Чувак, ты в ж*пе

— Смотри на меня, малыш, слышишь? Какой я ещё? — Мой… самый красивый, мой… самый горячий. Мой… самый важный в жизни человек. Мой… единственный. Весь. Полностью. Мой.

1 сентября Директор Чон не любил первое сентября. Раньше, конечно, этот день — день его рождения — был самым лучшим днём в году. Ведь богатые родители любили его настолько сильно, что покупали абсолютно всё, что он только успевал пожелать к своему празднику. Со временем его фантазия начала иссякать, а безоговорочное потакание родителей наскучило. Не исключено, что его собственнические чувства имеют корни из детства, ясно одно: с тех пор, как он «получил» на свой день рождения три года назад своего заместителя Ким Тэхёна, (потому что тот именно первого сентября согласился встречаться с ним), он совершенно съехал с катушек. Теперь ему не нужно было ровным счётом ничего, лишь бы только его парень был рядом с ним. Директора Чона абсолютно искренне любили рядовые сотрудники за его справедливость, непредвзятость, щедрость, понимание и искреннюю благодарность за выполненную работу. Именно благодаря его положительным качествам они закрывали глаза на то, что он немного перегибал палку, когда дело касалось его заместителя. Многие понимали, что у каждого человека есть свои недостатки, а в остальном их директор был замечательным руководителем. Поэтому Чонгук даже не особо и сильно удивился, когда его личный помощник и секретарь Пак Чимин вошёл к нему в кабинет с чашкой кофе, поздравил с днём рождения и сказал: — Чонгук, начальники всех отделов посовещались и пришли к выводу, что тридцать лет — это серьёзная дата, и ты не сможешь проигнорировать её, как другие свои дни рождения. Поэтому они решили забронировать ресторан для корпоративного праздника, на котором будут все сотрудники, а также наши деловые партнёры. Всё-таки сотрудники тебя уважают и, наверное, даже любят, как своего директора, поэтому это их общее желание — организовать тебе такой праздник. — Ты пытался их отговорить? — вяло поинтересовался Чонгук. — Нет, — усмехнулся Чимин, — я тоже хочу на корпоративчик. — Предатель, — посмеялся Чон, слегка хлопнув его по плечу. Передав секретарю пустую чашку, Чонгук погрузился в работу. Рабочий день прошёл как обычно, за исключением того, что телефон директора Чона разрывался от поздравительных звонков партнёров и коллег. Закончив в пять вечера, Чонгук узнал от Чимина, что забронированный ресторан находится всего в пяти минутах ходьбы от их офисного здания, а значит, машину можно спокойно оставить на парковке и идти праздновать. Выключив компьютер, Чонгук по обыкновению направился в соседний кабинет к своему заместителю. Открыв дверь без стука, он обнаружил своего секретаря за рабочим столом замдиректора Кима, а самого Кима — полуголым на диване. Любой другой на месте Чимина уже бы богу душу отдал от страха, но секретарь Пак знал, что он — единственное исключение из правил, ведь именно он примерно три года назад совершенно случайно свёл своего друга ТэТэ (незадолго до этого взятого на работу начальником одного из отделов) с новым директором, предложив присоединиться к ним на обеде. И именно с ним Тэхён дружит уже почти пятнадцать лет. — Какого фига? — всё же поинтересовался Чонгук. — Я заляпал свою любимую рубашку, — проворчал Тэхён, показывая огромное пятно от кофе на одежде в его руках. — Принеси свою запасную. — Чимин? — намекнул Чонгук, а тот тут же подорвался и быстрым шагом направился в кабинет директора за рубашкой. — Не гоняй мою булочку, он только присел, — нахмурился Тэхён. — Весь день занимался приготовлениями к