Тактика баскетболиста/Тактика парня с мячом

— Поэтому тебе тоже стоит пойти отдохнуть. Скоро тебе снова придется тренироваться, так что можешь обо мне не беспокоиться. — Снова. — Хм? — Это единственная причина? Если у тебя есть другая причина остаться здесь, скажи мне. Перестань давать мне оправдания, которые я могу легко отклонить. — …… — Неужели нет более важной причины? То ли ему было искренне любопытно, то ли он просто ожидал этого, но легкая улыбка играла на лице Квона Чон У, когда он наклонил голову и спросил это. Его улыбка сделала его слова об отклонении моих доводов более вдумчивыми, чем они являлись на самом деле. — Э-э, ну… так… — Раньше со мной все было в порядке. Пока я торопливо искал другую причину, Квон Чон У прервал меня своим ровным голосом. Он огляделся. Несмотря на то, что спортивный день был в самом разгаре, люди издалека были сосредоточены на нас. — Почему мне так не нравится видеть тебя здесь? Сказал резко Квон Чон У, обведя взглядом толпу, словно он мог встретиться взглядом с каждым, находившимся здесь, человеком. Озадаченное выражение лица, которое у него было ранее после моего прыжка, исчезло, сменившись изучающими глазами, один из которых был прищурен. Его лицо снова казалось напряженным. — …Тебе ведь здесь тоже не нравится? — Не нравится. — Так, поехали. Квон Чон У снова подбадривал меня. В этот момент я почти рефлекторно кивнул головой. Я не знал точной причины, но если Квону Чон У это не нравилось, я не хотел настаивать на том, чтобы остаться. Прямо сейчас я был настолько не в себе из-за него, что был бы готов еще раз выйти на поле и выступить, если бы он попросил. Любое чувство скромности, которое у меня оставалось, просто испарилось. Квон Чон У, казалось, был немного удивлен тем, что я так легко согласился, но вскоре встал. — Ты сможешь дойти до парковки сам? Если нет, я могу тебя донести. — Все не так уж и плохо. На самом деле я в лучшей форме, чем ты думаешь... Я, наверное, смог бы даже сам понести тебя! — Ты правда сможешь меня понести? То, как он посмотрел на меня, говорило о том, что если я скажу «да», он действительно попросит меня сделать это. Поэтому я быстро покачал головой, и Квон Чон У громко рассмеялся, сказав, что это была просто шутка. В отличие от моих осторожных шагов при выходе из зоны поддержки, Квон Чон У шел легко. Когда мы уходили, к нам было обращено еще больше глаз, но его это, казалось, не волновало, он полностью сосредоточился на мне. Следуя за его широкой спиной, я оглянулся туда, где мы только что сидели. Я почувствовал укол сожаления, оставляя там теннисный мяч, которым несколько минут назад игрался Квон Чон У. Мне казалось, что он все еще может нести его запах. Квон Чон У провел меня по короткому пути к парковке — узкой тропинке среди зеленой травы и цветов. Я пытался не отставать и идти четко за ним, но Квон Чон У продолжал подстраивать свой темп под меня, так что в итоге мы довольно долго шли бок о бок. — Может быть, мне уже стоит превратить это в хобби — повсюду следовать за тобой. Несмотря на внезапность заявления, его голос был четким и разборчивым. — Почему? — Потому что я не могу просить тебя следовать за мной повсюду. — …… — Ты хорошо выглядишь без кепки. После этого Квон Чон У снова замолчал. Тропинка была такой узкой, что его рука все время задевала тыльную сторону моей. Я подумывал свести руки перед собой, но мне нравились эти случайные прикосновения, поэтому я не двигался. Мое сердце не успокаивалось, я думал, что Квон Чон У в любой момент может схватить меня за руку. — Хан Дживон!! Дживон-а!!! — ……!! Вздрогнув от крика, я обернулся. Хотя я ничего не сделал, я внезапно почувствовал, что меня поймали за чем-то секретным, и я инстинктивно отступил от Квона Чон У. Я увидел издалека бежавшего к нам старосту класса. — Дживон-а, ух, я услышал, что ты внезапно ушел, поэтому я бросился за тобой, ух, я