✟ Спектр возможностей ✟

…и не надо забывать о таком таинственном звере, как ранне-аномалирующий спектр! Почему некоторые спектры могут проигнорировать срок в десять дней и начать рвать нашу реальность на части раньше положенного? Это прихоть? Страх? Признаки отдельного разума? Или триггер? Что это? Почему никто не оглашает ответ?! Из-за его отсутствия? Не верю. Многое в нашем мире держится на череде правил и стимулов, эти правила обнуляющих одним мановением далеко не волшебной палочки. Спектр аномалирует через десять дней, так как именно в это время запускается его свойство, в узких кругах именуемое «Фениксом». Знаете, почему оно так называется? Глупый вопрос. Конечно, не знаете. Вам такое никто рассказывать не собирается. Тем временем в имперских кулуарах принято считать, якобы через аномалирование спектр пытается восстановить своего носителя, как восстанавливала себя мифическая птица Феникс. Вот только в мертвую плоть жизни не вдохнуть. Это одно из нерушимых правил нашего мироздания. Получается, спектр ради своего носителя кидает вызов законам нашей реальности? Возможно ли такое? И чем является такая активность спектра после нашей смерти? Это наш внутренний механизм выживания? Ведь мы и спектр — единое целое, верно? В этом, во всяком случае, нас пытаются убедить великие умы Империи. Те самые умы, которые, на минуточку, не могут ответить и на половину оглашаемых нами вопросов. А еще мне хотелось бы заострить внимание читателя на том факте, что раньше срока в основном аномалируют спектры людей, которых постигла насильственная смерть. Совпадение? Комедия! Я утверждаю, что ранние аномалии — отнюдь не таинственная и непонятная напасть, как утверждают продажные имперские специалисты. Они могут делать дураков из нас — людей, но не надо держать за идиотов спектры. Чем бы они ни являлись: органом, сгустком энергии, а может, и, бес его знает, внутренней аномалией, все это не важно. Спектры точно не тупицы. Ранне-аномалирующие спектры просыпаются не просто так. Мое мнение таково: они пробуждаются в том случае, если чувствуют рядом с собой человека, способного решить их проблему, будь то ложь, неупокоившийся дух, разгневанные мысли или любая другая негативная структура, не дающая человеку спокойно уйти. А лишь окончательное и бесповоротное упокоение позволит нам возродиться подобно Фениксу. Это я предполагаю без единого доказательства. А что такого? Ученые Империи постоянно так делают, и мы же верим им на слово. Чем я хуже? Кто знает, может, возрождение действительно происходит, но в иной, чем нам представляется, форме. © Анастас Клапс, запрещенная литература «Домыслы, безумие и теории заговора!» …Что ты упустил?.. «Сколько раз я говорил тебе не заходить в мой кабинет без моего разрешения?!» «…я просто хотела уложить Юми спать…» Арчи нечасто снились сны, и в большинстве своем они являлись осознанными. Слишком сильная любовь Вивера к контролю не давала ему расслабиться даже в сновидениях. Арчи где-то слышал, что формирование грез происходит в основном в фазе быстрого сна, когда активность мозга высока и напоминает бодрствование. И сами по себе видения человека собираются из той информации, которая получена сознательно, и той, которую человек в себя впитал неосознанно. Людское подсознание, куда более близкое к спектру, нежели сознание, хорошо улавливало то, что мог упустить человек, отвлекающийся на излишние мысли, идеи и переживания. В случае с Арчи, рано или поздно его проколы вылезали наружу через сны. Если подсознание считало, что парень что-то проглядел или о чем-то посмел не подумать, оно обязательно давало ему об этом знать. Вивер плохо понимал, где он находится, так как материя снов почти так же изменчива, как внутренности аномальной зоны. В каком-то смысле их даже было можно сравнить. И дела обстояли еще непонятнее, если в грезе тебе виделась аномалия. Безумие, помноженное на два. «Сколько раз я говорил тебе…» — громыхал фантом воспоминаний в облике мужчины. Почему это дело так врезалось Арчи в память? Разве в нем было что-то особенное? Да, Вивер впервые перешагнул так называемую границу реальности, но на этом все и заканчивалось. Нет. Подсознание пыталось намекнуть на что-то другое. «…уложить Юми…» Арчи казалось, что он одновременно и наблюдает за картиной со стороны, и сам является участником происходящего. Сцены менялись, как слайды в старом