твоему дню рождения, между прочим. — Не хочу я никакого корпоратива, — Чонгук присел рядом с Тэхёном и уткнулся лбом в его тёплое плечо. — Хочу домой, в постельку. — Ну уж не выдумывай. Посидим пару часов и поедем домой, обещаю. Вернувшийся Чимин заходил, прикрывая глаза рукой, потому что, застав однажды своих руководителей во время минета на рабочем месте, пожалел о своём стопроцентном зрении и решил, что входить в их кабинеты, когда они вместе, будет только после звонка. И только убедившись в том, что на диване ничего не происходит, он убрал руку от лица и передал другу рубашку директора. — Давай быстрее, — поторопил он. — Ты же не хочешь, чтобы директор Чон опоздал на свой собственный праздник. — Ничего, подождут, — расплылся в улыбке Тэхён, когда почувствовал лёгкие поцелуи на своей шее. — Да ну вас, кролики! — махнул рукой Чимин. — Я буду снаружи. Посмеявшись ворчливости друга, Тэхён слегка оттолкнул липнущего к нему Чонгука и принялся спешно облачаться в чистую рубашку. Надев сверху галстук и пиджак, он потянул того на выход. Уже через пятнадцать минут они были в ресторане, целиком зарезервированном для их компании на сегодняшний вечер. Сотрудники рассредоточились по главному залу: кто у шведского стола с закусками, кто за столиками, а кто просто стоял и общался с коллегами с алкогольными (и не очень) напитками в руках. Увидев директора Чона, финансовый директор Мин подошёл к микрофону и выразительно зачитал длинную поздравительную речь от всего их дружного коллектива. Чонгук тоже подошёл к микрофону и поблагодарил всех своих сотрудников за то, что они решили устроить ему такой замечательный праздник. После речи директор Чон вернулся к сопровождающим его сегодня заместителю и секретарю, которые уже раздобыли бокалы с напитками и закуски. Периодически к ним с поздравлениями подходили деловые партнёры их компании и некоторые начальники отделов, решившие поздравить лично. Чонгук в редкие перерывы спокойствия гулял взглядом по залу, осматривая своих сотрудников. В какой-то момент он заметил Ли Минхо, который имел счастье (а может и несчастье) посетить кабинет директора всего неделю назад. Тот сидел за самым дальним столиком и старался вообще не поднимать глаз от своей тарелки с едой. Проследив за направлением взгляда Чона, Тэхён укоризненно толкнул его в плечо. — Я же говорил, перегибаешь. — Да ну, пройдёт. Зато он получил работу мечты, ведь я сократил ему испытательный срок и подписал приказ о зачислении его в штат. — И наверняка заикой оставил, — хмыкнул Тэхён, глядя на хитрую улыбку Чонгука. Но договорить им не дал очередной представитель делового партнёра их компании, подошедший с поздравлениями. Пак Богом светил своей белоснежной улыбкой и был само дружелюбие. — Поздравляю, господин Чон, — сказал он, поднимая бокал. — Желаю вам и дальше быть таким же прекрасным человеком и хорошим руководителем. Вы за три года смогли расширить компанию и увеличить базу клиентов. — Спасибо, — Чонгук еле выдавил улыбку, думая только о том, что Богом стоит слишком близко к Тэхёну. — Могу представить, какая огромная работа была проделана вами за это непродолжительное время, — льстил дальше Пак, не обращая внимания на то, что улыбка именинника даже близко не была похожа на искреннюю, а в глазах начинало разгораться уже знакомое всем сотрудникам пламя. — Хотя с таким замечательным заместителем это было наверняка намного проще. Говоря это, Богом встал чуть позади замдиректора Кима и неизвестно с какой целью, положил руки ему на плечи. Наблюдающие за ними сотрудники компании замерли, кто как был: кто-то не донёс