The Night We Met

Успокоившись после выплеска нахлынувших чувств, Минхо стоял на небольшом балконе, в ширине которого могла поместиться разве что ступня парня. Закурив сигарету, он разглядывал пейзаж Парижа, который явно отличался от тех, которые он наблюдал в Сеуле. Архитектура в корне разнилась с привычной, но это не вызывало абсолютно никаких новых или неизведанных ощущений. Прожив тут крохотные две недели, которые пронеслись одним бесконечным днем повседневной рутины, он не обратил никакого внимания на смену обстановки. Разве что непривычно разговаривать преимущественно на английском. Будучи коренным корейцем, не выезжающим за пределы родной страны ни разу, он не приучен прикладывать так много усилий для рядового общения. Практики не было, ведь в школе его давно перестали донимать учителя, осознав, что этот мальчишка ответит на любой их вопрос, ибо принципиально не любил создавать проблем ни себе, ни людям. Но тут помогли их совместные занятия с Сонни. Пока они учили французский, не забывали хоть иногда практиковать и английский язык, который оба неплохо знали. Особенно при условии, что и он наверняка пригодится. Не ошиблись. Ли воспринимал их переезд как что-то обыденное. Вероятнее всего, попади он сюда при других обстоятельствах, например, на пару с Джисоном на фоне их счастливых взаимоотношений, он бы ходил по улицам и озирался на всю ту красоту, которую раньше мог рассматривать только на картинках в учебниках или в интернете. Но с самого приезда его голова была забита совсем другими мыслями. Хоть он твердо решил, что постарается жить дальше ради близких ему людей, улыбчивый и загадочный парень все никак не хотел выходить из головы. На юношу упала новая кипа проблем, которая перекрывала основную. Можно сравнить это с дырой в плотине, что решили заколотить досками. Поток воды под напором стал меньше, но продолжал вытекать наружу. Разве что не так заметно и быстро. Не лучшие обстоятельства заставили его отодвинуть на второй план расставание с Ханом. Смерть отца должна была стать последней каплей, но стала временным лекарством, как бы это парадоксально не звучало. Сконцентрировавшись на новом испытании, которое подарила ему жизнь, у него получилось размыть фокус, который был сосредоточен в центре, на Джисоне, сместив его на края объектива и обратив свое внимание на любящую мать, которой нужна была поддержка. Конечно, утрата отца не прошла бесследно для парня. Это событие открыло ему глаза на то, что нельзя продолжать быть эгоистом. Его внутренние терзания не будут иметь никакого смысла, если он по своей вине лишится всего, что осталось: своей матушки и двух прекрасных друзей. Хоть и без Джисона, но жизнь продолжалась. Он нашел мотивацию в семье, ради которой все это и начал. Несмотря на то, что судьба отобрала одного родного человека, у него оставался второй. Поэтому Минхо поставил во главе пирамиды именно матушку, ради которой по итогу и приехал сюда учиться. Изначальной целью было измениться ради Джисона. После смерти Минхёка, юноша не сразу осознал произошедшее событие и предыдущие мотивы продолжали руководить им. Но поняв, что сейчас он как никто другой необходим матери, Ли вовремя перераспределил приоритеты. Заметив, как Соён действительно загорелась идеей о счастливом будущем для своего сына, он не мог разочаровать ее. Кто угодно, только не он. Минхо единственный луч света, который остался в ее растраченной жизни. Парень не мог ее подвести. Высшее образование открывало множество дверей, и, думая об этом, Хо имел в виду совсем не саму карьерную лестницу, а скорее то, что она может дать. Поднимаясь вверх как личность, парень осчастливит себя тем, что его матушка будет гордиться им и, возможно, сможет заполнить пустоту внутри себя его достижениями. Она и уже была рада, что у нее вырос такой замечательный сын, но Минхо был явно более требователен к себе, чем эта женщина. Его планы на будущее были прекрасны, как не посмотри. Но все имеет свойство заканчиваться. Вот и шаткое равновесие, которое было поймано Ли, встав одной ногой перед обрывом, внизу которого его ожидал новый созревший страх, теперь потеряно. Джисон ворвался слишком резко. Буквально выбив дверь с ноги, застав юношу врасплох. Он может и не был бы против восстановить общение. Скорее всего парень обеими руками «за». Но никто не предупреждал, что если поддаться желаниям так быстро, то собственная психика может захотеть сыграть злую шутку. Организм, как оказалось, может в любой момент включить защитные рефлексы, которые всегда срабатывают не в самый подходящий момент, как это произошло с Минхо. Прямо сейчас Ли стоял на этом чертовом балконе, который был безумно неудобным и холодным из-за зимней погоды на улице. Этот клочок камня, на котором он стоял, напоминал ему тот самый обрыв, скинувшись с которого он мог обрести что-то, но ровно столько же потерять. Получая, мы обязаны отдать что-то взамен. В случае с Джисоном — вверить всего себя в чужие руки. Потому что в их ситуации «или все, или ничего». Они не могли отдаваться понемногу, частями. Оба хотели заполучить друг друга целиком и полностью, но еще были совсем неопытны, чтобы выстроить сбалансированную систему. Сигарета постепенно тлела в его руке то от новой затяжки, то из-за ветра, струящегося вдоль здания, заставляя табак сгорать с усиленной скоростью. Но это сейчас не волновало ровно так же, как и вред смога, оседающего на легких. Перед глазами маячили лишь те образы, которые парень так усердно старался забыть. Он и не надеялся, что сможет навсегда выкурить из памяти те незабываемые несколько месяцев. Но уж точно не рассчитывал, что к существующим воспоминаниями присоединятся новые, причем не самые приятные. Минхо было стыдно и обидно, что он повел себя именно так, когда ему в руки упал шанс вернуть то, по чему он тосковал до боли в груди, которая каждый раз растекалась по конечностям. Он боялся, что у него может больше не появиться возможность встретить своего Хан-и вновь, отчего внутри все сжималось. А вдруг Джисон испугается так же, как это сделал Хо в номере отеля? Да, реакция была вызвана скорее чем-то бессознательным, что ни в какую не поддавалось парню в тот момент, но младший мог и не понять этого. Ведь в его глазах Ли всегда был собранным и спокойным, за исключением некоторых моментов, когда Хан все-таки провоцировал на искренние эмоции, выходящие из-под контроля. И Минхо подразумевал никак не ту нежность и бережливость, с которой он относился к Джисону, а скорее те трагические воспоминания из своего детства, которые он вверил в чужие руки, не предполагая, что это окажется бессмысленным. Вдруг Джисон воспримет это как знак того, что Минхо не готов к продолжению? Что он не в состоянии принять юношу обратно? Он хотел бы начать придумывать план, как бы ему еще хотя бы раз увидеться с ним, но в голову упорно ничего не шло. Она