The Night We Met

Минхо с Сонни сидели вместе на лавочке в каком-то Богом забытом сквере. Парень держал в руках банку пива, опоясывая ее пальцами таким образом, что она спокойно могла выпасть, разожми он хватку хоть немного. С момента отъезда Джисона прошла неделя. Сонни лишь в шутку предложила вариант для расслабления в виде полулитра светлого, якобы ее отец так поступал каждый раз после тяжелого дня. Но девушка и подумать не могла, что парень согласится. — Минхо, а почему уехал Ёнсу? — ей больно смотреть на своего друга. В голосе чувствовалась робость и волнение. Волновалась она совсем не потому, что ей становилось некомфортно рядом с парнем, а потому, что понятия не имела, как вести себя с ним. Она слишком многого не знала и прекрасно это понимала, поэтому пыталась прощупывать почву осторожнее особенно после того, как Минхо согласился на случайно брошенную ею фразу. — Потому что трус, — ответ Ли для Сонни был точно ребус. — Минхо, вы же были не просто сводными братьями? — она хоть и никогда не лезла не в свое дело, так воспитана, но все видела и подмечала. То, как они нежно относились друг к другу, как помогали, заботились. О ней, конечно, тоже не забывали, но это совсем другое. Их связь становилась очевидной, если общаться за пределами школы (там они себя контролировали на все сто). И эта связь напоминала нечто, происходящее между ними с Чаном, поэтому и выводы строились соответствующие. — Не просто, — тут Ли понял, что пора. Он открыл с характерным звуком эту злополучную банку пива. Для него она не была просто «банкой пива», понятно, что он не напьется с нее одной. Эта банка означала то, что он поступится с собственными принципами, причем с самым главным из них. «Чёртов Хан Джисон», — пронеслось в его голове перед тем, как он сделал несколько крупных глотков подряд и отставил напиток в сторону. По щеке начала стекать единственная слеза. С каждой минутой в юноше что-то угасало. Он думал, что справится, это же всего лишь какой-то мальчишка. И похуй, что ему так шли эти блондинистые волосы, и похуй, что его кожа настолько мягкая, и похуй, что его голос такой бархатный, и похуй. Блять. На него. — Минхо, — девушка подсела ближе и все же осмелилась приобнять парня за руку, скрепив их ладони. Это не было каким-то подкатом или чем-то подобным, она просто пыталась помочь, хотя бы как-то, хотя бы просто показать, что ей не все равно. Старший же не подавал признаков жизни, он смотрел куда-то в одну точку, одну руку отдав во власть подруге, а второй снова взяв банку пива. Он допил ее залпом. С непривычки в голову ударил градус. «Прикольно», — подумал парень, растянув губы в истерической улыбке, взгляд его так и не сместился. Минхо неожиданно начал смеяться, будто перед ним проходило какое-то цирковое выступление, а не росли кусты, украшавшие сквер в теплую погоду. Он смеялся так точно с минуту, пока из глаз не потекли вторая, третья, четвертая и остальные слезы — им не было конца. Сонни растерялась, она никогда не видела друга таким, не то чтобы они так много общались, но все время он казался настолько счастливым человеком, что девушка и представить себе не могла, как все закончится. Она попыталась обнять его крепче, насколько позволяло положение, сложив руки вокруг его туловища. — Тише-тише, — но Минхо не мог тише, он готов был прямо тогда выплакать все слезы мира и наполнить ими какую-нибудь пустыню, а может быть и не одну. Минхо точно решил выжать из себя максимум, раз уж начал. Он не хотел повторения, возможно, даже своей жизни, но от нее он не мог пока избавиться. Ему даже не становилось неловко перед Сонни, ему вообще на все было похуй. На все, кроме Джисона. Парень не злился на Хана, он не мог на него злиться, он даже не знал, из чего состоял главный цимес его решения. Минхо думал, что просто подышит воздухом, немного придет в себя, но согласится. Да, ему не давали выбора, он был зол от этого, но как он мог бросить Джисона? Он бы хоть на десять работ пошел и в столько же университетов, лишь бы быть рядом. Но, когда он вернулся, дома никого не осталось, даже ни одного напоминания о нем: собрал все свои пожитки под чистую. А из-за того, что матрас, который раньше лежал на полу, был уложен обратно на кровать, казалось, что его и вовсе тут никогда не было. Может быть Хо и правда все приснилось? Это был самый лучший период в жизни, как он мог его просрать? Он еще несколько дней сначала ежеминутно, затем ежечасно спрашивал себя, зачем он вообще ушел? Потому что дурак, который думал в тот момент лишь о себе и не удосужился даже спросить причину. Может быть они весомые. Минхо резко вскочил на ноги. Перед глазами все затерто, слезы выступили прослойкой между ним и окружающим миром. Он направился в сторону припаркованного байка, Сонни же следом пошла за