Осторожней за рулем

В тот день наблюдавший за Ин Юйчэнем, который то заливался слезами, то хохотал, то кричал о помощи и, кажется, даже тявкал, Хэ Цин лишь пожал плечами. Убедившись, что с юношей всё в порядке, он не стал задерживаться. Его фигура, как всегда, излучала уверенность и притягательность — харизму, коей невозможно было сопротивляться. Дом Хэ Цина находился в престижном районе, на окраине Второй кольцевой дороги, сплошь усеянной роскошными особняками. Вход охранялся так строго, будто это была крепость, а вокруг раскинулись оформленные с изысканностью китайской эмали цзинтайлань*1 тенистые сады. Когда-то рядом с районом проходила железнодорожная ветка, но её снесли ради эстакады в сторону Вэньцзяна. Теперь же гудевшая неподалёку стройка нового торгового комплекса на южной линии раздражала своим монотонным, непрерывным «бззз-бззз». Не жалея средств, Хэ Цин обошёл множество мест и даже проконсультировался с мастерами фэншуй, прежде чем приобрёл роскошную виллу у озера Саньчаху. Едва оформив сделку, он узнал, что район признали уникальным из-за начавшегося строительства метро, а также живописных видов на горы и водную гладь. Цены на недвижимость, само собой, взвинтили до небес. Но Хэ Цин, неожиданно для себя, оказался в выигрыше, оттого и пребывал в приподнятом настроении. Он решил, что завтра вечером соберёт друзей, достанет из гаража свой пыльный, но всё ещё великолепный красный Макларен P1 и отправится на гоночную трассу Цзиньган. Именно из-за этого Макларен P1 он в своё время отказался от голубо-белого ЛаФеррари для трека. Юноша трезво оценивал свои возможности: бери ровно столько, сколько сможешь содержать. Сверхдорогие суперкары не для повседневной езды, их нужно холить и лелеять, как редкое сокровище. Потому из всех машин ценой в десятки миллионов он оставил себе лишь этот Макларен. Однажды припарковав его на открытой стоянке у IFS, где охрана даже огородила машину лентой, он потом отгонял от неё нескольких невоспитанных подростков, которые забрались на капот авто ради фотографий. В итоге снимки стали причиной разгоревшихся в сети споров. Ну и что, что посидели на машине? Богачи такие высокомерные. Дети же просто любопытные! Лань Чжоу, недавно вернувшийся в страну и ещё не обзаведшийся спутницей, был в ярости. Узнав о случившемся, он нанял армию ботов и устроил настоящую словесную войну в Weibo. Хэ Цин как бы тоже злился, но держался сдержаннее. С тех пор он больше не выгонял свой Макларен на прогулки. Такая красота, и для всеобщего восхищения? Как бы не так! Если он не захочет её показывать, никто её и не увидит. К слову, в тот день, помимо новостей о росте цен на виллу, Хэ Цина обрадовало ещё одно событие: он добавил в WeChat Ин Юйцзяна. В тот момент он разворачивался на улице Юйлинь, чтобы выехать на главную магистраль. А поскольку накануне отрывался в модном баре на Западной Юйлинь, решил заночевать в соседнем отеле, где и проспал без задних ног до полудня. Время обеда давно прошло, и пора было возвращаться домой. Друзья тем временем засыпали его сообщениями: Хэ, этот парень немногословен, в WeChat пишет только текстом, голосовые не шлёт. А в «Моментах»? Сплошные короткие видео… Хэ Цин, невзирая на лёгкое похмелье, был в ясном уме. Алкоголь уже выветрился. Ведя машину, он не стал отвлекаться на печатание, поэтому просто отправил голосовое: — А что у него на аватарке? Друг ответил: — Парнишка. Услышав это на светофоре, Хэ Цин почувствовал, как по телу разливается приятная лёгкость. Он присвистнул и весело протянул: — Ого, неплохо! Друг уточнил: — Это его младший брат. А вот эта информация ввергла Хэ Цина в пучину разочарования. Он вдавил педаль газа, досадуя: Чёрт бы его побрал, Хэ, твоё сердце этого не выдержит! Он откинул зеркало на козырьке, долго разглядывал своё отражение, довольно кивнул, подмигнул