будто ватная стала, пропуская все мысли через себя, фильтруя все разумное и оставляя лишь спонтанный поток каких-то урывков, из которых у него не получалось составить даже небольшое предложение. ~~~~ Разойдясь с Джисоном, Чан сразу сел в машину, приготовленную для него людьми Донсока в целях свободного перемещения. Закинув спортивную черную сумку с немногочисленными вещами на заднее сидение, сам он расположился на водительском. Кожаный салон был непривычен для парня, но ко всему можно адаптироваться. Тем более подобные перемены ненадолго. Откинувшись на спинку кресла, он завел мотор. Донсок знал, какую машину предоставить: BMW I8 отлично подходила ему. Электронное табло за рулем вместе с подсветкой, протянувшейся вдоль панели управления, загорелись оттенками голубого и синего. Кнопки подсвечивались ярко-оранжевым. Времени вдоволь насладиться красотой салона у парня явно не было, поэтому он почти сразу выехал на трассу по пути из аэропорта. Его не покидало тревожное ощущение, что сегодняшний день точно не закончится спокойно, как планировалось изначально. Сейчас он собирался отправиться в Париж к людям, ради которых приехал. Ни Сонни, ни тем более Минхо не были в курсе, что старший навестит их. Он не мог прибыть сразу в аэропорт Парижа, потому что частные самолеты их организации предоставляли возможность полетов только по заранее согласованным маршрутам, о которых в курсе местное управление. Поэтому ему предстояла дорога от Орлеана до столицы. С двух сторон тянулись то ряды деревьев, то пока не засеянные поля. Чан торопился, он буквально на всех парах гнал по трассе, чтобы как можно скорее успеть к… Сонни. Да, конечно, по Минхо он тоже соскучился, но не так сильно. С Минхо он и на расстоянии при необходимости может пообщаться какое-то время, пока нет возможности переехать окончательно. Девушка явно вызывала в нем намного больше волнения и желания оберегать, заботиться, стараться сделать все, чтобы никакие проблемы ее не касались. Рядом с ней даже воздух как-то чище становился, хотя Бан никогда не обращал внимания на подобные вещи. Дышится и ладно. Чан не горел желанием, чтобы его девушка устраивалась на работу, особенно официанткой. Но Ян принципиально не хотела совсем свешивать ножки на шее у парня, она все-таки и сама на что-то способна. У нее получилось уговорить его под предлогом, что работать будет с Минхо в одном месте. Бан не сомневался в способности Хо защитить ее в случае чего. Драться он умел, а убивать никого не требовалось, он же новую жизнь начал в конце концов. Дорога заняла у него около двух часов. Вечер уже вовсю разгулялся, превращаясь в ночь. Припарковавшись у жилого здания, где ребята снимали квартиру, он позвонил Сонни, чтобы сообщить о том, что стоит на улице и ждет, когда она встретит его. Не прошло и минуты, как девушка уже выбежала из дома в домашних тапочках, даже пальто не накинула, хотя на улице и Чан продрог, пока ждал. Ян накинулась на Бана, сразу повиснув у него на шее и зацеловывая щеку в одном и том же месте, будто дыру там хотела протереть. Визги-писки — все, как положено радостной девушке, которая безумно тосковала без возлюбленного. Крепче прижав к себе еще не замерзшую Сонни, он приподнял ее над брусчаткой. Чан и так всю дорогу улыбался в предвкушении их встречи, но сейчас вовсе губ сомкнуть не мог, растянув их в изогнутой линии и выражая все то счастье, которое переполняло его. — Бегом домой, или я тебе зад надеру, если заболеешь, — он резко ослабил хватку, отчего девушка могла рассчитывать только на свои руки, чтобы оставаться висеть, а не поддаваться приказам, которые хоть и обоснованные были, но так не хотелось их выполнять. — Не-а, — промямлила Сонни, сильнее напрягая руки, чтобы не сползти вниз. — Я предлагал по-хорошему, — Чан, не церемонясь, взял девушку за талию и закинул себе на плечо, что та даже очухаться не успела. Придерживая левой рукой возмущенную Ян, он забрал из машины сумку с некоторыми вещами, заблокировал двери и направился в дом. — Говори, куда идти, малышка. — Сам ищи! — сдаваться просто так она явно не планировала, но внутри все равно была безумно рада всему происходящему. Ей не хотелось отлипать от парня, совсем-совсем, ни на секунду. Поэтому такой сценарий ее тоже вполне себе устраивал. — Как скажете, госпожа Бан, — ухмыльнувшись, он повесил сумку на плечо, а сам начал трогать девушку сначала по задним карманам шорт, а затем нашел в переднем ключи. — Ты че офигел? — Сонни велась на любую провокацию парня, прекрасно понимая, что это часть игры, правила которой установил Чан. Она начала активнее брыкаться, но, когда он сделал первый шаг в сторону входной двери подъезда, резко угомонилась, чтобы случайно не выпасть на холодный камень. — Так нечестно! — А я не обещал быть честным, — отперев дверь, он начал подниматься по лестнице, пока на одном из этажей не обнаружил открытую дверь в квартиру, на пороге которой стоял Минхо собственной персоной. Он улыбался, слабо, но искренне. Парень просто устал, он совсем недавно пережил то, что не ожидал уже никогда почувствовать. Но юноша правда рад приезду друга, своего старшого. Не обращая внимания на то, что на плече у Чана висела Сонни, они пожали друг другу руки и обнялись. Лицо Хо было все красное и опухшее, еще не успел физически отойти от истерики, в которую сам себя вогнал. Он не желал выливать все на Чана сейчас по двум причинам: хватит взволнованной Сонни и портить такой приятный момент воссоединения не хотелось. Минхо выглядел спокойным, несмотря на красные глаза, в одном из которых точно капилляр лопнул, пока он истощал собственное тело. Сейчас юноша уже не находился на грани в подвешенном состоянии, но и поднимать тему с Джисоном не желал в ближайшее время. Ему хотелось сосредоточить внимание на госте и хотя бы как-то отвлечься, насколько это вообще было возможно. — Эй! Вы там совсем на меня забили? — Ян подергала ногами в знак того, что она усвоила урок и неплохо было бы поставить ее на землю. От этих телодвижений с ноги слетел тапочек, от чего уголок губ старшего вздрогнул в попытке ухмыльнуться. — Прошу прощения, — Чан опустил девушку на пол, уже пройдя за порог квартиры, — но не искренне, — он вновь широко заулыбался, пока Сонни атаковала его в грудь своими кулачками, удары которых он почти не чувствовал, да и она не старалась. Не совсем беспомощная же, просто решила пожалеть. Чан-то знал, что рука у нее тяжелая. Однажды Ян случайно мазнула кулаком прямо в лицо Бану, пока спала. Той ночью девушке приснился какой-то боевик с ней в главной роли. Как раз в тот момент она давала отпор главному злодею. — Чего без предупреждения? — Минхо не чувствовал себя третьим лишним в этой компании. Ему наоборот нравилось наблюдать за их взаимодействием. Сложно отрицать, что он был счастлив за них как никто другой. А еще больше ему льстил тот факт, что