Исповедь

Любовь делает больно. Однажды Чимин сказал Тэхёну, что любовь та ещё сука. Она причиняет огромные мучения независимо от того, настоящая она или нет, выдуманная или искренняя. Люди привыкли придавать ей слишком огромное значение в своей жизни, в последствии чего сильно обжигаются. Умные принимают позицию Чимина, глупцы же продолжают совершать ошибки дальше. Людская любовь совсем не похожа на ту, что описывают в романтических книгах или показывают в мелодрамах. Это всё всего лишь человеческая фантазия о невозможном идеале, не более того. И как бы Чонгук ни хотел верить во все те фильмы, которые когда-то смотрела его мать с слишком наигранными чувствами, с примитивным, но всегда счастливым концом, жизнь абсолютно несправедлива. В ней слишком много боли, жестокости, обмана и предательства. Чудо, что люди до сих пор продолжают верить и доверять друг другу. Чонгук сползает на пол и ложится на спину, рядом с Тэхёном. Он смотрит пустыми глазами в потолок. Чон всё ещё ненавидит физическую боль, но сейчас, впервые в жизни, он готов удвоить её, лишь бы не ощущать моральную. Чонгуку было отвратительно ужасно, когда мать добровольно прекратила с ним общение, когда брат избил его и устроил семейную войну. Но сейчас ему ещё хуже. Даже измена Тэхёна не ощущалась настолько болезненно. Чонгук не справляется со своими мыслями и душевными муками. Когда Чон был младше, он часто задумывался, почему Хосок выбрал путь одиночки. Джей никогда не был замечен в романтических отношениях и это поражало Чонгука. Он точно знает, что брат всегда пользовался популярностью у девушек, но это никогда не было чем-то взаимным. Хосок мог использовать всех несчастных, кто влюбился в него, в своих целях и ни единый мускул на его лице не вздрагивал. Он всегда был истинным мудаком. Но, перекрыв пусть к своему сердцу, Хосок стал Джеем. Чонгук поворачивается на бок и обнимает руку Тэхёна, уткнувшись ему в плечо. Он готов умереть прямо здесь и сейчас. Это будет наилучшим исходом для него. Чонгуку кажется, будто по его сердцу проходят острым лезвием, мучительно долго, так, как бы это сделал Джей. Наверняка у Тэхёна внутри точно так же. Он уже не плачет, лежит с закрытыми глазами, будто и не дышит. Морально они оба мертвы. Сколько бы боли Тэхён не принёс Чонгуку, он всё равно любит его до невозможности. Если Вселенная бесконечна, то чувства Чона гораздо больше и масштабнее этого. Он боялся признаться себе в этой очевидной правде, но Тэхён именно тот, за кого Чонгук готов отдать свою жизнь, даже если и убийцей будет сам Ким. — Ваши крики были слышны даже из спортзала, — Чон сразу узнаёт голос Юнги, но никак не реагирует. Даже если бы сейчас сюда зашёл Хосок, Чонгук бы и не пошевелился. У него нет на это ни сил, ни желания. Мин подходит к парням и садится перед ними на корточки. Он внимательно осматривает Чонгука с Тэхёном, задумываясь о чём-то своём, но они оба не замечают этого. Юнги на мгновение прикрывает глаза и расправляет плечи. — Тэхён не изменял тебе, — Чонгук тут же принимает сидячее положение, заглядывает в глаза Мина, требуя объяснений. Он хмурится, ждёт дальнейших слов, потому что в голове и так беспорядок, но Юнги лишь усугубляет всю ситуацию. Тэхён также поднимается, локтем одной руки упирается об пол, ладонью другой вытирает застывшие на глазах слёзы. — Это я всё сделал. Чонгук чувствует, как проваливается в пропасть. — Джей не просил меня об этом, — Юнги продолжает бить прямо в цель. — Он даже не знает про эту ситуацию, — Мин поднимается в полный рост и подходит к разбитому зеркалу, поправляя чёлку. По его интонации невозможно сказать, что он испытывает. Кажется, что безразличие, которое так подходит Юнги, но он бы не стал рассказывать о таком, будь ему всё равно. — Я узнал, что Тэхён отправится в бар со своим другом и подсыпал им снотворное, потом