Точка невозврата

— Уже вторая половина дня, — заявил Кастиэль, сверяясь с солнцем. — Нам нужно найти метки хозяина и добраться до его логова, пока не стемнело. Отсюда, судя по картам, есть старая, заброшенная дорога, которая ведет вглубь леса, но начинается она у старой лесопилки.       Мужчины быстрым шагом направились к указанному месту. Вскоре они добрались до лесопилки. Место было жуткое: полуразрушенные постройки, ржавые механизмы, густой запах гнили и сырой древесины. — Идеальное место для преступления, — прошептал Дин, вытаскивая свой любимый, освященный нож. Кастиэль медленно обошел периметр, держа наготове мерцающий кристалл. — Здесь имеются колдовские следы.       Он остановился у старого валуна. На нем была небрежно высечена та же самая изогнутая метка, что и на стене в хижине. — Нашел, — Кастиэль прикоснулся к знаку. — Это указатель.       Они вошли под сень леса. Плотные кроны почти не пропускали света, и полуденный день сразу превратился в темень. Тишина была неестественной. Не слышно было ни птиц, ни шелеста листвы, словно лес был мертв. Кастиэль шел, напряженно оглядываясь, а Дин возглавил их путь, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Он обнаружил еще две метки, высеченные на стволах старых деревьев. Каждый знак вел все глубже и глубже в чащу. Кастиэль внезапно схватил герцога за руку. — Стой! — прошептал он.       Дин тут же замер, прислушиваясь. Он почувствовал слабый, едва различимый запах гниющего мяса. — Кас, думаю мы близко, — прошипел Винчестер, сжимая нож. — Тише. Смотри, — Кастиэль указал вперед.       Через прогалину в зарослях они увидели небольшую, поросшую мхом землянку, почти полностью скрытую в корнях древнего дуба. — Вот и логово нашего хозяина, — прошептал Дин. — План? — Сначала убедимся, что вендиго нет поблизости. Затем… ты останешься здесь, чтобы прикрыть меня. — Хочешь пойти туда один? Да ни за что! — Возмутился герцог. — Это не обсуждается, — голос Кастиэля был тверд как сталь. — Ты остаешься. Если я не вернусь через пять минут, беги в деревню за подмогой.       Прежде чем Дин успел возразить, Кастиэль, оставив сумку с защитными амулетами, бесшумно двинулся к землянке. Дин остался один, чувствуя, как его сердце колотится от гнева и волнения. Он опустился на одно колено, приготовив нож, и нацелил все свое внимание на землянку. Дин отчаянно старался не сдвинуться с места, но каждая секунда ожидания казалась бесконечно долгой.        Он напряг слух, пытаясь уловить хоть что-то, кроме гудения собственного пульса в ушах. Лес, казалось, задержал дыхание. Прошло, наверное, несколько минут. Тишина. Дин уже начал медленно подниматься, готовый нарушить приказ Каса и броситься следом, когда раздался звук. Не громкий, но отчетливый — треск дерева, а затем приглушенный удар, словно что-то тяжелое упало внутри землянки. Дин вскочил. — Это твоя вина, что ты так долго копошишься! — Прошипел он, злясь на Каса.       Винчестер бросился вперед, бесшумно преодолевая небольшое расстояние. Когда он подкрался к единственному маленькому окну, прикрытому грязной тряпкой, его глаза приспособились к темноте. Внутри он увидел Кастиэля. Маг стоял над опрокинутым столом, а напротив него, на корточках, сидел худой мужчина, одетый в кожаные лохмотья. Он держал в руке небольшой, костяной амулет, который слабо светился зеленым светом. — Ты не должен был приходить один, — прошипел мужчина. — Кто ты, безумец? — Неважно, кто я. Я знаю, что это ты приманил вендиго. — Надо же, — прошипел хозяин, и его губы растянулись в безумной ухмылке. — Местные такие жалкие. Они от страха ссутся, когда видят мою зверушку и разбегаются по своим норам как жалкие крысы.       