Пансионат "Айвотер"

      В ночь перед поездкой Нола почти не спала. Она так и не поняла, что именно ее разбудило, но внезапно появившееся предчувствие чего-то необыкновенного, что вот-вот должно было ворваться в ее жизнь, не позволило провалиться в сон до самого рассвета.       Ощущение это было необыкновенно ясное и отчетливое, похожее на порыв прохладного ветра, разогнавшего тяжелый зной после недели изматывающей жары. То, что еще вчера казалось неподъемным и непосильным, вдруг просто перестало иметь значение. Словно кто-то взял Нолу за руку и повел вперед, едва слышно прошептав на ухо:       «Ты можешь просто оставить все это здесь. Пойдем, там снаружи еще целый мир, о существовании которого ты забыла».       И она послушно шла — к маняще сверкающей синей воде, склонившимся над скалистыми берегами соснам и замершей у самой кромки прибоя фигуре. Нола не знала, кто там стоит, не могла даже толком понять, мужчина это или женщина. Но человек упорно притягивал к себе ее взгляд и мысли. Словно там, где он находился, пространство скручивалось и пульсировало, тщетно пытаясь вытолкнуть из себя чужеродный элемент. И едва этот образ пришел Ноле в голову, как атмосфера вокруг резко изменилась.       Сон стал тревожнее, путанее. Небо над океаном заволокло тучами, волны вздулись и зашумели, а невидимый проводник, что до этого крепко держал девушку за руку, пропал. Темная фигура впереди размылась, перестала попадать в фокус и не давала разглядеть себя. Прямо сейчас Нола, скорее, просто чувствовала чье-то присутствие, чем видела того, кто стоял у воды. А еще ей казалось, что добраться до этого человека невероятно важно. Важно успеть сказать ему что-то — или спросить о чем-то. Схватить за руку и остановить, пока он не переступил роковую черту и не вошел в воду.       Но Нола не успевала. Ноги отказывались ее слушать, увязая в песке, а сколько бы она ни напрягала голосовые связки, из горла вырывался только едва слышный сип. Буря свирепствовала все сильнее, ветер с дождем наотмашь хлестали ее по лицу, а таинственная фигура у воды уже полностью растворилась в окружающем ненастье, оставив после себя только болезненно тянущее ощущение где-то в груди, тоскливое и бессильное.       Помоги мне.              — Смотри, куда прешь, урод! — голос отца окончательно выдернул Нолу из распадающегося сна. Ремень безопасности ощутимо вдавился в грудь, удерживая ее на месте, но голова девушки все равно по инерции мотнулась вперед, когда машина резко затормозила.       — Папа! — справа раздался возмущенный голос Стейси.       Все еще толком не проснувшаяся и с трудом ориентирующаяся в пространстве Нола посмотрела на сестру. Та, согнувшись в три погибели, шарила у себя под ногами, куда, судя по ее не особо сдержанным в выражениях комментариям, только что улетел ее мобильный.       — Он меня подрезал. Этот сукин сын меня подрезал! Я так и знал! Он еще на заправке на меня странно косился.       — Это был не он, Гарри, — со вздохом проговорила мать девушек, сидевшая в пассажирском кресле рядом с мужем. — У того был темно-зеленый кроссовер, а этот пыльно-оливковый.       Ноле была хорошо знакома эта обреченная интонация: мама всегда так реагировала на эмоциональные всплески отца. Терпеливо и сдержанно, с полным осознанием того, что он едва ли успокоится и ничто не помешает ему вспылить по любому другому поводу спустя пять минут.       — Как по мне, и тот, и этот зеленые, — меж тем проворчал ее муж, снова прибавляя ходу. — Надо было номера записать.       — Зачем? — все тем же тоном добровольно отдающей себя на заклание мученицы поинтересовалась мать.       — Ты не понимаешь, Карина, — раздраженно покачал головой он. — Такие люди просто опасны на дорогах. Сегодня он подрезал меня, но я-то, слава богу, водить умею. И реагирую быстро. А завтра он влезет перед какой-нибудь дурой, которая будет красить ногти за рулем, и тогда без аварии точно не обойдется. Нет, таких ублюдков нужно держать в поле зрения и время от времени проводить с ними воспитательные беседы. Просто для профилактики.       — Вот полиции-то делать нечего, кроме как воспитательные беседы проводить, — влезла в разговор родителей Стейси, наконец отыскавшая свой телефон под сиденьем и снова выпрямившаяся.       — А вот стоило бы! — повысил голос отец, бросая назад короткий взгляд через зеркало заднего вида. — Некоторым придуркам нужно по многу раз вдалбливать одно и то же, чтобы они усвоили наконец. Хотя… вот лично в твоем случае я не уверен, что и это бы помогло.       Та только цыкнула, закатив глаза, но ничего отвечать не стала, и Нола мысленно поблагодарила ее за это. Стейси с отцом часто ругались — до сорванных голосов и разбитой посуды. Один всегда вспыхивал за пару секунд, а вторая просто физически не могла удержать собственное ценное мнение при себе. Его до белого каления раздражал тот факт, что семнадцатилетка смеет с ним спорить или, тем более поучать, а она, кажется, физически не выносила мысль, что он не воспринимает ее всерьез.       Мать в их споры обычно не встревала. Когда начинался скандал, она просто уходила на веранду их дома и курила там, один за другим просматривая тиктоки по кулинарии. Иногда добавляла какие-то особенно ее впечатлившие рецепты в закладки, но так ни разу и не попыталась что-то по ним приготовить.       Нола тоже обычно старалась держаться от разгорающихся скандалов подальше. Конфликты — даже чужие — психологически очень ее изматывали. А когда она, к тому же, не могла однозначно занять чью-то сторону или вовсе рисковала попасть под горячую руку, наслушавшись гадостей и от отца, и от сестры, все становилось особенно сложно. Поэтому девушка, как и ее мать, предпочитала от происходящего ограждаться, уходя гулять на целый вечер или запираясь в комнате.       Вот и сейчас, хотя буря, кажется, миновала, Нола на всякий случай все же надела наушники и принялась пальцем двигать ползунок по полосе прокрутки, пытаясь вспомнить, на каком именно моменте видео начала клевать носом в прошлый раз.       