Бремя времени

Непроглядная тьма давила со всех сторон. Он парил в ней, не чувствуя ни тела, ни времени. Она пульсировала давящей болью, каждая волна которой отзывалась эхом в израненном теле. Он не мог думать, не мог видеть, не мог чувствовать, только смутно осознавал собственное существование как болезненный импульс в бесконечной пустоте. Сознание металось, словно испуганная птица в клетке, отчаянно пытаясь найти выход, но лишь натыкалось на непроницаемую стену тьмы. Временами во мраке вспыхивали обрывки размытых воспоминаний. Лица, голоса, события мелькали перед внутренним взором, но разуму не получалось зацепиться хотя бы за одну мысль. Тео медленно уходил глубже в эту тьму, постепенно теряя даже ощущение боли, растворяясь в ней. Парень чувствовал какие-то толчки, нарушая такой блаженный, хоть и тянущий покой. Он хотел отмахнуться, закричать, но тело не слушалось, прикованное к чему-то тяжёлому. Сознание сопротивлялось, не позволяя раскрыть увесистые веки, чтобы разглядеть фигуру нарушителя. Резкая вспышка боли пронзила лицо, заставив Тео невольно вздрогнуть. Толчки повторились, теперь уже более ощутимые и неприятные. Более реальные. И это до жути раздражило мозг. Какая-то часть его, погребённая под слоем боли и усталости, хотела дать сдачи, но сил совершенно не осталось. Они уходили из тела вместе с вытекающей влагой. Странный запах пробивался сквозь волны металла. Нос слабо сморщился, пытаясь распознать отдалённо знакомые ноты. Сквозь пелену, застилающую разум, пробился слабый, но настойчивый звук. Он был похож на далёкий гул, постепенно набиравший силу и обретавший очертания голоса. Тео пытался уловить слова, но они тонули в хаосе, творящемся в голове. Парень сжал кулаки. Или это были лишь игры его разума? Потому что своего тела он уже не чувствовал. Ноги и руки онемели и стали лишь безвольными кусками плоти, прицепленными к телу. Веки дрогнули и, с трудом преодолев убийственную усталость, приоткрылись. Мир вокруг плыл и плясал яркими вспышками. Парень поборол желание снова зажмуриться. Мозг соображал с трудом, но что-то ему подсказывало: если он вновь закроет глаза, то больше никогда не откроет их. Тео попытался сфокусировать взгляд, но перед глазами все плыло и расплывалось. Он видел лишь смутный силуэт, возвышающийся над ним, и чувствовал чье-то тяжёлое дыхание. Звук голоса стал громче и отчётливее, но разобрать слова по-прежнему не удавалось. Тео ощущал, как губы шевелятся, но из горла вырывался лишь слабый стон. Кровь во рту забулькала. Несмотря на слабость, химера чувствовала, как сознание постепенно возвращается к нему. Боль не утихала, но стала более терпимой, позволяя ему воспринимать окружающий мир более чётко. Силуэт над ним начал приобретать очертания, а слова, вылетающие изо рта — смысл. — Тео! — Прорвался первый чёткий звук до слуха. — Л-Лиам? — С трудом соображал Тео, хмуря брови, пытаясь разглядеть размытые черты. — Ты очнулся, — облегчённый вздох слетел с губ, но Лиам поспешил вернуть на лицо раздражённую маску, — чёрт, не смей снова терять сознание, иначе я достану тебя из ада и… — оборотень резко замолчал, закусывая губу, виновато заглядывая в чужое лицо, но потом, что-то поняв, злобно закатил глаза, зарычав, — просто не смей терять сознание. — Зачем ты… пришёл? — Говорить было трудно. Кровь вылетала изо рта вместе со словами, пачкая подбородок и грудь. После стольких экспериментов Тео научился чувствовать грань и понимать, когда в теле оставалось катастрофически мало крови. И сейчас её уровень стремительно близился к опасной грани. — Я же говорил тебе не связываться с всякими… — Лиам опустил взгляд вниз, с одной стороны, чтобы оглядеть масштабы беды, а с другой — чтобы не встречаться с этими хоть и затуманенными от боли, но до сих пор проницательными глазами, — это ведь был Хронис… да? — У меня не было времени узнать его имя, — Тео с трудом приподнял уголок губ в ухмылке, но тут же сморщился, теряя весь запал. — Ну, конечно, — устало вздохнул Лиам, нервно осматривая торчащую рукоять из живота парня. Если подростку не изменяла память, то сейчас через тело химеры проходило огромное толстое лезвие, наверняка поразившее какой-то орган. Но Тео был жив, значит, ещё не всё было потеряно. Оборотень до боли закусил губу, опуская одну ладонь на плечо парня, нервно сглатывая тугой комок в горле. Холодное. Даже сквозь одежду он чувствовал, как тепло покидает чужое тело. Так же когда-то Лиам держал умирающую Хейден, наблюдая, как жизнь оставляет кофейный взгляд. Подросток мотнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Вторая рука метнулась к животу химеры, обхватывая увесистую рукоять. Лиам сжал пальцы до побеления костяшек, поднимая на Тео виноватый взгляд. — Потерпи, — глубоко вдохнув, не дожидаясь ответа, он резко потянул мачете на себя, чувствуя, как сталь с мерзким хрустом вырывается из плоти. В голове пронеслась короткая, но острая вспышка боли, вязкой вонью исходящей от чужого тела. Тяжёлое лезвие вышло из живота химеры с влажным, чавкающим звуком, увлекая за собой сгустки тёмной крови химеры. Тео вздрогнул всем телом, его глаза широко распахнулись от боли, а из горла вырвался приглушённый стон, больше похожий на предсмертный хрип. Лиам, не отпуская рукоять мачете, отшатнулся назад. Огромная дыра зияла на месте раны, извергая потоки крови. Запах железа и страха наполнил воздух, заставляя