ним, еле успевая, потому что парень хоть и не бежал, но шаг его был быстрый и широкий. — Минхо, ты куда? Тебе надо сначала успокоиться, — она догнала юношу, снова потянув за всю ту же руку и заставив его остановиться. Ли развернулся, а девушка чуть ли не отлетела назад от того, что она увидела: его лицо все искривлено и покраснело, из глаз все также текли слезы, но он уже совсем не улыбался. Ему было больно, и эта боль пронзала каждую клетку его тела. Он не мог осознать, что он остался один. Снова один. Да, он не святой человек, но большего счастья для себя, чем с ним, он не видел. Каждый день, когда они были рядом, Минхо не замечал никого и ничего кроме Джисона, будто фокус выстраивался только на его лице, его улыбке. Все остальное казалось просто размытым фоном, который не захватывал объектив камеры, камеры, которой являлся Минхо. Не зря он пытался запечатлеть каждый кадр, когда младший был особенно красив: как солнце обволакивало его лицо по утрам, как он сжимал в своих крепких руках его перед сном, как он смотрел… Минхо никогда не видел, чтобы на него так смотрели. Точно то, что чувствовал сам Хо, он видел в этом взгляде. Сейчас же у него отняли самое дорогое, что он совсем недавно обрел и также быстро потерял. Свободной рукой Ли взял край своей футболки, что торчала из-под куртки, и постарался, насколько возможно, утереть влагу с лица. Он начал потихоньку успокаиваться, но только снаружи, внутри ничего не изменилось. Ему стало неловко перед Сонни. Он заставил ее видеть себя в таком состоянии, передавая ей свои чувства, ведь она, точно так же, как Джисон, впитывала их в себя, несмотря на всю тяжесть. — Если хочешь, то поехали со мной. Я к Чану, — ему потребовалась пара минут, чтобы прийти в себя. Парень сжал руку девушки, которая все это время безответно держала его. Ян читала в его глазах благодарность, хоть он и не озвучивал ее вслух. Возможно за то, что она остановила его от непоправимого. Мало ли, что с ним произошло, если бы он прям так выехал на дорогу. — Конечно, поеду. Я не оставлю тебя. Даже при таких условиях Минхо опасно садиться за руль, но она точно не позволила бы ему ехать одному. Сонни не уверена в том, что в голове парня не сработает непредсказуемый триггер и он не станет жертвой аварии. С ней за пазухой у него хотя бы будет ответственность не только за себя, он ни в коем случае не подвергнет риску подругу. Они молча подошли к мотоциклу, Минхо вручил Сонни шлем и сказал застегнуть куртку, а пока они будут ехать, держаться изо всех сих за него в любом удобном месте, лишь бы было комфортно. Она первый раз ездила на байке, даже Чан катал ее только на машине, потому что девушка пока боялась на нем ездить, но тогда выбора не оставалось. Ее не пугала выпитая старшим банка пива, рефлексов парня точно хватит, чтобы совладать с легким опьянением, но вот душевное состояние никакая реакция не перекроет. Они расселись, и Минхо тронулся. Он не гнал, ехать тут всего ничего, минут десять от силы. Сонни вжалась в его спину настолько крепко, насколько могла. Минхо не справился с эмоциями, его тут же унесло во все те разы, когда они с Джисоном ездили вместе, ведь вдвоем он ездил только с ним. Совместные поездки слишком сильно ассоциировались с Ханом, буквально выжжены у него на подкорке. Парень вообще многое делал впервые именно с ним, например, любил, чувствовал особенные заботу и отношение к себе. Сонни начала подозревать, что что-то пошло не так, когда они слишком долго ехали прямо, ей пришлось отлипнуть от чужой спины и осмотреться: Хо уже давно пропустил нужный поворот и устремился вперед, будто вообще не следил за ситуацией на дороге. Девушка слегка стукнула его, чтобы проверить, отдает ли юноша отчет своим действиям. «А может быть?» Минхо не почувствовал удара и втопил газ, до перекрестка оставалось около пятисот метров. — Минхо! Минхо, блять! — она аж сама заматерилась, понимая, что старший ехал явно не по задуманному маршруту. Девушка начала бить активнее и сильнее. «Наверное, это все правда был сон. Мне надо очнуться, и все закончится», — сознание Ли пребывало в вакууме, не давая окружающему проникнуть в него. Он был сконцентрирован на том, что все вокруг нереально, простая неудачная иллюзия, которую парень придумал в своей голове. «Как я мог поверить, что это реальность?» — он даже улыбнулся на этой мысли, как бы убеждаясь в том, что он дурак, который погряз в собственных фантазиях. Джисон не мог уехать, поэтому ему нужно просто проснуться и они вновь будут вместе. Сонни подняла визор шлема, что стоило ей невероятных усилий, ведь необходимо было освободить одну руку, еще и на такой скорости. — Минхо! — она успела открыть и шлем парня, чтобы ее крики лучше доносились до него. — Ты нас убьешь! Все произошло мгновенно. Юноша будто очнулся