Новый старый мир: Начало конца

      Как и планировали, проехали вдоль улицы, выехали на круг и там свернули налево. Машин на дороге почти не было, и я уже пришел в себя после произошедшего. Катька все-таки успокоила ребенка, и теперь девочка спала у нее на руках, Алешка поглядывал в окно на пустующие пейзажи Санкт-Петербурга, а я иногда бросал на семью взгляд в зеркало заднего вида. УАЗ ехал прямо за нами, и через лобовое стекло я видел ведущего машину Сергеича. Рядом с ним — Макс, обнимающий свое ружье, а на заднем сиденье — Вадим. Моя «Сайга» лежала рядом, на соседнем кресле, и я мог в любой момент схватить карабин. Надеюсь, мне не придется им воспользоваться.       По улицам бродили люди. Точнее, уже не люди. Ковыляли, плелись, дергались, стояли и даже сидели. Проехали мы мимо сгорбившегося человека, который что-то жрал на тротуаре. Я не смог разглядеть, что или кого именно, но и не сильно-то хотелось. Не дай Бог отожрется в какого-нибудь монстра типа того шустрика из дома.       Я уже предполагал худший исход. Зомби жрут, чтобы развиваться. Иначе какой в этом смысл. Мне сильно не хотелось в это верить, но шустрик подкреплял мои подозрения. Уж больно неприятно столкнуться с такими живчиками один на один в каком-нибудь помещении. Да и на улице-то нежелательно. Теперь оставалось только быстро добраться до дома и придумать план, как уйти из города всем вместе. Когда снимут военных с кордонов? Когда откроют проезд? Варианта два: либо когда все уляжется, либо когда не останется никакой надежды на спасение. Впереди замаячил переулок, и из него вдруг выскочил человек. Он выбежал на дорогу, и сразу несколько зомби обратили на него внимание. Они поднялись и поплелись к нему, а я от неожиданности вдавил педаль тормоза. Машину резко бросило вперед, Катя вскрикнула. Я вывернул руль, чтобы объехать шустрика, но он замахал руками, что-то закричал, а зомби уже подходили к нему. Он живой! Он человек.       Я затормозил и схватил карабин. УАЗ за мной тоже резко встал, чуть свернув левее, чтобы не впечататься в зад моей KIA. Я чуть опустил стекло и услышал крик.       — Пожалуйста, помогите! Помогите! Люди!       Я с секунду раздумывал, а потом распахнул дверь и вместе с карабином выскочил из машины. Сразу взял в прицел ближайшего к мужику зомби и приготовился к выстрелу. Зомби, мужчина в возрасте, одетый в темное пальто, плелся, вытянув вперед руки и сжимая пальцы. Он рычал, а со рта к груди тянулась ниточка слюны. Мужик обернулся и трусливо потрусил к машине, подальше от мертвецов.       Я выстрелил. Зомби качнулся и завалился на спину.       — Ты что делаешь?! — услышал я крик Макса из-за спины.       — Он человек! — ответил я ему в том же тоне.       — Помогите, люди добрые! — мужик в футболке и джинсах бросился ко мне, а я прицелился в другого мертвеца. Он качался еще сильнее, и я никак не мог поймать в прицел его окровавленную морду. Уродливый, кривой и пугающий. Выстрел! И его развернуло на девяносто градусов. Пуля угодила в плечо. Но зомби это никак не смутило. Он снова направился к живому мясу. Не успел я опять нажать на спусковой крючок, как грохнул второй выстрел, упокоивший несчастного.       — Спасибо! Спасибо! — подскочил ко мне человек, и я кивнул ему.       Мужик молодой, лет тридцать, на вид крепкий и хорошо сложенный. Но безоружный.       И в следующее мгновенье я не понял, что произошло. Он сделал резкий выпад, и я почувствовал, как из меня вышибло воздух, а живот прошибла боль. Я согнулся пополам, разевая рот, как рыба, в надежде хоть немного наполнить легкие. А потом почувствовал, как человек вырвал из ослабевших рук оружие и, развернув меня к себе спиной, прижал к подбородку дуло. Я замер, все еще не в силах нормально дышать.       — Ты че творишь?! — рявкнул Вадим, хватаясь за пушку. Сергеич и Макс тоже уперли приклады в плечо, но стрелять не спешили.       