Детективное агенство по делам сверхъестественным

      Трасса закрыта, но они пролетают предупреждающий знак, так что тот падает и отлетает прочь. Идут наравне, но скоро будет шанс вырваться вперед. Противник замедляется, и Сайно выходит в параллель и на следующем плавном повороте хочет завершить обгон. Выжимает газ и набирает скорость. Пора начинать, потому что другого шанса не будет, но он не может переключить передачу, она заклинила. Неужели всё-таки сломали, пока учили водить? Нет, странное чувство, будто рука Тигнари легла на его, в неуверенности прося это не делать, но он не может сейчас отступиться. Возможно, это последняя возможность занять лидирующую позицию и победить в заезде. Пусть и с секундной задержкой, но он вырывается вперёд и занимает место перед противником. Так показалось на первый взгляд, потому что не смотря на то, что он гнал на бешеной скорости в ночь, его из-за спины легко и невзначай обогнал и перегнал в пару мгновений какой-то автомобиль.       Это был не его противник, а совершенно другая машина. Едва ли мельком Сайно с ужасом заметил, что у водителя напрочь отсутствовала голова. Только пустая шея на плечах. Впрочем, это не мешало тому дружелюбно отсалютовать приветствие рукой от «виска», оставив Сайно в полном недоумении, и рвануть вперёд.       Визжащий шум мотора пронесся в его голове.       Это наваждение.       Он видит, как машина устремляется вперёд, но впереди редеет лес и в ночи не заметен резкий поворот. В следующее мгновение она вылетает с трассы. Свободное падение, где каждая доля секунды тянется бесконечно…       Резкий вдох.       Этого не произошло ещё. Это будущее или фантомное видение?       Так или иначе, видение настолько шокирующее, что, когда вернулся в настоящее, он, сам не осознавая этого, непроизольно выставил руку, покрытую фиолетовыми лентами, вперёд. Острые когти создают визуальные помехи в пространстве. Он знает, что взмахнет рукой и представшее перед глазами будущее изменится.       «Что я вообще делаю?»       «Что я увидел?»       «Что это за сила?»       Он не знает ни её природу, ни её возможности, ни её пределов. Пока ответов на эти вопросы нет, он не будет ей пользоваться в таких ситуациях. Он справится сам. В опасные моменты быстро соображает, так что пришел в себя. Одёрнул руку, поставил на рычаг коробки передач, пониженная скорость, чтобы запустить торможение двигателем и выжимает тормоз. Оглушительный визг, и когда машина остановилась — почувствовал насыщенный запах горелых покрышек. Его занесло, но он смог остановиться на самом краю пропасти. Это был самый резкий разворот, который он когда-либо видел в своей жизни. Удивительно, но здесь не было никаких предупреждающих знаков — словно кто-то сделал это намеренно. Покорёженные ограждения уже снесены задолго до его появления здесь. Кто-то уже сорвал их и упал, и Сайно даже показалось, что он видел этого человека.       Страх смерти накрыл с головой. Кажется, он мог умереть в эту секунду. Это чувство сравни панической атаке. Так отчего же? Он не в первый раз оказывается в опасной ситуации. Однако раньше Сайно не раздумывая бросался в бой, готов был променять свою жизнь за бесценок, но во благо спокойствия мирных людей. Теперь же…       Как бы странно это не звучало, но он не боится умереть, потому что знает, что это неотвратимо случится однажды. После ухода матери, он прожил 15 лет с мыслью о том, что не знает, для чего живёт. Он не мог жить ради себя, так что жил ради других: ради своего отца, но а после его смерти…       Ради других людей, которым нужна была его помощь. Но размышляя так понимаешь, что существуешь, только пока кому-то нужен, но… И где же в этой маленькой комнатке он сам?       Непреодолимая внешняя сила подтолкнула его сделать первый шаг из дверей комнаты, и только в этот момент он наконец услышал слова извне. Это были слова, которыми Нари смог достигнуть его сердца.       