именно он поспособствовал их отношениям, ведь через него они познакомились. Его личная маленькая гордость, потому что в них юноша был уверен. В своей голове он мечтал уже погулять на их свадьбе. — Вообще я просто сюрприз хотел сделать и с вами побыть, но чую, что здесь по итогу я мало времени проведу, — скинув сумку с плеча, он продолжил обнимать девушку, которая почти сразу прилипла обратно, а через ее плечо он разговаривал с Минхо. Она никак не хотела отстраняться, чему никто и не препятствовал. Им обоим тяжело находиться вдалеке друг от друга. Раз тут такая возможность, то Сонни не упустит свое. — Почему? Что-то случилось? — Минхо успел спросить до того, как это сделала его подруга, внутри которой успело что-то перещелкнуть от услышанного предупреждения. Глаза забегали по любимому лицу, а руки машинально схватились за чужую в привычной манере. Чан параллельно разувался, чтобы иметь возможность пройти в квартиру, а не стоять на пороге. Он снова приподнял девушку за талию. — Пошли на кухню, — Чан знал, как устроена их небольшая квартирка, потому что Сонни отфоткала ему почти каждый ее уголок в первый же день, когда они окончательно заселились. Получив положительную реакцию, Чан прошел вперед вместе с девушкой на руках и сел за обеденный стол, посадив Ян себе на колени. Минхо прошел следом и разместился напротив. — Малышка, я попрошу тебя сейчас не встревать в наш разговор, хорошо? — парень поцеловал ее в макушку и, получив расслабленное «я постараюсь», продолжил: — Минхо, это касается Джисона. Ты уверен, что хочешь знать? — Чан даже в тоне переменился. Предстоит точно серьезный разговор. Конечно, присутствие здесь Сонни было не лучшим вариантом, но деть ее никуда нельзя. Она ни за что не согласится покинуть квартиру или даже уйти в спальню. Бан и сам не хотел расставаться с ней, у них слишком мало времени. — Говори, — Минхо тяжело сглотнул и сосредоточился на друге, смотря прямо ему в глаза, потому что иначе боялся упустить что-то важное. Он еще не до конца отошел от предшествующих событий, но сейчас от него требовалась полная собранность, которой он мог раньше похвастаться. — Джисон является руководителем нашей организации на всей территории Европы. Думаю, ты и так мог догадаться. Я тебе это говорю по той причине, что он начал вести себя не так, как обычно. И я могу предположить — почему. Нет, Минхо нихрена не мог догадаться. Он даже не задумывался после отъезда Джисона об этом. Еще на этапе нахождения юноши в Корее он был уверен, что данная участь его только ждет, а если младший и варился в деле напрямую, то не в таких масштабах, как уточнил Чан. Или же Ли просто хотел в это верить. — Много времени у меня нет, чтобы рассказать, но сейчас он направился в Лондон для решения «вопросов» жестким методом, — Чан получил всю необходимую информацию от Питера напрямую. Как только они разошлись в аэропорту, Юн начал писать ему сообщения с описанием ситуации и просьбой помочь. Мужчина не был уверен в трезвости решений своего босса. Звучало с его уст все вполне неплохо, но Питер был убежден, что Джисон еще не настолько опытен, чтобы проводить подобные массовые облавы. Как организатор, он должен был участвовать во всем в первых рядах, что создавало еще большую опасность для его господина. — Я уже минут через десять должен буду выезжать к нему, чтобы проконтролировать все и по возможности остановить. На самом деле ему было бы хорошо сразу выехать вслед за Джисоном в Лондон, но Чан не мог не увидеть Сонни и Минхо. На территории Великобритании ему будет грозить опасность, возможно, смертельная. Он обязан хотя бы посмотреть в глаза ребятам перед отправкой на дело. Раньше он обходился без подобных обрядов, но раньше у него и не было близких людей. — Я поеду с тобой, — Минхо заявил это твердо и ясно. Он был уверен в своих словах. Хоть Чан и старался говорить, обходя углы и прямое указание на сферу организации, чтобы не растянуть этот разговор вопросами со стороны Сонни, Ли все понял предельно ясно. Какие еще могут быть жесткие методы в работе наркомафии? Убийство, и причем не одно, а массовое. Одно — это скорее рядовой случай, как тогда, когда на них с Джисоном напали. — Не поедешь ты никуда, и это даже не обсуждается. — Ты тоже никуда не поедешь, — промямлила Сонни, пытаясь отстраниться от груди парня, к которой он прижимал ее. Когда у нее это получилось, то она заверещала еще на два тона громче: — Я не идиотка. Если ты думал, что я не догадаюсь, что у вас там какие-то темные дела, то спешу тебя огорчить. Ты никуда не едешь, — последние слова она произнесла чуть ли не по слогам. — Прости Минхо, но если выбирать между угрозой для Ён… Джисона и угрозой для них обоих, то выбор очевиден. — Поэтому я собираюсь ехать с ним, — Минхо не собирался отступать. Если жизни Чана, а тем более жизни Джисона грозит что-то необратимое, то он не мог позволить себе сидеть дома на месте. Он может и хочет помочь. Даже если после этого у них с Ханом все равно ничего не выйдет, даже если он сам там пострадает. У него не было права поступить иначе. Он боялся потерять Джисона снова, а сейчас существовала вероятность потерять Джисона окончательно. Ли не мог допустить подобного. — Отлично! Чтобы ты тоже там пострадал, и я осталась одна? Ахуенно вы придумали! Мне прям нравится! — девушка вся взъерепенилась от возмущения. Попытавшись встать с коленей Чана, чтобы отчетливее показать свое противостояние, она была остановлена. Бан прижал ее обратно так, что она не могла и двинуться, если только ногами подергать. — Тише, малышка, — одной рукой он сковал Сонни на уровне плеч, удерживая вместе с руками, а второй начал мягко гладить по волосам. — Ничего ни с кем не случится. Я обещаю тебе, что с нами все будет впорядке, со всеми тремя, — после этой фразы Ян попыталась снова пойти наперекор, но Чан вовремя закрыл ей рот. — Бегом собирайся, через пять минут выезжаем. Чан проверял Минхо. Он специально спровоцировал его, чтобы посмотреть по его эмоциям, насколько он уверен в своих действиях. Проверка, конечно, выдалась короткая, но ему было достаточно того взгляда, который продемонстрировал парень. Ли собирался во чтобы то ни стало приложить все усилия, чтобы помочь Джисону. Чану это и нужно. Ему нужен Минхо, потому что сам он в жизни не сможет убедить Хана в неверности его действий. Он не мог даже просто рассказать все Донсоку, потому что тот считал любые решения младшего сына верными. Возможно, старший Хан и сам бы так поступил. Скорее даже не «возможно», а «точно». В своей жизни он творил и не такие вещи. Чан в курсе, но он же считал, что Джисон другой, он не мясник, в которого начал планомерно превращаться. Окончательно Бан понял, что что-то не так, когда Питер рассказал ему полную картину происшествия в отеле Чехии, когда Ганджэ попытался убить своего брата. Джисон мог обойтись без убийств, это не