Меланхолия

Комнату озарил яркий свет, Дьявол аж сморщился, отпустив растерзанное тело на каменный пол. Князья Ада резко отвернулись. Из света вышли два сияющих ангела, их крылья были широко расправлены. Но у всех было ощущение, что фигур на самом деле было три. Третья же не имела очертаний. Но была в несколько раз больше двух ангелов. Казалось, её размеры на самом деле непомерно огромные и не имеют границ, но при этом прекрасно умещались в этом небольшом тронном зале. Ангелы разошлись в стороны, и свет зашагал вперёд них. Дьявол въедливо всмотрелся в сияющий силуэт. Он постепенно стал обретать понятные глазу очертания рук, ног, лёгкой вуали, длинных волос, но лицо будто бы растворялось. Менялось. Не могло определиться, каким быть, или просто казалось, что оно было разным. По крайней мере, каждый в этом зале видел свою картинку. — Ты проиграл, — раздался тихий, у самого уха шепчущий, певчий голос. Словно давно позабытая с рождения мелодия бесконечной любви и тёплых объятий самого солнца. Дьявол поджал губы. — С ЧЕГО ТЫ ВЗЯЛА? Господь улыбнулась. Никто не мог этого рассмотреть, но чувствовал каждый. — Потому что всё закончится здесь и сейчас. — МЫ ДОГОВАРИВАЛИСЬ О ДРУГОМ. ТЫ ЗНАЕШЬ ПРАВИЛА. ТЫ САМА ИХ УСТАНОВИЛА И ТОЖЕ ПО НИМ ИГРАЕШЬ. Азирафаэль суетливо бегал глазами, выискивая Кроули, и когда, наконец, нашёл, его сердце, по ощущению, остановилось. — Конечно. Если бы ты только не нарушал их тоже, — мягко ухмыльнулась Она. Дьявол бросил взгляд на тело чуть поодаль себя. — ОНИ ВТОРГЛИСЬ В МОИ ВЛАДЕНИЯ, ЧТО Я, ПО-ТВОЕМУ, ДОЛЖЕН БЫЛ ДЕЛАТЬ? МОЛЧА СМОТРЕТЬ? ЧАЮ НАЛИТЬ? ЧТО? — Не вмешиваться, — тихо, нежно сообщила она. Сатана сощурился. — НО ТЫ ТОЖЕ ВМЕШАЛАСЬ, — указал он рукой на Азирафаэля, тот настолько был сейчас не здесь, что даже не обратил на это внимания. — ТЫ НАРУШИЛА СОБСТВЕННЫЕ ПРАВИЛА. — Это череда случайных событий и не более. Я не вмешивалась. — КОСВЕННО ПОВЛИЯЛА. ПУНКТ 3, ПАРАГРАФ 8. ЧТО ДАЁТ МНЕ ПОЛНОЕ ПРАВО ДЕЙСТВОВАТЬ ПО СВОЕМУ УСМОТРЕНИЮ. — Это была ИХ воля. Я не влияла. Особое условие под звёздочкой: случайности, созданные волей существ, не считаются за косвенное вмешательство. Гавриил суетливо выискивал взглядом Вельзевул и, наконец, нашёл её связанной подле ног других демонов. Она сжалась и ей явно было очень неудобно и больно в таком положении. Глаза Бывшего Архангела сверкнули неистовой яростью, но он не смел двинуться, пока выступала Она. — ОНИ ДОЛЖНЫ БЫЛИ УНИЧТОЖИТЬ ЕГО, — указал Дьявол на Гавриила, — НО НЕ СДЕЛАЛИ, И ПОСЛЕ ЭТОГО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ЭТО НЕКОСВЕННЫМ ВМЕШАТЕЛЬСТВОМ? — Я наблюдала. Но не вмешивалась. Они сами принимали решения. А подсказывать, как лучше, я не имею права. Это был твой просчёт, что всё случилось, как случилось. Никто не мешал тебе применить… санкции в отношении твоих работников. — ТЫ ИГРАЕШЬ ГРЯЗНО! ВСЕГДА ГРЯЗНО! — Я играю по правилам. По своим собственным правилам, — улыбнулась Господь. — Полагаю, в этот раз у нас ничья? Дьявол кусал губы. — НО Я ИМЕЮ ПРАВО ВЫБРАТЬ «УЧАСТЬ» КАЖДОГО. ВЕРШИТЬ ПРАВОСУДИЕ. — Ты уже, — широко взмахнула Она светлой рукой, указав в сторону растерзанного тела демона. — Правда. Вот незадача. Расщепление возможно только в случае твоей победы, Дьявол. Сатана проскрипел зубами. — Я НЕ ВОСКРЕШАЮ. ЭТО ТВОЯ РАБОТА. НО. ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ВМЕШИВАТЬСЯ. ВМЕШАЕШЬСЯ, И ТОГДА Я ИМЕЮ ПРАВО РАСЩЕПЛЯТЬ. Господь шагнула чуть вперёд. — Никто не просил воскрешать, нужно лишь вернуть то, что ты уничтожил, — тихий голос влился в уши ангелов: Помогите, — чётко произнесла она, указывая светящейся рукой в сторону Повелителя Мух. Гавриил сорвался с места первый, Азирафаэль с усилием отвёл взгляд от Кроули и зашагал нетвёрдой походкой вслед за ним. Внутри него, кажется, сейчас случился огромный взрыв. Схлопнулась целая вселенная. И было совсем не так красиво, как когда-то давным-давно ему показывал первое зарождение вселенной Кроули. Было горько. Пусто. Больно. И очень-очень холодно. Единственное, что ангела держало от желания броситься сейчас же в его сторону, это данное обещание. Что демон вернётся к нему живым. И пока всё не решено до конца, лучше не вмешиваться. «Надо было его поцеловать много-много раз», — мелькнула мысль у Азирафаэля, и он просто-напросто сбился с шага и снова метнул взгляд в сторону тела. Глаза наполнились слезами, а горло нещадно сдавило. — Сейчас станет полегче, милая, — суетился Гавриил возле Вельзевул. Та зашипела, когда наконец-то ангел срезал кинжалом особенно впившуюся ей в кожу верёвку. Бельфегор с презрением смотрел на это зрелище, но не смел произнести и слова. Мамон и Лефиафан прикрывались руками. Господь слишком ярко сияла для них. — Чёрт… — сплюнула Вельзевул в сторону что-то чёрное вперемешку с кровью и, почувствовав снова руки, вправила себе несколько пальцев на место. Гавриил провёл по её рукам и плечам ладонями, и Князь Ада облегчённо выдохнула. Было ощущение, будто бы пара костей и сломанных рёбер срослись обратно. — Фух, всё, жива, — сделала она глубокий вдох и выдох, похлопав в благодарственном жесте Гавриила по плечу. Азирафаэль, вернувший обратно своё внимание к Повелителю Мух, помог ей подняться на пару с Бывшим Архангелом. Вельзевул оглядела Бога, оглядела Дьявола. Все явно от неё чего-то ожидали. — Знаете, мне, честно говоря, так сдавило горло этими чертовыми веревками, что я не очень-то вслушивалась, о чём была сейчас речь. - Покажи ему то, что ты от всех спрятала, — мягко произнесла Господь. Повелитель Мух сглотнула, снова оглядываясь по сторонам, и, высунув язык, обнажила насекомое. Муха взлетела и приземлилась на вытянутый указательный палец Вельзевул. — И ЧТО ЭТО? — скептически произнёс Сатана. Повелитель Мух поджала губы. — Его душа. Азирафаэль с искренним удивлением глянул на муху сейчас. Сердце резко забилось в груди и, казалось, он теперь снова начал задыхаться, только уже от переполняющих его радостных эмоций. — Верни всё, как было. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ, — хмыкнул Дьявол. — Пункт 9, параграф 8, — улыбнулась Господь, — всё возвращается на круги своя. Дьявол внимательно всмотрелся в муху на чужом пальце. — НЕ МОИ ПОЛНОМОЧИЯ. Я МОГУ ВЕРНУТЬ ТОЛЬКО ТЕЛО. ЗА ДУШИ ОТВЕЧАЕШЬ ТЫ. — Но сломал её ты, — мягко напомнила ему Господь. Азирафаэль слушал разговор и не понимал: все хорошо или всё просто ужасно? И как повлиять на хороший исход, он просто не понимал. — Извините, — начал очень неловко ангел. — А в чём собственно говоря… был спор? Дьявол и Бог взглянули на него