Чёрный клюв

      Заварив чашку крепкого кофе, я уставился во внутренний дворик клиники. Сев на подоконник, продолжил наблюдение за пустотой улицы и терзанием ветром несчастного пакета. Работать совершенно не хотелось, лень навалилась на меня с безграничной силой. Взглянув на дисплей телефона и обнаружив там чуть больше половины четвертого, с тяжестью выдохнул и спрыгнул с подоконника. Как бы мне не хотелось сейчас чем-то заниматься, но за работой время летит быстрее. Засунув в уши наушники и включив музыку погромче, я полез разгребать шкаф с документами и мелкими непонятными бумажками.       — Владислав Матвеевич! — раздалось громко у меня над ухом.       — Да, — дёрнулся в сторону от источника шума я.       — У вас онлайн-запись на четыре часа, — девушка мило улыбнулась и вопросительно посмотрела на меня.       — Эм, а кто?       — Он впервые у нас, так что ничего сказать не могу, — разведя руками, девушка вышла из кабинета.       А я так и остался сидеть на корточках среди бумажек. Внутри боролись два странных чувства: желание запихнуть эти бумажки куда подальше и забить, и, наконец, разобрать и оставить самое важное.       — Тук-тук, можно? — грубый мужской голос раздался у меня за спиной.       — Да, конечно. Вы на четыре записаны?       — Нет. Я твой коллега, кабинет напротив. Меня Денис зовут.       — Очень приятно. Я Влад, — встав, я поправил одежду и подошёл к гостю, протянув руку.       Мужчина загадочно улыбнулся и крепко ответил на моё рукопожатие. Казалось, что каждый суставчик, каждая косточка прохрустела в этот момент у меня.       — Влад, а у тебя красивые глаза.       — Спасибо, — выдрав руку, немного встряхнул ею. — Что-то надо? — немного грубо спросил я и сделал пару шагов назад.       — Может, после работы выпьем по чашечке кофе? — улыбнулся он.       — У меня планы, давай как-нибудь в другой раз?       — Владислав Матвеевич, к вам пришли, — послышался тоненький голосок девушки, который растворялся в цоканье каблуков. — О-о-о, Денис Андреевич, как отпуск?       — Привет, родная, хорошо. Только прилетел. Удачи, Влад. Отказа я не принимаю, так что после работы украду у тебя немного времени, — отвлёкся мужчина, а после, увлечённый разговором с девушкой, скрылся за поворотом.       Я облегчённо выдохнул и, широко улыбнувшись, посмотрел на вошедшего. Это был парнишка в широкой, бесформенной одежде, довольно высокий, но сутулый, с очками, линзы которых занимали большую часть бледного лица. Тихо, как мышка, он проговорил:       — Здравствуйте.       — Здравствуйте. В голове пролетело: «Чувствую, это надолго, хоть бы с ним не заночевать здесь».       — Присаживайся.       — Спасибо, — он скромно приземлился на край дивана, — как бы сказать. Я ищу себе собеседника, — неуверенно произнёс тот.       Мои губы расплылись в доброжелательной улыбке, и с них сорвалось:       — Меня зовут Влад, чем я могу помочь?       Тогда я ещё не знал, как же я был прав...

***

      — Ого! — открыто удивился я, когда включил телефон.       На часах было без двадцати семь. Выйдя из режима «не беспокоить», я быстро собрал вещи и направился к шкафу, параллельно проверяя сообщения. Первое, куда я зашёл, был Telegram и сообщения от Димы: 16:03 Дима: «Ну что, готов к подвигам?» 18:43 Я: «Конечно. Я не поздно пишу?» 18:45 Дима: «Как бы я ещё сейчас работаю. До закрытия салона час, так что подъезжай, и там отправимся в путь».       Не дочитав сообщения, я тут же набрал Диму. Пара гудков, и весёлый голос «разорвал» барабанные перепонки.       — Ого, — удивлённый голос парня.       — А можешь скинуть адрес? Не уверен, что успею.       — Его немного затруднительно найти, так что подъезжай к салону, я тебя подожду внутри, а потом сам закроешь. Ладно, я побежал.       — Договорились, — я положил трубку и, подперев ногой дверь, стал закрывать её на замок.       — Ну что, Влад, — послышалось за спиной.       — Ты меня до инфаркта доведешь, — не оборачиваясь, произнёс я, стоя перед дверью.       — Планы всё так же неизменны?       — Как бы у меня есть час, — я повернулся к парню и посмотрел в его искрящиеся глаза.       — Вот и славненько, — довольно произнёс тот и направился к выходу.       — Тебе что, домой не надо? — как-то недоброжелательно произнёс я.       Но было видно, что мужчина уже был занят кое-чем другим, или же другой. Облокотившись о стойку ресепшена, он строил глазки администратору центра. Отдав ключи, он сладко произнёс девушке: — До завтра! — и его тело скрылось за массивными железными дверьми.       — До свидания, — я отдал ключи и направился вслед за коллегой.