Понял, что не готов. Загробная жизнь существует, но умереть — значит потерять всё, что имеешь сейчас, а ведь впереди ещё долгий путь в поиске ответов. Ему только предстоит узнать, что происходит с ним, и что происходит с Тигнари…       Он обещал.       Выдох.       Дышит глубоко. Тревога, накрывшая его, отступает понемногу.       Последние минуты прокручивал в голове, пока приходит в себя. Кажется, только из-за того, что заклинило коробку передач, он не успел набрать скорость. Как не посмотри, но этой секундной задержки хватило, чтобы он затормозил прямо перед вылетом с трассы в лес.       Противник, по понятным причинам, идеально вошёл в поворот и давно уже впереди, ведь он знает эту трассу. Теперь всё ясно. В этой гонке изначально был смысл либо гарантированно победить, либо убить противника. Ты либо едешь вторым и входишь в поворот из-за того, что начинает тормозить и впереди едущий, или мчишься первый, и твой исход зависит от удачи. Так проверяются права сильных?       Они знали, на чём его подловить. Это с самого начала была подстава. Надо срочно возвращаться. Поднял взгляд и в свете фар увидел человека без головы. От неожиданности дрогнул, но когда мигнул в следующий раз, призрак исчез. Они любят так делать. Пугают, чтобы своим примером предупредить об опасности живых, чтобы те не повторили его участь.       Сайно не успел испугаться, и уже было расслабился, но вот раздаются тихие шаги в тишине. Кто-то подходит к его окну. По коже мурашки от могильного холода, а сковавший страх не даёт ему пошевелиться. Мужская рука проходит сквозь стекло закрытого окна, прямо перед лицом, с зажатым кулаком. Он видит её перед своими глазами. Ладонь раскрывается и из руки падает какой-то маленький предмет, ударяется о сиденье и исчезает где-то в темноте под ногами.       Когда он моргнул в следующий раз, руки уже не было. Сейчас он не найдёт то, что ему передали. Сейчас есть кое-что более важное. Заводит машину, трогается с места и мчит обратно.

***

      Тигнари стоял среди компании, но не включался в разговор, коротко и неохотно отвечал на приходящие к нему вопросы, так что в какой-то момент банда потеряла к нему интерес. Когда Сайно не приехал даже вслед за победителем, Тигнари сильно занервничал. Тонкий слух позволил услышать странные, насмешливые разговоры среди участников, и Тигнари понял, что что-то не так. Не в силах больше терпеть, он подошёл к главному и прямо спросил:       — Где он?       Какой вопрос, такой и ответ:       — Он уехал.       Это было сказано намеренно, чтобы вывести Тигнари из себя.       — Говори. И не смей врать, — сказал он серьёзно.       — Я не лгу. Он действительно уехал, так что можешь не ждать, — с неприятной издёвкой ответил Самаил.       Стало жутко. Что они сделали? Собеседник сразу отвлекся на другой разговор, Тигнари просто игнорировали. Не он был их целью и никто не видел в нём угрозы. А ведь действительно, что он может сделать? Когда дела касаются синдикатов или картелей, как свидетелю от него требуется только сохранять молчание. Один маленький человек ничего не решит, Тигнари хватает мозгов понимать это. Сжал кулаки от бессилия.       «Сайно, прошу, вернись. Если ты не вернёшься, то…»       В горле ком, но от нарастающего чувства тревоги отвлёк звук. Ушко дернулось в сторону, откуда доносился знакомый шум мотора. В темноту склона смотрит внимательно, не отрывая взгляда. Вскоре видно свет фар, и появляется машина Сайно. Тигнари уже обрадовался. Сайно жив, всё в порядке, но по его взгляду на грани бешенства было видно, что он был на взводе. Выскочил из автомобиля, подбежал к Нари. Взял его за руки. Прикрыл глаза и выдохнул.       — Сайно, что случилось?       Не отвечает, переводит взгляд на главного и встаёт между ним и Тигнари, оставляя последнего чуть позади себя. Кажется, с Тигнари всё в порядке, но если бы Сайно приметил хоть малейший признак какого-либо небрежного действия по отношению к Тигнари, он не спустил бы это с рук. Драки было бы не избежать, но из неё вышел победителем, даже если потом не смог встать, даже если бы цена за это была слишком высока. Обе стороны это осознавали. Поэтому конфликта не случилось.       