Исповедь

Что человек чувствует, когда узнаёт, что ему изменили? Боль, обиду, грусть, разочарование, злость, несправедливость. Всё это в разных комбинациях и сочетаниях в зависимости от человека и его эмоционального интеллекта. Чонгук, наверное, испытал всё и сразу. Возможно огромную роль сыграл эффект неожиданности – не каждый, беря телефон в руки после ночи с любимым человеком, ожидает увидеть, как этот самый любимый полуголый спит на чужой кровати, – но у Чонгука не было времени разбираться в своих эмоциях и искать им объяснения. Потому что он и так отчётливо ощущал, как сердце разрывало на две части, формируя глубокую и кровоточащую резь. Чонгук не стал будить Тэхёна, закатывать истерик и требовать объяснений. Будь у него моральные силы, он бы обязательно сделал это. Но Чонгук еле собрал себя, чтобы переодеться в свою грязную и пропахшую табаком одежду и пересечь порог кимовской квартиры, вход в которую отныне запрещён. Сложнее всего было оставить футболку Тэхёна, которую тот всегда давал Чонгуку, когда он приходил к нему. Хотелось забрать себе частичку счастливого и светлого прошлого, от которого остались лишь колюче-приятные воспоминания. Но Чонгук не глупый, прекрасно понимает, что делал бы себе больно каждый раз, когда бы натыкался на эту футболку (а у него бы не хватило сил избавиться от неё, поэтому натыкался бы он на неё постоянно), да и брат бы засмеял, сказав, что хранят вещи изменника лишь идиоты. И он был бы прав. Поэтому Чонук идёт по направлению уже в свой дом, находящийся в другом конце города. Он курит сигарету одну за другой, морщась то ли от солнца, то ли от боли, что паразитом расползается изнутри, не давая и секунды покоя. Хочется выпустить её вместе с никотином. А может быть выкурить столько сигарет, что придётся выплёвывать лёгкие? Тогда физическая боль перекроет моральную, а дальше наступит лишь темнота, тишина и пустота, без всяких чувств и эмоций. Чонгук резко вертит головой, на несколько секунд зажмурив глаза, чтобы отогнать пугающие мысли. В рот отправляется следующая бумажная палочка – уже пятая, – а разум рисует новую тему для размышлений. Чонгуку всегда казалось странным, что Тэхён никогда его не ревновал. Он часто ходил по ночным клубам один, проводил там всю ночь, напивался до состояния «я не в силах ответить на телефонный звонок, если вообще мой смартфон ещё не разрядился или не потерялся». А Ким не ругал его за это, лишь просил хоть иногда отписываться, чтобы убедиться, что у его парня всё в порядке. Конечно же Чонгук этого не делал, отчего ходил виноватый весь следующий день, сгорая по новой от каждой беспечной фразы Тэхёна наподобие «я понимаю, всё нормально». Такое отношение к партнёру не должно быть нормой. Ким имел полное право накричать на него, потребовать изменений в поведении, в конце концов приревновать. Но он стойко продолжал принимать Чонгука таким, какой он есть: с его постоянными исчезновениями и нетрезвыми выходками. Когда Чон поднимал эту тему с Кимом, спрашивал, как тому удаётся не ревновать и продолжать сохранять спокойствие, пока Чонгук не пойми где и с кем, Тэхён лишь пожимал плечами, отвечая ровное: «доверие». Доверие. Интересная штука. Настолько хрупкая, что разбить легче, чем старую фарфоровую куклу. На неё нужно дышать с осторожностью, пылинки сдувать почти что невесомо, потому что трещины оставить легче простого. А вот заклеить их стоит колоссального труда, для кого-то даже является чем-то непосильным. Чонгук столько раз неосознанно игрался с доверием Тэхёна, был на грани, чтобы разбить его вдребезги. Ким же никогда не давал поводов для ревности. У него мало знакомых, друзей – единица. Часто сидит дома, либо же занят нелюбимой работой и всегда души не чает в своём партнёре. За год отношений был в ночном клубе лишь дважды с лучшим другом. И заведение, в котором был Тэхён, значительно отличается от «Депо». Ким казался идеальным парнем. Но как же иронична судьба, что именно он совершил измену. Чонгук не знает: то ли он был так слеп, то ли Тэхён столь идеальный актёр. Знать этого, по правде говоря, ему вовсе не хочется. Не готов столкнуться с правдой. И Чонгук бы и дальше мог наматывать круги по городу, утопая в собственных размышлениях, которые затыкают брешь на сердце, но он дошёл до собственного дома, отыскал ключи, зашёл в подъезд и принялся ещё более лениво перебирать ногами, поднимаясь до четвёртого этажа. Чон впервые не потерял ничего из вещей после «Суено»: ни телефон, ни ключи, ни какой-либо элемент одежды. Но он потерял свою любовь и веру в её существование вместе со всяким смыслом жить. И вновь чёртова ирония, шутка от судьбы, которая не щадит