Не по своей воле

— Учитывая их эксперименты, я удивлен, что ее не привлекли к другим… — Как бы безумны они не были, они понимают, что после каждой беременности нужен перерыв для следующего зачатия. Организм женщины расходует достаточно много энергии и не только ее на развитие плода внутри себя. Но это чудо… Если взять в учет все, что произошло и с остальными девушками, то… То даже не хватает слов, чтобы описать все эмоции!       Хоть Роза и понимала, что ее не слышат, она все равно затаила дыхание, прислушиваясь к словам целителей. Будучи прикрытой ширмой, она только по шороху ткани и звону склянок понимала, что те сейчас осматривают Гарри. Осматривают его и обсуждают результаты диагностики не только Розы, Оливера и Гарри, но и остальных спасенных, а их было немало. Она уже услышала, как колдомедики обсуждали особо безысходные ситуации, которые поставили кресты на жизни некоторых из ранее спасенных. Тех магов, если их еще можно ими назвать, ежедневно, а то и не по одному разу, опаивали зельями, что нашли в глубинах подземелий. Увы, без тех веществ маги больше не могли прожить достаточно долго, иначе их магия начинала бушевать и сжигать их собственные тела изнутри. Такое Роза не хотела видеть и ощущать. Благо целители не опускали руки и продолжали искать способы, как лишить магов зависимости от этих зелий и вернуть им жизнь, где их магия не будет уничтожать их тела.       Восторженные слова более звонкого голоса одного из целителей заставляли девушку съеживаться и с силой сжимать челюсть, лишь бы не ударить кулаком в стену. Она слышала каждое слово, которое слетало с уст молодого мага. Он восхищался тем, что она могла выдержать беременность почти от любого магического существа, что и называл чудом. Чудо? Это они называли чудом? У нее до сих пор наблюдались проблемы с магией, она не могла колдовать. У нее были проблемы с телом, ноги до сих пор периодически переставали слушаться, будто на краткий миг отказывали. Да, Оливер — ее маленькое чудо, но то, что произошло в стенах тех подземелий, далеко не чудо, которым стоило бы так восторгаться. — Есть еще ведь две девушки, которые имели схожие эксперименты, — неуверенный хриплый голос заставил девушку поджать губы. Она его еще не слышала. Хотя за несколько дней обследований к ней столько целителей и невыразимцев подходило, что она просто могла не запомнить всех. — Но их результаты не настолько ошеломительны. В отличие от Розалин, они весьма ограничены… Хотя сомневаюсь, что для нее это положительное качество. Лучше сохранить это в тайне. Хоть мы и не видим, но достаточно много магических существ среди нас. И у многих проблемы с продолжением рода, так что лучше поберечь ее тайну. Неизвестно, чем может аукнуться для нее следующая беременность, а ведь от предыдущей она не отошла до сих пор. — А что насчет Гарри Поттера? Если его… Чешуйчатая проблема выйдет в массы, то… Я даже предположить не могу, что подумают маги! Хотя по всем показателям перед нами человек. Маг, — вмиг ранее восторженный голос целителя стал обеспокоенным — Не совсем. С его кровью что-то. И это что-то сильно отличается от того, что обнаружено у остальных магов. Наши зельевары в крови мальчика помимо различных зелий находят странный яд, что уже успел смешаться с кровью, но определить какой именно это яд не предстояло возможности, так что мы почти сразу обратились к профессору Снейпу, точнее мастеру Снейпу, как к одному из самых доступных мастеров зелий на данный момент. — Вы уверены, что ему можно доверять? Все же он пожиратель… — Ты идиот? Во-первых, уже куча времени прошло с того момента, как Неназываемый пал. Во-вторых, мастер Снейп — многоуважаемый мастер зельеварения, у которого не только рука не поднимется по-настоящему навредить ученику, а тем более сыну его подруги, но