проекционном аппарате. Такой аппарат был у регента второго похоронного дома, в который устраивался Арчи. Регент ночами напролет рассматривал слайды с кошками. Вивер иногда к нему присоединялся. Хорошее было время. Жаль, регенту перерезали горло. Жаль, сделал это Арчи. Все вокруг пребывало в перманентном движении и изменении. Вот перед глазами Вивера выросли вывернутые наизнанку люди. Вот он пятился от ползущих по полу морозных узоров. Вот девочка, которая держала в руке мягкую игрушку. Нет. Постойте. Это что-то другое. Не игрушка. Арчи распахнул глаза и ощутил горькое сожаление оттого, что проснулся в самый неподходящий момент. Казалось, еще секунда, и он бы разгадал тайну, так грубо подкинутую ему не в меру активным подсознанием. Увы, момент упущен. Парень приподнялся на локтях и кинул взгляд на старые настольные часы, которые Виверу вручил Флетчер. Регент выдал их Арчи, чтобы быть уверенным, что новый сотрудник перестанет приходить на утреннюю тренировку впритык и клевать носом половину пробежки. Естественно, часы ситуации не улучшили. Но сегодня механизм, обычно заставлявший Арчи подрываться ни свет ни заря, своей функции не выполнил. Не зря Виверу показалось, что в его комнате непривычно светло. На часах значилась половина третьего. И либо день и ночь поменялись местами, либо Вивер проспал не только завтрак, но и обед. И его при этом никто не попробовал разбудить? Поразительно. Пусть и объяснимо. Наверняка Адам рассказал Флетчеру, насколько Арчи может становиться невыносимым под гнетом усталости, и убедил регента дать парню выспаться. За это Крона следовало поблагодарить или возненавидеть? Благодарность за помощь, а ненависть за то, что Адам не удержал языка за зубами и растрепал Никсу слабость Арчи. Флетчер рано или поздно выболтает эту информацию и остальным членам Аранка. Неприятно, но не смертельно. Главное — почаще спать. К тому же в этой неприятности имелся и плюс: теперь Флетчер не будет к Арчи настолько требователен. Правда же? Я бы не стал на это рассчитывать. Да уж. Звучит слишком радужно, чтобы быть правдой. Арчи принял сидячее положение и невольно поморщился от тянущей боли в районе солнечного сплетения. Скорее всего, во сне он принял неудобное положение. Вивер невольно коснулся груди и ощутил вязкую влагу, пропитавшую грубую ткань водолазки насквозь. Арчи сперва уставился на испачканные кровью кончики пальцев, а затем заметил вереницу кровавых следов, тянувшихся от гроба к распахнутому окну. Черный кот, как и предсказывал Арчи, наведывался к нему и даже полежал у Вивера на груди. С кровавыми последствиями, но это малая плата за момент нежности. Арчи переоделся в чистую одежду и зашагал к двери в надежде раздобыть на кухне остатки обеда, но лишь он распахнул дверь, как уперся взглядом в Крона. Судя по скучающему виду, напарник не первый час топтался у двери Вивера, ожидая, когда же тот наконец-то пробудится. — Как спалось? — поинтересовался Адам, и его вопрос показался Арчи подозрительным. В тоне Крона читалась смесь злости и торжества. Вивер мог предположить причину первого, но никак не второго. Что-то здесь неладное. — Спасибо, хорошо. — Ты полностью восстановился? Насколько это возможно. — Конечно! — Здорово! — обрадовался Крон, и эта его бурная реакция показалась Арчи не менее подозрительной, чем до того любезная беседа. — В таком случае моя совесть будет чиста! Арчи слегка нахмурился и хотел было уже спросить, на что намекает его горе-напарник, но Крон в вопросах не нуждался. Он вытянул из кармана драных черных джинсов прямоугольное устройство и нажал на одну из нескольких кнопок на нем. За пластиковой перегородкой Арчи заметил движение. Кажется, он видел такую штуковину раньше. Это устройство для записи звука. Как же оно называлось? Ах да! Диктофон! А в движение, видимо, пришла старая пластиковая кассета. «… Ш-ш-ш… Расскажи Адаму. Столкни нас лбами. Ш-ш-ш. А то вдруг на свалках ты заскучаешь? Компания Крона тебе не повредит!» — сквозь треск и шипение прорвался наружу искаженный записью голос Арчи. Гипсен, мерзкая ты крыса. А ты чего ожидал? — Ого, — поразился Вивер вслух. — Мне самому мой голос кажется куда выше! Я правда звучу так низко? — удивленно уставился он на Адама, ожидая от него опровержений или подтверждений. Но Крон, к сожалению, не был настроен в этот прекрасный день вести беседу о голосе Арчи. — Тебя смущает только