохим отношением к населению, которое могло бы вызвать такую реакцию, — произнес Саске.       — Какаши такое не любит и за это наказывает, — сказал Наруто. — Но даже так люди есть люди, а полицейские есть полицейские, профдеформацию сложно избежать. Возьмем Хинату. Когда она только пришла в участок, она была очень скромной, тихой, улыбчивой и стеснительной. Даже представить было сложно, чтобы она могла кому-то нахамить. И посмотри на нее теперь — она просто другой человек. Среда полностью изменила ее, ей сейчас палец в рот не клади — всю руку откусит. И это повсеместно. А гражданские, которые приходят за помощью, не очень хотят слышать, что они сами виноваты в том, что оставили свой велосипед возле подъезда перед камерами, пристегнутым металлическим жгутом к решетке, а его все равно украли. И это, наверное, плохой пример, потому что слишком лайтовый.       — Ты тоже изменился? — спросил Саске.       Наруто глянул на него и как-то невесело усмехнулся.       — Да. Говорю же, сложно избежать профдеформации.       — Тебя вроде бы и сейчас сложно назвать плохим полицейским, — заметил Саске.       — Дело тут в том, что считать за точку отсчета и что за яркий пример перемен, — туманно ответил Наруто.       В участке Саске сразу вызвали к Какаши.       — На конференции сиди молча, — сказал тот, когда Саске сел на стул перед его столом. — Говорить будем мы с Наруто. Пока свободен.       Саске вышел из кабинета, чувствуя легкое раздражение.       Наруто стоял возле стола Хинаты, о чем-то с ней разговаривая. Он снял куртку, и Саске зацепился взглядом за то, как к лицу ему была черная рубашка с золотистой брошью-логотипом их участка и черный пиджак с такими же золотистыми пуговицами. Обычный Наруто в клетчатой рубашке с расхлябанно завязанным галстуком выглядел как студент юридического во время сессии. Наруто в этой форме, несмотря на рассыпанные в беспорядке светлые волосы, был презентабельным офицером полиции.       — Мне идет, да? — успел перехватить его взгляд Наруто и демонстративно отряхнул пиджак.       — Неожиданно видеть тебя таким официальным, — ушел от ответа Саске.       — Вы уже здесь, отлично, — появилась рядом с ними Ино. Она быстрым, но цепким взглядом осмотрела Саске и, видимо, осталась довольна, потому что, повернувшись к Наруто, тут же кинула сумку на стол, достала расческу и приказала: — Садись.       Наруто недовольно вздохнул и приземлился в кресло.       — Опять ты со своей экзекуцией.       — Это конференция, а не костюмированная вечеринка, куда можно прийти лохматым, — строго сказала Ино, расчесывая непослушные вихры.       — Я всегда так хожу, и мне нравится, — надулся Наруто.       — Должна признать, что тебе все идет, — отозвалась Ино. — Но на конференцию пойдешь причесанным.       — Ладно, — протянул Наруто.       Закончив с укладкой, Ино повернулась к Саске и назидательно сказала:       — На все вопросы будут отвечать Какаши и Наруто. Тебе нужно…       — Просто сидеть молча и не отсвечивать, я понял, — недовольно закончил за нее Саске.       — Вот и чудно, — улыбнулась Ино.       Конференция началась в десять часов. Переговорная второго этажа заполнилась репортерами и журналистами. Как только Какаши, Наруто и Саске зашли в зал, раздались множественные щелчки фотоаппаратов.       — Как всем известно, — начал Какаши, севший посередине между Наруто и Саске, — поводом для сегодняшней конференции стали два убийства, совершенные за последние тридцать дней. Характер убийств и многие другие признаки позволяют нам считать, что это серия…       Вводной речью Какаши довольно подробно очертил ситуацию и предполагаемый ход следствия, не раскрывая лишнего. Когда он закончил говорить, у журналистов словно не осталось больше вопросов. Пара корреспондентов подняли вопросы о жертвах и их связи. После этого со своего места поднялся молодой человек со стрижкой под горшок. По ней Саске узнал Рока Ли — журналиста оппозиционного издания. Тот обладал очень громким голосом и своеобразной манерой подачи видеоматериала, из-за чего был на слуху. До конференции Саске слышал, как Ино вздыхала в надежде, что его сегодня не будет.       — Добрый день, меня зовут Рок Ли, — представился он. — Я хотел бы узнать ваше мнение: как вышло, что о преступлениях господина Сасори общественность знала уже очень давно, но потребовалась его смерть, чтобы злодеяния прекратились?       — Я не представляю всю полицию нашего города, господин Ли, — ответил Какаши. — Я капитан участка, и в мой участок обращений с заявлениями по поводу преступлений господина Сасори не поступало. Ваш вопрос лучше адресовать комиссару.       — Вы установили мотив убийцы?       — Установление мотива — наша первостепенная задача, и мы ведем над этим работу. Прямо сейчас мы можем лишь предполагать, что убийца решил взять правосудие в свои руки и покарать тех, кого считает нарушившим закон.       — Как вы считаете, оправданно ли это в условиях полицейской халатности, бездействия сотрудников и превышения должностных полномочий?       — Ни в каких условиях это не может быть оправдано. Все, что вы сейчас перечислили — к сожалению, до сих пор действительно имеет место быть, но это противозаконно, и мы ведем работу по искоренению проблем на местах. Однако убийство — есть убийство, и никаким мотивом его оправдать нельзя.       — Вы говорите, что ведете работу, но прямо сейчас рядом с вами сидит Учиха Саске, сын мэра, который в двадцать два года стал руководителем отдела по борьбе с наркотиками и был разжалован за коррупцию.       У Саске по спине пробежал холодок. Наверное, было глупо полагать, что вопрос его прошлого сегодня ни разу не всплывет. Он мысленно выругался. Стоило настоять на том, чтобы не принимать участие в конференции. Теперь оставалось лишь держать лицо и никому не показывать, что у него вспотели руки.       — Назначение на должность следователя Учихи Саске стало большим вызовом для меня. Тщательно изучив его дело, проконсультировавшись со штатным психологом и пообщавшись с господином Учихой лично, я принял решение дать ему такой шанс. И за него я буду нести личную ответственность.       — И это никак не связано с тем, что господин мэр на этот раз хочет видеть своего сына капитаном полицейского участка?       Саске стоило неимоверных усилий не меняться в лице.       — Мне неизвестны желания господина мэра. Мне он о них не сообщал.       — Господин Учиха Саске, — Ли повернулся к нему. Взгляд черных глаз был внимательным, но не злым или острым. — Я бы хотел теперь задать вопрос лично вам. Вы уже были пойманы на получении взятки, теперь метите в капитаны. Не боитесь, что ваши корыстные цели будут приняты убийцей, дело которого вы ведете, за преступление закона?       