Лиама невольно поморщиться. Он отбросил окровавленное мачете в сторону, обагряя ещё чистый участок земли. Тео откинул голову назад, пытаясь прикрыть глаза, но Лиам поддался вперёд, одной пощёчиной возвращая его в чувства. Оборотень пару секунд смотрел в глаза химеры и, кажется, заметив что-то странное, опустил ладони на продолжающееся расползаться алое пятно на футболке. Руки подростка тут же оказались перепачканы в крови. Лицо химеры исказила гримаса мучительной боли. Лиам стиснул зубы, борясь с подступающими слезами отчаяния, не понимая, почему тело не начинало восстанавливаться. — Какого чёрта, Тео? Почему ты не регенерируешь? — Не удержавшись, закричал Лиам, злобно посмотрев на лицо парня, будто это он был виноват во всех бедах. Что, в принципе, отчасти было правдой. — Он выстрелил в меня, — прошептал Тео, усмехаясь, — пуля застряла где-то под рёбрами. Я чувствую её. Лиам удивлённо приоткрыл рот, но лишь молча кивнул. Подросток послушно опустил взгляд на предположительное место, где скопилось подозрительно много крови. Не раздумывая, Лиам занёс руку, острые когти показались на глазах. Оборотень аккуратно разрезал намокшую ткань, с особой осторожностью отдирая её от липкой кожи. Глубокая рана показалась из-под слоёв одежды. Лиам с трудом удержал себя от нелестных комментариев в сторону Хрониса. У урода не было и капли человечности, о которой он говорил ему тогда, в классе. И как тварь, способная с такой жестокостью убивать живых существ, может кричать о защите невинных людей? — Нужно вытаскивать пулю, — подвёл очевидный итог Лиам. — С чего такая доброта, Данбар? — Усмехнулся Тео, давясь сгустками крови. — Закрой рот. Просто заткнись, если хочешь, чтобы я тебе помог, — Лиам начинал закипать. Даже на грани смерти Тео не мог унять свой жгучий характер, и хотя бы на пару секунд перестать донимать подростка, — помолчи, пока я снова не начал тебя ненавидеть, — еле сдерживая рычание, прошипел Лиам. К его удивлению, пыл Тео действительно поутих. Подросток не знал, послужила ли причиной смены настроения его угроза, или просто в теле химеры уже не осталось толком сил на возмущения и игры. Хотя Лиам знал, Тео был ужасно упёртым, и если бы он захотел, то мучил чужой мозг до самой смерти. В контроле эмоций и своего тела химера был мастером. И именно это сейчас так требовалось Лиаму. — Я могу достать пулю. Ты когда-то учил меня делать это, — задумчиво произнёс подросток, невесомо проводя пальцем по воспалившейся вокруг дыры коже. — Я? — Тео не смог сдержать искреннего удивления. — Да. Не углубляйся. Ты ведь умеешь абстрагироваться от боли? — Лиам вопросительно взглянул на парня, хотя уже знал ответ. Тео медленно кивнул, с подозрением окидывая лицо оборотня взглядом. Сердце химеры пропустило удар. — Откуда ты такой появился? — Слабо усмехнулся Тео. — Прошу, просто помолчи. Хотя бы пока я не достану из тебя чёртову пулю, — устало вздохнул Лиам. В его голосе не было ненависти или раздражения. Лишь слабые нотки тревоги срывались с губ, и это больше всего напрягало химеру. А ведь Тео был уверен, что сможет справиться со всем. За все те годы он успел подготовить себя к любым исходам и испытаниям, и уже не верил, что кто-то сможет пошатнуть его маску. Но этот неугомонный бета полностью перевернул его маску, постоянно хватая её и порываясь сорвать с лица, но почему-то в итоге оставлял у Тео. Химера давно заметил, что Лиам не доверял ему. Вот только его недоверие отличалось. Оно было иным, не таким, как у Стайлза, который анализировал каждый шаг Тео, чтобы подтвердить свои подозрения. Не таким, как у Скотта, который боролся со своей доброй душой. Не таким, как у агрессивной Малии. Оно было спрятано, но постоянно выскальзывало на свет. Лиам будто уже знал все планы Тео, но почему-то молчал о них. Лиам замер на мгновение, собираясь с духом. Он тяжело сглотнул, ощущая, как ком подкатывает к горлу. В его глазах мелькнула тень отвращения, но он быстро подавил её, сосредоточившись на задаче. Пальцы дрожали, но он лишь сильнее сжал кулаки, готовясь к неизбежному. Нужно было действовать быстро, пока веки Тео вновь не сомкнулись. И Лиам не был уверен, разбудит ли его и в этот раз удары по лицу. Зубы закусили губу, выпуская пару алых капель на подбородок. Выпустив когти, Лиам резко провёл ими вокруг пулевого отверстия. Кожа под острыми лезвиями разошлась почти мгновенно, обнажая багровую плоть. От увиденного его передернуло, в голове появились иллюзорные вспышки воспоминаний, которые клеймом закрепились в голове. Кровь хлынула сильнее, забиваясь под ногти и пачкая одежду. Лиам стиснул зубы, чувствуя тошнотворный запах железа, который усиливался с каждой секундой. Сейчас нельзя было отвлекаться на собственные чувства. Взяв себя в руки, подросток осторожно ввёл когти в рану, стараясь не задеть жизненно важные органы, но понимая, что это практически невозможно. Тео дёрнулся, из его горла вырвался приглушённый стон боли, который резанул по сердцу. Лиам нахмурился, раздражение с новой силой накатило на него. Гнев на самого себя заполонил душу. Руки тряслись, голова потяжелела, а к горлу подступила тошнота. Лиам не мог пошевелиться, пока не совладает с дрожью, в таком состоянии он не обещал, что вообще не грохнется в обморок. Что говорить о пуле, которая скрывалась где-то среди мяса и мышц. К запаху металла примешалось ещё что-то. Слабые солёные