это? — нарочито спокойно осведомился он. Воздух вокруг начал потихоньку наэлектризовываться. Он ждал, когда я проснусь, явно не для того, чтобы, в конце концов, меня убить. Правда же? Некоторые люди достаточно принципиальны. Иногда себе во вред. — Гипсен меня разозлил. Я бы сказал что угодно, только бы он от меня отстал, — пожал Арчи плечами. Люди в большинстве своем любили, когда перед ними оправдываются. Вивер готов был доставить Адаму такое удовольствие и с униженным видом целый час заверять его, что он слабак, каких в некрополе великое множество. Но ни единый мускул не дрогнул на напряженном лице Адама. — А мне кажется, что ты был искренен, — заявил Крон. — В кои-то веки. — Говорят, когда кажется — надо обращаться к Ансэту. Или к душелекарю. Правда, в некрополе нет ни того ни другого. Как же быть? — Арчи тяжело вздохнул, понимая, что в этот раз выкрутиться не получится. Адам не хуже уличной голодной псины вцепился в него клыками и пасть бы теперь не разжал, пока не получил бы желаемое. Как жаль, что Крон хотел от Арчи не плотские утехи. Один минет, и Вивер был бы свободен. — Ты слишком напряжен, — все же предпринял Арчи наивную попытку уйти от темы. — Хочешь, я помогу тебе расслабиться? — Хватит паясничать, Вивер. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю, — настаивал на своем Крон. Я не паясничал. Предлагал на полном серьезе! — Понимаю я только одно: я в подметки тебе не гожусь, — отмахнулся Арчи с виноватой улыбкой. — Я всего лишь счетчик и не очень хорош в прямом столкновении. Очевидно же, что я просто бахвалился перед Луисом, пытаясь его припугнуть. — Не верю. Ни единому. Слову, — процедил Адам сквозь зубы. — Последний шанс, Вивер: или ты мне говоришь, какой у тебя спектр на самом деле, или прямо сейчас я убираю с твоей руки метку нашего похоронного бюро, и катись на все четыре стороны. Метку бюро не так-то легко убрать. Но судя по появившейся у Адама шипастой бите, Крон планировал лупить ею по руке Арчи до тех пор, пока на месте эмблемы Аранка не останется сплошной фарш. Не очень привлекательное предложение. Точно нельзя замять конфликт минетом? — Я счетчик, — выговорил Арчи за мгновение до того, как шипастый наконечник биты направился прямиком ему в лицо. Вивер качнулся на пятках, и острые шипы скользнули в каком-то миллиметре от кончика его носа. Минимальные энергетические затраты. Арчи собой гордился. Бита с жутким хрустом влетела в косяк двери. Шипы ушли в трухлявое дерево по самый корень. От косяка по стене во все стороны побежали паутины трещин. Если бы ты не уклонился от удара, Крон в лучшем случае нанес бы тебе серьезную травму, в худшем — убил. Осознаешь ли ты серьезность его намерений так же четко, как я?! Не нервничай понапрасну. — Ложь, — выдохнул Адам, рывком выкорчёвывая биту из косяка. На пол посыпалась древесная крошка. В косяке осталась уродливая вмятина. — Безобидный счетчик не смог бы увернуться от моего удара, — на бледных губах Адама появилась неприятная ухмылка. Будто бы только что он что-то себе доказал. Арчи решил не напрягаться раньше времени. Может быть, ему просто повезло! Попробуй доказать обратное, Крон! — Какой мне смысл приуменьшать свои достоинства? — попробовал Арчи воззвать к разуму Адама. — Вариантов масса, — Крон покрепче сжал рукоять биты. Вивер воспользовался секундной заминкой и незаметно от Крона дотянулся до топора, что стоял в углу слева от двери. Надежда на то, что конфликт с напарником ограничится гневной беседой, таяла на глазах. — Например, ты можешь быть в бегах! — Адам адресовал Виверу новый удар, но Арчи в последний момент парировал шипастую биту рукоятью топора. Сила удара оказалась настолько разрушительной, что Вивер еле устоял на ногах. В правом колене что-то неприятно щелкнуло. Левое плечо, пострадавшее в первый день пребывания Арчи в Аранке и почти зажившее, слегка заныло. И все же Вивер остановил волну гнева Крона. — Какой смысл быть в бегах в некрополе — конечной остановке преступников и неугодных империи? — прошипел Арчи сквозь плотно стиснутые зубы, не скрывая натуги. — Вот ты мне и расскажи! Вивер парировал еще один стремительный удар, но от его силы невольно попятился. Бес, сколько же в Кроне таилось дури? Это часть его спектра? Или он сильный сам по себе? — Я не собираюсь потворствовать твоей паранойе. Я счетчик, и потому… — Вивер не договорил, так как Адам резко схватил