из комы, ведь все то, что происходило последние несколько минут, точно из другой реальности. Он вынырнул из нее, разрушив спокойствие водной глади, вдохнул полные легкие свежего воздуха и вернулся в настоящее. Минхо начал сбавлять скорость буквально метрах в ста от перекрестка, проезд на котором разрешен только направо и никак не прямо. Еще секунда и парень успел свернуть в нужном направлении, а они оба оказались спасены. Оставшаяся дорога проведена в тишине. Сонни было просто страшно, она старалась самостоятельно следить за каждым движением водителя, продолжая вжиматься в парня, а Минхо стыдно, он только что чуть не погубил их обоих. Когда они добрались до дома Чана, Сонни со скоростью света слезла с байка и сняла шлем. Минхо сидел неподвижно, боясь даже голову поднять от руля, но нашел в себе силы, чтобы освободить голову от защиты. — Минхо, — она протянула его имя, но он снова не отреагировал. У девушки машинально активировался страх за парня, потому что он несколько минут назад ровно также не слышал ее. Церемониться она уже не стала, взяла парня рукой за подбородок и направила его взгляд на себя. — Ли Минхо, если ты еще хоть раз сядешь за байк, один или с кем-то — неважно, я расскажу Чану, что ты чуть меня не убил, — Сонни отпустила в ту же секунду, как договорила, но парень продолжал на нее смотреть. Он не боялся получить от Чана, он ахуел от собственной глупости, ведь он действительно чуть не убил невиновного человека, свою подругу, девушку его самого близкого друга. Она была абсолютно права, ему нельзя больше садиться за руль. — Минхо, ты же понимаешь, что я не со зла, да? — Сонни угрожала, чтобы убедиться, что ее точно услышат, а не пустят ситуацию на самотек. — Конечно, ты права, я оставлю диавол у Чана, — Минхо выглядел как растерянный ребенок, взглядом ищущий поддержку в ком-то, по крайней мере именно это почувствовала Ян, вглядываясь в друга. Она снова его обняла, но уже за шею, рука ее легла на макушку Хо, мягко поглаживая его по голове. — Все будет хорошо, я тебе помогу. Чан тебя тоже не оставит, — она сильнее прижалась, у самой накатывали эмоции. — Ты не один, Хо. Сонни правда хотела помочь. Она тоже не в восторге, что Джисон уехал, он стал ее первым настоящим другом, который познакомил ее с такими прекрасными людьми, как Минхо и Чан. Хоть и недолго они продружили, но в ее памяти он останется исключительно светлым человеком, подарившим ей то, что она имела на тот момент. Конечно, она не успела привязаться к нему настолько сильно, как парень, которого сейчас пыталась успокоить изо всех сил, но и отношения у них были немного иные. Потеря любимого человека всегда проходит тяжелее, чем любая другая. Минхо не находил себе места, и она собиралась показать ему, где его все еще ждут. — Привет! — Чан вышел из дома, заметив ребят из окна, его не уведомили о гостях. Минхо сидел к нему спиной, поэтому он не сразу понял, что происходило. Внутри парень все еще пребывал в немного подвешенном состоянии, но понимание реальности вернулось почти на все сто процентов, отчего не становилось легче. Сонни почти сразу отлипла от Ли, но не резко, она не собиралась ничего скрывать от Чана, да и нечего. Старший подошел к девушке и, мягко приобняв за талию, поцеловал в щеку. — Ничего, что мы без предупреждения? — Сонни протянула руку Минхо, чтобы тот наконец слез с байка и пошел к ним. Чан с Сонни выглядели как семья. Минхо даже на секунду показалось, что их силуэты подсвечивались сзади, лишний раз указывая на их важность в его жизни. Юноша ухватился за руку девушки и встал на землю, заглушив мотор. — Нет, все в порядке, я всегда вам рад. Если вы думали, что за прошедшее время изменилась только Сонни, то это не так. Трансформация Чана не так заметна, но если приглядеться, то можно увидеть, что он стал мягче и добрее, во всяком случае к близким ему людям. Даже на Минхо почти перестал рявкать и упрекать в чем-то. Сонни прошла вперед, оставив парней позади. Теперь она могла приехать к Чану в абсолютно любой момент, даже если его не было дома, ведь у нее появились свои ключи. Девушка больше спрашивала за Хо. Бан неожиданно быстро доверился ей. Правда сначала пришлось подчистить все углы, чтобы она случайно не наткнулась нигде на товар или прочие вещи, указывающие на специфическую профессию. Чан приобнял младшего за плечо. Он знал, что сейчас все не так легко в его жизни, но пока и представить не мог, насколько, ведь на эту тему они еще не говорили. В курсе только Сонни, которая старалась навещать парня почти каждый день после школы, ведь в нее Ли перестал ходить. Она пока боялась рассказывать Чану, поскольку не в курсе, что он знал о них с Джисоном и в целом не представляла его реакцию, ведь сам по себе человек он достаточно жесткий. Как бы Ян не влияла на