Точка невозврата

      Когда в день поездки Дин увидел перед собой роскошный дилижанс, его сначала накрыл хриплый смех, а затем он недоуменно уставился на озадаченного Кастиэля, что стоял неподалеку, прижимая к себе кожаную сумку со слабыми магическими артефактами, которые мог использовать даже обычный человек. — Кас, ты серьезно? — Дин закатил глаза. — Мы будем тащиться в этом коробчонке в два раза дольше, чем верхом на лошадях. — Мы вроде никуда не спешим, — маг пожал плечами, и герцог в очередной раз сдержался, чтобы не выругаться. — Слушай, я на этой карете для маленьких принцесс не поеду, — Винчестер передернул плечами. — Мы с Ханной уже ездили на нем. Это очень удобно, тебе понравится. К тому же, начинает холодать, ехать верхом будет очень дискомфортно. Так что, выбирай, — глаза Кастиэля блеснули, — либо едем на дилижансе, либо ты остаешься дома. — Ты чертовски жесток, — проворчал Винчестер, скривив лицо. — Просто прагматичен, — невозмутимо ответил мужчина.       Дин смерил его долгим, испепеляющим взглядом. Угроза остаться в поместье, пока все самое интересное происходит без него, была для Винчестера совершенно невыносимой. К тому же, он не мог позволить Касу отправиться в такую поездку в одиночку. — Ладно, ладно! Ты победил, — Дин махнул рукой с откровенным раздражением. — Но если меня укачает, я буду припоминать тебе это до конца жизни. — Договорились, — Кастиэль едва заметно улыбнулся. Он открыл дверцу дилижанса и жестом пригласил Дина войти.       Винчестер, проклиная себя и весь мир, тяжело вздохнул, а затем полез внутрь. Дилижанс оказался неожиданно просторным, с мягкими сиденьями и даже небольшим откидным столиком. Когда Кастиэль забрался следом, он увидел, что Дин уже устроился поудобнее, скрестив руки на груди и недовольно уставившись в окно. — Надеюсь, мы будем тащиться чуть быстрее улитки! — Последнее, что прозвучало от герцога перед тем, как дилижанс тронулся с места.       Кастиэль лишь тихо вздохнул, а затем, пересев напротив Дина, достал из сумки карту и начал изучать маршрут. Он знал, что Винчестер будет ворчать всю дорогу, но это ворчание было для него куда приятнее тишины и одиночества. Он украдкой взглянул на успокоившегося герцога, почувствовав себя немного лучше. — Очень странно, что ты, будучи герцогом, питаешь такую ненависть к привилегиям для аристократов, — хмыкнул Кас, разворачивая карту. Дин оторвал взгляд от пейзажа, который проносился мимо окна, и перевел его на Кастиэля. — Привилегиям? Ты называешь вот это… привилегией? — Дин недовольно кивнул в сторону стенки дилижанса. — Нет, Кас, я не против, когда привилегия — это куча золота, хороший конь и отличный виски. Мне нравится простота передвижения. К примеру: быстрый конь, вот это я понимаю — привилегия. — Кастиэль опустил карту, позволяя себе задержать взгляд на Дине. — Ты говоришь о свободе, а не о простоте. Ты ненавидишь все, что тебя ограничивает, даже если это мягкое сиденье и защита от ветра. — Вот именно, дружище! Я хочу ощущать ветер в лицо, чувствовать лошадь под собой и знать, что если что, я могу сорваться с места, а не ждать, пока этот сарай затормозит. — Кастиэль кивнул, признавая правоту чужих слов, хотя и не разделяя его пыла. — Я учту это для следующей экспедиции, Дин. Но пока… — он постучал пальцем по карте. — Нам нужно обсудить план действий. Мы направляемся к границе баронства, где видели монстра.       