его за ворот водолазки и вышвырнул парня из комнаты в общий коридор. Арчи врезался животом в увитые черными засохшими розами перила. Деревянная перегородка издала пугающий скрежет. Топор выскользнул из пальцев и полетел вниз к первому этажу. В открытые участки кожи вонзились сухие, ужасающе острые шипы. Да что ж такое! Какого беса Крон прицепился к нему?! Арчи всего-то и надо, чтобы его никто не трогал. Ну неужели это настолько нереалистичное пожелание?! Арчи развернулся и тут же подался вбок, потому новый удар Крона вместо Вивера насквозь прошил перила. Бита распорола деревянные балясины с такой легкостью, будто их соорудили из мягкого пластилина. Куски иссохшего дерева вперемешку с черными лепестками роз полетели во все стороны. Сотни мерцающих в дневном свете ниток кварцевых бус массивной люстры у потолка пришли в движение, и Аранк наполнил мелодичный перезвон. — Чего ты от меня хочешь? — решил Арчи обратиться к дипломатии. — Чтобы ты свалил на хер из Аранка! — взревел Крон, машущий своей битой, как умалишённый. Ой, погляди-ка! Его желание совпадает с моим! Заткнись. — Не хочу, — упрямо мотнул Арчи головой. — Мне у вас нравится. — С чего это вдруг?! — Не знаю, — пожал Вивер плечами. — Просто нравится. — А ты, значит, из тех, кто потворствует своим желаниям, даже не понимая их первоисточника? — выговорил Адам со злой усмешкой. — Да, я именно такой, — кивнул Арчи. Зачем тратить силы и время на анализ собственных желаний? Хочешь? Сделай, получи, завладей. Какая разница, зачем? И почему люди так любят задавать тонну бесполезных вопросов и столько сил тратить на чепуху?! — Уверен, у тебя получится найти другое бюро, которое придется тебе по вкусу! — Адам кинулся вперед. Арчи выставил было перед собой топор, но вспомнил, что выронил его. Придется пожертвовать правым предплечьем. Но Крон в последний момент резко ушел вниз и ударил Арчи по ногам. Вивер слишком поздно понял, что теряет равновесие. Падения уже не избежать. Арчи натолкнулся на уже пострадавшие перила и ощутил, как хрупкое дерево под ним уходит вниз. И мир вокруг замедлился. Древесная стружка продолжала кружить в воздухе. Перезвон кварцевых бус превратился в растянутый, искаженный, режущий уши гул. Арчи следовало устоять. Перила? Израненные, влажные от крови ладони не дадут нужной сцепки. Резко податься вбок? Перелома бедра не избежать. Повысить свою живучесть? Слишком большие энергетические затраты. И в этом случае Крон точно с живого с тебя не слезет. Значит, придется падать. Под спиной будто бы замершего в воздухе Арчи разверзлась пропасть высотой в пять этажей. Получится ли замедлить падение? Конечно. Но перед Вивером стояла задача не просто выжить, но еще и по возможности сохранить в запасе как можно больше сил. Повышенная регенерация — не из числа энергосберегающих запросов. Она стоит дорого. Сцепка с полом? Возможно ли? Пол — якорь. Разворот в воздухе. Сила прыжка — увеличить на двадцать процентов. Перенаправление угла падения. Противоположная стена (ой, а на ней всегда висел гобелен?) — якорь. Ускорение — приемлемое. Контроль падения — приемлемый. Недостаток времени. Скорость — увеличить на семь процентов. Перила — якорь. Не достану. Мешают шипы. Каллисто? Вероятность его нахождения в комнате Флетчера — восемьдесят три процента. Его необходимая реакция — девяносто три процента. Каллисто — якорь. Вероятность перелома руки — двадцать процентов. Вероятность сильного ушиба — пятьдесят процентов. Вероятность ожога предплечья — пятнадцать процентов. Энергозатраты средние. К исполнению привести. За мгновение до падения Арчи вывернулся так, чтобы получилось оттолкнуться ногой от края поломанных перил, тем самым он заставил свое тело не рухнуть вниз, а полететь вбок навстречу противоположной стене, скрытой мягким гобеленом. Влетев в нее, следовало произвести еще один манёвр, но до того: — Каллисто, еда! — воскликнул Арчи, прежде чем врезаться спиной в стену. На миг он захлебнулся воздухом, но не позволил себе и секунды передышки, так как в ином случае он бы полетел прямиком вниз. Не успев убедиться в том, что Каллисто его услышал и вышел из своего убежища, Арчи что есть мочи оттолкнулся от стены, вновь поменяв траекторию своего падения. Теперь она походила на зигзаг, а Вивер себе напоминал мячик. Жаль, для того чтобы отскакивать от стен, ему требовалось столько усилий. Падение продолжалось. И