Еще утром она загрузила себе на телефон большой подкаст про пансионат «Айвотер» — то самое место, куда они сейчас ехали, — но из-за того, что ночью девушка толком не выспалась, в дороге ее сморило и она не смогла дослушать его до конца. Кажется, сдалась где-то после истории про сосновую рощу, которую хозяева «Айвотера» высадили на побережье.       Ведущему подкаста показался весьма примечательным тот факт, что японская красная сосна изначально была названа могильной — из-за того, что впервые ее обнаружили на местах захоронений и оттого имела нехорошую репутацию. И именно на берегах Страны восходящего солнца их впервые и увидел Аластор Флоранс, будущий основатель и первый владелец пансионата «Айвотер».       Изогнутые стволы могильных сосен в густом закатном свете произвели на него неизгладимое впечатление, и он сразу же понял, чего именно не хватало скалистому массиву, на котором уже решил построить пансионат. И в 1923-м году уютный четырехэтажный «Айвотер» официально открыл свои двери для гостей.       «Можете сказать, что я притягиваю за уши, но, как по мне, место, окруженное деревьями с таким названием, просто обязано было рано или поздно оправдать это мрачное соседство, — с усмешкой отметил ведущий подкаста. — Именно для того, чтобы кто-нибудь вроде меня потом обыграл этот факт на превью к своему видео. И не смейте опять мне писать, что это был кликбейт! Да, Лариса Флоранс пропала спустя почти шестьдесят лет после основания «Айвотера», но то, что это случилось в роще могильных сосен, ни вы, ни я отрицать не можем, так?»       Вот примерно на этом месте Нола в прошлый раз и нажала на паузу, поняв, что окончательно проваливается в сон и толком уже не понимает, что ей говорят.       Вообще, о Ларисе Флоранс и самом факте ее загадочного исчезновения девушка узнала еще в тот вечер, когда родители только сообщили им с сестрой, что летние каникулы они в этом году всей семьей проведут не дома, а в частном пансионате.       Позже Стейси со всей уверенностью заявила, что это почти наверняка рекомендация семейного психолога и что их родители не сегодня завтра разведутся. И говорила она об этом с таким злорадством, словно их неудавшийся брак если и не был ее личной заслугой, то точно заставлял поверить во вселенскую справедливость. Нола же не хотела спешить с выводами. Да, их родители вовсе не походили на счастливую семейную пару из рекламы хлопьев, но оба, казалось, так прикипели к этому своему неполноценному счастью за те двадцать с лишним лет, что прожили вместе, что как будто не было какой-то особой причины рвать все здесь и сейчас.       Хотя, с другой стороны, они с сестрой могли и не знать всего.       Так или иначе, услышав про то, что через две недели они всей семьей едут в некий пансионат «Айвотер», Нола провела целый вечер в интернете, читая информацию об этом месте. Начала со стандартного раздела отзывов, а закончила, к своему собственному изумлению, на форуме любителей тру-крайм историй. И именно там впервые наткнулась на имя Ларисы Флоранс, жены Митчелла Флоранса, который, в свою очередь, приходился внуком Аластору, основателю пансионата.       Супружеская пара, как и прочие Флорансы до них, управляла «Айвотером» лично и проживала в нем на постоянной основе. Пока одной ненастной ночью 1983-го года Лариса Флоранс загадочным образом не исчезла из собственной запертой спальни.       Уже тогда у Нолы возникло множество перебивающих друг друга вопросов об обстоятельствах произошедшего и проведенном расследовании, но информации на форуме было до обидного мало. Дело и в свое время было не слишком резонансным, и о нем не особо много писали в газетах, а сейчас, спустя сорок лет, оно и вовсе практически стерлось у людей из памяти. Поэтому, обнаружив почти двухчасовой подкаст на тему «Айвотера», в котором автор собрал, кажется, весь имевшийся в сети материал на эту тему, Нола пребывала в полнейшем восторге. Ехать им все равно предстояло долго, так что провести хотя бы часть поездки, погрузившись в будоражащие воображение тайны прошлого, было куда интереснее, чем слушать ругань Стейси с отцом или совершенно бесполезные, но с ослиным упрямством предпринимаемые из раза в раз попытки матери их успокоить.       «Итак, что мы знаем о Ларисе? — спросил ведущий подкаста. — Она родилась в 1947-м году в семье польских эмигрантов, бежавших в Штаты от войны. В юности выступала в кабаре — в основном с танцевальными номерами, — была не слишком известна и популярна, но умудрилась-таки привлечь внимание богатого наследника Митчелла Флоранса. Если кому интересно, паренек был старше нее на целых восемь лет, и когда они познакомились, Ларисе было девятнадцать, а ему двадцать семь. Вполне себе пригодный возраст для того, чтобы задуматься о семье и наследниках. И, думаю, не надо говорить, в каком «восторге» в кавычках была его семья, когда он заявил, что собирается жениться на какой-то заштатной актрисульке. Впрочем, Митчелл всегда был довольно своеобразным типом, и к тому моменту родители уже устали биться с его эксцентричностью, поэтому просто махнули рукой. Да и мезальянсы такого рода в прошлом были вполне в порядке вещей — как говорится, не проститутку с улицы привел, и на том спасибо».       Дальше ведущий кратко пересказал историю брака Митчелла и Ларисы, сделав особенный акцент на том, что жили они достаточно замкнуто и практически не выезжали за пределы пансионата. В 1970-м году, через три года после свадьбы, у них родилась дочь Стефания, потом в 1972-м сын Леонард и, наконец, в 1976-м еще одна дочь — Лилиана.       «И если вам хочется еще немного мурашек перед тем, как мы перейдем к главному блюду, то вот: Стефания погибла в автокатастрофе, когда ей было всего шестнадцать, Леонард поехал кукухой на теме чупакабр и НЛО, а Лилиана, которая сейчас является официальным владельцем пансионата, не приезжает туда лично даже по праздникам или с проверкой. Поговаривают, что она несколько раз пыталась продать семейный бизнес, но так и не довела дело до конца. Напомню для тех, кто не умеет в арифметику, что на момент исчезновения матери Леонарду было одиннадцать, а Лилиане всего семь лет. И что бы тогда ни произошло, это произвело на обоих детей неизгладимое впечатление. Про Стефанию молчу вообще — официально она не справилась с автомобилем и слетела с дороги, когда возвращалась в пансионат из городка Мидвэй, расположенного в двадцати с лишним милях от «Айвотера». Но мои любимые конспирологи из комментариев могут, при желании, тоже связать это происшествие с исчезновением Ларисы. Напомню, что погибла Стефания через три года после него».       