самому себе и с обезоруживающей улыбкой закрыл зеркало. Разве он не красивее этого Ин Сяо Эра? Немного поколебавшись, он отправил ещё одно сообщение: — Эй, пришли мне его WeChat. Друг замялся: — Что? Молодой господин Хэ, вы же уже встречались на Цзиньгане… Неуместное напоминание, способное испортить настроение. Однако он только холодно усмехнулся: — Пришлёшь или нет? — Пришлю, пришлю! — тут же отозвался друг. Кто посмеет отказать молодому господину Хэ? Боясь поцарапать свой Maserati Quattroporte в час пик, Хэ Цин припарковался на обочине и достал телефон. Эта Мазератти была его первой машиной, можно сказать, первой любовью. Он выбрал цвет бордовой печени и красно-чёрный салон, из-за чего машина выглядела так, будто принадлежала девушке. Ну и пусть, главное, что её плавные линии излучали сдержанную элегантность, а 3.0T с двойным турбонаддувом и эмблема трезубца на решётке радиатора идеально отражали его вкус. Фэн Тан как-то подшутил: — О, вторая любовница нашего Цин-эра! С чэндусским акцентом, мягким и чуть жеманным, это прозвучало так, что Хэ Цин чуть не набросился на него, заставив признать, что машина великолепна. А на следующий день Фэн Тан купил такую же Мазератти, даже почти в той же расцветке. Он обругал его подражателем. Хорошо, что центр продаж Мазератти в Чэнду не принадлежал их семье, иначе Фэн Тан получил бы точную копию его машины! Юноша ещё раз взглянул на себя в зеркало, разблокировал телефон и открыл визитку Ин Юйцзяна в WeChat. На аватарке действительно красовалась детская фотография Ин Юйчэня, а в имени аккаунта значилась «Автосалон Пангу». Он непроизвольно поморщился: ну кто так ведёт бизнес? Кто купит машину у такого одержимого брата? Впрочем, дела у «Пангу» шли неплохо, особенно что касалось тюнинга. Их модификации были безупречны: спойлеры на голову выше конкурентов, а оклейка плёнкой, была настоящим искусством. Проезжая мимо на днях, Хэ Цин заметил матово-чёрный Мерседес G-Class Ин Юйцзяна у входа с табличкой: Не спрашивайте, не продаётся. А вчера он специально сделал крюк, чтобы ещё раз взглянуть. Теперь там висела новая табличка, написанная детским почерком: Не продаётся, за любые деньги. Он рассмеялся. Такое мог выкинуть только Ин Юйчэнь. Честно говоря, Ин Юйцзян, при всей своей серьёзности, на этом G-Class выглядел слегка комично, если не трогательно. И размышляя об этом, любитель роскошных автокаров обратил внимание, что Ин Юйцзян прошёл верификацию друга. Первым делом он заглянул в его «Моменты», которые принялся листать. Всего восемь записей, все из Чэнду, ни одной из Пекина. И правда, сплошные видео. Он хмыкнул: что этот чувак старец какой-то? Или партийный функционер? Лишь два видео сопровождались подписями. Одно, выложенное в конце прошлого года, запечатлело ночной аэропорт Шуанлю. Два огромных иероглифа «Чэнду» полыхали ярко-красным в темноте, а на фоне завывал холодный ветер. Судя по всему, снято с шоссе у аэропорта. Подпись тоже была лаконичной: «Привет». Погружённый в раздумья Хэ Цин вздохнул. Это всё равно что попавший на равнины тигр… нет, попавший в Чэнду. Как бы ни было тяжело, жизнь продолжается. Последнее видео в «Моментах» Ин Юйцзяна было посвящено экзамену на права третьей категории, который сдавал Ин Юйчэнь. На записи младший брат, сжимая удостоверение личности и чек, с гримасой раздражения на юном лице, яростно пытался отобрать телефон у старшего. На фоне звучал низкий смех Ин Юйцзяна и возмущённый пекинский акцент Юйчэня: — Гэгэ! Хватит, чёрт возьми, снимать… Подпись гласила: «В следующий раз старайся лучше». Похоже, экзамен кое-кто завалил. Видимо, на той гонке в Цзиньгане мелкого засранца распирало от желания испытать скорость. Этот юнец, без прав, уже рвётся на трассу! Хотя, если в таком возрасте у него уже есть «Джордж Паттон», это, чёрт возьми, удача. Он задумчиво