летел Вивер прямиком в перила уже второго этажа. Угол падения оставлял желать лучшего. Пока Арчи грозило пролететь в полуметре от перил. Ему было необходимо за них ухватиться, но чертовы шипы снижали шанс на то, что Арчи с уже пораненными руками сможет ухватиться за них достаточно крепко. В любом случае Вивер уменьшил бы скорость своего падения и не погиб бы. Но было бы здорово избежать еще и переломов. Каллисто выскочил из комнаты Флетчера, не узрел обещанной еды, тут же взбесился и выдохнул в сторону Арчи сноп пламени, который волшебным образом слизнул с перил засохшие шипастые стебли за мгновение до того, как Вивер вцепился в них руками. Арчи подтянулся, неуклюже перевалился через перила на второй этаж, рухнул на коридорные доски и тут же отполз подальше от Каллисто. Двуглавый гусь выпустил в воздух еще одну струю пламени, но та оказалась недостаточно мощной для того, чтобы добраться до Вивера. Гусь издал странный, только ему свойственный звук — что-то между «Га-га-га» и «Гори в аду» — и пошлепал обратно в комнату Флетчера, где у него имелась своя личная корзинка для сна. Арчи было выдохнул, что конфликт исчерпан. Увы, Крон так не считал. Пока Вивер демонстрировал кульбиты, Адам стремительно спускался, потому на втором этаже он оказался вслед за напарником. Крон преградил парню путь к лестнице, давая понять, что так просто Арчи от него не избавится. Что ж… Значит, все же придется драться? Не переусердствуй. Вивер вскочил на ноги, кинул тоскливый взгляд на первый этаж, где на полу красовался его топор, а затем уверенно ринулся на взъерошенного Адама. Арчи уклонился от первого удара битой, избежал второго, перенаправил третий в потолок, а затем без стеснений ударил Адама кулаком в трахею. Точнее, такова была его задумка. Крон, к сожалению, оказался тоже не так прост и в последний момент увернулся, отчего кулак Вивера лишь полоснул его по плечу. Адам не стеснялся того, что нападает на безоружного человека с битой. По наблюдению Арчи, Крон был готов использовать любой инструмент, только бы избавиться от скользкого Вивера. Что ж, его ждало страшное разочарование, потому что чем Адам активнее выгонял Арчи из Аранка, тем с большей страстью Вивер хотел остаться. Никогда прежде он за собой такой черты, как упрямство, не замечал. Более того, ему всегда казалось, что чем противиться судьбе, лучше двигаться по выстроенным ею путям. Если плывущая по реке жизни лодка поворачивала налево, Арчи и не думал менять направление. Но не в этот раз. Сейчас Вивер представлялся себе упертым дураком, который греб против течения, так как ему хотелось повернуть в правый карман реки, а не в левый, куда он попал волею судьбы. И ему это нравилось. Оказывается, сопротивляться безумно интересно и весело. Да. Забавно до смерти. Бита Адама перевоплотилась в длинный мачете. Лезвие скользнуло под ухом Арчи и оставило на его шее тонкую, но глубокую ссадину. Вторая попытка Адама отрубить Виверу голову также успехом не увенчалась. Арчи резко присел и метнулся к Адаму, желая сбить его с ног. Но он слегка ошибся в расчетах. Увы, Вивер в особенно щепетильные моменты до сих пор иногда допускал ошибки. Какая неприятность. Адам потерял равновесие, но полетел не на пол, а на опаленные Каллисто и пострадавшие благодаря Виверу перила. Мало того, Крон потянул за собой и Арчи. Раскатистый хруст стал плохим предзнаменованием. Оба участника нелепой стычки рухнули со второго этажа на первый, подняв сноп пыли и принеся с собой жуткий грохот, заполнивший весь похоронный дом. Падение Адама смягчила черная жижа, разлившаяся прямо под его спиной. Падение Арчи смягчил Адам. Падение неожиданно выпорхнувшего из комнаты Флетчера Каллисто ничего не смягчило. Птица шмякнулась на деревяшки в метре от Арчи, вскрикнула от боли, обосралась, вскочила на лапы и уставилась двумя парами злых глаз на Вивера и Крона, будто бы в падении гуся виноваты были именно они. Арчи перевел взгляд на Адама, практически уткнулся носом в его нос, так как они оказались вопиюще близко, но не успел кинуть скабрезную шутку относительно их положения. Адам не столько из героических побуждений, сколько благодаря рефлексам повалил Арчи на пол, меняясь с ним местами, и закрыл их обоих щитом из черной трансцендентной ткани за секунду до того, как мерзкая птица вновь дыхнула в их сторону огнем. — Ты уж определись, убить ты меня хочешь