Двойная жизнь в лагере

      Июльский вечер согревает воздух, освещает нежным закатным блеском. Свет в комнате не горел, а помещение было в бардаке, одновременно с этим украшенное строгим порядком. Кровать, идеально застеленная и выглаженная, была завалена вещами, которые скоро будут упакованы в чемодан. На стенах, полки на которых были украшены множественными наградами и медалями, мелькали солнечные зайчики от множества ножей, лежащих на полу. — Итак, молодняк, итоговый опрос. Готов? — Папенька, а это обязательно? Ты меня перед вылазкой так не дрочил, как сейчас. — Обязательно! На вылазке ты со старшими, а тут один. Причем не факт, что в лагере будут другие молодые охотники, так что каждый сам за себя. — Да вы таки охуели, батенька. — Райан сморщил нос и выпрямился, поставив руки в бока, и максимально спародировал отцовский акцент, привезенный еще бабушкой из Одессы. — Я даже дышать за деньги отказываюсь, а вы от меня ответы просите? — Так! — Отец грозно нахмурился и обошел сына, пиная его с такой силой, что тот не устоял на ногах и упал в чемодан. — Будешь пиздеть, поедешь в отделе багажа! Но Райан лишь посыпался в смехе, вылезая из горы вещей. Он искренне любил своего отца, даже мать не было ему столь близка, сколь этот неотесанный охотник с огромным шрамом на лице. Он был ему отцом, братом, другом и наставником, с трех лет обучавший орудовать ножом, вместо плюшевых игрушек даривший уроки по самообороне, по вечерам рассказывавший легенды и истории из своей молодости. Такой вот отец. Охотник на нежить. — Задай свои вопросы давай, ха-ха! Пока я все собираю. — Райан принялся складывать вещи. — С чего начнем? — Признаки одержимости, думаю. — Отец сел на край кровати. — Начинай. — Ксеноглассия, галлюцинации, страх святынь религиозных учений. Не путать с шизофренией, паранойей, религиозным психозом и ложным беснованием. — Умница. Неплохо. Как по учебнику. Признаки обитания вампира на территории? — Огромное количество мелких животных при отсутствии хищников, — Райан сложил вещи и встал, аккуратно упаковывая ножи, а после закатил глаза, задумавшись. — Обильное количество летучих мышей там, где им обитать не положено, раннее созревание и позднее увядание растительности, животные очень милые и доверчивые, на них можно найти укусы… Ээ… Усе, вроде. — Мм… Слабенько, но основное перечислил. Ладно. Тут допустим. Ультимативное оружие против нежити? — Раствор серебра с пылью красного дерева. Целиться в глаза и другие слизистые. — Умница. Рецепт помнишь, уже радует. Раствор серебра я тебе дам с собой, только с водой не перепутай. Спасать тебя никто не будет от отравления. Красное дерево найдешь на территории лагеря. — Хорошо, пап. — Юноша встал и застегнул чемодан, ставя его у двери. — Ты проверил лагерь? — Вроде все чисто, но обещать не могу… Будь осторожнее. Я тебя прошу. Ладно, когда ты на вылазке, я хотя бы знаю, чем помочь, но это… — Пап. — Райан подошел и взял отца за руки, сжав их. — Все в порядке. Этот лагерь стоит там много лет, ничего страшного не случится. — Ох… Ладно. Ты прав. Но все же, береги себя. — Обязательно. Идем уже ужинать. Спать охота. На кухне их ждала очаровательная шатенка в темно-розовом домашнем платье. Мать у Райана была с характером, потому увидев опоздавших мужчин, с силой стукнула обоих по лбу еще влажной ложкой. На ужин было вкусное мясо с макаронами, причем порции приличные. Для двух трудяг, с их ежедневными тренировками, вполне подходящие. Остаток вечера юноша только и слушал наставления от матери, что так отличались от наставлений отца. — Дружить надо со всеми, сынок. Нечего заводить врагов, хотя бы на первых парах. И обязательно ласково с девочками! И домой приведи хоть одну. Но одну! Хватило мне твоего Андрея или той Саиты, лучше бы и не водил их к нам. — Да