Он поднял амулет. Зеленый свет усилился, и Кастиэль почувствовал на коже холодный, противный порыв ветра, словно из ниоткуда. — Ты не маг! — Я черпаю силу из проклятого! — Засмеялся охотник, словно хвастаясь этим. — А теперь, пришел твой час сдохнуть!       Он направил амулет на Кастиэля и начал быстро произносить нечеткие гортанные слова. Кас вскинул свой серебряный медальон и попытался его блокировать, но было поздно. Помещение наполнилось зеленым свечением. Дин, не раздумывая, выбил окно плечом. С грохотом влетев внутрь, он оттолкнул Кастиэля в сторону и, прыгнув через опрокинутый стол, нанес удар. Его освященный нож вошел хозяину прямо в плечо. Мужчина взвыл. Амулет выпал из его руки, и зеленое сияние тут же погасло. — Дин! — Кастиэль поднялся, его лицо было искажено ужасом. — Я же сказал, что если монстр ввяжется в меня, я не виноват! — выдохнул Винчестер, выдергивая нож и готовясь к новому удару.       Хозяин, истекая кровью, вскочил на ноги. Не тратя времени на контратаку, он с невероятной скоростью бросился к узкому лазу в стене, заваленному хворостом. Он знал, что у него нет шансов против двоих. — Он сбегает! — Крикнул Дин, но тут же замер на месте. Снаружи, в лесу, раздался жуткий, нечеловеческий вой. Громкий и полный дикой ярости. — Вендиго! — Кастиэль схватил Дина за плечо. — Бежим!       Мужчины выскочили из землянки. Вечер уже опустился на лес, превращая деревья в черные, зловещие тени. Вендиго, огромный и тощий, показался на тропе, где осталась лежать сумка Кастиэля. Монстр почуял защитные артефакты внутри, и раздавил сумку своими мощными копытами. Две красные точки на месте глаз ярко загорелись в темноте. Зверь был зол и направлялся прямо к ним. — Назад, в деревню! — крикнул Кастиэль, хватая Дина за плащ и резко сворачивая с тропы, по которой они пришли.       Герцог, который все еще чувствовал прилив адреналина после схватки с хозяином, последовал за ним. Его нога не выдерживала долгого бега, и Кастиэль, не тратя времени на споры, схватил его за запястье, почти таща за собой. Вендиго выл позади них. — Он слишком быстрый! — Задохнулся Дин. — Ты уверен, что мы добежим?! — У нас нет другого выхода!       Кас бежал, не сбавляя темпа, ведя их по едва заметной тропе. Через несколько минут они выскочили из леса на окраину деревни. Дома были темными и тихими. — Прямо к старому амбару! Там есть второй этаж, — скомандовал Кастиэль, указывая на ветхое деревянное строение.       Мужчины влетели внутрь, едва успев захлопнуть за собой скрипучую дверь. Дин рухнул на кучу сена, тяжело дыша. Кастиэль быстро запер дверь на старый, громоздкий засов. — Кас, — Дин попытался отдышаться, — ты ранен? — Маг тяжело дышал, привалившись к двери. — Нет.       Снаружи раздался новый, более жуткий звук. Вендиго вошел в деревню. Они слышали его вой, его тяжелое рычание и глухие удары, когда он, скрытый в сумерках, натыкался на сараи и изгороди. — Нам нужно подняться, — Кастиэль кивнул на старую, шаткую лестницу. — Это даст нам преимущество, когда он прорвется.       Дин, с трудом поднявшись, последовал за магом. Поднявшись наверх, они обнаружили, что амбар полон сушеного сена и каких-то старых инструментов. — И что нам делать дальше? — Спросил Дин, вытирая пот со лба. Кастиэль прикусил губу от досады. — Вендиго уничтожил мою сумку, полную защитных амулетов, — Дин громко выругался. — Потрясающе! Значит, мы застряли здесь, у нас нет защиты, и внизу рыщет монстр, жаждущий нашей смерти! — Мы еще живы, — спокойно заметил Кастиэль, прижимаясь к деревянной стене и выглядывая в щель. Дин возмущенно закатил глаза.       