или спасти, — позволил себе Арчи усмешку. — Кстати… Неплохо смотришься, — окинул Вивер оценивающим взглядом сидящего у него на животе Крона. Похоже, Арчи хорошенько приложился головой при первом падении, потому что ему даже хватило мозгов положить одну руку выше колена Адама. Реакция со стороны напарника последовала настолько быстро, что Арчи, к своему ужасу, не успел рассчитать способы уклонения. Кулак Крона влетел Виверу в нос. Послышался хруст то ли ломающейся кости, то ли смещающихся хрящей. Так тебе и надо! Ты должен быть на моей стороне! Вивер ломал нос не меньше десятка раз и знал, что повреждение это плевое, но, бес его подери, неприятное! За первым ударом моментально последовал второй, но Арчи уже сориентировался и закрыл лицо предплечьями. Крон провел целую череду ударов, не переживая о том, что ни один из них не достиг цели. Ему просто нравилось лупить Вивера кулаками неважно по каким частям тела. — Неужели тебя так разозлила невинная шутка? — воскликнул Арчи недоуменно. Ну серьезно, откуда столько злости? Крон лишь увеличил напор. Учитывая, с каким усердием он колотил Арчи по предплечьям, возрастала угроза сильных ушибов, а то и перелома. Нет, я все понимаю, но… Хватит. Вивер резко убрал руки, при этом отклонившись влево. Адам в этот момент как раз производил очередной удар. Он не успел среагировать, и его кулак, пролетев мимо Арчи, впечатался в твердый пол. Крон то ли взвыл, то ли зарычал от пронзившей его руку боли. Как тебе такое, высокомерный говнюк? Воспользовавшись слепым бешенством Адама, Арчи схватил парня за запястье пострадавшей руки и резко дернул его на себя. Крон хотел прошипеть какую-то гадость, но лоб Вивера врезался в его лицо быстрее. Лоб — великолепное оружие. Никто никогда не ждет удара головой. Странно, но факт. Крон зашипел от боли. Из его носа хлынула кровь. Горячие капли окропили лицо Арчи. Одна капля попала Виверу на губы, и он рефлекторно облизнулся. Адам на секунду завис, будто это странное зрелище вызвало в нем особый интерес. Но через мгновение парень тряхнул головой, отгоняя возможное наваждение, и зашипел: — Ты покойник, Вивер! В руке Адама вновь возникла бита. Но было уже поздно. Следовало бить ей сразу же, растяпа. Арчи как раз дотянулся до своего возлюбленного топора. Адам собирался напасть, но в результате был вынужден парировать удар Вивера. Чувствуя, что теряет устойчивость, Крон резко сполз с Арчи и поднялся на ноги. Вивер последовал его примеру. Каллисто издал какой-то скрежет, но резко заткнулся, когда Арчи, не глядя в сторону животного, наставил на него топор. Кажется, у тебя там дополнительная голова, дорогуша. Могу помочь избавиться от лишних килограммов. Гусь почуял изменение атмосферы и решил, что на сегодня учинил достаточно, чтобы теперь со спокойной гусиной душой раствориться в воздухе. Крон не сводил взгляда белых глаз с Вивера, тот отвечал тем же. Оба стояли в боевых стойках, сжимали в руках оружие, истекали кровью и ждали, кто же сделает первый шаг. — Не лучший способ понравиться мне, Вивер, — Крон решил начать со словесной атаки. — Я начинаю подозревать, что самый простой способ заработать твою симпатию — это умереть, — не остался в долгу Арчи. Крон начал медленно двигаться в левую сторону, Вивер отзеркалил его действия. Они взялись красться по невидимому кругу, оставаясь равноудаленными друг от друга. — Если так, то твоя симпатия обойдется мне слишком дорого. Не уверен, что ты стоишь таких жертв, — хмыкнул Арчи, кидаясь вперед. Топор со свистом опустился бы Адаму на плечо и разрубил бы его до самой подмышки, если бы не вовремя выставленная поперек бита. В результате лишь верхний кончик лезвия слегка полоснул Крона по плечу. — Почему бы тебе просто не оставить меня в покое? — предложил Арчи, отскакивая обратно от Крона. — Ты пытаешься меня зарубить, а затем просишь отстать от тебя? — искренне возмутился Адам. — Нашей драки вообще не было бы, если бы ты не цеплялся ко мне, — парировал Арчи. — Нашей драки не было бы, если бы ты не врал! — Все врут, — фыркнул Вивер. — Окружающим, себе, спектрам. Все мы врем утром, днем и вечером. Но цепляешься ты именно ко мне. — Потому что твоя ложь опасна! — По-моему, ты слишком хорошего обо мне мнения. — Каков твой спектр, Вивер? Спрашиваю в последний раз. Или что? — Счетчик. — Ложь. — Разве ты не видел, как быстро я считаю? — попробовал Арчи сыграть в