Саске убрал руки со стола и опустил голову, собираясь с мыслями. Затем он поднял взгляд на Рока Ли и спокойно заговорил:       — Мечта о том, что его два сына займут высокие должности в видных сферах, принадлежала моему отцу, но не мне. И вот что из нее вышло. Сейчас же я следую за своей мечтой. Когда-то мой отец работал простым следователем, и это было лучшее время в моей жизни. Я жил его историями о разных делах и все, чего я хотел — быть таким же крутым и помогающим людям полицейским. С тех пор утекло много воды, произошло много разных событий, и это сделало моего отца совсем другим человеком. Я тоже изменился, но одно осталось прежним — я все так же хочу быть следователем, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы быть полезным обществу. Мой отец отнесся к моему желанию резко отрицательно, поэтому мы не общались с тех пор, как я поступил в полицейскую академию. О том, что я веду это дело, он узнает из новостей. Есть ли у меня амбиции? Разумеется, есть. Но меня не интересует капитанское кресло. Сейчас лучшим следователем страны по статистике раскрываемости преступлений считается Узумаки Наруто. И я бы очень хотел это изменить и занять его место.       В переговорной воцарилась тишина. Саске отвел взгляд в окно. Ему не было интересно, какую реакцию вызовут его слова. Он сказал то, что думал.       — Вот так и бери себе напарников, — раздался сбоку громкий голос Наруто. — На конференции узнаешь, что тебя, оказывается, хотят подсидеть.       Зал разразился смехом. Саске, не ожидав этого, посмотрел на журналистов. Рок Ли что-то сосредоточенно разглядывал в своем блокноте.       — У меня больше нет вопросов, — наконец, кивнул он и сел.       Конференция, к счастью подошла к концу. Саске планировал больше никогда на них не ходить.       Пока шла конференция, криминалисты осмотрели машину Какудзу. Никаких следов обнаружить в ней не удалось, как и на куртке. Куртку привезли в участок как вещдок, Наруто с Саске тоже тщательно осмотрели ее, но улики отсутствовали.       — Я хочу сначала поговорить с Хиданом, — ныл Наруто, когда они, переодевшись, ехали в храм. — Это явно интересней, чем опрашивать дурацких монахов! Почему мы едем в храм?       — Потому что я за рулем, — сухо откликнулся Саске, не отрывая взгляда от дороги.       — Но я твой наставник, и ты должен меня слушаться, — надулся Наруто, скрестив руки на груди.       — Что ты так на этот храм взъелся?       — Да при чем здесь храм! — воскликнул Наруто. — Чувак, Хидан — легенда. В плохом смысле слова естественно. Он настолько тупой, что ему хватило мозгов пойти на телек и рассказать всем, что он кого-то замочил. Если кто и сможет рассказать нам что-то интересное про Какудзу, так это он.       — Кстати, — протянул Саске и замолчал, задумавшись.       — Чего кстати? — не дождавшись продолжения, повернулся к нему Наруто.       — Да слова Ли из головы не идут. О том, не боюсь ли я, что буду следующей жертвой, — он снова замолчал.       — А ты боишься? — озадаченно спросил Наруто.       — Да я не про себя, тупица, — поморщился Саске. — Просто если думать о следующей жертве: разве Хидан — не идеальная мишень?       Наруто хмыкнул.       — Я вчера уже говорил об этом.       — Да? — вскинул бровь Саске. — Я забыл.       — Идеальная. Но не единственная.       — Я бы на его месте напрягся.       Наруто вздохнул и спустился ниже по сидению, уставившись в серое небо. Снова заморосил мелкий противный дождь. Саске быстро обернулся и убедился, что на заднем сидении лежит зонт. Наруто в своей черно-оранжевой куртке смотрел в одну точку и о чем-то думал.       — Это правда? То, что ты рассказал? Что твой отец раньше работал обычным следаком?       Саске надеялся, что этого разговора не будет.       — Да, — выждав минуту, ответил он.       — Значит, его тоже не обошла профдеформация?       — Можно и так сказать, — вновь помолчав, нехотя ответил Саске.       Наруто повернулся и вгляделся в его лицо.       — Что-то случилось, да? Он не просто выгорел или устал.       — Слушай, ты можешь открыть мое личное дело, там все написано, — раздраженно сказал Саске. — Мою маму убили, когда мне было восемь. Отец воспринял это очень тяжело. Очень. Дальше ты и сам знаешь.       — Прям так и написано в твоем личном деле, что твой отец это тяжело воспринял? — скептически спросил Наруто. — Не хочешь рассказывать, не рассказывай, конечно. Просто ты об этом открыто заявил на конференции, поэтому я не подумал, что для тебя это тяжелая тема.       — Я заявил об этом, чтобы объяснить свою мотивацию, и это важный аспект, — сказал Саске. — Я не хочу, чтобы из-за меня у Какаши возникли проблемы, и он пошел по пути наименьшего сопротивления и уволил меня. Я дорожу этим местом.       — Какаши не станет тебя увольнять только из-за этого, — отозвался Наруто. — Пристальней следить за тем, как ты работаешь, чтобы уволить из-за косяка — это да. Так что не косячь, — он, усмехнувшись, хлопнул Саске по плечу.       Саске повел плечом, чтобы скинуть его руку. На какое-то время воцарилось молчание.       — Когда убили маму, я потерял не только ее, но и отца, — все-таки произнес Саске. — Убийцу не установили, не поняли даже мотива, и отец стал одержим идеей найти того, кто это сделал, — Наруто вновь повернулся к нему, внимательно слушая. — Он практически перестал появляться дома, не говоря уже о том, чтобы заботиться о детях. Опеку надо мной полностью взял на себя мой старший брат. Ты его знаешь.       — Итачи, генпрокурор, — кивнул Наруто.       — Так продолжалось два года. Я не знаю, что потом изменилось — нашел он убийцу или просто сдался, он никогда не рассказывал, а я никогда не спрашивал. Но он вдруг начал резко продвигаться по карьерной лестнице. Дома от этого он появляться чаще не стал, зато стал совсем другим. Если все эти два года он еще был моим отцом, просто убитым горем, то потом я перестал его узнавать. Затем началось кардинальное вмешательство в нашу с Итачи жизнь. Итачи даже нарочно поступил в университет в другой город и уехал жить в общежитие.       — Сколько лет тебе было?       — Тринадцать, — сухо ответил Саске.       — А кто же после его отъезда заботился о тебе?       Саске больше не хотел отвечать и в полном молчании они добрались до места назначения. В этом храме Саске никогда прежде не был. Но его аскетичность ему сразу понравилась. Простая деревянная отделка, окрашенная в желто-оранжевый снаружи, несколько таких же деревянных статуй внутри. Служителей храма нигде не наблюдалось, так что пришлось зайти в помещения, не предназначенные для посетителей.       — Простите, братья, но предполагается, что прихожане сюда не заходят… — начал одетый в храмную одежду мужчина, но Наруто достал удостоверение. — А, — произнес тот понимающе. — И по какому же вы здесь вопросу? У вас нет причин для визита, у нас с законом все в порядке.       — Вам знаком этот человек? — спросил Саске, показав фотографию Чирику.       