Кас замолчал, прислушиваясь. Внезапно раздался яростный удар, и дверь внизу заходила ходуном, а засов заскрипел, готовый сорваться. Резкий удар повторился, и засов с оглушительным треском вырвало из ветхих досок. В проеме показался вендиго. Огромный, костлявый силуэт, чьи горящие глаза искали их в темноте. Зверь издал низкое, голодное ворчание. — Черт, — Дин выхватил свой освященный нож, — это все, что у нас есть… — Тихо, — Кастиэль схватил герцога за руку. — Серебро — единственное, что его остановит.       Вендиго начал медленно подниматься по шаткой лестнице, его когти скребли по дереву. Внезапно внизу раздались крики и топот. В амбар ворвались несколько силуэтов, освещенных тусклыми огнями. Это были жители деревни. В центре стоял глава, трясущийся, но решительный, и вооруженный вилами. — Гони его, черт тебя дери! — Закричал мужичок, его страх сменился яростью, когда он увидел монстра.       Семеро мужчин с вилами, топорами и факелами (которые они, видимо, зажгли, услышав шум) бросились на вендиго. Зверь, ошеломленный внезапной атакой, издал болезненный вой и отступил на несколько шагов. Дин хотел было фыркнуть от смеха, но вовремя сдержался. — Что нам делать? Монстр сейчас перебьет половину деревни!       Кастиэль, увидев факелы, принял мгновенное решение. Он знал, что вендиго опасается огня и что серебро — единственный шанс убить его. — Дин, мне нужна твоя меткость, — спокойно проговорил маг. Он быстро осмотрелся и нашел в куче хлама старую, тяжелую цепь. — Окружите тварь огнем! — Крикнул он вниз, обращаясь к селянам. — Хорошо, господин! — Глава, воодушевленный приказом, стал направлять своих людей, отгоняя Вендиго факелами. Пока монстр был отвлечен, Кастиэль схватил цепь. — Дин, ты должен метнуть ему в морду серебром. Только так мы спасемся. — Но у нас же нет серебра… — Винчестер растерянно посмотрел на Каса. — Есть, — маг снял с шеи свой медальон. Он стиснул зубы и, используя цепь как пращу, обмотал ее вокруг украшения. — Держи, — герцог слегка застыл, но все же взял в руки орудие. — Давай, пока он отвлечен!       Вендиго, пытаясь отбросить наседающих селян, снова повернулся к лестнице. Это был шанс. Винчестер, опираясь на здоровое колено, прищурился и, поймав цель, метнул их импровизированное оружие. Серебряный медальон, усиленный цепью, ударил Вендиго прямо в светящийся глаз.       Зверь издал пронзительный, полный агонии крик, который разорвал тишину ночи. Серебро обожгло его проклятую плоть. Вендиго задергался, схватился за голову и, потеряв равновесие, рухнул вниз, прямо на охапку факелов. Пламя мгновенно охватило сухую солому и его изможденное тело. Монстр корчился, издавая ужасные звуки, пока красноватый свет, исходящий из его глаз, не погас окончательно. Дин и Кастиэль стояли наверху, внимательно наблюдая. Наконец, Кас опустил голову и закрыл глаза, облегченно выдыхая. — Мы сделали это, — хрипло сказал Дин, глядя вниз на останки монстра и ошеломленных, но ликующих жителей деревни. Глава, чуть не плача от счастья и облегчения, поднял вила. — Победа!       Местные быстро схватили «хозяина» вендиго. По пути из землянки он не смог далеко уйти, ослабленный ранением и паническим бегством. Его обнаружили в зарослях, где он пытался залечить рану, накладывая на нее проклятый амулет, который Кастиэль мгновенно опознал как источник его нечистой силы. Едва увидев их, мужчина начал истерически выкрикивать угрозы, но был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Винчестер без лишних слов крепко связал ему руки. Когда они вернулись в центр деревни, где еще горели факелы и царило радостное возбуждение после победы над монстром, глава деревни тут же взял ситуацию в свои руки. — В погреб его! В самый глубокий! — Приказал он. — Пока не приедут городские власти и не увезут преступника в темницу.       