Их взгляды недобрые, насмешливые. Они преподали Сайно урок. Только это должен был быть урок «Не связывайся с нами», но он усвоил совершенно другое — это урок собственной гордыни. Что он пытался доказать? Что хотел получить? Он уже не помнил, эти мысли остались где-то за обрывом. Это однозначно поражение, и далеко не только в гонке.       — Нари, пойдем отсюда.       Они потом поговорят. Вслед послышалось что-то в духе: «да, валите отсюда». Неприятно. Сайно сел за руль, Тигнари на переднее пассажирское. Напоследок главный подошёл к Сайно и вкинул последнее слово:       — Чтобы я тебя больше не видел, ты понял?       Ответом был взгляд холодной ненависти, ничего не ответил.       Пока они плелись и не могли разогнаться, машина гудела и шла тяжело, будто через силу и с одышкой. В воздухе повисло напряжённое молчание. Тигнари не знал, как подступиться и не совсем понимал, что происходит, но Сайно всё равно попытался ответить на один из возможных вопросов:       — Нет ничего страшного в том, чтобы уйти с поражением. Не переживай по этому поводу, я потом разберусь с ними.       Безопасность Тигнари для него определенно важнее, чем какая то репутация в сомнительных кругах. Фенек всё понимал, но всё равно хотел как-то разрядить тяжёлое молчание. Поэтому он решил заговорить на отвлечённую тему:       — Удивлен, что твоя машина выстояла.       — Я тоже.       На этом разговор закончился, но, как назло, буквально через две минуты после этого машина заглохла. Стояли на обочине загородной дороги в прохладную ночь. Кажется, со временем Сайно успокоился и наконец заговорил. Рассказал о том, что видел призрака во время гонки. Тигнари охотно подключился к обсуждению:       — Нужно проверить, вдруг это мстительный призрак, и изгнать его.       — Если честно, то не уверен, но проверить и правда стоит. Скорее всего, призрак оберегает то место от повторения своей участи, но велик шанс, что мы можем что-нибудь сделать для него. Он передал мне какую-то… монетку? Не успел разглядеть, что это. Потерялась где-то в машине, нужно будет поискать потом.       Кажется, всё наладилось, и Тигнари наконец-то смог спокойно вздохнуть. Они смогли уехать только через час, когда Сайно удалось экстренно починить машину. От усталости Сайно валился с ног. Раньше он мог спать по восемь часов за три дня, но сейчас усталость была настолько сильной, что он говорил и действовал почти автоматически, словно в полудрёме. Привез он их к агентству, кое-как припарковался. Даже лестница оказалась для Сайно неожиданно сложным препятствием, но он нашёл поддержку в друге и повис на нём, приобняв за шею. Тигнари не придал этому странному поведению особого значения. Ему показалось, будто это какая-то дружеская шутка, но всё равно подставил своё плечо. Так они доползли до дверей агентства. Тигнари попытался осторожно уложить волчонка спать на диван, но из-за неудачных движений раздался громкий треск, и одна ножка дивана сломалась. Тигнари не смог удержать их, и, не успев высвободиться из объятий, упал вместе с волчонком. Так они оба оказались на диване, и Сайно приземлился прямо на него.       — Тц, Сайно, слезь с меня! Знаешь, какой ты тяжёлый?       Смотрит на него. Уснул. Моментально. Стоило только принять горизонтальное положение.       — Сайно ты… такой дурак.       Выпутаться оказалось не самой простой задачей, да и желания особо не было. Оказавшись в тишине, Тигнари прикрыл глаза, о чём-то размышляя, и сам не заметил, как уснул, пригретый теплом его тела.       Утром, как обычно, пришла Коллеи, тихонько заглянула в комнату, чтобы посмотреть, что там в тишине, и… Потребовалось невероятное усилие, чтобы сдержать свои чувства и не выдать себя. На носочках прошлась через комнату, зашторила окна, чтобы солнышко раннего летнего утра не разбудило их. И уже собиралась уходить, но… Щёлк. Эту фотографию оставит себе на память. Обещает не использовать её, чтобы шантажировать наставника. Помнится, раньше Тигнари не подпускал к себе никого и очень ревностно относился к личному пространству, как будто был напряжён и сторонился Сайно, ну а что теперь? Они спят вместе, как два котёнка, прижавшись друг к другу. Чтобы не произошло недоразумения, когда они проснутся, она решила уйти, оставив всё как есть.       