На этом моменте Нола снова нажала на паузу, потому что от обилия имен и дат информация в голове уже начала путаться. Жаль, что нельзя было накидать на коленке схему генеалогического древа Флорансов. Хотя вряд ли дети Ларисы могли иметь какое-то отношение к ее пропаже — разве что позже говорили что-нибудь об этом в каких-нибудь интервью.       — Они же будут нас кормить, я правильно понимаю? Мам, ты проверяла, у них там меню нормальное? — вмешался в ее размышления голос Стейси.       — Там будет шведский стол. Ты сможешь выбрать сама то, что тебе понравится, — отозвалась та.       — Шведский стол? — кажется, само это словосочетание заставило девушку поежиться. — Хочешь сказать, это все часами будет стоять на открытом воздухе? Да я в жизни не прикоснусь к этой еде.       — Можешь питаться батончиками из вендингового автомата, — равнодушно парировала мать девушек. — Я на фотографиях с сайта видела, что они у них там стоят.       — Ничего она не будет питаться батончиками, — встрял в их перепалку отец. — Не хватало еще этой глупости. Я за эту поездку отвалил приличную кучу денег, и в оплату было включено в том числе и питание. Так что даже слышать ничего не хочу, Стейси.       Атмосфера в машине неуклонно сгущалась, и чутко настроенный на грядущую бурю барометр Нолы подсказал ей, что самое время вмешаться, пока не разразился скандал.       — Ты можешь приходить раньше всех, когда еду только выставят, — проговорила она, пытаясь найти компромиссный вариант и не допустить обострения ситуации. — Тогда она еще не успеет заветриться.       — Это при условии, что она будет свежая, а не разогретая со вчера, — скривилась ее сестра. — Можешь мне это гарантировать?       О да боже мой, серьезно?       — Конечно, могу даже расписку написать, — выразительно двинула бровями Нола. — Так и так, я Нола Хадсен, никогда в жизни не бывавшая на кухне пансионата «Айвотер», гарантирую Стейси Хадсен, что диарея, с которой она засела на толчке, не имеет никакого отношения к подкисшим стейкам. Устроит?       Отец на переднем сиденье коротко хохотнул над ее словами, и этого, конечно же, было достаточно, чтобы Стейси тут же порвало на британский флаг. Шипя и едва ли не плюясь ядом, она заявила, что в таком случае вообще ничего не будет есть и не подойдет к шведскому столу на милю.       Нола тихо вздохнула, отворачиваясь к окну и снова запуская остановленный на середине подкаст. Этот любимый прием сестры она тоже знала отлично. «Ну раз ты не хочешь мне помочь с моим больным пальцем, я пойду и отрежу себе руку». Никаких компромиссов или попыток поставить себя на место другого человека. Если младшая Хадсен не получала того, чего хотела и на что успела настроиться, все вокруг тут же превращались в ее личных заклятых врагов, которые спят и видят, как бы сделать ее и без того нелегкую жизнь совсем невыносимой.       И пусть даже Нола вовсе не была уверена, что ее сестра осознанно пыталась внушить окружающим чувство вины за то, что ей было плохо, а теперь станет еще хуже, по итогу все сводилось именно к этому. В конце концов именно ты оказывался виноват в том, что не исполнил назначенную тебе в голове Стейси роль — а сверх того, еще и в отрезанной по этому поводу руке. Так что единственной работающей тактикой здесь было отползти в сторону и прикинуться ветошью.       Жаль только, что родители ее мнения не разделяли: сквозь голос ведущего Нола слышала, как выбешенный ультиматумом Стейси отец что-то высказывает ей на повышенных тонах, а мать тщетно пытается его утихомирить. Сама же виновница в очередной раз разгоревшегося спора сидит с таким гордым и уверенным в себе видом, что явно и мысли не допускает, что тоже может быть в чем-то не права.       Задумавшись об этом всем, Нола вдруг поймала себя на том, что пропустила мимо ушей последние минуты две монолога ведущего. Пришлось немного отмотать назад.       Оказалось, тот наконец перешел к сути — тому, что случилось в пансионате «Айвотер» 14-го ноября 1983-го года.       «Согласно имеющимся у нас данным, на тот момент постояльцев в доме было совсем немного, что, впрочем, и неудивительно, учитывая, что ноябрь на побережье редко бывает приятным месяцем. Перечислять имена всех гостей так и быть не стану, пожалею вашу кратковременную память. Тем более что никто из них, согласно их собственным свидетельствам, ничего не видел и не слышал. Итак, опираясь на проведенную реконструкцию событий, мы знаем, что около десяти вечера Лариса Флоранс поднялась к себе. Этот факт подтвердило несколько свидетелей. А ночевала она, напоминаю, в собственной спальне, располагавшейся в известной башенке «Айвотера» — округлой пристройке, которая появилась там после реставрации здания, пострадавшего от урагана в конце шестидесятых. Она есть на всех фотках пансионата и считается своего рода его фишкой, кстати».       Ведущий махнул рукой, выводя на экран несколько снимков с первой страницы поисковика, которые Нола тоже уже находила и рассматривала.       «Естественно, как и полагается по жанру, ночью шел дождь, а океан разбушевался вовсю и, как потом вспоминали особо впечатлительные гости, едва ли не захлестывал порог «Айвотера». Но тут я спешу вас разочаровать, друзья — чтобы захлестывать порог, ему бы пришлось затопить весь берег, потому что фасад дома и, соответственно, входные двери расположены в противоположной от океана стороне. И столь сильный подъем воды точно был бы зафиксирован в каких-нибудь более достоверных источниках, чем свидетельские показания, но, судя по сводкам Национальной метеорологической службы, ничего подобного в ноябре 1983-го года не наблюдалось. Так что, возможно, мои любители готических романов сейчас расстроятся, но нет, ничего мистического в той буре не было: обычный дождь, обычные волны. По моим расчетам, они даже до конца пляжа не домывали, не то что до скалистой части берега или, тем более, до стен «Айвотера». Сам пансионат, если кому интересно, расположен на отвесной скале над пляжем, высота там почти сто футов. Это если мы складываем высоту самого здания, начиная от окна башенки Ларисы, и высоту скалы, на которой он стоит».       