хмыкнул: Так Ин Юйцзян умеет смеяться? Каждый раз при встрече тот выглядел так, будто из последних сил сдерживается, чтобы не придушить Хэ Цина. Так ли оно было на самом деле? А пёс его знает. Пока он размышлял, телефон завибрировал. На экране всплыло уведомление от Ин Юйцзяна. Автосалон Пангу: ? Юноша опешил, рассеянно постукивая пальцами по экрану. Он набрал: Не хочешь добавлять в друзья? — но, подумав хорошенько, отправил только: Как насчет добавить в друзья? На другом конце Ин Юйцзян с любопытством наблюдал, как вверху диалога мигает «Собеседник печатает», то замирая, то возобновляясь. Автосалон Пангу: Нет. Хэ без ракушки: Привет, я Хэ Цин. Автосалон Пангу: Ин Юйцзян. Ресницы Хэ Цина дрогнули, а губы скривились от того, что экран то загорался, то гас. Решив пока не отвечать, он отложил телефон. Его ник «Хэ без ракушки» родился пару лет назад, когда он с Лань Чжоу и компанией играл в «Дурака». Тогда их семейная компания процветала, деньги текли рекой, а Лань Чжоу обзавёлся девушкой по фамилии Дун. Фэн Тан ещё поддевал друга тем, что того околдовала песня «Госпожа Дун». Он пристегнул ремень, переключил передачу, включил левый поворотник и плавно выехал из бокового переулка в тоннель. На развязке Юнфэн движение застопорилось. Хэ Цин откинул кресло чуть назад, прищурив раскосые глаза и уставившись на лежащий на пассажирском сиденье телефон. Тишина. Он и сам не понял, почему ощутил разочарование. Дурацкое чувство, ни дать, ни взять. Подняв взгляд, он вперился в поток машин впереди, где мириады огней как будто сливались в сияющий млечный путь. Поговаривали, что на окраине Чэнду собирались построить первый в Юго-Западном Китае автокинотеатр. Он заинтересованно прождал полгода, но проект так и не запустился. А жаль. Потянувшись к телефону, юноша начал листать контакты в поисках номера застройщика. Директор ответил мгновенно, выслушал и заулыбался: — Молодой господин Хэ, вы не в курсе, рынок маловат, да и подходящей просторной земли в городе уже нет… Хэ Цин, терпеливо слушая, хотел было закурить, но, боясь, что машины вот-вот тронутся, передумал. — То есть передумали строить? Директор, зная интерес Хэ Цина к проекту, ответил извиняющимся тоном: — Молодой господин Хэ, если строить за Третьей кольцевой, гости потратят на бензин больше, чем на билет в кино… — Завтра найду людей, выберем участок внутри Третьей кольцевой. Как договоримся, свяжусь с вами, и стройте быстрее. В глубине души Хэ Цин был романтиком. Он мечтал о ночи в Чэнду, под звёздным небом, в лунном свете, в автокинотеатре, где они с любимым человеком смотрели бы фильм под открытым небом. Жаль, ни любимого, ни кинотеатра пока не имелось. Ранее он хотел вложиться в этот проект и даже предлагал Лань Чжоу стать партнёром. Тот, чья семья занималась инвестициями, выдал длинный анализ: — Слушай, Цин-эр, подумай, это… ну… Он тогда лениво гонял во рту подмокшую сигарету, которую безуспешно пытался зажечь: — Меньше слов. Лань Чжоу продолжил: — Идея классная, в Европе и Америке такие штуки заходят, уютно… Но у нас народ любит понты. Представь, парень на Baojun приезжает с девушкой на фильм, а рядом паркуются тачки покруче. Ему же стыдно будет! Хэ Цин кивнул, пробормотав «угу», бросил незажжённую сигарету и задумался. — Кто на Passat, завидует тому, кто на Phaeton. Кто на BMW, завидует Mercedes. Кто на Mercedes, завидует Porsche. А кто на Porsche, завидует Bentley… Ну, ты понял? Хэ Цин закатил глаза: — Ты просто не хочешь вкладываться. Но подумав, он решил, что Лань Чжоу прав, и отказался от идеи автокинотеатра. Теперь, оглядываясь назад, он понимал: проблем и правда не оберешься. Однако сегодня, добавив Ин Юйцзяна в WeChat, он дал волю воображению. Представил, как приезжает в автокинотеатр с девушкой, а Ин Юйцзян — со своей. Разве это не станет соревнованием: у кого