И послышался грохот моторов. Я краем глаза заметил, как из подворотни вылетают джипы, три черных и один серый. Они встали прямо позади меня и мужика, что теперь держал меня в заложниках. Сразу послышались выстрелы, и я увидел боковым зрением, как несколько мертвецов, что стремились к машинам, рухнули на землю с пробитыми пулями головами.       — Это че такое?! — воскликнул Сергеич.       — Пушки бросайте, уроды! — рявкнул кто-то позади, и голос его звучал совсем недружелюбно.       Сергеич, Вадим и Макс не спешили опускать оружие, но я видел, как мужики растерялись. Я не мог видеть, сколько человек выскочило из джипов, но явно немало, если даже вооруженная троица не спешила вступать в перестрелку.       — Я сказал бросайте! — снова рявкнул невидимый оратор, и Сергеич первым опустил ружье. За ним последовали и Макс с Вадимом.       — Отпускай его, — сказал командир.       И мужик пихнул меня так сильно, что я рухнул на колени, кое-как обернулся и ужаснулся. Около двух десятков мужчин, кто в камуфляже, кто в черной форме, кто просто в гражданском. Но все с оружием, морды злые, пушки смотрят в нашу сторону. Я отполз чуть в сторону и попытался подняться, но тот, кто держал теперь мою «Сайгу» в один выпад оказался рядом и с силой съездил мне прикладом в бровь. Я рухнул на землю, не в силах удержаться. Голова гудела, я даже потерялся в пространстве, только почувствовал, как что-то теплое бежит по щеке, заливая правый глаз. Кровь.       — На колени, быстро! — прорычал главарь банды, и Сергеич со своей свитой медленно опустились на асфальт, положив рядом свои ружья. — В машине кто? Проверь.       Я обернулся в ужасе и увидел, как от толпы отделился один из мужиков и медленно приблизился к KIA, держа ту на прицеле. Заглянул в салон и тут же дернул на себя дверь. Я услышал крик Кати, и в то же мгновенье бандит резким движением вытащил ее из машины. Она пищала, всхлипывала и прижимала к груди снова заплакавшую дочь. Следом из салона был вытащен и Алеша.       Катя упала на колени, обнимая детей. Она рыдала, что-то бормоча.       — Заткнись, сука!       — Не тронь ее, — прорычал я, поднимаясь, но тут же получил пинок под дых и завалился на бок.       Кое-как глотая воздух и обхватив живот руками, я бросал злобные взгляды на мужиков, которые уже приближались. Грохнули еще несколько выстрелов, видимо, палили по приближающимся зомби.       — Че, баба твоя? — усмехнулся мужик с моей «Сайгой».       — Урод, — выплюнул я.       — Че сказал? — он нагнулся ко мне и упер ствол мне в правую скулу, измазанную кровью. — Сейчас я из тебя урода сделаю.       — Ребят, вам чего? — вдруг заговорил Сергеич. И это отвлекло ублюдка, что собирался прострелить мне лицо. Катя плакала у машины, троица стояла на коленях с поднятыми руками, а я валялся на асфальте, скорчившись, с окровавленным лицом.       — А то ты не выкупаешь, дед? — усмехнулся главарь. Он сделал несколько шагов к нам, и его автомат повис у него на груди. — Тачка у вас кайф, да и пушки нормальные. Может, найдется еще чего интересное.       — Мы с вами в одной лодке, — попытался вразумить бандитов Сергеич.       — Э нет, — помотал головой главарь. И мерзкая ухмылка не сходила с его губ. — Мы выживаем, а вы умираете. Закон джунглей, как говорится.       И он обернулся к своим людям. Махнул рукой, и сразу с десяток мужиков сорвались со своих мест. Двое сразу подбежали к моим друзьям и подхватили с земли ружья, другие сразу бросились к машинам, открыли двери, багажники и принялись рыться там.       — Командир, тут полно всего! — крикнул один.       Зазвучали сразу несколько выстрелов, и главарь обернулся. Я проследил траекторию его взгляда и увидел, как на тротуаре на землю оседают зомби, две штуки. А бандит снова повернулся к нам.       — Перегружайте что есть и сваливаем, — сказал он и довольно пригладил короткую стрижку. Мужики принялись таскать сумки из багажника моей машины, и я успел уже сотню раз проклясть себя за свою лень и паранойю. Нужно было выгрузить все это в квартиру олесиных родителей, а не везти все с собой. Черт! Черт!       — А с этими что делать? — указал на нас дулом карабина мой главный враг. — Кончайте их. А бабу заберем. Бабы в такое время лишними не бывают.       И его слова подхватили одобрительные возгласы.       — Мужики, может договоримся? — попытался влезть Сергеич, но один из бандитов, шмонавших УАЗ, оказался возле него и приставил дуло автомата к его затылку. Сергеич дрогнул и замер. Я обернулся к Кате, которая, чуть покачиваясь, сидела на земле, прижимала к себе детей и всхлипывала, что-то бормоча под нос. Потом окинул взглядом растерянных, но хмурых друзей. Вот и все, вот и скатались. Их я, получается, подставил. Погибнут из-за меня. Но вместо чувства вины внутри меня разгоралась злость. Нельзя просто так умереть. Только не сейчас! Моя семья мне этого не простит.       Но подняться я не решился. Это грозило мне новым ударом прикладом по лицу. Но я все-таки опирался на локти, оглядывал бандитов и иногда косился на Катю.       — А с детьми что? — почесал затылок один из бандитов, и главарь окинул взглядом женщину.       — Ну, — протянул он, явно раздумывая. Неужели в нем еще теплился огонек человечности. — Не звери же мы. Бросать их здесь как-то жестоко. Поэтому по пуле в головы и готово.       Я ошибся. Это существо даже человеком назвать нельзя. Я оскалился, заерзал на земле, но замер под грозным взглядом мужика с моим карабином.       — Ублюдок, — прорычал я. Но на этот раз никто не отреагировал на оскорбление.       От стен домов отскочило эхо, звук нарастал. Что-то тяжелое приближалось, определенно мчалось к нам, и распознал в этом грохоте работу двигателей тяжелой техники. Это явно не простые машины. Я принялся озираться, как и бандиты, оглядывался и увидел. Из-за угла на улицу вырулил серо-зеленый джип, за ним еще один, и вот показался нос БТРа.       — Вот черт! — выругался главарь, широко распахнутыми глазами глядя на приближающуюся колонну. — Военные! Валим! Хватайте все.       На броне БТРа сидело несколько человек в зеленой форме. Они разом вскинули автоматы и прицелились.       — Всем стоять на месте, бросить оружие и поднять руки! — раздался усиленный в несколько раз мегафоном голос.       Бандиты не спешили выполнять приказ, они заметались между машин, двое залезли в УАЗ и завели мотор, а серо-зеленая колонна приближалась. Я чуть приподнялся, солдаты попрыгали с брони и рассредоточились по улице. Сразу грохнуло несколько выстрелов. Привлеченные звуками мертвецы повалились на землю.       — Повторяю! Всем стоять на месте, бросить оружие и поднять руки! — снова заговорил мегафон.       — По машинам! — заорал главарь и вскинул автомат. Он задом отходил к джипам, и тогда военные перебежками приблизились к нам.       — Оружие на землю! — рявкнул один сквозь маску, но вместо выполнения приказа, главарь открыл огонь.       Сразу несколько бандитских стволов подхватили очередь, и военные мгновенно скрылись за брошенными машинами, мусорными баками и углами зданий. Я не терял времени. Быстро отполз к Кате и повалил ее на землю вместе с Алешкой. Она рыдала, кричала, но я заставил ее замолчать, зажав ей рот рукой. Она дрожала, жалась к сыну, защищая собой дочь. Я увидел, как мои новые друзья попадали на асфальт, закрывая головы руками. Видел, как бандиты прятались за машинами, как падали один за другим на землю. А среди военных я потерь пока не заметил. Оно и понятно, парни-то профессионалы.       Главарь отходил к машинам и вскоре скрылся за капотом одного из черных джипов. Несколько пуль прошили кузов автомобиля, после чего бандит выпустил длинную очередь, не особо целясь. Он просто стрелял наугад, пытаясь зацепить хоть кого-то.       