Солнышко всё равно нашло лазейку между штор и осветило комнатку и диван в ней. Побеспокоенный этим светом, неохотно начал просыпаться Тигнари. И первое, что он увидел в новом дне, это лицо спящего Сайно. Спит неспокойно, немного хмурится во сне. Кажется, кошмар вновь преследует Сайно, но вот даже сквозь сон он крепко прижимает Нари к себе. Волчонок чувствует его тепло и мягкость, а значит, всё в порядке. Обнимает крепче, прижимается к груди Нари, и лицо смягчается, становится умиротворенным. От того, как он ластится, Тигнари теряет дыхание, трепещет, и сердце бьётся чаще. Ещё тогда, в поезде, молчаливо поклялся себе, что никогда не потревожит его сон, но надо что-то срочно предпринять, потому что Тигнари одновременно преисполнен нежными чувствами и при этом хочет провалиться сквозь землю со стыда… только бы не попасться. Он практически обречён на провал, судя по тому, как удобно Сай устроился на нем: голову положил на грудь у плеча, обнимает обеими руками, а одну ногу аккуратно положил между ног Тигнари, обнимая того, как большую ростовую мягкую игрушку. Вот Сайно зашевелился, и Тигнари только мог взмолиться всем богам. В какой-то момент мог думать исключительно только о том, как бы Сайно случайно не коснулся и не почувствовал его утренний стояк.       «Надо… отодвинуться, выпутаться из объятий и…»       Столь непродуманному плану не суждено было исполниться. Сайно уже выспался и чутким сном ощущает движение рядом. Зевает и сонным голосом протягивает:       — Доброе утро, как спалось?       — Д-доброе. Уф… Ты хоть представляешь, какой ты тяжёлый? Я тебя вчера едва ли по лестнице затащил. Под тобой даже диван сломался!       Усмехнулся, но ничего не ответил. Сайно был совершенно рад слушать эти возмущения Нари, ведь… На голову тяжким грузом свалилось осознание того, что вчерашний день мог закончиться совершенно иначе.       «Тот поцелуй на удачу перед отъездом мог быть последним» — не хотелось и думать об этом.       Фенек притих, чувствовал как тяжело бьётся сердце в груди. Если поговорит с Сайно, ему станет легче, он знает это:       — Ты знаешь, я ведь… очень переживал, когда ты не приехал, и потом…       «Я знаю.»       Проступок свершен. Хочется очень, но исправить прошлое невозможно. Можно только принять это и двигаться дальше, и Сайно хотелось сделать что-то чтобы сожаления отступили и рассеялись, как утренний туман под лучами рассветного солнца. Может тогда и милое лицо осветит улыбка. Поднялся на локтях и навис сверху. Его взгляд мягкий и проницательный. Они посмотрели друг на друга. Фенек должен бы выглядеть возмущенным, но от чего-то на рдеющем лице во взгляде его видит такую нежную грусть.       «Каждый поцелуй может стать последним, но…»       Так и не услышав, что же говорил ему Нари, Сайно притягивается и мягко целует его. Фенек от неожиданности даже растерялся.       — Прости.       «Я больше тебя так никогда не оставлю.»       К сожалению, ему приходится учиться на своих ошибках. Какого это — потерять близкого человека и не успеть сказать ни «прощай», ни «я люблю тебя», «я был счастлив встретить тебя однажды»? К сожалению, он знал ответ. Именно поэтому Сайно живёт здесь и сейчас, и Тигнари есть чему у него поучиться.       Целует вновь и притягивается ближе, как будто он действительно может стать последним, или как будто ночь — это слишком долго для того, чтобы получить желанный поцелуй.       Этот неожиданный порыв сбивает с толку, и в момент все мысли покидают голову, Нари нежно отвечает на поцелуй. Приоткрывает ротик, углубляет его, и их языки мягко оглаживают друг друга.       Щёки рдеют, и от смущения бросило в жар. Этим утром он неожиданно сильно чувствителен, и в одежде стало сильно тесно уже совсем по другим физиологическим причинам. Нарочно ли, или не в полной мере осознавая свои действия, Сайно пододвигает коленку и упирается ему между ног.       «Ч-черт, нет-нет, подожди… я…» — Нари мычит в губы. «Он наверняка почувствовал это.»       — Сайно, подожди, я… — не может собрать мысли в голове.       Приподнимает коленку, мягко поглаживая… едва ли Тигнари успел притянуться к нему и приглушенно промычать, заглушая стон, уткнувшись лицом в плечо.       — С-стой… Сайно. Зачем ты… делаешь это со мной? Ты же знаешь, какие чувства я испытываю. Мне… Мне очень стыдно.       Сайно остановился в непонимании. Но вот, кажется, Тигнари хочет сказать кое-что важное для него:       — Когда ты рядом, я… Это просто сводит меня с ума. Ты… наверняка ожидаешь, что я останусь тебе другом, но… я не могу. Я хочу большего, и поэтому…       Нужно ли ему сказать хоть что-то ещё, чтобы быть понятым? Нет, совершенно не обязательно. Кажется, Сайно стал видеть немного больше, чем Тигнари пытается сейчас лепетать.       — Глупыш.       Плавно подаёт бедрами, прижимая их друг к другу, и в момент ярко почувствовал, что у Сайно та же «проблема». И неожиданно мысль пришла в голову: и стоило ли так загоняться? Тигнари думал, что преграда — это проклятье, но самая большая преграда всегда была только в его голове. Он осознает это, и одновременно с тем неистово краснеет от того, что всё эти слои одежды между явно недостаточны, чтобы прикрыть проявление их намеренных чувств друг к другу.       Пока Тигнари бродил по кругу, ища несуществующих проблем, Сайно всё пытался понять его чувства. Поиск проблемы и причины не помогли сделать и шага им навстречу, и Сайно взял всё в свои руки. Потому что он тоже очень любит его. Как он мог забыть и о его чувствах?       Смущённый и необъяснимо радостный в этот момент Тигнари не может сдерживаться больше, поднимается и заключает Сайно в крепкие объятья. Волчонок почувствовал себя невероятно счастливым в этот момент и так же крепко обнял в ответ. Смущённо и трогательно Нари прильнул носиком к шее, к мягким волосам, а Сай стал ласково гладить его по спине. Они сидели так некоторое время. Его проглаживания столь аккуратные, уверенные, но при этом такие ласковые, чувствует тепло его рук даже сквозь одежду. Вот ладонь мягко легла и широким движением огладила вверх по спине, и Тигнари будто неосознанно легонько прогибается в пояснице. Чувствует себя странно, его переполняли новые, невиданные раньше чувства, которые заставляли сердце биться чаще, теряя контроль над собственным телом, а мысли только о том, как желает полностью отдается в его заботливые руки. Кажется, Сайно уже где-то видел такое движение у ласкового фенека. Может, он знает о Тигнари гораздо больше, чем сам мог себе представить? Чуть призадумался: «Либо сейчас, либо никогда».       — Можно… я поглажу твой хвостик?       Разве Тигнари может наигранно сопротивляться в такой момент? Это выше его сил. Такая маленькая просьба, казалось, это мечта Сайно, но оказалось, что это их общая мечта.       — Угу. — услышал тихо на ушко.       Они остались в том же положении: одной рукой Сайно так же мягко приобнимал его за поясницу, пока другой ладонью обхватил хвост у основания. Едва ли это можно сделать одной рукой из-за пушистости, но если обхватить сам хвост, пропуская шерсть сквозь пальцы, то может и получиться, мягко сжимая, провести ладонью до самого кончика. Чувствует, как прислонив голову к его плечу Нари подрагивает от мурашек. Милый фенек буквально тает под его руками и оказывается не в силах сдержаться, и отпускает смущённый стон. Кажется, Сайно уже слышал такой звук когда-то.       — Тебе ведь не больно?       — Н-нет... — почему то именно в этот момент ему стало особенно стыдно за тот случай, когда это произошло в первый раз, и за ту неправдоподобную ложь.       — Вот как?       Это вопрос, не требующий ответа. Убрал руку ненадолго, чтобы потом взяться за основание хвоста - отпустить, взяться чуть выше, отпустить. И с каждым разом, когда он пропускал шерсть сквозь пальцы и чувственно сжимал ладонь, слышал хриплое дыхание Нари, становящееся всё громче, пока не дойдя до самого кончика с покрасневших губ сорвался протяжный стон.       