Новое прошлое - 3: Будущее. Наше?

- Привезли! – отрапортовал один из офицеров, когда они вернулись в кабинет Генерального Консула. – И его, и тех двух адъютантов, и рабыню тоже поймали... - Это была рабыня? – кажется, впервые за все это время Генеральный Консул чему-то удивился. - Да, - кивнул докладывающий. – Из Рабского Дома, который все еще держит сопротивление. - Господин Генеральный Консул! – выдохнув, решился обратиться напрямую Саргон. – Прошу вас позволить мне принять участие в допросе. Консул окинул его долгим внимательным взгядом, а затем кивнул. - Только не убей! – произнес он. - У Западных ворот также остановлена подозрительная группа, - едва слышал Саргон, повернувшись спиной. – При попытке более тщательного осмотра, они попытались оказать сопротивление. Подозреваем, что это та самая диверсионная группа, которая... Дверь за Саргоном захлопнулась, и он последовал за одним из более молодых адъютантов. Лестницы вели все ниже и ниже, и даже когда пройдены были и минус первый, и минус второй и даже минус третий этажи, они продолжали уходить вниз каким-то бесконечным серпантином, увлекая за собой обоих мужчин. Наконец, адъютант остановился перед какой-то массивной дверью, которая открылась едва они оба перед ней остановились. Открывшийся взгляду Саргона узкий коридор резко констрастировал с тем, что находилось несколькими этажами выше. Ровные гладкие, лишенные любого декора стены и несколько узких дверей справа и слева. И по нескольку охранников перед каждой из них. - Вас интересует только она? – спросил адъютант. - Причины остальных мне ясны, - ответил Саргон. - Причины? – усмехнулся адъютант. – Наверное, вы правы, все можно объяснить причинами... Только не для всех они послужат оправданием. - Я все равно хочу знать, за что? – твердо кивнул Саргон. - Как пожелаете, офицер, - ответил юноша, а затем обратился к одному из охранников. – Нас интересует рабыня. - Конец коридора, - ответил тот равнодушно. – Справа. - Спасибо! – кивнул адъютант, и мужчины направились в самый конец помещения. Когда они остановились перед последней дверью справа, охранник распахнул её, и Саргон вошел в узкое, хорошо освещенное помещение. Металлический стол и два металлических стула напротив друг друга крепко крепились к полу. Как и насколько колец, через которые были продеты цепи, которые вились до надетых на руки и ноги подобий кандалов. - Добрый день, - допрашивающий рабыню офицер поднялся на ноги и поприветствовал адъютанта, а затем Саргона. - Добрый, - кивнул адъютант. – Господин Генеральный Консул хотел бы, что Глава Агентства «Хива» побеседовал с арестованной. - Конечно! – кивнул тот. – Наедине? - Это возможно? – спросил Саргон с просьбой в голосе. - Вообще-то нет, - ответил офицер. - Но я думаю, - тут же вмешался адъютант, - что по просьбе господина Генерального Консула мы могли бы сделать небольшое и крайне краткосрочное исключение. - Конечно! – кивнул офицер и шагнул к порогу. Когда дверь за ними обоими захлопнулась с гулким лязгом, Саргон опустился на стул и посмотрел на женщину. Ее растрепанные волосы прилипли к взмокшему от пота лицу. Сама она сидела сгорбившись и опустив голову, тщательно стараясь прятать глаза. Саргон окинул ее взглядом, пытаясь найти на ней хоть какие-то следы насилия и пыток, но кроме сильного нервного напряжения ничего другого видно было. - Меня зовут Саргон, - произнес он. – И я Глава Агентства «Хиви». Того самого, которое помогает плененным рабам Канцелярии, но также за последнее время выкупило нескольких рабов Консулата, которые пришли к нам и попросили защиты от своих хозяев. Я... я просто хочу понять, почему ты, рабыня, решилась на убийство. Я не причиню тебе вреда. Я просто хочу знать причину. Что-то, что могло бы помочь мне понять причины и хоть как-то осознать произошедшее. Рабыня молчала. - Я все равно получу свой ответ, - Саргон подался вперед и теперь его вид стал зловещим. – Женщина, спасшая мне жизнь, едва не погибла. Люди, которые находились рядом со мной, не погибли только по тому, что она оказалась невероятно смелой и безумно безрассудной. И я хочу понять, по какой причине все это произошло. Ради чего такая, как ты, могла решиться на убийство стольких ни в чем не повинных людей?! - Господа, господские подстилки и Канцелярские ублюдки, - вдруг со злостью