На экране появилось схематичное изображение с замерами высот, но Ноле было проще представить это по-другому. Сто футов — это приблизительно десять этажей. Если бы Лариса выпрыгнула из окна и упала на пляж, это было бы равносильно падению именной с такой высоты. И да, возможно, песок бы смягчил удар, но уж точно не настолько, чтобы женщина после этого могла встать и уйти на своих двоих.       Собственно, об этом ведущий и говорил далее. Наутро после бури Митчелл поднялся к жене, но она не открыла на его стук. Обеспокоенный, он приказал выломать дверь и впоследствии обнаружил, что Лариса бесследно исчезла. Постель ее была не тронута, словно на ней никто этой ночью не спал — или же аккуратно заправил после пробуждения. Окно же распахнуто настежь, а подоконник покрыт грязью и иголками тех самых пресловутых могильных сосен.       Учитывая, что дверь была заперта изнутри, версию с убийством в те годы даже не рассматривали. Еще и потому, что, несмотря на все поиски, тело Ларисы так и не было найдено: ни на пляже под домом, ни где-либо еще. Конечно, это стало причиной для многочисленных спекуляций, и исчезновение хозяйки пансионата очень быстро обросло самыми абсурдными слухами, которые особенно активно смаковались в девяностые после того, как Леонард, сын пропавшей, стал ходить по ток-шоу, продвигая свою книгу, в которой утверждал, что его мать похитили пришельцы.       «Из всех версий произошедшего той ночью лично мне особенно нравится именно эта, — со смехом проговорил ведущий. — Нет, согласитесь, зеленые человечки в этой истории смотрятся просто восхитительно. Хотя и вариант с разгневанными духами, которых Аластор Флоранс привез из Японии вместе с саженцами своих драгоценных сосен, тоже вполне себе ничего. Возникает, правда, вопрос, чего же эти духи сиськи мяли целых шестьдесят лет, но хэй, кто мы такие, чтобы их судить, верно? Мне вот на прошлой неделе понадобилось полчаса себя уговаривать, чтобы позвонить в страховую и узнать, что за странный счет они мне выставили. Что же касается более правдоподобно звучащих объяснений, то большинство нетизенов сходится на мысли, что, вне зависимости вышла ли она в окно сама, упала случайно или же ее кто-то столкнул, тело потом унесло с пляжа волнами. Проводили даже какой-то эксперимент, мол, насколько далеко можно выпрыгнуть из окна, если взять разбег. Не представляю, зачем кому-то заниматься такой акробатикой, но мало ли чего ей в голову стукнуло. Как я люблю говорить в таких случаях, самое простое объяснение обычно и оказывается верным. Прибрежные течения бывают непредсказуемыми, а учитывая погодные условия в ту ночь, вообще могло произойти что угодно».       Продолжая слушать ведущего, Нола спустилась в комментарии — девушке вдруг стало интересно, что думают по этому поводу слушатели. Мнения там разделились. Большинство поддерживало автора видео, считая, что Лариса, скорее всего, покончила с собой, а ее тело смыло с пляжа и унесло куда-то, где его так и не смогли найти. Но нашлось и приличное количество тех, кто видел слишком много несостыковок во всей истории.       Кто-то винил мужа, утверждая, что раз он первым побывал на предполагаемом месте преступления, то мог уничтожить какие-то улики и переиначить правду на свой лад. Другие и вовсе заявляли, что Лариса могла не ночевать тогда в своей спальне и ее убили в каком-то другом месте, а вся история с исчезновением из запертой комнаты была придумала для отвода глаз. Третьи задавались вопросом, могла ли женщина каким-то образом выбраться из комнаты и спуститься на пляж, используя, например, альпинистское снаряжение или нечто подобное. Если, например, она хотела уйти от мужа и детей, но боялась, что ее осудят или будут искать.       Но больше всего внимание Нолы привлек реплай от пользователя под ником warlok111!, под которым разгорелась нешуточная дискуссия на несколько десятков ответных комментариев.       «Пляж под домом насыпали только в девяностые. В начале восьмидесятых там была скальная гряда. Если бы Лариса прыгнула, ее тело осталось бы лежать на камнях, потому что волны до него бы просто не достали. По шкале Бофорта, там было максимум пять баллов. П.С. Идея с разбегом — идиотская».       Самым залайканным ответом на это был ответ самого автора канала:       «Откуда у тебя вся эта информация, чувак? Я не нашел ничего такого в сети, когда готовил выпуск — ни данных, ни фоток. Только не говори, что выдумал это, чтобы подтвердить теорию о пришельцах. Хаха».       Прочие комментарии были похожего толка — люди просили пруфы и ссылку на источник информации, но warlok111! так больше ничего им не ответил. Ради интереса Нола решила проверить его слова и сама попыталась найти информацию о том, как выглядел «Айвотер» в восьмидесятые, но ожидаемо потерпела неудачу. Дело и правда было не особо известным — из тех, что берут для подкастов в попытке выделиться на общем фоне и рассказать о чем-то новом, а не заезженном по сто раз вроде исчезновения Моры Мюррей или загадочной смерти Элизы Лэм.       «Айвотер» был небольшим частным пансионатом, занимающим какие-то не бросающиеся в глаза средние строчки в рейтинге мест для отдыха. Не слишком роскошный, расположенный в стороне от больших дорог и на приличном расстоянии от ближайшего города и не вкладывающий много денег в рекламу. Что говорить, две недели назад Нола вообще услышала это название впервые — как и фамилию Флоранс.       — Пап, а почему именно «Айвотер»? — спросила она, вынув один наушник из уха.       — Коллега с работы порекомендовал, — отозвался ее отец, подтвердив тем самым предположение, возникшее у самой Нолы. — Ездил туда в прошлом году, остался доволен.       Что ж, ожидаемо. Судя по информации на их официальном сайте, пансионат мог одновременно принимать не более тридцати гостей, так что, наверное, им вполне хватало сарафанного радио, чтобы заполнять комнаты на сезон и не испытывать недостатка в клиентах.       