Дело номер...

      Дождь в Мэрланде лил так, словно не собирался останавливаться никогда. Густой туман клубился между фонарями, скрывая силуэты домов и превращая ночной городок в декорации к фильму ужасов.       Капли стучали по крыше старого автомобиля, их монотонный ритм нервировал, но Джоан не могла заставить себя выключить двигатель. Она сидела за рулём, сжимая руки на баранке так крепко, что костяшки побелели.       — Чёртов Мэрланд, — пробормотала она, бросив взгляд на потрёпанную карту, приколотую к пустому пассажирскому сиденью.       Это был не просто городок — это был приговор. Последний шанс на спасение. Для неё.       Когда её начальник вручил ей дело об убийстве в Мэрланде, на его лице было написано всё. Никто больше не хотел этим заниматься. А с её послужным списком выбора не оставалось: или она доведёт дело до конца, или её карьере придёт конец.       Джоан резко захлопнула дверь автомобиля и вышла под дождь. Её ботинки хлюпали в грязной луже, а ветровка промокла за считанные минуты.       Город встречал её холодом и пустотой — не было видно ни машин, ни людей, словно все прятались за занавесками своих домов.       — Прекрасно, — усмехнулась она, бросив взгляд на вывеску старого мотеля: «Сосновый приют».       Внутри пахло затхлостью и дешёвым освежителем воздуха. За стойкой сидел мужчина лет пятидесяти, облупившийся счётчик и старые ключи делали его образ законченным. Он даже не поднял взгляд, когда Джоан поставила на стойку документы.       — Мне нужен номер на несколько дней, — произнесла она, выдавив вежливость.       — Двадцать пять баксов вперёд. — Его голос был хриплым, словно он всю жизнь курил дешёвые сигареты.       Заплатив, она поднялась в свой номер — тесную комнату с бежевыми стенами, покосившейся лампой и кроватью, которая казалась опасно скрипучей. Ничего удивительного. Такие места редко могли предложить что-то лучше.       Скинув ветровку и доставая из сумки дело, Джоан изучила папку. Преступление было до смешного простым: мужчина, сорок лет, найден в лесу на окраине города. Причина смерти — травма головы. Последний, кто его видел живым, — Питер Данбар, двадцатипятилетний одиночка, проживающий в старом доме за городом.       «Питер Данбар», — прошептала она, разглядывая чёрно-белую фотографию.       Парень смотрел в камеру мрачно, с вызовом. Тёмные глаза, растрёпанные волосы и резкие черты лица. Она уже видела таких людей — замкнутых, поломанных чем-то или кем-то, тех, кого общество любило называть изгоями.       В папке не было ни единого упоминания о мотивах, как и реальных доказательств, кроме показаний пары местных жителей. Они утверждали, что видели Питера рядом с жертвой за несколько часов до смерти. Всё остальное было лишь слухами. Жители Мэрланда, кажется, с удовольствием назначили виновного.       «Слишком просто», — подумала Джоан, щёлкая ручкой.

***

      На следующий день город казался ещё более мрачным. Джоан пришла в местное управление полиции — крошечное помещение с облупившимися стенами и дребезжащим кондиционером.       Местный шериф, мужчина с брюшком и усталым взглядом, встретил её без энтузиазма.       — Думаешь, сможешь найти что-то новое? Мы уже закончили это дело, — проворчал он, ставя перед ней чашку чая.       — То есть вы нашли доказательства его вины? — Джоан подняла бровь.       Шериф пожал плечами.       — А зачем искать? Этот парень — просто ходячая проблема. Живёт один в доме своих родителей, ни с кем не общается. Плохой знак.       — То есть доказательств нет. — Она чуть приподняла уголок губ в насмешливой улыбке. — Тогда мне придётся поговорить с ним лично.       Шериф хмыкнул, но ничего не сказал.

***

      Его дом был как призрак прошлого: старый, скрипучий и покосившийся, но до сих пор стоял в окружении тёмного леса. Джоан долго стучала в дверь, прежде чем услышала шаги за стеной.       Дверь открылась резко, и она встретилась взглядом с тем самым парнем с фотографии.       Он был высоким, худощавым, но его взгляд... Этот взгляд мог бы пронзить насквозь. Тёмные глаза смотрели на неё холодно и немного раздражённо.       — Что тебе надо? — спросил он, даже не сделав попытки быть вежливым.       — Джоан Блейк, детектив. Я расследую убийство.       — Уже слышал это. Уходи.       — Боюсь, я не могу, — она шагнула ближе, словно бросая ему вызов. — Мы можем поговорить внутри?       Парень молчал, но взгляд его был опасным. В какой-то момент Джоан решила, что он просто захлопнет дверь перед её носом, но вместо этого он отступил в сторону, пропуская её внутрь.       Дом внутри оказался на удивление чистым, хотя и пустым. Старые полки, пара книг и потрёпанный диван — как будто здесь давно не жили. Он молча указал на стул и присел напротив, скрестив руки на груди.       — Я не убивал его, — сказал он, прежде чем она успела открыть рот.       — Хорошо. Докажи.       Питер усмехнулся. Его взгляд потемнел.       — Это твоя работа, детектив. Я не собираюсь ничего доказывать.       — Если ты невиновен, тебе нечего скрывать.       — Я не обязан тебе ничего говорить, — его голос стал жёстче. — Люди вроде тебя приходят, копаются в чужой жизни, а потом исчезают. Мне не нужны твои вопросы.       — А если я найду что-то, что тебе не понравится? — она пристально смотрела на него, чувствуя, как растёт напряжение.       Парнишка молчал. Между ними повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом старого дома. Его взгляд был острым, как нож. Казалось, он видит её насквозь, изучает и решает, стоит ли ей верить.       — Тогда не находи, — бросил он, вставая с места. — Тебе лучше уехать, пока ещё можешь.       — Это угроза? — Джоан подняла подбородок, не отводя глаз.       — Это совет.       Когда она вышла из дома, её руки дрожали. Питер не казался убийцей, но его слова — его взгляд — заставляли задуматься. Она не знала, что именно скрывает этот парень, но чувствовала: эта история только начинается.