произнесла она. – Вот и все, кто там был. И та сука тоже явно либо госпожа, либо лежит под господином, раз может себе позволить подбирать рабов на Ярмарке. А ты, со всем своим благородством, катился бы в Пламя. Канцелярских он спасает! А мы будто и не люди. Ну хотя да, - она вскинула голову и растрепанные волосы откинулись назад, приоткрывая лицо. – Для таких, как ты, мы не люди! Так что я ни о чем не жалею. Разве что о том, что та сука так и не дала мне закончить свое дело и получить обещанные консумины. Но я даже рада, что она не сдохла! Пусть теперь мучается, как и я... Саргон встал, сделал шаг к выходу, а затем, резко развернувшись, вдруг подскочил в рабыне, схватил ее за голову и резко ударил ею о столешницу. Женщина вскрикнула и попыталась поднести руки к лицу, но, скованные цепью, они не поднялись выше груди, и ей пришлось лишь откашливать кровь, выплюнув осколок переднего зуба. Разбитый, а может быть и сломанный нос начал распухать, а под глазами наметились окружности будущих кровоподтеков. - И даже теперь, - прошипел завывавшей рабыне Саргон, - даже теперь ты не мучаешься, как она... Провожаемый рыданиями и воем, Саргон вышел в дверь. Адъютант с интересом заглянул в камеру, едва слышно присвистнул и последовал на Саргоном. Обратный путь показался Главе Агентства короче, но когда они снова вернулись в кабинет Генерального Консула, он почувствовал себя смертельно уставшим. Джераб окинул брата взглядом, но не произнес ни слова. - Разговор был содержательным? – спросил Генеральный Консул, дослушав очередной оперативный доклад. - Не убить ее было крайне сложно, - ответил Саргон. - Я так и предполагал, - кивнул Консул и снова вернулся к докладам. - Я хочу уволиться, - прошептал Джерабу Саргон. - Не лучшее время, - так же тихо ответил Джераб. - Понимаю, - кивнул ему младший брат. – Но как только все это закончится, я подам рапорт. - А Агентство? – Джераб снова посмотрел на Саргона. - Агентство останется, - твердо ответил тот. – Теперь это уже дело принципа. Я не спущу им того, что они сделали с Лилит. Но служба в армии лишает меня права на многие действия, которые я бы предпринял, будучи гражданским. - Мы обсудим это позже, - кивнул Джераб. – Я поговорю с Апримом. Думаю, после всего случившегося, он позволит нам придумать выход из ситуации. - Спасибо, - Саргон едва заметно коснулся его руки. – Я... я просто не знаю, как бы я вынес все это без тебя. И я так благодарен тебе за Лилит, и... - Заткнись, - на едва заметной улыбке попросил Джераб, и Саргон замолчал так, словно они были непослушными школьниками, болтающими на задней парте, пока учитель объяснял важный материал. Судя по отчетам, обстановка в городе накалялась, люди начинали выходить на улицы, хотя вскоре уже должен был начаться комендантский час. Однако обнадеживал тот факт, что сторонников Генерального Консула и военных среди вышедших было большинство. Постепенно к ним начинали присоединяться свободные горожане, чей доход напрямую зависел от рабского труда и которых не устраивали высокие цены рабских домов. Объединения мелких рабских домов, понимая, что освободившаяся ниша не будет пустовать слишком долго, также пришли к выводу, что им лучше сохранить дружеские отношения с Агентством. Ключевые офицеры Консулата Внутренней Безопасности так же начали сдаваться, отдавая соответствующие приказы. Основной проблемой оставалась сдача трех Рабских Домов, штурма которых Генеральный Консул пытался всячески избежать. Он все еще оставлял себе право на надежду закончить начатое без масштабного кровопролития. - Господин Генеральный Консул, - обратился к нему Априм, - я прошу дозволения выехать в город. Мне нужно хотя бы появиться в Военном Консулате, а затем я хотел бы сам объехать основные посты и лично встретиться с теми, кто несет службу на улицах столицы. - Господин Генеральный Консул, - тут же заговорил Джераб. – Прошу разрешения присоединится к господину Военному Консулу. - Вы правы, - кивнул Консул. – Но я должен быть уверен, что вы не будете пренебрегать безопасностью и не полезете на рожон, ведь так?! – он перевел строгий взгляд с Априма на Джераба. – Я думаю, Глава Агентства так же может быть свободен. Вы поедите в больницу? - С вашего позволения, - ответил Саргон. - Благодарю за службу, офицеры, - ответил Генеральный Консул и трое