Хотя, наверное, если бы владельцы более активно продвигали тему с таинственным исчезновением предыдущей хозяйки, любители мистики начали бы в очередь выстраиваться, чтобы лично побывать на месте событий. Но, судя по всему, Лилиана Флоранс осознанно предпочитала не ворошить прошлое и уж точно не стремилась на нем заработать. Поэтому нигде на сайте или в рекламных материалах имя ее матери и вовсе не было упомянуто.       Более того, порывшись в расшифровках старых интервью Леонарда, Нола обнаружила, что в начале нулевых они с сестрой судились из-за его книги. Женщина хотела отозвать тираж из печати как порочащий честь и достоинство их матери, а также наносящий вред их деловой репутации. В итоге суд она проиграла, и тираж остался на полках. Зато его плановое переиздание было сперва отложено, а потом и вовсе отменено. Так что сейчас книгу Леонарда Флоранса под названием «Огни над океаном» можно было купить только с рук где-нибудь на eBay и притом за весьма приличную сумму.       Вернувшись к подкасту, Нола дослушала его остаток, но там больше ничего особо интересного сказано не было. Дело об исчезновении Ларисы Флоранс закрыли достаточно быстро, и, судя по всему, даже не особо пытались ее искать. Что интересно, Митчелл, ее муж, кажется, тоже был не против того, что полиция спустила произошедшее на тормозах и не стала копаться в деталях. По крайней мере, никаких упоминаний о том, что он пытался возобновить расследование или предпринимал собственные попытки отыскать жену, ведущий подкаста не нашел. Скончался Митчелл от рака желудка в 2012-м году в возрасте семидесяти трех лет. И до самой своей смерти он не давал прессе никаких комментариев по поводу дела своей жены — даже когда вышла книга Леонарда и позже, когда Лилиана судилась с братом из-за нее.       «С другой стороны, это, конечно, его личное дело. Судя по тому, что больше он так и не женился, сердце его до конца жизни было предано пропавшей жене. И, кто знает, может, он все это время надеялся, что она вернется. В этом, наверное, и заключается самое сложное в такого рода делах: не зная правды, мы не можем в полной мере примириться со случившимся. Закрыть страницу и двинуться дальше, так сказать. Видимо, старина Митчелл так и не смог. Может, он даже винил себя в том, что произошло. Ведь если бы он не оставил жену одну в ту роковую ночь, все могло бы сложиться иначе. В любом случае, на этом я буду с вами прощаться. Как всегда, жду ваших теорий и объяснений произошедшему в комментариях. Подписывайтесь, ставьте лайки и увидимся через неделю».       Еще через несколько секунд после этого подкаст закончился, а вместо лица ведущего на экране всплыли превью видео схожей тематики.       Эта занимательная история немало взбудоражила Нолу, и ей было невероятно досадно, что прямо сейчас она не может ни с кем поделиться своими собственными соображениями по поводу услышанного. А мысли ее меж тем снова и снова возвращались к комментарию того загадочного пользователя. Почему он не стал отвечать на вопрос автора канала и не сказал, откуда узнал про пляж и скалы под домом? Потому что, учитывая, что информации об этом в интернете действительно не было, единственным разумным объяснением было то, что warlok111! получил ее из первых рук — а, быть может, и сам был непосредственным свидетелем всего этого. В конце концов, если он не врал, пляж насыпали каких-то тридцать лет назад. И те, кто тогда мог этим заниматься, сейчас были вполне еще в здравом уме и светлой памяти. Не захотел раскрывать свой источник? Или, может, сам услышал этот вброс на каком-нибудь форуме или вроде того, а потому и ссылаться было толком не на кого?       Размышляя обо всем этом, Нола зашла на страницу его канала. Информации там, впрочем, почти не было: ни одного собственного видео, все сохраненные плейлисты, если они вообще были, скрыты настройками приватности, даже аватарка и та отсутствовала. Единственное, что Нола смогла выяснить, так это то, что зарегистрировался warlok111! в 2020-м году — как раз вскоре после начала пандемии и введения тотального локдауна. Что звучало достаточно логично: тогда у видео-хостингов и стриминговых сервисов появилось множество новых пользователей.       «Так себе из меня детектив», — мысленно резюмировала Нола, после чего вздохнула и отключила экран телефона, решив поэкономить аккумулятор.       — Долго еще? — спросила она, обращаясь к отцу.       — Навигатор говорит, что полтора часа, — отозвался тот. — Что, невтерпеж уже?       — Нет, нормально, — мотнула головой девушка, откидываясь на подголовник сидения и переведя взгляд на бесконечно тянущийся лес за окном. Солнце уже начало клониться к западу, удлиняя тени и напитывая воздух медвяно-оранжевыми оттенками. К моменту, как они наконец доберутся до места, оно, наверное, и вовсе скроется за деревьями.       Остаток поездки девушка провела, слушая музыку и иногда задремывая. К счастью, Стейси с отцом, кажется, исчерпали свой сегодняшний лимит на ссоры, поэтому оба в основном молчали, а, когда того требовала ситуация, отвечали на возникавшие вопросы односложно и без лишних эмоций.       Дважды они останавливались на заправках. В первый раз чтобы пополнить бак и купить перекусить, во второй — чтобы справить естественную нужду. К удивлению Нолы, ее сестра даже не стала ворчать на тему того, какая в подобного рода общественных туалетах царит антисанитария, видимо, смекнув, что в таком случае ей придется либо присесть в кустики у дороги, когда станет совсем невмоготу, либо терпеть до самого «Айвотера». И на этот раз здравый смысл в ней возобладал, пусть даже после им пришлось нараспашку открыть все окна в машине, чтобы не задохнуться от запаха санитайзера.       — Там было жидкое мыло, — заметила тогда мать девушек.       — Я знаю, — многозначительно подтвердила Стейси, встряхивая пахнущими спиртом руками, и на этом разговор закончился.       До «Айвотера» они добрались, уже когда начало смеркаться. Пришлось сделать небольшой крюк, потому что, как выяснилось, отец пропустил нужный поворот и, чтобы развернуться, ему пришлось проехать по шоссе пару лишних миль.       