сделал фотографию и прислал тебе, — Тэхён подскакивает на ноги и накидывается на Юнги с желанием уложить того на пол, но Чонгук вовремя тормозит. — Зачем? — единственный вопрос, который интересует Чона. Чонгук верит Мину, тот бы не стал врать о таком, он уверен в этом факте настолько же сильно, как в том, что Юнги способен на такой поступок. Мин не похож на того, кто обладает высокими нравственными и моральными качествами. Он потерял их в перерывах между употреблением амфетамина. — Это были мои личные цели, которые касаются только меня, — Юнги поворачивается корпусом к Чонгуку, сунув руки в карманы обтягивающих чёрных брюк. — Наверное, мне следует попросить прощения, — Юнги пожимает плечами и переводит взгляд на Тэхёна, который смотрит на него исподлобья. На дне его зрачков застыла агрессия с лёгким отливом непонимания. — Простите, — Мин не звучит искренне, но он никогда ранее не извинялся, чтобы ни сделал. — Простите? — Тэхён всплескивает руками. — Что вообще происходит? В отличие от Кима, Чонгук всё понимает. Он смотрит на Юнги и вспоминает их разговор на скамье у дома его матери. Мин признался и извинился не потому что кается или ему стыдно. Он отплатил Чонгуку за его тихую и аккуратную поддержку, которую тот даже не просил. Юнги привык двигаться по жизни один. Вокруг него куча людей, веселья и бесконечного пьяного угара, но всё это лишь массовка, которая ограждает от реальности. — Хорошо, — единственное, что Чонгуку получается выдавить из себя. Юнги кивает в ответ и достаёт из кармана пачку сигарет прежде, чем покинуть туалет. Тэхён провожает его взглядом и тут же переключает всё внимание на Чонгука. Он жалостливо хмурит бровями и поджимает губы, а после медленно подходит и обнимает, зарываясь носом в запутанные волосы. — Гу, — Тэхён шепчет, пытаясь подобрать слова, но они оба застыли в немом ступоре. Чонгук отвечает на объятия крепче, чем планировал. Тэхён не изменял ему. Всю это время Чонгук был уверен в предательстве человека, который даже не подозревал об этом. А ведь всего лишь нужно было поговорить. Тогда бы не было всех этих мучений, боли и страданий, в которые Чон погрузил себя сам, так ещё и Кима втянул. Какая глупость. Один разговор мог изменить так много, но Чонгук просто не решался на него. Тэхён взял на себя всю ответственность и инициативу, но даже в таком случае Чон просто струсил, погрузился в свою обиду с головой и отказывался даже просто дать шанс. — Прости, что усомнился в твоей верности, — Чонгук говорит почти бесшумно. Тэхён гладит его по голове, целует в лоб. Совсем недавно они избивали друг друга, говорили то, что никто не заслуживает услышать, но даже после такого никто из них не способен отдалиться. Кажется, будто они – единое целое, которое хоть и может функционировать раздельно, но крайне тяжело. — Поехали домой, — Тэхён дожидается положительного кивка головы со стороны Чонгука и берёт его за руку. Чонгук заходит в знакомую квартиру, где он наконец не чужой. Он, на самом деле, никогда им и не был. Это место всегда открыто для него, в любое время суток и в любом состоянии. Здесь пахнет теплом и уютом, крепким кофе и любимым какао Чонгука, освежителем воздуха с запахом хлопка и цитрусовым парфюмом. Всё здесь знакомое и любимое, всё здесь создано одним человеком для другого. Тэхён способен создать комфорт везде, где бы ни был, потому что он делает это для Чона, для его безопасности и спокойствия. Спустя столько времени Чонгук наконец не пытается отсюда сбежать, наоборот, притягивается. Чонгук замечает открытые окна. Тэхён проветривает квартиру практически каждый день вот уже более трёх лет, специально для Чона. В холодильнике всегда есть молоко, какао-порошок и сахар. Чонгук оглядывает стены, будто впервые, не верит своим глазам. На душе наступает штиль. Он вдыхает полной грудью, чтобы