военных, прижав кулак к сердцу, покинули его кабинет. - Нам лучше пока держаться вместе, - произнёс Априм, когда они вышли из здания. – Саргон, по дороге к больнице есть один большой пост. Это задержит тебя примерно на пол часа-час, но… - Я подожду, - кивнул Саргон, понимая справедливость замечания Априма. - Потом мы сразу же завезем тебя в больницу, - кивнул Военный Консул. - Да, конечно, - Саргон чувствовал себя невероятно благодарным брату и, как бы ему ни хотелось сейчас быстрее вернуться к Лилит, ещё меньше ему хотелось создавать проблемы для Джераба. - Господин Военный Консул, господин Военный Комендант , - один из офицеров охраны приблизился к ним и прижал кулак к сердцу. – В целях безопасности мы просим вас поехать в разных автомобилях, чтобы в случае нападения мы могли увезти вас разными путями. - Как скажете, - кивнул Априм. - Я поеду с братом, - поддержал его Джераб. Мужчины разошлись по автомобилям, и Саргон и Джераб захлопнули двери почти одновременно. - Знаешь, о чем я подумал? - тихо заговорил младший . – Я отказался от неё, чтобы защитить, и не защитил. И в итоге, я разбил ей и душу, и тело. - Что ж, - пожал плечами Джераб, – у тебя есть всего два варианта. - Каких? – Саргон повернулся к нему лицом, но Джераб продолжал напряжённо смотреть в окно. - Она либо простит тебя и примет обратно, либо прогонит. И в том и в другом случае, у тебя снова два варианта. - Не тяни, - попросил Саргон. - Если она тебя прогонит, - Джераб обернулся к брату, - ты либо смиришься, либо будешь за неё бороться. Только соперник у тебя будет хуже некуда… - Она сама, - выдохнул Саргон. - Именно! - Джераб протянул руку и похлопал брату по колену. – Мы можем быть насколько угодно сильными и могущественными, но женщина способна разрушить нас до основания. - Она тебя не разрушала! – поняв, о чем говорит брат, тут же возразил Саргон. – Она лишь пыталась… - он осекся. – Джераб, вам надо поговорить… - Мы только и делаем, что говорим, - усмехнулся тот, и тут же открыл дверь, хотя автомобиль ещё даже не остановился до конца. Саргон тут же последовал за братом, который уже через пол минуты стоял на платформе припаркованого перед толпой пикапа рядом с Апримом, который обращался к собравшимся. Следом за Военным Консулом к военным и гражданским обратился и Джераб. Саргон внимательно следил за реакцией слушавших. Он давно привык к тому, что слово брата было непреложной истинной для его солдат и офицеров, но сейчас он впервые осознавал, как много авторитета стояло за именем Военного Коменданта и как совершенно незнакомые люди попадали под влияние того, что тот говорил, и были готовы ему безоговорочно верить. Джераб закончил свою речь, и собравшиеся перед автомобилем военные и горожане начали выкрикивать слова поддержки, а затем скандировать: «Генеральный Консул, Военный Консул, Военный Комендант! Генеральный Консул, Военный Консул, Военный Комендант!». Саргон молча развернулся и протянул вперёд ладонь, разглядывая след от ожога – символ вечной памяти о совершенной им ошибке. Он чувствовал, что подвёл вторую доверившуюся ему женщину, но если прощение первой получить оказалось проще, чем, как он считал, он того заслуживал, то со второй… Саргон понимал, что никогда не простит себе того, что случилось с Лилит, но он не был готов сдаваться. Она будет его, и более никогда он не допустит того, чтобы она об этом пожалела. Когда Априм и Джераб, наконец, закончили свое выступление, Военный Консул предупредил братьев, что заедет на минуту домой, а затем они продолжили свой путь. Автомобильный кортеж подъехал к воротам виллы примерно через десять минут. Априм велел остановиться и вышел из машины. Приблизившись к автомобилю, в котором ехали Джераб и Саргон, он постучался в окно, стекло которого тут же опустилось. - Я войду один, - проговорил он своим спутникам. – Не хочу напугать жену таким количеством охраны. Вдруг подумает, что это из Консулата Внутренней Безопасности. Джераб едва открыл рот, чтобы что-то ответить, как Априм его тут же перебил: - Привет передавать не буду! - Не очень-то и хотелось, - вслед ему обиженно буркнул Джераб, но Априм, не оборачиваясь, показал ему неприличный жест. Путь от ворот до дома занял время, но Априму безумно хотелось быстрее увидеть Сабрину. Находясь на линии фронта он несколько раз представлял