дурачка, сам параллельно размышляя, как бы убить Адама и при этом остаться в Аранке. Сколько бы вариантов он ни накидывал, ни один из них не приводил к: «И жил он долго и счастливо. В Аранке». Как ни посмотри, но Крона убивать нельзя. Но если оставить его в живых, он от Арчи не отцепится. Что же, мать вашу, делать?! — Вот именно, — выдохнул Адам тихо. — Считаешь ты, а не твой спектр. Когда ты делаешь подсчеты, твой спектр молчит. Сколько же он способен слышать? Спорить с Адамом не имело смысла. Следовало менять стратегию поведения. Немедленно. — Хочешь правду? Вот тебе правда: у меня нет определенной цели или требований к Аранку. Он для меня — островок спокойствия. Есть ли у меня проблемы? Не без этого. Но если они достанут меня в Аранке, я исчезну еще до того, как это каким-то образом коснется вас, — выдохнул Арчи. — Слышишь? Я говорю правду. — Нет. Ты высказываешь свое предположение. То, что ты веришь в свои слова, еще не значит, что так оно и будет. Какой упрямый! Тебе не угодить! — А вот если ты уйдешь прямо сейчас, Аранк однозначно будет в безопасности, — закончил свою мысль Адам. — Уходи, Вивер. — Нет. — Тебе здесь что, кагором намазано?! — Не знаю. Не думал об этом. Но я не хочу уходить. — Настолько, что готов остаться инвалидом? — бита Адама видоизменилась в секиру. — Настолько, что готов сделать инвалидом тебя, — хмуро выдохнул Арчи. Высокомерие Крона слегка подбешивало. Почему из раза в раз Арчи приходится терпеть все это дерьмо? Крон и Вивер одновременно накинулись друг на друга. Сталь топора заискрила под натиском трансцендентной ткани секиры. Крон взревел, пытаясь навалиться на соперника со всей силы. Арчи, тоже изрядно разозленный, не собирался уступать, даже если это было в некоторой степени выгоднее. Сила — на десять процентов. Скорость — на двадцать. Уверен? Делай. Арчи стремительно развернулся и со всей дури ударил Адама локтем под ребра. Крон захлебнулся воздухом несмотря на то, что локоть частично остановила выступившая сквозь рубашку черная жижа. Адам отскочил на шаг, чтобы в следующее мгновение воспользоваться слепой зоной Вивера и попробовать вонзить секиру ему в руку. Арчи уклонился, но в последнюю секунду. Сила — на двадцать процентов. Скорость — на сорок. Не трать столько сил на глупую драку! Я сам решу, на что мне лучше тратить свою энергию. Заметно. Одно решение дерьмовее другого. Арчи больше не слушал спектра. Он лишь уклонялся от быстрых ударов и пытался нанести Адаму максимальный ущерб. Положение Крона было примерно таким же. Проиграет тот, кто первый оступится, устанет, совершит ошибку. Арчи не сомневался, что прогнется Адам, Виверу всего лишь следовало чуточку подож… — Какого беса здесь происходит?! — прогремел на весь Аранк голос Флетчера Никса. Адам как раз попытался рубануть по щиколотке Вивера, а Арчи в ответ — ударить напарника кулаком в висок. Но оба не исполнили задуманного. Арчи неожиданно ощутил резкое опустошение. Будто мир разом потерял краски, воздух приобрёл привкус тлена, а тело налилось свинцом. И все вокруг внезапно показалось ему до смешного бессмысленным. Арчи уронил топор на пол. Адам с отрешенным видом наблюдал за тем, как его трансцендентное оружие вязкими кусками стекает на пол. Что происходит? Почему я… Арчи знал ощущения, которые возникали, если его разум или эмоции пытались взять под контроль. И то, что он испытывал прямо сейчас, не имело с такими способностями ничего общего. Тогда в чем же дело? «Как будто из меня извлекли нечто очень важное», — подумал Арчи и не услышал ответа спектра, потому что… связь между ними исчезла. ✟✟✟✟✟ После того как в некрополе произошло первое странное убийство, Чарли Фогелю в северном департаменте выделили узкий пыльный стол в углу одного из шумных кабинетов. Экзорцус пробыл там всего час, чтобы понять, что работать ему в этом месте не дадут. Те инквизоры, которые не желали тратить время на то, чтобы пялиться на коллегу из срединного города, либо пытались засунуть свой любопытный нос в его записи, либо начинали сыпать идиотскими вопросами вроде: «Какие новости из Полендрума? А там правда сейчас в моде пончики с голубой глазурью?» Тот факт, что Чарли не был в срединном городе уже целый год, вообще никого не смущал. Пришлось спешно менять место дислокации. Создавать рабочий кабинет из собственной миниатюрной квартиры Фогель не захотел, потому что эти четыре стены