него, глобально он оставался все прежним. Приземлившись на диване в гараже, Минхо смотрел на Чана немного потеряно. Ему стыдно за то, что он только что чуть не убил его девушку. Но она вроде не торопилась рассказывать о случившемся, значит, и он мог повременить. — Как вы поживаете? Как дела в школе? У кого-то на носу выпускные экзамены. Готовишься, Хо? — Чан стоял с Сонни, облокотившись на капот тачки, как и всегда. Приобняв девушку за талию, он снова поцеловал ее, но уже в пухлые небольшие губы. Он явно соскучился по ней, ведь та больше времени начала проводить с Хо по понятным причинам. — Садись к Минхо, а то он как на допросе сидит, — парень мягко улыбнулся ей. Подарив ответную реакцию, Сонни села на диван. — Да ничего, нормально. Я правда не хожу сейчас на занятия, — Ли держал ключи от байка, пальцами крутя их в руке. Он нервничал. Рано или поздно Чан заметил бы его прогулы, как минимум, в один из разов, когда поедет забирать его подругу. Вранье еще никого не спасало. — Ясно, — тяжело выдохнув, потому что сразу понял причину, Чан оторвался от удобной поверхности и направился к мини-холодильнику, стоявшему неподалеку. Теперь у него еще и сложилась картинка, почему Сонни постоянно ездила к своему другу. — Не затягивай, школу надо закончить, и с отличием, как мы договаривались. — Чан, — вопросил Хо, когда старший уже достал себе банку пива. — Что? — Он же вернется? — Не знаю. Вряд ли. Как бы Бан не хотел поддержать своего младшего, он также не хотел его обнадеживать. Пускай лучше быстрее переживет, забудет и продолжит жить самостоятельно, как делал это раньше. Все же когда-то проходили через расставания? Какие-то чуть более или чуть менее болезненные, но у каждого на личном счету есть то расставание, которое невозможно забыть. Со временем осадок становится не столь ядовитым, с ним можно научится жить, а затем он и вовсе превращается в воспоминания. Но как это объяснить человеку, который только на первой стадии принятия? Только оставить в покое и дать разобраться собственными силами. Минхо опустил голову вниз, сжав ключи в кулаке, который держал в кармане куртки. Каждый раз что-то трескалось внутри от одной лишь мысли, что Джисон не вернется. Он ведь не мог просто взять и уехать. Да, они немного повздорили, ну с кем не бывает. Не могло же это стать точкой невозврата. Ли даже сохраниться не успел, настолько был поглощен процессом. Внутри у него все еще теплилась надежда, несмотря на слова Чана, что Джисон вернется. Он не мог просто так его бросить, не посмел бы. Как парень дальше будет без него? Отказаться от него никогда не станет возможным. Каждый на протяжении жизни радуется множеству вещей: вкусное мороженое, успешная сдача экзаменов, повышение на работе, рождение ребенка. Но с каждым счастливым событием планка того, что может удовлетворить нехватку серотонина в крови, растет. Мы, люди, не контролируем этот процесс, скорее всего, даже не задумываемся о нем, но факт остается фактом. Вкусив что-то по-настоящему волшебное, бесподобное, по-своему эксклюзивное, есть риск подсесть. Минхо знаком с этим, возможно, как никто другой. Что же делать, если то самое «особенное» недоступно? Многие мучаются от нехватки и боли, полученной в результате лишения, многие ищут похожее, а кто-то просто решает покончить со столь сильным мучением. Парень не раз становился свидетелем последнего, происходило это по разным причинам, у каждого человека были свои источники «счастья». В большинстве случаев ими являлись, конечно же, наркотики и деньги, ничего удивительного. Такие, казалось бы, обыденные для Минхо вещи заставляли многих расстаться с друзьями, семьей, любовью, жизнью. Когда человек не получает то, что хочет, его дальнейшее поведение крайне непредсказуемо. Часто то, когда люди просто опускают руки и сдаются, живя дальше обычной жизнью, выглядит оптимистичным вариантом развития событий. Проблема в том, что, почувствовав настолько поразительные эмоции, заменить их можно только на что-то еще более превосходное. Джисон был тем самым волшебством, эксклюзивом. Можно называть его как угодно, но это не изменит того, что он был не просто очередным заданием, рядовым человеком в хмурой и почти безрадостной жизни парня. Он был для него тем, без кого ему сложно представить свое будущее. Минхо сам не знал, сможет ли он опустить руки, что в данной ситуации являлось неплохим исходом, или же он продолжит дальше брыкаться, как рыба, которую выкинули на сушу? ~~~~ — Господин Хан, рад вас приветствовать, — на земле Джисона ждал его верный человек, доставшийся ему чуть ли не в наследство от отца. Донсок принял его еще на заре существования организации. Мужчина немногим младше самого босса мафии. Он прошел почти весь путь становления: начиная от простого барыги, заканчивая пребыванием