Местные жители, полные мести и ярости, схватили охотника. Мужчина кричал и плевался, но его быстро поволокли к старому, холодному погребу, который раньше использовали для хранения овощей, и заперли там.       Уже поздним вечером, когда Кас и Дин вернулись в предоставленный им домик, в воздухе витала смесь усталости и тихого триумфа. Глава деревни и селяне долго благодарили их, но героям нужен был отдых. Дин, получивший свою порцию крепкого напитка, чувствовал себя на высоте, несмотря на пережитый шок. Да, он был опытным охотником, но вендиго был одним из самых опасных монстров, к тому же редким, поэтому Винчестер был истощен подобным боевым опытом. Он шел чуть впереди, напевая что-то себе под нос, но Кастиэль, который неотрывно следил за ним, тут же заметил неладное. — Дин, — окликнул маг. Винчестер остановился у крыльца дома. — Что? — Ты хромаешь, — констатировал Кастиэль, в его голосе не было обвинения, только озабоченность. — Дин тут же попытался выпрямиться, ставя ногу ровнее. — Нет, не хромаю. Тебе показалось, — Кастиэль подошел ближе и прищурился. — Ты бежал со всех сил. Твоя нога только недавно восстановилась. — Кас, не начинай, — герцог попытался отмахнуться и открыть дверь. — Это было еще летом. Я в порядке.       Но Кастиэль был настойчив. Он легко перехватил руку Дина, прежде чем тот успел взяться за дверную ручку, и перевел взгляд на его ногу. — Я не могу позволить тебе рисковать своим здоровьем. Сейчас же садись, я осмотрю ногу. И не смей мне врать, Дин. Я знаю, когда ты терпишь боль.       Винчестер вздохнул, понимая, что спорить бесполезно. В этом взгляде не было места для шуток или отговорок. — Ладно, — сдался он.        Герцог сел на ступеньку крыльца, скидывая сапог. Кастиэль опустился перед ним на колени, его пальцы осторожно обхватили лодыжку Дина. Винчестер смотрел, как Кас сосредоточенно ощупывает его ногу. На лице мага отразилось напряжение. — Ну что? Жить буду? — Со смешком спросил Дин. — Ушиб, — Кас провел большим пальцем по припухшему месту. — Ноге нужен покой. — Дин снова вздохнул, но уже с облегчением. — Не сломал, и на том спасибо. — Завтра ты никуда не пойдешь. Останешься в постели, пока я не закончу все дела. — Постель? Кас, ты же знаешь, что я не буду лежать, пока наш злодей сидит в погребе Нужно его допросить! — Возмутился герцог, пытаясь встать.       Кастиэль не позволил ему подняться. Он мягко, но настойчиво надавил на его плечо, возвращая на место. — Допросить его могу и я. Для этого у меня есть подходящие навыки. А ты останешься в доме и будешь восстанавливаться. Это приказ инспектора. — Черт бы тебя побрал с твоими приказами, — проворчал Дин. — Я не твой подчиненный. — Пойдем внутрь, — Кастиэль открыл дверь и, не дожидаясь протестов, подхватил Дина под руку, помогая ему доковылять до кровати.       Уже в домике маг зажег лампы и быстро нашел коробку с запасом лечебных трав и мазей, которые он всегда возил с собой. Дин улегся на кровать, скрестив руки на груди и недовольно наблюдая за его действиями. — Ты бы хоть на радостях попрыгал, что снова можешь меня нянчить, — съязвил он.       Кастиэль поднял взгляд, и в его глазах промелькнула тень той самой заботы, которая была видна без слов. Но он тут же спрятал ее за непроницаемой маской. — Сейчас будет немного холодить, — сказал маг, начиная растирать мазь на лодыжке герцога.       