себе эту встречу и репетировал полные драматизма и нежности слова, порою сам над собой подтрунивая. Но сейчас, когда он едва заставлял себя не бежать ей навстречу, все они просто стёрлись из памяти и все, что хотелось Военному Консулу – это побыстрее и крепче обнять супругу. Игнорируя приветствие домашнего раба, хозяин дома практически взбежал по ступенькам на второй этаж и насколько можно быстрым шагом миновал коридор, но замер, едва рука коснулась ручки и бесшумном едва приоткрыла дверь. Доносившиеся из спальни звуки не оставляли никакого сомнения. Априм сделал шаг назад, увидев пару в небольшой проем приоткрытой двери, пошатнулся и понял, что последовавший за господином раб, подхватил его под локоть, чтобы он не упал. Он бросил последний, полный надежды взгляд на того, благодаря кому все ещё стоял на ногах, но то, как раб тут же виновато отвёл взгляд, полностью лишило его последней надежды. - Шлюха, - почти неслышно прошептал Априм. – Проведение… Пламя… Какая же шлюха… Ещё секунда, и Априм выпрямился и отнял руку. - Как только комендантский час будет отменен, вызови нашего семейного, врача, - медленно возвращаясь обратно к лестнице, приказал он. – Пусть увезёт её в лечебницу. - Лечебницу? – нагоняя его удивился раб. - Госпожа больна, - тяжело ступая на каждую ступеньку, проговорил Априм. – Её надо лечить, - он разговаривал с рабом, но словно пытался объяснить что-то самому себе. – Её. Надо. Лечить… Иначе этому нет объяснения. Дойдя до двери, Априм коснулся ручки и холодный металл будто отрезвил его. - Госпоже ни слова! – жёстко предупредил он. – Ни о моем приходе, ни о лечении. Проговоришься – контрабандой продам в Канцелярию. - Да, господин, - кивнул раб и замер. Априм вышел из дома, и такой же тяжёлой походкой вернулся обратно к кортежу. Сейчас он был благодарен тому, что он и Джераб с Саргоном оказались в разных автомобилях. Внедорожники снова тронулись в путь и Априм и Джераб, наконец, подвезли Саргона к больнице. Когда тот вошёл в палату, Лилит снова спала под воздействием лекарств. Ромина поднялась навстречу Второму брату и уступила ему место у постели. - Тебе надо поспать, - Саргон окинул её усталым взглядом. - Ты сам сколько на ногах? – усмехнулась она. - Я не жду ребёнка, - возразил Саргон. – Хэмми! - Да, - тихо ответила та. - Ехать через город домой опасно, - вздохнул Саргон. – Найди Арамину, попроси её выделить вам палату с двумя кроватями. Вы обе должны поспать. - А если тебе снова надо будет уехать? – возразила Ромина. - Я больше никуда не уеду, - ответил Саргон. – Я её не оставлю. - А если… - Ромина! – Саргон почти потерял терпение. – Прости… я… Я разбужу тебя, если мне надо будет уехать. Обещаю, Ромина. Пожалуйста, поспите… - Пойдём, - Хэмми осторожно взяла госпожу за руку и вывела из палаты. Через несколько минут она вернулась, чтобы сообщить, что Арамина покинула клинику и вместе с Ияри сейчас занимается делами Агентства. Саргон кивнул и снова взял ладонь Лилит в свои руки, вновь прижавшись к ней лбом. Он сидел в этой позе весь последующий день и последующую ночь. И так ещё несколько дней и несколько ночей. И несколько недель. Даты сменялись датами, а Саргон не отходил от Лилит буквально ни на шаг. В день выписки над городом закружились пушистые белые хлопья снега, но Лилит их не увидела, ощущая лишь пару мокрых следов на лице. Саргон привёз её в дом, стараясь окружить максимальной заботой, но чем больше он старался, тем более молчаливой и отстраненной становилась она. Потребовалось время, чтобы Лилит научилась передвигаться, почти не натыкаясь на предметы, и теперь, как только ей это удавалось, она пыталась скрыться от Саргона в каком-нибудь дальнем уголке дома. Наконец, спустя ещё несколько дней Лилит решилась на разговор. Спустившись в кабинет, она рассчитывала найти Саргона разбирающим документы Агентства, но неожиданно для себя оказалась тут совершено одна. Пройдя к столу, Лилит остановилась, и ее ладонь скользнула по столешнице, а затем опустилась вниз. Наощупь открыв второй ящик, девушка дёрнула его на себя и ее рука юркнула в самый дальний уголок. Странно, но металл оказался не таким холодным, как она предполагала. Ещё чуть дальше, и вот и коробка с патронами. Хотя в них сейчас не было надобности. После покушения Саргон всегда держал пистолет заряженным.