Точка невозврата

      Середина зимы в столице выдалась на удивление суровой. Дин спокойно наблюдал за вихрем пролетающих мимо окна снежинок, пока сидел на чаепитии вместе с королем. Михаил читал какой-то обширный доклад от советника, поэтому Винчестер мог лишь скучающе пить чай в тягостном ожидании. Король вызвал его к себе, желая обсудить некую важную тему. Михаил отложил документ и вымученно улыбнулся герцогу. — Благодарю за ожидание. — Конечно, Ваше Величество, — пробормотал Дин, настороженно глядя на короля. — Так, о чем вы хотели поговорить? — Знаете, — Михаил сложил руки на груди, слегка отклоняясь назад в кресле, — с недавних пор меня стал беспокоить тот факт, что вы так и не обзавелись женой в вашем-то возрасте… — Мне всего двадцать пять, — недовольно фыркнул Винчестер. Слова короля прозвучали так, будто Дина уже записали в старики.       Герцог невольно напрягся. Темы женитьбы он стал избегать с тех пор как ему исполнилось восемнадцать. Именно тогда сначала родители, а затем и приближенная знать стали намекать ему, что пора бы уже заключить выгодный брак и продолжить свой древний род. Теперь этим вопросом озаботился сам король, и это откровенно пугало. — Вот именно, — Михаил вновь натянуто улыбнулся, — и мне не ясно, почему такой прекрасный молодой человек до сих пор одинок. — Я не одинок… — возразил Дин, стараясь держать формальный тон с королем, но он уже начинал злиться. — Понимаете ли, я слишком свободолюбив и пристрастен к путешествиям… Я люблю женщин, обожаю их, но не хочу рушить семейную жизнь какой-то придворной даме своим постоянным отсутствием. — Вы столь самокритичны или пытаетесь убедить меня в том, что достойны лишь мимолетных интрижек, а не уважаемой жены? — Тон Михаила стал строже. Улыбка окончательно исчезла с его лица. — Вы, герцог, один из столпов этого государства, и ваш долг не только в защите границ и управлении своими землями, но и в продолжении рода.       Дин почувствовал, как напряжение сдавило ему виски. Он знал, что в этот раз отмахнуться от темы не удастся. — Ваше Величество, я отлично понимаю свой долг перед короной и своим родом, — глухо произнес он, опуская чашку на блюдце. Фарфор едва слышно звякнул. — Но я не хочу, чтобы этот брак был просто формальностью. — Михаил вздохнул, его взгляд смягчился. — Я понимаю вашу романтичность, но вы не простой воин, вы — аристократ. От вас зависит слишком многое, — он вновь подался вперед, сцепив пальцы перед собой. — Я не требую от вас немедленной свадьбы. Но я требую проявить должное усердие в этом вопросе. Я уже подготовил список подходящих кандидаток, дам из самых влиятельных семейств, которые готовы пойти на этот союз. И, поверьте, они безупречны как в воспитании, так и в благородстве.       Винчестер шумно выдохнул, почувствовав себя пойманным в ловушку. Он хотел было возразить, но король поднял руку, прерывая его. — Вы не сможете мне отказать, Дин, — глаза Михаила блеснули, и его голос обрел окончательную властность. — Это не просьба, а приказ.       Михаил выдержал паузу, давая Дину время осознать непреклонность задачи, и лишь затем его тон несколько смягчился. — К тому же, я не глух к личным предпочтениям, Дин. Я слышал о вашем мимолетном, но горячем увлечении фрейлиной Анной. Прекрасная девушка, умна, благородна, и, что немаловажно, из влиятельной семьи, преданной короне. Она есть в списке.       