еду или бокал до рта, кто-то остановился на полуслове, кто-то просто встал, забыв, куда шёл. Все смотрели на директора Чона, замдиректора Кима, Пак Богома и его руки на тех плечах, на которых они ну никак не должны были быть. Ли Минхо тяжело сглотнул. Замдиректора Ким, увидев пелену злости, застилающую глаза директора, чуть повернул голову, посмотрев на руку Богома на своём плече, перевёл взгляд на его довольное, ничего не подозревающее лицо и протянул: — Чуваак… Глазами он указал ему на своё плечо, и тот тут же убрал руки, удивлённый тем, что Ким перешёл на такую грубую фамильярность. Однако он промолчал, не желая портить отношения с руководящим составом, и, кивнув, отошёл к одному из столиков, где сидел до этого. Чонгук же сдерживался из последних сил только ради Тэхёна. Тот смотрел ему прямо в глаза, беря за руку и отводя за выделенный им столик. Когда стало ясно, что ничего особенного не происходит, все вернулись к своим делам, продолжая праздновать. Вся еда и напитки были оплачены, поэтому настроение было замечательное. Примерно через полчаса Пак Богом извинился перед соседями за своим столиком и отошёл в туалет. Сделав свои дела, он вышел из кабинки и удивлённо поднял брови, увидев замдиректора Кима, сидящего на мраморной столешнице возле одной из раковин, положив ногу на ногу. — Странное вы выбрали место для отдыха, господин Ким, — он лениво ополаскивал руки в соседней раковине. Тот ничего ему не ответил, а лишь ухмыльнулся уголком губ, продолжая сидеть, как прекрасное изваяние. Пожав плечами, Богом развернулся к выходу, но замер, увидев у двери директора Чона, который, глядя ему в глаза, демонстративно щёлкнул замком, отрезая их троих от остального зала. С другой стороны двери Пак Чимин уже вешал табличку «Не работает». Покачав головой, он подошёл к администратору ресторана, который после короткого разговора с ним обратился к диджею, а закрытые в туалете мужчины услышали объявление: — А сейчас — танцы. И в основном зале включили довольно громкую танцевальную музыку, превращая день рождения директора в настоящую вечеринку, лишая возможности одного грустного Пак Богома докричаться до кого-нибудь с просьбой о помощи. — Вы закрыли дверь, господин Чон? — непонимающе взглянул на него Богом. — Я закрыл дверь, господин Пак, — подтвердил очевидное тот. — Я вас не понимаю, — Пак переводил растерянный взгляд с Кима на Чона и обратно, пока директор не привлёк его внимание. — Наверное, мы прекратим сотрудничество с вашей компанией с завтрашнего дня… — задумчиво протянул он, стоя у закрытой двери. — Я понял, вы пьяны. Господин Чон, я понимаю, на всех алкоголь действует по-разному. Выпустите меня, и я никому не расскажу об этом глупом инциденте. — Я не договорил, — нахмурился директор, — я абсолютно трезв, я не пью спиртное, в моём бокале был безалкогольный коктейль. Так вот, мы прекращаем с вами сотрудничество на основании пункта «6.4. непреодолимые обстоятельства». — Какие ещё непреодолимые обстоятельства? — разозлился не на шутку Богом, ведь компания Чона — один из их крупнейших заказчиков. — Я не смогу преодолеть свою неприязнь к вам лично. Чонгук залез рукой во внутренний карман пиджака и достал складной автоматический нож. Глаза Богома округлились, а тот с невозмутимым выражением лица нажал на кнопку. Лезвие со щелчком выскочило, бликуя в свете ярких ламп. Пак вздрогнул и попятился назад от надвигающегося на него с сумасшедшей улыбкой Чонгука, но тут же упёрся спиной в раковины. — Да что я сделал?! — непонимающе крикнул Богом. — Кто, по-вашему, сидит позади вас? — прошипел Чон. — Господин Ким