было острой необходимостью, но его нервы явно сдали. Сейчас же он собирался вырезать часть достаточно крупной организации. Питер был одного мнения с Чаном. По большому счету только из-за Юна парень и осознал уровень пиздеца. Питер, несмотря на то, что считал себя исключительно подчиненным Джисона, по-отцовски волновался за него. Мужчина никогда не озвучивал своей привязанности к юноше, но его эмоциональная привязанность всегда витала где-то в воздухе. Хан, погрязнув в собственных проблемах с самого начала своей «карьеры», даже не замечал этого. Но Питеру все равно, ему не нужно признание. Ему нужен живой босс, которому он был предан с самого начала и до самого конца. Когда Минхо покинул кухню, Чан сразу дал возможность Сонни говорить. Он ни в коем случае не хотел пренебрегать ее мнением, но время шло незамедлительно. У него нет возможности тратить его на пререкания, прислушиться к которым он все равно не сможет. Конечно, самому Бану безумно хотелось просто остаться с Сонни, забыть про все: Джисона, Минхо, Донсока, Питера, британскую группировку — и просто быть с ней. Но он не мог. Это его долг. Он клялся служить на благо организации, неотъемлемой частью которой являлся этот не по годам взрослый паренек — Хан Джисон. Как только она открыла рот, Чан снова закрыл его, но уже поцелуем, который успел сразу углубить, отдавшись чувствам. Он безумно ждал встречи с ней. Желание ощутить в своих руках эту хрупкую девушку, которая так заботилась о нем, стало почти жизненно необходимым. Ему самому было обидно, что он не мог сделать так, как хотела Сонни. Он самый последний человек, который хотел бы заставить ее страдать. И он же всеми силами постарается не подвести ее. Пока он успевал сделать все задуманное с возможностью оставить счетчик жертв на нуле. Но опоздай он хоть на несколько минут, то последствия могут стать патовыми. Питер сообщил ему весь план Джисона вплоть до мелочей, чтобы Чан мог понимать всю картину и придумать максимально удачное решение. Максимально удачным решением, как стало понятно, был Минхо. Нужно только успеть раньше, чем начнется операция по захвату точек противника. Чан был уверен, что альтернативное поведение Джисона было вызвано именно Ли. Вывод строился на двух основаниях: во-первых, Хан изменился именно после приезда из Кореи, во-вторых, судя по состоянию Минхо, когда он остался один, отношения у них были явно в разы ближе, чем даже могло показаться. Если сложить «а» и «б», то картина вырисовывается сама по себе. — Я тебе клянусь, что мы все вернемся в целостности и сохранности, если уедем прямо сейчас, — утвердил Чан, как только оторвался от поцелуя, в который Сонни влилась с такой же нежностью, с которой начал парень. Не отводя взгляда, Бан провел ладонью мягко по ее щеке, на которой сверкала соленая капля. Он тут же убрал ее большим пальцем и начал целовать сначала в кончик носа, затем в уголок губ, в щечку, прямо в то место, где до этого предательски стекала слеза. Он бы покрыл ее всю своими губами, если бы было время. В проходе на кухню уже материализовался Минхо с рюкзаком и в сменной одежде. Ему потребовалось буквально три минуты, чтобы собраться целиком. Навык был получен из-за внезапных заданий от Чана, который почти никогда не предупреждал, что надо будет отправиться на дело, еще когда Минхо работал курьером «счастья». — Иди! — прокричала Сонни, пытаясь слезть с него. — Иди, пока пускаю! Чан встал со стула после того, как Ян слезла с него, и направился в прихожую. Когда оба парня обулись, Чан прошел обратно на кухню, где осталась Сонни, и еще раз поцеловал ее на прощание. Выглядело это так, будто он не вернется, но захотелось безумно, он не мог себя остановить. — Жди меня и не переживай сильно. Все будет хорошо, — он не мог указать ей не волноваться совсем, потому что понимал, что это невозможно. — Еще секунда, и я тебя никуда не отпущу, — она сама отстранилась первой, потому что тяжело было сдерживаться. Она знала, что он не может по-другому, у него на лице было написано все. Если она могла посодействовать в благополучном исходе, то попытается это сделать, отпустив Чана тогда, когда он сказал. Бан промолчал, не стал прощаться, потому что в лучшем случае он улетит на ночь, ведь все должно закончиться быстро. Дверь Минхо закрыл на ключ, чтобы не заставлять Ян делать это за него. Ей и так сильно досталось за сегодня: сначала переживания за друга, потом за всех сразу, включая человека, которого она полюбила пьяной любовью. Спустившись на улицу, Чан указал Минхо скинуть рюкзак в небольшой багажник машины, на которой он приехал. Затем они разместились на своих местах. Минхо не обратил абсолютно никакого внимания на модель авто, ни на ее привлекательный дизайн. Его голова была явно забита другими мыслями. — Поедем в местный аэропорт, я уже взял два билета. Рейс идеально нам подошел, будто судьба сама благоволит, — заведя двигатель, он не медлил и сразу вдавил педаль газа. Чан был внимателен на каждом повороте. Попав в аварию, он поставит крест на всем, что сейчас так для них важно. — Не понял, ты сразу два взял? Тогда почему говорил не лететь мне с тобой? — парень возмущенно выпрямился, почти незаметно развернувшись корпусом в сторону водителя. — Я должен был убедиться в твоих намерениях. Мне не нужно, чтобы ты растерялся в последний момент, — методика Бана довольно проста и понятна. Ему действительно нужен был не просто Минхо, а человек, на которого можно положиться на все сто процентов. Он не сомневался в верности младшего, но сомневался в эффекте, который оказывал на него Хан. — Сделаю вид, что меня это не обидело, — откинувшись обратно на спинку кресла, он уставился в лобовое стекло, за которым одни огни сменялись другими. Хоть большинство заведений уже были закрыты, все еще оставались фонари, освещавшие им дорогу. Если прищуриться, то можно было бы представить, что это звезды, которых за время пребывания в Сеуле Джисон так и не увидел. Если бы Минхо тогда не охватила паника, то они могли бы сейчас смотреть на небо, которое в корне отличалось от привычного. Повези ему еще чуть больше, Ли мог бы заметить на фоне черной необъятной материи падающую точку и загадать желание. Но это уже из разряда фантастики. — Минхо, вы виделись с Джисоном? — вопрос камнем упал на голову юноши. У Чана оставался один-единственный вопрос, который окончательно поможет выстроить все его домыслы в логичную последовательность. — Да, — Минхо в голову начали возвращаться воспоминания из сегодняшнего дня, когда его одолела паника. От этого снова начинало накатывать, но пока он еще был в состоянии контролировать себя. Не та ситуация, когда можно дать волю чувствам. Предвкушая продолжение, юноша повернулся лицом к старшему, ожидающе взглянув. — Все закончилось не очень лучезарно, верно? — Чан не хотел допытывать Хо, потому что сразу заметил его неоднозначную