Винчестер резко поднял голову. Упоминание Анны вызвало в нем мгновенный прилив смешанных чувств, но затем пришло осознание нового, неожиданного напряжения. — Анна… Ваше Величество, она действительно чудесна. Но, боюсь, эта девушка не создана для брака. У нее слишком легкий нрав. — Легкий нрав легко укрощается долгом и наследником, — отрезал Михаил, нахмурившись. Он понял, что Дин вновь пытается уклониться. — Вы юлите, герцог. И я хочу, чтобы вы поняли: отговорки закончились. Вы можете избрать самый легкий путь и выбрать Анну, или самый сложный и искать счастье в другом месте. Но выбор должен быть сделан. Я даю вам два года свободы, не больше.       Дин резко закрыл глаза, а затем облегченно выдохнул и натянул на свое лицо сияющую улыбку, похожую больше на оскал. — Я вас услышал, Ваше Величество, — спокойно проговорил он, впервые за весь разговор глядя на короля без тени тревоги.       Михаил с подозрением уставился на герцога. Неожиданная капитуляция Дина, сопровожденная этой странной, почти хищной улыбкой, выбила короля из колеи. — Надеюсь, вы понимаете всю важность приказа, Дин, — строго напомнил Михаил. — Своего слова я не возьму обратно. — Прекрасно понимаю, Ваше Величество. Выбор должен быть сделан, — Дин встал, грациозно склонив голову. — А теперь, позвольте мне отклониться.       Король медленно кивнул, все еще пытаясь разгадать истинное намерение герцога. — Хорошо. Вы свободны.       Дин не стал тратить время на дальнейшие прощания. Он быстро поклонился и вышел из королевских покоев, оставив Михаила в полном недоумении. Как только тяжелые двери закрылись за ним, притворная улыбка вмиг сползла с лица Дина. Король хочет, чтобы он плясал под его дудку? Прекрасно. Винчестеры не умели выбирать легких путей.

***

      За ужином Кастиэль то и дело бросал взволнованный взгляд на непривычно задумчивого герцога. Уж больно тихим и погруженным в себя он был весь вечер, и это не на шутку обеспокоило мага. Кастиэль отпил немного воды и попытался немного растормошить молчаливого друга, начав разговор издалека: — Сэм не присоединится к нам? — Он сегодня ночует в общежитии Академии, — Дин очнулся от долгого созерцания стены и слегка выпрямился на стуле. — Какой-то исследовательский проект захватил все его внимание. Бедняга целую неделю что-то изучает и появляется раз в несколько дней дома. — Ты скучаешь по нему, — с легкой улыбкой проговорил Кастиэль, заставив Винчестера недовольно фыркнуть. — Вовсе нет, напротив, наслаждаюсь свободой, — солгал Дин, небрежно отрезая себе кусок мяса. — Ты всегда пытаешься делать вид, что тебе хорошо и одному, но на самом деле это совсем не так. — Кас, не пытайся прочесть меня, ладно? — Дин слегка нахмурился. — Я этого не люблю, ты же знаешь… — Прости, — Кас слабо улыбнулся. — Я просто пытаюсь понять, чем ты так расстроен последние несколько дней.       Винчестер отложил вилку, уставившись на Кастиэля напряженным взглядом. Он медлил, взвешивая слова, понимая, что только Касу он может доверить эту проблему. — Ладно, — наконец, сказал Дин, понижая голос до почти шепота, хотя они были одни в огромной столовой. — Король Михаил загнал меня в угол. — Кастиэль нахмурился. — Что случилось? — Он требует, чтобы я женился в ближайшие два года, — прорычал Дин, откидываясь на спинку стула. — И не принимает никаких отговорок. — Женитьба… Но, Дин, ты ведь сказал, что не хочешь обременять себя отношениями, не говоря уже о браке… — Вот именно! — Винчестер резко ударил кулаком по столу, отчего серебряные приборы звякнули. — Я попытался отказаться, ссылался на свободолюбие и свои принципы, но он уперся как осел. А против слова короля не попрешь.       