Дин, довольный тем, что его эмоциональный монолог был услышан, тут же переключился на работу. — Что там за тварь? У Сэма же были кое-какие предположения. — Сэм предположил, что это может быть разновидность вендиго, — Кастиэль развернул карту полностью, показывая Дину отмеченный на ней участок леса. — Описания говорят о высоком, тощем существе, которое нападает на скот и иногда на одиноких путников. Зверь охотится в основном ночью, двигается невероятно быстро и, судя по следам, обладает огромной силой. — Вендиго? — Дин нахмурился. — Я думал, они исчезли. — Именно. И это то, что меня настораживает. Вендиго не убивает ради еды. По легендам — это бывший человек, который впал в каннибализм и был проклят. И он не должен покидать заснеженные северные леса. Тот факт, что монстр появился здесь, на юге, говорит либо о новом витке распространения, либо о том, что его кто-то приманил. — Приманил? Кто и зачем? — Это то, что мы должны выяснить, — Кастиэль обвел пальцем на карте небольшой лес, примыкающий к деревушке. — Мы прибудем на место завтра к вечеру. Наша задача: найти локацию, где зверя видели в последний раз, осмотреть останки скота и попытаться найти следы, указывающие на его происхождение или, что важнее, на того, кто им управляет. — Ясно. Значит, план такой: прибываем, вынюхиваем, а потом я его убиваю, — Дин потер руки в предвкушении. — Нет, Дин. План такой: прибываем, исследуем, а потом, возможно, ищем способ его нейтрализовать. — Кастиэль подчеркнул слово «исследуем». — Вендиго сложно убить обычным оружием, особенно если он одержим. Наши приоритеты — безопасность и новая информация. Ты не ввязываешься в бой в одиночку, это приказ инспектора, герцог. — Дин закатил глаза, но поймал строгий взгляд Кастиэля и решил не спорить. — Хорошо. Не ввязываюсь. Но если он сам ввяжется в меня, я не виноват.       Кастиэль вновь слабо улыбнулся, понимая, что рядом с Дином не стоит надеяться на благоразумие, но именно эта горячая несдержанность и сумасшедшая энергия и привлекала мага. Он тихо хмыкнул про себя, отчего Дин слегка взволнованно поерзал на месте, прежде чем спросить: — Слушай, я могу задать тебе личный вопрос? — Да, — Кастиэль озадаченно склонил голову набок. — Что ты хочешь знать? — Помнишь, ты говорил про свой источник, который запечатан в Хранилище Пустоты?       Кас слегка вздрогнул, не ожидая, что тема разговора вновь коснется магии. Он перевел на Дина пристальный взгляд, пытаясь понять, к чему тот ведет. — Да, и что? — А ты можешь вернуть себе силу, воспользовавшись этим источником? — Нет, это не сработает, — быстро ответил Кастиэль, переводя взгляд на карту. — Почему? — Дин нахмурился. — Если я правильно понимаю, то это, по сути, запечатанный колодец, из которого ты можешь почерпнуть силу, разве не так? — И да, и нет, — Кас вновь поднял взгляд на герцога. — Не зря же именно эта часть силы запечатана. Она скрывает в себе мои темные стороны. Да и к тому же, чтобы снова почерпнуть эту силу, мне нужно ее с чем-то соединить. А внутри меня не осталось и следа магии. Не из чего брать, понимаешь? — Значит, у тебя просто нет… «закваски», чтобы произошла реакция? — Дин задумался, пытаясь найти понятную аналогию. — Можно сказать и так, — подтвердил Кастиэль. — Когда я лишился силы, мое тело и душа опустели от магии. Чтобы «подключиться» к источнику, необходима хотя бы искра, которая срезонирует с запечатанной частью. Без этого я просто обычный человек. Даже если бы я прорвался в Хранилище, я бы не смог ничего поделать. — Твои «темные стороны», — Дин проигнорировал технические детали. — Это что-то опасное? — Кастиэль тяжело вздохнул, его взгляд стал отстраненным. — Это сила без контроля. Без моральных ограничений, которые я накладывал на себя, пока был магом. Это высокомерие, гнев, желание власти, которые, к счастью, я смог отсечь. Хранилище пустоты — это не только колодец силы, но и моя тюрьма для того, кем я мог бы стать.       Дин надолго замолчал. Он смотрел на Кастиэля, видя в нем не просто бывшего мага, а личность, которая сознательно отказалась от огромной мощи ради… ради чего? — И ты об этом не жалеешь? — Тихо спросил Винчестер. Кастиэль посмотрел на него. В его глазах не было ни тени сожаления. — Нет, Дин, не жалею. Если бы я сохранил ту силу, я, возможно, был бы безумен, как Люцифер.       