точно уловить все запахи, запомнить их навсегда, хоть Чонгук никогда и не забывал. Тэхён ведёт его за собой, заводит в спальню, где горит одна прикроватная лампа. Здесь прохладнее всего. Кожа Кима быстро покрывается хаотичными мурашками, но он и не подумает закрыть окно, потому что Чонгук всё так же любит холод и переносит его гораздо лучше, чем жару, а Тэхён всё также бесконечно любит Чона и готов создавать для него самые лучшие условия. Чонгук смотрит на него с замиранием сердца, чувствует, как оно бьётся об рёбра, намереваясь выйти наружу. — Давай поговорим, — Чонгук проговаривает едва слышно. — Я хочу узнать всё, что произошло с тобой за эти два года, — за эти два года, которые они безвозвратно упустили, зарывшись в своей гордости и обиде. Но впереди в разы больше времени, Чонгук точно знает, что они успеют наверстать упущенное, потому что теперь он никогда не уйдёт от разговоров, тем более с Тэхёном. Ким стоит некоторое время неподвижно, смотрит на Чона, погружаясь в свои мысли. Он тянет руки к своей футболке, на которой намертво засохла кровь, и снимает её, следом отправляются джинсы. Тэхён остаётся в одном нижнем белье, стоит расслабленно, не скрывая своего тела, давая рассмотреть его Чонгуку, ведь на нём запечатлено всё то, что творилось с ним последние годы. На его коже виднеются светлые шрамы от порезов. В комнате мало света, но Чонгук точно видит их: на плечах, бёдрах, талии. Чонгук в ужасе округляет глаза, вспоминая, что Тэхён не переносит моральной боли. Он не знает, были ли они в ту ночь, на аукционе, вероятнее всего да, но еле соображающий мозг Чона не смог сфокусировать на них своё внимание. Зато Чонгук отлично знает какие у Тэхёна с этим проблемы. Пытаясь спрятаться от душевных переживаний, Ким прибегает к разным способам, начиная от спорта, заканчивая нанесением шрамов на своё тело. Он делает так с своих шестнадцати, с каждым годом теряя самообладание над собой всё сильнее. Эта его зависимость, которая привела по итогу к мосту, но при этом которая дала силы продолжать жить дальше. Чонгук отвечает тем же, снимает с себя одежду до белья, отводя взгляд в сторону. Его же тело усыпано космическими узорами синяков, гематом, шрамов и всё это оставлено другими людьми, в том числе и Тэхёном. Чонгук всегда панически боялся драк, пытался их избегать, но каждый раз у него это не получалось. Он снова и снова переживал одно и тоже, надеясь, что этот раз точно будет последним. И так по кругу. Тэхён жалостливо изгибает брови и поджимает губы, вспоминая, что Чонгук не переносит физической боли. Тэхён делает резкий шаг вперёд и заключает Чонгука в крепкие объятия, на которые Чон тут же отвечает. Он утыкается Киму в шею, шумно дыша и щекоча чужую кожу ресницами, которые плавно опускаются. Никто из них двоих не думает о пошлости, о том, что они стоят в одном нижнем белье посреди комнаты; никто из них двоих не допускает мысли о том, чтобы утянуть друг друга в страстном поцелуе, уложить на постель и оголить до конца. Они вбирают боль друг друга, обмениваются теплом, поддержкой и сочувствием, прижимаясь, как можно ближе. Молча передают, что всё в порядке, мы вместе и больше никогда не отдалимся. Кожа к коже. Интимнее, чем секс. Намного глубже и сокровеннее. Так чувственно, как только могут себе позволить. Конечности быстро затекают у обоих, но они не обращают на это никакого внимания, лишь жмутся ближе. Их души друг перед другом обнажены, даже сильнее, чем это можно позволить себе в «Депо». Чонгук встаёт на носочки, чтобы соприкоснуться лбами с Тэхёном. Они закрывают глаза, дышат через приоткрытые рты. В комнате становится жарко даже Киму. Их тела горят от каждого соприкосновения. Эта разлука была слишком болезненной для них двоих, они нужны друг другу, как воздух. — Я умирал без тебя, — Тэхён говорит абсолютную правду, каждый