***

      Идти и правда было недалеко, в здание напротив, что через дорогу. Небольшое, еле приметное крыльцо с мерцающей вывеской «Сахар». Внутри кафе оказалось светлое и уютное, но на редкость пустовато. За крайним столиком в самом углу сидела всего одна парочка, наслаждающаяся компанией друг друга. Решив их не тревожить, я бросил вещи за ближайший столик и направился к стойке бариста.       — Добрый вечер, латте и красный бархат. Денис, тебе что? Я угощаю.       — Эм... — немного опешил он, — эспрессо и круассан, — неуверенно произнёс коллега.       Мы сидели друг напротив друга, редко перекидываясь взглядами. Я начал первый:       — Давно работаешь?       — Третий год прошёл. Почему переехал в этот город? Я видел твоё личное дело, — улыбнулся он, — ты столичный парень, оказывается.       — Откуда? — но, поняв тупость своего вопроса, продолжил, — по семейным причинам. Можно сказать, начинаю свою жизнь с грязного листа.       — С грязного листа, говоришь, — он отрезал небольшой кусочек и положил его в рот, — кстати, спасибо. В следующий раз я угощаю.       — Можно сказать, я проставился, — натянуто улыбнулся и приступил к поеданию торта.       — А что, дела на сегодня? — не унимался он.       — Со знакомыми отдыхать буду.       — Хорошее дело, учитывая, что завтра выходной. А куда?       — Не знаю, — честно ответил я, — в бар какой-то пойдём.       — Тоже хорошо, — загадочно протянул тот, — вот у меня такое чувство, что я тебя знаю. А откуда, понять не могу.       — О чём хотел поговорить? — я посмотрел ему прямо в глаза. Его зрачки расширились, а на губах появилась еле заметная ухмылка.       — Нам как бы в одном коллективе работать, вот захотел познакомиться. Не более.       — Хорошо.       В эту минуту мне позвонил Дима, я показал, что скоро вернусь, и отправился в сторону туалета, чтобы там спокойно начать разговор. Открыв белую дверь, попал в совершенно другое пространство. Приглушенный синий свет, тёмная плитка и каменная столешница. Запрыгнув на столешницу, я набрал пропущенный звонок и стал ждать ответа.       — Да, Дима, я слушаю.       — Ну у нас уборка, и я свободен. У тебя что слышно?       — Мне минут 20, и я буду на месте. Нахожусь недалеко от салона.       — Хорошо.       Тут же скидываю звонок и кладу телефон в задний карман. Сползаю на пол и склоняюсь к умывальнику, включаю холодную воду, обдаю лицо. Вытаскиваю побольше салфеток и слегка вытираю лицо. Выхожу из туалета. Сразу вижу спину Дениса в чёрной рубашке, нервно шатающего ногой.       — Извини, — проговорил я и сел напротив.       — Всё отлично! — улыбнулся он.       — Так на чём мы остановились?       — Ну, я выяснил, что тебя сегодня повезут в незнакомое тебе место, — засмеялся он.       — Ты, главное, живым сегодня вернись, не потеряйся где-то на обратном пути.       — Я думаю, вызову трезвого водителя и без происшествий доберусь домой, — ответил я и закинул последний кусочек десерта себе в рот.       — Спасибо за вечер, — улыбнулся Денис и суетливо поднялся из-за стола.       — Тебя подбросить? Я на машине.       — Если можно, то до метро.

***

      Приехал я на удивление быстрее, чем ожидал. Отписав Диме, что жду его в машине, я немного откинул водительское сидение и закрыл глаза, наслаждаясь моментом одиночества. Вот только релаксировать мне не дали. Громкая череда ударов барабана заставила меня подпрыгнуть и открыть глаза.       — Я слушаю, — отвлечённо промурлыкал в трубку.       — Привет, как ты? — нежный голос бабушки.       — Привет, — я почувствовал, как на моем лице растянулась довольная улыбка, — всё хорошо, а ты как?       — Да так, потихоньку. Суставы ломит, на перемену погоды, — засмеялась она.       — Ты у нас барометр. Извини, что не звонил тебе так долго. Я немного обживаюсь, завожу знакомства.       Дверь машины открылась и порыв холодного воздуха ворвался в салон. Тут же поворачиваюсь к источнику шума и прикладываю палец к губам, показывая, чтобы сильно не шумел.       — Ладно, бабушка, передавай деду привет. Я немного занят. Пока-пока. Положив трубку и закинув телефон под приборку, повернулся к Диме.       — Пристегивайся, поехали.       — Тут идти минут десять.       — Не хочу идти по холоду, а потом вызову трезвого водителя и с комфортом доберусь домой.

