Ожившие тени

С тихим стуком закрылась дверь. Шикаку стоял босыми ногами на полу. Всё ещё стоял, делая это ровно так, как он с момента появления Фугаку подскочил с кушетки и «виновато» замер возле неё. Теперь он просто молчком смотрел на закрытую дверь. За ней только что скрылись из виду две внушительные спины, спины Минато и Фугаку. И Шикаку должен был вздохнуть с облегчением, должен был расслабиться, ведь с уходом этих двух шиноби накал, что они создавали, обязан был развеяться, спасть, но этого не происходило. Голова была забита произошедшим здесь разговором, а собственных мыслей, напротив, не было, как будто Шикаку их все выжал досуха. Истратил их на непростое общение с Минато и с отцом Саске. Подчистую. Услышал в стороне от себя ворчливый голос ирьёнина, как видно, в присутствии Минато и Фугаку испытавшего и свою долю напряжения. Тот до самого конца, покуда они не вышли из кабинета, не раскрывал своего рта и не вмешивался в их разговор, даже тогда, когда их разговор зашёл о маленьком пациенте, которого этот ирьёнин и лечил. -Однако... у тебя суровый отец. Одной этой фразой он напомнил Шикаку о словах Фугаку, какие тот сказал «своему сыну» перед уходом. Напоследок. После Академии вернуться домой в «положенное» время. Таким образом сказав Шикаку и другое, а именно то, что рана у Шикаку была не смертельной, и то, что получил он её по своей же вине, потому никто делать послаблений ему не будет. Не снимет с него его обязательств. Стало видно, что старый ирьёнин со словами Фугаку был не согласен. Но когда Фугаку произносил их, ирьёнин молчал. Не вмешивался. Не заступался за своего пациента. А теперь... что толку от несвоевременных разговоров, когда те, кому надо было противостоять, отсюда ушли. Как и от ограниченной решимости, непроявленной, и теперь никому ненужной. Шикаку ни о чём таком не сказал старому ирьёнину, не выдал ни одной своей «мысли», и не изменившись в лице, он сел на кушетку и потянулся рукой за обувью. На Фугаку он обиды не держал. Ожидал от него нечто подобное. И скрывать здесь было нечего, всё же так или иначе он привыкал к методам этого Учиха. К его методам воспитания младшего. Привыкал постепенно и неизбежно. Привыкал к своей «необходимой» исполнительности. К послушности. К непререкаемому авторитету Учиха Фугаку. А ещё он ощущал за собой вину. Не без этого. И дело было не в Наруто и не в этой дурацкой ране на голове. Будто Шикаку раньше не дрался. Все мальчишки через это проходят и Шикаку был не первым, и не он будет последним. А дело было в том, что в отражении слов Фугаку, тому, что и как он сказал, Шикаку видел сокрытый оттенок недовольства, некую сдержанную сердитость, против которой ему спорить не хотелось. Потому то он и вознамерился покинуть госпиталь. И было понятно, что он ещё легко отделался. А также было понятно, что раз Фугаку крутился здесь, с этим пунктом Шикаку разумнее было не медлить. -Ты можешь не уходить сразу, – продолжил ирьёнин, садясь за свой стол и поглядывая на Шикаку. – Я тебе советую отдохнуть. Выспишься под моим присмотром, а к вечеру пойдёшь домой, – Шикаку, не морщась и не хмуря брови, отрицательно покачал головой и ирьёнин сдался. – Делай, как знаешь... – Шикаку был готов уйти. У двери чуть пригнул перед ирьёнином голову, тем выказывая перед работником госпиталя свою благодарность, а в ответ услышал от него напутствующие слова, вернее... чёткую инструкцию к действиям. – Береги свою голову, малец. -Да. Спасибо вам. Шикаку торопился скрыться с глаз ирьёнина не только из-за Фугаку. У него имелась ещё одна важная причина. Непрочитанное послание от Наруто. Именно его наличие в кармане шорт заставило Шикаку начать думать снова. И чтоб взглянуть на сложенный листок, ему пришлось, набравшись терпения, спокойно пройти к выходу из госпиталя, и щуря от солнечного света глаза, обойти здание, направляясь вдоль стены