так запыхался. Староста класса наклонился, положив руки на колени, переводя дыхание. Через мгновение он снова выпрямился и тепло улыбнулся Квону Чон У. — Привет. Я учусь на том же факультете, что и Дживон. Я смотрел соревнования по баскетболу и я твой большой поклонник, Чон У! Это такая гордость учиться в том же университете, что и ты! — Да. Вы двое можете поговорить. Хотя его признание было немного взволнованным, Квон Чон У казался равнодушным. Его взгляд оставался сосредоточенным на мне, как будто он наблюдал за моей реакцией. Возможно, чувствуя себя неловко, староста класса смущенно рассмеялся и пробормотал: «Я действительно твой поклонник...», а затем быстро перешел к делу, словно желая избежать дальнейшего дискомфорта. — Эй, Дживон. Профессор может прийти позже, так что почему бы тебе не остаться еще немного? У тебя что-то срочное? — Это не то чтобы срочно, но, кажется, я растянул лодыжку, когда бегал ранее, поэтому я подумал, что мне нужно отдохнуть… — А? Но у тебя больше нет никаких мероприятий, в которых ты мог бы участвовать. Ты можешь просто отдохнуть в секции поддержки, верно? — Это правда, но… сидение неудобное, поэтому оно давит на лодыжку. И без палатки жарко. — А, понятно. Я скажу представителям первого года, чтобы они принесли тебе воды. Я позабочусь, чтобы она была холодной, так что пей ее всю. Или ты можешь сесть с нами в секции для третьего года. Мы сидим в тени деревьев. — Ах… — Подумай об этом. Будет немного неловко, если профессор придет, а тебя не будет. — Профессор ищет меня? — Нет, не конкретно тебя, но было бы хорошо, если бы ты был здесь. Ты понимаешь, о чем я, да? — …Да. Это было несложно понять, поэтому я согласился не задумываясь. Поскольку идея моего выступления изначально исходила от профессора, мне казалось, что я должен был хотя бы поприветствовать его. Хотя это было не то, чего я хотел сделать... Как раз в тот момент, когда я собирался объяснить, что моя лодыжка действительно слишком болит, чтобы возвращаться, внезапно раздался голос Квона Чон У. — Это он староста класса? Квон Чон У спросил, глядя только на меня, но достаточно громко, чтобы староста класса тоже услышал. Казалось, его совсем не волновало такое грубое упоминание старосты класса как «он». — Да, это староста нашего факультета. — Ого, Дживон рассказывал обо мне? Староста класса спросил бодро, как будто он не мог себе даже представить, что это могло быть что-то негативное. Но Квон Чон У не ответил, и я только неловко улыбнулся, вспомнив, что я рассказывал о нем Квону Чон У. Это воспоминание также напомнило мне про обещание, которое я дал старосте класса. — Тогда я просто немного отдохну и скоро вернусь. И… ты ведь не забыл, что обещал, да? — Обещал? Что обещал? — Что мне не придется ехать на МТ, если я сегодня сделаю акробатический прыжок. Ты обещал по телефону. — А, это? Конечно, я помню! Ты думаешь, я тупой? Староста класса рассмеялся, как будто я оскорбил его интеллект, и пару раз крепко похлопал меня по плечу. То, как он меня ударил, было немного весомее, как будто он пытался утвердить свое превосходство. — Дживон, но ты не думаешь, что это слишком — называть это обещанием? Это было больше похоже на одностороннюю просьбу, не так ли? Ты поставил меня в трудное положение перед помощником инструктора. — Я не думаю, что это было односторонне… — Ну, да, это не совсем односторонне, раз я попросил тебя поучаствовать в спортивном мероприятии. Но факт остается фактом, ты просишь об особом отношении, не так ли? Многие студенты начали участвовать в мероприятиях нашего факультета из-за тебя, так что тебе действительно нужно пропускать МТ? — Еще до того, как я записался... — Да, да, съемка для обложки журнала, я помню. И я поблагодарил тебя за это, не так ли? Но, честно говоря, ты знаменитость, так что вполне естественно, что люди хотели тебя видеть. Я не собирался