опостылели ему хуже, чем весь некрополь в целом. К счастью, неподалеку от дома мужчина наткнулся на пожелтевшее объявление, приклеенное к столбу фонаря рваными кусками красного скотча. В объявлении говорилось, что в некрополе открылся первый в городе читальный дом. В срединном городе такие заведения назывались библиотеками. И некрополь был наихудшим местом для подобного учреждения. Даже у жерла вулкана библиотека оказалась бы куда более уместной. В городе мертвых люди редко обладали тем свободным временем, которое было бы можно посвятить книгам. Фогель предположил, что такое заведение наверняка принадлежит одинокому частному лицу, и не прогадал. Мисс Пурпуль — так ему представилась хозяйка заведения — была высокой (рост ее достигал двух метров, и это еще без каблуков), тощей как щепка женщиной лет семидесяти (Страшно подумать, каким способом она умудрилась дожить в некрополе до таких седин?). Будто бы желая еще больше подчеркнуть свою высоту, седые волосы женщина собирала в некую башню на макушке и украшала ее крысиными черепами и косточками. Мисс Пурпуль (вроде бы не было в ее имени ничего особенного, но Фогель каждый раз, произнося его, еле сдерживал улыбку) куталась в многочисленные шали пастельных тонов, носила длинные серьги (все из тех же крысиных костей) и, как она сама рассказала, являлась наследницей одного из знатных домов Полендрума. Но какого именно, она, конечно же, говорить не могла. Якобы попала она в некрополь по ошибке (так утверждал каждый третий некрополец). В деньгах дама не нуждалась, так как ее поддерживала семья, но вот поболтать ей особо было не с кем. Чарли слушал женщину и кивал, в голове у себя строя иной, более правдивый образ. Скорее всего, в молодые годы она была кровожадной душегубкой или инквизорным палачом и убила не одну сотню людей, заработала достаточно денег и залегла на дно, чтобы провести старость в тишине и покое. Не учла она лишь того, как ей окажется одиноко. Но кое о чем мисс Пурпуль не врала. Она действительно была в срединном городе, потому что так точно воссоздать библиотеку вряд ли получилось бы у человека, никогда не знавшего, что это вообще такое. Читальный дом (когда-то бывший похоронным) встретил Фогеля пыльными полками и таким количеством книг, какого не отыскать больше нигде в некрополе. Наверняка книги являлись спеткроотводом их хозяйки. Имелись в этом доме и столы со стульями, где нечаянно забредший зевака мог разместиться для изучения того или иного древнего фолианта. Единственное, в этом заведении, в отличие от Полендрумского, нельзя было выносить книги за пределы дома. Чарли в этом и не нуждался. Ему требовалось тихое место для работы и только. — Чарли, день добрый! Мне пришлось поблуждать по улицам, чтобы найти это место! — неожиданный веселый возглас Майки заставил не только вздрогнуть Фогеля, но и очнуться до того клевавшую орлиным носом мисс Пурпуль. Она еще не поняла, что именно произошло, но уже зашипела, давая новому гостю понять, чтобы он не шумел. Инквизор виновато улыбнулся и зашагал к Чарли. Мисс Пурпуль проводила его колким взглядом сквозь мутные стекла квадратных очков, при этом пару раз приложившись к фляжке, с которой она никогда не расставалась. Да уж, если ты душегубка, заканчивать жизнь без запаса алкоголя — достаточно мучительный процесс. С алкоголем он тоже наверняка был не самый приятный, но на это хотя бы становилось плевать. — Бес, как много книг, — тихо присвистнул Остер, с интересом вертя головой. — Никогда не видел так много в одном месте! — признался он. — Угу, — кивнул Чарли, не разделяя восторга юного напарника. — Ты что-нибудь разузнал? Днем ранее Майки и Чарли посетили Аранк. Разговор с регентом этого похоронного бюро оказался сухим и безынформативным. Ни о каких убийствах мужчина не слышал, не имел дел с сектантами и еще меньше дел желал иметь с инквизорами и экзорцусами. Типичнейший тупик. Чарли не обратил бы на эту беседу никакого внимания, так как изначально не питал больших надежд относительно ее продуктивности, если бы не одно «Но». При одном только взгляде на Никса Фогель не смог отвязаться от мысли, что он где-то уже его видел. Флетчер Никс. Имя абсолютно незнакомое. Зато лицо… Бес, Чарли точно его видел. Но где? Когда? И почему ему кажется, что эта информация чрезвычайно важна? — О… — Майки хитро улыбнулся. — Даже больше, чем ты мог себе представить!