Кас тихо хмыкнул, отпивая еще немного воды. В его голове мгновенно пронеслись отрывки фантазии, где Дин в шикарно вышитом костюме держит за руку нежную деву, и они сладко улыбаясь друг другу, идут под венец. Тихое бормотание герцога вывело Каса из мира фантазий. Он вдруг ощутил странное жжение в горле и вместе с тем необъяснимую грусть. — А может, — маг на миг помедлил, а затем мотнул головой и продолжил: — может, это и к лучшему? — Что? — Дин нахмурился. — Кас, ты это серьезно? Они хотят загнать меня в оковы брака. Какая жена? Какой наследник? Это мой кошмарный сон! — Кас лишь мягко улыбнулся. — Что смешного? — Раздраженно спросил Дин, скрещивая руки на груди. — Ты только что услышал, что моя драгоценная свобода под угрозой, но улыбаешься! — Прости, Дин. Я не смеюсь над тобой. Просто… я подумал, что, может быть, тебе стоит принять это. Ты нуждаешься в стабильности. Тебе нужен кто-то, кто будет рядом до старости. — Мне это не нужно… — резко возразил Винчестер, отчего Кас почувствовал резкий укол растерянности. Герцог заставил себя поубавить пыл. — Король предложил определенную кандидатуру, или ты волен выбирать сам? — Поинтересовался Кастиэль, опуская взгляд в тарелку. — В этом плане он дает мне свободу выбора, но… я так понял, что он хочет женить меня на фрейлине Анне. — На Анне Милтон? — Кас удивленно приподнял бровь. — Да, на той самой Анне, что уже долгие годы умирает от любви к тебе, — слегка недовольным тоном проворчал Винчестер. — Что? — Кас впервые слышал о симпатии фрейлины к его скромной персоне. — Ты правда не знал? — Винчестер резко улыбнулся, и когда маг мотнул головой, Дин и вовсе расхохотался, откидываясь назад на стуле. — Боже, Кас… ты просто невероятный. Мне теперь даже немного жаль ее. — Я правда не знал, что… — Кас растерянно моргнул, — Анна увлечена мной. — Я тебе больше скажу, — герцог притворно надул губы. — Я был влюблен в нее, но она все время грезила о близости с тобой, и… я понял, что у меня нет шансов.       Кастиэль с недоверием уставился на Дина, пытаясь понять, шутит ли тот. Но Винчестер лишь игриво приподнял одну бровь и отпил немного вина, всем своим видом давая понять, что это чистая правда. — Мне жаль, Дин, — Кастиэль нервно сглотнул. — Я был слеп… к чувствам Анны. И ты тоже пострадал. — Брось, Кас. Не долго я убивался по ней… — А ведь… — маг вновь взволнованно взглянул на Винчестера. — Теперь я понял, почему ты так ненавидел меня прежде. Я был твоим главным соперником в любви… — Нет… Кас, — Дин на миг растерялся. — Дело не в этом, ты слишком драматизируешь… — Прости. Если бы я знал, что ты любишь Анну… — Эй-эй, — Винчестер хлопнул мага по плечу, останавливая его страдальческий поток слов. — Остановись уже. Все хорошо. Я никогда не злился на тебя… по этому поводу. — Правда? — Кас вновь отпил воды. — Анна хорошенькая, но… — Дин уклончиво продолжил: — явно не та женщина, что могла бы пленить мое сердце навечно. — Рад слышать, — внезапно ответил Кастиэль.       Дин пораженно застыл на месте. Столь резкая смена эмоций мага, от чувства гнетущей вины до циничного безразличия, заставила Дина усомниться в искренности его извинений. Кастиэль вновь поднял на герцога спокойный взгляд и, проглотив кусок мяса, продолжил: — И все же, я не совсем понимаю, чем я мог привлечь ее. Мы с Анной пересекались всего несколько раз, — Кас задумчиво потер подбородок. — Неужели ей хватило нескольких встреч и пару-тройку танцев на балу, чтобы влюбиться в меня? — Видимо да, — мрачно ответил Винчестер, вновь хватаясь за бокал с вином. Странная реакция Кастиэля озадачила его. — Ну и подумать только, — Кас покачал головой, продолжая есть с невозмутимым видом, — а я годами думал, что единственным, кого замечали женщины, был ты. Оказывается, даже в моих силах было навести шороху. — Дин резко