Дин кивнул. Он не до конца понял все магические тонкости, но суть уловил. Кас пожертвовал частью силы, чтобы остаться прежде всего собой.       Первую ночь они заночевали в дилижансе, а прибыв на место, глава деревни предоставил им целый нежилой дом, который выглядел на порядок богаче остальных домиков в округе. Дин в очередной раз осознал, что главы деревень везде одинаковы: они всегда пытаются задобрить аристократию, боясь их гнева или поднятия налогов. Но в этот раз с ним был Кастиэль, поэтому фокус проблемы был смещен по большей части на монстра. — Завтра утром можно будет опросить наших женщин, — пролепетал мужичок, быстро перебирая своими толстыми ножками по усадьбе. — Они работают на земле, рядом с лесом. Повидали немало странностей. — Ладно, а как же охотники или лесники? — Дин нахмурился. — Ой, — глава ухватился за голову, — у нас один лесник остался. И то… с недавних пор у него крыша протекает… Беда, одним словом. Все боятся в тот лес соваться, после того, как трое охотников пропало. — Вот как, — Кастиэль взглянул на Дина. — Похоже на ситуацию с нашим проклятым лесом. — Да уж, похоже, — Дин кивнул, обводя взглядом их временное жилище. — Значит, лесник у нас сошел с ума, а мужики пропали. Что ж, Кас, похоже, завтра мы пойдем общаться с местными, а потом, возможно, наведаемся к этому леснику. Может, он обезумел, потому что увидел то, чего не должен был. — Это логично, — Кастиэль обратился к мужчине, который нервно топтался у порога. — Благодарим за гостеприимство. Нам нужно немного отдохнуть и подготовиться. Можете сказать нам, где здесь ближайшее место нападения? — Да, да, конечно! — Глава тут же оживился, почувствовав себя нужным. — Вон там, за полем, у старой изгороди. У фермера Густава весь скот перебили. Пойдемте, я вам покажу! — Не сейчас, — мягко остановил его Кастиэль, — утром. А пока, принесите нам, пожалуйста, что-нибудь простое на ужин и обеспечьте тишину. — Когда мужичок, кланяясь, наконец удалился, Дин повернулся к магу. — Хорошо, что ты его спровадил. Я уж думал, что он свалится в обморок прямо тут, от страха и желания нас задобрить. — Он просто боится, Дин, — Кастиэль начал раскладывать карты и защитные артефакты на столе. — И у него есть на это все основания. Нам нужно проверить дом. — Зачем? — Дин вопросительно поднял бровь. — Проверить на наличие защитных амулетов, символов или следов магии. Раз нас так быстро поселили в самое лучшее жилище, возможно, кто-то тут уже пытался обезопаситься. Если тут есть следы магии, мы хотя бы будем знать, что искать.       Они принялись осматривать дом. Дин, не доверяя «магическим штучкам» Каса, полагался на свою интуицию охотника, проверяя слабые места в доме и возможные тайники. Кастиэль же медленно обходил комнаты, держа в руках небольшой, странно мерцающий кристалл на тонкой цепочке. Кристалл оставался тусклым. — Чисто, — заключил Кас, возвращаясь в гостиную. — Никакой остаточной магии. Либо здесь давно никто не жил, либо магия была настолько слабой, что не оставила следов. — Замечательно, — Дин хитро улыбнулся, — теперь осталось дождаться ужина! — Кастиэль поднял взгляд от своих заметок и смущенно кивнул. — Да, ужин. Я совершенно забыл об этом. — Я не удивлен, — Дин с добродушным укором покачал головой.       