в рядах исполнителей. Исполнителями назывались члены группировки, что претворяли в жизнь приказы, связанные с более тяжелыми последствиями, чем употребление наркотиков. Конечно, к их составу примыкали люди, готовые убивать лишь по одному приказу, и этот мужчина как раз один из них. — Привет, Питер, — пока парень хромая спускался по трапу из самолета, он решил потянуться, выведя руки вверх так, что даже позвоночник немного хрустнул. Столько часов в самолете, хоть и в частном, где присутствовали все условия для его комфортного пребывания, не могли не повлиять на его физическое состояние. Ощущение, что задница затекла намертво. Джисон прибыл во Францию, как и договаривался с отцом. Парень вдохнул полной грудью. Окружающий воздух сильно отличался от того, которым он дышал в Корее. Он намного привычнее, будто его легким комфортнее на западе. Все встало на свои места. — Господин, машина уже ждет нас. Вы хотите поехать сразу в отель или сначала на местный склад? — Питер не кланялся и не выражал невербально уважение к своему начальнику. Здесь так не принято, а Джисон не старший Хан и не заставлял проявлять знаки подчинения его воли. Пустая трата времени. — В отель, — Джисон хотел немного привести себя в порядок, так как полет оказался долгим. Ему необходимо смыть с себя все, что накопилось, собраться и продолжить следовать по выбранному пути. Именно такую установку он дал себе. Джисон не останавливался около мужчины, сразу продолжив идти в нужном направлении, где красовалась черная BMW. — Как скажете, — Питер сразу присоединился к Хану, шагая уже подле него. — В школу вас уже устроили. Самая обычная, как указал ваш отец. Лишних глаз не будет. — Отменяйте. Я буду учиться на дому, школа слишком много времени отнимает. И квартиру можете не искать, я буду жить в отеле, ближайшие несколько месяцев точно. — Понял. Отель, как вы хотели, без лишнего пафоса, в котором часто останавливаются туристы. — Отлично, — заключив, парень сел в машину на заднее сидение, справа от водителя, а рядом с ним расположился мужчина. Пока они ехали в город, Хан не думал ни о чем, просто любовался видами из окна. Вставив наушники, он представлял в голове различные образы подстать музыке, звеневшей на всю громкость. Рядом сидевший Питер слышал чуть ли не каждый звук, но ему все равно. Мужчина сам по себе достаточно сдержанный, как и полагалось. Своей трезвостью и постоянной ясностью мыслей он и заслужил свое место. Именно с ним Джисону получилось сработаться. Если вдруг в парне в силу возраста просыпались яркие эмоции, мешавшие рациональности, именно Питер помогал разобраться в потоке хаоса и снова вернуться на верную тропу. Такие случаи происходили редко, но метко. Он, возможно, в каком-то смысле заменил юноше друзей и семью, потому что находился рядом все те три года, что Хан правил мафией в Европе. Хоть их общение и не переходило рамки работы и делового контекста, их близость глупо отрицать. Джисон доверял ему целиком и полностью. Питер Юн идеально подошел для того, чтобы поехать в Европу к младшему сыну для помощи в наладке дел. Имя европейское, внешность тоже — идеальный кандидат. Никто до сих пор не знал его предысторию, даже Хан Донсок. Но он предпочитал не лезть в чужую личную жизнь. Главное — это то, что Питер показывал себя как человека, которому можно доверять, не раз подставляясь под пулю вместо своего господина. Он чудом выживал. Старший Хан часто шутил, что он благословлен Богом, дабы помогать их семье. Когда они наконец подъехали к нужному зданию, Джисон вышел, а его багаж, который водитель по приезде своего начальника в город незамедлительно принял и закинул в машину, Питер взял сам, намереваясь проводить парня до самого номера. — Я сам отнесу. Дай ключ от номера, — Джисон остановил его у самого багажника, как только чемоданы приземлились на асфальт. Юн даже немного растерялся, потому что привычка носить тяжелый груз за младшего Хана уже почти приросла к нему. Его господин никогда не делал этого самостоятельно. Протянув ключ, который лежал у него в кармане брюк, мужчина отошел, чтобы юноша мог беспрепятственно забрать свои вещи. — Прикажи через час водителю за мной вернуться, поеду на склад. — Будет сделано. Пожав друг другу руки, они разошлись. Джисон поднял чемоданы, которые ровно не больше и не меньше того, какими были изначально перед отъездом в Корею. Но он даже представить не мог, насколько они были тяжелые. Еще когда он спускал их к машине из дома Минхо, он чуть спину себе не надорвал, а Минхо поднимался с ними по лестнице. Причем выглядело это так легко и непринужденно, будто они вовсе были пустыми. А сейчас он вновь нес все сам, причем продолжая хромать на одну ногу. Шина, конечно, немного облегчала процесс, но моментами становилось практически невыносимо