Точка невозврата

      Когда часы на городской башне пробили полночь, Кас отпер массивную дубовую дверь ключом. Внутри его дома царила приятная, сонная тишина, и едва заметный аромат старых книг. Они проскользнули мимо прихожей, и Кас взял инициативу на себя, ведя Дина узкими коридорами к южному крылу.       Кабинет Кастиэля был просторным, но уютным помещением, потолок которого терялся в тени. Стены были сплошь уставлены книжными шкафами, а в центре стоял тяжелый письменный стол из темного дерева. На нем, к удивлению Дина, лежали не бумаги, а аккуратно разложенные старинные карты и компас. Кас быстро зажег несколько настенных ламп, и комната ожила, наполнившись мягкими тенями. — Вино, — торжественно объявил Кастиэль, направляясь к запертому шкафчику в углу. Он повозился с ключом, извлек бутылку и два тяжелых хрустальных бокала. — Прошу, располагайся.       Дин опустился на мягкий диван стоящий у массивного окна. Кастиэль взял с кресла шерстяной плед и укрыл ноги Дина. Герцог слегка прищурился, расслабляясь в тепле. — Спасибо…       Кастиэль быстро разлил вино по бокалам и уселся рядом. Винчестер на миг прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и уютом. — Ты выглядишь измотанным. Бал был настоящим испытанием для твоих нервов, похоже, ты стареешь, — Кас подчеркнул последнее слово, дразня друга. Дин сделал большой глоток. Слегка терпкий вкус вина приятно защекотал рецепторы. — Мне надоело притворяться, — честно признался Дин. — Притворяться, что меня заботит мнение знати о моем наряде или что я не замечаю, как все пялятся на нас. — И что же они пытались разглядеть? — Тихо спросил Кастиэль.       Винчестер поставил бокал на столик и скрестил руки. Неприятное чувство в груди снова укололо его, но теперь оно было смягчено вином и приятной компанией. — Они увидели, как моя предполагаемая невеста кокетничает с тобой, а я стою в сторонке будто осел.       Кастиэль растерянно моргнул. Он тоже поставил бокал вина и придвинулся ближе к герцогу, всецело привлекая его внимание. — Прости, Дин, я не хотел выставлять тебя в дурном свете… — маг виновато поджал губы. — Я даже не думал об этом в таком ключе. Впредь буду вести себя осторожнее.       Дин тяжело выдохнул. Он посмотрел на Каса. На его слегка взъерошенные волосы, которые выбились из-под прически после танца, на резкие линии его лица, оттененные светом. — Ты провел половину вечера рядом с ней. И мне было не по себе, — признался Дин. — Я не хотел, чтобы ты смотрел на нее так, как смотришь сейчас, — Винчестер облизнул губы, не в силах промолчать: — Не смотри на меня так. — Как? — Тихо спросил Кас, его голос был ниже обычного. — Так, будто я единственный, кто имеет значение, — еле слышно произнес Дин. Он откинулся на спинку дивана, понимая, что сказал что-то слишком странное.       Кастиэль медленно поднял руку, кладя ее на плечо герцога. Его взгляд скользнул от глаз Винчестера к его губам. — Ты и есть единственный, кто имеет значение, — прошептал маг.       Кас внезапно наклонился и положил обе руки на затылок Дина, запуская пальцы в его волосы. Это внезапное, предельно интимное прикосновение заставило герцога застыть всем телом. Винчестер сглотнул, его руки инстинктивно уперлись в тяжелый бархат камзола Каса. Паника, холодная и липкая, накрыла его с головой. Это было слишком прямолинейно, слишком откровенно, слишком… опасно. Все его многолетние установки о том, что можно и что нельзя в его мире, закричали внутри него. Он попытался отстраниться, надавив руками на грудь Кастиэля, но хватка на его затылке стала лишь крепче. — Кас, подожди… — прошептал Дин, его голос был прерывистым от усиливающегося сердцебиения. — Мы не можем…       Кастиэль не дал ему договорить. Его лицо было настолько близко, что Дин чувствовал его теплое дыхание на своих губах. В глазах Каса полыхало нечто, что сметало все сомнения: решимость и ответ на тоску, которую Дин неосторожно озвучил. — Можем, — противоречиво выдохнул Кас. — Пока никого нет.       