и сама честь мастера не позволит выполнить столь сложную работу халатно или неверно! — Ну раз вы так говорите… Стоп! Сын подруги?! — Давняя история…       Роза отчетливо слышала, как два целителя вышли из палаты и захлопнули за собой дверь. Теперь в комнате стояла тишина, прерываемая лишь тихим сопением младенца. Сон к девушке не шел. Как бы она не пыталась абстрагироваться от окружения, спать не хотелось. Все мысли занимало будущее, что могло их ожидать. Кто знает, как сложатся следующие дни в стенах Мунго. Выйдут ли они за пределы палаты или их запрут в качестве подопытных зверушек в который раз? У нее не складывалось ощущение, что она вернулась если не домой, то на безопасную землю. Ей казалось, что она до сих пор лежит в каменных стенах подземелий, но уже без той боли. Родители, пришедшие в один из дней ее пребывания в Мунго не сильно разбавили эту ситуацию. Матери сложно было смотреть на свою дочь, а тем более на внука без слез. Отец же пытался поддержать Розалин, но не мог найти слов поддержки, помня, что именно из-за него его дочь забрали. Как бы взрослые не хотели спасти свою девочку, они не могли помочь хотя бы словом.       Аккуратно встав, босыми ногами девушка прошла сначала к кроватке своей малютки, а после к койке Гарри. Ее Оливер лежал в кроватке с улыбкой на лице. Ее маленький мальчик, солнышко, которое теперь освещало ее мир. Женские губы коснулись лобика малыша, а руки ласково поправили костюмчик на нем, ведь одеялка не было, были лишь чары тепла. Увы, она сама ими управлять не могла. Еще раз взглянув на сына, она направилась к Гарри. Мальчик как лежал под одеялом неподвижно, так и остался лежать. Он застыл словно фарфоровая кукла в безвременье. — Гарри?       Попытка дозваться до мальчика в очередной раз оказалась неудачной, на что Роза лишь вздохнула. Бледное лицо Гарри даже без сознания продолжало хмуриться, показывая насколько ребенку было плохо. Женская рука ласково начала перебирать пряди иссиня-черных волос, пока голос начинал напевать старую колыбель от которой мальчик расслаблялся и успокаивался.

***

      Он извивался, проскальзывая между деревьев по тропинке дальше. Его чешуйчатый хвост плавно огибал каждое растение, а когтистые руки в неком удовольствии касались коры деревьев. Мальчик не знал, куда ползет и как долго. Ему просто нравились ощущения скользящей по земле кожи, точнее чешуи, ласкающего ветерка и теплого солнца, а также запах леса, который пропитывал все вокруг.       Увы, иллюзия разрастающейся вокруг природы не прожила с ним долго. В какой-то момент по коже прошел мороз от которого его начало клонить в сон. Листья с деревьев резко начали опадать, трава пожухла, а некоторые деревья иссушились. Хвост не смог более удерживать его тело на весу, из-за чего оно просто упало на лесной поляне. Ему лишь оставалось свернуться в клубочек, дрожать от холода и спать. Что произошло? Куда делся чудесный лес? Он ведь специально уползал как можно дальше, лишь бы не видеть всех тех людей, что мелькали перед его глазами будто привидения. Он хотел туда, где не будет никого, кто причинил бы ему боль. Но даже в лесной глуши его ожидало страдание. Дрожь от холода, жжение от мороза, боль от впивающихся в кожу веток. Как долго он еще будет жить? — Гарри…       Кто такой Гарри? Почему он каждый раз слышит, как этого Гарри зовут? Но этот голос был приятным и… Знакомым? Не прошло много времени, прежде чем по округе разлилась тихая песнь, которая будто ручей в засуху пробуждал природу. Снег вокруг таял, приятный ветерок, несущий мелодию, грел, а облака раскрыли солнце, позволяя яркому кругу согреть свернутое клубочком чешуйчатое тельце. Создалось ощущение, что плохое время ушло, и мальчик попал прямиком в объятия кого-то родного. Кого-то, кто сможет защитить. Мама?