Я даже не заметил, как один из ублюдков оказался совсем рядом со мной, схватил Катю за волосы и дернул вверх. Женщина с криком подскочила, едва стоя на ослабевших ногах. Алешка плакал, протягивая руки к матери, годовалая дочь надрывалась, а Катя, сгорбившись, рыдала, пока бандит прижимал ее к себе, приставив к голове пистолет.       — Я убью ее! — крикнул он, и я попытался подползти к нему, но он отступал к джипам быстрее, держа Катю в качестве живого щита. — Прекратите огонь! Иначе я убью ее!       Стволы военных затихли, хоть и не были направлены в землю. Вояки все еще держали бандитов на прицеле. Я оглянулся. Множество убитых людей, раскинув руки и выпустив автоматы и ружья, валялись на асфальте. На их одежде растекались кровавые пятна. У кого на груди, у кого на животе. Но все они были мертвы.       — Отпусти женщину и сдавайся! — крикнул один из военных, но бандит и не думал выполнять приказ. Девушка дрожала всем телом, слезы лились ручьями по щекам, она вся покраснела.       — Дайте нам уйти! — крикнул главарь, но из-за машины не высунулся. Бандит тащил заложницу к джипам. Несколько человек выскочили из укрытий, бросились к машинам, а военные так и не открыли огонь. Они же уедут с Катей! И нашими припасами!       Зарычал мотором УАЗ, подъехал к джипам, которые тоже заурчали движками. Бандиты, все еще держа наготове оружие, попрыгали в салоны, и первым с места сорвался серый. Бандит затащил Катю в машину — в последний черный автомобиль. И он тоже забуксовал вслед за остальными. Они быстро понеслись прочь по дороге, а я лишь провожал взглядом джип, в котором под угрозой смерти сидела Катя. Машины удалялись и вскоре скрылись за поворотом на перекрестке. Дети рыдали, и Алешка звал маму. Я поднялся сначала на колени, потом, опираясь на машину, встал. Голова кружилась, но я поморгал, чтобы привести зрение в порядок. Макс, Вадим и Сергеич тоже поднимались. Военные уже окружили нас, но явно были напряжены и настороженны. Они вскоре убедились, что мы не представляем угрозы.       — Вы кто такие? — спросил один из военных, и опустил маску. Я увидел приятное лицо мужчины лет пятидесяти, с едва пробивающейся щетиной, с глубокими носогубными складками и темными глазами.       — Простые гражданские, — ответил за меня Макс, отряхивая штаны. — Выживальщики, можно сказать.       — А те ребята?       — Напали на нас, — уже заговорил я и протер лицо ладонью, размазывая начавшую запекаться кровь. Я обернулся к детям, быстро подхватил на руки девочку, поднял мальчика, который сразу прижался ко мне и продолжил плакать.       — Это была их мать? — кивнув на детей, спросил мужчина, и я ответил положительно.       Раздался выстрел. За ним еще один. И еще один. А потом все затихло. Я огляделся и увидел, как военные проходят мимо трупов бандитов и, целясь им головы, выпускают пулю за пулей. Контрольные.       — Они встают, если голова цела, — пояснил военный, заметив мой удивленный и настороженный взгляд.       — Даже без укусов? — уточнил я, и мужчина кивнул. — А вы кто?       — Ах да, полковник Белов, — представился военный.       Я обернулся на перекресток, где скрылись джипы, и невольно поежился. Сразу стало так неуютно и мерзко. Они забрали ее, забрали Катю. Страшно даже представить, что они теперь с ней сделают. Убьют? А перед этим? Они сами сказали про женщин… Заметив мое отчаяние, полковник Белов кашлянул, привлекая к себе внимание.       — Мы дали им уйти, потому что знаем, куда они направляются, — сказал он, и я удивленно обернулся к нему. — Наши отряды давно вычислили, где базируются эти бандиты. Видимо, пришло время накрыть их шайку. Я с полным неверием смотрел на полковника. Значит, еще можно спасти Катю!       — Мы с вами поедем, — сказал я и осекся, обернулся на моих новых друзей, что переминались с ноги на ногу, не зная, что и делать. Встретился взглядом с Максом, потом посмотрел на Сергеича, в конце концов обратил внимание на то, как Вадим пожал плечами. Я вскинул брови и поморщился от несильной боли. Все-таки кожа над глазом сильно пострадала.       — С вами, конечно, — отозвался Сергеич. — Эти уроды нас чуть не прикончили. Еще и тачку угнали.       Макс и Вадим закивали в подтверждение его слов. И я с облегчением выдохнул. Держись, Катя, мы идем.       Мы все собрались у одного из серо-зеленых джипов, на капоте которого солдаты разложили карту города, включающую в себя и ближайший пригород. Несколько бойцов окружили нас и ощетинились автоматами, контролируя, как бы к нам не подошли зомби. Из переулков то и дело выворачивали мертвяки, ковыляли к нам, но солдаты дарили каждому из них по одной пуле в голову. Я сначала дергался, оглядывался, а потом только смог немного сосредоточиться на том, что говорил полковник. Смотрел на карту, следил за его пальцем, прикидывал план. Потом бросил взгляд на детей через лобовое стекло джипа. Там Алешка укачивал сестренку, а сам уже успокоился после моих слов о том, что мама скоро вернется.       — Значит, выдвигаемся к промзоне, — объяснял полковник Белов. — Там рассредоточимся по этой площади, зайдем сразу с двух входов.       — А нам что делать? — спросил Макс, и полковник обернулся к нему.       — А вам — ждать нас у колонны.       — Так не пойдет, — возник я. — Катю я должен сам вытащить, она меня знает.       — Ты военный? — спросил Белов. Я отрицательно покачал головой. — Вот и не лезь тогда. Работать будут профессионалы.       — У вас людей столько нет, чтобы весь завод накрыть, — заметил Сергеич, и я увидел, как нахмурился Белов. — Мы-то лишними не будем. Тем более там мертвяков немерено будет. Не думаю, что бандиты весь завод зачищали.       Вдруг грохнули два выстрела, я обернулся. Зомби упали на землю. Я снова взглянул на Белова, почти умоляюще. Мы должны там быть, должны помочь! Мне совесть не позволит стоять у колонны и ждать. Полковник, видно, сомневался. Обернулся на одного из своих солдат, тот пожал плечами, а потом кивнул.       — Ладно, — выдохнул Белов, прикрыв глаза. — Только на рожон не лезьте. И слушайтесь во всем моих людей.       — Так точно, товарищ полковник! — отрапортовал Макс, и я усмехнулся. Тоже мне, солдат нашелся.       — Тогда по машинам!       Мы быстро распределились по джипам, Сергеич даже уместился в БТР. И тронулись. Я увидел, как броневик покачнулся, переезжая тела. А джип, к счастью, смог их объехать, чтобы не сесть на труп.       Понеслись прочь из города, к промзоне. Сопротивления в виде кордонов не встретили, не было кордонов. Может, это еще был не пригород, либо кордоны уже сняли за ненадобностью. Об этом я и просил Белова, который ехал со мной в головной машине. Мою KIA вел один из солдат.       — Часть сняли, — отозвался он. — А часть еще сдерживает рвущихся из города.       — А зачем? — поинтересовался я.       — А затем, чтобы заразу не разносили.       — Так ведь по всему миру такое, — пожал я плечами, на что полковник только вздохнул.       — Думаешь, не знаю? И руководство, думаешь, не знает? Все знают, а что делать? Надо создать видимость контроля.       Вот так всегда и делается в стране. Видимость и все, больше ничего. Я вздохнул. Да, он прав. Но тем не менее, то, что нас не пропустили через кордон, сильно, конечно, повлияло на нашу жизнь. Теперь моя семья сидит в квартире посреди мертвого города, а я еду с военными вызволять подругу моей жены из лап бандитов. Ну не остросюжетное ли кино?       — Не бойся, Алешка, — проговорил я, прижимая к себе мальчишку, что укачивал на коленях годовалую девочку. — Вернем маму, все хорошо будет.       