Тени прошлого

      Мелкий станет проблемой. Этого заточенный под точные расчеты процессор не мог не учесть. Вот только отчёт, предоставленный Нокаутом значительно увеличил количество этих самых неприятностей. И что с этим делать было решительно непонятно. Вернее… Расчеты подсказали идеальный вариант, для собственного благосостояния. Без рисков и сопутствующих потерь. Но бот медлил. Впервые решиться было настолько сложно. Оптика вновь скользнула по записям на экране.        Спарки войны. Их было не то чтобы много, но и малым количество назвать не выходило. Однако, среди всех, наиболее сильно выделялись те, кто начал свой актив в первые дни войны на самом Кибертроне. Ни Альф, ни имён, ни знаний, ни представления о мире вокруг. Да и откуда бы этому взяться у рождённых из колодца искр? У этих спарков были только опасность на каждом шагу и голые инстинкты. Неудивительно, что при штурме десептиконов выжили единицы таких «везунчиков». За те бриймы, что они ожидали Мегатрона, Лазербик успела разведать местность поблизости несколько раз. Чаще всего, попавшие под ее оптику спарки были уже в дезактиве. Но троих активных он едва ли скоро забудет. Потому что двоих было милосерднее добить, а третий… Третий, по всей видимости, слетел с нарезки и нападал на все, что хоть на секунду шевелилось, но, в отличие от мелкого, без малейшего признака разума.       А ведь он был одним из них. Родившимся в первые бримы войны. Архив стал спасением, дал знания. Вообще, та комната, в которой он прятался, судя по всему, предназначалась для более осознанных ботов, но, когда в любой момент может настигнуть смерть, выбирать не приходится. Уж об этом Саунд знал непонаслышке. Знания о тактике, стратегии, разведке… Иронично, но первыми доставшимися мелкому хранами стали именно те, что всегда выдавались на изучение десептиконам и, почти никогда, автоботам. Все же именно первые были военной силой, вторые — максимум охранниками того самого Архива, а чаще — учёными.        Но — возраст. Организму спарка не свойственна многопоточность, потому поглощение информации с первых трёх добытых им датападов отняло море времени, а после и вовсе перегрузило процессор, отправив его в оффлайн на четверть декацикла. Нокаут провел диагностику и скорректировал в меру сил и возможностей, но специализация и отсутствие практики внесли свои коррективы. Нет, безусловно, был ещё Шоквэйв, однако… В то, что после вмешательства ученого от прежнего сознания останутся хоть обрывки верилось с трудом.        Однако, обнаружились и хорошие новости. Благо, в том дальнем углу, в который мелкий забился, было достаточно темно, чтобы его не заметили. Снаружи гремели взрывы и передовой отряд десептиконов ворвался в архив, сминая защитников, а вот мелочь в суматохе пропустили. И причина тоже вскрылась быстро. Ее Нокаут указал в самом конце отчёта, выделив отдельно. И она же стала причиной ещё больших колебаний связиста.       Шифтинг — редкое умение, позволяющее менять свою внешность как заблагорассудится. Единственное условие: более-менее соотносимые размеры. С одной стороны — идеальный разведчик и диверсант, а с другой… Если процессор сбойнет и он решит устроить резню на Немезиде, потерь не избежать. Нокаут не перетряхивал всю память спарка, но контакт с экранами оставляет свои поверхностные метки на ближайшие двадцать ворн. Они затираются со временем, но сейчас его прошло слишком мало. И пиктограммы на датападе не давали усомниться в том, что не только боевые техники, но и знания о методах ведения войны, тактике, стратегии тоже засели где-то там, в блоках памяти. Оставалось только радоваться, что его каким-то чудом обошли базовые знания о принадлежности и само ее присвоение. О том, что пришлось бы сделать в противном случае, думать не хотелось.       А ещё, скраплет побери, он никак не мог понять, почему даже пребывая в состоянии войны, шлаковы автоботы по-прежнему подселяли Искры колодца душ к таким корпусам. В мирное время, при наличии Альф, это ещё было оправдано. «Нормальным» спаркством, которого десептиконы многие орны не видели. Но здесь и сейчас… Сказать, что очень хотелось подрихтовать лицевые пластины Праймов, допустивших подобное, было все равно, что промолчать. Во взрослом, хотя бы юнлинговом корпусе, те трое спарков могли бы выжить. Вереница изображений вновь проносится перед оптикой. Двое. Один появился иным путем и уже имел стигму. Что вынудило Альф оставить его долго гадать не приходилось. Только полный дезактив мог заставить автоботов обречь своих спарков на подобное. Манипулятор сжался в бессильной ярости. Виновны оказались все, по обе стороны баррикад. Вот только отвечать пришлось вовсе не им.       Оптика в последний раз проходится по отчёту медика. И Саундвейв, впервые за долгое время на Немезиде, принимает решение, с четким осознанием того факта, что пожалеет об этом. Вероятность в шестьдесят восемь процентов была достаточно весомой. Тем не менее, ушедший в оффлайн Спарк, даже в таком состоянии не отпустивший трофейный металл, был устроен в личной кварте связиста, на лежанке Рэведжа. И, видит Оллспарк, убедить кассету будет не в пример сложнее, чем собственное начальство. А вот медик, впервые за все время своего пребывания на Немезиде, сделал то, чего Саундвейв от него не ожидал. Задушевно пообещал устроить проблемы с топливной системой всем и каждому, кто обидит мелочь. И это бот не смевший и шагу ступить за пределы собственной кварты и лазарета без приказа! Мир сошел с ума дважды, а связист и не заметил.       Сейчас, глядя на свернувшегося в клубок спарка, Саундвейв поневоле вспоминал другого дорогого искре бота. Сестра была такой же. Маленькой, слабой. Сейчас она старше, с ней Френзи и Рамбл, так что беспокойства меньше. Но и тогда, когда Вета была ещё спарком, а не одним из лучших фемботов нового поколения Каона, ей было на кого положиться, чтобы банально выжить. Возможно, это сходство и перечеркнуло начисто все предварительные расчеты, потому что в следующий брийм в архиве корабля появилось совсем иное досье на спарка. Ни слова про шифтинг, урезанный список прочитанных датападов, все, чтобы его можно было счесть неопасным. И две особо важные ремарки. Во-первых, ответственность за него несут Саундвейв и Нокаут, а во-вторых… «Четырехрежимник» меняется на ничем не примечательное «колесник» и файл сохраняется. Данные настоящего обследования затираются и копия новой версии медотчёта отправляется непосредственно медику.       От дальнейших размышлений отвлекает сигнал с консоли. Два нажатия и виден вход на Немезиду. Стоящий впереди прочих бот вскидывает манипулятор с зажатым в нем кристаллом. Позади виднеются вехиконы с датападами и Старскрим, удерживающий самый ценный трофей: протоформу. Мегатрон вновь вернулся с победой. Впрочем, потому за ним и следовали. Не знающий поражения на арене, успешно противостоящий режиму Праймов. Лидер.        — Лорд Мегатрон, отчёт готов.        — Позже. Сейчас займись расшифровкой захваченных данных.        — Как прикажете. — Лёгкий кивок и разведчик занимает свое место за панелью управления, погружаясь в привычный мир символов и знаков. Здесь нет никаких «Возможно». Только «да» и «нет». Четкие границы, логика и аналитика. И никаких неучтенных спарков с покареженным процессором, знаниями матёрого убийцы и до боли знакомым выражением оптики.