Вскоре пришла молодая девушка, смущенно опустив глаза, и принесла им два деревянных подноса с простой, но сытной едой: тушеное мясо с овощами и свежеиспеченный хлеб. Когда они сели за стол, Дин тут же жадно набросился на еду. Кастиэль ел медленно, по-прежнему сосредоточенно, но уже с меньшим напряжением. — Кстати, — Дин, откусив большой кусок мяса, вдруг нарушил тишину, — ты не сказал, куда делась твоя лучшая подружка. Почему она не поехала с нами? — Ханна занята, — ответил Кастиэль, отодвигая тарелку. — Она по-прежнему помогает Чаку, а так же координирует работу других моих подчиненных. Это ее сильная сторона. К тому же, я счел, что здесь, на месте, ее помощь не потребуется, раз уж нас двое. — Двое, значит, — Дин усмехнулся. — А я-то думал, что ты просто не хочешь нас знакомить. — Не в этом дело, Дин, — Кастиэль посмотрел на него серьезно. — Я просто подумал, что ты будешь более… надежным напарником в полевых условиях, чем Ханна. Ты более приспособлен к бою и опасностям.       Это был, пожалуй, самый искренний комплимент, который Кастиэль когда-либо делал его охотничьим навыкам. Дин почувствовал неожиданный прилив гордости. — И все же я не доверяю ей, — пробормотал Винчестер с набитым ртом. — Твои подозрения лишены всякого смысла, — буркнул в ответ маг, не желая ссориться с другом. — Похоже, тебе просто не нравится Ханна по личным причинам. — Какие еще личные причины? — Дин возмущенно выпрямился, откладывая кусок хлеба. — Я просто говорю, что история с Наоми была очень мутной. Мне кажется, что Ханна что-то скрывает. — Кастиэль тяжело вздохнул, скрестив руки на груди. — Ханна — мой самый надежный товарищ, Дин. Она предана своему делу и мне. И она не обязана тебе нравиться, чтобы быть мне хорошей подругой.       Дин недовольно засопел. Он знал, что Кас прав, но ревность (хотя он никогда бы не назвал это так) к этой хитрой и умной женщине не давала ему покоя. — Ты повторяешься, — Винчестер снова взялся за еду. — Но если она попытается тебе навредить, я не смогу оставаться в тени равнодушия. — Кастиэль покачал головой, не в силах сдержать легкую улыбку от этой нелепой заботы. — Я запомню.       После ужина они умылись в деревянной бадье, а затем улеглись спать в одной комнате, в которой, к счастью, стояли две одинарные кровати, вполне комфортные для двух подтянутых мужчин. Кастиэль долго не мог уснуть, но думал он не о вендиго, а о Дине. О его парадоксальной смеси грубости и преданности, недоверия ко всем, кроме узкого круга избранных, и, конечно, о его избирательной неприязни к Ханне. Герцог тоже долго не мог уснуть. Он ворочался в своей кровати, прислушиваясь к тихому дыханию Кастиэля в темноте. Мысли о том, как легко маг его сюда затащил, не давали покоя. Наконец, не выдержав, он тихо кашлянул. — Кас, ты спишь? — Нет, — раздался тихий, спокойный голос. — Я могу задать тебе еще один личный вопрос? — Да, — не думая ответил Кастиэль, и Дин на мгновение запнулся. Это была тема, которую они, по какой-то причине, никогда не поднимали. — Ты когда-нибудь любил? Ну, по-настоящему.       Наступила долгая, неловкая тишина. Дин уже решил, что Кастиэль обиделся или просто не услышал, когда маг наконец заговорил, и его голос звучал глухо и напряженно. — Зачем ты спрашиваешь? — Просто… интересно. Ты такой… скрытный. Будто у тебя никогда не было личной жизни. Ты легко говоришь о чем угодно, кроме этой темы. — Кастиэль тяжело вздохнул, и Дин услышал, как скрипнули пружины кровати. — Да. Любил, — в его голосе прозвучало едва уловимое, болезненное сожаление. — Ее звали Мэг. — Она тоже маг? — Дин с интересом взглянул в сторону Кастиэля, но в темноте было не разобрать выражение его лица. — Нет. Она была человеком. Она была полной противоположностью мне. Безрассудная, смелая, яркая. Я встретил ее задолго до вступления в Совет. Она работала при храме, но мечтала жить путешествиями. — И что случилось? — Винчестер нервно сглотнул, понимая к чему все это ведет. — Ее убил монстр. Я не успел ее спасти. В тот момент жизни, мы немного отдалились, я был слишком занят своими амбициями, слишком холоден к ней.       