одновременно, отчего Азирафаэль аж сглотнул. — Это личное, — всё же нашлась Господь, — но однажды всё будет познано, ангел Божий Азирафаэль. — В том, что будет познано… — чуть сжав руки, начал ангел, — какую роль играет демон Кроули? — ОДНУ ИЗ КЛЮЧЕВЫХ. ПОЭТОМУ СПОР ОКОНЧЕН. ТЫ ПРОИГРАЛА. — Я разрешаю тебе использовать свой ДАР. Дьявол ухмыльнулся. Он стоял, смотрел на Бога и в конце концов покачал головой. — ТОЛЬКО ЕСЛИ ТЫ УБЕРЕШЬ СВОЁ ВОЙСКО. ТОГДА Я СОГЛАСЕН НА НИЧЬЮ. Господь молчала, казалось бы, вечность. После чего наконец-то выдала: — Они сами должны решать. Не я. Я могу лишь подсказывать. — ТОГДА ДАЙ ДОСТАТОЧНО ЧЁТКИЙ ЗНАК, ЧТОБЫ ПОНЯЛИ ВСЕ. — Тогда пусть они — передадут его им, — взмахнула Она рукой в сторону ангелов и демона с мухой. — Но нужны все. — ЕСЛИ НЕ СРАБОТАЕТ, Я РАСПОРЯЖУСЬ ТАК, КАК СЧИТАЮ НУЖНЫМ, С ТЕМ, ЧТО ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ. — Безусловно. Последний шанс. — ПО РУКАМ. И Дьявол взмахнул рукой, подняв чужое истерзанное тело с пола. Ещё мгновение, и всё, чего не хватало, снова вернулось на свои места, придя в исконное состояние. Это уже намного больше походило на привычного всем демона Кроули, не хватало только самого главного. — ИДИ-КА СЮДА, — обратился Сатана к мухе, поманив её пальчиком. Та не сразу, чуть замешкав, проползла по пальцу Вельзевул и уже после неуверенно взлетела и спиралевидным движением направилась к Сатане. Дьявол внимательно всмотрелся в муху и аккуратно, поднеся к ней пальцы, стал вытягивать оттуда что-то фиолетово-синее, мерцающее через раз. Азирафаэль затаил дыхание. Затем Дьявол дыхнул на эту субстанцию, и та вновь замерцала очень и очень ярко, освещая оставшуюся часть комнаты, после чего, развернувшись, Сатана осторожно приблизил чужую душу к телу. Та медленно втянулась через рот и нос, и уже через мгновение Кроули сделал первый вдох и тут же закашлял. — ГОСПОДИ БОЖЕ, БЛЯДЬ! — выдал демон. Дьявол опустил его на землю. Муха с его пальца вернулась обратно к Вельзевул. — НЕ ТОМУ МОЛИШЬСЯ, КРОУЛИ. А змий всё пытался отдышаться. — Бляяяядь, сука! Быть мухой просто отвратительно! — всё пытался откашляться демон. Вдох получалось сделать через раз. — Знаете, у них столько всего и сразу! Ужас, просто какой-то ненормальный ужас, да чтоб я ещё хоть раз!.. Азирафаэль смотрел на него и подтирал свои слёзы. Боже. Господи. Или Дьявол. Неважно. Главное, что ангелу вернули его. А остальное неважно, остальное у них у всех обязательно получится. Как-нибудь договорятся, главное, все живы. Если что, он лично пойдёт драться с ангелами, разберутся уж как-нибудь. Главное, что вместе. — Время пошло, — развернулась Господь в сторону света. — И У ВАС ЕГО КРАЙНЕ МАЛО. ТАК ЧТО. Я БУДУ ЖДАТЬ ТЕБЯ, КРОУЛИ, — улыбнулся хищно Дьявол. И, взглянув на своих демонов, молча развернулся на выход, те, в полном шоке оглядевшись, молча поплелись вслед за ним. А Господь в мгновение ока исчезла. Ещё секунду Азирафаэль осознавал, что вроде бы пронесло. Не совсем до конца, правда, но… с этим уже можно было работать. — Фу, блядь! Какой привкус паршивый! Дьявол, как же это отвратительно, — сплюнул Кроули вбок. — Вот никогда не хотел почистить зубы, а сейчас пиздец как хочется! — Кроули! — наконец-то бросился к нему Азирафаэль и опустился перед ним на