нотки коснулись носа. Лиам удивлённо принюхался, сначала даже не поверив в это. Взгляд медленно поднялся на лицо химеры и поражённо застыл. По щекам Тео бежали тонкие дорожки слёз. Парень смотрел куда-то в сторону, пытаясь абстрагироваться от боли и не привлечь к себе внимания. Сердце оборотня защемило. Тео до сих пор было больно, даже с его способностями игнорировать боль. Лиам взглянул вниз, на свою руку, залитую чужой кровью, на глубокую рану от пули и мачете. Подростку захотелось завыть от отчаяния. Как же он ненавидел Тео. Ненавидел за всё. За то, что тот появился в Бейкон Хиллс; за то, что пытался убить Скотта его же руками; за то, что смог найти нужные ниточки и перехватить власть над Лиамом, забравшись под его кожу. В какой момент Тео стал таким важным для него существом? Наверное, тогда, когда впервые показал свой истинный лик, решив наплевать на собственную шкуру и броситься в опасный бой с всадниками. Именно тогда Лиам впервые посмотрел на химеру не как на врага, а как на союзника и… друга. Тео стал его болезнью и панацеей одновременно. Чужая боль стала общей, и как бы Лиам не кричал о раздражении и гневе, который столько раз порождала химера, он не хотел терять эти чувства. Именно Тео помогал ему не сойти с ума этот год. Именно он не давал Лиаму свалиться в яму отчаяния на посту нового лидера стаи. Именно Тео стал новым якорем агрессивного подростка и его личным лекарством от всех тёмных мыслей. Лиам зажмурил глаза и резко поддался вперёд, впиваясь в бледные губы парня. Слух уловил, как встрепенулось от неожиданности сердце в чужой груди. Тео застыл, не смея пошевелиться. То ли его настолько поразил порыв оборотня, что парень потерял любую возможность возразить, то ли сам не хотел спугнуть момент. Лиам скользнул языком между губ, проводя влажной дорожкой по ровному ряду зубов, стараясь всеми силами игнорировать отвратительный вкус металла в горле. Кровь из чужого рта переливалась в его, норовя перекрыть дыхание. Чёрные полосы вспыхнули на лице. Лиам сморщил нос. Губы запылали от боли, медленно перетекающей в его тело. Подросток старался держаться, впитывая в себя всё то, что так мучило сейчас Тео. Обжигающие волны расплывались по венам, пропитывая кровь ядовитой болью. Лиам углубил поцелуй, отчаянно пытаясь вытянуть из химеры все чувства. Вкус железа и горечи становился всё сильнее, вызывая тошноту, но он не отстранялся. Тео, очнувшись от первоначального оцепенения, неуверенно ответил на поцелуй. Он чувствовал, как мучительная боль, терзавшая его изнутри, медленно отступила, освобождая место для слабости и лёгкого головокружения. Лиам стиснул челюсть, стараясь не выдать собственные страдания. Чёрные полосы на его лице становились всё ярче, пульсируя под кожей. Голова раскалывалась, в глазах темнело. Ему казалось, что он тонет в тёмном, густом болоте, которое с каждой секундой затягивает его всё глубже. Подросток чувствовал, как яд разъедает его изнутри, но не отступал. Лиам вцепился пальцами свободной руки в плечи Тео, стараясь не оставить ран ещё и там. Подросток собрался с мыслями, пытаясь абстрагироваться от чужой боли. Пальцы продолжили путь вслепую. Оборотень начал углубляться, разрывая ткани и мышцы аккуратными движениями. Кровь текла ручьём, заливая тело Лиама и ноги Тео. Когти скользили по влажной, скользкой поверхности, отвратительно хлюпая в крови и кусках плоти. Лиам задыхался от смеси запахов, смешанных с адреналином и страхом, отчаянно вжимаясь в губы. Наконец, кончики когтей нащупали твердый металл. Лиам крепко зацепил пулю и вытащил её из раны, попутно разрывая еще больше тканей вокруг. Кажется, Тео хотел закричать или застонать от боли, но чужие губы не позволили сделать этого. Его тело пронзила судорога, а по спине пробежал холодный пот. Лиам отбросил окровавленный кусок металла в сторону и отшатнулся, чувствуя, как его трясет от пережитого ужаса. Тонкая ниточка алой слюны протянулась между ними, разрываясь и падая на подбородок Тео. Подросток смотрел на зияющую, рваную рану, из которой продолжала хлестать кровь. Лиам скинул с себя куртку, прижимая ткань со спины, ещё не испачканную в крови, к почти незаметно, но начавшей затягиваться ране. — Получилось, — нервно усмехнулся Лиам, и уголки окровавленных губ приподнялись. Тео смотрел на чужое лицо с так и приоткрытым ртом. В голове проскочила мимолётная мысль. Оборотень сейчас показался ему до жути сексуальным. С кровью на лице и усмиряющейся тревогой в глазах. Первый смешок вырвался из горла. А потом ещё один, и ещё. Лиам истерично засмеялся, неожиданно роняя голову на плечо Тео. Тело подростка дрожало от нервных, мало похожих на веселье смешков. Химера застыла, не решаясь прервать этот момент. Тео впервые не понимал, как ему поступить и что вообще делать в такой ситуации. Подобное совершенно не входило в его планы. Стоило похлопать Лиаму, он один из немногих, кто смог выбить Тео из колеи. Лиам только сейчас понял, что почти не дышал. Первый вдох полной грудью обжёг лёгкие. Подросток вжался лбом в крепкое плечо, слушая успокоившееся сердце химеры. Взгляд бесцельно блуждал по полям, не желая разрывать этого момента. Лиам и не знал, что так истосковался по близости с Тео. На какое-то мгновение ему даже показалось, что он вернулся домой, в своё время, где они с Тео вместе и он может без опаски прикасаться к нему. Но все радостные мысли