Алешка только кивал. Но ничего не говорил.       Так и ехали. За окном движущегося джипа видел дома, бродящих по дороге людей, точнее уже нелюдей. Где-то вдали в небо поднимался черный дым. Что-то точно горело и горело неслабо. А мы мчались по дороге. Мимо редко проезжали гражданские машины, под завязку набитые различным хламом. Люди собрали все необходимое и теперь стремились к спасительному пригороду. Когда видели колонну военных, притормаживали, некоторые даже съезжали на тротуар, пропуская БТРы. А потом продолжали движение, стараясь оторваться от зомби, что успевали приблизиться к автомобилю.       А мы, не останавливаясь, гнали к промзоне, где теперь держали Катю, где прятались бандиты, где наверняка полно зомби. Наконец выехали в пустующий район, полный старых промышленных зданий, жилых двухэтажек, промчались мимо брошенных машин. Я заметил несколько мертвых тел на дорогах. Некоторые двигались, следили за нашим транспортом, другие лежали неподвижно.       — Да, в головы точно, — протянул Белов, осматривая тела в окно. Я кивнул. Как и во всех фильмах про зомби. Чертовщина какая-то, не понимаю, как это вообще возможно. Впрочем, долго раздумывать мне не дали. БТРы и джипы выскочили на перекресток и свернули направо. Еще немного проехали, и солдаты принялись ерзать на своих местах, явно готовясь к высадке. Белов что-то скомандовал. Машины въехали во двор.       Я напрягся. Солдаты собрались, были почти на низком старте.       Транспорт остановился, и военные выбрались на прохладный сентябрьский воздух. Они выстроились перед Беловым, ожидая указаний. И Белов начал говорить. Я пристроился рядом с солдатами и поглощал информацию, внимательно следя за губами полковника. Он рассказывал о том, как нам стоит рассредоточиться, чтобы накрыть бандитов всех разом. Потом обернулся ко мне, Максу, Вадиму и Сергеичу.       — Что касается вас, — сказал он твердо. — Вы следуете за нами, на рожон не лезете и под пули не бросаетесь. Во всем слушаетесь моих людей и следите за зомби. Мы дружно кивнули.       — Тогда… — полковник протянул. — Начали!       Солдаты сразу разделились на несколько групп, и я последовал за одной из них, держа в руках пистолет, который мне выделили из общего имущества.       Не успели добраться до большого серого здания, как из-за угла вывернул зараженный. Он глухо зарычал, вытянул руки и пошел к нам, спотыкаясь о камни и неровности в земле. Один из солдат взял его на мушку, а второй подскочил сбоку и вонзил нож в висок неуспевшего среагировать мертвяка. Тот тихо крякнул и повалился на землю. Да, Белов говорил, что, пока не доберемся до основного цеха, стоит соблюдать тишину. И военные отлично с этим справлялись.       Мы завернули за стену и сразу наткнулись на труп мужчины в форме рабочего этого завода. Я окинул его окровавленное кое-где погрызенное тело взглядом и тяжело выдохнул. Неприятное зрелище. Но, чтобы не отставать, поспешил за вояками. Они двигались профессионально, быстро, но осторожно. Осматривали углы и повороты, двери и окна, прослеживались стволами проходы. Я старался крутить головой на все триста шестьдесят, чтобы не пропустить что-то важно, но было тихо и пусто, только мусор и бетонная крошка хрустели под ногами.       Военные толкнули дверь и аккуратно проникли в цех. Сразу несколько зомби обернулись к живым людям. Все мертвяки были одеты в рабочую униформу, но двигались медленно, неуклюже. Они хором засипели, потянулись к нам, и я отступил на несколько шагов, позволяя воякам разобраться самим. Они это и сделали. Пару зомби уложили ножами, еще двоих грохнули с пистолетов-пулеметов с глушителями. Выстрелы все равно эхом разнеслись по цеху, но это едва ли привлекло чье-то внимание.       Быстро побежали через помещение, уставленное каким-то оборудованием и вышли в длинный коридор, ведущий вглубь заводских лабиринтов.