к тенистой аллеи, находившейся за госпиталем. К зоне отдыха, огороженной от окон госпиталя деревьями и бывшей в этот ранний час почти безлюдной. По быстрому решению Шикаку, выбранное им место было подходящим, чтоб собраться и привести мысли в должный порядок. Чтоб утайкой от других взглянуть на тот сложенный листок, что Шикаку, будучи в нетерпении, сжимал пальцами в кармане шорт. Но проходя у стены госпиталя вдоль нескончаемого ряда окон, то там, то здесь с самого утра уже открытых настежь, он вдруг услышал тихие голоса, среди которых был и сразу же узнанный голос Минато. Шикаку беззвучно припал спиной к стене, замер, за долю секунды позабыв о своём плане «хоть бы десять минут побыть одному» и позабыв о послании Наруто, какое он всё ещё сминал в напряжённых пальцах. -Это преждевременный вывод. Принять такое без проверки мы не можем, – Шикаку расслышал голос Фугаку, размеренный, негромкий и ровный, точно такой же, каким Фугаку несколько минут назад говорил «своему сыну» вечером быть дома. Фугаку словно предупредил его, что он тоже был здесь и что отсюда Шикаку, если он не хотел окончательно попасть в немилость к «отцу», надо было быть по-настоящему осторожным. Предельно. -Согласен. Не думаю, что они оба были детьми... Первый использовал на себе хенге и использовал трёх теневых клонов за раз. Он точно не был ребёнком. Не с таким набором. Подготовлен и опытен. Его кемуридама, я с такими мудрёными шашками не сталкивался. Он смог дезориентировать меня ими. Эффективно использовал их при нападении. А этот уверенный и тяжеловатый на звучание голос принадлежал Ибики Морино. Его Шикаку, как и голос Минато, мгновенно узнал, быстро предположив, что Минато зашёл в палату к своим подчинённым, а он, «сбившись с пути до Академии», так удачно вышел к окну этой самой палаты. -Да. Дымовые шашки у первого напавшего оказались действенными... – подтвердил слова Ибики тот, кто обладал неузнанным Шикаку голосом, вероятно, тот являлся пострадавшим Анбу. – При устроенным натиске мне из-за громких звуков и едкого дыма было тяжело определить, где находился Первый. А пока отбивал атаки и пытался с ним и его клонами сориентироваться, оглядеться не мог. Не знал о присутствии Второго. -Второй... – Ибики вновь перехватил разговор. – Я его не видел, о нём ничего сказать не могу. Но... если предполагать, что нападавшие на самом деле были детьми, то только Второй действовал, как мог бы действовать ребёнок... «Это он про мои неуместные разговорчики... Я бездумно окрикивал Наруто, ещё и предупредил Анбу о своей атаке... Действовал не разумно, сознаюсь...» -Ребенок... с такой мощной техникой? – голос Ибики перебил голос Фугаку. И судя по заданному вопросу, Фугаку скептически отнёсся к этому предположению. – Его неизвестная техника разнесла целый отдел архива меньше чем за половину минуты. С трудом верится, что это вытворил ребёнок, указанного вами возраста. Фугаку в этом сомневался, что было логично. «Ребёнок» не мог обладать упомянутой здесь техникой. Уникальной. И никому неизвестной. Техникой такой мощной, что она смогла напугать даже обладателя этой техники. Или же... Фугаку, говоря эти слова, намерено запутывал ситуацию. Сообразил «откуда растут неудобные хвосты» и уже старался, отваживал от своего сына внимание Хокаге. Мутил неясности и сеял среди собравшихся шиноби сомнения. Впрочем, что бы на самом деле не двигало Фугаку, Шикаку ему за это был благодарен. Чем больше Фугаку выдавал своих сомнений, разумных, заставляющих анализировать ситуацию в иных направлениях, тем менее определённо и ясно смотрелась вся эта ситуация. -Да. Техника второго не выглядела исполненной ребёнком... – опять взял слово обладатель неузнанного голоса. – Сознаюсь, при её виде я застыл. Не прокричи мне второй – «На пол», я мог бы там погибнуть. Его техника скоростная. Сокрушительная. Сбивающая с толку. Но второй