поставил бокал, отчего вино чуть не расплескалось. — Ты слишком недооцениваешь себя, — тихо фыркнул герцог, — думаю, каждая вторая придворная дама тайно влюблена в тебя. Просто ты такой… — Дин на миг умолк. — Такой толстокожий, что твою броню отстраненности очень сложно пробить. — Правда? — Кастиэль задумчиво склонил голову набок. — Прости, Дин, у меня не было времени думать о таких вещах. — Ну конечно, — герцог язвительно улыбнулся, — ведь сотни прожитых лет это всего ничего… — После Мэг… — голос Каса немного дрогнул. — Я вообще перестал думать о любви с кем бы то ни было.       Винчестер нервно сглотнул, чувствуя себя неуютно. Он вдруг пожалел, что зацепил эту щекотливую тему. — Ранее ты говорил, что никогда не полюбишь человека снова, но теперь ты и сам смертный… Разве твои принципы не изменились? — Я не знаю, — Кастиэль вдруг мягко улыбнулся. — Может, настанет тот день, когда я захочу вернуть себе магию. — Вот как, — Дин снова отпил немного вина. — Значит, ты уже задумываешься об этом. — Временами, — Кастиэль тоскливо вздохнул. — Знаешь, мне кажется, если бы я и влюбился снова, то явно в кого-то среди магов. — Например, — Дин непроизвольно стиснул челюсти, — в Ханну, да? — Что? — Кастиэль недоуменно взглянул на друга. — Нет, Дин, я же говорил, что она моя старая подруга, я не вижу в ней… любовный интерес. — Тем не менее, ты постоянно говоришь о ней столь нежно и возвышенно, так словно… — Винчестер вдруг ощутил странную тоску. — Никого ближе нее у тебя нет, — закончил герцог, его глаза затуманились странной горечью. Кастиэль покачал головой. — Ошибаешься. После недавних событий, ты и Сэм… вы гораздо ближе. — Не переводи стрелки, Кас, — отрезал Дин, его терпение было на исходе. — Я спрашиваю о романтической привязанности. О той самой, которая заставит тебя любить всем сердцем снова. — Пока такой привязанности нет, — спокойно ответил маг. — И я не до конца уверен, что еще будет. — Слишком рано ставишь крест на себе, — Дин слегка нахмурился. — Возможно, — Кас мягко улыбнулся в ответ.       Винчестера ничуть не успокоил столь смиренный ответ. Он вновь откинулся на спинку стула, задумчиво глядя на Кастиэля, который продолжил есть уже остывший ужин. Если раньше Дин мог прочесть его эмоции из-за печати, то теперь искренность чувств мага оставалась полной загадкой. Герцог тихо вздохнул и допил вино в своем бокале. — Думаю, мне уже пора, — тихо сказал Кастиэль. — Не глупи, — Дин закатил глаза. — Думаешь, я позволю тебе уйти в столь поздний час? — Я ночую в вашем поместье чаще, чем у себя… — Это твой второй дом, — на полном серьезе ответил герцог, и его взгляд потеплел. — Так что не прибедняйся.       Кастиэль слегка смущенно поднял взгляд, не в силах выразить всю признательность, которую он ощущал по отношению к Дину. Маг недоумевал, как за столь короткий промежуток времени Винчестер стал для него одним из самых близких друзей. Кас знал Бальтазара, Габриэля, Ханну… уже целую вечность, однако даже они не вызвали в его черством сердце столь сильного трепета и желания всегда быть рядом, несмотря ни на что. И эта привязанность становилась опасной, прежде всего для самого Каса. Но он старался не думать об этом слишком много. — А пока мы не легли спать, — Дин хитро улыбнулся, разомлевший от вина, — хочешь покажу тебе кое-что интересное?       Кастиэль, мгновенно забыв о сложности своего эмоционального состояния, с любопытством склонил голову. — Что именно?       