Джо никогда не плачет

Фуджимото уехал, установив перед входной дверью камеру для наблюдения. На мои вопросы, почему он не сделал то же самое в доме, хотя бы в нежилых помещениях типа кухни и гостиной, он лишь отмахнулся, мол, итак сойдет. И снова повторил таинственно: - За тобой приглядят. Но после его отъезда несколько дней никто посторонний не приходил. Один раз пришла тетушка Нанао, наготовила мне еды, оставила продуктов, помогла с уборкой и уехала восвояси. Я снова погрузилась в учебу – как раз начался новый триместр, а также в бесконечное Интернет-общение, которое теперь было не только с рандомными незнакомцами, но и с тем, кого я знаю лично – с Тимом. После того, как я получила от него письмо с признанием, я растерялась. Тим был хорошим парнем, веселым и добрым, но сколько я ни пыталась, я не могла думать о нем в романтическом ключе. Поэтому я не придумала ничего лучше, чем просто избегать темы наших отношений. «Джо, а ты внимательно прочитала мое письмо», - писал он мне в соцсети. «Дааа», - отвечала я дрожащими пальцами, понимая, что последует за этим вопросом. «Не хочешь ответить на то, что я сказал там тебе?» «…» «???» Я не хотела отвечать. Понимая, что слова типа – «Ты клевый парень, но я воспринимаю тебя максимум, как брата» ранят его, и он может не захотеть продолжать общение. Поэтому, сказав: «Я ведь всё написала тебе в письме», постаралась больше не касаться этой темы. Но это была ложь – я не смогла заставить себя написать это письмо с отказом. «Придет время, и я расскажу ему правду», - решила я для себя и, чувствуя перед Тимом огромную вину, старалась уделять ему все свободное время. Я рассказывала ему абсолютно обо всём, присылала огромное количество фотографий, искренне смущаясь от комплиментов, которые он мне делал. Спустя неделю после отъезда отца, я услышала, как к дому подъехала машина, ревя мощным двигателем на всю улицу. Меня сковал страх. К слову говоря, один из симптомов моего психического заболевания как раз боязнь громких звуков, особенно неожиданных. Поэтому фильмы ужасов с многочисленными скримерами не для меня. Пытаясь вспомнить слова докторов о том, как себя успокаивать, чтобы подавить нарастающую панику, я, практически ползком приблизилась ко входной двери, куда уже несколько минут долбились. - Эй, есть кто дома? – слышала я довольно грубый мужской голос. - Не ори, ты ее напугаешь, он же говорил, что надо быть потише, - второй голос тоже был мужским, но более высоким и спокойным. - Как там ее зовут? Может, по имени позвать? – всё также грубо спросил первый. - Отойди, дай я сам. Джонни…Джонни…Не бойся…Мы друзья твоего отца, - тихо проговорил второй мужчина, очевидно, приблизившись к замочной скважине. - Может, ее дома нет? - Она дома, прямо за дверью, - ответил второй и снова обратился ко мне, - Джонни, твой отец наблюдает за нами через камеру, тебе нечего бояться, открывай. «Они знают моё прозвище и знают о камере перед дверью», - рассуждала я. Страх начал отступать, но сердце все еще колотилось, как сумасшедшее. Я поднялась на ноги и осторожно повернула вертушку замка. Дверь распахнулась, и я увидела двоих мужчин. Их внешний вид настолько поразил меня, что я стояла, как вкопанная, не в силах произнести ни слова. Они будто сошли с обложки научно-фантастической манги в духе «Матрицы» или «Призрака в доспехах»: тот, что стоял ближе, видимо обладатель высокого голоса, был одет в черный облегающий комбинезон с капюшоном, на его поясе я заметила странное приспособление, напоминающее скобы для ключей, но вместо ключей висело несколько скальпелей. Этот мужчина был невысоким и очень стройным. Он показался мне довольно молодым – его гладкое, без единой морщины лицо не выражало никаких эмоций, серые глаза с расширенными зрачками оставались какими-то безжизненными, несмотря на то, что тонкие, почти бесцветные губы растянулись в улыбке. Его волосы были почти белоснежного цвета, очень длинные и заплетены в тугую косу на затылке. А также на его шее я заметила татуировку в виде паутины в центре которой сидит черная бабочка. Спутник был не менее колоритным и соответствовал своему грубому голосу – высокий плечистый мужчина с узким резким лицом и глубоким шрамом через правую бровь. На нем был черный кожаный плащ с поднятым воротником, напомнивший мне то ли Блейда, то ли Морфиуса, а под плащом я заметила бронежилет. Его волосы были черными, довольно короткими с выбритыми висками. Однако карие глаза казались очень живыми и веселыми, в отличие от блондина. - Кокон, чего встал, проходи, раз открыли, - громогласно скомандовал мужчина со шрамом. - Уймись, Мотылек, мы же в гостях, - спокойно