***

— Мистер Грейсон? Мистер Грейсон! — мужчина вздрогнул и с испугом обернулся, чтобы увидеть, как к нему бежит яркая девушка с розовыми волосами. — Прошу прощения за беспокойство… Я хочу узнать по поводу Гарри Поттера. — Вы?.. Ах да, вы мисс Тонкс, — девушка не заметила, как целитель перед ней поморщился. — Увы, мальчик до сих пор не проснулся, а мы не спешим выводить его из сна, пока точно не убедимся в безопасности этого. А если вы из-за материалов для исследования, то дождитесь отчета от невыразимцев. Как раз в скором времени должен прийти мастер Снейп, будет дополнение к их уже имеющейся информации. — Н-но… Мистер Грейсон, я просто хотела узнать об его самочувствии, не более… Думала, он уже проснулся, но раз так… — Ах! Мистер Грейсон! Мастер Снейп уже здесь! — чуть толкнув Тонкс в плечо, к ним подбежала женщина, чьи глаза восторженно блестели, будто она увидела своего кумира. — Вы нам нужны!       Не дожидаясь слов со стороны целителя, медсестра подхватила того под ручку и поволокла в палату Гарри Поттера, куда уже как раз направлялся Северус с еще одной медсестрой, а точнее невыразимцем под личиной медсестры, насколько помнила Тонкс. Не медля ни секунды, девушка пошла за целителями в надежде услышать хоть толику полезной информации. — Добрый день, мастер Снейп. — Добрый день, мистер Грейсон, мисс Дилайн, миссис Перегрин, — тут же отозвался зельевар, а после стрельнул ледяным взглядом в Нимфадору. — И вам добрый день, мисс Тонкс. Аврората это тоже касается? — Нет, я тут по собственному желанию. Мне… Слишком интересно, что с Гарри. Беспокоюсь о мальчике. — Вот как… — Мастер Снейп, думаю, если она послушает чутка, то ничего страшного не произойдет, — вступился за девушку невыразимец. — Обет о неразглашении информации о деле не даст ей распространиться, да и она сама многое увидела, пока спасала магов из тех подземелий. — Раз вы ее защищаете, то кто я такой, чтобы препятствовать? Давайте лучше к делу, — поморщившись, Северус вошел в палату и вздрогнул, когда увидел пропавшую ученицу с ребенком на руках. Роза училась в Хогвартсе перед своей пропажей, к тому же она бы и сейчас училась, но… Теперь у нее был ребенок, и это сильно сбивало с толку. — Рад видеть, что с вами все хорошо, мисс Дьюкарт. — Я тоже рада вас видеть, профессор Снейп, — на лице девушки, которое уже потихоньку переставало казаться изможденным, расцвела улыбка. Хоть зельевар мало к кому тепло относился в Хогвартсе, все же он оставался профессором этой школы. И увидев своего профессора в палате, Роза только поняла, что до обычной жизни осталось совсем немного, если та все же настанет. Есть ли шанс, что ей позволят доучиться в Хогвартсе? — Увы, не так уж все хорошо, но жива — уже хорошо. Познакомьтесь, это мой сын — Оливер. — Приятно познакомиться, — профессор явно был растерян. И в это время девушка успела уложить своего агукающего сына в кроватку. Его глазки внимательно наблюдали за новыми лицами, будто изучая их. — Надеюсь, у вас семья примет этого ребенка? — Да, примет. Хоть он и родился при таких обстоятельствах, но он все еще считается наследником. И я ни за что не откажусь от него, — девушка поджала губы и на дрожащих ногах села на свою кровать. Ей все еще трудно было стоять продолжительное время. — Довольно обо мне, вы ведь пришли к Гарри. — Да, так и есть, — темные глаза вмиг впились в тощее тело, укутанное тонким одеялом.       