Слова повисли в воздухе. Дин ощутил тяжесть этой внезапной откровенности. Он знал, что для Кастиэля говорить об этом было огромным усилием. — С того дня, Дин, — продолжил Кастиэль, его голос стал жестким, — я поклялся, что больше никогда не позволю себе полюбить человека. Потому что моя судьба — это магия, это долг. А жизнь человека… она слишком хрупка, слишком скоротечна. И я не могу позволить себе вновь пережить эту боль. Я не могу допустить, чтобы кто-то, кто мне дорог, умер из-за моей ошибки. Иронично, что теперь я и сам человек, правда?       Дин снова замолчал. Он хотел сказать что-то утешающее, но понял, что любые слова будут звучать фальшиво. Вместо этого он просто перевернулся на бок, глядя в темноту. Теперь он понял почему Кас был так одержим желанием спасать людей. Он не сумел спасти любимую женщину, поэтому поклялся себе помогать другим. Винчестер не осмелился высказать свое предположение вслух поэтому просто тихо ответил: — Мне жаль. Извини, что спросил. — А ты?       Дин снова повернулся на спину, уставившись в потолок. Он почувствовал, что атмосфера в комнате изменилась. Теперь пришел его черед быть уязвимым. — Я? — переспросил герцог, стараясь говорить беспечно, хотя голос его звучал глухо. — У меня были короткие… романы. Мне всегда нравились женщины, которые не задавали лишних вопросов и не пытались привязать к себе. — Но любил ли ты? Так, чтобы… бояться потерять, — уточнил Кастиэль. Дин тяжело выдохнул. — Не думаю. Моя жизнь всегда была непредсказуемой. Я не мог позволить себе привязаться. Я видел, как люди вокруг меня страдают или умирают. Поэтому решил, что лучше никого не впускать в свое сердце, чтобы потом не чувствовать боль потери.       Герцог ощутил, как его грудь сдавило. Эти слова, сказанные в темноте, были чистой правдой. — Я думаю, это моя привилегия, — продолжил Дин, пытаясь вернуть в голосе прежнюю иронию. — Герцог Винчестер, главный холостяк королевства. Никаких привязанностей и обязательств, только вечное бегство от скуки. — Кастиэлю было достаточно. Он просто тихо сказал: — Мы оба строим стены, Дин. Только ты строишь их, чтобы не потерять, а я — чтобы не причинить боль тому, кого люблю.       После этого они больше не сказали ни слова. Но Дин чувствовал, что их неловкая, но искренняя ночная беседа сделала эти невидимые стены чуть тоньше. Они оба не спали, прислушиваясь к дыханию друг друга, разделенные двумя футами пространства и целым миром невысказанных страхов.       Ранним утром герцога разбудили не местные, и не Кастиэль, а громкий, настойчивый крик петуха, который, казалось, решил оповестить о рассвете весь мир. Дин открыл глаза и раздраженно застонал, натягивая одеяло на голову. — Кас, задуши эту тварь… — И тебе доброе утро, — маг уже был на ногах. Он выглядел бодрым и собранным, одетым в тот же серый дорожный костюм, что и вчера.       Дин с трудом поднялся, морщась от утренней свежести. После ночной исповеди атмосфера в комнате стала странно интимной, даже при свете дня. — Кошмар, — проворчал Дин, начиная одеваться. Он быстро натянул плотные брюки и рубашку.       Когда они вышли из дома, деревня уже жила своей неторопливой, трудовой жизнью. Из труб бедных лачуг вился дымок, пахло свежей выпечкой и сырой землей. У калитки их уже поджидал глава деревни. — Господа, завтрак готов! — Мужичок выглядел чуть менее напуганным, чем вчера, очевидно, надеясь, что его гостеприимство принесет плоды.       