поднимать эту тему, но ты должен ценить то, что я слежу, чтобы тебя не перегружали запросами. Ни один другой старший не будет заботиться о тебе так, как я. Мне есть что сказать, но я сдерживаюсь. В любом случае, я посмотрю, что смогу сделать, но не ожидай слишком многого. — …… — И тебе тоже придется прыгать на МТ. Староста класса отряхнул мою рубашку, как будто к ней что-то прилипло, а затем тепло улыбнулся, словно делал мне одолжение. Желтый цвет рубашки факультета, такой же, как у меня, внезапно показался мне удушающим. Получается, он никогда не собирался сдерживать обещание. Я, должно быть, показался ему очень наивным. Мои пальцы дрожали от злости и обиды. Но больше всего ранило то, что Квон Чон У видел, как со мной обращались. Хотя у меня изначально не было особой гордости, унижение перед тем, кто мне нравился, ощущалось еще более унизительным. Но у меня не хватило смелости противостоять ему. Я был слишком труслив, чтобы согласиться или не согласиться, я просто стоял, протягивая неопределенный слог и опуская взгляд. Тихий голос нарушил тишину. — Ты сказал, что ты фанат. Квон Чон У подошел ближе к старосте класса. Староста класса, который был примерно одного роста со мной, удивленно поднял голову на Квона Чон У. Но Квон Чон У не перестал двигаться вперед, даже когда староста в замешательстве отступил. Он остановился только тогда, когда они были так близко, что их пальцы ног почти соприкоснулись. — Но зачем ты меня провоцируешь? Я собирался молчать, но теперь не могу. Хотя его голос звучал игриво, его взгляд был достаточно острым, чтобы пронзить старосту класса. — Если ты мой поклонник, то должен знать, что у меня репутация человека, которого может разозлить все, что угодно. И без того невыразительные черты лица старосты класса на фоне этих слов показались еще более размытыми. — О чем ты говоришь…. — Я говорю, что собираюсь вмешаться в дела Хан Дживона. Хотя мы и находились в тихом уголке кампуса, если бы началась суматоха, люди бы быстро собрались вокруг. Но Квону Чон У, казалось, было все равно. Он расправил плечи, словно собирался что-то сделать со старостой класса, презрительно глядя на него. — Не пытайся заработать себе репутацию за счет других. Хан Дживон сегодня не уйдет, и он ни за что не откажется от МТ, чтобы просто сохранить лицо перед тобой.* *это все, как я понимаю, говорит староста — Ох... ха-ха. Эй! Дживон, мне кажется, из-за тебя меня не правильно поняли. Я не плохой парень, который издевается над людьми! Проясни это для меня! Меня здесь неправильно понимают.* *и это тоже. (у меня проблемы иногда с пониманием, кто какие фразы произносит в корейских новеллах, уточняю для таких же, как я:D) — Ты сейчас разговариваешь со мной.* *а это уже Квон Чон У говорит. (вступился, какой хороший^^) Квон Чон У заблокировал старосту класса, который пытался приблизиться ко мне. Натянутая улыбка исчезла с лица старосты класса. — Я не знаю, почему ты так себя ведешь, но это дело нашего факультета, так что не мог бы ты отступить? И я думаю, ты ошибаешься, потому что мы оба студенты третьего курса, но на самом деле я на два года старше тебя, так как вернулся из армии. Так что, Квон Чон У, поскольку ты спортсмен, я предполагаю, что ты не знал, но, пожалуйста, будь осторожнее со своими словами. Ты говоришь со мной слишком неформально. — Мне плевать, сколько тебе лет, и не делай из своего возраста что-то грандиозное только потому, что иначе ты не можешь контролировать Хан Дживона так, как тебе хочется. А то тогда... Квон Чон У небрежно перебил его, понизив голос до уровня, на котором даже я не мог слышать остальное. Мягкий ритм его слов создавал впечатление, будто он шепчет что-то сладкое. Может быть, поэтому на мгновение я почувствовал острый укол ревности к старосте класса. Мне захотелось немедленно оттащить от него Квона Чон У. А через несколько мгновений, увидев, как