С первого же взгляда Северус увидел, насколько осунулся ребенок. Его скулы заострились, кожа побледнела, а местами даже проглядывались вены. Целитель поспешил к мальчику, чтобы откинуть с него одеяло и явить взору зельевара остальное тело. Белесый шрам у солнечного сплетения мальчишки приковывал взгляды. Словно что-то расползалось оттуда. Также руки и ноги были исполосованы шрамами от лезвий или игл, но ничего примечательного от волшебного существа видно не было. — Что вы выяснили по поводу его крови? Мы уже выявили, что это довольно сильный яд, но более точных данных мы не получили, — целитель с надеждой посмотрел на зельевара, а невыразимец приготовился записывать. — Яд василиска, — без промедления ответил Северус, наслаждаясь ошеломлением всех присутствующих. — С примесью яда рунеспура. Но василиск преобладает. И это скорее всего тот самый василиск, который обнаружился в Хогвартсе, а после часть которого выкрали из министерства. Так же в его крови были остатки… Наркотиков, каких именно перечислять не буду, они как магловские, так и магические. Также следы зелий, влияющие на структуру крови, на кости, кожу. Ряд зелий, вызывающие определенные реакции в теле. И это такой коктейль, что непонятно что для чего предназначено. И мало какие ингредиенты оказались безвредны. Я могу лишь сказать приблизительные реакции, которые они могли вызвать. Почти все в своем обычном использовании наносили непоправимый вред здоровью мага. К тому же это выявлено лишь от остатков, все еще гуляющих по крови, в отличие от яда, который продолжает течь по его венам. Что интересно, его кровь все равно сильно отличается от крови василиска или того же рунеспура, но яд не рассасывается, а будто заново производится. — Так значит они собирались сделать из мальчика королевского нага? — ошеломленно спросила медсестра, за что получила недовольные взгляды целителя. Конечно маги, что обследовали Гарри, внимательно прочитали данную Розой книгу, где описывались факты о нагах, а также их виды, но действительность пугала намного больше написанного в книге. Особенно, если написанное окажется правдой. — Они пробовали на нем все, лишь бы хоть что-нибудь получилось, — отозвалась Роза, следя за действиями взрослых. — Они со многими так поступали, если не были уверены, что именно это приведет их к успеху. Зелья ведь тоже по-разному на нас всех действовали… — Мисс Дьюкарт, можно взять у вас и вашего сына кровь, чтобы сравнить с остальными? — довольно резко спросил Снейп, из-за чего все вздрогнули. — Не могу сказать, что это бесполезно, но ведь наши зельевары уже проверили… Хотя кому я говорю, лучше уж пусть вы все рассмотрите, вы точно что-то заметите, чего мы не видим там, — взгляд целителя скользил между пациентами. Он кивнул чему-то своему и решительно повернулся к девушке на койке. — Сейчас возьму кровь у вас, мисс Роза, а после и у маленького Оливера, чтобы потом не мешать вам отдыхать. Для вас и Гарри более на сегодня процедур не будет. — Хорошо.       Северус с невыразимцем отошел к двери в палату, где все это время стояла взволнованная Тонкс, а вот целитель и медсестра начали готовить все для взятия крови. Быстрая клятва, что эта кровь взята не для злого умысла, а после целитель отточенным движением порезал кожу девушки. Никто не заметил, как ноздри мальчика тотчас затрепетали, принюхиваясь к распространяющемуся запаху железа. Невольно Роза зашипела от короткого мига боли, благо целитель быстро залечил рану, ведь крови требовалось немного.       Не успел целитель отдать первый флакон Северусу, как тут же был отброшен к двери вместе с медсестрой под грозное шипение змеи. А точнее нага, что неуклюже пытался стоять на своем хвосте. Изменения мгновенно бросились в глаза. Вместо ног был чешуйчатый изумрудный хвост, чей кончик гневно бил о пол. Мальчик заслонил собой ставшую с кровати девушку, выпустил длинные когти и шипел на взрослых, показывая всем острейшие клыки. Маги застыли, будто статуи, под взглядом изумрудных глаз, чья радушка полностью заполонила весь белок и чей длинный вертикальный зрачок словно клинок пронзал их. — Гарри, Гарри! — сзади Роза аккуратно попыталась