валенок

      С утра, пока бегаю в панике, разыскивая свой проёбанный конспект и параллельно засовывая ноги в джинсы, в дверь начинают настойчиво звонить. Кого там так рано нелёгкая принесла? Смотрю в глазок — Тимофей в его неизменных спортивках. И зачем я так мучаюсь со шмотьём? Вон человек ходит на спорте постоянно и не парится совсем.       — Привет? — стою у себя в квартире и мнусь. Позорище. Чего ему с утра пораньше понадобилось? А Тимоша совсем не стесняется, проходит ко мне на кухню, усаживается за стол и угощается яблочком. Хотел было возмутиться, но он так сексуально в этот сочный красный фрукт впивается, что я так и остаюсь столбом стоять. Ебать, мысли свои тупые из головы выкинуть надо.       — Чё копаешься? В универ пошли.       — Мы так-то не договаривались? — и опять звучу неуверенно. Может, я просто не помню этого.       — И чё? До тебя хуй допишешься, номерок что ли свой дай, — протягиваю телефон, Тим вбивает номер, сидит лыбится, а потом делает себе дозвон.       — Я не могу пойти, пока не найду свой конспект, — кричу из комнаты, по пятому разу перерывая тетради на столе.       — Этот? — подходит, держа в одной руке именно то, что мне нужно, а в другой яблоко.       — Откуда?       — Я на нём сидел, — бля, пора переставать одновременно читать и ходить на кухню.       Сегодня мои однотипные поездки до учебного заведения разбавляет непрекращаемый трындёж Тимофея. Сказать по правде, он меня больше напрягает, чем радует. Постоянно приходится одёргивать себя, чтобы не залипать то на глазах, то на губах, то ещё на чём поинтереснее, честное слово, как влюблённая школьница в пубертате.       Так ещё пока в кофейне стоим, мой красавчик-бариста больше Тиму улыбается. Эй, я тут! А он у тебя ни разу ничегошеньки не брал. На этот раз покупаю четыре печенюхи и американо. Перед тем как зайти в корпус, Тимофею очень захотелось покурить. Опять. Третий раз за утро. Когда он уже накурится?       Проходим в аудиторию, народу как-то многовато. Обычно все появляются за минуту до начала занятия, а тут ещё минут пятнадцать точно есть. Лена лежит убитая на парте, а Саня её успокаивающе по голове гладит. У него явно суперспособность какая-то имеется. Достаю печенье, но сегодня все решили отказаться. Вы что, охерели?       — Лен, у тебя-то что случилось? –спрашиваю, но в ответ на это она только измученно стонет, прячет лицо и что-то бубнит.       — Чё? — Тимофей, как обычно, сама тактичность. — Давай своё печенье, так жуёшь его аппетитно, — обращается уже ко мне, и я, довольный, протягиваю ему протеиновое.       — Инст* мой слили, — облокачивает Ленок голову на запястье, а вторую руку протягивает. — Я теперь тоже хочу половиночку.       — Какой инст*? — ничего не понимаю, я видел фотки Лены, там всё прилично и целомудренно. Передаю ей упаковку. Она её открывает, разламывает печенюху и одну половину всучивает Сане.       — Сразу видно, что беседу группы вы вдвоём злостно игнорируете, — тычет Саня в нас половинкой протеинового и хмурится.       А мы и не скрываем, переглядываемся с Тимом и резво киваем головами.       — У меня был основной акк, он такой, — Лена рукой в воздухе водит и объясняет с набитым ртом. — Типа приличный. А второй с более откровенными фотками. Но там без жоп и всего остального, вы не подумайте, — сразу спешит оправдаться. — Просто более интересный, с искусством связан, что ли. Я его и не скрывала никогда, и не закрывала, но не думала, что такая реакция последует, если его увидит кто-то. Мне же фоточки делать нравится, вот и развлекалась, — телефон свой протягивает, а Тимофей аж печеньем давится.       — А с искусством чё связано? То, что ты сиськи Крику показываешь? — давлюсь теперь я, он что ещё и с творчеством Мунка знаком? Думал, его максимум — на стене падика хуй нарисовать, а рядом подписать Валера и стрелочкой на своё произведение указать.       Лена стонет и опять обречённо валится на парту. Не знаю, почему все так странно среагировали? По-моему, прикольные фотографии. Я бы с цепями, может, тоже хотел.       — Да ладно, Ленок, чё так убиваешься? Фотки бомба. Хош я тоже контента в трусах напилю и скину этим придуркам? Пусть поржут, — тычет Лене пальцем в плечо Тим. А я сижу и думаю, как бы не заорать: «Я хочу! Мне скинь!». Лена на это только скромное «не-е» отвечает. — Ну, хош, ебало набью кому-нибудь? Только скажи какой именно псине? Или всем сразу? — ой, Тим, бля, благодетель хуев. Давай не притворяйся, что тебе прям большой повод нужен. Ты скорее ищешь причину попиздиться.       — Этого уже я не хочу, — говорит Саня строго. — Не хватало, чтобы тебя опять в академ отправили.       — Так тебя не из-за долгов? — слишком удивлённо спрашиваю я, пока Тимоша забирает стаканчик с кофе. Мой американо стал каким-то путано. По всей четвёрке уже пройтись успел.       — Нет, и даже не из-за драки, — сообщает довольно Тимофей. — Я вообще сам ушёл, — три пары глаз удивлённо вылупились на Тима. Я ещё в свой взгляд добавил щепотку «ты что дурачок?». — Ну бля, у нас же нет ВУЦ в универе, батя посоветовал ща долг родине отдать, а не в двадцать два. Я, конечно, хотел ему сказать, что вроде и не занимал ничего, но потом подумал, так-то батёк дело говорит. После уника точно бы тяжелее было.       — Эх, мальчики, не переживайте, я вам письма буду писать. Сейчас как? Пишут ещё? — у Лены даже настроение немного поднялось от наших с Саней перекошенных рож.       — Да не, Ленок, ток Саньку писать будешь. Я не годен.       — Так-то я тоже болезненный, — радуется Саша.       Стенания Лены по поводу того, что ей даже некому будет рисовать плакат ждуняши, прерывает вошедший преподаватель. Тимофей опять всех поражает своими знаниями в процессе освоения нового материала. Я снова бешусь на то, что он заебал пинать мой стул своими длинными ногами, и записываю этот пункт в свой список «МИНУСЫ КРЫСИНА». Может, если я его буду каждый день перед сном читать, а потом ещё и наизусть выучу, меня подотпустит. ***       Перед следующей парой начался какой-то пиздец. Открыто Лену никто, конечно, не травил, но какие-то косые взгляды и шёпот всё равно слышались. Детский сад, человек уже фотки свои выставить не может, что ли? Я думал, у нас тут второй курс высшего учебного заведения, а не восьмой «Б» на переменке.       — Лен, ты, если в рот чего засунуть хотела, могла и ко мне подойти. У меня-то ствол побольше будет, — на Тима это сработало как красная тряпка на быка. Секунда, он уже вскочил со стула, схватил клоуна-Диму за горло и впечатал в стену, тот аж покраснел. Мы с Леной бросились оттаскивать Тимофея, но тут нас всех отвлёк очень сильный стук. Даже Тим Дмитрия из хватки выпустил.       — Сели все! — Саню я таким грозным первый раз вижу. Мне больше по душе, когда он нас всех успокаивает и по голове гладит, зарываясь в волосы. Чем так пизданул только? Все же реально обосрались и начали по местам рассаживаться. Даже Тимоша голову повесил и как-то виновато поплёлся к своей парте. — Ещё хоть одна шутка, смешок или шепоток, и ваша охуенная студенческая жизнь превратится в полное дерьмище.       — Ага, как же, — скалится Дима. Ууу… это он зря, у меня вот очко жим-жим при виде злого Сани сделало.       — Половину за прогулы через месяц числанут, а вторую через три, — выговаривает Саша очень строго. — На лекции официально вся группа ходит, по факту же человек пять. Я хуже ебучего Чичикова.       — Это кто? — слышится от Дмитрия уже тише.       — Мёртвые души. Пятый класс, — крутит пальцем у виска Тим. Вообще восьмой или девятый, но не буду исправлять, то как над Димой поугорали многого стоит.        — А по понедельникам и пятницам ещё меньше. Или вы думаете, мне в кайф в деканате по поводу ваших задолженностей договариваться? Половина бы уже висела в списках на отчисление. Ведёте себя хуже озлобленных тринадцатилетних беспризорников. Насть, мы, может, мой директ посмотрим? Глянем, чего мне кто интересного скидывал? — ого, давайте. Чего Анастасия там Саньку присылала? Это же она, сука такая, нашла и первая начала над Ленкиными фотками ржать. Но Настя только бледнеет и головой из стороны в сторону качать начинает. — Или посмотрим, на каких сайтах Дима зависает. Сделать-то это раз плюнуть, — бля, а этот почему со стеной сливаться начал? Староста меня пугает уже. У него на каждого в загашнике компроматик имеется? — Нет? Ну тогда давайте продолжим мирно сосуществовать, как взрослые и адекватные люди.       — Ты это, Лен, извини, что ли, — мямлит Дима и проходит к себе за парту. — А ты ещё раз руки свои распустишь, и я на тебя заяву накатаю. Понял? — тычет он пальцем в Тима. Только вот Тимофея этим явно не напугать, он сидит и пытается не заржать от такой угрозы.       Детский сад, все совершеннолетние личности, но пришлось какие-то беседы, как с третьеклассниками проводить, чтобы все жили дружно. Тут заходит преподаватель, Саша садится, а я расстраиваюсь. Теперь же придётся целую пару ждать, чтобы узнать, какая там информация на этих личностей у него накопана.