И прежде, чем герцог успел найти хоть одно достойное возражение, Кастиэль запечатал его рот поцелуем. Это был не нежный, пробный поцелуй. Он был голодным, жадным, накопившим в себе весь вечер сдержанности, все годы их напряженной близости и скрытого влечения. Кас сразу углубил его, требуя ответа, не оставляя Дину времени на рассуждения или сопротивление.       Удар эмоций был ошеломляющим. Сначала герцог был скован паникой, его губы оставались неподвижными, но ощущение — мягкость и настойчивость Каса, запах дорогого парфюма и терпкий привкус вина — внезапно пронзило броню его сдержанности. Страх перед мнением общества померк перед неожиданным и всепоглощающим наслаждением. Дин непроизвольно открыл рот, и стена, которую он так долго строил, рухнула. Винчестер ответил, вложив в этот ответ всю свою накопленную ревность, беспокойство и невысказанную нежность.       Его руки переместились с груди Каса на его плечи, и он вцепился в плотную ткань костюма, притягивая Кастиэля ближе. Их поцелуй превратился в беспорядочную, горячую схватку, в которой каждый пытался убедиться в реальности происходящего. Кас оторвался на секунду, чтобы глубоко вдохнуть, его лоб уперся в лоб Дина. — Вот так, — прохрипел мужчина. Его глаза были закрыты, а дыхание тяжелым. — Вот так ты хотел, чтобы я смотрел на тебя.       Дин лишь на короткое мгновение позволил себе утонуть в этом запретном ощущении, но затем, словно очнувшись от шока, резко отстранился. Он отшатнулся, его дыхание было тяжелым и неровным, а глаза широко распахнулись, полные смеси ужаса и возбуждения. — Нет, нет… — забормотал он, отталкивая Каса.       Винчестер резко выбрался из-под его рук, вскочил на ноги и попятился к столу, чуть не опрокинув один из канделябров. Кастиэль мгновенно замер. Вспыхнувшее в его глазах желание погасло, уступив место мгновенной и острой печали. Он понял, что перешел черту. Маг быстро пришел в себя. — Прошу прощения, — спокойно произнес он, его голос был неожиданно ровным, хотя глаза выдавали внутреннюю борьбу. Кас сделал спасительный глоток вина, заставив свои руки действовать естественно. — Я… неправильно понял твою реакцию на мои слова.       Он намеренно отвел взгляд и поставил бокал на стол, демонстрируя свое полное спокойствие. Маг взял одну из карт, лежащих рядом, и пристально уставился на нее, словно только что вспомнил о чрезвычайно важной проблеме. — Как ты думаешь, не будет ли разумнее изменить маршрут торговых судов в обход восточного побережья? Там в последнее время слишком часто случаются нападения ктулху.       Кастиэль изо всех сил старался сделать вид, будто только что он обсуждал скучную, но важную государственную проблему, а не целовал Дина с бешеным упоением.       Винчестер стоял у стола, тяжело дыша. Его парализованное состояние постепенно отпускало. Попытка Каса притвориться, что ничего не произошло, удивительно подействовала на него. Это был спасательный круг для его задыхающейся от паники гордости. — Да, да, конечно, — пробормотал Дин, пытаясь сосредоточить взгляд на карте, хотя с такого расстояние он ни черта не видел. — Ктулху. Проклятые ктулху…       Он почувствовал, как тепло поцелуя медленно сменяется обжигающим стыдом и пониманием того, что он только что сделал. — Я… — Дин откашлялся, его голос звучал глухо. — Я могу заночевать в гостевой комнате?       Кастиэль медленно поднял глаза от карты. В них была видна смесь разочарования и смирения. Он улыбнулся, но эта улыбка была натянутой. — Разумеется.       