больно. Однако юноша мог пережить и не такие муки, это терпимо. Буквально закинув чемодан за дверь своего номера, Хан запер за собой дверь и здоровой ногой протолкнул груз дальше, потому что силы уже на исходе. Спортом заниматься ему никогда не удавалось. Не было на это времени. За этот факт Донсок подкалывал его и все время предлагал оборудовать кабинет тренажерами и даже нанять тренера, потому что хорошая физическая подготовка не будет лишней в условиях постоянной угрозы жизни. Парень был бы рад, но руки все не доходили. Номер, как и обещал Питер, совершенно обычный, без лишних удобств. В основной комнате присутствовали лишь кровать, небольшой шкаф и письменный стол, который по факту даже не пригодится, разве что в качестве полки. В ванной кроме раковины и унитаза встроена душевая кабина, от которой он уже отвык, потому что в квартире Минхо довольствовался ванной и при любой возможности набирал ее до краев горячей водой, чтобы дать мышцам расслабиться. Раскрыв чемоданы, чтобы разложить вещи в шкафу, он начал доставать одну кофту за другой. Подняв вверх черное худи, в котором он часто ходил в доме Ли, а в прохладные ночи даже спал в ней, он обнаружил на воротнике фиолетовый волос. Бог знает, как он туда попал, но это точно был волос Минхо. Зубы Джисона слегка сжались, он лишь потряс худи руками, чтобы лишняя деталь улетела куда-то на ковролин, и повесил его на вешалку. Закончив, парень отложил чемоданы в сторону, дабы не мешались, а сам пошел в душ. Даже напор воды оказался непривычным, но Хан старался не обращать на это внимания. Осядет и смирится. Ко всему можно приспособиться, не так ли? Так как в магазин он еще не заезжал за базовыми вещами для жизни, ему пришлось воспользоваться одноразовым пакетиком геля для тела. Вы знали, что отчетливее всего человеческий мозг запоминает именно запахи? Не картинки, не звуки, а именно запахи. Этот чертов гель пах один в один, как тот, которым пользовался Минхо. Самый дешевый, что вообще продавался в магазинах, его даже почти не было слышно, насколько нейтральный. Но Джисон знал его наизусть. Он вдыхал его ночами, днями, даже когда они ехали на байке в школу, он утыкался носом в шею Ли, чтобы чувствовать его запах каждую возможную секунду. Парень уж точно не мог предположить, что жизнь выдаст ему такую подлянку. Юноша сжал этот беспомощный пакетик в руке и откинул в сторону на пол душевой кабины. Смыв с руки вязкий гель, он быстро помыл волосы и вышел из душа, повязав полотенце на поясе. Кровать, на которую он упал сразу, как вернулся в комнату, жутко неудобная. Даже подушка, подложенная под спину, не исправила ситуацию, но парень упорно продолжал пытаться разместиться на ней с максимальным комфортом. Наконец найдя удобную позу, он закрыл глаза. Пролежав так около пятнадцати минут в попытках расслабиться, парень резко вскочил с кровати, ринулся обратно в ванную комнату и упал на колени, подняв с пола тот брошенный пакетик из-под геля для душа. Ни одна живая душа не поймет, сколько ему требовалось сил, чтобы не вдохнуть запах остатков жидкости носом. Через пять минут Джисон обнаружил себя сидящим на кафеле, которым обложены пол и стены, и продолжающим кусками рвать воздух. Он успел обмазать руки этой бедной единственной оставшейся каплей, надеясь, что тот впитается. Хан был готов больше не мыть руки никогда в жизни, если бы это имело хотя бы какой-то смысл. Ему нужно забыть, а не жить с этим. Забыть и никогда не вспоминать. Отложенный час, который установил сам Джисон, пролетел быстро. Он не успел даже досушить волосы, как отправился на склад, что расположен недалеко от аэропорта, в который он прилетел сегодня. Хан успел собраться, по крайней мере физически. Что-что, а это у него получалось безупречно. Орлеан, около полутора часа езды до Парижа. Удобное место для ведения их дел. Джисон настроен на работу, ему необходимо выполнить несколько целей в ближайшие полгода: крепко обосновать бизнес, разобраться с бандой, которая охотится за ним из самой Англии, и закончить школу. Быстрее всего он хотел расправиться с последними двумя, потому что первая уже в печенках сидит, а вторая просто будет отвлекать, если он не покончит с ней как можно скорее. Прибыв на точку, Хан вышел из машины и сразу нырнул в зал склада, где располагалось множество контейнеров, заполняющих все помещение. Там же его ожидал Питер, который приехал на место незамедлительно после их расставания. — Нам налево, за ту дверь, господин, — он указал ладонью на огромную металлическую двухстворчатую дверь, тянущуюся на три метра ввысь. Мужчина открыл ее, и перед ними растянулось фасовочное производство. Работники стояли у станков, сортируя товар по упаковкам, разнообразие которых начиналось с небольших зиплоков, а заканчивалось крупными, которые вмещали