лицо старосты класса исказилось от неприязни, я ощутил облегчение, смешанное с глубокой ненавистью к себе. — Ты… угрожаешь мне? Дрожащий голос старосты класса звучал скорее как страх, чем как вызов. Квон Чон У слегка рассмеялся на этот вопрос. Внезапная невинность в выражении его лица была почти провокационной. Выпустив долгий вздох, Квон Чон У смахнул улыбку, глядя на старосту класса, как на какого-то сумасшедшего. Его следующие слова были произнесены с наставническим тоном. — Моя работа — драться на площадке. Приглашать кого-то поиграть со мной в баскетбол — как это может быть угрозой? Ты что, никогда не играл в баскетбол в армии? — …Хан Дживон больше не на спортивном факультете; теперь он студент-фотограф. Он сказал, что с ним все в порядке, так зачем ты вмешиваешься? — Почему ты так думаешь? Внезапно Квон Чон У приблизился ко мне, обняв меня за плечо. Тепло его тела и запах мгновенно окутали меня, мое сердце сжалось, до размера теннисного мяча. — Потому что я его фанат. — …… — Мне нужно носить табличку на лбу? Я думал, ты уже все понял. Квон Чон У спросил с ухмылкой, его лицо было слишком близко для обычного разговора. Даже в своей баскетбольной форме он приятно пах. Мне пришлось сдержать желание схватить руку, находившуюся около моей груди, и вдыхать его запах, пока мой мозг не пропитается им. — Эй, Дживон, скажи что-нибудь, ладно? Ты так и будешь стоять и смотреть? Я твой старший. Лицо старосты покраснело, как будто он все еще хотел обвинить меня. Было очевидно, что он настаивал на извинениях. Но я не хотел портить момент, который создал Квон Чон У, выступающий и в роли моего защитника. — Я просто... Я просто надеюсь, что ты понял, что сказал Чон У. — Знаешь, если ты будешь вести себя так в армии, у тебя будут большие проблемы. Я это оставлю, потому что это я. В армии общественная популярность ничего не значит. Я говорю это для твоего же блага, так что прими это близко к сердцу. — Я не пойду в армию. Я даже не знаю, почему я это говорю. — Я выиграл золотую медаль на Олимпиаде, так что я освобожден. — Ух ты! — коротко воскликнул Квон Чон У, поздравительно похлопав меня по плечу. Настоящий ущерб был нанесен не старосте класса, а мне. — В любом случае… Мне жаль, что я не смог остаться сегодня. Береги себя. Староста класса, чье лицо покраснело от стыда, неохотно кивнул, словно пытаясь найти утешение в моих последних извинениях. — А, тебя освободили? Ну, для южнокорейца служить в армии не так уж и плохо, но… В любом случае, раз ты извинился, я отпущу это. Я не знал, что ты настолько нездоров, что тебе нужен перерыв. Я объясню это профессору. Береги себя… Староста класса еще несколько раз прочистил горло, нервно поглядывая на Квона Чон У, а затем развернулся и убежал гораздо быстрее, чем когда он догонял нас. Пока я смотрел, как он исчезает, Квон Чон У внезапно извинился. — Извини, что вмешиваюсь. И за это тоже. Он убрал руку с моего плеча и добавил еще одно извинение. Извини. Первую часть я смог понять, но не было нужды извиняться за то, что он обнял меня за плечо. Приобнимание за плечо между парнями не было чем-то особенным, даже сегодня я сделал то же самое с тем парнем в спортзале, неважно, звали ли его Вонсук или Усук. Но поскольку это был Квон Чон У, и поскольку это казалось особенным только мне, его извинения оставили меня в недоумении. — Попробуй успокоить его. Ты бежал довольно быстро. — Что успокоить — Твое сердце. — …… — При таком раскладе оно просто взорвется. Его игривая улыбка стала еще более озорной, чем когда-либо. На мгновение мой мозг застыл, как будто меня ударила молния. Словно я сдердживал себя, изо всех сил пытаясь понять, что он имеет в виду, только чтобы запоздало убедить себя, что Квон Чон У просто шутил. Даже если он заметил мое странное сердцебиение, мне нужно было подчеркнуть, что это было всего лишь результатом напряжения от столкновения