Он поднялся из кресла, его движения были невероятно грациозны и сдержанны. Кастиэль обошел стол, взял фонарь и подошел к двери. — Я провожу тебя, — Дин сглотнул, обдумывая каждое слово, которое не осмелился произнести. — Спасибо, Кас, — это единственное, что он смог из себя выдавить.       Последующие дни мужчины решительно избегали друг друга, тщательно маскируя отсутствие встреч под отсутствием необходимости в них. Герцог буквально заставлял себя вытеснить из воспоминаний тот поцелуй. Единственное разумное объяснение, которое укладывалось в его голове, звучало так: бес попутал. Ранее Дин никогда не испытывал острой необходимости экспериментировать в романтических делах с мужчинами, поэтому он настоятельно решил, что этот инцидент с Касом был всего лишь единственной и не совсем удавшейся попыткой ощутить что-то новое и слегка запретное.       Винчестер искренне не понимал, зачем Кас поцеловал его первым, и еще больше недоумевал от того, что он сам не сразу оттолкнул мага и даже через несколько секунд ответил на поцелуй. Герцог метался от мыслей, что это была всего лишь невинная шалость с обеих сторон, к мучительной догадке, что, возможно, Кастиэль все-таки испытывает к нему нечто большее, чем просто дружескую привязанность. И осознание этого факта просто убивало Дина.       Он прекрасно знал, что Кас не из тех, кто станет легко целовать первого попавшегося человека. Винчестер отлично осознавал, что если Кастиэль поступил так, то он определенно вложил в свой поступок определенный смысл. Герцогу отчаянно не хотелось терять друга из-за безответных чувств, поэтому ему оставалось лишь отвергать эти мысли и спихивать все странности на влияние вина и поднесенного, слегка игривого настроения.       На удивление герцога, Кас первым нарушил их затянувшуюся молчанку, когда ничего не подозревающий Сэм пригласил мага на совместный обед. Напряженное настроение Дина постепенно сменялось спокойствием. Кастиэль вел себя совершенно обычно, так, словно этой маленькой тайны между ними не существовало. Винчестер мысленно благодарил его за это и в очередной раз убеждался, что Кас не станет усложнять их прекрасные дружеские отношения из-за одной спонтанной слабости. — Ты действительно собираешься ехать в Вермонт? — Сэм удивленно взглянул на Кастиэля. — Да, ближе к лету, — маг задумчиво прищурился. — Океанские чудища плохо изучены, я хочу собрать как можно больше информации о нападениях монстров на корабли и торговые судна. Есть желающие поехать в эту экспедицию со мной? — Звучит захватывающе, — Сэм покосился на Дина, который молча ел свой суп, — я бы поехал, но все лето буду занят в Академии, вряд ли меня отпустят больше чем на пару дней. А ты, Дин?       Винчестер сперва осторожно взглянул на брата, а затем на Кастиэля, который молча уставился на герцога, жуя кусок свежей булочки. Дин не строил планы так далеко вперед, до лета было еще пару месяцев, поэтому он не мог сказать что-то определенное. — Ханна не поедет с тобой? — Тихо спросил он. — Нет, она будет занята делами в Совете, — Кас пожал плечами, — поэтому я еду один. — Дин, — Сэм снова удивленно взглянул на брата, — ты правда не желаешь исследовать Вермонт? — Я должен подумать, — он облизнул губы, а затем с преувеличенной внимательностью продолжил есть свой обед.       Кастиэль лишь молча кивнул. Он не ждал, что Дин быстро согласится, но глубоко внутри себя он все же надеялся, что герцог отправится вместе с ним. К тому же, это была поездка в большой портовый город, полный веселья и загадок. Такая атмосфера точно должна была заинтересовать Винчестера.