круче машина и эффектнее спутница? Юноша усмехнулся, скрипнув зубами. В Чэнду кто еще может сравниться с ним по этим двум пунктам? В памяти всплыл гараж, полный суперкаров. Каждый раз, снимая чехол с машины, он чувствовал себя на вершине мира, триумфатором, иконой автолюбителей. Но вот с «эффектной спутницей» как то не сложилось. Не то чтобы в спутницах был недостаток, отнюдь. Девушки в автокругах были из хороших семей, многие даже из именитых. Но большинство из них при встрече начинали сюсюкать с ним, и их приторность раздражала Хэ Цина. Другие же вели слишком свободный образ жизни; на гонках то и дело всплывало, что у них было что-то с кем-то из команды. А те, что постарше, смотрели на него с материнской заботой, от которой по спине бежали мурашки. Так что у Хэ Цина, по большому счёту, не было никого на примете. Последний раз его любовь в средней школе, угу угу наивный роман, продлилась всего дней десять. И это его девушка, старшеклассница из третьего класса, бросила первой, заявив, что он слишком красив и богат, отчего она чувствует себя неуверенно. Хорошо что, чувства Хэ Цина оказались неглубокими. Все казалось детской игрой. Он не хотел отношений на расстоянии, а она уехала с семьёй в Пекин ради поступления в университет. После расставания с ней он невзлюбил Пекин. Что такого в этом Пекине? Университетов там много? В Чэнду их тоже хватает! Сычуаньский, Ли-гун, Юго-Западный... Все первоклассные! Однажды он вовсе отказался от ралли в Пекине, хотя спонсором была Air China и ему любезно предлагали билет в первом классе и даже чартерный рейс. Хэ Цин раскритиковал их за расточительство, ведь на эти деньги можно было бы купить целую коллекцию разноцветных спойлеров! Лань Чжоу уговаривал его поехать, чтобы взглянуть на джипы, а Фэн Тан подтрунивал над его «преданностью». Но он быстро заткнул друзьям рты: — Я просто не выношу Air China! Кстати, об Ин Юйцзяне. Судя по его фото в сети, можно подумать, что у того сотни любовных историй. Но в жизни тип казался… аскетом. Хэ Цин задумался: кто вообще захочет отношений с таким? Целыми днями на уме только младший брат, ремонт машин, продажа машин, покупка машин. Лицо без тени эмоций, речь сухая, взгляд холодный и колючий, будто ты врезался в его машину… А, точно, ведь врезался. Между прочим, Ин Юйцзян давно раздобыл его номер и нашёл его в WeChat, но не добавил. И вот сегодня Хэ Цин сам постучался к нему в друзья. Конечно, Ин Юйцзян, человек, который любит всё контролировать, даже откопал QQ Хэ Цина, просмотрел его профиль и отправил запрос на добавление, который тут же приняли. Сам Ин Юйцзян искренне удивился: этот парень вообще всех подряд добавляет? Молодой человек открыл аватарку Хэ Цина, то бишь селфи, ник и строку на итальянском, смысла которой не понял. Затем он заглянул в подпись профиля и нашёл историю изменений. Всего две записи: Первая гласила: «Люблю каждую, но больше всех — следующую». Вторая: «Пока-пока, следующая будет послушнее». Ин Юйцзян не сдержал улыбки, его строгие брови дрогнули, а суровое выражение лица смягчилось. Сегодня днём, болтая с другом по телефону, он услышал: — Хэ Цин? Вроде не был в отношениях. Ну, в средней школе, говорят, был какой-то детский роман… Ха-ха, средняя школа, детские игры! Глаза Ин Юйцзяна задержались на этих двух самоуверенных, дерзких подписях. В сердце что-то робко шевельнулось. Интересный всё-таки парень. Сноски: *1. Цзинтайлань (景泰蓝) — традиционная китайская техника перегородчатой эмали, получившая название в честь императора Цзинтая (династия Мин, XV век), при котором она достигла расцвета. Процесс включает создание узоров из тонких металлических полос на медной или бронзовой основе, заполнение ячеек цветной эмалью (преимущественно синей) и последующий обжиг. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum , редакция Ameli