Волчонка бросило в жар, чувствует, как пересохли губы. Отпускает хвост и обхватывает руками поясницу, обнимает и прижимает его к себе. Тигнари чуть приподнимается и так же крепко обнимает его в ответ, усаживается на коленки, расставив ноги в стороны.       Когда он так откровенно занимает место на коленках Сай будто не может поверить в происходящее. Чувство, будто этим действием Нари вверяет всё своё тело в его руки. А позволено ли ему? Плавно ведёт ладони чуть ниже, на такнепотребно немного выставленную попу, пока Нари так прогнулся в пояснице, прижимаясь к нему всем телом. Щёки горят, Сай старается быть учтивым и осторожным, как будто боясь спугнуть его ненароком, но отпускает горячий выдох, чуть сжимает ладони на ягодицах и тянет на себя, с упоением ощущая, как Нари подаёт бёдрами навстречу. Милый фенек с таким странным звуком нежно проскулил, пока Сай и сам не сдержал стона, когда ощущают сквозь одежду возбуждение друг друга, это ласкающее сдавливание.       Щёки пылают, Тигнари обнимает за шею и целует глубоко и так горячо. Сложно быть смелым, чтобы решиться задать такой вопрос:       — Сай… Давай сделаем это вместе?       Сайно заметно покраснел. Хотя не на 100% понял, что тот имел ввиду:       — Ты хочешь… кхм…       — Давай вместе… подрочим? — он сильно стеснялся даже говорить об этом, но пути назад уже нет, — на самом деле, я мог только мечтать об этом. Не переживай, я всё сделаю.       — У нас нет смазки, думаю, будет некомфортно…       — С-секунду.       Собирается с духом и отклоняется далеко назад, к тумбе, стоящей рядом с диваном, достает из ящичка какую-то баночку. В один момент в Сайно появилось очень много вопросов, смотрит с недоумением. Тигнари понадеялся, что если преждевременно ответит на один, то этого будет достаточно:       — Это основа для создания мазей. Она безвредна и хорошо подходит.       Нет, этого недостаточно:       — Откуда ты…?       Тигнари заметно сильно смутился:       — Прошу, не спрашивай, я… потом тебе как-нибудь объясню.       Но надеется, что не объяснит, иначе он однозначно умрёт со стыда… Как можно объяснить то, что Нари считает себя, а может, и является тем ещё озабоченным? Просто надеется, что он забудет о том, что увидел, и тогда Нари не придется рассказывать о своих минутных слабостях. Сильно смущён, вновь усаживается удобно на коленки… если бы мог, он хотел бы сидеть на них всю жизнь, однако сейчас ему нужно поухаживать за парой. В этом весь Тигнари: так смущён, положил голову на плечо, приластился носиком к шее — к самому чувствительному месту Сайно, от чего тот чувствует его глубокое горячее дыхание, и по коже идут мурашки. Сам фенек в этот момент краем глаза заинтересованно наблюдает, как своей рукой прижал их члены друг к другу. Как же это безумно возбуждающе. Оставшись в одежде, лишь немного приспустил ее край много ниже. Двигает ладонью аккуратно и понемногу всё быстрее. Нервничает, от чего сбивается с темпа. Много навязчивых вопросов в голове о том, точно ли всё хорошо? Правильно ли он всё делает? Вот рука в смятении замедляется, но в какой-то момент Сайно накрыл его ладонь своей и мягко сжал сильнее. Нари поднимает взгляд и понимает, что никогда таким его не видел: на лице скромное очарование и заметное смущение, взгляд подёрнут пеленой и с приоткрытого ротика сходят тихие постанывания. Сайно столь милый в этот самый момент, что Тигнари не может думать ни о чём больше:       — Я люблю тебя.       Не дождётся ответа, ведь сразу притягивается и вовлекает в глубокий поцелуй, кусает за нежные губы. Несколько уверенных движений рукой вместе, и Нари кончает, а вслед за ним сразу и Сайно. Семя смешивается и заливает руки, и поскольку Тигнари сидел сверху, то его штаны теперь сильно испачканы. Едва ли только он мог думать о такой мелочи в этот момент. Отстраняется из поцелуя, переводит дыхание и приходит в себя. Немного стыда ещё играет свою роль, и вот он возвращает приспущенную одежду на место.