***

      Два месяца пролетели в одно мгновенье, и вот уже подступила дата очередной экспедиции. Кастиэль одобрительно хмыкнул, увидев большой, комфортный дилижанс, который им любезно выделили в этот раз. Дин, конечно же, снова был не в восторге, но путь в Вермонт был далек и пролегал через несколько других густонаселенных городов, ехать на лошадях было крайне неудобно. В конечном итоге Дин дал свое согласие за неделю до даты поездки.       Кастиэль внимательно осмотрел экипаж, убеждаясь в надежности креплений. Вскоре из ворот поместья вышел Дин. Он был в удобных летних брюках и светлой рубахе. В его движениях чувствовалась легкая угрюмость, которую он обычно демонстрировал при виде вычурных карет. Он бросил на Каса быстрый оценивающий взгляд, но не задержался на нем, сразу забираясь в просторный салон дилижанса. — Ты хотя бы удосужился проверить, не поплывет ли этот сарай на первом же летнем дожде? — Проворчал Дин, занимая место у окна. — Все было проверено и подготовлено к любым условиям, Дин, — спокойно ответил маг, следуя за ним. Он закрыл за собой дверцу, и дилижанс мягко тронулся.       Внутри было действительно уютно: сиденья были обиты мягким материалом, и даже в летнюю жару здесь было свежо благодаря открытым вентиляционным отверстиям. Дин отвернулся, чтобы наблюдать за удаляющимся городом. Кастиэль сел напротив, сохраняя между ними ощутимую дистанцию.       Когда дилижанс плавно тронулся, начав свой долгий путь по запыленной дороге, в салоне воцарилась тишина. Тишина, которая была наполнена невысказанными словами. Дин чувствовал присутствие Каса, его незримый взгляд, но не осмеливался повернуться. Он надеялся, что новое, увлекательное путешествие поможет им вернуться к прежней дружеской непринужденности, стерев неловкость того запретного вечера. Кастиэль, прекрасно понимая состояние Дина, нарушил молчание самым нейтральным образом. Он открыл свой дорожный саквояж и вынул из него толстую книгу в кожаном переплете. — Я начну с изучения местных легенд Вермонта, — объявил он, открывая книгу. — Говорят, в тех водах обитает существо, которое местные называют Левиафан. — Левиафан? — Наконец отозвался Дин, поворачиваясь. — Уверен, это просто огромный кит.       Кастиэль поднял глаза от книги, и их взгляды встретились. В его синих глазах мелькнул миг неприкрытой радости от того, что Дин заинтересовался целью поездки. — Было бы гораздо увлекательнее ловить русалок или сирен, — Винчестер задумчиво прищурился. Он облизнул губы, продолжая смотреть на друга. — А какое между ними вообще различие? — Кастиэль оторвался от книги. Его глаза вспыхнули, Дин затронул его любимую тему. — Различия существенные, Дин, — Кас отложил фолиант. — Хотя оба вида обитают в воде и используют вокальные способности. Русалки физически не могут покинуть воду надолго, их чары чаще всего основаны на зачаровывании и обмане, чтобы завлечь жертву в воду. — Он перегнулся чуть вперед, увлекаясь рассказом. — Сирены же гораздо опаснее. В большинстве сказаний они сохраняют человеческий облик, хотя имеют птичьи крылья или способность ходить по суше. Их главное оружие — голос. Они используют пение, чтобы вызывать кораблекрушения и доводить моряков до безумия. Они действуют на психику с гораздо большей силой, чем простое влечение. Их воздействие широкомасштабное — они могут целый корабль заставить сбиться с курса.       Дин слушал его с нескрываемым интересом, его нарочито скучающий вид сменился живостью. — Значит, русалка — это соблазнительница, а сирена — психологическое оружие? — Уточнил он, сделав глоток воды из фляги. — Именно, — улыбнулся Кас, и его улыбка была совершенно искренней, согревая душу Дина. — Но, боюсь, в Вермонте мы скорее столкнемся с чем-то гораздо более примитивным и физически опасным, чем элегантная сирена.       Дин мрачно кивнул, отводя взгляд. Привычный разговор о чудовищах вернул их к привычному равновесию. — Ну, хоть какая-то выгода от этого дела должна быть, — проворчал Дин. — Если мы не найдем ничего интересного, я потребую компенсацию за испорченное лето. — Кастиэль покачал головой, смеясь про себя, и снова открыл книгу.       