реакцию. — Верно. — Понятно, — он тихо прокашлялся в кулак, заполнив неловкую паузу перед следующим разговором. — Пока нет ушей, объясню тебе план, — он разблокировал свой телефон, открыл нужное приложение с какой-то картой и протянул его Минхо. — Это география плана захвата Джисоном базы вражеской группировки. Его человек слил мне информацию, — пока Ли держал смартфон в своей руке, Чан продолжал тыкать по экрану, сопровождая объяснением. — Налет начнется в два часа ночи вот здесь. Именно тут будет Джисон — у офисного здания, где должны находиться главари этой банды. И нам нужно будет перехватить его раньше, чем он направится на штурм вместе с другими, и переубедить его. Он не должен пользоваться настолько жестокими мерами, это не его, как и вся работа в этом бизнесе. Донсок сам не понял, как взрастил монстра, который не должен был вообще становиться таким. Но это уже отдельная история, сейчас нам надо совершить оперативное вмешательство. ~~~~ По прилете в Лондон Джисон с Питером и исполнителями направились в место, где хранилось оружие и остальная атрибутика, которая необходима для нападения. В каждом городе, где у организации располагалась база, обязательно присутствовал и оружейный склад. Кто знает, когда имеющегося запаса оружия начнет не хватать? Ожидание поставок через страны может занять приличное количество времени, которого обычно и так не хватало. — Выдвигаемся к их офису, — при Джисоне был только его револьвер, который он сразу спрятал за пазуху. Винтовка пока доверена в руки Питеру. — Сегодня мы вырежем эту опухоль, — парень развернулся к вооруженным подчиненным, в сопровождении которых он находился все последнее время. — Все готовы?! — прокричал Хан и, получив одобрительные возгласы, продолжил доносить свои мысли на таком же повышенном тоне: — Сегодня вы все должны собраться и сделать то, что освободит от угрозы жизни вас и ваших друзей, коллег и семьи! Часть может погибнуть, — голос неожиданно стал тише, опустившись до спокойного, но все такого же уверенного тона, — и я не забуду вашу жертву. Как и обещал, в случае смерти любого из вас, вашим семьям будут выплачиваться те же суммы, что вы получали во время службы мне. Но не рискуйте напрасно! Будьте бдительны, как никогда! Я не хочу просто так терять верных людей! — Джисон каким-то образом умудрился заглянуть в глаза каждому из присутствующих. — Порвите этих уродов, которые посмели напасть на наших! — последнюю фразу он завопил так, будто с ней часть от себя оторвал и раздал по крохе. Все, как единый организм, заорали в ответ. Некоторые подняли свободную руку в знак того, что они готовы пойти за своим боссом куда угодно. Среди людей, отдавших свои жизни во власть Хану, были как молодые парни, так и взрослые мужчины. Некоторые из них прилетели по приказу Донсока из Кореи еще на начальном этапе (в живых из них осталось уже не так много), некоторые примкнули в процессе развертывания бизнеса в Европе. Но именно к исполнителям Джисон относился по-особенному. Он знал каждого в лицо и лично принимал их в свои ряды на протяжении всех трех с половиной лет. Парень относился к ним со всем уважением, которое впоследствии получал в ответ. Каждый из них находился здесь явно не от хорошей жизни, и младший Хан это понимал. Поэтому старался дать им то, чем не смогло обеспечить их обычное общество — надежной работой, где их ценили не только как разменную монету, но и как людей. Никто не боялся следовать приказам этого парня, потому что, во-первых, многие, кто шел в ногу с молодым господином, становились свидетелями его верных решений и передавали эти знания отсталым, во-вторых, умереть не так страшно, когда ты уверен, что о твоих близких позаботятся не хуже, чем ты это делал самостоятельно. У Джисона была простая внутренняя политика: вы отдаете мне свои жизни, а я отдам все за то, что дорого вам. Этому научил его отец. Два часа ночи приближались стремительно. Уже без пятнадцати они были на месте, чтобы дополнительно проанализировать обстановку. Джисон отправил несколько людей на разведку, пока основная часть группы выжидала в паре кварталов от нужного здания. — Кевин, как обстановка? — он качнул головой в сторону парня, который сидел в том же трейлере, где они все, за компьютером, отслеживая камеры в округе. Молодой человек в очках показал пальцами жест «окей» и уткнулся обратно в монитор, просматривая запись каждой камеры в режиме онлайн. — Все, пора, — хоть часы еще не показывали назначенное время, все уже было готово. Ждать смысла нет. Джисон с группой выдвинулись из фургона. Питер перед началом отдал винтовку ее хозяину, и они вместе устремились в первом ряду к цели. План здания Хан выучил еще в самолете, поэтому провел всех через задний двор, где, как объяснил Кевин, нет камер врагов. Если судить по той системе слежения, что установлена государством, то и людей там тоже нет. Следовательно, это единственный вариант того, как можно пройти незамеченными с наибольшей вероятностью. Юноша приказал двум мужчинам отпереть замок на двери и войти внутрь, что они и сделали. Дверь была магнитная, но почему-то именно сейчас заперта только на ключ. Следом зашел Хан с Питером, а за ними остальные. Вокруг ни души. Это сразу смутило всех, но пути обратно нет. Пройдя дальше по служебному коридору здания, они продолжали оказываться в пустых помещениях. Джисон лишь примерно понимал, где должен располагаться нужный кабинет, и то лишь благодаря доступу к планировке. ~~~~ Выйдя из аэропорта Лондона, Чан поймал первое попавшееся такси. Время поджимало, циферблат на руке показывал уже второй час ночи. Указав водителю, что он доплатит ему столько, сколько потребуется, мужчина за рулем выполнил его просьбу без лишних слов, всю дорогу нарушая правила буквально на каждом углу. Парням повезло с водителем, потому что риска автокатастрофы также не предвиделось ни разу за весь путь. — Черт, мы опоздали, — заявил Чан, открыв двери единственного черного тонированного фургона в округе, куда они приехали. Несмотря на то, что его план провалился из-за собственной беспечности, он оставался собранным. Не время растрачиваться на лишние эмоции, от которых никому не станет легче. — Господин Чан! — Кевин, который остался там единственный кроме водителя, чуть со своего неустойчивого раскладного стула не упал, не понимая, что тут забыл правая рука старшего Хана. — Зачем вы здесь? — Где Джисон? — Чан сразу начал палить вопросами, чтобы понять, может быть не так уж они и припозднились. — Должен быть на первом этаже, в здании пока пусто. — Отлично, мы можем успеть, — Чан заметил лежавший одинокий бронежилет, который, скорее всего предназначался темноволосому парню у компьютера, но по понятным причинам не пригодился. Он взял его и накинул на Минхо, не дожидаясь его одобрения. — Пошли быстрее, — Бан только повернулся обратно к Кевину, чтобы уточнить