вылетели из головы, стоило взгляду наткнуться на ещё одно тело, которое он даже сначала не заметил. Раненное тело химеры забрало на себя всё внимание. — Он всё поменял, — горько прошептал Лиам, обхватывая себя руками, потирая промёрзшие плечи, снова опуская глаза. Его колени упирались в ноги Тео, лоб покоился на слабо дрожащем плече, — она не должна была умереть. Не сейчас. — Что ты… — попытался спросил Тео, но голос сбился, и парень замолчал, стараясь скрыть свой шок. Лиам отстранился от плеча, нервно облизывая губы. Он оценивающе посмотрел сначала на лицо химеры, опуская взгляд на раны. Они почти затянулись, по крайней мере, кровь больше не заливала поляну под ним. Лиам слабо кивнул, поднимаясь на ноги, всеми силами игнорируя дрожащие колени. Подросток без слов протянул раскрытую ладонь к Тео, в ожидании уставившись в совсем потемневшие глаза. Химера впервые испытала такой шок. С каждой секундой Лиам удивлял его всё больше, а с этой начинал пугать. Тео пару секунд прожигал протянутую руку, а потом, подумав, всё-таки обхватил чужую ладонь, принимая помощь. Лиам ловко подтянул тело к себе, ставя на крепкую землю ещё пошатывающуюся химеру. Тео продолжал настороженно поглядывать на подростка в ожидании удара. Раньше ему просто было интересно узнать, что скрывалось в этой импульсивной голове, но теперь, Лиам действительно напрягал и с этим пугал его. — Сможешь идти? — Спросил Лиам, кивнув на дрожащие ноги. Тео лишь кивнул, голос парализовало удивление. На языке ещё сохранился вкус оборотня, прорывающийся сквозь металлические ноты крови. — Будь осторожен, и больше ни за что не подпускай эту тварь к себе. — Да что, чёрт возьми, с тобой происходит? — Не выдержал Тео, — тебя в Доме Эха башкой о стену охранники приложили? — Ты сейчас не в том состоянии, чтобы что-то понимать. Я бы… хотел тебе рассказать, но боюсь, это усложнит всё ещё сильнее, чем сейчас. Мне и так хватает головной боли помимо тебя. Надеюсь, после сегодняшнего дня ты станешь умнее и больше не подпустишь его к себе, — Лиам бросил взгляд в сторону, нервно потирая плечи. Его внимание привлёк неприметный свёрток ткани на поляне. Усмешка сорвалась с губ. Оборотень последний раз окинул Тео нечитаемым взглядом и развернулся, чтобы уйти. Лес погрузился в тяжёлую тишину, давящую на тело химеры. Тео удивлённо приложил руку к груди, не понимая, что за странная боль возникла под рёбрами.

***

Лиам ворвался в комнату, громко захлопывая дверь. Ладони скользнули по лицу, собирая выступившие капли пота. Нервы клокотали в груди. В голове пульсировало, а перед глазами застыла отвратительная картина. Подросток помнил её иначе, в его сознании произошедшее выглядело менее… кроваво. Разорванные грудные клетки и горла, перерезанные надвое тела и заплывшие глаза, а среди них — огромный пугающий зверь, почти перекрывший весь автобус. Хотелось проколоть глазницы, лишь бы не вспоминать увиденное всего пару часов назад. Лиам не понимал, как в своё время умудрился оправиться от такого вида, потому что сейчас его почти вывернуло прямо в школьном дворе. Оборотень упёрся дрожащими ладонями в стол, пытаясь успокоиться бушующий в груди шторм. Колени потряхивало, а в горле стоял вязкий ком. В животе ворочалось нечто отвратительное, будто бы черви грызли его изнутри, требуя выпустить содержимое наружу. Он помнил запах, от которого сводило челюсти. Запах крови, перемешанный с вонью кишок и страха. Ему казалось, что этот запах въелся в кожу, пропитал каждую клеточку тела, и теперь он будет преследовать его до конца дней. Изображение расчленённого тела с неестественно вывернутой рукой, в которой всё ещё зажат какой-то потрёпанный учебник, возникало перед глазами, словно кошмар, зацикленный на повторе. Лиам зажмурился, чувствуя, как к горлу снова подступает тошнота. В голове стояли эти вспоротые животы, вываливающиеся внутренности. Подростка трясло от отвращения. Лиам попытался сглотнуть, но в горле пересохло. Воспоминания об этих разорванных телах, торчащих костях и лужах крови, казалось, навсегда припечатались к его сознанию, хотя когда-то он уже смог избавиться от кадров с распотрошённым мясом. Оборотень стиснул зубы до боли в челюстях. Парень закрыл глаза и глубоко вдохнул, стараясь сконцентрироваться лишь на биении своего сердца, игнорируя хаос, бушующий в голове. Образ зверя не выходил из мыслей, нашёптывая Лиаму жестокие моменты, которые ему ещё предстояло пережить, а он даже не знал, как можно это предотвратить. Стоило признать, жеводанский зверь заставил стаю побегать. Ноги гудели, но даже эта боль не могла сравниться с тем, что сейчас творилось в его груди. Лиам обхватил плечо, с трудом разминая ноющие мышцы. Ему нужно было остыть и собраться с мыслями, чтобы продумать дальнейший план действий. Он знал личность зверя, он знал, где будет его следующее нападение, но Лиам не мог так легко рассказать это другим. Может, оборотень и смог один раз испортить планы Хрониса, но кто знал, что безумец планировал дальше. Подросток должен был быть начеку каждую секунду, и это сводило с ума. — Тяжёлая ночь? — Насмешливый голос резанул слух в мёртвой тишине. Лиам оторвался от стола, резко разворачиваясь к источнику звука. Сердце ухнуло куда-то в пятки, подросток нервно сглотнул, не зная, что ему лучше сделать сейчас: врезать или наорать. — Какого чёрта, Тео?! — Всё-таки закричал Лиам, не сдерживая