Первую ночь они решили заночевать в дилижансе. Дин пересел поближе к Кастиэлю, внимательно разглядывая рисунки странных морских существ, из новой коллекции Каса. Винчестер увлеченно слушал мага, пока тот говорил о всех возможных опасностях, но тема с незнакомыми ранее существами будоражила душу герцога. На улице уже стемнело, и Дин незаметно для себя отключился, уснув под убаюкивающий голос мага.       Кас слабо улыбнулся и потушил небольшой фонарь. Он осторожно отложил книгу на столик и не стал тревожить спящего друга, который уже крепко спал, уложив свою голову на его плечо. Маг понимал, что было бы разумнее разбудить Дина, чтобы они оба могли нормально разлечься на длинных сидениях, но Касу не хотелось рушить столь нежный и хрупкий момент близости. Он тихо выдохнул, в очередной раз осознавая, что его благосклонность к герцогу набирает странный оборот.       Кастиэль осторожно повернул голову, чтобы лучше видеть Дина. В густой темноте дилижанса, нарушаемой лишь слабым светом луны, проникающим сквозь маленькое окно, лицо герцога выглядело безмятежным. Он спал крепко, его дыхание было ровным и теплым. Маг почувствовал, как тяжесть головы Винчестера давит на его плечо. Это была приятная, ощутимая тяжесть, которая не вызывала дискомфорта, а, наоборот, согревала. Кас робко прислонил свою щеку к взъерошенным волосам Дина. Он втянул знакомый запах дорогого мыла, который всегда присутствовал на герцоге.       Кастиэль на миг поджал губы, вспомнив тот поцелуй. Он не мог назвать то, что чувствовал к Дину, «несдержанностью». Это было что-то гораздо более глубокое, коренящееся в его самой сути. Это было осознание того, что впервые за столько лет он снова проникся симпатией к человеку. Но теперь это было еще сложнее, ведь эти человеком был мужчина, да еще и аристократ.       Кас аккуратно протянул руку и очень медленно обвил ею плечи Дина, притягивая его чуть ближе. Он понимал, что поступает эгоистично. Утром Дину будет неловко, возможно, он снова отдалится. Но сейчас, в этой тишине, когда никто не видел, кроме тонкой луны, Кастиэль позволил себе почувствовать себя единственным человеком, которому доверяет этот упрямый герцог.       Он закрыл глаза, наслаждаясь теплом и тяжестью. Кас решил не думать о последствиях и наказании. Несколько часов такой близости стоили любого отчуждения, которое могло последовать на следующий день. Кастиэль успокоил свое дыхание, пытаясь синхронизировать его с дыханием Дина. Он чувствовал себя стражем, оберегающим нечто драгоценное в этой тишине летней ночи.       Их путешествие заняло несколько дней. Дилижанс прогрохотал через плодородные равнины и густые леса, оставляя позади пыльные города и уютные деревушки. Кастиэль и Дин успели обменяться десятками нейтральных фраз о погоде, дорожном полотне и мистической природе морских чудовищ, старательно обходя опасный риф личных воспоминаний. Утро после первой ночи прошло с некоторой неловкостью, но Кас умело перевел все в шутку о неудобных спальных местах, и Дин охотно подхватил игру.       На четвертый день пути, ближе к полудню, воздух изменился. Жара уступила место прохладному, влажному ветру. Дилижанс начал спускаться по пологому склону, и сквозь прорехи в сосновом лесу Дин впервые увидел океан. — Вермонт, — тихо произнес Кастиэль, не отрывая взгляда от открывшегося пейзажа.       