со старостой. Поэтому, спеша догнать его, который снова начал идти, я что-то лепетал рядом с ним. — О, я понял. Ты, должно быть, удивился, потому что мое сердце билось так быстро. Я от природы легковозбудимый человек. А! Не такой «возбудимый», понимаешь? Я говорю об обычном виде, о том, который испытывают все… Мне хотелось зашить себе губы прямо здесь и сейчас. Не в силах закончить предложение, я неловко закашлялся, замолкая, и Квон Чон У хихикнул. — Так это было не такое волнение? Тогда это очень плохо. — …Что? — Я просто шучу. Потерпи еще немного. Мы почти на месте. Видя, как он так ярко улыбается в солнечных лучах, было трудно поверить, что он только что смотрел на старосту класса с таким холодным выражением. Не осознавая этого, я опустил голову, не желая, чтобы он увидел улыбку, которая расползалась по моему лицу. — Я думал, ты из тех, кто обнимает кого попало. Поэтому я не видел выражения лица Квона Чон У, когда он пробормотал это, как будто сам себе. Машина Квона Чон У была большим внедорожником, даже среди внедорожников. Ее изящный, но спортивный дизайн идеально ему подходил. Так как я впервые садился в его машину, я на мгновение заколебался. Он уже помог мне более чем достаточно, просто предложив отвезти меня домой… Поэтому я колебался перед пассажирским сиденьем лишь мгновение. — О, конечно. Когда он направился к водительскому сиденью, он внезапно повернулся, как будто что-то было не так. Он быстро подошел ко мне, встал рядом со мной и открыл мне дверь. — Нашему звездному спортсмену не следует держать в руках ничего тяжелого. — О, нет, я не поэтому... — Извини. Машина слишком высокая, да? Мне следовало просверлить для тебя дырку в шине. Или мне встать подставить тебе колено, чтобы ты мог с помощью него забраться внутрь? — Нет! Я могу спокойно залезть; там не так уж и высоко! Я поспешно залез и закрыл за собой дверь сам, гордясь тем, что сделал это. Причина, по которой я рассмеялся, была в том, что Квон Чон У, стоявший снаружи, тоже смеялся. Но затем он сказал что-то, что снова заставило меня почувствовать себя неловко. — Если бы здесь был Бён Сынджин, он бы приготовил на пассажирском сиденье теплое рагу, чтобы тебе было уютно. Извини, что я такой плохой фанат. В жаркую погоду он включил кондиционер, бесстыдно сказав это. Казалось, ему было весело дразнить меня, его глаза были полны ласкового озорства. Он всего лишь спросил, не слишком ли сильно дул кондиционер, но я хотел неправильно истолковать смысл его слов. Салон автомобиля Квона Чон У был просторным, и не было даже малейшего намека на этот типичный запах резины. Я всегда это знал, но теперь только сильнее убедился, что он очень аккуратный. После того, как я увидел спортсменов в не совсем чистой обстановке, Квон Чон У показался мне на удивление аккуратным. Может быть, это потому, что мое сердце уже было одержимо им, но все в Квоне Чон У казалось мне идеальным. — Ты был хорош. Когда машина плавно выехала из ворот университета, Квон Чон У заговорил. Я не был уверен, говорит ли он обо мне, поэтому просто молча посмотрел на него. Не отрывая взгляда от дороги, он добавил: — Твое выступление. — А, ну, ты все-таки был представителем нации. — Ты же знаешь, что ты хорошо справился? — Да, ну… Я думаю, что у меня все хорошо получилось, хотя и не так хорошо, как когда я еще не ушел из спорта. Внезапно Квон Чон У расхохотался. Его внезапный смех озадачил меня. Он взглянул на меня своими красиво изогнутыми в улыбке глазами, прежде чем снова обратить свой взор на дорогу. Даже после того, как он перестал смеяться, его нижние веки оставались пухлыми, как будто он и не переставал улыбаться. — Мне просто смешно от того, что ты обычно ведешь себя так робко, но при этом так уверен в своих навыках. Иногда у меня возникало похожее чувство, когда ты говорил о фотографиях. — Я не хотел показаться высокомерным, но