колени. — Ты как? Ты в порядке? У тебя ничего не болит? Как твоя рука? А с глазами всё в порядке? — стал ощупывать его весьма суетливо ангел. — Так, по одному, — прервал его весьма растерянно Кроули. — Я пытаюсь думать. Это сложно после того, как ты, черт побери, был сраной мухой! — Что-то я не слышу слов благодарности в свою сторону, — оскалилась Вельзевул, — если бы не я, хрен бы что от тебя вообще осталось! Фантазёр несчастный! — Спасибо, конечно, но способ явно паршивый! — Другого, сука, не было! Ты хотел, чтобы тебя расщепило?! — Нет, — сглотнул наконец Кроули, постепенно приходя в себя и осознавая, что перед ним, вообще-то, Азирафаэль и, кажется, у него по лицу стекают слёзы. Демон вздохнул. — Ну, я же сказал, что не умираю, — хмыкнул он. — Слово сдержал. — Ты обещал вернуться живым, но почти умер, — тихо прошептал Азирафаэль, смотря на него во все глаза, по щекам стекали слёзы. — Почти не считается, ангел, ну, — он осторожно смахнул пару слёз пальцами. — Но было очень близко, — не сводил взгляд с золотых глаз Азирафаэль. Демон хотел отшутиться, но вместо этого, вглядываясь в печальное, растерянное выражение лица ангела, тихо произнёс: — Прости. И Азирафаэль, прикрыв глаза, позволил скатиться ещё паре капель, после чего, шмыгнув носом, вцепился руками в чужую шею и спину, притянув демона к себе. Кроули неловко положил свои руки на чужую спину. — Я подумал, что всё, — тихо прошептал ангел. — Полное всё. С настоящим Концом — всё. Понимаешь? Демон поджал губы. — Я бы не позволил, честно. — Ты не Бог, Кроули, и это было чертовски близко, понимаешь? — Я бы что-нибудь придумал. Азирафаэль покачал головой. — Боже. Ты неисправим. Совсем. Это не лечится. — Конечно, нет, — хмыкнул демон. — Иначе бы я не был змием. Азирафаэль вжался в него ещё сильнее, Кроули почувствовал, что краснеет. — Ты мне любым нравишься, — выдал ему ангел, — Честно. Главное, чтобы живым. Остальное вообще больше не важно. Кроули сглотнул. — Правда? Ангел зажмурился на мгновение, подбирая тщательно слова. — Я просто всегда хотел тебе вернуть твоё место. Там, на Небесах, — покачал головой Азирафаэль. — Как когда-то было… в старые добрые времена. Демон поджал губы, оценивая чужие слова. — Но… нам это никогда не мешало быть вместе, столько, сколько хочется нам самим, ангел. — Я понимаю. Теперь. Кроули на мгновение поднял взгляд на Вельзевул, которая что-то там говорила Гавриилу, пока он суетливо поправлял складочки на её порваной одежде и слушал, слушал каждое её слово очень внимательно. Змий прошёлся языком по своим зубам. — Где лучше — решаю я сам. Ты тоже сам решаешь, где лучше тебе. И у каждого из нас — своё место. Ну а… видеться никто ведь не запрещает теперь? Азирафаэль хмыкнул. Ему хотелось говорить так до самого скончания веков. И сейчас, обнимая Кроули, он просто не понимал: что мешало им так же глубоко разговаривать друг с другом все шесть тысяч лет? Просто что? Ангел вздохнул. — Нам пора. Останавливать всё это и всякое такое… — Да-да, — согласился Кроули, — да. Но, — он чуть поджал губы, перебирая пальцами чужую спину. — Можно ещё пять минут, а? Азирафаэль тихонечко рассмеялся. — Я согласен даже на десять. И они обняли друг друга покрепче, а демон в кои-то веки выдохнул этот тяжёлый день на плече своего ангела.