ответил блондин. - Кокон? Мотылек? Вы кто такие? – только и смогла вымолвить я. Мне казалось, что это сон. Не могло быть у моего отца настолько интересных приятелей. Какого черта он вообще их скрывал от меня, зная мою заинтересованность во всем необычном. И недавний страх сменился любопытством. - Ха-ха. Все хорошо, девочка, мы из «Союза Чёрных Бабочек», - невесело рассмеялся Кокон, - мое имя Шикокку, а это Масато, просто в нашей организации мы привыкли называть друг друга прозвищами. Может, впустишь нас уже? Я отступила назад, позволяя гостям войти в дом. Они сразу же рассредоточились, проверяя комнаты и совсем крохотный задний двор. Убедившись, что я одна, мужчины расположились в гостиной на диване. - А хорошо у тебя здесь. Спокойно… - начал Масато. - Откуда вы узнали, что я была перед дверью? – не слушая его, обратилась я к Шикокку. Тот медленно повернул голову в мою сторону и посмотрел на меня исподлобья. От этого пронзительного взгляда у меня по спине побежали мурашки, и я уже пожалела, что задала свой вопрос. - Теневой Кокон не выдает своих секретов, - наконец произнес он, слегка усмехнувшись. Его напарник засмеялся, потягиваясь в кресле. Мне стало не по себе от незваных и незнакомых мне гостей в доме, и я просто стояла, молча опустив голову. - Джонни, может быть, предложишь нам хотя бы чай? – прохладная ладонь Кокона легла на мое плечо, и я непроизвольно дернулась, ведь я не видела и не слышала, как мужчина встал со своего места и подошел ко мне. «Он – либо ниндзя, либо…вампир», - умозаключила я, отправляясь на кухню. За чаем мне удалось выяснить лишь немногим больше того, что уже рассказали мне приятели Фуджимото. Они гибко обходили все вопросы, связанные с «Союзом Черных Бабочек», но это лишь укрепило мои догадки, что данная организация является не совсем законной, а также, что одержимость моего отца всякими преступниками-мафиози имела очень глубокие корни. Внезапно позвонил отец. Я сообщила ему о моих новых знакомых, и он успокоил меня тем, что это действительно ребята, с которыми он договорился. Фуджимото напомнил мне, что с завтрашнего дня у меня назначено амбулаторное лечение. - Железный Мотылек и Теневой Кокон будут ежедневно возить тебя на процедуры. Хорошо питайся и смотри поменьше своих идиотских дорам, - на прощание сказал отец и положил трубку. «Отец года снова в деле», - раздраженно пробормотала я, кидая телефон на стол. С самого утра я ждала сообщения от Тима, но он был на уроках и не мог со мной переписываться. - Не будь так строга к своему отцу. У него очень тяжелая работа, - философски заметил Кокон, закуривая сигарету прямо в доме. - Ага, бумажки перебирать и дебит с кредитом сводить? – спросила я, глядя на мужчину. Я много раз видела, как курит Фуджимото и созерцание этого процесса никогда не вызывало у меня ничего, кроме отвращения. Но то, как это делал Шикокку, притягивало мой взгляд. Едкий густой дым стелился вокруг этого сероглазого блондина, словно туман. Его пальцы, зажимающие длинную сигарету с синим фильтром – длинные, бледные, в тонких черных шрамах, будто кто-то сшивал их нитками. Он держал сигарету не как все, а зажимал ее между безымянным и мизинцем, словно хирург, привыкший беречь «чистоту» указательного и среднего пальцев. Все его движения были точные, почти ритуальные, словно дым – часть какого-то шифра. Я почувствовала, как у меня во рту пересохло, а пульс участился. Я вдохнула глубже, впуская в легкие горький запах с оттенком меди, будто в табак подмешали кровь, и нервно облизала губы, не сводя глаз с Теневого Кокона. «Почему?...Это же просто сигарета», - подумала я. - В любом случае, в ближайшие несколько недель, ты – наша забота, - отвлек мое внимание Масато, - Ну, спасибо за чай. Завтра будь готова, мы заедем в семь утра. Убирай пока со стола, а мы пойдем собираться. Пока я рассеянно уносила чашки и чайник на кухню, все еще под впечатлением от увиденного, моих гостей и след простыл. Я лишь слышала, как взревел двигатель их внедорожника. Все мои мысли теперь занимал Теневой Кокон. Дым от его сигареты все еще стоял в комнате и тянулся через коридор за входную дверь. Я слышала, как мой телефон разрывался от сообщений (видимо у Тима закончились уроки), но не обращая на это внимание, я босиком вышла из дома. Конечно, на улице уже не чувствовалось запаха сигареты Шикокку, но у террасы я нашла потушенный окурок с синим фильтром. Я аккуратно подобрала его пальцами, чтобы потом спрятать в крошечную шкатулку в моем тайнике, словно секретный артефакт, связывающий меня с этим невероятным человеком, словно доказательство, что он был здесь, в моем доме.