извини, если тебе так показалось. — Я имел в виду это в хорошем смысле. Не извиняйся. Мне было очень приятно слышать эти добрые слова. Квон Чон У, который всегда такой энергичный и сильный на поле, вероятно, не представляет, как сильно сводит меня с ума, когда он говорит со мной нежно. — Спасибо за помощь ранее. Меня снова чуть не заставил староста... это все благодаря тебе. — Тебе просто нужно присоединиться к баскетбольной команде, Дживон. ­— Я позабочусь о тебе. Он сказал это, не отрывая взгляда от дороги, и его профиль казался мне настолько искренним, что я не мог не рассмеяться. — Как я смогу играть в баскетбол? Мне, наверное, придется переродиться, чтобы попасть в школьную баскетбольную команду. — Почему бы и нет? Ты можешь обогнать всех игроков всего за пять прыжков. — Я даже в кольцо попадать не умею. — Это неважно. Я подам за тебя. Когда из-за его наглых слов я смеялся так сильно, что мои плечи тряслись, Квон Чон У смеялся вместе со мной. Это было похоже на сон, сидеть в этом маленьком пространстве его машины, неторопливо смеясь с ним. Дорога сегодня была особенно свободна, поэтому мы доехали быстро. Когда мы приблизились к дому, я начал беспокоиться. Мне совершенно не хотелось, чтобы время заканчивалось. Я хотел запомнить, как выглядел Квон Чон У во время вождения. Каждый раз, когда его нога перемещалась между тормозом и газом, она привлекала мое внимание. А точнее, мое внимание привлекало его колено, которое было видно под шортами его формы. Хотя оно было прикрыто черной штаниной, возможно, из-за моих странных мыслей, я почти мог видеть мышцы, соединяющие его колено с бедром. Поэтому я долго смотрел на его ноги, не понимая, что Квон Чон У заметил это. — Чего ты так пялишься? Мое бедро что-то не так сделало? — А? Нет, не в этом дело. Просто, раз ты баскетболист, то ноги у тебя определенно длинные и крепкие. В своем взволнованном состоянии я чуть не сказал, что хочу потрогать их. Несмотря на мое признание, замаскированное под комплимент, Квон Чон У продолжал ехать особо не реагируя. Смущенный тем, что снова посмотрел на его ноги, я в конце концов отвернулся на пейзаж снаружи, как будто все это время и собирался так сделать. Тишина в машине, в которой не играла музыка, длилась еще некоторое время. Это случилось, когда машина остановилась на красный свет. Квон Чон У внезапно включил ручной тормоз. — Я уже говорил об этом, но, похоже, у тебя недостаточно мышечной массы для гимнаста. Я посмотрел на него, услышав низкий тон его голоса. Его взгляд был прикован к верхней части моего тела. — Ты на самом деле не производишь впечатления спортсмена… Замолчав, Квон Чон У пристально посмотрел на меня. Его раздражала желтая футболка большого размера, которую носили все студенты факультета фотографов? Его непроницаемый взгляд скользил по открытой коже под моими короткими рукавами и верхней части моего тела. Хотя он просто смотрел, я почувствовал странное ощущение, как будто те части меня, которых касались его глаза, покрылись мурашками. Я невольно вздрогнул, когда его взгляд скользнул вниз по моей талии к запястью. Только тогда Квон Чон У повернул голову обратно на дорогу. — Я не понимаю, что я сейчас несу. Он что-то пробормотал себе под нос и вскоре снова посмотрел на меня. — Хан Дживон. Просто любопытно, но-. — …… — Бывает ли в твоем присутствии так, что люди ведут себя, как будто они сошли с ума? — …Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду… — Я просто спрошу напрямую. Ты когда-нибудь слышал об этом от близких друзей, знакомых или даже родственников… в том числе и однополых, поскольку я не имею предрассудков. Квон Чон У повернулся ко мне и положил руку на верхнюю часть рулевого колеса. Его глаза были острее обычного, но его длинные пальцы нежно барабанили по рулю. — Тебе когда-нибудь говорили, что из-за тебя у кого-то такое чувство, будто он тобой очарован?