Чонгука, измывается и помыкает им. Он чувствует себя как во сне. Ноги путаются между собой, обшарпанные тёмно-зелёные стены кажутся ещё более узкими и давящими, будто вот-вот обрушатся на парня вместе с потолком. От запаха сырости и влаги в подъезде воротит, а от единственной мигающей лампочки в глазах рябит. Если вспоминать пять стадий принятии неизбежного, то Чонгук определённо точно переживает «Торг». В голову сразу дало кучу вопросов, как только он покинул кимовский дом. Чонгук не успевает найти ответ на один, как тут же всплывает второй. Он настолько в своих мыслях, что неосознанно переключил своё тело в режим «автопилот» и это единственное, что позволило ему дойти до квартиры. Что насчёт отрицания и гнева, как скоро ожидать депрессию и есть ли надежда на достижения принятия – Чонгук не знает. Он не успевает это всё обдумать, потому что входная дверь в квартиру с противным и протяжным скрипом растворяется, громким эхом разносясь по всему подъезду. На пороге встречает Хосок, который беглым взглядом рассматривает брата. — Что с лицом? — спрашивает без особого интереса. Чонгук смотрит на старшего ни живым, ни мёртвым взглядом. На дне зрачков застыла жизнь, но не закончилась. По крайней мере, физически. Он плавно ведёт взор за рукой Хосока, которая поправляет растянутую временем серую футболку, а после прячется в кармане чёрных домашних спортивных штанов. — Ты про последствия драки или в общем? — Чонгук хрипит и понимает, что его избитое лицо – более, чем просто привычная картина, поэтому… — В общем. Чонгук делает двухсекундную паузу, а после на выдохе объясняется: — Тэхён изменил мне, — старается не вкладывать в свой голос эмоции, которые постепенно начинают доставать до мозга и сердца, но голос в конце предательски дёргается, после чего следует колючий ком, вставший поперёк глотки. — Такой исход ваших отношений был лишь делом времени, — Хосок ёмко изрекает. Старший Чон всегда негативно относился к богатым и изначально выступал против отношений Тэхёна с его братом. Очевидно, что за маской агрессии скрывается зависть, ведь Хосок не знает, что значит жить в достатке. Но почему-то он с идеальной точностью смог предугадать разрыв отношений, ещё полгода назад заявив, что Ким подлый человек, явно способный на измену. Хосок единожды предупредил младшего, а сейчас просто подтвердил собственные слова из прошлого. Чонгук грузно вздыхает. Он надеялся получить хоть грамм поддержки, потому что сам буквально разваливается по частям. Чон понятия не имеет, как будет собирать себя обратно, склеивать отвалившиеся кусочки, зашивать раны и, игнорируя шрамы со слезами, пытаться существовать дальше. Ему нужно хоть немного сочувствия и моральной поддержки, поэтому он вернулся домой и сказал брату всё, как есть, а в ответ получил лишь бесцветное «такой исход ваших отношений был лишь делом времени». Да плевать Чонгук хотел на все предсказания от брата, его бы просто обнять, прижать покрепче и сказать, что всё будет хорошо, но он получает очередной удар по своей душе. — Мог бы промолчать, — подзажившие корочки на губах Чонгука лопаются и начинают кровоточить, оставляя на языке еле ощутимый привкус металла. — Я предупреждал тебя обо всём заранее, так что не нужно сейчас приходить ко мне и плакаться в жилетку, — с заметной ноткой брезгливости бросает Чон, явно не ставя себя на место брата. Хосок всегда был прямолинеен и груб, поэтому Чонгук лишь кивает ему головой в ответ и стягивает грязные кеды вместе с кофтой. Чонгук проходит по коридору, слегка задев плечом Хосока, что одаривает его скучающим взглядом. Он ретируется в гостиную, в которой из мебели диван, служащий кроватью брата, комод из тёмного дерева, на котором стоит телевизор, и боксёрская груша. В другом конце комнаты дверь, которую Чонгук неспешно приоткрывает, попадая в свою спальню. Он осматривает голые стены, что увешаны плакатами групп и исполнителей, половину из которых Чон не знает. Дальше скользит взглядом по комнате, пока не натыкаются на незастеленную кровать, над которой висят листы бумаги, приклеенные на скотч, а на них рисунки Тэхёна. Ким чаще всего рисовал Чонгука, изредка добавляя себя рядом. Чону не нравится, что у него в комнате так много своих портретов, но их нарисовал Тэхён и он не мог не повесить себе это на стену. На одном из рисунков запечатлён лабрадор, о котором мечтает Чон как минимум половину жизни. Чонгук долго смотрит на бумагу, неосознанно прокручивает в голове обжигающие воспоминания и усмехается, опустив голову. Он перебирает пальцами, поджимая губы. Тяжёлый дрожащий вздох разносится по комнате. Чонгук накрывает лицо руками, плечи начинают дёргаться.