подробности. — Вокруг здания слева отперта бесхозная дверь, по лестнице в конце коридора наверх, — как координатор он предугадал вопрос и ответил на него без озвучивания. — Спасибо, — Чан показал ему большой палец, направленный вверх, и, подтолкнув Хо вперед, побежал вместе с ним по озвученному маршруту. Бан вручил Ли револьвер, к которому тот уже привык, а сам вооружился пулеметом. — Слишком тихо, — констатировал факт Чан, когда они прошли в здание и зашагали по протоптанной дорожке. Небольшой шум доносился лишь со второго этажа. Чан мог предположить, что это люди Джисона, потому что звуков борьбы или выстрелов не обнаружил. Дойдя до конца коридора, на лестнице стоял один из людей Хана, который в ту же секунду навел винтовку на парней, но вовремя узнал своего. — Где господин Хан сейчас? — Скорее всего на втором или на третий поднимается, — отодвинув оружие немного в сторону, ответил мужчина. — Выйди из здания, — старший посмотрел на Ли, строго указывая ему на обратный путь. — С хуя ли? Я никуда не пойду, я нужен ему! — запротестовал Хо, но был сразу остановлен Баном. — Быстро пиздуй на улицу! Это приказ! — он толкнул парня назад, что тот аж на пол упал, не ожидая такого жеста. — Или ты сам идешь, или я силой заставлю! Пиздуй! Минхо на измене. Он держал револьвер так крепко, как мог. Но в своих действиях был решителен. Юноша знал цель, и ничего не могло сбить его, кроме Чана, который только что весь его настрой разнес в пух и прах, не оставляя даже выбора. Бан понял, что они точно не успеют поговорить раз Хан уже поднимался на третий и по совместительству последний этаж. Сейчас он может служить лишь опорой и подсказкой в дальнейших действиях. Минхо тут не нужен, они все-таки упустили свой шанс. — Мне еще раз повторить?! — он прожигал взглядом. Хо ничего не мог противопоставить этому. — Ты защитишь его? — Защищу. Не заставляй меня заботиться еще и о тебе, — последний аргумент был убийственным. Сейчас он и правда был обузой для Чана, это очевидно. Хо не имел права подставлять его. Этот факт в который раз заставил его усомниться в себе, в своей необходимости старшему, а затем он адресовал эту неуверенность в отношении Хана. — Я понял, — разгоряченный, он встал с пола и направился на выход. Как только парень переступил порог, захлопнув за собой дверь, он услышал, как магнитный ключ сработал, заперев ее с концами. Сорвавшись с места, он тут же полетел на всех парах к Кевину, потому что это единственный человек, от которого он мог получить сейчас хотя бы какую-то информацию. — Скажи, что там происходит? — он чуть не выломал дверь фургона, когда открывал ее. Запрыгнув внутрь, он встал рядом с парнем и уставился в тот же экран, в который до этого смотрел второй. — Дверь входная закрылась, туда не пробраться. — У меня нет доступа к камерам внутри, — опешив от неожиданности, Кевин чуть со стула не слетел, еще когда в его тихий и спокойный фургон ворвались снова. — Есть какие-то камеры, которые просматривают окна? Мне нужно знать, что внутри. — Есть, но там все тихо. Кроме наших внутри никого нет. До верхнего этажа не дотянуться. — Я тебя умоляю, найди. Сделай что-нибудь, — Минхо смотрел глазами чуть ли не полными слез. Он и так все время до этого держался на последнем издыхании, собрав в кулак все сгустки энергии, которые остались. Внутри, казалось, с минуты на минуту произойдет какой-то коллапс, после которого он не сможет оправиться. Он не мог сидеть просто так. Телефон был при Бане, но звонить ему не вариант, да и смысла нет. Чан просто будет рассказывать ему, какая обстановка внутри, потому что ему интересно? Бред. — Я постараюсь, — увидев в чужом взгляде отчаяние, которое почти за край перевалило, он правда хотел помочь. Но не знал как. Кевин отсмотрел уже все камеры, которые были в округе еще до момента, как они припарковались здесь. Попытка не пытка. На мониторе друг за другом менялись картинки. Черт знает, как парень успевал разглядеть то, что на них изображено. Явно не по первому кругу шел. — Тут! Видишь там стоят пара каких-то мужиков. Рядом с ними висят какие-то тросы. Этого раньше не было. — И откуда они тянутся? С верхних этажей? — глаза Минхо загорелись, он почувствовал шанс, хоть и крохотный. — Сейчас к другой базе подключусь, может быть там что-то есть, — но и там ничего не было. Последующие камеры находились уже не на соседних зданиях, а на более отдаленных. — Стой! Верни назад! — Минхо ткнул пальцем в монитор. — На одну камеру назад! — получив нужное изображение, Ли показал на окно третьего этажа нужного дома, в котором горел тусклый свет. — Там кто-то есть. И видишь поблескивает светлое? Это те тросы. Они закреплены на третьем этаже к той комнате. Нам надо вырубить этих двоих, и тогда сможем подняться наверх. — В смысле «нам»? — Кевин развернулся к незнакомцу, посмотрев на него максимально недовольно и непонимающе. — Чувак, мне нужна твоя помощь, кто бы ты ни был. Мы должны попробовать, — на этот раз Минхо смотрел горящими глазами. Сейчас он готов был пожертвовать чем угодно ради Джисона и Чана. — Боже, — Кевин зажмурился, опустив голову, судя по всему, пытаясь собрать мысли в кучу. — На что я соглашаюсь… Ладно, пошли. Только ты в моем жилете, — он указал на пуленепробиваемую защиту, которую ранее Чан конфисковал на время. — Забирай, — он скинул с себя обмундирование и, крепче сжав револьвер в руке, достал телефон из кармана и набрал Чану. Он, конечно сильно сомневался, что старший возьмет трубку, но первое чудо произошло. — Не кричи. У меня есть план. Что происходит внутри? — старшой на том конце провода сначала продолжил возмущаться, но потом все-таки начал говорить по делу. ~~~~ — Господин, весь второй этаж тоже чист, — сообщил Питер Джисону, пока тот стоял у лестницы на следующий этаж — последний. — На третьем располагается тот самый кабинет, в котором вероятнее всего враги. Но вы сами понимаете, что либо здесь никого нет, либо нам грозит что-то похлеще. — Надо проверить все до конца, мы не можем оставить все так, как есть, — Джисон повернулся к двум другим исполнителям. — Сухо, Марк, вы вперед, мы за вами. Один из парней вымолвил короткое «понял», а второй молча кивнул, и они оба направились вверх по лестнице. Открыв дверь, двое исполнителей вошли вперед, разойдясь по сторонам и осматривая помещение, следом вошли Питер и Джисон. Дверь за ними с характерным хлопком закрылась, оставив всю остальную группу позади. Магнитные замки сработали и внутри здания в ту же секунду, как Минхо покинул его. С двух сторон коридора вышли враги, мгновенно застрелив Сухо и Марка, оставив главарей операции одних. Джисон и Питер не мешкая развернулись каждый в своем направлении и застрелили негодных, но за ними объявились еще по отряду из нескольких человек. Джисон успел застрелить одного, а Юн откинул оружие сразу, поняв, что нет смысла сопротивляться