эмоций. Сегодня у его отца достаточно работы в больнице, так что ожидать его внезапного возвращения домой не стоило. По крайней мере, он помнил именно это, — ты опять влез ко мне в окно? — Нахмурился подросток. — Опять? — Тео удивлённо приподнял брови. — Забей, просто забей. Что ты здесь делаешь? — Отмахнулся Лиам, нервно втягивая воздух, стараясь успокоить разбушевавшиеся мысли, пока не сказанул ещё чего лишнего. — Я хочу получить объяснения, — легко ответила химера, пожимая плечами. Парень по-хозяйски сидел на кровати, с интересом разглядывая тело оборотня. Лиам начал раздражаться. И сколько этот придурок уже провёл в его комнате? — Объяснений чего? — Выплюнул оборотень. — Объяснений всего этого бреда. Ты явно что-то знаешь, но скрываешь. Причём ото всех, даже от своего любимого альфы. — Хватит упоминать Скотта, иначе я вырву тебе язык, — прошипел Лиам, угрожающе указав пальцем на Тео. — Хочешь сказать, что там, в лесу, ты мне пытался язык вырвать? Впервые вижу такой способ, но знаешь… я впечатлён, — улыбнулся Тео. Оборотень облизнул губу, стараясь унять поднимающийся гнев. Он знал, что будет жалеть. Чёрт бы его побрал, он жалел о своём порыве сразу же после побега от Тео, как только убедился, что ему больше ничего не угрожает. Ведь знал, что химера не оставит поцелуй без внимания, как что-то обыденное. Особенно между ними. — Ты на что надеешься? Если ты пришёл поиздеваться, то лучше проваливай. Я не собираюсь разговаривать с таким придурком, как ты. У меня и без тебя проблем достаточно, если ты не заметил. Между прочим, по вине твоих знакомых. — Эй-эй, спокойнее, волчонок, — улыбнулся Тео своей фирменной улыбкой, а у Лиама защемило сердце от до боли знакомого прозвища. Химера побеждённо вскинула руки, — я правда пришёл лишь поговорить, не нужно показывать свои зубки. Обещаю, я не буду доставать тебя. — Что ты именно ты хочешь узнать? — Вздохнул Лиам. Он слишком устал сегодня, чтобы ещё спорить с этим придурком. На тело навалилась странная апатия и пустота. Уже стало плевать на всё. Он и так поменял уже многое, чтобы думать над продолжением изменённого будущего. — Я изучил многое о психологии, перед тем как вернуться в Бейкон Хиллс. Я смог предугадать действия всей стаи. Всей, кроме тебя. Я заметил это ещё с первой встречи, пока остальные пытались меня прочитать, ты будто бы уже знал обо всём наперёд. Тебя не удивил факт моего предательства, да и твоё поведение… чёрт, ты первый, кто заставил меня задуматься, не сошёл ли я с ума, — горько усмехнулся Тео, — сначала ты огрызаешься и угрожаешь, потом предупреждаешь, после опять желаешь смерти, а потом… спасаешь от неё. Причём совершенно неожиданным образом. Честно, ты заставил впасть в ступор, такого я не ожидал от тебя. Так что с тобой, чёрт возьми, происходит, Лиам Данбар? — Боже… — выдохнул подросток, на секунду опуская взгляд в пол. В ногах до сих пор валялись обрывки бумаги, которую он так и не соизволил убрать с того дня. Просто не было сил даже прикасаться к тому, что внушало такие надежды и в один момент превратилось лишь в ненужный мусор. — Так что? — А знаешь, что… плевать. Плевать уже на всё. Всё и так испорчено. Произошло слишком много дерьма. От того, что ты узнаешь, уже ничего не поменяется. Меня достало играть в эти игры, — Тео заинтересованно сдвинул брови, скрещивая руки на груди, — хочешь знать правду? Прекрасно. Я тебе скажу. Я уже проживал всё это. Всё происходящее сейчас дерьмо уже было в моём прошлом, но теперь мне приходится заново проживать всё это! — Так… — нервный смешок сорвался с губ Тео. По его лицу было сложно что-то сказать, но Лиам почему-то был уверен, тот не поверил ему, — то есть ты хочешь сказать, что ты пришёл из будущего, и каким-то образом вернулся в прошлое? Верно? — Да! — Вскинул руки Лиам. — Ты ведь понимаешь, как бредово это звучит? — Ты изначально попросил объяснить этот бред! Я это и делаю. Хочешь, не верь, но я уже проживал этот год. С самого твоего прихода и… а чёрт, как же сложно, — отчаянно взвыл Лиам, пропуская пряди волос между пальцами. — Лиам… — Я знаю, что ты украл у того психа из дома Эха прибор, чтобы увидеть лицо жеводанского зверя, — резко выпалил он, встречаясь взглядом с глазами Тео. Всего на секунду в них промелькнуло удивление, но его быстро сменила насмешка. — Это ещё ничего не доказывает… — В детстве доктора проводили над тобой кучу экспериментов, чтобы создать идеальную химеру. Из-за частых вмешательств в твоё тело, ты научился абстрагироваться от боли. Так, как делал это в лесу. Ты сам мне это рассказал. В будущем, — не унимался Лиам. Разум испытал болезненную потребность открыться хоть кому-то, кто смог бы не только утешить, но и увидеть полную картину, и а не ту, которую Лиам сам решил показать другим. И он знал, Тео достаточно умный, чтобы сам сложить пазлы в нужном порядке. — Это уже интереснее, — улыбнулся парень, но в его глазах не осталось веселья. Теперь он действительно задумался над словами Лиама. Тео медленно поднялся с постели. Подросток инстинктивно отступил назад, упираясь бёдрами в стол позади. Руки самовольно упали на кучу ещё оставшихся в живых кусков бумаги, которые сохранили в себе хоть какую-то разборчивую информацию. Может, Лиам и решил раскрыться Тео, но он не собирался давать ему знания о будущем. Конечно, сердце и скучало по химере, но вот мозг понимал, что сейчас перед ним стоит