отвлечь мальчика на себя. — Ты в безопасности, мы в безопасности, они нам не вредят. Они спасают нас! — Кровь… Пахнет кровью! Твоей! — мальчик и сам не заметил, как вместо привычных ранее слов из его рта выходило шипение. — Навредили тебе! Семья! — Гарри, — глаза Розы в ужасе раскрылись, когда она вспомнила строчку о том, что наги из-за особенностей строения не могли разговаривать по-человечески. — Я не понимаю тебя… Что бы ты ни говорил, они нас не тронут. Мы в безопасности. — Кровь…       Руки девушки притянули мальчика к себе, пока тот не уткнулся ей в грудь. Запах молока в перемешку с запахом трав и крови притягивал. Но запах трав был не таким, каким преследовал его в каменных стенах, где не было света. Там, где злые маги истязали их железячками и странными жидкостями. Там запах трав перемешивался с запахом смерти и тухлятины, но теперь… Только запах трав и каких-то примесей, что не казались такими опасными как раньше. Желудок ребенка требовательно заурчал, но он даже не пытался укусить девушку, хоть ее сердце притягательно билось, а кровь шумно текла по венам. Гарри буквально ощущал, как та бушующим потоком стремится по всему телу, будто река. И это позволяло осознавать, что он в объятиях живого родного человека. Она жива и не бросила его. — Кровь… — где-то на закоулках сознания появились слова, далеко знакомые. Будто из прошлой жизни. — Пахнешь кровью… Раны… — Нет-нет… — быстро поспешила заверить ребенка девушка. Она искоса посмотрела на вооруженных палочками взрослых, которым выразительно помотала головой, после чего показала Гарри чистую руку без единой раны. — Видишь, я не ранена. Все целое… Они лечат меня, тебя, Оливера. Ты ведь помнишь нас? Гарри?.. — Гарри?.. — повторил вслед за девушкой мальчик, ослабевая у нее в руках. Словно вместе с резким порывом защитить и броситься в атаку, ушли и силы. Роза не выдержала и осела с ним прямо на пол. У ребенка словно поднялась температура, хвост обернулся ногами, а после и остальные метаморфозы вернули мальчику прежний образ. — Мама… Мама…       Роза удивленно распахнула глаза, инстинктивно поглаживая ребенка, что доверчиво прижимался к ней. Еще ни разу девушка не слышала, чтобы Гарри звал ее мамой, из-за чего она не знала как к этому относиться. Ее глаза ясно выражали шок, который совпадал с шоком Северуса. С трудом целитель с медсестрой аккуратно переместили мальчика на его кровать вместе с Розой, которую тот не отпускал. — Он раньше меня так не называл… Но те маги говорили, что Гарри привязался ко мне, из-за чего хотели через меня на него воздействовать. Возможно, потрошение его разума на это тоже сильно повлияло, — горько шептала девушка, пока целитель диагностировал юного нага. — Потрошение разума? — тут же встрял Снейп, который был не только мастером зельеварения, но и легилименции. И это было не так известно, как его первый титул. — Да. Меня это обошло стороной. Что было с остальными — не знаю, но Гарри… Когда его принесли в очередной раз после каких-то экспериментов, он уже мало приходил в сознание и был таким. Говорил, что не помнил никого, кто всплывал в его памяти. Меня же он помнил едва, но помнил ощущение близости. За эти месяцы мы нашли поддержку друг в друге. Я пела ему, от этого он расслаблялся. Как могла пыталась отвлечь от боли. Он же пытался рассказывать истории о Хогвартсе или слухи, что слышал от темных магов. Сейчас же похоже он ничего не помнит, даже свое имя едва узнает, сами видели. И такое чувство, что… С каждым разом он забывает все больше. — Если его разум грубо выпотрошили, то память и вправду может уходить от него, — скрипя зубами, подтвердил Северус, ходя туда-сюда по палате. — Сколько примерно времени прошло с того момента, как произошло это? — Мастер Снейп? — осторожно позвал профессора