в такой ситуации. Сейчас перед ними были явно не все враги, лучше потратить время на анализ. Параллельно остальные исполнители пытались выбить дверь, стреляя по петлям, но дело это явно не быстрое. Взрывчаткой они смогут воспользоваться, только когда господин Хан отойдет от двери, иначе его тоже заденет. Младшего Хана и Питера схватили с обеих сторон, зажав и отняв у первого винтовку. Их затащили в комнату напротив. Это был огромный зал, освещение которого оставляло желать лучшего. Обстановка была похожа на ту, в которую попал Минхо, когда его привезли на разговор со старшим Ханом, за одним исключением — вместо Донсока перед Джисоном предстал Ганджэ. — Здравствуй, братец, — старший из присутствующих Ханов сидел на кресле, покрытом вельветовой обивкой. Даже здесь не изменил своему вычурному пафосу. — Ганджэ, все здание напичкано моими людьми. Лишь вопрос времени — когда они сломают дверь сюда, — Джисон не растерялся, начав сразу, хотя бы словесно, атаковать брата. — И если ты меня все-таки убьешь, то тебе точно несдобровать. Отец узнает. — Как же? Он же будет думать, что ты пошел уничтожать британскую банду, — парень засмеялся во весь голос, даже подбородок приподнял, настолько его охватило веселье. — Откуда же он узнает, что я начал с ними сотрудничать? — он глянул краем глаза на Питера. — Убей его, — старший указал пальцем на Юна, после чего один из его людей выстрелил прямо в голову мужчине. Джисон замер, но нельзя сейчас сдаваться. Раз Питеру пришлось умереть за его амбиции, то он не может просто взять и размякнуть прямо сейчас. Он даже не думал, что такой человек как Юн мог умереть так просто. Он не достоин был такой собачьей смерти. Но огнестрел не щадит никого. Будь ты хоть… главарем наркомафии, ты так же беспомощен перед пулей, как и кто-либо другой. — Даже если так, то ты все равно не получишь власть над бизнесом отца после того, что натворил. Ради чего ты все это устроил? — Джисону начали натирать наручники, которыми сковали его руки после того, как заставили встать на колени. А еще больше начало натирать сердце, потому что как бы юноша не отрицал их близость с его подчиненным, он все равно по-особенному относился к нему. — Месть, братец, все просто, — он встал с кресла и начал плавно подходить. — Ах, да, совсем забыл, что твоих извилин хватает только на подобного рода поступки, — младший состроил лицо, будто забыл собаку на прогулку сводить, а не тот факт, что его брат конченый психопат, который снова покушался на его жизнь. — Джисон, — приблизившись вплотную, Ганджэ схватил ладонью за подбородок, зафиксировав чужую голову, а второй вдарил мощнейшую пощечину со всей силы, — ты, конечно, всегда был остр на язык, но уверяю, что сейчас не та ситуация, в которой у тебя есть возможность пиздеть, что вздумается. — Почему же? — он немного поморщился от удара, но тут же пришел в себя, продолжая уверенно смотреть на брата снизу вверх. — Ну, начнем с того, что здание заминировано. Стоит мне приказать, и здесь все взлетит. Время тикает, я думаю, тебе интересно услышать, как можно этого избежать? Тут же полон дом твоих подчиненных, — старший убрал руку с подбородка Джисона и переместил ее на макушку, после чего хорошенько ударил коленом в грудную клетку, отчего младший закашлялся почти сразу и согнулся вдвое на автомате. — Не утруждайся задавать вопросы, я сам расскажу, — следом прилетело по ребрам, Ганджэ бил наотмашь. Хан упал на бок, потеряв равновесие. Кашель начал вырываться импульсами. Кровь из разбитой губы расплескалась крохотными капельками на полу. Может быть к ней уже прибавилась и полученная в результате внутренних травм, но черт там разберет, как сильно были задеты органы. К старшему внезапно подошел один из его новых британских коллег и что-то шепнул на ухо. — Ой, Джисон, не поверишь. К нам еще присоединился его высочество Бан Чан, — парню принесли планшет с отображением камеры видеонаблюдения. — Ой, а вот этого парнишку я не знаю, — он забрал устройство и развернул лицевой стороной к пленнику. — Знаешь такого? — на экране изображен Минхо. Джисон как с цепи сорвался. К его счастью, ноги у него были не связаны, и парень тут же, собрав всю энергию, врезался своей ногой в чужую, отчего Ганджэ немного пошатнулся, но это лишь добавляло веселья. Младший начал елозить по полу, пытаясь освободиться, но у него ничего не получалось. Он пытался даже вывернуть большой палец, чтобы освободиться от наручников, но попытки были тщетны. Паника овладела им, он не мог оставить все как есть, когда находился под угрозой жизни. Если до этого момента он был собран, потому что все его подчиненные знали, на что шли. Сейчас он будто спятил. Минхо не должен был быть втянут в эти разборки, которые кроме как страдающего эго его брата не имели никакого обоснования. — Только попробуй взорвать здание. Я тебя лично убью, тварь! — младший не смог сдержаться. Его лицо исказилось не только из-за разбитого носа и пятен крови, но еще и от злости, которая волнами находила на него, заставляя тонуть в ней. Хоть все тело ныло от назревающих гематом, он готов был в любой момент сорваться и убить. Это было бы самое лучшее наслаждение для него. Слишком много говна он сделал, слишком сильно перешел грань. Стиснув зубы от удара, он в ту же секунду второй ногой приложил по лицу брата вновь, следом снова засмеявшись. — Я даже предположить не мог, что какой-то левый парнишка произведет на тебя такое впечатление! — он и правда не ожидал, что Джисон так отреагирует. Старший решил просто так сказануть для красного словца, но агрессии ждал именно из-за присутствия Чана в здании, а не какого-то незнакомца. Хоть они с Баном были и не то, чтобы близки, но это был человек отца. Он был ответственным за него в три раза больше, чем за своих. Но кто же знал, что на фоне Минхо все в глазах младшего меркнет. Ганджэ не знал, с кем и на каких условиях Джисон находился в Корее, и сейчас Ли был просто каким-то мальчишкой, который по неизвестной причине спровоцировал в его брате бурю эмоций. Такое попадание в яблочко еще сильнее его забавило. — Хочешь спасти этого мальчишку? У тебя есть шанс, малыш! Ты должен лишь убедить отца в том, что именно мне нужно отдать бизнес в Европе! Прямо сейчас. А затем я тебя убью, чтобы не смог проболтаться. Круто я придумал, не правда ли? — Ты нихуя не получишь! Думаешь, я поверю в то, что после моей смерти ты оставишь остальных в живых? Людей, которые преданы мне всей душой? Ты и правда тупой, Ганджэ, — Джисон харкнул в сторону брата слюной, смешанной с кровью, попав ею прямо на подол белоснежных брюк, которые до этого момента не успели испачкаться после ударов ногами. Он специально бил так, чтобы кровь не успела попасть на ткань. — Как хочешь! Тогда я просто взорву здесь все вместе с твоим дружком, — парень сильно разозлился, хоть и пытался сначала себя сдержать. Но почему