день для него был нескончаемой борьбой и Чонгук отлично его понимает. Больше, чем кто-либо. — Я бы продержался ещё максимум месяц, — Ким думает о том, что Чон вновь спас его, просто появившись в нужном месте в нужное время, Чонгук же вспоминает свои слова, сказанные в уборной «Депо», отчего стыдливо хмурит брови. Если бы Тэхён действительно сделал то, что навязчивой мыслью сидит у него в голове, Чон бы не пережил это. Ким замечает такую реакцию Чонгука и обхватывает его шею. Он ждёт недолго, медленно тянет лицо и целует Чона так осторожно и трепетно, будто боится навредить ему. Чонгук шумно вдыхает воздух через нос, отвечает с той же аккуратностью. Внизу тут же становится щекотно, ресницы вздрагивают, а пульс ускоряется за секунду. Любить – это искусство. Мало, кто действительно умеет это делать. Люди считают, что этот навык дан им природой и они не стараются его развивать, но это глубокое заблуждение. Вероятнее всего, человек, который считает, что умеет любить, на самом деле, ни черта в этом не смыслит. В его жизни объект любви либо просто украшение рядом, либо же нездоровая зависимость, от которой не получается избавиться. Тэхён умеет любить. Это чувство находится у него глубоко в груди, но оно настолько сильное, что рвётся наружу и посвящено Чонгуку, который тоже научился этому, специально для Кима. Они идут к кровати, укладываются на разобранную постель, продолжая обнимать друг друга. Пусть эта ночь длится вечность. Весь мир за пределами квартиры перестаёт существовать. Все страхи и проблемы теряются где-то на фоне, потому что сейчас они вдвоём, остальное подождёт. Их ждёт длительный разговор, где предстоит рассказать всё то, что успело произойти, пока они были не вместе. Тэхён рассказывает про драку с Сокджином, семейный разговор из-за этой ситуации, который его ждёт следующим днём, фиктивный брак, в который его пытаются засунуть. Чонгук рассказывает про свою мать, Хосока, Юнги, Чангюна. Они ничего не скрывают друг от друга, делится всем, что вспоминают. Им достаточно было молчания. Оно было слишком долгим и с чересчур серьёзными последствиями. Чонгук впервые рад, когда просыпается новым днём. Внутри него нет давящей боли, которая хоть и стала привычной, но всё равно до невозможности саднит изнутри. Чонгук открывает глаза с улыбкой. На секунду ему кажется, что всё это было сном, но он чувствует пульсирующую боль от любого движения после всех драк, лёгкую головную резь в висках от выпитого алкоголя. Всё это забывается сразу же, как Чонгук осознаёт, что находится у Тэхёна дома. Он не помнит, как они заснули. Знает, что до последнего лежали в обнимку, делясь всем тем, что успело с ними произойти. Чонгук, кажется, впервые за долгое время счастлив. Он с опаской принимает это всё, боится, что что-то может пойти не так, ведь не может быть просто хорошо, но все опасения тут же притупляются, когда он выходит на кухню и видит Тэхёна в одних серых спортивных штанах, который активно размешивает какао, сделанное специально для Чона. — Доброе утро, Гу, — Ким улыбается и подходит с двумя кружками, одну из которых передаёт Чонгуку, целуя его в щёку. Вторую, с кофе, оставляет себе и делает осторожный глоток. Чонгуку тепло внутри и греет его далеко не какао. Он подносит кружку ко рту, вдыхает запах прежде, чем выпить содержимое. Как же ему этого не хватало. — Какие планы на сегодня? — интересуется Чонгук, отодвигая стул и садясь за него. Кухня Тэхёна просторная, выполненная в серых оттенках, как и вся квартира. Окна снова открыты. Посередине стоит круглый стол-остров с раковиной и миской с фруктами. На ней осталась пара тёмных пятен от кофе и какао. Над столом висит длинная люстра, напоминающая капли, когда на ней отражаются лучи солнца. По вечерам она служит единственным источником света в комнате. — Встреча с семьей, — Тэхён