Мужчина подошел поближе, чтобы как следует рассмотреть изображение. Он нахмурился.       — Мне знакомо его лицо. Подождите минуту, я постараюсь вспомнить, — он зажмурился и сжал пальцам переносицу. — Чирику, кажется, да?       — Да, — сказал Наруто.       — Да, точно. Он был нашим прихожанином несколько лет назад. По-моему, у него случился рак. Или какая-то другая серьезная болезнь. Он приходил поговорить со мной.       — Представьтесь, пожалуйста. И расскажите, о чем вы разговаривали? — спросил Наруто.       — Мое мирское имя — Казума, — ответил монах. — Он говорил, что решил подчиниться судьбе. Кажется, тогда он отказался от лечения.       — А вы ему что-то на это возразили?       — Я лишь песчинка в океане судьбы, — ответил монах. — Разве я могу вмешиваться в чью-то судьбу и указывать кому-то, как жить?       — Но изначально идея отказаться от лечения принадлежала ему? — уточнил Наруто. — Или он перенял ее у кого-то из ваших?       — Мы не внушаем никаких идей нашим братьям, — сказал Казума. — Мы лишь учим слышать себя и судьбу.       Саске достал фото Какудзу.       — Можете постараться и вспомнить, не видели ли вы с ним этого человека?       — Это брат Какудзу, — едва взглянув на снимок, сообщил Казума. — Почему вы о нем спрашиваете? У него какие-то проблемы?       — Какудзу был ваши прихожанином? — удивленно спросил Наруто.       — Нет. Он не был верующим, — ответил монах. — Он был другом брата Хидана.       Наруто с Саске мельком переглянулись.       — Хидан — ваш прихожанин? — уточнил Саске.       — Да, он уже очень давно с нами. Он посещает службы каждые выходные и очень часто делает пожертвования храму. Из всех наших братьев у Хидана самая чистая и искренняя вера в нашего господина Джашина.       — Ясно, — убедительно кивнул Саске. — А вы когда-нибудь видели Какудзу или Хидана вместе с Чирику?       — Я точно помню, что как минимум один раз видел Чирику с Какудзу, — ответил Казума. — Но с Хиданом… нет. Я бы запомнил.       — Есть еще что-то, что вы могли бы рассказать нам о нем? — спросил Наруто.       — Нет, — качнул он головой. — Я уже все сказал. Позвольте спросить, к чему все эти вопросы о брате Какудзу и брате Хидане?       — Какудзу был убит вчера, — сообщил Наруто.       — Не может быть… — шокированно произнес Казума. — Почему? Кто его убил?       — Это мы сейчас и пытаемся выяснить, — сказал Саске.       Монах растерянно кивнул.       — Мы помолимся за него. Хоть он и не верил в господина Джашина, уверен, сейчас он уже в его владениях, — произнес он.       — Спасибо за уделенное нам время. Если вам больше нечего нам рассказать, мы пойдем, — сказал Наруто, и они с Саске направились к выходу.       — Подождите, — вдруг окликнул их Казума.       Они обернулись.       — Я кое-что вспомнил… да, точно. Простите, это было давно, поэтому не сразу пришло в голову, но сейчас я хорошо помню, что видел Чирику незадолго до смерти, — сказал он. — Он выглядел прекрасно. Раковые больные так не выглядят. Я хорошо это знаю, потому что к нам нередко приходят за успокоением души те, кому осталось недолго. Сначала я не придал этому никакого значения, но вскоре я узнал, что он умер. Тогда я подумал, что это странно. От рака умирают быстро, но не за неделю.       — Спасибо, — еще раз кивнул Наруто. — Это может очень нам помочь.       — Говорил же, сюда надо было ехать, — сказал Саске, когда они шли обратно к машине.       — Конечно, надо, просто неинтересные зацепки я проверяю в последнюю очередь, — сказал Наруто. — Этот настоятель видел его всего пару раз. Насколько он мог оценить его состояние по внешнему виду?       — Он прав в том, что такие вещи заметны, — произнес Саске. — За неделю до смерти он вообще вряд ли смог бы самостоятельно прийти в храм.       Наруто какое-то время молчал.       — То есть, можно предположить, что он никак не умирал, Какудзу надоело ждать, и он решил ускорить этот процесс?       Саске пожал плечами.       — Это многое бы объяснило. И к тому же теперь нам понятно, как Какудзу вышел на Чирику.       — Через “брата Хидана”, — кивнул Наруто.       Дом Хидана находился на окраине города, там, где частные постройки еще не снесли в угоду кварталам человейников. Высокий железный забор кирпичного цвета украшали таблички примерно схожего содержания “Не входи — убьет” с черепами разных мастей. Саске с Наруто поозирались в поисках какого-нибудь звонка, и не найдя ничего похожего, Наруто не придумал ничего лучше, чем толкнуть дверь. Дверь открылась, Наруто просунул туда голову. За ограждением раздался бешеный лай, и Наруто тут же спешно закрыл калитку.       — Там две стремные собаки, — скривился он.       — Как понять стремные?       — Ну, злые, такие сожрут и не подавятся.       Послышался человеческий голос, лай собак прекратился, дверь открылась, и показался Хидан собственной персоной.       — Вы че, долбоклюи, попутали что-то? — язвительно спросил он. Наруто показал удостоверение, и Хидан стал внимательно его изучать. — Узумаки, — прочитал он. — Слыхал о тебе. Ты типа знаменитость среди мусоров.       — Ага. У нас с тобой много общего. Ведь ты знаменитость среди отбросов, — сказал Наруто, убирая удостоверение в карман.       Хидан расплылся в неприятной улыбке.       — Какой обидчивый. Не гони, начальник, я ж не со зла. Чего пришел-то? Я гражданин законопослушный, — он снова довольно улыбнулся.       — Ты уже в курсе, что твоего дружка Какудзу на днях грохнули?       Улыбка очень быстро слетела с лица Хидана. Он нахмурился.       — В курсе, — недовольно выплюнул он.       — Есть идеи, кто это мог быть?       — Да хуй его знает, — рыкнул он. — Сейчас люди такие пошли… обидчивые. Даже шуток не понимают.       — Так, может, шутки несмешные? — спросил Саске.       Хидан взглянул на него пристально, прищурившись.       — Это ведь тебя сегодня по телеку показывали, да? У тебя батя — мэр. Вас богатеев не поймешь. У тебя же все есть, на кой хер ты за всякими уголовниками гоняешься?       — С чего ты взял, что у меня все есть?       — Скажи еще, что батя не ворует и в кармашек не складывает, — осклабился Хидан.       — Может, и складывает, да только не в мой.       — Ага, и сын мэра на одну мусорскую зарплату живет, — фыркнул он. Потом перевел взгляд на Наруто и издевательским тоном исправился: — Извините, полицейскую хотел сказать.       — Тебя вообще не касается, кто на чью зарплату живет. Про Какудзу знаешь что-нибудь? Он же друган твой, в твоих интересах, чтобы мы его убийцу поймали.       — Поверь, звездочка оперуполномоченная, если б я знал, кто это, он бы уже по земле не ходил, — скривился он. — Но я пока без понятия, что за гнида это сделала.       — Пока — значит, что ты это выясняешь?       — Естественно. Думаешь, моего братана пришили, а я буду сидеть на жопе ровно? У меня свои источники. И я обязательно выясню, кто это был, и мы с ним поговорим.       — Смотри, не наговори на десятку строгача, — сказал Наруто. — Ты знаешь человека по имени Чирику?       — Чирику? — повторил Хидан. — Первый раз слышу, — он изменился в лице, и Саске стало предельно ясно, что он лжет. — А что?       — У нас есть сведения, что вы с Какудзу хорошо его знали. А потом Чирику внезапно умер.       — Ты меня на понт не бери, — оскалился Хидан. — Я, начальник, не пальцем деланный. Никакого Чирику я не знал. И, судя по тому, что я сейчас не в участке, сведения у тебя так себе.       — Допустим, так, — согласился Наруто. — Но я предлагаю тебе подумать вот о чем. Сейчас основная версия мотива убийцы — это что он наказывает преступников, ушедших от ответственности. А теперь вспомни, чем ты стал знаменит на весь мир. В том, что касается Чирику, ты можешь свалить всю вину на Какудзу, он уже мертв, да и никому особо нет до этого дела. Сейчас нам главное поймать серийника, о котором знает уже весь город, и это явно и в твоих интересах. Если мы поймем, как связан со всей этой историей Чирику, возможно, мы сможем выйти на след убийцы.       — Сказал же, ничего я не знаю, — раздраженно сказал Хидан.       — Ты можешь совершить ошибку, которая будет стоить тебе жизни.       — Ты мне угрожаешь?       — Я? — фыркнул Наруто. — Я пытаюсь помочь.       — Знаю я вашу помощь, — огрызнулся Хидан. — Больше сюда не приезжайте, я разговаривать не стану. Вызывайте в участок, если сможете мне что-то предъявить, но это, конечно, вряд ли получится.       — Если передумаешь — ты знаешь, где нас искать, — произнес Наруто и развернулся, чтобы уйти.       — Кажется, мы думаем в правильном направлении: Чирику не просто умер от рака и переписал квартиру на Какудзу, иначе Хидан бы не открещивался так рьяно, — сказал Саске, отъезжая от дома Хидана.       — Иначе бы и Какудзу не вышел из дома, когда ему написал убийца, — откликнулся Наруто, доставая телефон. — Думаю, нам нужно поговорить с патологоанатомом, который вскрывал его после смерти. Сейчас спрошу у Сакуры, знает она его или нет.       Какое-то время они ехали молча, а затем Наруто воскликнул:       — О! Общественник выкатил новый пост о Какудзу.       — Прочти, — попросил Саске.       — Добрый день… тра-та-та, тра-та-та… Вот.       “Вчера было совершено еще одно убийство, и я начинаю склоняться к тому, что среди нас все же появился народный герой.       Убитого вчера звали Какудзу, и до смерти он работал риелтором. Занимался предоставлением услуг по сдаче и аренде квартир, а также их продаже. Все мы хоть раз слышали о таком явлении, как “черные риелторы”, и у меня есть все основания полагать, что это именно тот случай.       За последние три года он получил по завещаниям от разных скончавшихся в результате неизлечимых болезней собственников три квартиры, а также состояние, общая сумма которого исчисляется в десятках тысяч. Разве полиция не должна была хотя бы разок поинтересоваться, а все ли там законно и прозрачно? В настоящее время выяснить это уже невозможно — всех почивших кремировали в соответствии с написанными ими незадолго до смерти завещаниями. Какое чудесное совпадение!       Все жертвы — а я полагаю, что там все же имела место быть насильственная смерть — были одиноки, без родственников и наследников, в связи с чем, никто не мог задаться вопросом, что происходит (хотя, конечно, такой вопрос должна поднимать налоговая, отправив соответствующую информацию в правоохранительные органы). Однако, мне удалось связаться с внучкой одной из жертв. В настоящее время она живет за границей и даже не знала, что ее бабушка скончалась. Вот, что она говорит:       “Бабушка была глубоко верующим человеком. Ее религия запрещает кремацию. Конечно, в последний раз я видела ее много лет назад, но я не представляю, что могло случиться, чтобы все вдруг кардинально изменилось. Ее муж, мой дед, похоронен на кладбище, ее дочь, моя мама, там же. И она всегда говорила, что там осталось место для нее. И вдруг кремация? Здесь явно что-то не так”.       Получается, что прямых доказательств нет, но я пишу о самых разных преступлениях вот уже много лет, и ни за что не поверю в то, что бывают такие совпадения. А что думаете вы? Согласны со мной? Пишите в комментариях. И как вам идея такого народного мщения?”       — У него точные данные про навар Какудзу, — заметил Саске. — В участке явно есть крыса.       — Или у него может быть выход на убийцу, — сказал Наруто. — А, может, наоборот — у убийцы на него. Мне все-таки больше интересно, откуда убийца мог об этом узнать. Никакого дела никогда не заводили, как он вышел на Какудзу? Не похоже, что это кто-то из друзей Чирику. По крайней мере, я не вижу никого, кто стал бы за него мстить. Может, все же это друг или дальний родственник другой жертвы?       — А про Чирику написал, чтобы пустить нас по ложному следу? — произнес Саске.       — Может быть.       — Мы едем в морг?       — Нет, Сакура сама постарается что-нибудь выяснить.       — Сакура теперь делает нашу работу? — озадаченно спросил Саске.       — А ты думаешь, если патологоанатом что-то наколдыбенил при отчете о смерти, он так нам и расскажет? — уставившись в телефон, ответил Наруто. — У Сакуры больше шансов что-то узнать. Поехали в участок. Попробуем отработать версию, что это кто-то из мстящих за другую жертву.       Сакура объявилась вместе с Ино на следующий день.       — Пошли пообедаем, — глянув в телефон, сказал Наруто, сидящий за своим рабочим местом и что-то сосредоточенно изучавший на мониторе компьютера.       Саске, заполнявший последнюю, наконец, форму отчетности на сегодняшний день, задумался, и рука зависла над бланком.       — Если в ту пиццерию, где в пиццу кладут столько масла, что оно аж вытекает, то иди без меня.       — Не, это не рядом. Погнали.       Саске взял пальто со стоящей в углу полупустой вешалки — в основном все уже убежали на обед, — и пошел за ним.       — Помнишь итальянский рестик неподалеку от морга? — спросил Наруто, когда они вышли на улицу. — Сакура написала, чтобы мы приезжали, у нее есть для нас информация.       Саске кивнул, а затем поинтересовался:       — Ты не сказал этого в участке, чтобы Хината не услышала и не расстроилась, что мы идем обедать с Сакурой?       — Не только с Сакурой, еще и с Ино, — серьезно ответил Наруто.       Саске усмехнулся.       — Какой-то харассмент на рабочем месте.       Наруто фыркнул.       — Ну типа. Я попросил Сакуру взять нам бизнес-ланч, а то пока доедем время закончится, там до двух. Я предупредил, что ты любишь всякую здоровую ерунду.       В ресторане было многолюдно и шумно. Судя по офисному внешнему виду, в основном сюда приходили на обед работники соседних бизнес-центров. Сакура с Ино сидели за дальним столиком возле окна. Увидев Саске и Наруто, они тут же почти одновременно махнули рукой.       