мам, было-то один раз. — Мне хватило. Чтоб впредь не больше одного партнера! Содомит. — Мааам. — Но он тут же замолк, закатив глаза, и продолжил есть. Да, когда мать застала его сразу с двумя одногодками в постели, абсолютно голыми, криков было будь здоров. И пусть Райан просто проиграл свою задницу в карты — мать запомнила этот подростковый тройничок надолго и еще месяц не выпускала сына в люди. С той поры никаких парней в отношениях мать видеть не желает со своим сыночкой, только девочек и только миленьких, желательно — девственниц. Обняв родителей и помыв посуду, Райан поднялся в комнату и завалился в кровать, доставая телефон. На экране виднелся шикарный белый фон с красной надписью: «Только не на лицо», и смайлик персика внизу. Высветились сообщения от контактов «Андрейка-батарейка» и «Крысиный чат». Говорить не хотелось ни с кем, потому парень уткнулся носом в тик ток, в большей степени смотря на видео с милыми котиками и смешными песиками. Телефон то и дело гудел от приходящих сообщений. — «Ку», «Рюююшааа», «Ты же был онлайн, я вижу», «Рюш, зацени хуй», «Рюша». После пятого «Рюша», Райан нахмурился и залез в чат, тут же выходя и невольно краснея. К сообщению было приложено фото чей-то голой задницы, причем факт, что она не принадлежала Андрею. — «Это чье?» — Райан прикрыл фото рукой. — «Явно не твоя, только если ты не измазался в муке, черномазый» — «Удавись, расист ебучий. У меня сегодня была свиданка. Симпотный, да?» — «Ты лицо-то покажи, чо только задницу? Моей эта явно уступает» — «Фактишь. Потом скину.» — «Ну и? Я оценил. Я могу идти спать?» — «Нет. Не можешь. Ты с нами завтра на озеро едешь?» — «Сори, нет. Еду в лагерь до конца августа» — Не став читать грозный ответ, Райан отложил телефон и уставился в потолок. Ради этой поездки в лагерь он пахал весь год, закончив школу на чистые пятерки… Кроме химии, с которой никак не строились отношения. В любом случае, отец сделал поблажку и простил несчастную тройку. На самом деле, молодым охотникам не положено вести «обычную» жизнь. В школе они обучаются только девять классов, летом вместо продленки — поездки на охотничьи базы, а отпуск с родителями молодняк проводит на вылазках за всякой нежитью. Дикая, одинокая жизнь, мало социальных связей, полная беспристрастность. Как-то так обучают жизни охотников. Ведь их задача — быть мостом между миром мистики и людей, держать в гармонии их взаимные контакты и не давать убить друг друга раньше времени. Но на счастье Райана, его отец уже на пенсии по травме и сын не обязан идти по его стопам, потому в равном бою он выиграл поездку в обычный человеческий лагерь, как подарок на скорые восемнадцать лет. — Я же сказал, что поеду… — Прошептал юноша в пустоту и обнял подушку, прикрывая глаза. — Я выиграл. — Он выиграл бой, но не войну. Война будет впереди. Утро началось спокойно. Райан встал сам еще до будильника, оделся, взял чемодан и в сопровождении родителей сел на автобус. Отец смотрел в след очень взволнованно, но улыбался, пытаясь подбодрить сына и себя. В первую очередь себя, конечно. — Это все, что я имею. — Он отдал сыну в руки небольшой журнал. — Теперь он твой. Теперь ты первого ранга, сынок. Не подведи меня. Услышав про первый ранг, Райан прикусил губу и опустил глаза на журнал. Отец только что признал в нем охотника. Не молодняк, не ученика, а самого настоящего охотника. Это очень много значит, на самом деле, но думать было некогда, и парень спрятал журнал в чемодан, а только выехав из города, достал его. — «Дорогой сын, я передаю тебе все знания, которые копили охотники нашего рода до меня и до тебя. Пусть знания предков помогут тебе в твоей первой охоте. С любовью, Папа.» — Райан печально улыбнулся и прижал к себе журнал, опустив глаза. Время первой самостоятельной вылазки.