морщится, явно представляя, что его там ждёт. Родители снова начнут ворчать, что Ким из-за общения с Чонгуком поменялся в худшую сторону: пропускает собрания, дерзит, не принимает участия в семейных делах, так ещё и в драки стал влезать. Тэхёна уже тошнит от всех этих разговоров. Ему повторяют одно и то же из раза в раз, он уже наизусть выучил каждое слово каждого члена семьи. Плевать он хотел на семейный бизнес и их отношение к Чонгуку. Он всю жизнь терпел, делал то, что ему велят. Тэхёну двадцать пять лет, пора научиться отстаивать свои границы. — Потом я свободен. — Официально свободен? — Чонгук спрашивает шутливо, потому что наверняка знает ответ, который получает в том же тоне. — Нет, — Тэхён смеётся и берёт бумажное полотенце, чтобы протереть стол. — Сокджин просил заехать к нему, но я не буду этого делать. — С каких пор Вы такой дерзкий, Ким Тэхён? — Чонгук открыто смеётся. — Я всегда таким был, — Тэхён садится на стул рядом с Чонгуком, поворачиваясь к нему корпусом и делая несколько глотков кофе. — Просто не показывал свою тёмную сторону, чтобы не спугнуть тебя. — Мне ты таким даже больше нравишься, — Чонгук морщит нос из-за широкой улыбки. Он чертовски влюблён. Чон даже не подозревал, что способен на такие сильные чувства. Через столько лет и неприятных событий ему всё ещё сносит голову от Тэхёна. Чонгук всегда был грозовой тучей, пока Ким являлся для него лучом солнца. Они одинаковые и разные одновременно. Идеальное сочетание. — Тогда я так начну дерзить, что ты пожалеешь о своих словах, — в голосе Тэхёна невинный флирт. — Делай что угодно, главное рядом со мной, — обычно Чонгук боялся таких слов, но он так сильно соскучился по Киму, что говорит их неконтролируемо. Чон ощущает себя глупым подростком, которые впервые влюбился. Только этому подростку двадцать три года, у него давно взрослые обязанности и проблемы, а чувства всё те же. — Я люблю тебя, Гу, — они оба расплываются в улыбке от этих слов, тянутся друг к другу за поцелуем. Кровь бурлит по венам. Мурашки по спине бегут от каждого прикосновения друг к другу. Любовь пьянит похлеще любого алкоголя, а похмелье бьёт в разы сильнее. Но это не про их случай. Отношения Чонгука с Тэхёном – бесконечный коктейль, доверху наполненный защитой и поддержкой. Они отодвигаются друг от друга только из-за уведомления, которое пришло Чонгуку на телефон. Вместе с множеством пропущенных от Чангюна там сообщение от Намджуна. Чон читает про себя, хмурясь. Обычно никто его не спрашивал про людей Хосока, но Юнги не выходил на связь сутки. Для него подобное – обычное поведение, он месяцами мог пропадать, но Мин отличался своей ответственностью, когда дело доходило до наркотиков и поручений Джея. Даже Чонгук знает это и понимает, что Юнги не просто вновь решил остаться наедине с собой и вредными привычками, тем более в «Депо» его нет, а другие места он не признаёт. Чон единственный, кто знает адрес Мина и то, это вышло случайно, поэтому от быстро пишет, что попытается его найти и убирает телефон в сторону. — Что-то случилось? — Тэхён допивает кофе и ставит кружку в раковину. — Юнги пропал, — ёмко изрекает. — Ну, и отлично, — Тэхён пожимает плечами. Он не знает Юнги и какие проблемы у него есть. Для Тэхёна Мин является человеком, который ради своих целей чуть не разрушил жизнь сразу двоих людей, да и Чонгук таит обиду в его сторону, но тот общался с ним более, чем один раз. Чонгуку лезут в голову мысли, в которые он не хочет верить, отгоняет их и надеется, что ошибается. «— И как часто ты готов к смерти?» «— Практически каждый день». Чонгук не хочет вспоминать тот разговор. Юнги ничего толком не рассказал, но этого достаточно, чтобы понять, что от него можно ожидать. Каким бы Мин не был гнилым и прокуренным человеком, внутри него где-то застыл сгусток боли. Он его игнорирует, но это не