Гибель Полумесяца

      Летать на пегасах оказалось не так легко, как ездить. Санни не всегда соглашалась расправлять крылья в холодную погоду, а Снежок не очень одобрял освоения новой территории, считая, что с него впечатлений достаточно.       Алер Вест даже подготовил для южной лошади седло с утеплителем, чтобы Санни не чувствовала дискомфорт. А Аристону он советовал гладить Снежка и успокаивать, чтобы пегас всё-таки послушался юного хозяина.       Настоящее очарование пегасы обретают, когда расправляют крылья в полной мере, демонстрируя каждое перо. А затем, лишь слегка взмахнув ими, разгоняются и делают прыжок вверх, достигая постепенно серого неба.       У Аристона перехватило дыхание. Он даже на мгновение развёл руки в стороны и громко засмеялся. Снежок, отчётливо чувствуя настроение хозяина, более бодро протелел над вершинами леса.       Сирин почувствовала тепло, исходящее от Санни, стоило той направиться вверх. Золотистые крылья как будто сами по себе являлись источником света. Сирин вцепилась крепко в кобылу и прижалась к ней, как только ощутила скорость полёта на пегасе.       Услышав вдалеке смех своего друга, Верлано подлетела к нему. Она прекрасно разделяла его восторг, пускай и побаивалась летать долго.       — У меня есть идея, — озорная улыбка украсила лицо Аристона. Он полетел вперёд, заметив явное любопытство Сирин. Что же он задумал?       Бушующее, холодное море плескалось о скалы на окраине королевства. Солёный морской воздух заставил Сирин поморщить нос. Санни стала слабее махать крыльями, как и Снежок, потому было принято решение помочь пегасам спуститься вниз и немного отдохнуть — всё-таки они не могли ещё летать весь день, без перерыва.       — Пойдём, — Аристон привязал Снежка к дереву и смело хотел направиться к огромным камням у берега.       — Ты уверен, что их можно так оставлять?.. — с сомнением спросила Сирин, но осторожно привязала свою кобылу тоже.       — Всё нормально, мы ведь ненадолго уйдём, тем более, нужно приучить их ждать хозяина, — заверил её друг.       Спускаясь по каменистой поверхности, Аристон не ведал страха. Он точно много раз навещал это место. Берега Астары практически не подразумевали песка, только скалы, камни и водоросли. Аристон благородно протянул руку Сирин. Она не хотела отказываться от очередных приключений, да и ему она доверяла.       Верлано крепко схватила его за руку, спускаясь вниз по скользким камням, пока оба они не обнаружили маленькую пещеру.       — Я здесь уже был с друзьями, — уверенно сказал Вест и зашёл во внутрь, не отпуская руки Сирин.       Она осмотрела местность. Каменистая пещера, откуда сильно шёл морской запах. Странно, но в зимнюю пору море Астары не укрылось ещё льдом, в отличие от болот и других водоемов. Хотя, может, это случится позже?       — Вижу, тебе редко бывает страшно, — Верлано улыбнулась. Волны ударялись о скалы, рассыпаясь на мелкие ледяные брызги.       — Я пока не вижу причин бояться. Слушай, мой отец говорил, здесь водятся сирены. Хочешь увидеть?       Такое предложение не могло не заинтересовать. Сирены — морские демоны, с ними редко кто предпочитает иметь дело. Иногда с ними заключают сделку, чтобы иметь сирену в качестве родового демона, но это должны быть сильные маги. Потому что влияние водных демонов так велико, что оно способно поработить и самого хозяина.       Эти свирепые существа водятся внутри скал или на дне морей. Их редко можно увидеть. Но возможность поглядеть на странных существ хотя бы издалека будоражила и привлекала. Многие маги не видели сирен вблизи. Может, это и к лучшему.       Аристон и Сирин медленно и тихо прошли вдоль пещеры, где в левой стороне образовалась яма. Они оба осторожно сели и глянули вниз. Глаза Сирин расширились от страха, удивления и восхищения одновременно. Сердце бешено колотилось. Аристон не соврал.       Там, внизу, сидела она — с длинными, мокрыми волосами молочного цвета. Зелёные пальцы с перепонками липли к камню. Широкий рот с острыми губами, внушал ужас, как и светящиеся в полумраке белые глаза. Она не двигалась, но обоим магам было известно — это ненадолго.       Стоило сирене что-то заподозрить и дёрнуться, поднимая голову вверх, как Аристона и Сирин след простыл. Нужно было быстро бежать, пока это существо не раскрыло свою пасть и не взвыло, уничтожая барабанные перепонки своих жертв.       На берегу, их ждал недовольный Алер Вест.       — Возвращаемся домой, тут опасно. Вам не стоит одними лететь сюда, — сказал он обеспокоено. Конечно, он был прав.       Сирин не могла выкинуть из головы образ сирены. При всём чувстве ужаса от этого существа оно было таким могущественным. В блестящей зелёной чешуе с жёлтым отливом таилось столько знаний и силы. Не зря ведь эти создания сохраняли своё существование на протяжении многих веков.