***

      Всё как и говорил Дима. Сам бар я бы точно не нашёл. Он находился в торце здания без яркой кричащей вывески. Но самое главное, вход такой же непримечательный. Я спустился по лестнице и дёрнул за ручку дверь, однако она не поддалась. Дима, отодвинув меня, дёрнул её со всей силы, и мы наконец попали в небольшое помещение с красным приглушённым светом. В глаза тут же бросилось зеркало на всю стену, небольшой бархатный стульчик, а напротив дверь, которая и являлась основной преградой между улицей и баром. Первое, что я почувствовал, когда вошёл в основновное помещение, это сладкий запах. Следующее, что приметил и мне понравилось, это зонирование. Небольшие перегородки в виде грубых неотёсанных досок, сбитых между собой, служили барьерами между посетителями, тем самым давая гарантию о том, что посторонние глаза не будут подсматривать за тобой.       — Ребята сейчас подойдут! — прокричал Дима, — Ты жди здесь, а я в туалет!       Я одобрительно качнул головой и, можно сказать, упал на небольшой кожаный диван. Сразу же уткнулся в экран телефона, на котором виднелось сообщение от бабушки: «Ты же помнишь, что скоро годовщина по матери».       И правда, я стал забывать этот день, когда её не стало. А не стало её крайне рано в моей жизни. Моя мать покинула меня, когда я был совсем маленький. И этот день приследовал меня всю жизнь. Моё подсознание, проигрывая его раз за разом, возвращало меня в этот кошмар. Но это только мой кошмар, в который сложно поверить. На самом деле всё намного проще. Смерть от передозировки таблеток, нашли её в спальне, сидящую на кровати. Следов насилия не обнаружено. Суицид...       Телефон в руке завибрировал, и на дисплее высветилось сообщение: 20:00 Дима: «Увидишь парня в красной кофте, маякни ему». 20:00 Я: «А если это не он»? 20:02 Дима: «Тогда к тебе подсядет какой-то чел в красной кофте».       — Заебись у него логика, — улыбнулся я и стал гипнотизировать взглядом проход.       Димы не было минут десять, и сообщений от него не приходило. Каково было моё удивление, когда он же зашёл с центрального входа с парнем в красной кофте. Парни сели рядом и с улыбкой посмотрели на моё недовольное лицо.       — Привет, Ника... — недовольно произнёс я, — Дима, ты не мог сказать, что «парнем» в красной кофте будет Ника?       — Нет, — весело произнёс тот, — тогда бы мы не наблюдали эту весёлую картину. Я сделал заказ, скоро его принесут, и ребята уже на подходе. А вот и они.       В дверях показались две фигуры, уверенно шагающие к нам навстречу. Сняв куртки, они сели рядом.       — Здоров, ребята, — парень по очереди протянул руку, поздоровавшись со всеми. — Стас.       — Влад, — ответил на приветствие.       — Кира, — пожала в ответ.       — Всё как и всегда?       — Да, и ничего нового, — улыбнулся Дима.       — Ну и заебись, — проговорила Кира, скрестив руки на груди.       Тихая музыка, приглушённый свет, сладкий запах дыма, люстры на цепях с точечным освещением. И я, довольный, расползаюсь на мягком диване. Моим развлечением последние полчаса было изучение недавно пришедших ребят.       — А кем вы работаете?       — Я охранник в этом баре, — ответила Кира, — у меня сегодня выходной.       — Преподаю философию, — ответил светловолосый собеседник.       — Ого! — думаю, в тот момент моя челюсть знатно встретилась с полом, — и как? Хорошо знают твой предмет?       — Не уверен, он скучный, — безразлично протянул он и выпил залпом стопку, — а ты кем работаешь, Влад?       — У меня две работы. Веду дело отца, параллельно работаю в центре помощи.       — Центр помощи? А с этого поподробнее, — заинтересовался белобрысый.       — Я по большей части работаю с домашним насилием, — отпил с бокала, — уязвимая группа людей.       — Уязвимая группа людей? —переспросил охранник.       — Да, — тяжело выдохнул светловолосый, — это женщины и подростки, омеги, иногда старики, люди с инвалидностью и тд.