значит, что его нет. — Мне нужно поехать к нему, — Чонгук говорит это осторожно, боясь реакции Кима. Он поймёт её, Тэхён бы поступил правильно, он имеет полное право быть против человека, который выставил его изменником. — Ладно, — но Ким снова полностью доверяет Чону и его решениям. — Будь аккуратнее, — Тэхён ни капли не изменился за эти два года. Он всё так же предоставляет полный выбор Чонгуку, совсем не подавая признаки ревности. Ким выбрал заботиться о Чоне, а не закрывать его в клетке. Чонгук мысленно удивляется, потому что забыл о том, какой Тэхён парень. Чонгук быстро собирается и выходит из квартиры, садясь в такси. Он не смотрит на вид из окна, как делает это обычно, а пишет Чангюну, что им нужно прекратить общение и сразу же блокирует его. Дорога оказалась быстрее, чем Чон предполагал, мысли снова настигли его и заставили выпасть из реальности, в которой наконец хорошо. Чонгук приходит в себя только после хриплого «Приехали» таксиста. Чон кратко благодарит его и выходит из машины. В этой части города снова всё как обычно. Те же серые дома, глухой лай собак, старики, понуро гуляющие по двору. Чонгук почти всю жизнь существует в такой атмосфере, удивительно, что он способен на позитивные чувства после такого. Это место тут же возвращает его в детство, в последний разговор с матерью. Чонгука воспитывали в вечной боли и страхе, он другой жизни не видел, поэтому эти два чувства – самые сильные, что он способен испытывать. Чон к ним привык точно также, как Джей к постоянной и неконтролируемой агрессии. В этом они с братом абсолютно разные. Одна и та же обстановка вырастила двух людей с абсолютно разными базовыми эмоциями. Ни то, ни другое не является чем-то хорошим, но здесь по-другому не бывает. Чонгук игнорирует свои переживания, двигается в определённом направлении, борясь с желанием вновь зайти в квартиру к матери. Он доходит до квартиры Юнги и аккуратно стучится. В ответ звенящая тишина. Чон усиливает силу удара, но ничего не меняется. Никто даже не собирается открыть ему. Чонгук смотрит по сторонам, на обшарпанные старые стены, на которых написаны признания в любви и ненависти. Он дёргает ручку двери, и она со скрежетом открывается. В однокомнатной и маленькой квартире душно. Чонгук проходит глубже и видит кучу валяющихся банок пива, одну из которых пинает ногой, и окурки от сигарет. Бежевые стены с царапинами, оставленные котом прошлых хозяев, пол местами скрипит и прогибается под весом. Толстый слой пыли укутывает мебель. Где-то вдалеке пахнет чем-то протухшим. На диване синий плед, а по телевизору крутятся новости без звука. Юнги всегда выглядит идеально, начиная от одежды и укладки волос, заканчивая парфюмом, но его квартира — полная противоположность. Именно здесь истинный облик Мина. Чонгуку кажется, что в этом месте не убирались полгода точно. Шторы завешаны, квартира давно не видела лучи солнца и свежий воздух. Чонгук замечает свет в ванной комнате и медленно шагает в её сторону. Что-то мешает ему войти в неё. Он тяжело дышит, держа руку у двери. Он мысленно уговаривает себя сделать это. У него ощущение как тогда, несколько лет назад, когда он встретил Тэхёна на мосту, но в тот период времени Чонгук был более эмоционально сдержанным, даже для самого себя. Ким научил его эмоциям и чувствам, но сейчас они мешают. Он собирается с силами, глубоко выдыхая, толкает дверь, но тут же закрывает её. Чон облокачивается спиной об стену, пытаясь урегулировать дыхание. Чонгук чувствует дрожь во всём теле, отчего ноги перестают держать, а перед глазами картина ванной, доверху заполненной окрашенной в алый водой. Там лежит Юнги, совсем не похожий на себя. Растянутая футболка, домашние штаны, бледное лицо, впалые скулы и закатанные глаза. Чонгука начинает тошнить. Он накрывает рот рукой, пытаясь нащупать телефон в кармане.