На столе уже стоял заказанный для них бизнес-ланч.       — Я решила взять для тебя греческий и пасту с морепродуктами, — сказала Сакура, поздоровавшись. — Вроде бы достаточно полезно.       — Да, спасибо, — кивнул Саске.       — М-м, моя альфредочка, — протянул Наруто, понюхав стоящее перед ним блюдо. — Спасибо, это отличный выбор. Что там насчет того чувака, Сакура? — спросил Наруто и сунул в рот целый ком спагетти.       — Это потрясающая история, — усмехнулась Сакура. — Я узнала, кто занимался вскрытием Чирику и сходила вчера с этим типом на свиданку, чтобы у него все выведать. Свиданка была ужасная.       — Боже, к чему такие жертвы, Сакура? — с набитым ртом возмущенно спросил Наруто. — Если бы я знал, что так будет, я бы тебя вообще не просил.       — Да я изначала была не против. Он симпатичный. Но оказался душнилой. И тупицей. Общаться невозможно, — сказала Сакура, отставляя в сторону пустую тарелку из-под тыквенного супа и приступая к салату. — В общем, не буду вдаваться в подробности, как я подвела к этому разговор, но он сказал, что достался ему как-то покойник, который будучи больным раком отказался от лечения, и он не стал его вскрывать, потому что, цитирую, “а смысл”. И так ведь понятно, от чего он умер.       У Саске замерла рука с вилкой, которую он нес ко рту.       — В смысле? А так можно?       — Конечно, нет! Говорю же, он тупица, — поморщилась Сакура. — Я знаю, что многие и возрастных бабулек-дедулек не вскрывают. Типа и так понятно, что они от старости окочурились.       — Допустим, он тупица, — произнес Наруто. — Но откуда это знал Какудзу? Если, допустим, он траванул Чирику, то не мог же он просто полагаться на то, что в морге ему попадется дурак, который решит не возиться с телом?       — Может, они все же были в сговоре, — сказал Саске. — Просто он решил не шокировать такими признаниями девушку на первом свидании.       — И поэтому сказал, что просто не вскрывал тело? — скептически спросила Сакура. — Это тоже, знаешь ли, так себе информация.       — Сказать такое все еще лучше, чем признаться, что не стал этого делать за деньги, — ответил Саске.       — Ну, это да, — кивнула Ино.       — Давай все-таки вызовем его на допрос, — сказал Наруто. — Шансы, что он в чем-то признается, нулевые, но попробовать стоит. Спасибо, Сакура, — улыбнулся он.       — Да не за что. Обращайся, — великодушно произнесла Сакура.       — Я сегодня все утро анализировала реакцию на вчерашнюю конференцию, — перехватила слово Ино. — В частности на тебя, Саске.       Саске вздохнул.       — Я больше на ваши конференции не пойду.       — Да ладно тебе, — откликнулась Ино. — Комментариев и репостов больше положительных, чем отрицательных. Я считаю, это очень хорошо. Обычно положительных реакций даже не половина.       — Ставлю сотку на то, что основная масса хороших комментариев от маленьких девочек, — проговорил Наруто.       — И ты абсолютно прав, — кивнула Ино.       — Чего? — не понял Саске.       — Ты новый герой у девочек от двенадцати до двадцати лет.       Наруто засмеялся. Сакура улыбнулась. Саске на мгновение завис.       — Какого черта?       — Ты красивый. В форме ты еще более красивый и мужественный. И твое заявление было очень проникновенным, — объяснила Ино.       — Ну охренеть теперь, — пробормотал Саске.       — Вообще-то, это здорово. Ты для них теперь как Эдвард Каллен, только реальный. А это значит, что мы сможем это использовать.       — Чтобы что? Манипулировать мнением маленьких девочек? — вскинул бровь Саске.       — У маленьких девочек есть родители, друзья, братья и сестры, — объяснила Ино. — Так что это в любом случае лучше, чем ничего. Я даже видела пару артов с тобой. А еще вас с Наруто шипперят.       Наруто заржал. Сакура к нему присоединилась.       — Ши… что? — снова не понял Саске. — Почему вы так смеетесь? Мне это совсем не нравится. Это неприемлемо. Скажите, почему вы смеетесь!       — Привыкай, — хлопнул его по плечу Наруто. — Ну я хотя бы актив, да? — спросил он у Ино.       — Как понять актив? — воскликнул Саске.       — В подробности я не вдавалась, — ответила ему Ино и повернулась к Саске. — Шипперят — это типа считают вас с Наруто отличной парой.       Саске резко повернулся к Наруто. И так же резко отвернулся.       — Меня с этим тупицей?       — Эй! — запротестовал Наруто. — Ты вчера сам признал, что я лучший! Вот теперь расплачивайся за это, — вновь рассмеялся он.       — Тупизм какой-то, — пробормотал Саске, опустив голову и активно ковыряя еду.       — Да ладно тебе, — улыбнулась Сакура. — Скажи спасибо, что тебя не с Какаши зашипперили.       Наруто снова заржал.       Две недели были максимально загружены, но абсолютно безрезультатны. Они ни на шаг не приблизились к разгадке личности убийцы. Никаких улик, туманный мотив и полное отсутствие подозреваемых раздражало.       Они попытались связать убийцу с кем-то из других предполагаемых жертв Какудзу, но зашли в тупик. Они обследовали дом Какудзу, чтобы понять, как при наличии закрытой территории, убийца попал на парковку, и выяснили, что там полно слепых от камер мест, а забор не такой уж высокий для того, кто задался такой целью. Они даже занялись делом Сасори в надежде найти что-то, что упустили полицейские другого отдела, но, хоть несколько нитей действительно остались неотработанными, они точно так же ни к чему не привели. Никакого пересечения жертв Сасори и Какудзу обнаружить не удалось, да и Саске с Наруто оба стали склоняться к версии, что убийца все же не пострадал от них лично.       Саске не давал покоя Хидан. Его сообщения Какудзу, в которых он писал, что кто-то “сдох” и что ему нужно новое дело, явно не были невинными. Саске не сомневался в этом. Он разговаривал об этом с Наруто, но тот считал, что Хидан ничего нового им не расскажет, поэтому       на текущий момент он их не интересовал, хоть и забывать о нем не стоило. — Нет, если ты хочешь вывезти его куда-нибудь и поговорить с ним по-другому — флаг тебе в руки, — сказал Наруто. — Но это тебе к Ибики, я в таких делах не участвую.       В этом Саске был с ним, конечно, солидарен. Отчасти. Другая часть твердила, что нужно что-то делать, раз у них нет никаких других подвижек.       — Хидан организовывает собачьи бои, — сообщил Саске, как только Наруто сел к нему в машину.       В последние дни Саске все время заезжал за Наруто перед работой. Разъезжались они порой в разное время, но с утра, в пятнадцать минут девятого, Саске всегда тормозил возле его дома, они ехали завтракать, а затем — в участок или по делам. Как-то раз Наруто пришел на работу в той же одежде, что накануне, и Киба язвительно поинтересовался, почему это они приехали с Саске вместе, но его тут же осадила разъяренная Хината. Шино тогда усмехнулся, услышав шуточку Кибы, и Саске удивился, но Наруто сказал, что он до сих пор обижается на победу Саске в конкурсе костюмов на Хэллоуин. Саске слышал об этом впервые, потому что с Шино они с того самого дня ни разу не пересекались.       — Что? — недоуменно переспросил Наруто, повернувшись к нему.       — Хидан организовывает собачьи бои, — повторил Саске.       — Я понял, — скривился Наруто. — Просто… откуда ты узнал?       — Проследил за ним.       — Как долго ты за ним следил?       — Пару дней, — ответил Саске и под пристальным взглядом Наруто цыкнул. — Ну, может, неделю. Какая разница? Это же офигеть какая важная информация.       — Да, — задумчиво сказал Наруто, опуская взгляд. — Ты прав. У тебя есть какие-то доказательства?       — Я сфоткал, — Саске протянул Наруто телефон. — Здесь нет, конечно, самой арены, но зато есть фото других участников. Уверен, они все с радостью сдадут кого угодно, лишь бы их самих не привлекли.       — Отлично, — кивнул Наруто. — Мы можем прижать его, — он снова повернулся к Саске, на этот раз с загоревшимся от предвкушения взглядом. — Погнали сразу к нему. Думаю, теперь он, наконец, расскажет нам что-нибудь интересное.       Запах перегара появился раньше самого Хидана. Он выполз из-за ворот заспанным и в незастегнутой куртке поверх голого тела. Обычно зализанные назад белые волосы торчали в разные стороны. Кто перед ним он тоже понял не сразу, но когда понял, цыкнул.       — Я же сказал вам больше ко мне…       — Мы знаем, что ты организовываешь собачьи бои, — перебил его Наруто.       — Рад за вас, — протянул Хидан чуть менее уверенно и почесал подбородок. — И?       — Ты нам рассказываешь все, что знаешь про Какудзу, — мы тебя не трогаем, — предложил Наруто.       Хидан помолчал.       — У вас нет доказательств, — наконец, произнес он.       — У меня есть фотографии, — ответил Саске. — И ты ведь на самом деле не думаешь, что все, кто приводил собак на бои, будут покрывать тебя во что бы то ни стало, если мы за них возьмемся?       — Мне надо подумать, — сказал, наконец, Хидан.       — По-моему, ты чего-то не понял… — начал Наруто.       — Все я понял, — огрызнулся Хидан. — Я вчера выпил бутылку водки в одну харю, а спать лег два часа назад. Если хочешь арестовать меня — арестовывай! Прямо сейчас! Только я уже потом вам точно нихуя не скажу.       — У тебя есть один день, — сказал Наруто. — Если завтра к полудню у нас не будет новой информации — ты сядешь. И даже не думай, что у тебя получится свалить.       Хидан фыркнул и недовольно поковылял домой.       — Зачем ты отпустил его? — раздраженно спросил Саске, едва они сели в машину. Он завел движок, чтобы отъехать. — Надо было его дожать, чтобы он прямо сейчас все рассказал.       — Ой, ну и дожимал бы тогда, я то-тут при чем? — скривился Наруто.       — Да я даже сказать ничего не успел — ты уже его отпустил!       — Я сделал так, как посчитал нужным, — огрызнулся Наруто. — Не надо выпендриваться только потому, что один раз узнал что-то раньше меня.       — Обиделся, что у самого мозгов не хватило проследить за Хиданом? — усмехнулся Саске.       — Я не обиделся, я говорю тебе, чтобы не зазнавался, — отрезал Наруто.       — Я и не думал зазнаваться. Ты поступил глупо. Что, если Хидан сейчас подчистит хвосты? Или вообще свалит?       — А ты тогда здесь зачем? — развел руками Наруто. — Сиди и следи, чтобы он никуда не делся.       — Ты его отпустил, а следить за ним должен я? — угрюмо произнес Саске.       — Ладно, — рявкнул Наруто и отстегнул ремень. — Езжай в участок, я сам тут посижу, — он вышел, обошел машину и открыл водительскую дверь. — Ну? Выходи.       Саске недовольно вышел. Он обошел машину и сел на пассажирское сидение.       Наруто раздраженно уставился на него.       — И чего ты сел?       — А если тебе приспичит поссать, ты выйдешь и проворонишь, как он уедет? — гневно сказал Саске.       — Поссу в бутылку.       — Нет уж, лучше я посижу тут, зато буду уверен, что он никуда не денется.       — Знаешь, без тебя мир как-то крутился. И даже преступники ловились, — съязвил Наруто.       — Классная логика. Может, ты всю работу за меня будешь делать? Раньше же как-то справлялся.       — Изначально план был именно таким.       Они помолчали.       — Мы действительно не будем арестовывать его, если он нам все расскажет? — спросил Саске.       — Конечно, арестуем, — сказал Наруто. — Не знаю, как ты, а я не собираюсь держать слово перед убийцей людей и собак и тебе не советую. Он должен был сесть еще много лет назад, ему просто повезло получить отсрочку. Если бы он располагал очень ценными сведения, которые помогли бы нам поймать убийцу, он мог бы настаивать на сделке. Но про убийцу, я уверен, он ничего не знает. То, что он расскажет, просто поможет лучше понять личность убийцы.       — Хорошо, — произнес Саске. — Меня бесят все эти сделки, когда нужно отпустить ублюдка, чтобы взять ублюдка побольше.       — Да, система не совершенна, — согласился Наруто, постучав пальцами по приборной панели. — Мы же сегодня даже не позавтракали, — вспомнил он, достал телефон и открыл карту. Саске, вдруг это осознав, почувствовал, голод. — В пешей доступности здесь только лоток с шавухой. Будешь?       — Выбора все равно нет, — откликнулся Саске.       Наруто вернулся через двадцать минут с шаурмой и двумя бутылками холодного чая. Саске негромко включил радио. Снаружи заморосил дождь.       — Так и знал, что какая-то хрень с неба посыпется, — проворчал Наруто. — Смотри, даже не дождь же. Ненавижу октябрь и ноябрь здесь. Хорошо хоть дойти успел. Здесь сейчас еще и грязища начнется. М, а вкусно, да? — спросил он, откусив большой кусок.       — Да, нормально, — согласился Саске, распробовав майонезный соус.       — Классная песня, — прокомментировал Наруто, когда сменился трек. Саске кивнул. — Может, запишем диск? Только с крутыми треками. Будем ездить на убийство, как крутые копы под крутой музончик.       — Здесь некуда диск вставлять, — сказал Саске.       Наруто посмотрел на панель.       — Точно. Ну, флешку тогда.       — Давай, — пожал плечами Саске.       — Отлично, — заулыбался Наруто. — Ой, смотри! — он несколько раз толкнул Саске в плечо.       — Да куда? — крикнул Саске, чуть не подавившись, но при этом не увидев ничего подозрительного возле дома Хидана.       — Снег! Первый снег в этом году.       С неба полетели крупные белые хлопья мокрого снега. Они таяли, едва достигая холодной земли. Воздух сразу стал прозрачным, слепящим.       — Рано в этом году, — произнес Саске. — Середина ноября только.       — Ты походу забыл, как в прошлом году снег выпал прямо на Хэллоуин, — усмехнулся Наруто.       Саске хмыкнул, вспоминая.       — Точно. У нас были сборы в Академии. Мы все замерзли до смерти. Пол группы потом слегло с температурой.       