в себя точно полкило порошка. Джисон пошел по рядам, осматривая аккуратность материалов и работы сотрудников. — Химики по-прежнему базируются в Прибалтике. Ваш брат не рисковал транспортировать их оттуда до вашего возвращения, — он следом шел за своим господином, что не отвлекался от увлекательного процесса. — Можем пройти в ваш кабинет и обсудить подробности. Джисон кивнул в ответ, и через несколько минут они поднялись на второй этаж. Нога все еще побаливала, но он привык сдерживаться, не впервой. Шрамов на нем почти не было, кроме одного ножевого, полученного в замесе со все той же британской бандой. Минхо он сказал, что случайно упал на арматуру. Конечно, Ли не знал, как выглядит шрам от арматуры, поэтому задавать лишние вопросы не стал. Парень почти сразу приземлился на кресло, стоявшее за столом. Его кабинет ни капли не похож на тот, каким владел старший Хан. Никаких шкафов, приемных диванов и всего остального. Просто стол с несколькими ящиками и кресло в небольшой комнатушке, стены которой обиты металлическими листами, а почти под потолком несколько небольших окошек. Это было похоже больше на тюрьму, чем на кабинет, но парня все устраивало. Он не любил, когда его что-то отвлекало от важных занятий. Концентрация — самое ценное, нельзя терять лишние минуты на то, чтобы залипать на какие-то безделушки или ненужный декор. — Мы должны перевезти часть химиков как можно скорее и наладить производство здесь. Отец правильно выбрал именно эту страну, она находится в самом сердце Европы. Отсюда и в Великобританию поставки организовать куда проще. Сколько времени потребуется для оборудования помещения и наладки самого производственного цеха? — Думаю, не больше недели. Вся основная техника уже перевезена, дело за малым. — Даю время до четверга, — сложив ноги на стол, а руки скрестив между собой, он продолжил. — Питер, наши британские коллеги уже были замечены? — Да, как раз хотел вам рассказать. Сегодня наши шпионы нашли место, где они базируются. Оно располагается на окраине Парижа, что говорит об их незнании даже места нашего обитания. Я думаю, они не скоро догадаются, что мы в Орлеане. — Давай наведаемся к ним. — Не понял вас, господин, — Юн уставился на Хана со всей внимательностью. Может быть ему послышалось? — Я сказал, что мы прямо сейчас поедем к ним, чтобы пообщаться, — Джисон встал из-за стола и потянулся в карман за новым телефоном, который взял еще в номере отеля, где его оставил для него Питер. Он разблокировал экран и следом посмотрел на подчиненного. — Сейчас как раз прекрасное время для того, чтобы кого-нибудь припугнуть. — Как скажете. Мне вызвать исполнителей? — Нет, нас двоих будет достаточно, — он прошел дальше, сложив руки в карманы вместе с телефоном и направившись к выходу. Его походка оставалась уверенной, он будто решил пройтись по магазинам. Даже несмотря на поврежденную ногу, парень старался передвигаться как всегда. — Вы уверены? Их там около десятка человек, и все с оружием, — он развернулся вслед за Джисоном, проследовав на выход из кабинета. — Ну, можешь взять парочку, но пусть не заходят, — Хан остановился и последовательно начал загибать пальцы. Остановившись на втором, он продолжил: — Пускай заходят, только если услышат больше двух выстрелов, — Джисон правда старался прислушиваться к старшему товарищу, но все равно все делал по-своему, даже сейчас. — Понял. Уже вдвоем они проследовали в машину, на которой приехал Хан. Пока Питер созванивался с кем-то для того, чтобы к назначенному месту подтянулась подмога, Джисон достал из подлокотника между передними сидениями револьвер. Проверив количество патронов в нем, он вытащил лишние четыре, оставив два и сложив остальные туда же, откуда достал пушку. Оставшееся время парень также слушал музыку, как и по дороге до отеля. Мужчина заметил, что ритм был быстрее и агрессивнее, чем у того, что он слушал в прошлый раз. Прибыв на место, он засунул пистолет за край пояса, а сверху прикрыл черным худи. Тем самым, на котором с утра нашел известный волос. Да, даже во время «работы» он надевал на себя обычную молодежную одежду, а не костюмы. Например, как тот, в котором расхаживал Юн: классический черный с белой рубашкой. Со стороны они выглядели как отец с сыном. — Говорить буду я, просто постой рядом. Пусть хоть узнают нас в лицо, — получив одобрительный кивок, Хан вышел на улицу и проследовал ко входу. Враги базировались на заброшенном складе. Он явно отличался от того, где налажено их производство. Стены обшарпаны не только от старости, а потому что их просто никто не обновлял, рядом ни души, их окружала лишь тишина. Здание явно давно не функционировало, так как вокруг даже нет никакой техники, которая обычно в таких местах нужна для перемещения грузов. Водитель остановился прямо у