нападающий был ребёнком. Это точно. Он скрывал своё лицо под обычной фарфоровой маской, нося её на резинке. Маска была для него большой и тяжёлой. Она съехала на бок, а он её поправил рукой. -Взрослый шиноби, использующий на себе хенге, не стал бы вносить эту деталь в свой внешний облик. Не посчитал бы это нужным, – правильно подвёл итог его словам Минато, а Шикаку похолодел, признавая, что подчинённый Минато был весьма наблюдательным. В том дыму и через прорези в маске этот Анбу «не увидел» у Шикаку активированного шарингана, хотя именно о нём Шикаку ждал услышать здесь. Хоть и боялся своей ошибки. Хоть и беспокоился, что ею принесёт вред клану Учиха. За остаток ночи и за утро извёл себя разными предположениями, догадками, что по этому поводу места себе не находил. Да и в том, что этот Анбу видел или не видел, ещё надо было разбираться. Уточняться. Чтобы не было никаких упущенных деталей. Тревожных нюансов, могших показаться в будущем. Но если этот Анбу «предположительно» и не видел шарингана, во что Шикаку не верилось, тот заприметил в Шикаку другую тонкость, уже озвученную им. Его бывшие неудобства с нелепой маской, какую ему тогда всучил Наруто. «Мне бы для начала определиться с личностью этого Анбу. Узнать о нём хоть что-нибудь». Так бы он поступил в прошлом. Столкнувшись со сложными задачами для ума, обыкновенно для себя Шикаку начинал собирать информацию. Для полного и выверенного анализа нужны были данные, каких у Шикаку сейчас не было. Голос этого Анбу Шикаку не узнавал, соотнести его с кем бы то ни было не мог. Не было ни одного предположения. Единственное, что приходило на ум Шикаку, что могло бы ему в этом помочь, за что можно было ухватиться, чтоб узнать пусть для начала личность этого Анбу, то была та любопытная возня Наруто с Анбу. И теперь, в связи с уже подслушанным из «их» разговора, та возня стала для Шикаку ещё более любопытной, чем она была раньше. И прежде, чем он напомнил себе, что Наруто знает больше его, что именно Наруто ключ к пониманию многих событий, он услышал голос Минато, прозвучавший близко к окну и заставивший Шикаку ещё на раз осмыслить серьёзность «его» ситуации. Того, где он был и кого именно он подслушивал. Того, что ему просто везло. Что не использовал чакру. Что, будучи Учиха Саске, он был мелким, неприметным малышом. Что он остановился у стены прежде, чем его макушку заметили из окна. Что Минато решил у окна обернуться спиной, а не... заинтересовавшись чем, выглянуть из окна, пусть просто для того, чтоб осмотреться. Везло. От полного осознание своего шаткого положения, где его выручала одна лишь удача, единственная бывшая на его стороне, Шикаку ощутил сильное внутреннее напряжение и мысленно приказал себе не двигаться. Не шевелиться. Строго. В противном случае Минато его заметит. В противном случае Шикаку попадётся ему. -Не ошибиться бы с ними... – произнёс Минато и чуть помедлил, привычно для себя в нужном ему моменте разговора задавая паузу. Шикаку за эту паузу прикрыл глаза и заставил себя сконцентрироваться на своей первоочерёдной задаче. «Слиться» со стеной здания. Стать одной с ней составляющей, настолько незаметной, насколько он мог это сделать при заданных ему условиях. – Первый из напавших, кодовое имя «Хокаге». Уровень – неизвестен, предположительно средний. Возможно выше. Возраст неизвестен. Показанный опыт в сражении – средний или выше. Нестандартный. Показал навыки сражения в замкнутом пространстве. Он использовал уникальные кемуридама со скрытыми, долго держащимися свойствами. Ими отбил возможности погони и последующего поиска. Показанный уровень чакры близкий к уровню джонина. Показанный уровень контроля чакры – уровень генина. Возможно выше. Он из пары напавших выступил в роли атакующего. Использовал технику Каге Бунщин но Дзюцу. В сражении привык работать с теневыми клонами. Выстоял против специального