***

      Квартира встретила меня крайне холодно и негостеприимно. Скинув верхнюю одежду на пол, я отправился на небольшой уголок кухни. Захватив с холодильника холодную бутылку сухого красного вина и порезанный тонкими ломтиками сыр, направился прямиком в ванну. Раздеваясь по дороге, сбрасывая с себя ненужные вещи, а точнее все. Оставив вино и сыр на стиральной машинке, стал готовить ванну. Заткнул сливную дыру, выкрутил краники, смотрел за тем, как вода заполняла белую ванну. Пара горстей морской соли, немного пены для ванн и две веточки лаванды закончили её приготовления. Белая пена мигом стала подниматься над гладью воды, а приятный запах тут же ворвался мне в нос.       — Мне нужен штопор и бокал, — ставя одну ногу в ванну, моментально передумал и, развернувшись, мокрыми ногами пошлёпал к кухонному гарнитуру.

***

      Странные тени падали от приглушённого света свечей, напротив одной из них стоял бокал с алой жидкостью, благодаря чему можно было видеть подтёки на его стенках. Потянувшись, взял бокал за ножку, поднёс к губам. В нос ударил лёгкий, но резкий аромат алкоголя, одновременно с этим прикоснувшиеся к жидкости губы начали посасывать её. Терпкий, одновременно вяжущий и кислый вкус захватил вкусовые рецепторы. Подержав жидкость немного во рту, проглотил её. Я поставил бокал на бортик ванной и уставился в темноту дверного проёма. Пустая необжитая квартира с разбросанными повсюду вещами, картонными коробками. Яркий свет от машин, проезжающих на улице, и тихая струя воды, наполняющая ванну. Облизав губы, горько вернулся в прошлое, которое стало для меня настоящим...       Я не люблю красное вино, а особенно сухое. Оно сдавливает горло и перекрывает дыхание. Не люблю это вязкое ощущение во рту, не люблю, но всё равно делаю глоток за глотком.       Моя мать наоборот же любила его, ей нравилось сидеть перед камином и смотреть за тем, как горят дрова. А я любил то, как она мне в это время читала сказки. Я помню, как любящая рука гладила меня по голове, и я засыпал на её коленях. Помню, как проснулся однажды, а за окном было всё белым-бело, и мы с самого утра лепили на заднем дворе снеговика. Ту счастливую зиму мы прожили на даче. Это была последняя зима с матерью, ведь осенью её не стало. Тогда мне было всего пять лет.       Её тело нашли сидящей на кровати. Казалось, что она просто уснула. В заключении о смерти — суицид. Все верили, но не я. У меня была своя правда. Слова ребёнка о том, что его маму убили, казались нереальными и бредовыми. Осознав, что взрослым проще принять то, что она покончила с собой, не желая воспитывать меня, я всё же не был согласен с этим. Мама так не поступила бы со мной. Она любила меня, и я принял решение, что обязательно сотру с её жизни грязное клеймо самоубийцы. Тогда, будучи маленьким мальчиком, даже не догадывался, что предстоит мне пережить и сколько домов поменять. Походы к психологу, таблетки и упорная учёба. Я стал играть роли, а после и вообще принял то, каков этот мир и как он относится к разным группам людей. Подростковый возраст и попытка принять себя таким, каким я являюсь. Отец стал проявлять интерес к моему существованию, лично посещать и проводить со мной время. Я познакомился с его новой семьёй. Но в моей жизни нет больше дачи с камином, добрых сказок, настоящего детства.       Наполнив бокал, я потянулся к телефону, который неугомонно вибрировал от приходящих сообщений.       — Нет, нет, нет, — листал пальцем по дисплею. 03:30 Дима: «Спасибо за вечер. Надеюсь, наши знакомые не ввели тебя в неудобное положение?» 03:32 Влад: «Всё было отлично. Уже дома?» 03:43 Дима: «Только зашёл. Постояли с парнями, ещё пару вопросов решили. Есть предложение». 04:00 Влад: «Какое?» 04:01 Дима: «Как бы сказать, я бы хотел предложить вступить в одну организацию... Что-то наподобие итальянской мафии». 04:03 Влад: «Это обязательно?» 04:04 Дима: «Нет. Решать тебе, я просто предложил». 04:06 Влад: «Ладно, я спать. Спокойной ночи». 04:06 Дима: «Спокойной ночи».       Поставив бокал на пол, я медленно спустился под воду, а она, в свою очередь, нежно приняла в свои объятья. Было слышно, как глухо бьётся сердце в груди. То, как я плавно разгребаю воду. Чёрная картинка перед глазами стала проявлять очередной цвет:       — Мама, что это? — звонко и беззаботно окликнул мальчик.       — Владик, это ёжик, — нежно улыбнулась женщина.       — А почему он шипит?       — Вы слишком большие и страшные для него. Вот он и боится, — раздался грубый мужской голос за спиной.       — Это ты? — с волнением произнесла она, тут же схватила меня за плечи и спрятала за собой.       — Лилия, не так стоит здороваться со старыми друзьями. Не правда ли?       Я немного выглянул из-за её юбки, чтобы разглядеть незнакомца. Он был высокий, намного выше моей мамы. На нём был надет клетчатый костюм, а в руках он держал сигарету, пепел с которой падал на землю, тем самым давая знак того, что незнакомец не собирается продолжать курение.       — Я рада тебя видеть, — лживо даже для ребенка прозвучало с её уст, и женщина вцепилась мне в одежду.       — Я тоже очень рад встретить тебя, но не думал, что наша долгожданная встреча произойдёт на улице. Сколько лет прошло с нашего прощания? Три или четыре года?       — Пять, — как отрезав, промолвила она.       — Пять, — повторил он, — этот мальчик за твоей спиной. Сын?       Мужчина посмотрел на меня, и его губы растянулись в загадочной улыбке, а большая ладонь потянулась к моей голове. Мать тут же среагировала и закрыла меня спиной, тем самым став стеной между нами.       — Лилия, ты чего. Я не со злых побуждений. Просто хотел потрепать его по головке, — недовольно произнёс он, — как мальчика зовут?       — Влад, — вырвалось у меня автоматом.       — Хах, смотри, а он смышлёный. Кто отец?       — Матвей.       — Ого! Вы поженились?       — Нет.       — Лилия, может выпьем когда-нибудь по бокальчику вина?       — Прости, я тороплюсь. Прощай, — она схватила меня за руку и потащила прочь с того места.       — До скорой встречи…       «До скорой встречи…» резонансом раздалось у меня в ушах. Резко поднявшись и жадно вцепившись губами в горло бутылки, я практически одним залпом осушил её. После вылез из ванны и, не обтираясь, схватив телефон с пола, потопал к чёрному проёму окна. Усевшись на подоконник и опёршись лицом о холодное стекло, я посмотрел на город. Яркие огни и имитация жизни, а в груди вновь заныла старая рана. Включив на телефоне первый попавшийся трек, обхватил колени руками.       С первых аккордов я узнал песню, и после недолгого вступления гитары с губ сорвались строки песни, разрывающие уставшую душу: «Мы чересчур увеличили дозу, Вспомнили все, что хотели забыть, Или на рельсы легли слишком поздно, Бог устал нас любить, Бог устал нас любить, Бог просто устал нас любить, Бог просто устал…»       Дрожь волной пробежала по телу, и я машинально скукожился, всё сильнее обнимая руками холодные ноги. Опустив голову на колени, я невольно вернулся в тот день, ровно двадцать лет назад. То, что я так сильно пытался забыть, каждый раз вырывалось, напоминая мне: «Стоит помнить, что ты пообещал тогда».       — Владик, ты умный мальчик. Владик, послушай маму, — женщина в панике носилась по квартире, — чтобы не услышал, не подавай звуков. Кто бы тебя не позвал, молчи. Тебя нет, ты пустота.       — Мама... — по щекам потекли слёзы.       — Не плачь, — женщина вытерла их, — прошу, просто живи, живи и радуйся жизни. Так, чтобы потом не сожалеть. Встреть любимого человека и проживи счастливую жизнь.       Она пару раз чиркнула зажигалкой и подожгла свечи. После достала длинные палочки и зажгла их. Тёмный дымок стремительно направился вверх. Я тут же ощутил запах яблока с ванилью.       — Ты же молодец?       — Я не растрою маму, — всхлипывая, ответил я.       — Теперь закрой глаза и тс-с, — женщина приложила палец к губам и закрыла сидение дивана, оставляя меня в полном одиночестве, — ты же помнишь голос бабушки?       — Да.       — Замечательно, только ей и отвечай. А теперь тс-с.       Как только крышка дивана закрылась, в дверь позвонили, и грубый мужской голос разорвал домашний уют:       — Лилия, ты очень жестокая женщина! — грубо, но тихо произнёс мужчина.       — Пожалуйста, будь тише, — взмолила мама, а мои веки стали тяжёлыми, и я не помню, как погрузился в сон.       Был ли это суицид? Был ли это гость? Или же это страшный сон ребёнка, которого оставили одного? Я пьян, чтобы думать об этом.       Глубоко выдохнув, я открыл глаза и спустил холодные ноги на пол. Сотни иголок от кончиков пальцев волной пронеслись по телу.