Тэхён, — всё также озадаченно произнёс Пак. — Это неприкосновенный господин Ким Тэхён, — поправил его Чонгук, — мой заместитель, а вы позволили себе его лапать, что я никому не спускаю с рук. Воспользовавшись тем, что директор Чон всего лишь на секунду отвлёкся на своего заместителя, Богом сорвался с места, в три шага добежал до двери, открыл замок и с криком «Псих!», выбежал из туалета. Но как только он оказался снаружи, тут же врезался в личного помощника директора Чона, который оскалился, глядя на него, и клацнул зубами. Подняв руки в сдающемся жесте, Богом быстрым шагом покинул ресторан, а Чимин с довольным видом прислонился к стене рядом с дверью в «неработающий» туалет, попивая вино. — Отец ругаться не будет? — Тэхён потянул Чона за галстук ближе к себе. — Это крупный поставщик. — Во-первых, — начал Чон, отложив нож на край столешницы, — отец три года назад сам решил рискнуть, передав мне компанию, поэтому он ещё ни разу не пытался меня контролировать. А во-вторых, он был бы даже рад. Ты же сам прекрасно знаешь, что эти монополисты уже третий раз за два года цены повышают. Но когда они узнают, что причина разрыва контракта — Пак, они не только пойдут нам на уступки, но ещё и его однозначно уволят. — Вот вообще нисколько не жалко, — хмыкнул Тэхён, расслабляя свой галстук, нервно снимая и отбрасывая его на край раковины. — До сих пор ощущаю его противные пальцы на себе. — А вот это не дело! — прорычал Чонгук, расстёгивая пуговицы на его рубашке. Спустив её вместе с пиджаком до локтей Тэхёна, он принялся ставить вереницу засосов на его плечах, заменяя неприятные ощущения любимыми метками, а тот отклонял голову так, чтобы было удобнее подобраться к нужным местам. — Вот теперь хорошо, — улыбнулся Тэхён, спрыгивая с высокой столешницы. — Теперь всё как надо. Расстегнув свою рубашку до конца, он отбросил её вместе с пиджаком на раковину. Стоя лицом к зеркалу, он смотрел через отражение на Чонгука и медленно расстёгивал свои брюки. — Жарковато здесь, да, хён? — хмыкнул тот, расстёгивая свою рубашку. — Я просто подумал, раз уж мы здесь, то… — Тэхён спустил брюки до колен и наклонился над раковиной, открывая вид на фиолетовый кристаллик на конце пробки, — с годовщиной, господин директор. — Всегда мечтал сделать это в туалете, — наклонившись, Чонгук поцеловал Тэхёна между лопатками, продолжая освобождать от одежды стратегически важные места. — Особенно в день рождения. И твой подарок, как всегда, самый лучший. — Ещё бы, — расплылся в улыбке тот и в предвкушении прикрыл глаза. — Я же твой самый любимый заместитель. — Ты… мой, — Чон вытащил пробку и сразу же заменил её пальцами, удостоверяясь, что смазки внутри достаточно, а стенки растянуты, — мой самый любимый заместитель, — член заменил пальцы, а руки схватились за бока громко выдохнувшего Тэхёна. — Мой самый лучший подарок, — не встречая особого сопротивления, толчки почти сразу стали быстрее и глубже, — мой… самый громкий. Умудрившись посмеяться между довольными стонами, Тэхён поднял голову к зеркалу и прилип взглядом к открывшейся ему прекрасной картине. Закатив глаза от одной мысли, что по щелчку пальцев может управлять такой «махиной», он оторвал Чона за волосы от своих лопаток и заставил его смотреть на себя в отражении. Дикие огни, пляшущие в глубине его глаз, распаляли желание Чонгука ещё сильнее. Тэхён расплылся в ленивой улыбке и выпрямился, чтобы дать ему возможность гулять по своему телу тёплыми и мягкими ладонями. Не то, что костлявые пальцы Богома. Чон прижался грудью к его спине и несильно обхватил пальцами горло, а второй рукой по очереди