По мере приближения к океану воздух становился свежее, и в нем все резче проступали соленые нотки. А когда к этому запаху примешался аромат смолы и хвои, Нола поняла, что они почти на месте.       Территория «Айвотера» была окружена высоким забором из горизонтальных деревянных планок, сквозь узенькие просветы между которыми угадывались очертания сосновой рощи. И хотя отсюда по-прежнему было мало что видно — особенно в густеющих сумерках — сердце у Нолы все равно забилось чаще. Те самые сосны, тот самый пансионат. Почему-то мысль о том, что она вот-вот окажется в месте, о котором только слышала и читала, невероятно ее будоражила, даже несмотря на то, что девушка очень устала с дороги.       Отец остановил машину у автоматических ворот и, по интеркому связавшись с охраной, назвал себя и сообщил, что у них забронировано два номера на фамилию Хадсен. С той стороны повисла короткая пауза, во время которой сотрудник «Айвотера», видимо, проверял информацию, а потом створка ворот начала неторопливо отъезжать вправо.       Еще минут десять они ехали по узкой гравийной дороге, ведущей через сосновую рощу к зданию пансионата, а потом наконец остановились почти у самого его крыльца и отец выключил зажигание.       Стейси, конечно, выскочила из машины первой — и почти сразу начала снимать что-то на телефон, крутя камерой во все стороны. Нола не была подписана на инстаграм сестры, но знала, что та ведет его достаточно активно и уже успела собрать приличное количество подписчиков. Последнее, впрочем, было неудивительно — младшая Хадсен отлично умела подавать себя. Она и без того была очень симпатичной, а после грамотной обработки своих фото и вовсе выглядела как девочка с обложки. Ее селфи набирали по несколько сотен лайков, а личные сообщения ломились от непристойных предложений и сомнительных картинок. Сама Стейси называла это «ценой успеха» и вообще, кажется, нисколько по этому поводу не переживала. Могла за раз прочесть с десяток похабных сообщений или комментариев, даже не измениться в лице, а вечером выложить особенно милую фоточку в белом платье и с двумя хвостиками, подвязанными ленточками. А потом все с тем же непроницаемым выражением лица мониторить сыплющиеся, как из рога изобилия, лайки.       Признаться, Нола плохо понимала свою сестру. Что вообще творилось у той в голове в такие моменты? О чем она думала, глядя на бесконечные непристойные предложения или более продуманные, но все равно сводящиеся к одному и тому же попытки познакомиться с ней? Как воспринимала собственное милое личико, кокетливо улыбающееся с фотографий на ее аккаунте? Считала ли все эти комплименты и восторги заслуженными или же прекрасно понимала, что в ней видят не более чем лицо и тело, которые можно задействовать в собственных эротических фантазиях? И если последнее, задевало ли это ее хоть сколько-нибудь — или тоже было поводом для гордости собой?       — Нола, хватит считать ворон, — буркнул отец, едва не задев ее плечом. — Чего встала посреди дороги?       — Прости, — мотнула головой она, поудобнее перехватывая ручку своей сумки на колесиках и по пандусу закатывая ее на широкое деревянное крыльцо.       Все окна первого этажа источали мягкий гостеприимный свет, а вот на оставшихся горели через одно: видимо, там находились комнаты гостей. Знаменитую башенку «Айвотера» отсюда было толком не видно, ведь она была обращена к океану, но Нола уже дала себе обещание, что завтра первым же делом сходит на пляж и посмотрит на нее оттуда. Сегодня сил на это у девушки уже не было, и ничего ей не хотелось так сильно, как добраться до кровати и упасть лицом в подушку.       — Ваши номера находятся на третьем этаже, — с улыбкой сообщила им девушка на стойке регистрации. — 3С и 3F. Вы, к сожалению, пропустили ужин, но если нужно, мы можем приготовить что-то специально для вас и доставить еду в номер.       — Значит, можно питаться и так? — тут же поймала ее на слове Стейси, которая до этого, печатая что-то в телефоне, вообще не выказывала особого интереса к происходящему. — Просто заказывать еду в номер?       — Да, мы предоставляем такую услугу, но она выходит за рамки стандартного пакета, — дружелюбно улыбнулась администратор. — При необходимости мы можем просто добавить ее к вашему счету.       — Нет такой необходимости, — тут же обрубил отец, и вспыхнувшее было триумфом лицо Стейси снова скисло. — Мы будем питаться, как все нормальные люди, спасибо.       — Как пожелаете, мистер Хадсен, — не изменилась в мимике та. — Прошу, лифты вон там. Вашу машину мы отгоним на стоянку для гостей. Хотите, я попрошу кого-нибудь помочь вам с багажом?       — Да, будьте так любезны, — кивнул он, и администратор тут же подняла трубку телефона на стойке, чтобы связаться с кем-то по внутренней линии. — Мои дочери набрали столько одежды, словно собрались тут каждую неделю устраивать показ мод. Я даже не уверен, что ваш лифт за раз сможет все их поднять.       — Может быть, для тебя это будет открытием, пап, но не все готовы носить одну и ту же майку круглый год, — сухо парировала Стейси, возле которой и правда выстроился небольшой чемоданный отряд. — И раз уж мы собираемся провести здесь почти полтора месяца, я должна была позаботиться о том, что надеть.       — Да бога ради, перед кем ты тут красоваться собралась? — в тон ей ответил он, кривясь от раздражения.       — Я даже не надеялась, что ты меня поймешь, — пренебрежительно фыркнула та.       — Поговори мне тут еще, — рыкнул отец, и в этот момент к ним подошел слегка заспанный парень со взъерошенными темными волосами.       Одет он был в мятую светлую футболку, и вообще мало походил на работника пансионата, так что ничего удивительного, что при виде него администратор тихо, но выразительно вздохнула.       — Куда нести, мистер? — поинтересовался парень, с трудом сдержав зевок.       Вполне вероятно, что отец, имевший весьма строгие представления о том, как должен выглядеть и вести себя рабочий персонал, уже собирался высказать ему все, что он думает по поводу его внешнего вида и обращений, но тут в разговор вмешалась Стейси, переключая внимание коридорного на себя.       — Смотри сюда, — распорядилась она, тоже глядя на парня с плохо скрываемым недовольством. — Вот это все нужно доставить в номер 3F. И аккуратнее, пожалуйста, там есть хрупкие вещи.       И, даже не став ждать ответа или тем более следить за исполнением своих поручений, она развернулась и уверенной походкой от бедра прошествовала к лифтам.       Нола, поймав несколько озадаченный взгляд коридорного, виновато ему улыбнулась, но говорить ничего не стала.       — Ваши тоже взять, мистер? — уточнил тот, обращаясь к родителям девушки. Отец на это просто махнул рукой, видимо, уже утомившись от претензий и выяснения отношений. Тогда парень сходил за багажной тележкой, а потом аккуратно составил на нее все сумки.       — Со своими я сама разберусь, спасибо, — проговорила Нола, когда он протянул руку, чтобы взять ее. — Чемоданы родителей нужно отвезти в номер 3С.       — Понял, принял, — кивнул он, и они вместе проследовали к лифтам. — Она у тебя всегда такая? — последнее явно относилось к Стейси, которая к тому моменту уже уехала вместе с родителями на третий этаж.       — Это только в хорошие дни, так что считай, тебе повезло, — хмыкнула девушка. — Спасибо, что помог.       — Работа такая, — пожал плечами он. — Вы хорошо добрались?       — Терпимо. Но очень хочется принять душ и лечь.       — Тогда остальное подождет до завтра, — согласился парень, и она благодарно ему улыбнулась.       На этаже они в первую очередь направились к номеру сестер, и коридорный по одному занес внутрь все чемоданы Стейси.       — Не уверен, что строительный кирпич — это такая уж хрупкая штука, — заметил он, обращаясь к самой младшей Хадсен, которая лежала на кровати с телефоном в руках и демонстративно игнорировала все посторонние раздражители.       — Чего? — рассеянно переспросила та, не поднимая глаз от экрана.       — Ты сказала, что у тебя там хрупкие вещи. Так вот, сообщаю, что кирпичи довольно прочные. Потому что, судя по весу, ты напихала туда именно их.       Девушка несколько раз хлопнула ресницами, осмысляя услышанное, а потом, когда до нее наконец дошло, с досадой поджала губы.       — Это ты сейчас пошутить пытался? Больше так не делай, люди могут догадаться, что у тебя нет чувства юмора.       — И что теперь, даже на чай не дашь? — состроил печальную мордашку парень. — Ну вот, а я так старался. Даже специально не стал ронять твои шмотки… второй раз.       Это подействовало — младшая Хадсен наконец оторвалась от телефона, злобно полыхнув взглядом и явно набирая в грудь воздуха, чтобы высказать все, что она о нем думает.       — Да шучу я, разожми булочки, — фыркнул тот, явно довольный произведенным эффектом. — Вот, твоя сестра не даст соврать. Правда?       Нола, которая за это время успела открыть свою сумку и достать из нее пижаму вместе с принадлежностями для душа, только подняла руки, мол, даже не думайте втягивать меня в это.       — Если найду хоть одну трещинку там, где ее быть не должно, тебе не поздоровится. Будешь мне все лето на новые гаджеты пахать, — угрожающе проговорила Стейси. Но коридорного, кажется, ни ее угрозы, ни эта нарочитая агрессия нисколько не смутили.       — Я бы сейчас пошутил про анальные трещины и про то, что пахать на них в таком случае точно не стоит, но, боюсь, такие благовоспитанные леди не оценят мой сортирный юмор, — заметил тот, ухмыльнувшись. — Спокойной ночи, Нола.       — Спокойной ночи, — кивнула старшая Хадсен, с улыбкой провожая его взглядом.       — Спокойной ночи, Нола, — издевательски передразнила его Стейси, когда парень вышел из номера. — Вы с ним что, уже познакомиться успели?       — Да, и довольно давно, — кивнула та. — Года три назад в одной гильдии состояли в онлайн игрушке. Взаимно подписались на странички друг друга еще тогда, а тут недавно выяснилось, что он на это лето устроился в «Айвотер» разнорабочим. Его Дилан, кстати, зовут.       — Я не спрашивала, как его зовут, — отрезала та. — И вообще передай своему дружку, чтобы он держался от меня подальше, ясно? Терпеть не могу таких, как он.       — Тех, которые не падают в обморок от твоей красоты сразу с порога, теряя дар речи и чувство собственного достоинства? — с короткой усмешкой уточнила Нола. — Дилану двадцать пять, так что твои подростковые приемчики вряд ли произведут на него впечатление.       — Очень мне надо впечатление на него производить, — поджала губы Стейси. — И вообще, я в ванную первая иду, ясно?       — Я даже не удивлена, — качнула головой ее сестра, ждавшая этого заявления с того самого момента, как открыла сумку и вынула из нее пижаму. — Иди.       Младшая Хадсен несколько секунд помолчала, словно досадуя, что Нола не особо расстроилась, а, значит, своей выходкой ей не удалось отомстить той за знакомство с противным коридорным, но потом просто пожала плечами и, взяв привезенное из дома полотенце и дорожную косметичку, отчалила в ванную. Вскоре внутри зашумела вода.       Ее сестра же, оставшись в одиночестве, сперва поставила на зарядку свой почти полностью севший телефон, а потом бегло осмотрела их номер.       Здесь было достаточно уютно и просторно — две односпальные кровати, разделенные пустым стеллажом, куда можно было составить книги или другие личные вещи; два шкафа для одежды с вешалками и полками; мини-бар с прозрачной дверцей, в котором стояло в ряд несколько бутылок воды; а также небольшой чулан, где девушка обнаружила складную сушилку и отпариватель. Там же нашелся огнетушитель и два складных тканевых шезлонга, которые, видимо, можно было вынести на небольшой балкончик, примыкавший к номеру. На стене напротив кроватей висел большой телевизор, а еще возле каждой из них стояла своя прикроватная тумбочка с ночником, который можно было использовать вместо верхнего света.       Прикинув, что пустые сумки вполне неплохо поместятся в чулан, Нола, однако, решила оставить их распаковку на завтра. И, не зная, чем еще себя занять, пока сестра была в душе, открыла раздвижные балконные двери и вышла наружу.       