Дин провел мага в гостевую комнату. Он осторожно приоткрыл плетеную, крошечную корзинку, закрытую лоскутом старой кожи. Дин с улыбкой взглянул на Каса и приложил палец к губам, призывая к тишине. Кастиэль подошел ближе, его синие глаза были полны неподдельного любопытства. Он почувствовал слабый хвойный запах и нечто еще, едва уловимое. Дин очень аккуратно откинул лоскут.       Внутри лежала крошечная зверушка, свернувшаяся в шарик. Она напоминала миниатюрную лису, но с ушами больше, чем у летучей мыши, и длинным, пушистым хвостом. Его шерсть переливалась всеми оттенками рыжего под слабым светом лампы. — Это лесной кицунэ, — почти шепотом объяснил Дин. — Он попал в ловушку на нашей земле. Мы с Сэмом его едва выходили.       Зверушка приоткрыла один глаз, оценивая Кастиэля, и издала тихий, трепещущий писк. — Он магический и безвредный… — прошептал Кастиэль, его голос был полон восторга. — Почему ты не передал кицунэ защитникам магических существ? — Дин нахмурился. — Потому что животинка может попасть в плохие руки. Я хочу отпустить его, когда он окончательно поправится. — Дин, — Кастиэль закатил глаза, — эти существа духовные проводники, они слишком быстро привязываются к тому, кто их приручил. Кицунэ зачахнет от тоски в дикой природе, если ты попытаешься избавиться от него. — Правда? — Дин нервно сглотнул. — Я не слишком осведомлен об этих вещах. — Оно и видно, — Кас тихо фыркнул от смеха, — я уверен, что Сэм знал об этом. И он просто захотел оставить зверушку себе. — Вот засранец, — Дин обиженно поджал губы на что Кастиэль в очередной раз улыбнулся. — Вы уже дали ему имя? — Тихо спросил Кас, не отрывая взгляда от спокойного сна кицунэ. Он почувствовал тепло от маленького существа, похожее на слабый отголосок своих потерянных сил. Дин усмехнулся, его глаза по-прежнему светились гордостью. — Кроули. — Как тот демон-торговец душами из легенд? — Ну да, — Дин пожал плечами, как ни в чем не бывало. — Лис такой же хитрый. Плюс, я не хотел называть его как-то слащаво. Пусть у него будет имя, которое заставит его выглядеть опасным.       Кастиэль медленно кивнул, пытаясь переварить очередную странность Винчестера. Да уж, миниатюрное создание действительно выглядело «опасным». — Дин, ты неподражаем. — Знаю, — гордо ответил герцог. Он осторожно погладил крошечного Кроули по голове и тот слабо зевнул, заставив двух взрослых мужчин расплыться в улыбке.

***

      Главный бальный зал дворца сиял ослепительной роскошью, словно в его сердце вспыхнуло новое солнце. Тысячи свечей в хрустальных люстрах и настенных канделябрах отражались в зеркальном, словно лед, полу, создавая иллюзию безграничного просторанства. Зал был украшен гирляндами из серебристой хвои, живыми орхидеями редких зимних сортов и фигурными фонтанами, подсвеченными мягким золотом. Воздух был напоен ароматом дорогого вина, изысканных духов и белых цветов, смешивающимся с торжественными, льющимися звуками музыки.       Вся высшая знать королевства собралась здесь: дамы в платьях из тяжелого бархата и струящегося шелка, расшитых драгоценными камнями, и кавалеры в богато вышитых камзолах. Все были озабочены двумя вещами: поддержанием незыблемого статуса и обсуждением самых свежих сплетен.       Внимание многих было приковано к герцогу. Он стоял неподалеку от трона, облаченный в элегантный, темно-зеленый бархатный камзол, цвет которого идеально оттенял его глаза. Вместе с ним на балу присутствовали Бенни и Кастиэль. Бенни, как всегда, выглядел безупречно и активно обменивался флиртующими взглядами с дамами, привычно наслаждаясь женским вниманием. Кастиэль, одетый в темно-синий, безукоризненно сшитый парадный костюм, держался близко к Дину. Они стояли чуть в стороне от основной толпы и, несмотря на всю пышность праздника, явно наслаждались обществом друг друга.       