Дин поморщился от неприятных ощущений, но быстро расслабился под твердыми, теплыми пальцами Кастиэля. Он смотрел на склоненную голову мужчины, на то, с какой сосредоточенностью тот старается, и вся злость ушла. Он знал, что этот человек не оставит его в беде, и это было невероятно ценно. — Спасибо, Кас, — тихо сказал Дин, но маг ничего не ответил.       Свет в комнате давно погас. Ночная тишина вновь стала для них исповедальней. Дин ворочался, прислушиваясь к каждому шороху, но не мог избавиться от навязчивой мысли. — Кас? — М-м? — То серебро… что ты бросил в вендиго. Это же был твой медальон? — Наступила долгая пауза, более тяжелая, чем любая тишина. — Да, — наконец, с хрипотой в голосе ответил Кастиэль.       Дин почувствовал укол вины. Этот медальон был одним из немногих материальных воспоминаний Каса о его прошлой жизни, о времени, когда он был сильным магом. — Черт, Кас. Почему ты не сказал? Мы бы нашли другое серебро! — Дин сел в кровати. — Не было времени, Дин. У нас был один шанс, и мы должны были его использовать, — маг говорил ровно, но в его тоне чувствовалось напряжение. — К тому же, это была просто безделушка. Лишь напоминание о том, кем я был. — Ты его постоянно носил. Он много для тебя значил. — Монстр угрожал жизни людей и… нашей жизни. Выбор был очевиден, Дин, — Винчестер откинулся на подушки, глубоко вздохнув. — Я найду медальон утром. Найду и починю. — Не утруждайся, — голос Кастиэля смягчился. — Он сгорел вместе с монстром. А даже если и не до конца выгорел… он выполнил свое предназначение.       Дин лишь промычал что-то невнятное в ответ. Он чувствовал вину за то, что Касу пришлось потерять вещь, которая была для него своеобразным знаком силы и веры. Дин целый год хранил у себя этот медальон и был безумно счастлив вернуть его законному владельцу, а теперь осталась лишь кучка пепла, словно аналогия с прошлым мага, которое окончательно сгорело.       Допрос «хозяина» вендиго, который Кастиэль провел на следующее утро, используя смесь логики и психологического давления, дал шокирующие результаты, проливая свет на истинную причину произошедшего. Мужчина, оказавшийся не злым колдуном, а обезумевшим отцом, рассказал Кастиэлю историю, полную горя и предательства. — Это не был план захвата или магия зла ради власти, Дин. Это была месть, — тихо сказал Кастиэль, когда вернулся к Винчестеру. — Месть? Кому? — Кастиэль тяжело вздохнул, его лицо было мрачным. — Изначально было трое друзей-охотников. У одного из них была юная дочь. Два его друга… — Кас запнулся, и его глаза потемнели от отвращения, — они изнасиловали ее в лесу, а затем убили, чтобы скрыть следы преступления. Лесник стал свидетелем этой ужасной сцены, но побоялся вмешаться и позвать на помощь. — Дин сжал кулаки, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Черт возьми! — Отец девочки, третий охотник, был убит горем, когда дочь пропала. Только через несколько недель лесник, не выдержав терзаний совести, рассказал ему все, что видел. — И тогда отец сошел с ума, — заключил Дин. — Он обезумел не от отчаяния, а от желания возмездия. У его бабки были кое-какие знания о призывном колдовстве. Он использовал их, чтобы вызвать вендиго и подчинить его своей воле. Его целью были не только двое насильников-предателей, но и лесник, который проявил трусость. С помощью монстра он запытал до смерти своих бывших друзей и отомстил леснику за его бездействие. — Это ужасно, но… — Винчестер скривился, — он подставил под угрозу целую деревню. Если он хотел линчевать тех ублюдков, то мог бы сделать это более безопасным способом, без призыва одержимой твари. — Он — сломленный человек, совершивший чудовищный поступок. И теперь будет наказан за свои действия, — Дин молчал, переваривая эту трагическую историю.       