Резко налетевший на нее порыв ветра взъерошил темные — такие же, как и у Стейси — волосы девушки и заставил ее на пару секунд даже задержать дыхание. Меньше, чем в семидесяти футах от нее, начинался океан. Сейчас черный, почти неотличимый от раскинувшегося над ним ночного неба, он шумел, ворчал и вздыхал, как живое существо. На пляже внизу все еще горели невысокие ландшафтные фонарики, и группа молодых людей оживленно о чем-то болтала, сидя на деревянных шезлонгах.       И пока девушка их рассматривала, в голове у нее вдруг совершенно некстати всплыл комментарий загадочного warlok111! — о том, что раньше здесь пляжа не было, а под каменистым склоном, на котором стоял «Айвотер», из воды торчали только скалы. Следуя за своей мыслью, она подняла взгляд влево — туда, где должна была находиться башенка Ларисы. Та, как и ожидалось, была темной и почти терялась на фоне огней пансионата.       Разглядывая ее смутный силуэт, Нола невольно задалась вопросом, а заселяли ли еще туда гостей или же, начиная с 1983-го года, там больше так никто и не жил. Мелькнула мысль поискать эту информацию в сети, и девушка уже собиралась вернуться к ним с сестрой в номер за телефоном, как вдруг ее взгляд уловил какое-то движение на фоне белых занавесок наверху.       И пусть Нола не верила в привидений, в тот самый момент ее уставший и перегретый впечатлениями за день мозг решил, что это было именно оно. По венам плеснуло жгучим адреналином, а в голове всплыл тот дурацкий сон, что она видела в машине — про фигуру у воды, просившую о помощи. Напугав саму себя почти до паралича, девушка аж слегка присела и несколько секунд действительно не могла заставить себя пошевелиться — или хотя бы выдохнуть. А потом вдруг разглядела красный огонек, блекло мерцавший в ночной темноте на фоне колышущихся занавесок. Кто бы сейчас ни стоял у окна башенки Ларисы Флоранс, в руках у него была зажженная сигарета.       И очень вряд ли это был неупокоенный дух, которому вдруг приспичило романтично посмолить, глядя на океан.       «Дура», — коротко отчитала себя Нола, мысленно порадовавшись хотя бы тому, что ее косплей перепуганного оленя в свете фар обошелся без свидетелей, и, отодвинув дверь, решительно вернулась в комнату. Там завалилась на кровать и прислушалась к звукам, доносившимся из ванной: вода в последней все еще шумела вовсю, и не было похоже, что Стейси собирается поторапливаться.       Подзарядившийся телефон коротко булькнул, оповещая о входящем сообщении, и старшая Хадсен больше рефлекторно, чем осознанно потянулась проверить, от кого оно было.       >> f*ckin’_awesome: Черт, а я и не знал, что твоя сестра популярная блогерша. Чего ты все это время прятала ее от меня? :)       << Nola_Hud: Берегла твою психику, естественно) Ты разве на личном опыте сегодня не убедился, что она даже близко не такая милашка, как на фотках у себя в инсте?       >> f*ckin’_awesome: Моя психика уже почти восстановилась ;) Чего не могу сказать о кровяном давлении в определенных частях тела :Р       Прочитав это сообщение, Нола не сдержала короткого раздосадованного вздоха. Кажется, она несколько переоценила его способность сопротивляться чарам Стейси.       << Nola_Hud: Чувак, ей семнадцать, ты ведь в курсе?       >> f*ckin’_awesome: Ну и? Возраста согласия она уже достигла, разве нет?       << Nola_Hud: Я не собираюсь обсуждать с тобой твой стояк на фотки моей сестры Х___х Просто имей в виду, что, если сунешься всерьез, она тебя сожрет и даже не подавится.       >> f*ckin’_awesome: Звучит как вызов ;))       Судя по фотографиям в профиле самого Дилана, недостатка в женском внимании парень не испытывал. Девушки там мелькали часто, порой в весьма провокационных позах или ситуациях, но редко кто из них появлялся на снимках больше пары раз. Однако если он рассчитывал так же легко и не напрягаясь заполучить в свои сети Стейси Хадсен, его ждал большой сюрприз. И, возможно, пара выбитых зубов, если он уж совсем перегнет палку.       Телефон булькнул снова.       >> f*ckin’_awesome: Сама-то как?       << Nola_Hud: Жду, пока ванная освободится. Устала, жесть. Кстати, а кто у вас тут живет в башенке?       >> f*ckin’_awesome: В башенке?       После этого сообщения последовала пауза, и Нола уже начала было набирать пояснение, как ее друг, видимо, сообразил, о чем идет речь.       >> f*ckin’_awesome: А, в этой башенке. Никто, насколько я знаю. Там дверь заперта на ключ. Я даже не знаю, есть ли он у Эстер или еще кого.       << Nola_Hud: Эстер это… администратор? С ресепшна?       Догадка девушки оказалась верной.       >> f*ckin’_awesome: Да, она. Мировая деваха)       << Nola_Hud: Мне кажется, я… видела кого-то в окне. Только что.       >> f*ckin’_awesome: Может, показалось? Не знаю, при мне эту дверь ни разу не открывали.       Нахмурившись, Нола отложила телефон, оставив его на зарядке, и вернулась на балкон. Шумная компания внизу все еще продолжала веселиться, а вот в паре соседних номеров свет уже выключили, и теперь девушка видела очертания темной башенки яснее.       Как и следовало ожидать, силуэт в окне уже пропал.       << Nola_Hud: Там точно кто-то был.       >> f*ckin’_awesome: Вывод? У кого-то таки есть ключ) Но точно не у меня.       Прежде чем отправить следующее сообщение, девушка несколько секунд медлила, но потом все же решилась.       << Nola_Hud: Дилан, а ты… веришь в привидений?       Ответ последовал незамедлительно.       >> f*ckin’_awesome: Ага)       >> f*ckin’_awesome: А еще в рептилоидов, снежного человека и пришельцев. Все еще надеюсь, что кто-нибудь из них меня украдет, и мне не придется брать ипотеку на однушку в жопе мира.       Ну, что ж, стоило признать, что именно на такой ответ Нола и рассчитывала. Если в чем ее друг и был мастер, так это в умении развеять чужие тревоги и снять груз с плеч, попутно наболтав всякой ерунды.       Наверное, за это она его и любила, несмотря на кучу прочих его недостатков.       << Nola_Hud: Все, кажется, она закончила. Пойду в душ и баиньки наконец-то.       >> f*ckin’_awesome: Есть шанс, что ты мне сфоткаешь свою сестру, замотанную в полотенце после душа? <3       << Nola_Hud: Ни одного :Р Спокойной ночи, Дилан.       >> f*ckin’_awesome: Злая ты :) Спокойной ночи)