Дин высунул голову из окна, чтобы лучше рассмотреть. Впечатление было поразительным. Перед ними раскинулся портовый город, полностью отличающийся от парадного величия столицы. Вермонт был построен на крутых холмах, каскадом спускавшихся к большой, шумной гавани. Каменные дома, покрашенные в яркие, выцветшие от соли и солнца цвета: синий, зеленый, красный — теснились друг к другу. Над всем этим царил густой запах соленой воды, рыбы и мокрой древесины. В гавани кипела жизнь: сотни мачт вздымались к небу, крики чаек смешивались с гомоном портовых рабочих, а набережная была заполнена торговцами, моряками и рыбаками. — Ничего общего с нашей вылизанной и скучной столицей, — с легким восхищением отметил Дин, втягивая морской воздух. — Действительно, — согласился Кастиэль. Его глаза тоже загорелись интересом.       Дилижанс замедлил ход, въезжая на широкую, каменную главную улицу. Разношерстная толпа с любопытством оглядывала дорогой экипаж, который резко выделялся на фоне грубых телег и простых повозок. — Где мы остановимся? — Спросил Винчестер, выпрямляясь. — Надеюсь, ты отыскал нечто более приличное, чем портовая гостишка? — Кас улыбнулся. — Нам предоставят небольшой домик, с видом на залив. Он принадлежит старому капитану, который знает все о морских чудовищах и кораблекрушениях, — Дин кивнул. Идея уединения пришлась ему по душе.       Дом старого капитана оказался небольшим, но прочным строением из темного дерева, выдержавшим не одну морскую бурю. Он стоял немного отдельно от остальных домов, и его главным преимуществом был ошеломляющий вид: с обветшалой веранды открывалась панорама всего залива и бескрайнего океана. Воздух здесь был чистым, пропитанным солью и запахом цветущих на склонах трав. Их встретил сам хозяин — капитан Гордон, сухощавый мужчина с огромной седой бородой, которая почти скрывала его лицо, и проницательными, выцветшими голубыми глазами. — Господа, — хрипло проговорил Гордон, осматривая их с едва скрываемым любопытством. Он протянул Дину жесткую, мозолистую руку. — Рад принять столь знатных гостей. Мой дом прост, но чист. — Спасибо, капитан. Дом прекрасен, — искренне сказал герцог.       Ему нравилось это место, наконец-то удалившее его от душного этикета. Местный смотритель дома быстро занялся распаковкой самого необходимого, а Дин и Кас вместе с Гордоном расположились на веранде, наблюдая за океаном. Капитан вынес бутылку тяжелого, янтарного рома. — Вы приехали из-за левиафана, не так ли? — Спросил Гордон, наливая ром в оловянные кружки. — Дин кивнул. — У нас есть отчеты о многих необъяснимых кораблекрушениях. Нам нужно понять, что происходит, — спокойно проговорил Кастиэль, вспоминая тексты чужих писем. Гордон сделал большой глоток и закашлялся. — Что происходит? Сын мой, океан пробудился. Он всегда был полон существ, о которых большинство людей даже не слышали. Но эта тварь… — капитан резко замолчал, пристально глядя на бурные волны. — Опишите его, — попросил Кастиэль, он сел рядом с Дином, положив на колени блокнот и уголь. — Описать? — Капитан нахмурился. — Он огромен. Имеет бездонную пасть, полную рядов зубов, способных перекусить мачту. Но самое страшное — это его глаза. Желтые, как старое золото. И он не просто топит корабли. Он их рвет, рвет на куски. — Когда он впервые появился? — Уточнил Кас, быстро делая зарисовки. — Где-то год назад. Сначала думали, что это гигантский осьминог. Но нет. Это нечто другое. Я видел множество чудовищ в своей жизни, но не такое. Он нападает целенаправленно.       Дин наклонился вперед, его глаза горели охотничьим азартом. Ром приятно согревал изнутри. — Какие у него слабые места? Что его отпугивает? — Гордон засмеялся, сухим, резким смехом, который рассеялся в морском ветре. — Слабые места? Золото, герцог. Он пожирает любой корабль, который перевозит большое количество золота. Словно его притягивает блеск или вес. Попробуйте это изучить. А пока… не выходите в океан без крайней необходимости. Он сейчас очень активен.       