Когда их взгляды встречались, то возникала атмосфера абсолютной, нерушимой уединенности. Их близость и постоянное взаимодействие вызывали у знати озадаченное перешептывание. Все помнили, что раньше эти двое буквально враждовали. Особенно Анна Милтон, которая бросала на мужчин недоуменные, а затем и откровенно обиженные взгляды из дальнего угла зала.       Как только Кастиэль отошел, чтобы поприветствовать знакомого из Совета, толпа, окружавшая Бенни и герцога Винчестера, немного поредела. Лафитт, не упуская случая, чуть склонился к Дину, чтобы пошутить. — Ну, а теперь, когда наш верный маг отошел, может, и мы выйдем на танцпол? — С усмешкой предложил Бенни, многозначительно оглядывая зал. — Ты великолепно выглядишь, дружище. Приглашаю тебя на танец. Давай сделаем этот бал по-настоящему незабываемым.       Винчестер лишь сухо хмыкнул, не отрывая взгляда от Кастиэля. Шутки Бенни не находили отклика, и на лице герцога читалось легкое, обеспокоенное напряжение. — Очень смешно, — пробормотал Дин глухим голосом. — И вообще… ты только глянь на нее.       Взгляд герцога был прикован к рыжеволосой фрейлине. Она действовала стремительно: подойдя к Касу, как только тот закончил обмен любезностями с приятелем, она непринужденно взяла его под руку и стала о чем-то мило шептаться, склонив голову так, что ее рыжие локоны почти касались его плеча. На лице Анны была влюбленная улыбка, которой она всегда одаривала мага при встрече. — О-о-о, фрейлина Милтон, — шепотом протянул Бенни, следуя настороженному взгляду герцога. — Какая настойчивость с ее стороны. Видимо, твоя невеста гораздо больше очарована Кастиэлем, чем тобой. Не волнуйся. Кастиэль у нас слишком… правильный, не думаю, что он станет отбивать у тебя будущую жену. — Мне всегда было интересно, каким образом весь этот бред рождается в твоей голове, — фыркнул Винчестер, скрещивая руки на груди. — Я не собираюсь жениться на ней.       Вскоре соблазнительное шептание Анны достигло своей цели. Она мягко улыбнулась Кастиэлю и повела его к центру зала, где уже кружились пары. Под звуки торжественного вальса они присоединились к танцующим. — А что так? — Лафитт натянуто улыбнулся. — Ты уже успел разлюбить ее?       Герцог продолжал стоять неподвижно, его взгляд был намертво прикован к фигурам Каса и Анны. Темно-синий костюм Кастиэля и светло-серебристое платье Анны мелькали в потоке роскошных нарядов. Милтон держалась с ним слишком фамильярно для их отношений, иногда прижимаясь чуть ближе, чем требовал этикет, и непрестанно о чем-то ему говорила, сияя этой своей нарочитой улыбкой.       Маркиз, наблюдавший за Дином, тихо вздохнул, и в его обычно веселых глазах мелькнула печаль, словно он в очередной раз увидел нечто, что давно подметил, но предпочел бы игнорировать. — Дин, — тихо, но проникновенно сказал он, положив руку на плечо герцога. — Ты сейчас буквально дыру в них прожжешь. — Винчестер вздрогнул, словно его вырвали из транса, но взгляда не отвел. — Я знаю, что ей нравится Кас, но я не понимаю, чего именно она пытается добиться этим глупым флиртом. Касу всегда было плевать на нее, и Анна об этом прекрасно осведомлена. — Возможно, она просто не сдается желанию очаровать его. Люди часто прибегают к хитрым уловкам, когда чувствуют себя отвергнутыми. Но… — Лафитт сделал паузу, посмотрев на сердитое лицо Винчестера. — Ты ревнуешь. — Дин недоуменно взглянул на лучшего друга. — Что? Не неси ерунды! Я же сказал, что меня уже давно не интересует Милтон.       