он не может выплеснуть эмоции сразу на человека, которые их вызвал? Поэтому Ганджэ начал лупить ногами Джисона то в живот, то по лицу, то по ребрам, желая оставить от него кровавое месиво лично, не прибегая к помощи остальных. А в конце он сделал тоже самое, что до этого младший — плюнул, попав в измазанное в крови лицо. Джисон уже не понимал, что происходило. Разум отшибло где-то после третьего удара по голове. Дальше все как в тумане. ~~~~ — Нам надо их вырубить, — Минхо разговаривал тихо. Они с Кевином пробрались через высокий забор, накинув сверху на колючую проволоку куртку Ли. Вдоль здания росли кусты, которыми они воспользовались в качестве укрытия, чтобы не спалиться в первую же секунду, если их решат навестить. — Ты смеешься? Я не умею ни драться, ни стрелять, — Кевин до сих пор не понял, зачем согласился помогать какому-то левому парнишке. То ли в нем взыграла резкая вспышка доверия, из-за того, что он пришел с Чаном, то ли чувство долга господину Хану. Именно Джисон смог вытянуть его из кромешного ада, в который он попал благодаря своему старшему брату, у которого было бесчисленное количество кредитов и долгов. И вся эта ноша упала на плечи младшего сына, когда тот погиб в какой-то бессмысленной драке в казино, где как раз и всаживал все, что имел. Кевин не знал, куда ему податься и как хотя бы начать раздавать долги брата. От безысходности он пошел в барыги, где его и заметил один из людей повыше. Они как-то разговорились, и тот узнал, что парень смышленый, разбирается в компьютерах (так Кевин объяснил на простом языке). В самом деле он закончил профильный университет, но ему дико не повезло с работой. Из-за присущих ему наивности и безотказности его подставили, скинув вину за утечку секретных данных. Уволили по статье. Найти нормальную работу он больше не мог. Но зато пригодился Джисону, который быстро взял его под свое крыло, когда узнал об интересном парнишке, который мог бы занять хорошее место в их организации. — Тебе не надо уметь драться. В армии служил? — Да, но я там по профессии… — Неважно, значит просто постоять с пушкой сможешь, — парень достал из рюкзака пулемет, взятый из фургона и вручил его своему новому приятелю. — Держи и старайся целиться повыше, когда будем наступать, — следом он достал из кармана телефон и снова связался с Чаном. — У нас все готово. У вас?.. Понял. Дай нам две минуты, — закончив звонок, Минхо обратился к Кевину: — Поехали, — он выглянул из-за угла и пальнул из револьвера по одному из врагов. Попал в ногу. Стоило им чухнуть, как встречный огонь пошел в ответ, но Ли уже нырнул обратно за стену. — На счет три выбегай и пали, куда видишь. Раз, — Кевин в панике, он никогда не участвовал в подобном, он не знал, сможет ли пересилить себя. Пот уже с висков стекал, доходя почти до глаз. — Я не смогу! — резко заявил парень. — Сможешь! Два! — Минхо скинул с себя рюкзак в зону видимости врагов. По нему сразу прилетело несколько пуль. Ли вылетел вслед за ним и начал палить. — Три! Кевин выбежал вслед за ним на последних каплях храбрости и начал стрелять так, как умел, пытаясь задрать прицел повыше, как ему указал Хо. Адреналин поглотил обоих. На секунду Минхо показалось, что он забыл даже свое имя, рискуя жизнью ради спасения тех, кто наверху. Он мысленно почти уверовал в Бога, но сосредоточен был на своей задаче. Следом прогремел взрыв в здании. Кевин не успел осознать, как напротив них оба мужчины уже лежали на холодном асфальте. — Вперед-вперед, — Минхо побежал к тросам и начал целиться в металлическое крепление, на котором они держались. Бесконечные уроки стрельбы от Чана не прошли даром. Он попал по первому, из-за чего спускаться по нему было невозможно, ибо оно попросту не выдержит, а вот во второе никак не мог. Заметив наверху кого-то, он закричал Кевину. — Ложись лицом на землю и закрой голову! — сверху прозвучали выстрелы, а следом по оставшемуся тросу начал спускаться какой-то мужчина. Парень чудом попал во второе крепление только с последней попытки, после чего откинул пистолет, прижался к стене и опустил голову, закрыв ее руками. Рядом вместе с тросом упал тот, кто пытался сбежать с тонущего корабля. Ранить Ли все-таки умудрились, пуля пришлась в руку, причем в рабочую. Но благо он уже успел выполнить свой долг. Выстрел, адресованный Кевину, попал по бронежилету, парень не пострадал. Атака сверху длилась всего несколько секунд, потому что Чан, находившийся по другую сторону их совместно плана, выполнил свою часть. Услышав идею Минхо, что они с мальчиком из фургона убьют тех, кто сторожит путь отхода внизу, и, поднявшись наверх по тросам, тех, кто находился в комнате, Чан тут же послал его нахуй. Потому что у него нет никакого опыта не то, что в реальной стрельбе, но тем более в убийствах. Бан в целом не хотел, чтобы младший принимал в этом участие. Его роль изначально заключалась совершенно в другом. Но Чан на тот момент уже стоял у выхода с лестницы на третий этаж, дверь которого они уже готовы были взорвать. Оставалась только та, что вела в помещение к Джисону. Если они просто взорвут ее, то, доверясь словам Минхо, у них есть план отхода, вполне себе рабочий, если успеть в тайминг. Рисковать нельзя. Взорви просто дверь, не будет шанса не то, что на выживание младшего Хана, так и поймать тех, кто стоит во главе всего. Обрубание выхода для врага также может увеличить их шансы на победу, создав саботаж. Все пошло по лучшему сценарию. Джисон был прав, что извилин Ганджэ хватает только на месть, но никак не на нормальный план. Когда снизу послышались выстрелы, один из британцев сразу проверил и сообщил об этом своему текущему боссу. Ганджэ, опасаясь за свою задницу, сразу ринулся к тросу, попытавшись спуститься по нему, пока его прислужник стрелял в Минхо. Ганджэ разбился насмерть, а Чан все-таки смог взорвать дверь, что та отлетела прямо на избитое тело Джисона. Бан в первых рядах забежал смотреть, кто попал под раздачу, ведь рядом он беглым взглядом узнал мертвого Питера. Выбор был невелик, потому что больше нигде младшего Хана он не видел. Пока исполнители обезвредили оставшихся врагов, Бан освободил младшего от давления тяжелой металлической пластины, взял его на руки и потащил на выход. Все тело юноши измучено. Сначала Чану показалось, что он вовсе не дышал, но хорошо, что только показалось. Лицо его было полностью в крови, сочные синяки уже во всю начинали хозяйничать на сахарной коже младшего, представляя себя во всей красе. — Давай, парень. Тебя ждут дома, не вздумай умирать, — Чан совершил попытку проверить, настолько ли все плохо, как казалось. Хан давно потерял сознание и не слышал, что с ним пытались поговорить. Внизу должны были уже взорвать и дверь на улицу. Джисона сразу повезли в больницу, потому что Чан не был уверен, что врачи, нанятые их организацией, смогут помочь ему в полной мере.