входа. Питер заранее проинструктировал его, уточняя, где именно надо припарковаться, и что нужно ждать их до последнего вне зависимости от ситуации. Парень отпер дверь, которая даже закрыта не была. «Идиоты», — подумал он и толкнул ее ногой так, что та открылась нараспашку. Перед ним сидел десяток мужиков, с количеством его не обманули. Часть из них играла за небольшим столиком в карты, а за ними лежали в ряд матрасы. Вдобавок небольшая электронная конфорка брошена недалеко. Это все выглядело для Джисона крайне смешно. Им даже нормальное жилище не предоставили, а охранять они себя не посчитали нужным. — Здорова, мужики, — юноша не мешкая прошел вглубь помещения. Все подняли на него головы, не успев сориентироваться. Последнее, чего они ожидали, — их цель придет к ним сама. — В картишки играем? И кто выигрывает? Ставлю только на победителя, сами понимаете. Все как один резко встали со своих мест. У троих пушки висели на плече изначально, поэтому они направили их на юношу, как только пришли в себя. — Господин Хан, а что вы здесь забыли? Решили сами сдаться нам? — вперед вышел один из них, судя по всему, главный в этой шайке. — Ох, нет, вы что? Я пришел просто пообщаться. Жертвовать собой пока не входило в мои планы, — он заметил, как один из игравших до этой минуты в карты еле заметно повернулся в сторону, то ли потянувшись за оружием, то ли решив отойти подальше. Джисон тут же вытащил револьвер из-за пазухи и приставил дуло к его виску. Мужчина замер на месте, а парень, не дав и секунды подумать, выстрелил. Пуля прошла насквозь. Все присутствующие активизировались и направили винтовки на Хана. Даже те, у кого не было оружия изначально, не постеснялись подобрать его. К их счастью, Джисон не собирался тратить последний патрон так быстро. Он поднял обе руки вверх, растопырив пальцы свободной в разные стороны. — Вы чего так напряглись, мужики? Нормально же общались, — на его лице расплылась улыбка, а бровь немного приподнялись в притворно-удивленной гримасе. — Ты здесь и поляжешь, малец! — тот самый «главный» снова показал голос, а следом раздался еще один выстрел, но не Джисона. Пуля попала прямо ему в плечо. Питер и бровью не повел, будто его господин находился в полной безопасности. — Что-что ты сказал? Кто поляжет? — он не изменился в лице, паника полностью отсутствовала в его взгляде. Рука юноши повисла грузом, видимо, поврежден сустав. Следом он вновь поднял пистолет и выстрелил в говорящего. — Эх, промахнулся. Не хватает практики. Да, Питер? — парень повернул голову к подчиненному, будто перед ним не было никаких вооруженных врагов. Попал он в шею, прямо в сонную артерию, от чего мужчина схватился за место ранения и упал на пол, истекая кровью. — Хотел попасть в рот, чтобы не говорил таких гадостей в моем присутствии, — в ответ Юн вытянул руку и помахал ею из сторону в сторону, говоря этим жестом что-то вроде «можно было и лучше». Хан повернулся обратно. Оставшаяся восьмерка стояла все также на своих местах, у одного даже ноги подкашивались от страха, как раз у того, который выстрелил в парнишку. — Ну ты чего? Расслабься, все свои, — пройдя дальше и осматривая по дороге результат своей работы, он подошел прямо к тому, кто волновался больше всех. — Раз вашего главного больше нет, то я поручаю тебе, — младший Хан похлопал по плечу мужчину той же рукой, в которой лежал револьвер. — Передай вашему лидеру, что в следующий раз процент убитых увеличится с двадцати до ста, если он снова полезет в мои дела. Договорились? — его улыбка стала шире и вроде как доброжелательнее, но только снаружи. Глаза вовсе превратились в щелочки. В ответ мужчина тяжело сглотнул слюну, но согласно кивнул. Джисон еще раз похлопал по его плечу и развернулся спиной, направившись к выходу. Почти у порога он достаточно громко, чтобы все услышали, продолжил говорить: — Их отделал хромой мальчишка — смешно, — фраза была адресована Питеру, но среагировал один из выживших, выстрелив в сторону Хана вновь. Попал он в стену у двери, промазав. — В следующий раз обязательно попадешь, — даже не повернувшись, он поднял большой палец вверх и вышел. К ним навстречу как раз бежала подмога из семи мужчин, которым сказал приехать Юн. — Опоздали, мы уже закончили, — Джисон прошел мимо к машине в то время, как Питер показал поздно подоспевшим всю тяжесть их ошибки одним взглядом. Джисон не повел себя резко в их сторону, потому что знал, что Юн сам разберется, это в его компетенции. Хоть все закончилось меньшими жертвами, его господин ранен, этого нельзя было допустить. Лишь из-за того, что терять лицо перед врагами непозволительно, мужчина никак не отреагировал. Так бы от них, вероятнее всего, и живого места не осталось. Но у его начальника был свой план, лезть в который строго настрого-запрещено.