всё тот же прошлый злобный и хитрый Тео. И он не ошибся, химера заметила мимолётное движение, приподнимая брови. — И что же в будущем заставило меня поделиться с тобой такой информацией? — Тео сделал широкий шаг к парню, заставляя его чуть ли не усесться на стол, чтобы сохранить дистанцию, — подожди… — в глазах парня вспыхнула искра, губы удивлённо приоткрылись, — это ведь связано с произошедшем в лесу? Получается, мы с тобой в будущем… — Закрой рот. Замолчи и не произноси это вслух, — приказал Лиам, выпячивая палец, но вспыхнувшие щёки и так послужили ответом, — не развивай эту тему сейчас. Сердце оборотня бешено колотилось. Он видел, как в глазах Тео мелькнуло непонимание, а затем зародилось подозрение. Химера становилась ближе, его взгляд прожигал насквозь, словно пытаясь заглянуть в самую душу подростка. Тео стремительно сокращал расстояние, игнорируя заметное напряжение, зародившееся в глазах Лиама. Подросток и хотел бы сбежать, но усталость и тоска по прошлому, настоящему, будущему — сплелись в тугой клубок в груди, не давая здраво рассуждать. Тео почти вплотную приблизился к нему, опасно наклонившись. — Что ты там прячешь? — прошептал Тео, его дыхание опалило щёку Лиама. Лиам закрыл глаза, выдохнув. Он слишком долго пытался, сражался с течением времени и самим собой. Но эта борьба вытянула из него огромное количество сил. Может, в чём-то Хронис и был прав — Лиам был слаб. Сознание пустило трещины, болезненно расползающиеся в голове. И сейчас, смотря в одновременно такие родные и чужие глаза, он больше не мог отрицать, что скучал. Скучал по этой наглой морде, что была рядом с ним как опора больше года. Лиам сдался. — Уже всё испорчено, — прошептал он в ответ, — мне нечего терять. И прежде чем Тео успел что-либо понять или сказать, Лиам подался вперёд и впился в его губы в отчаянном, почти болезненном поцелуе. Попытка остановить, отвлечь, а главное — утолить жажду близости, которая мучила его последние месяцы. Он знал, что это глупо, опасно, безрассудно, но сейчас ему было плевать. Сначала Тео опешил. Его тело напряглось, рука непроизвольно сжималась и разжималась, не зная, стоит ли врезать оборотню или подождать и посмотреть, что тот сделает дальше. Лиам обвил шею парню, прижимаясь ближе к нему, стараясь игнорировать явное удивление. И вдруг Тео ответил. Его губы размягчились, руки медленно легли на талию Лиама, притягивая его ещё ближе. Поцелуй стал требовательнее. Лиам почувствовал, как тает сопротивление в теле Тео, как напряжение сменяется ответной жадностью. Забыв о предосторожностях, он прижался всем телом к нему, пытаясь утонуть в этом моменте. Привычная дрожь пробежала по телу, смешиваясь с растущим возбуждением. Сейчас он не мог думать ни о чём, кроме тепла губ Тео и сладостной близости, которую он так отчаянно желал. Наконец, хоть и некоторое время, но он смог отрешиться от всех окруживших его бед. Отстранившись на мгновение, чтобы перевести дыхание, Лиам поймал удивлённый и немного растерянный взгляд Тео. В его глазах плескалось замешательство, но и неприкрытое желание. Этого было достаточно. Собравшись с духом, Лиам оттолкнулся от стола, заставляя Тео попятиться назад. Парень не сопротивлялся, поддаваясь его воле. И чёрт бы его понял, играет ли химера или действительно позволяет подростку взять вверх. Лиам, не разрывая поцелуя, продолжал подступать к Тео, пока тот не упёрся бёдрами в край кровати. Не давая Тео времени на раздумья, оборотень подтолкнул его к краю, и тот рухнул на матрас. Ещё секунда — и Лиам уже сидел сверху, не прерывая поцелуй. Губы двигались в унисон, языки переплетались в танце, высекая искры. Руки подростка скользили по плечам Тео, спускаясь к его груди, очерчивая контуры тела. Он чувствовал, как под пальцами напрягаются мышцы, как учащается дыхание химеры. Разум начал отключаться, а тело запылало уже привычным жаром. Он не знал, к чему это приведёт, но сейчас ему было всё равно. Он хотел этого, и Тео, казалось, тоже не возражал. Поцелуй становился всё более страстным и голодным, оба парня жадно ловили каждый вдох, каждый выдох друг друга. Лиам отстранился на секунду, чтобы взглянуть в глаза Тео. В них больше не было удивления или замешательства, лишь одно чистое, неподдельное желание, похожее на то, что испытывал будущий Тео. Его Тео. Тело помнило касания, откликаясь на чужие ласки и крепкие ладони, сжимающие его талию. Лиам нырнул руками под футболку, очерчивая рельефные мышцы торса. Взгляд Тео затуманился, губы приоткрылись в немом приглашении. Лиам не мог больше сдерживаться. Он резко поднял руки, срывая с себя футболку и отбрасывая её в сторону. Кожа его горела, требуя прикосновений. Он вновь накрыл губы Тео своими, ощущая, как тот подаётся навстречу, впуская его в свой мир. Мир, который первым открылся подростку когда-то в прошлом-будущем, и показался сейчас. И это ещё сильнее распаляло душу. Лиам оторвался от губ Тео, переводя поцелуи на шею, плечи, ключицы. Чувствуя, как тело под ним вздрагивает от каждого прикосновения, он приподнялся и принялся стаскивать футболку с Тео. Парень не сопротивлялся, послушно поднимая руки вверх, позволяя Лиаму освободить его от ткани. Обнажённый торс Тео обжёг кожу Лиама, заставляя его издать тихий стон. Он вновь прильнул к губам химеры, утопая в таких давно желанных поцелуях. И как после стольких бед, что принёс Тео, он до сих пор мог