Пульс выше норм морали

      Лю Хайкуань явно тоже неспокоен:              — Бо-ди, мне кажется, нужно подключать кого-то повыше меня. Ситуация выглядит крайне серьезной и неприятной, что тебя два раза выследили и попытались напасть.              Ван Ибо бросает настороженный взгляд на тут же напрягшегося на его коленях Сяо Чжаня:              — Думаю, не только меня. Чжань-гэ тоже их мог заинтересовать.              — Чжань-гэ? — в голосе друга даже слышна улыбка.              — И прежде чем ты скажешь то, о чем потом пожалеешь, я сразу предупреждаю: ты сейчас на громкой связи, и он прекрасно услышит все твои подколки относительно наших с ним отношений!              Сяо Чжань тут же выгибается в его руках недовольным котиком:              — Отношений?!              Лю Хайкуань его поддерживает почти в унисон:              — Отношений?!              Ван Ибо довольно скалится:              — После всего того, что между нами было, ты обязан взять на себя ответственность и выйти за меня замуж! Ну гэ!              Потому что его больно кусают за палец.       И потому что его друг громко ахает:              — И что это между вами было?!              Сяо Чжань сердито пыхтит:              — Ничего такого! У нас сейчас куда более серьезные вопросы, которые надо решить.              Но теперь черед Ван Ибо обиженно бурчать:              — Мы же договаривались, гэ! Никаких “это ничего не значит” и “это было ошибкой”!              — Ничего мы не договаривались! Ты заявил это ультимативно!              — Но ты не сказал “нет”!              — Я вообще ничего не сказал!              — А молчание — это знак согласия, так что все, гэ!              Лю Хайкуань громко и выразительно откашливается:              — Мне неловко вас перебивать, голубки, но у нас на повестке дня два нападения. На вас. И, вероятно, не последние.              Ван Ибо предостерегающе зыркает на гэ, который вознамерился слезть с его коленей, и притягивает того еще ближе к себе, внюхиваясь во вкусную шею, чтобы успокоиться:              — Ты предлагаешь…              — Ага. Думаю, господин Ван должен знать больше моего.              Он мрачнеет и обнимает Сяо Чжаня еще крепче, словно его отец уже стоит рядом, готовый их разлучить:              — А другого способа нет?              Лю Хайкуань невидимо пожимает плечами — его озадаченность считывается даже без изображения:              — Есть, конечно. Можно дождаться третьего нападения, рискнуть жизнью кого-то из вас еще раз и…              — Ну уж нет! — Ван Ибо почти рычит, сжимая дернувшегося Сяо Чжаня. — Я не позволю им напасть на гэ!              Тот тут же на него недовольно пыхтит:              — А на себя позволишь, придурок?! Это тебе в последний раз болт прилетел, а не мне!              — И что?! Жив же я!              — А кто не жрал перед этим неизвестно сколько, но все равно полез в драку?!              — Я же тебя защищал! Я же не знал, что у тебя усы, лапы и хвост!              — И что?! Это повод рисковать своей жизнью?!              — Ты — вполне себе повод! Если надо, то я снова полезу! Но я сейчас уже не голодный, гэ меня накормил во всех смыслах.              — Ван Ибо!              — Да, гэ?              — Мы поговорим об этом потом.              — О чем?              Лю Хайкуань, уже не скрываясь, ржет:              — Ой, не могу! Такие женатики!              Ван Ибо довольно жмурится:              — Вот видишь? Даже Хайкуань-гэ это понял, а ты до сих пор делаешь вид, что ничего не происходит.              — И правда: что происходит, а?! Один наглый упырь сталкерил меня неизвестно сколько, потом вломился ко мне в квартиру, напросился на кухню и в постель, а еще закинул меня голого в ванну и отказался выходить, пока я моюсь! И правда, ничего такого же — обычный вторник!              — Ну гэ, тебе же понравилось!              — С чего ты решил?!              — Я бы ответил, но ты меня убьешь, если Хайкуань-гэ услышит, что ты… Умпф!              Это нежная, но такая сильная ладошка запечатывает его рот, не давая договорить.              А Лю Хайкуань даже икает от смеха:              — Я понял, что у вас все непросто. Но предлагаю ваши личные вопросы решить после того, как мы разрулим немного более срочные.              