Дин снова метнул взгляд на танцующих. Анна прижималась к Касу, ее смех был слышен даже сквозь музыку, и это бесило герцога до предела. Бенни молча смотрел на герцога, а затем согласно кивнул, его взгляд стал еще более тягостным. Он понял: для Дина мысль о ревности к Анне была логичной и социально приемлемой. Но сам Бенни видел истину в том, как пылко горели глаза герцога, когда он смотрел на Кастиэля.       Он хотел было в очередной раз пошутить, но что-то глубоко внутри заставило его промолчать. Лафитт лишь тихо вздохнул. В этот момент ему вдруг стало жаль себя. Но маркиз снова натянул на себя притворную улыбку и хлопнул Дина по плечу, поддерживая расстроенные чувства Винчестера молчаливым присутствием. Герцог озадаченно моргнул, пытаясь придать своему лицу более равнодушный вид, но его взгляд то и дело возвращался к двум танцующим людям. Он не мог дождаться, когда музыка стихнет.       Наконец, последние аккорды вальса замерли в воздухе, утонув в общем гомоне голосов и шуршании нарядов. Пары начали расходиться. Дин задержал дыхание, наблюдая, как Кастиэль и Анна выходят из центра зала. Кас осторожно освободил руку из-под ее локтя, и Анна продолжала сиять той же широкой улыбкой, склонившись к нему для последнего, доверительного слова. — Он выглядит так, словно его пытают светской беседой, — прокомментировал Бенни, и в его голосе снова зазвучала привычная легкость. — Пойду-ка я спасу нашего мага от этой рыжеволосой фурии. Хочешь, чтобы я передал ему, что ты скучал? — Попробуй — и я задушу тебя твоим же безвкусным, бархатным воротником, — мрачно отрезал Дин, но напряжение в его плечах чуть спало. — Иди лучше к Анне, заболтай ее, пока мы с Касом не покинем зал. — Ах, вот как, — Лафитт слегка разочаровано прикусил губу, — хочешь сбежать отсюда вместе с ним, а меня тут одного бросить? Вот уж спасибо… — А что не так? — Дин приподнял бровь. — Ты ведь все равно планировал закончить этот вечер в постели очередной безотказной дамы. Наслаждайся свободой. — Бенни лишь отрешенно качнул головой, не находя возражений. Его грудь вновь сжалась от слабой боли, но он не выдал своей грусти и подмигнул Винчестеру на прощание.       Герцог лишь слабо улыбнулся другу, поправил манжеты и решительно двинулся навстречу Касу. Анна, увидев приближающегося Винчестера, улыбнулась еще шире, а затем, прежде чем Дин успел подойти, неожиданно положила руку на грудь Кастиэлю и быстро прошептала что-то ему на ухо.       На лице Каса впервые за вечер появилось выражение, которое Дин не смог прочесть. Он слегка отстранился от Анны, кивнул ей, и она, бросив торжествующий, мимолетный взгляд на герцога, игриво махнула рукой и удалилась в сторону своих подруг, но на полпути ее уже успел перехватить хитрый маркиз Лафитт. Кастиэль повернулся к Дину. Винчестер мгновенно почувствовал, как незваное, колкое раздражение тает, уступая место привычному, успокаивающему теплу. — Наконец-то, — с облегчением выдохнул Дин, — мне уже казалось, что Анна решила забрать тебя к себе в услужение. О чем вы так долго шептались? — Кас пожал плечами, его губы едва заметно дрогнули. — О чрезвычайно важных вещах: о том, как прекрасны люди вокруг, о последних городских сплетнях. И о том, что она надеется увидеть меня на завтрашнем приеме у лорда Аластара. — Ты пойдешь? — Спросил Дин, и сам удивился резкости своего тона. Кастиэль нахмурился, пристально глядя на друга. — Не знаю. Я уже давно не считаюсь важным гостем среди аристократии, и, честно говоря, мне не по душе приемы Аластара. — Тогда не ходи, — сказал Винчестер, мгновенно смягчившись.       Между ними повисла короткая, значимая пауза. Герцог осознал, насколько неуклюже прозвучала его фраза. Кас молча кивнул, словно принял к сведению негласный приказ, а затем его взгляд вдруг стал мягче. — А ты пойдешь?       