целитель, но мужчина просто отмахнулся от старика. Его больше волновало здоровье мальчика. — Не знаю, там сложно определить время. Месяц может… Или уже два… — губы девушки сжались в тонкую линию, а в глазах начал плескаться чистой воды ужас. — Мерлин… Шанс, что старые воспоминания мальчишки можно спасти — категорически мал… Целитель Грейсон, или вы, миссис Перегрин, можете выбить у министерства позволения использовать легилименцию на Поттере в качестве лечения? Если его разум продолжает разрушаться, то он и нескольких месяцев не продержится, став как чета Лонгботтом, даже если он будет всеми силами цепляться за мисс Дьюкарт с сыном. — Сделаю все возможное, — кивнул невыразимец, складывая исписанные пергаменты в свою бездонную сумку. — Наведаюсь туда прямо сейчас. Мастер Снейп, тогда вы можете здесь задержаться? Будет лучше, если мы поможем ребенку как можно быстрее.       Северус мог лишь кивнуть, прежде чем невыразимец под личиной медсестры скрылся из палаты. Целитель тяжело вздохнул и продолжил взмахивать палочкой над Розой и Гарри, в надежде заприметить еще что-то. Только теперь его силы больше уходили на диагностику головы и разума мальчика, хоть это не было сильной стороной целителя. Все это время Тонкс стояла у дверей словно ни жива, ни мертва. — Все равно ничего не вижу, — удрученно помотал головой старичок-колдомедик. — Я вижу лишь то, что он будто в небольшой коме или коматозном сне, как и должно быть при действии напитка живой смерти. Его мозг… Функционирует точно также как и у обычных людей. Магия нормально течет по венам, никаких сбоев. Даже… Даже то, что вы рассказывали, мисс Роза, не виднеется. — А что должно виднеться? — тут же поинтересовался Северус, желая вызнать побольше информации. — Я хочу узнать как можно больше, чтобы знать с чем работать в разуме мальчика. — В некоторых своих экспериментах темные маги вставляли «магические ядра» волшебных существ прямо в тела. Конечно же это были драгоценные камни, напитанные магией, но они все равно выполняли функцию магического ядра. Такое не миновало Гарри. Только он вытащил его из себя, — кивком головы Роза указала на солнечное сплетение друга. — Когтями… Жуткое зрелище, но до этого камень словно причинял ему боль, мешался. И даже так камень успел сделать свое дело. Изувеченный разум и тело не позволяли магии Гарри правильно работать, а вот магия камня замещала работу его магии, постепенно меняя ее структуру. Так объяснил мне маг, который нам помогал. — Но его разум не излечился… — Профессор Снейп, вы ведь сможете помочь ему? — наконец подала голос Тонкс. — Не уверен, мне надо посмотреть, что именно творится в его голове, — в голове зельевара будто что-то щелкнуло, из-за чего он внимательно уставился на Нимфадору. — Аврорат проводил допрос темных магов? — Не всех. Надо что-то узнать? — Надо найти мага, что выпотрошил разум мальчишки и узнать, что именно он там наделал. Сможете, аврор Тонкс? Чем быстрее, тем лучше… — Д-да, профессор Снейп… Я сейчас!       Оставалось лишь дождаться ответов от невыразимцев и аврората. Увы, это могло занять несколько часов, даже с учетом срочности. А значит стоило занять себя делом. Нестись в свою лабораторию в школе Северус не стал, попросив позволения у главного целителя исследовать кровь пациентов в лаборатории Святого Мунго. По крайней мере это отвлекало от гнетущих мыслей. Что сказала бы его Лили, если бы увидела сына в таком состоянии? И почему то Северус был уверен, что она бы не злилась на Розалин за то, что ту Гарри назвал мамой. Мальчику нужно было чувство защищенности от родного человека. Якорь, что позволял вновь и вновь выкарабкиваться на свет, открывать глаза и вдыхать воздух полной грудью. Или выпускать когти в тех, кто желает взять кровь у его новой «матери».