Сяо Чжань сердито щурится, но позволяет себя успокаивающе погладить по голове. Правда, шлепает по наглой ладони, когда рука Ван Ибо спускается ниже и пытается потискать жопку. Сам же немного побитый, но весьма собой довольный вампир обращает свое внимание на телефон:              — Ты прав, гэ.              Сяо Чжань смотрит на него крайне внимательно, но ничего не говорит. И Ван Ибо обреченно вздыхает:              — Но я не уверен, что эта “битва” будет легче, чем тогда в парке. Ты же знаешь моего отца.              Лю Хайкуань вздыхает тоже:              — Знаю. Но если происходят регулярные нападения на вампиров, глава ковена должен об этом знать, как бы тот ни относился к оборотням.              Глаза его гэ снова тревожные и кошачьи:              — Глава ковена, Ван Ибо? Ты ничего больше не хочешь мне рассказать?!              Он нервно улыбается:              — Ты про то, что я — единственный сын и наследник? Нет, не хочу. Ай! Ну за что!              Сяо Чжань сердито шипит, отрываясь от свежепокусанного уха:              — Потому что не люблю, когда мне врут!              — А я не врал! Просто не говорил всего!              — А что еще ты мне “просто не говоришь”? Может, есть какие-то интересные анатомические особенности у вампиров?              Ван Ибо довольно скалится:              — Мы же не змеи, гэ, чтобы у меня было два члена. Я слишком люблю твою попку, чтобы причинить ей боль.              Сяо Чжань почти рычит:              — И кто тебе сказал, что я… Что ты…              Он хмыкает:              — Не вопрос: если хочешь, то ты — меня, я хочу тебя при любом раскладе и раскладке. Но мы же будем хоть иногда меняться? Ну позязя!              Сяо Чжань вновь высоко и глубоко закатывает глаза, а у Лю Хайкуаня уже истерика от смеха:              — Бля, ребята, я реально отменю свою подписку на Netflix, потому что ваша комедийная мелодрама рвет все рейтинги! Тут уже даже не 18+, а куда больше. Но давайте все-таки вернемся в проблеме: на вас напали — помните? Кто, кого и сколько раз потом выясните, когда на ваши задницы никто не будет покушаться. И не сопи ты так сердито, Ван Ибо, я точно не претендую на попу твоего гэ!              Сяо Чжань тяжело вздыхает уже третьим:              — Значит, ты отправляйся к своему отцу и расскажи, что произошло. А потом уже будем думать, что делать дальше.              Ван Ибо отрицательно мотает головой:              — Нет.              Даже слышно, как Лю Хайкуань тоже закатывает глаза:              — Ну что опять-то?!              Но он упрям в своем решении и смотрит только на встревоженного Сяо Чжаня:              — Мы пойдем туда вместе, гэ. Потому что твоя безопасность — превыше всего.              Тот на него смотрит как на душевнобольного:              — И я буду в безопасности рядом с главой ковенов вампиров, который ненавидит оборотней? Я ничего не упустил?              Ван Ибо упрямо задирает подбородок:              — Не ненавидит, а немного недолюбливает. Но ты же будешь со мной, поэтому с тобой точно ничего не случится.              — И почему же? Что помешает твоему отцу просто выкинуть отвратительного и волосатого оборотня за порог? Унижение не входит в мое расписание на сегодня.              Он крепко обнимает гэ, чтобы слова звучали убедительнее:              — Он так не поступит с моим парнем и будущим мужем.              Кажется, давится воздухом сейчас не только потенциальный супруг, но и лучший друг, который что-то хрипит в динамик микрофона. А Сяо Чжань уверенно сам себе кивает:              — Ты сумасшедший, определенно. Полностью отбитый.              Ван Ибо и не спорит:              — Я с ума по тебе схожу, гэ. И никто не посмеет тебя обидеть, пока я рядом — даже мой отец.              — А если он лишит тебя наследства и выгонит из ковена?              Он задумывается всего на мгновение, прикидывая варианты:              — Ты же пустишь меня к себе пожить тогда? А то моя квартира тоже записана на семью, а мне нужно будет время, чтобы найти работу и обеспечивать тебя всем самым лучшим.              Лю Хайкуань тихо стонет где-то вдалеке, то ли от ужаса, то ли от восторга:              — Сумасшедший…              А Сяо Чжань только молча на него смотрит, словно не верит своим ушам.       Но не говорит “нет”.