Когда капитан ушел, на небе уже появился бледно-розовый закат, обещая скорое наступление ночи. Дин с восторгом смотрел на бушующие волны, зарывшись голыми ногами в белоснежный песок. Кас подошел к другу и вопросительно уставился на него. — Ты не собираешься ужинать? — Иду, — Дин хитро улыбнулся. — Только сперва искупаюсь. — Серьезно? — Кастиэль с опаской взглянул на высокие волны, которые с грохотом разбивались о берег. — Дин, это небезопасно. — Ерунда, — фыркнул Винчестер, стягивая с себя рубаху.       Он остался в одних штанах и, ярко улыбнувшись Кастиэлю, сразу побрел в воду. Маг нахмурился. Опасение боролось в нем с непреодолимым желанием последовать за Дином. С одной стороны, предупреждение капитана и его собственная научная осторожность кричали о безрассудстве. С другой — видеть Дина таким, полным беззаботной радости, было слишком заманчиво. Винчестер уже вошел по пояс, взбивая пену, и обернулся, призывно махнув рукой. — Ну же, Кас, иди сюда!       Взгляд Кастиэля встретился с откровенно счастливой улыбкой Дина, и его осторожность мгновенно отступила. Он вздохнул, отмечая про себя, что давно перестал быть разумным рядом с этим человеком. — Ты неисправим, — пробормотал Кас, но его голос был лишен упрека.       Он быстро снял рубаху и быстро зашагал по остывшему песку. Когда он вошел в воду, ощущение было потрясающим: бурлящая прохлада снимала усталость дороги и смывала остатки тревожных мыслей. — Вот так-то лучше, — засмеялся Дин, отталкиваясь от волны.       Они зашли чуть дальше, туда, где вода достигала груди. Закат окрасил небо, а поверхность океана отражала этот свет, заставляя воду сиять. Дин счастливо вздохнул и погрузился в воду с головой, выныривая с брызгами. Он обернулся и остановился, вдруг осознав, что стоит совсем близко к Кастиэлю. Вода размывала очертания их тел, но не могла скрыть ощущение близости. Маг стоял неподвижно, его намокшие волосы прилипли ко лбу. Он пристально уставился на герцога, когда его губы дрогнули в легкой улыбке. — Ты был прав. Ловить русалок очень заманчиво, — прошептал Кас, и его голос был едва слышен сквозь шум прибоя.       Дин сделал вид, что ныряет, а затем резко выпрямился, обдав Каса фонтаном брызг. Кастиэль вздрогнул от неожиданности, а затем немедленно ответил тем же, резко погрузив Дина под воду на мгновение. Они начали дурачиться, как мальчишки: топя и хватая друг друга за руки. Энергия Дина была заразительна, и Кас впервые за долгое время почувствовал себя ребенком. В какой-то момент, когда Дин вынырнул после очередного долгого погружения, он закашлялся, нахлебавшись воды и инстинктивно потянулся за опорой. Кастиэль, мгновенно среагировав, подтянул его к себе. Дин оказался полностью в кольце рук Кастиэля.       Холодные ладони Винчестера прижались к крепкому торсу мага. Это было слишком интимно, слишком знакомо после той ночи. Кастиэль тоже почувствовал, как напряжение между ними вернулось. Он уловил запах соли и влажных волос Дина, услышал его сбившееся дыхание. Его собственное сердце застучало быстрее. Они стояли так несколько мучительных секунд. Неловкость была такой плотной, что ее можно было потрогать. Кас быстро, но очень осторожно отпустил мужчину. — Прости, — тихо сказал он, увеличив между ними дистанцию. Его голос был чуть сиплым. — Мне показалось, что ты тонешь. — Я просто… наглотался воды, — ответил Винчестер отдышавшись. — Волны и вправду обманчивы. Думаю, нам пора вылезать… — Кастиэль лишь мягко кивнул головой, обращая свой взгляд на домик.       