Happy-End For Those Who'll Survive The Storm

                    Провокация удалась на славу: Хиггинс прикусила разбитую губу и сглотнула вязкую слюну. Удар приклада пришёлся прямо в лицо, что и вызвало потерю сознания, но проблема была не в этом — придя в сознание, она обнаружила себя намертво пристёгнутой к горизонтальной платформе ремнями. Левая бровь вопросительно выгнулась, однако задать вопрос относительно её нынешнего положения было некому — помещение было пустым. С минуту хакерша лежала неподвижно, прислушиваясь к малейшему шуму, а затем напряглась и потянулась ментальными щупальцами к дверям, стенам, полу и потолку. «Просканировав» пространство, она поняла, что находится в лаборатории на другом конце от связиста. Выводы, тщательно проанализированные, выдали печальный результат: любая попытка покинуть строго отведённое помещение может закончиться летально — в коридорах были расставлены сетки-лазеры, реагирующие на любое тепловое или механическое движение. «И это всё, что Вы смогли придумать?» — усмехнулась Крэн, посылая телекинетическую волну на ремни, заставляя их разомкнуться. «Нет, не всё…» — рассеянно подумала телепатка, запрыгивая обратно на платформу, едва разряд пробежал по ноге. Телепатка села в позу лотоса и огляделась, усмехаясь. «Ну надо же! Вы усвоили урок, только для сдерживания этого мало!» — нет, она не умела летать, но перемещать своё сознание в другое тело вполне была способна, и это касалось не её новой оболочки, а любого биологического объекта, коих тут в избытке. «Ну что ж, пришла пора поиграть!» — хакерша потёрла руки в предвкушении — наконец, она продемонстрирует свои незаурядные таланты. *** — Как продвигаются исследования? — в слабоосвещённую каморку вошло два человека: один в халате, другой — в форме военного. Третий повернулся к вошедшим, отрываясь от приборов. — Пока ничего интересного. Объект находится в полной изоляции, подача напряжения установлена на парализующий уровень. Мы сократили контакт с персоналом до минимума — она не сможет никак повлиять на них, — руки в перчатках забегали по клавиатуре. — По результатам исследований стало ясно: у неё высокая степень работы мозга, что обуславливает генерирование его оболочками особых волн, способных воздействовать на биополя других разумных существ. Любопытная вещь, но наши учёные предполагают её прямую связь со вторым объектом, находящимся в криосдерживании, — исследователь закончил работать с компьютером и полностью развернулся к слушателям. — Что Вы хотите этим сказать? — военный явно заинтересовался этой идеей.       Вместо ответа его оппонент вновь насел на оборудование. — Взгляните сами, — он чуть отклонился, давая вошедшим ознакомиться с показаниями приборов самостоятельно, — красным указан процент используемых возможностей коры полушарий головного мозга, синим — сколько процентов задействовано в данный момент, жёлтым — средний показатель. — А вот это что за показатель? — ткнул второй пальцем в растущую зелёную черту. — Это? — исследователь только сейчас заметил, что в статистике появились новые, не инициализируемые данные, которых он не ждал. Сидящий завозился, что-то переключая. — Наверное, сбой в работе, — неуверенно пробормотал он, время от времени поглядывая на приборную панель.       Зелёная отметка выросла до максимума… и неожиданно всё пропало. Камера, висящая в углу бокса, где находилась телепатка, мигнула и передала нечёткое и размытое изображение, а затем и вовсе пошли помехи. Тепловые анализаторы перестали фиксировать деятельность объекта. Исследователь вскочил и начал бесполезно щёлкать всеми возможными тумблерами, пытаясь заставить работать мёртвое железо. Визитеры пришли в движение: один пытался связаться с наблюдательным пунктом, другой оповестил всю базу. Третий же продолжал терроризировать отключившиеся приборы. Связь работала паршиво: то и дело нарушалась подача и обработка поступающих сигналов, отражаясь от приборов, как свет от зеркала. Всем троим потребовалось более получаса, чтобы восстановить наиболее важное оборудование и запустить аварийную проверку главных систем.       Когда работа стабилизировалась и камеры возобновили чёткую передачу, хакерши не обнаружилось в боксе, более того, все показания о её мозговой деятельности больше не отображались ни на одном из экранов. — В чём дело? — второй исследователь склонился над приборами. — Сэр, объект покинул бокс. ***       Хиггинс знала о камере в углу, а также о КПП совсем рядом с её временным жильём, поэтому идти напролом не решилась. Вместо этого она сконцентрировалась на местонахождении Лазербика и, получив от него подтверждение об успешном прибытии на базу, применила один из скрытых козырей в рукаве, в данном случае, в голове, направив телекинетическую волну на следящую аппаратуру, выводя из строя не только камеры, но и всю систему в целом. Как только подача статического напряжения на напольное покрытие прекратилась, Хиггинс поспешила покинуть помещение. В её планах было как можно скорее добраться до связиста и вывести его из искусственного стазиса. На тот случай, если ей это не удастся, она планировала отвлекать внимание до тех пор, пока синхронизация маячка не завершится до конца.       Риск был огромный — и она это знала. То, что Крэн собиралась сделать, ранее даже не входило в предположения, не говоря уж о возможной попытке свершения. Нокаут, контролировавший предыдущий переход, как-то обмолвился, что они едва удержали её, и это учитывая, что кибертронские технологии куда более продвинутые, чем человеческие. Перемещение сознания на расстоянии грозило смертью при любом раскладе, а уж о том, чтобы провернуть этот фокус в таких экстремальных условиях, и говорить было нечего. Сейчас она находилась в движении, что уже создавало определённую нагрузку, а если брать в расчет, некое расстояние и экранирование обеих баз, можно было смело заявить о полном провале подобной акции. Телепатка остановилась, переводя дух от быстрого бега по коридорам. Она должна оказаться во временной недосягаемости и успеть всё сделать до того, как её обнаружат.