К трем часам дня снег снова стал моросью, которая осела в лужи на дороге. По обе стороны асфальтовой дороги размазалась коричневая грязь. Ветра не было, черные, намокшие ветки редких деревьев неподвижно устремлялись в серое, лишенное жизни и красок небо. По радио Тайлер Джозеф пел о пространстве между болезненным воспоминанием и страшным сном. Саске глянул мельком на Наруто: тот, погрузившись в свои мысли, наблюдал за домом Хидана. На телефон пришло сообщение, и Саске посмотрел на экран, увидев ежедневную доставучую рассылку от оператора сотовой связи.       — Саске, — вдруг позвал Наруто.       — М? — Саске вопросительно посмотрел на него.       — Мама тебя любила?       Меньше всего Саске ожидал сейчас этого вопроса.       — Да, — неуверенно произнес он, а затем добавил уже твердо: — Да, да. Почему ты спрашиваешь?       — Просто, — ответил Наруто и отвернулся в боковое окно.       Они помолчали, а потом Наруто снова спросил:       — Когда ее убили… ты это видел?       Саске не мог разглядеть его лицо в этот момент. Он отвернулся, словно эта тема была для него очень личной, словно не хотел, чтобы кто-то видел его эмоции. Голос звучал абсолютно ровно. Вернув взгляд к дому Хидана, Саске ответил:       — Нет. Это произошло ночью. Отец уехал на ночное дежурство. Лето, у нас с Итачи были каникулы. Отец ворвался к нам ранним утром, когда мы еще спали, и сказал, чтобы мы ни при каких обстоятельствах не выходили из комнаты. Мы просидели там целый день до самого вечера, ничего не понимая. Мне тогда не было страшно, я был еще слишком маленьким, чтобы бояться, что с родителями может что-то случиться. Хотя мы, конечно, слышали, что в дом приходило много людей. Я плакал только потому, что хотел есть, и потому, что меня не пускали к маме. Отец всегда больше любил Итачи, а я был маминым любимчиком. Я не мог понять, почему мне к ней нельзя.       Воспоминания затопили разум так, словно это произошло вчера. Саске давно об этом не вспоминал. Вряд ли он вообще когда-то пытался проиграть в голове то, что тогда случилось. Его никогда об этом не спрашивали, а просто так заставлять себя снова проживать все это — слишком болезненно. Он убрал эти воспоминания в самый дальний уголок сознания. Ящик с ними запылился, покрылся паутиной, но стоило его открыть, и оказалось, что они все еще такие же яркие, как в тот день.       Саске больше не испытывал той удушающей боли и страха, которые заставили его спрятать их в сундук. И все же внутренности неприятно скручивало, стоило на секунду прикрыть глаза и вспомнить жаркий августовский воздух, непонятные голоса за дверью и белизну кожи Итачи, с которой не сравнился бы даже снег.       — Итачи было всего тринадцать лет, он наверняка и сам перепугался, да и понимал он явно больше, но весь день успокаивал меня, играл со мной, чтобы отвлечь. Он был хорошим старшим братом. Ближе к вечеру в доме стало тихо. Тогда Итачи решил пойти проверить, что происходит. Он вернулся совершенно бледным. Мы и так не смуглые, но он стал белый как мел. Скорее всего, он тогда увидел кровь в комнате, и его опасения подтвердились. Он молча сел на кровать и так и сидел, пока через несколько минут к нам не пришла соседка. Она рассказала, что произошло. Отец к нам не заходил, да и вообще эту тему особо с нами не обсуждал. Он вернулся ближе к полуночи, и Итачи вышел к нему. Не знаю, о чем они говорили, но разговор вышел коротким.       — Прости за такой дурацкий вопрос, — произнес Наруто. — Не стоило мне об этом спрашивать. Уверен, об этом неприятно вспоминать.       — Неприятно, — сказал Саске. — Но когда я не хочу что-то рассказывать — я не рассказываю. Я пережил это. Естественно мне бы хотелось, чтобы все сложилось по-другому. Чтобы мама была жива. Я до сих пор очень люблю ее. Но я перестал жить прошлым.       Наруто повернулся к нему. У Саске на секунду перехватило дыхание. Голубые глаза были тусклыми от заполнивших их эмоций. Их было так много, Саске постарался ухватиться хотя бы за одну, но Наруто уже отвернулся. Боль? Разочарование? Страх? Злость? Безысходность? Саске не был уверен.       — А что насчет твоих родителей?       Наруто снова повернулся, надежно спрятав все свои чувства за выражением легкой печали и грустной улыбкой, и глаза снова стали прозрачно-голубыми.       — Их убили, когда мне было пять лет.       — Ты это видел? — догадался Саске.       — Да, — коротко ответил Наруто. — Но я не люблю об этом говорить. Не стоило мне заводить эту тему. Прости, — вздохнул он, взъерошив волосы.       — Но убийцу ведь поймали, да?       Наруто молчал.       — Можно и так сказать, — в конце концов, нехотя ответил он.       Саске не стал дальше давить ему на больное. Он, не поворачивая головы, взял его за запястье. Он не знал, как Наруто на это отреагирует. Саске прекрасно понимал социальные правила, в которых у мужчин не принято сопереживать, заботиться, касаться друг друга и вести себя, как полноценный человек с чувствами и эмоциями. Он никогда не вписывался в эти нормы, хоть и тщательно это скрывал, и ему казалось, что Наруто вписывается в них еще меньше.       Наруто лишь мельком взглянул на него и отвернулся, не скидывая его руку.       Ближе к вечеру к Хидану пару раз приходили разные люди. Надолго они не задерживались, забегали минут на пятнадцать. А после семи Хидан выполз из дома собственной персоной. Он огляделся, уверенным шагом пошел в их направлении и сел на заднее сидение.       — Вы че, придурки, думали, я вас не замечу? — фыркнул он.       — Нам пофиг, заметил ты нас или нет, — отозвался Наруто. — Нам главное, чтобы ты не смотался.       — Это нарушение частной жизни, — оскалился Хидан.       — Ага, расскажешь об этом будущим сокамерникам.       — Сделку хочу.       — Много хочешь.       — Я че, лох по-вашему, просто так вам все выкладывать? Вы же меня прям тут и повяжете.       — Выбора у тебя особо нет, — сказал Наруто. — На сделку у тебя не хватит инфы. Прикинь, приведу я тебя к капитану — а без него такие дела не делаются — а ты ему расскажешь про личность жертвы. Про убийцу у тебя сведений нет. На сделку не тянет. Зато капитан задаст мне вопрос, а что ты такого сделал, что хочешь сделку. Я естественно ему все расскажу. Я же не буду говорить, что по приколу тебя привез. Так что говори все, как есть, здесь и сейчас. Даю тебе свое честное слово, что мы тебя не арестуем.       — Твоим честным словом жопу подтереть можно, — пробормотал Хидан.       — Я про тебя то же самое могу сказать, — отозвался Наруто. — Ты нам несколько дней назад затирал, что ты законопослушный гражданин.       Хидан вдруг вышел из машины, подошел к окну Наруто и постучал по стеклу. Наруто открыл. Хидан накинул капюшон, чтобы мелкий дождь не капал на голову, и наклонился.       — Я пытался отговорить Какудзу от этой затеи. Чирику был хорошим парнем, он верил в господина Джашина, он был мне братом. Но Какудзу положил большой хер на мое мнение, потому что он сраный богохульник. Он действительно переписывал на себя квартиры больных или старперов, но это вы уже и сами знаете. С Чирику все пошло не так. Он никак не умирал. Какудзу его долго обхаживал, но походу ему терапия помогла, прежде чем он успел ее бросить. Точно не знаю, в больницу-то Чирику перестал ходить. Но, короче, Какудзу ждать надоело, и он его траванул. И с моргом договорился, чтобы не вскрывали, а потом его кремировали. И я вообще-то нихуя не удивлен, что его пришили. Он убил сына Джашина, и господин Джашин его за это покарал. Я его предупреждал, но он не слушал.       — Кого он еще убил? — спросил Наруто.       — Я точно знаю про Югито.       — Югито Нии?       — Да хуй знает, наверное. Она молодая была, лет двадцать пять. У нее тоже рак нашли, не помню уже какой. Ее Какудзу тоже траванул. Не знаю почему, может, так же на поправку пошла, я не спрашивал, на нее мне было насрать, ебучая богохульница. Больше я ни про кого не знаю. Может, остальные сами умирали, а, может, Какудзу мне просто не рассказывал.       — И больше ты ничего не знаешь?       — Нет. Слушай, хоть Какудзу и сам виноват, что совершил небогоугодное дело, он все-таки был моим братаном, и я тоже хочу, чтобы этого ублюдка, который моего другана пришил, поймали. Так что раз начал сдавать, сдал бы до конца. Но я больше ничего не знаю.       — Ладно. Если у нас будут еще вопросы — мы позвоним, — сказал Наруто, и Хидан, сунув руки в карманы и ссутулившись, пошел домой.       — Ты же сказал, что мы его арестуем, — произнес Саске.       — Я же дал ему честное слово, что не буду, — усмехнулся Наруто. — Нафиг нам самим с ним возиться, завтра передадим, кому надо, они все сделают. Давай, меняемся, — Саске сел на водительское кресло и поехал к участку.       — Будем проверять Югито? — произнес Саске.       — Да. Теперь у нас есть подтверждение того, что Какудзу убивал.       — Но мы и так об этом догадывались.       — Да. Негусто. Целый день потратили на то, чтобы узнать то, что и так было понятно. Дурацкая работа.       — Теперь у нас есть еще одно имя, — пожал плечами Саске.       — Тоже верно, — протянул Наруто.       Когда на следующий день Наруто с Саске пришли в офис, возле стола Хинаты стояла в расстроенных чувствах молодая девушка и о чем-то ее просила. Саске постарался не слушать и заняться своей работой, но та говорила слишком громко.       — Ну, пожалуйста!       — Я вам еще раз повторяю, я следователь убойного отдела, а не участковый! Труп есть? Нет, — рявкнула Хината. — Участковый сейчас на вызове. Скоро придет, ему все расскажете.       — Но потом уже может быть поздно! — воскликнула девушка. — Я и так ждала целую ночь, прежде чем прийти сюда. Я уверена, что он не мог уехать без меня, но он так и не вернулся!       — Господи, да с чего вы взяли, что он не мог без вас уехать? Он уже в другой стране, наверное, избавился от такой прилипалы, и с другой девкой где-то зажигает, — фыркнула Хината.       — Нет, Хидан не такой…       — Кто? — резко поднял голову Саске.       — Хидан…       — Наруто, — позвал Саске и показал девушке на стоящий рядом стул. — Рассказывайте сначала.       — Что такое? — подошел Наруто.       — Хидан пропал.       — Да, сегодня ночью, — кивнула девушка.       — Хината, — сказал Наруто. — Объявляй его в розыск.       — Меня зовут Фуу, и я его девушка, мы уже давно живем вместе, — представилась она. — Вчера что-то случилось, Хидан сказал срочно собирать вещи, ночью мы должны были уехать. Я сделала все, как он сказал, он взял билеты на самолет на три часа ночи. Но в одиннадцать он вдруг куда-то сорвался, толком ничего не сказав. И до сих пор так и не вернулся.       — Вы думали, что он действительно мог просто бросить вас? — спросил Наруто.       Фуу замялась.       — Честно говоря, нет… А зачем тогда говорить мне собирать вещи, покупать на меня билет? Он ведь мог сразу уехать… И он ничего не взял! Только телефон и ключи. Его паспорт, деньги — все осталось дома.       — В чем он был, когда ушел? Хината, слушай и добавь в ориентировку, — сказал Наруто.       Хината встала рядом с блокнотом.       — Так… в чем же он был… — задумалась Фуу. — Вчера он был в черных спортивных штанах, таких, знаете, теплых, ну и, по идее, черную куртку надел. Осеннюю. Черные кроссовки.       — А внешность? — спросила Хината.       — Загугли “Хидан признается”, — ответил ей Наруто.       — Так это тот Хидан? — ошарашенно спросила Хината.       — Почему он вдруг уехал? — спросил Саске. — Ему кто-то позвонил или написал?       — Я точно не знаю, он мне ничего не сказал, — сказала Фуу. — Где-то в одиннадцать он залип в телефон. Я обратила на это внимание, потому что я у него что-то спрашивала, а он сначала ничего не отвечал, просто смотрел в телефон, потом послал меня, когда я стала расспрашивать, и уехал.       — То, что он вас послал — вы всегда так общаетесь или он был чем-то разозлен? — уточнил Саске.       — Он был очень злой, — ответила Фуу. — Я думала, он меня ударит, хотя я ничего такого не сказала. Но я видела, что он не на меня злится, что он что-то увидел или прочитал.       — И у вас нет никаких догадок, куда он мог поехать?       — Нет. Я обзвонила всех его друзей. Никто не общался с ним со вчерашнего дня.       — И у него нет какой-нибудь дачи?       — Нет.       Наруто с Саске переглянулись.       — Спасибо, госпожа Фуу, — произнес Наруто. — Хината уже объявляет его в розыск. Оставьте телефон и езжайте пока домой, мы с вами свяжемся. И если вдруг что-то вспомните — звоните, — он взял визитку со стола и протянул ей.       — Хорошо, спасибо большое, — проговорила Фуу. — Пожалуйста, найдите его, я боюсь, что с ним могло что-то случиться. Он очень хороший человек.       Саске подавил желание засмеяться.       — Что-то мне подсказывает, что этот хороший человек не сбежал, — сказал он, когда девушка ушла.       — Теоретически он мог сделать другой паспорт. Деньги могут быть на счету, — произнес Наруто, сев в кресло и задумчиво подперев подбородок руками. — Но то, что он сорвался куда-то после того, как залип в телефон и сильно разозлился…       — Я все сделала, — сказала Хината. — Хидан проходит по вашему делу?       — Да, он друг последней жертвы, — ответил Наруто.       — Ну, тогда вполне возможно, что он и будет следующей жертвой, — обыденным голосом сказала она, возвращаясь к своим делам.       — Если у него телефон с собой, может, поедем к Шикамару? — предложил Саске, повернувшись к Наруто.       — Да, — кивнул Наруто и резко встал. — Погнали.       Но не успели они сделать и шагу, как из своего кабинета вышел Какаши.       — Наруто, — поздоровался он. — Звонили из восточного участка. Езжай к стадиону. Найдено тело в такой же позе, как и две жертвы до этого.       Наруто повернулся к Саске.       — Похоже, Хидана уже нашли.