На следующее утро, после плотного, хотя и торопливого завтрака, мужчины готовились к отъезду. Во дворе их уже ждал подготовленный к дальнему пути дилижанс. Глава деревни, окруженный несколькими жителями, провожал их. Он был невероятно гордым, стоял, расправив плечи, и благодарил их за спасение. — Конвоиры из столицы прибудут через несколько дней, — инструктировал Кастиэль, глядя на главу. — До этого момента: никаких контактов с заключенным, никаких разговоров. Погреб должен быть крепко заперт, и у двери постоянно должен дежурить надежный человек. — Все будет исполнено, господин, — заверил глава.       Дин, опираясь о повозку, молча наблюдал за этой сценой. В отличие от Кастиэля, он не испытывал облегчения: история сломленного отца, пошедшего на крайние меры ради мести, оставила тяжелый осадок на душе. Кастиэль, закончив с инструкциями, подошел к Винчестеру. — Ты готов? Как нога? — В норме. Ты же ее починил, — Дин попытался улыбнуться, но улыбка вышла невеселой. Он, наконец, посмотрел на Каса, и в его взгляде была скрытая тревога. — Я хочу поговорить с охотником. — Кастиэль не двинулся с места. Он смотрел на Дина с нескрываемым волнением. — Зачем? У нас нет времени. — Мне потребуется всего пять минут.       Кастиэль, видя упрямый блеск в его глазах, мгновенно сдался. Маг вздохнул, понимая, что его власть над герцогом заканчивается ровно там, где начинается его собственное упрямство. — Хорошо. Но я пойду с тобой.       Винчестер кивнул, и на этот раз не стал спорить. Они вместе направились к погребу, оставив местных в легком недоумении.       Когда Кастиэль и Дин спустились в холодный, пахнущий сыростью погреб, их встретила немая, жуткая сцена. Узкое помещение было погружено во мрак, лишь тонкий луч света, пробивающийся через щель в дверях, едва освещал центр. Охотник, который еще вчера был полон мстительного огня, был мертв.       Он висел, прислонившись спиной к каменной стене, и его голова склонилась набок. Смерть была явно добровольной: он использовал последнюю свою хитрость. Ему удалось ослабить веревки, которыми были связаны его руки, и, оторвав от своей старой кожаной куртки ремень, он крепко затянул его вокруг шеи, используя для этого выступающий каменный крюк в стене, предназначенный для подвешивания мяса.       Глаза его были открыты, пусты и смотрели в никуда. В них не было страха, только полное, наконец-то обретенное спокойствие. Дин замер на пороге. Все его охотничьи инстинкты, вся его злость на человека, который пытался его убить, внезапно улетучились, сменившись тяжелым, горьким сожалением. Кастиэль подошел ближе, опустился на колени и прикоснулся к холодной коже мужчины. — Он умер ночью. Отомстил за дочь, и больше ему не для чего было жить. Он предпочел собственную справедливость королевскому суду.       Дин медленно вошел вглубь погреба. Его взгляд упал на небольшой, аккуратно сложенный кусочек ткани, лежащий рядом с телом. Герцог подобрал его. Это был платок с вышитой розой — явно принадлежавший молодой девушке. — Наверное, это вещь его дочери… — тихо прошептал Винчестер. Кастиэль поднялся на ступеньку и положил руку на плечо Дина. — Здесь больше не на что смотреть. Пойдем.       Герцог, безропотно подчиняясь, кивнул. Они вышли из погреба, оставив мертвеца в тишине и темноте. Эта немая сцена была гораздо более убедительным приговором, чем любая темница.