ласкал его соски, продолжая толкаться в такое податливое любимое тело, наслаждаясь несдержанными всхлипами и шипением. Тэхён обхватил пальцы Чонгука на своём горле и сплёл их со своими, убирая, а тот тут же схватился за его талию обеими руками. Повернув голову, он взял в плен его губы своим любимым кусачим поцелуем, и Чонгук нисколько не возмущался металлическому привкусу собственной крови, а лишь сжимал его сильнее в своих руках. Оторвавшись, Тэхён вновь посмотрел на него через зеркало. — Смотри на меня, малыш, слышишь? Какой я ещё? — он получал удовольствие от такого затуманенного возбуждением взгляда, который Чонгук изо всех сил пытался сфокусировать. — Мой… самый красивый, — ответил тот, глядя в пожирающие его глаза, продолжая усиленно долбить одну и ту же выученную им давно точку внутри парня, — мой… самый горячий. Мой… самый важный в жизни человек. Мой… единственный. Весь. Полностью. Мой. — Дааа… — восхищённо простонал Тэхён, то ли удовлетворённый ответом, то ли удовлетворённый Чонгуком, и, уронив голову на сложенные перед собой руки, протяжно выдохнул. Почувствовав дрожь Тэхёна, Чонгук схватился за его бёдра и, не давая ему упасть на обессиленных ногах, довольно улыбнулся, глядя на отражение в зеркале. Сцеловывая солёную испарину с его спины, он ещё немного ускорился и через минуту, крепко зажмурившись, прикусил кожу чуть ниже шеи, стараясь не делать слишком больно, получая такую нужную ему сейчас, отвлекающую от ревнивых мыслей, разрядку. Постояв немного в таком положении, Чонгук всё же выпрямился и, нехотя выпуская из кольца своих рук Тэхёна, взял несколько салфеток, приводя себя и своего заместителя в порядок. Через некоторое время Тэхён, умываясь и поправляя причёску, заметил нож на краю столешницы. — А зачем тебе нож, кстати? — спросил он то, что давно уже собирался. — А, это… — Чонгук хитро улыбнулся и достал из кармана пиджака яблоко, — забыл съесть в кабинете, решил взять с собой. Правильное питание и всё такое. Отрезав ножом кусочек яблока, он отправил его в рот и подмигнул Киму, а тот покачал головой и, тихо посмеиваясь, чмокнул его в скулу. — Ты — маньяк. — Сексуальный? — Очень. Выйдя из туалета в прекрасном настроении, они кивнули секретарю Паку и сообщили ему, что отправятся домой, а тот, заглянув после них в туалет, нахмурился. Пройдя до офисной парковки неспешным шагом, директор и его заместитель остановились возле машины и поцеловались. Лёгкий поцелуй очень быстро перешёл в чувственный, а тот — в страстный, но спустя десять-пятнадцать минут они услышали шаги бегущего в их сторону человека и отстранились друг от друга. — Чимин? — удивился Тэхён, глядя на запыхавшегося злого друга. — Ёптвоюмать, как же я ненавижу бегать, — пытаясь отдышаться, тот встал, упираясь руками в колени. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Чон. — Ааа, фигня, — махнул рукой Пак и передал Чонгуку флешку. — С днём рождения, директор Чон! — Это что? — не поняли парни. — В туалете ресторана — камера, — пояснил Чимин. — Я сходил с администратором в комнату охраны, скопировал запись на флешку и удалил оригинал. Так что мой подарок — ваше семейное порно. — Я считаю, праздник удался, да, хён? — довольно высказался директор Чон, садясь в машину и подмигивая Тэхёну. — А ещё говорил, не любишь свой день рождения, — хмыкнул заместитель, садясь следом, помахал на прощание Чимину. — Ох и похотливые мне достались начальнички, — расплылся тот в умилительной улыбке и вернулся обратно в ресторан, потому что халявный алкоголь сам себя не выпьет, а Пак Чимину полагается, у него работа нервная. --- ---