до безумия хотеть это тело? Раздевшись до пояса, они на мгновение оторвались друг от друга, жадно ловя воздух. В полумраке комнаты глаза Тео казались чёрными омутами, полными желания. Лиам видел в них своё падшее отражение. Не говоря ни слова, они принялись избавляться от остальной одежды, помогая друг другу расстёгивать пуговицы и скидывать ремни. Пальцы дрожали, из-за чего джинсы не поддавались с первого раза. Сбросив с себя остатки ткани, Лиам вновь прижался к Тео всем телом. Кожа к коже, тепло к теплу. Они сплелись в единое целое, ощущая биения сердец друг друга. Лиам чувствовал, как возбуждение нарастает с каждой секундой, как его тело требует большего. Он жадно целовал химеру, не в силах оторваться от него ни на секунду. Внезапно Тео перехватил его талию. Он резко перевернул Лиама на спину, нависая сверху. Оборотень ахнул от неожиданности, но не сопротивлялся. Поцелуй не прервался ни на мгновение. Губы Тео жадно и требовательно ласкали его губы, заставляя забыть обо всём на свете. Руки химеры скользили по телу, вызывая дрожь и слабость. В голове Лиама царил хаос из чувств и желаний. Он уже не понимал, кто он, где он и что происходит. Была лишь необъятная жажда близости с этим парнем, которого он одновременно любил и ненавидел. Он закрыл глаза, полностью отдаваясь во власть своих ощущений, позволяя Тео вести его в пучину страсти. Тео оторвался от губ Лиама, оставляя за собой влажный след, протягивая вязкую ниточку слюны. Не давая ему времени на передышку, химера принялась осыпать поцелуями его шею, спускаясь ниже, к груди. Язык Тео ласкал соски, заставляя их напрячься в возбуждении. Лиам застонал от удовольствия, запрокидывая голову назад. Пальцы судорожно вцепились в волосы Тео, удерживая его ближе. Грудь тяжело вздымалась, обострённый слух с удовольствием улавливал быстрые биения сердца и томное дыхание сверху. Химера приподнял уголок губ в ухмылке. Тепло с груди пропало. Лиам открыл глаза, вопросительно глядя на Тео. Тот молча смотрел на него сверху вниз, в его глазах плясали черти, которые так бесили и заводили оборотня. Тео поднёс три пальца к его губам. Лиам тихо фыркнул, отводя взгляд. Они уже лежали голыми в его спальне, но почему-то именно этот жест ужасно смутил подростка. Забыв о стыде, оборотень приподнялся на локтях. Он потянулся к руке Тео, обхватывая его пальцы своим ртом. Медленно и чувственно он начал облизывать каждый палец по отдельности, смачивая их слюной. Рука обхватила запястье, удерживая руку на одном месте. Тео неотрывно следил за действиями Лиама, не в силах отвести взгляд. Язык Лиама ласкал подушечки пальцев, проникая между ними. Это сводило с ума, вышибая любые мысли из головы. Мир улетучился куда-то на десятый план, а проблемы — на весь сотый. Внезапно стало плевать на завтрашний день или даже следующий час. Сейчас Лиам хотел отдаться во власть своих чувств, которые, как он уже решил, больше никогда не испытает. Каждый нерв в теле подростка натянулся, как струна, готовый вот-вот лопнуть от переизбытка ощущений. Он чувствовал, как по венам разливается жар, а внизу живота зарождается тягучее, настойчивое желание. В голове пульсировала лишь одна порочная и предательская мысль, в которой он бы не признался никому, даже самому Тео. Он не мог насытиться этим новым и одновременно забыто старым ощущением. Наконец, словно очнувшись от наваждения, Тео медленно вытащил пальцы изо рта Лиама, наблюдая, как мягкие губы пошло размыкаются. Слюна блестела на коже, делая её ещё более соблазнительной в тусклом свете комнаты. Его взгляд скользнул по лицу Лиама, задерживаясь на влажных, приоткрытых губах. Тео коснулся кончиками пальцев бедра оборотня, осторожно поднимаясь выше, пока не нашёл сжатое кольцо мышц. Лиам смотрел на парня сквозь влажные дрожащие ресницы, переставая осознавать ситуацию. — Не боишься кары небесной в лице одного злого альфы? — Насмешливо прошептал Тео в самые губы. — Я ненавижу тебя. Просто закрой свой чёртов рот, — и Лиам обхватил шею химеры, притягивая её для очередного поцелуя. Тео прикоснулся к нему, вызывая у оборотня дрожь. Медленно, с неприсущей ему осторожностью, парень проник в тело, начав аккуратно растягивать тугое колечко одним пальцем. Лиам застонал, закрыв глаза и запрокинув голову назад. Второй палец последовал за первым, постепенно углубляясь, давая телу Лиама привыкнуть к новым ощущениям. Тео наблюдал за его реакцией, сквозь пелену возбуждения пытаясь выловить подвох. Мозг ещё не до конца осознал происходящее в комнате, но почему-то химере не хотелось сейчас думать об истинных мотивах оборотня, который вполне мог обманывать его. Очень странным и неординарным способом. Пространство между ними наполнилось напряжённым молчанием, нарушаемым лишь прерывистым дыханием. Тео добавил третий палец, чувствуя, как податливая плоть растягивается под его напором. Лиам вскрикнул, вцепившись руками в плечи Тео, его тело затряслось мелкой дрожью. Химера замерла, давая ему время освоиться, наслаждаясь каждым сорвавшимся с чужих губ стоном. Тео никогда не видел Лиама в таком виде, но открывшаяся картина до безумия понравилась ему. Подушечки пальцев нащупали бугорок, и тело оборотня пробила мелкая дрожь. Лиам до боли закусил губу, запрокидывая голову, сильнее впиваясь в плечи Тео, оставляя на коже глубокие царапины. Это и послужило для парня сигналом для дальнейших действий. Пальцы