После ужина мужчины переоделись, готовясь ко сну. В спальне было две большие кровати, деревянный шкаф и огромное окно, с видом на бушующий океан. Дин смотрел на то, как смеркается за горизонтом, пока Кастиэль, глядя в зеркало, боролся с прядями волос, что после соленой воды торчали в разные стороны. Винчестер приподнял бровь, наблюдая за безуспешными попытками мага, а затем фыркнул от смеха и подошел ближе. Он слегка нерешительно опустил руку и пригладил непослушные волосы, заставив Каса на миг замереть. Винчестер еще шире улыбнулся и закатил глаза, а затем ухватил гребешок и принялся аккуратно прочесывать спутанные пряди. — Дин, я и сам могу… — протянул маг. — Тихо ты, не двигайся, — фыркнул Винчестер, одной рукой придерживая Каса за голову.       Маг тихо вздохнул, молча наблюдая за тем, с какой сосредоточенностью Дин прочесывает его слегка влажные волосы. Он засмотрелся на прекрасное лицо герцога и заметил, что у того после нескольких дней в пути отросла легкая щетина. Дин старался сбривать волосы на лице, но в долгих путешествиях не всегда была возможность следить за своим внешним видом.       Кас видел эту щетину множество раз, но именно сейчас она казалась ему особенно притягательной. Дин тем временем был слишком увлечен укладкой волос, даже не подозревая о странных мыслях друга. Он еще немного повозился, а затем одобрительно хмыкнул, направляя голову Каса в сторону зеркала. — Я выгляжу так, будто Кроули всю ночь сосал мои волосы, — с легкой улыбкой проворчал Кас. — Не нравится? А по-моему, очень даже ничего, — отрезал Винчестер. — Я теперь похож на старосту деревни, в который мы ловили вендиго, — ответил мужчина, криво улыбаясь своему отражению. Он провел рукой по гладко зачесанным прядям. — Ты же знаешь, что они снова встанут дыбом, когда подсохнут. — Знаю, — невозмутимо ответил Дин, забирая гребешок. Он забросил его на комод. — Но хоть какое-то время будешь выглядеть прилично. Это уже победа. — Воронье гнездо будет в любом случае, — возразил Кас, поворачиваясь от зеркала и скрещивая руки на груди. — После сна. — Дин фыркнул, склонив голову набок. — Да ладно тебе, признай, что я справился.       Кас сделал вид, что задумался. Он облизнул губы, его взгляд снова зацепился за легкую щетину на подбородке Дина. — Ладно, ты справился сносно. Но если уж мы говорим о внешнем виде, — сказал маг, шагнув ближе, — тебе самому не помешает немного привести себя в порядок. — Кастиэль ткнул пальцем в подбородок герцога. — Что, моя двухдневная щетина оскорбляет твое чувство прекрасного? — Ухмыльнулся Винчестер, а затем нервно поджал губы от смущения. — Напротив, — прошептал Кас, и его голос вдруг потерял всю шутливость. Он неосознанно погладил колючую щеку Дина костяшками пальцев, — она тебе идет. Но неужели у герцога нет с собой лезвия?       Прикосновение было слишком мягким, интимным. Дин замер, почувствовав, как жар поднимается к его щекам, которые сейчас казались невероятно чувствительными под прикосновением Каса. Винчестер не знал, почему он позволял магу касаться себя таким образом. — Кажется, я забыл взять его с собой, — пробормотал Дин, едва уловив смысл собственных слов. Маг медленно убрал руку. — Что ж, с бородой ты лучше впишешься лицом в местный контингент, — Кастиэль едва заставил себя отвести взгляд от ярко-зеленых глаз напротив.       Герцог не придумал что ответить, он резко повернулся к своей кровати, стремясь разорвать накалившуюся тишину. Кас заметил, что Дин поспешно отступил на шаг, словно его обожгло. — Думаю, нам следует отдохнуть, — спокойно произнес маг, нарочито медленно разбирая постель. — Завтра утром нужно встретиться с рыбаками.       Дин кивнул, его щеки все еще пылали. Он медленно подошел к своей кровати, которая находилась у окна. Кастиэль понимал, что в последнее время он почти не сдерживал свои порывы прикоснуться к герцогу. Однако он переживал, что таким поведением он может оттолкнуть Дина еще сильнее. Кас погасил лампы и тихо лег в постель. Единственный свет шел от бледного лунного диска, освещавшего беспокойную воду. Маг мысленно пообещал себе не смущать Винчестера своим нежелательным вниманием.