***

      В тусклой комнате служанки, горела свеча. Джейн — женщина лет сорока, с туго зачёсанными волосами, сидела возле стола, рассматривая свой единственный браслет. В ласковом взгляде промелькнула только ей известная тоска.       Затем она взяла из шкафа белые простыни и направилась в комнату Сирин. Надо было поменять постельное белье для девушки. До этого Джейн никогда близко не общалась нм с кем в доме, кроме Сабины Вест, женщины, приютившей её без всяких вопросов.       В тот день Верлано раньше вернулась в свою комнату. Её внимание привлёк браслет на руке служанки. Нет, это не обычное украшение. Маленькие, белые пузырьки содержали разные вещества и Сирин прекрасно их узнала. Прозрачная жидкость это лекарство, а красная — яд.       Так всегда учила мама. Ведь Анисия Верлано родилась далеко на юге.       — Вы из Римоны?... — вырвалось из уст девушки. Сирин хотела ударить себя за проявление слабости и прямолинейности.       Но Джейн не стала ругать её, а лишь улыбнулась. Она всё поняла. Пускай королевство «Римона» обычно стыдно упоминать.       — Да, милая, прямиком от туда, — Джейн села на краю кровати. - Когда-то давно мне тоже было тринадцать. Мой отец выращивал сочные, спелые лимоны у себя на участке до того, как все наши дома стали собственностью королевы Айданы. Но... —она улыбнулась. В глазах служанки было столько тоски и боли по утраченному дому.       Большинство магов из Римоны были вынуждены так или иначе покинуть полуразрушенное обедневшее королевство. Правда, Сирин никогда не знала полной истории. Она родилась, когда Анисия уже была в бегах, и никогда не знала настоящей причины.       — Здесь тоже жить неплохо. Не хочешь часом отведать цитрусового пирога? Я помню, как его готовили в Римоне, — ласково предложила Джейн, чувствуя одиночество обеих. Сирин почувствовала нежелательные выступившие слезы и кивнула, улыбнувшись.       Было нечто личное в их общении, как будто обе всего за две минуты поняли друг друга и можно было не притворяться.

***

      Джейн сдержала своё обещание, приготовила цитрусовый пирог. Они с Сирин расположились в маленькой комнате для служанки. Кисло-сладкий вкус пирога так приятно таял во рту, особенно когда Верлано запивала его молоком.       — Вот здесь мы с отцом в нашем доме, — Джен протягивает Сирин пожелтевшую фотографию. На ней изображены высокий мужчина с каштановыми волосами, обнимающий за плечи свою маленькую дочь.       Тогда Джейн выглядела как беззащитная девочка с косичками и вздёрнутым носиком. Возможно, служанка давно хотела рассказать что-то личное, но лишь тому, кто поймёт.       — Моя мама тоже из Римоны, — Сирин осторожно взяла фото. - Она говорила, это самое солнечное место, но не такое жаркое, как Левана. А ещё что там есть большая больница для всех магов. Это правда, что Римона — это королевство для целителей? — Верлано искренне хотела узнать о доме, откуда она родом.       — Да, так и было, конечно, — Джейн вздохнула. — Но сейчас, та больница уже не сможет принять всех.       — Почему? — Сирин не могла понять: как больница, созданная для абсолютно всех магов, вдруг может принимать не каждого?       — Так распорядились леване, милая. В данный момент они решают бо́льшую часть дел, — Джейн постаралась объяснить как можно мягче. Но собеседница недоумевала. Она не знала, что произошло между королевствами и почему вдруг одно из них стало решать судьбу другого.       И главное, Сирин не понимала, что сделала такого мама и за что её посадили. Но этот вопрос она не могла задать служанке. Зато в тот вечер она обрела ещё одного собеседника.