Дин отмахнулся, жестом указав на танцпол, который снова начал заполняться под звуки более быстрого танца. — Обязан. Но, знаешь… — он понизил голос, склонившись чуть ближе, — после того, как я целый вечер изучал твою спину в обществе Милтон, я чувствую себя морально истощенным. Может, уйдем прямо сейчас?       Взгляд Кастиэля вспыхнул. Он медленно огляделся, убедившись, что они все еще находятся на достаточном расстоянии от любопытных ушей, и его натянутая улыбка стала искренней. — Внезапное бегство с бала? — Маг поднял бровь. — Неприлично. Но… куда? — Туда, где нет фальшивого смеха и оценивающих взглядов, — ответил Дин, не скрывая своего облегчения от того, что Кас принял его предложение.       Герцог почувствовал легкое прикосновение чужого плеча к своему, когда они одновременно развернулись, чтобы незаметно покинуть зал. Вычурная атмосфера дворца внезапно померкла для них обоих. Единственным ярким пятном было ощущение близости, которое обещало им спокойствие и уединение, далеко от любопытных взглядов знати. Выйдя из бального зала, мужчины оказались в длинной, полупустой галерее, освещенной мягким, рассеянным светом старинных бра. Здесь было значительно тише, и гул праздника отступил, став лишь далеким фоном. — Отлично, — прошептал Винчестер, глубоко вдыхая менее насыщенный духами воздух. — Теперь куда угодно, лишь бы подальше отсюда.       Кастиэль слегка пожал плечами, его лицо в приглушенном свете выглядело спокойнее, но глаза сияли необычным живым блеском. — Можем поехать ко мне. Недавно Чак подарил мне бутылку Лигирийского вина, — Дин усмехнулся. — Заманиваешь меня премиальным алкоголем? Низко, Кас. Но я согласен.       Они свернули в боковой коридор. Их шаги гулко отдавались по мраморному полу, но вокруг не было ни души, кроме пары бесшумно проскользнувших слуг. Дин почувствовал себя легче, словно скинул с себя тяжелую мантию необходимости. Натянутое напряжение, которое преследовало его весь вечер, наконец отступило. — Она сказала тебе что-то обидное? — Спросил Дин, когда они вышли на улицу. Кастиэль замедлил шаг. — Анна? Нет. Она просто… напомнила мне о том, кто я теперь, и о моем более низком положении в высшем обществе.       Герцог мгновенно остановился, его лицо помрачнело. Он резко повернулся к Касу, преграждая ему путь. — Ей хватило смелости сказать, что ты больше никто без своих сил? — Голос Винчестера был тихим, но в нем звенело напряжение. — Тебя заботит ее никчемное мнение? — Кастиэль поднял руку и осторожно положил ее на плечо Дина, успокаивающим жестом. — Мне безразлично, что она говорит. Мне безразлично, что думают остальные, — его глаза заглянули прямо в душу Дину, отражая слабый свет уличного освещения. — Правильно, — согласился Винчестер, его голос немного дрогнул. — Просто… не позволяй кому-либо думать, что у них есть влияние над тобой.       Кастиэль слегка улыбнулся, его рука рефлекторно сдвинулась с плеча к шее Дина, и он медленно большим пальцем провел по линии его челюсти. Это легкое, едва заметное прикосновение заставило герцога замереть. — Никто не может влиять на меня настолько, Дин, — прошептал маг, и его глаза потемнели, — кроме, возможно, одного человека.       Он не дал Винчестеру времени ответить или проанализировать сказанное. Кастиэль отстранился и жестом указал на свободный дилижанс. — Что ж, поехали ко мне в гости.       Дин не смог сдержать улыбку. Он легко двинулся вниз по мокрым от дождя ступеням, наконец-то оставив ослепительную, но душную атмосферу бала позади.