выскользнули из тела, заставляя Лиама неосознанно податься вслед за ними, чтобы вернуть приятные ощущения. Тео усмехнулся, снова прижимаясь к блестящим от слюны губам. Он прошёлся по ним своими, слегка прикусывая и зализывая, прежде чем оторваться. Воздух между ними был наэлектризован желанием, каждая клеточка тела требовала большего. Тео отстранился, наблюдая за тем, как влажные глаза Лиама смотрят на него с невиданным ранее ураганом эмоций. Тео медленно провёл рукой по его животу, опускаясь ниже. Он обхватил его член, чувствуя, как он горячо пульсирует в его руке. Лиам выдохнул, тело задрожало от прикосновений. Тео начал двигать рукой вверх и вниз, медленно, но уверенно, наращивая темп. Лиам застонал, закрыв глаза, полностью отдавшись во власть ощущений. Тео продолжал ласкать его член, чувствуя, как он становится все тверже и горячее. Другой рукой он подхватил бедро подростка, приподнимая его, закидывая стопу на своё плечо, давая себе больше пространства. Он медленно поднес свой член к входу Лиама, ощущая лёгкое сопротивление. Оборотень затаил дыхание, стараясь сконцентрироваться на чужой руке, скользящей по плоти. Химера остановилась, посмотрев в глаза Лиаму, словно даже сейчас ждал, что оборотень в любой момент может обвести его. Глупо, но странная тревога не отпускала его. Но, противореча мыслям парня, в глазах Лиама было лишь нескрываемое наслаждение. Тео прикусил губу, собираясь с духом. Медленно, с особой осторожностью даже для себя, он начал входить в Лиама. Оборотень вскрикнул, вцепившись руками в плечи Тео, его тело напряглось. Парень замер, давая время привыкнуть к ощущению. Он чувствовал, как Лиам сжимает его член своими мышцами. Тео начал осторожные движения, углубляясь всё больше и больше. Когда член полностью оказался внутри, с губ Тео сорвался неожиданный выдох. Он на мгновение замер, наслаждаясь близостью и непривычным теплом. Затем он начал медленно двигаться, чувствуя, как тело Лиама отвечает на него. Он продолжал ласкать член Лиама рукой, поддерживая его возбуждение. С каждым толчком удовольствие нарастало, захватывая их обоих. Лиам стонал, царапая спину Тео своими острыми когтями. Они двигались в унисон, их тела переплетались в единую фигуру. Оборотень впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему живым и счастливым. Стоны Лиама смешивались с тяжёлым дыханием Тео. Парень склонился над подростком, жадно и требовательно целуя его влажные губы. Язык Тео скользнул в рот Лиама, сплетаясь с его языком в чувственном танце. Мир вокруг них перестал существовать, оставив только их двоих в этом небольшом пространстве удовольствия. Темп движений нарастал, их тела двигались всё быстрее и сильнее, кровать билась о стену. Тео чувствовал, как оборотень сжимает его внутри, подталкивая к оргазму. Он застонал, запрокидывая голову назад. Тело оборотня содрогалось в конвульсиях, приближаясь к своей кульминации. Тео чувствовал его возбуждение, оно передавалось ему по воздуху, наполнившемуся запахом их пота и похоти. В одно мгновение оргазм накрыл химеру, лишая разума. Он извергся в Лиама, чувствуя, как его сперма заполняет его тело. Тео до крови закусил губу, пытаясь заглушить собственный голос. Рука продолжала по инерции двигаться по члену, вырывая из Лиама один громкий, оглушительный стон. Парень откинул голову назад, кончая и пачкая ладонь и живот Тео. Химера медленно вышла из Лиама, устало заваливаясь рядом. Волосы пропитались потом и налипли на лоб. Тео с полным непониманием обратил взгляд на подростка, пытаясь высмотреть что-то в его затуманенных после секса глазах. Лиам почувствовал на себе чужой взгляд, нехотя оборачиваясь к нему, прижимая пылающей щекой к такой же горячей подушке. Оборотень приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но в горле пересохло. Парень нервно облизнул губы, повторяя глупую попытку. — Ну что ещё? — Устало спросил он. — Ладно, теперь я совсем ничего не понимаю. И если честно… всё ещё не до конца верю в твои слова о будущем. Если это был такой глупый способ пытаться заставить меня работать на вас… — О боже, какой же ты придурок, — обречённо взвыл Лиам, прижимая ладони к пылающему лицу, — я бы в жизни не переспал с тобой, ради чего-то подобного. Чёрт, как я вообще умудрился с тобой связаться в будущем? — Ты ведь понимаешь, что поверить в путешествия во времени сложнее, чем в то, что это у тебя совсем сорвало крышу из-за всего происходящего? — Слушай, — вздохнул Лиам, резко переворачиваясь на бок, подпирая голову, морща нос от неприятного тянущего ощущения в пояснице, — завтра во время игры по лакроссу на стадион нападёт жеводанский зверь. Скотт сцепится с ним, а ты… — подросток притих, окидывая Тео напряжённым взглядом. И что-то подсказало химере, что Лиам действительно знал, что тот будет в этот день, — я знаю личность зверя, — вместо этого произнёс подросток, заваливаясь обратно на спину, уставившись в потолок, лишь бы быстрее разорвать этот тягостный зрительный контакт. Почему-то внезапно стало стыдно за всё случившееся. — Серьёзно? И кто же это? — Теперь уже Тео приподнялся на локте, чтобы заглянуть в лицо парня. — Я не могу тебе сказать, потому что знаю, зачем он тебе нужен. Но поверь, когда ты узнаешь, кто скрывается за маской зверя, ты поймёшь, что я знал. — Ты действительно невыносим, волчонок, — усмехнулся Тео, хитро взглядывая на тело оборотня.