Мужчины быстро позавтракали горячей кашей и чаем с булочками. А затем, сразу же направились к полям. Женщины, работавшие на земле, сначала робко косились на знатного гостя и его загадочного спутника. Но Кастиэль, говоря тихо, но убедительно, быстро разрядил обстановку. Он не требовал, а задавал точные, логичные вопросы: когда видели зверя, где именно, как он выглядел, издавал ли звуки, был ли у него какой-то специфический запах. Дин стоял немного в стороне, позволяя Касу вести допрос, но внимательно слушая. Он заметил, как одна из пожилых женщин нервно кусала губы. — Вы что-то хотите сказать? — Тихо спросил Дин, подходя ближе. Его голос, обычно властный, сейчас прозвучал мягко. Женщина вздрогнула. — Я… слышала. Не крик, милый. Я слышала, как он… говорил, — Дин и Кастиэль одновременно напряглись, обменявшись взглядами. — Что говорил? — Кастиэль немедленно подошел к ним. — Это был шепот. Не на нашем языке оно говорило.       Кастиэль побледнел. Дин почувствовал, как по его рукам пробежал холодок. Вендиго не говорят. Это был не просто хищник, а управляемое существо. — Думаю, у нас будет больше зацепок, когда мы наведаемся к леснику, — тихо проговорил Дин, склоняясь к магу. Кастиэль, потрясенный словами женщины, быстро свернул свою карту. — Спасибо вам. Вы нам очень помогли, — сказал маг, бросая мимолетный взгляд на главу деревни, который нервно стоял в сторонке.       Кастиэль счел это слегка подозрительным, что тот всюду следовал за ними, будто что-то вынюхивая. Дину пришлось даже немного рявкнуть на назойливого мужичка, чтобы тот скрылся с глаз долой, не мешая расследованию. Избавившись от излишнего внимания, они отправились на поиски лесника. Деревенский отшельник жил в одинокой, покосившейся хижине на самой окраине селения. Дверь была полуоткрыта, а двор завален каким-то хламом. — Осторожно, — прошептал Дин, вынимая небольшой нож. — Может быть, он лишь притворяется дурачком.       Мужчины осторожно вошли внутрь. В хижине царил хаос: мебель опрокинута, а стены были исписаны странными, размашистыми рисунками и символами, многие из которых Кастиэль тут же узнал. — Дин, посмотри! — Кас указал на стену, где углем был нарисован огромный, уродливый монстр, а рядом тот самый символ, который Кастиэль видел в древних манускриптах: знак, используемый для контроля над низшими демоническими и проклятыми существами.       Сам лесник обнаружился сидящим в углу, раскачиваясь взад-вперед. Это был седой, некогда крепкий мужчина, но сейчас его глаза были расширены от ужаса. — Он идет… — монотонно повторял старик. Кастиэль опустился на колени перед ним. Дин насторожено подошел ближе. — Кто идет? Монстр? — Не монстр! Охотник! — Лесник вдруг схватил Кастиэля за рукав, его пальцы вцепились в ткань. — Он дал ему имя. Он его привел. Он… заставил его убить остальных… — Кто? Кто этот охотник? — Дин спросил мягко, но настойчиво. — Тот, кто пахнет смертью, — прошептал старик, выпуская рукав. — Он приходил в лес. Хозяин оставлял метки. Хотел, чтобы зверь пришел. Хотел, чтобы… они умерли в муках… как и его дочурка…       Дин и Кастиэль вновь обменялись взглядами. Из его бессвязной речи можно было понять, что вендиго был приманен сюда, и целью были жители деревни. — Кто должен был умереть в муках? — Спросил Дин, слегка хмурясь.       Лесник вскинул голову и посмотрел прямо на Дина, его безумные глаза наполнились жуткой ясностью. — Охотники, — старик захохотал, задыхаясь — убийцы…       Внезапно дед задергался, его глаза закатились. Он изогнулся в неестественной позе, и из его рта хлынула темная, вязкая жидкость. — Вот черт, — тихо констатировал Кастиэль, резко отстраняясь. — Похоже, кто-то не захотел, чтобы он говорил больше. — Значит, вендиго просто оружие для мести. Марионетка. — Кастиэль поднялся, его лицо было мрачнее тучи. — Да. И это означает, что у нас мало времени. Мы должны найти этого «хозяина». — Лесник сказал, он оставлял метки. Где? — Дин оглядел хижину. Кастиэль указал на нарисованный на стене символ. — Вот эти. И если Вендиго был приманен, то они должны вести к его укрытию. Нам нужно идти глубже в лес, Дин. — Я знал, что это будет увлекательно, — Дин слабо улыбнулся, впервые за утро чувствуя себя абсолютно на своем месте.