джонина и Анбу, действующих против него в паре. Второй... Кодовое имя «Тень». Уровень – неизвестен. Возраст неизвестен. Предположительно, Второй – ребёнок семи лет. Показанный опыт в сражениях – неизвестен. Показал неизвестную нам атакующую технику, кодовое название «Ожившие тени». Потенциал техники ранга – А. Возможно выше. Техника может проникновенно атаковать площадь до шести метров. Скоростная. Предположительно, техника основана на стихии Инь. Также из-за использования Вторым этой техники мы делаем предположение, что либо Второй – это сенсор и его восприятие окружения находится на продвинутом уровне, либо он – обладатель кланового додзюцу, помогшего ему управиться с заданной скоростью техники. Показанный уровень чакры – – уровень генина, но... вероятно, выше. Показанный уровень контроля чакры – неизвестен. Второй из пары напавших выступил в роли поддержки. Страховал Первого. Предположительно, Второй в сражении ориентируется на Первого. Привык быть незаметным. Умеет скрывать себя, что становится незаметным для шиноби уровня Анбу. Он договорил и последовала очередная пауза. Минато выдал подчинённым нужную информацию и давал минуту её обдумать. Шикаку не шевелился. Ещё при первых словах Минато сердце его замерло и билось едва ли через раз, скорее всего реже. Он чуть приоткрыл глаза, окинул ничего невидящим взглядом близрастущие деревья и сделал ровный, беззвучный выдох. Ему сейчас было не до своего окружения, и без того тревожного, что смысла оглядываться по сторонам уже не было. Он усиленно анализировал сказанные Минато слова, углядев для себя ещё одну сложность, быстро приобретавшую черты настоящей проблемы. «Анбу не мог ошибиться в возрасте «Второго»... Неточность сделана намерено. Кем и для чего?» Тоже самое было и с додзюцу. С шаринганом. Анбу проходят изнуряющие тренировки и отличаются от других шиноби не только уникальными умениями, техниками и разносторонним опытом, но и своей универсальной подготовкой, предельной внимательностью и собранностью, что они проявляют в любой ситуации, какая бы перед ними не складывалась. Чтоб Анбу с такой подготовкой пропустил у «противника» наличие активированного шарингана – маловероятно. Чтоб он ошибся в возрасте «противника» также маловероятно. Думать иначе – умышленно вводить себя в заблуждение. Шикаку крепко смял тонкие брови Саске на переносице. «За мной кто-то присматривает... или меня кто-то вылавливает?» Вот что приходило ему на ум. Что кто-то намеренно внёс неточность с возрастом Второго и умолчал о шарингане. Если инициатива шла от Минато, уже упомянувшего о додзюцу, то выходило, что он таскал с собой Фугаку не только из-за того, что тот был главой полиции Конохи. А если эта инициатива шла от Анбу, по своему усмотрению скрывшего от Хокаге важную информацию, то этот Анбу для Шикаку становился опасным. Шикаку вновь прикрыл глаза, концентрируя своё внимание на том, что могло бы ещё донестись из раскрытого окна, и пока он это делал, мысленно попросил Минато, державшего его в напряжении своей ранней речью, а теперь и своим молчанием, не интересоваться «необычным» видом из окна. Но разговор продолжился не совсем так, как ожидал Шикаку. Не так, как это могло быть раньше. -Согласен, – произнёс Ибики, будто был в этом разговоре равен Минато. Будто этого ответа Минато и ждал. -Согласен, – вслед за голосом Ибики раздался и ровный голос Учиха Фугаку. – Напавшую на архив парочку надо поймать. Документы, какие они забрали с собой, вернуть, а их личности выяснить. Техника Второго может принести Конохи бед. Оставлять это так – нельзя. -Не согласен, – тихо возразил обладатель неузнанного голоса. Шикаку даже чуть повёл головой. Едва не повернул ею, настолько сильное он испытал желание увидеть этого Анбу. -Объясни. -Первый и Второй – дети. Талантливые, дерзкие, но дети. Применять к ним ваши указания, Хокаге-сама, нельзя.