Хроники Кроноса - Таяние в морозе

      Сван сидел у костра, наблюдая, как языки пламени лениво лижут воздух. Длинные тени плясали на заснеженных соснах, создавая иллюзию, будто лес живёт своей, невидимой для смертных жизнью. У костра собрались охотники: молодые и полные сил, но с налётом усталости от долгой подготовки к охоте. Рота, держа в руках своё копьё, молча смотрела в сторону леса. Щит, крепко закреплённый за её спиной, казался тяжёлым не только физически, но и по смыслу — словно символ её прежних битв, тех, о которых она старалась не вспоминать.       Сив, гордая и оживлённая, пришла первой. Она была в предвкушении охоты, как будто каждая клеточка её тела жаждала движения и опасности. Её карие глаза с золотистым отливом отражали огонь и, казалось, сами искрились от её внутреннего энтузиазма. Она нетерпеливо перебирала ремешок топоров на поясе, будто проверяя, на месте ли они, хотя знала это наверняка.       Последними подошли Ару и ещё несколько охотников. Луки и копья в их руках смотрелись как естественное продолжение тел, но Ару выделялся: за его спиной, как всегда, красовался огромный топор. Он шёл, как медведь, отбрасывая широкие тени на снег, и вызвал первую реакцию со стороны Сив.       — Ару, решил на кабана в ближний бой идти? — усмехнулась она, обнажая зубы в широкой улыбке. Угольки от костра вспыхнули в её глазах, добавляя ей ещё больше дерзости.       Парень отмахнулся, заявив уверенно, даже немного нахально:       — Да это не на дичь, это на этих… Фростгриммов или кого там ещё. Слышала, Рота? Если кто нападёт, я вас всех спасу.       Рота выдохнула, не поднимая взгляд от копья, которое она машинально проверяла. Её голос был тихим, но чётким:       — Надеюсь, не встретим.       Сван, сидевший чуть в стороне, кашлянул, привлекая внимание. Он был опытным охотником, человеком, чьи слова всегда звучали с оттенком спокойной уверенности, смешанной с мудростью.       — Ну, если уж на то пошло, эта зима действительно холоднее обычного, — начал он, поглаживая бороду. — Может, Королева Холода разгневалась на нас.       Сван улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то, что могло быть и шуткой, и намёком на нечто большее.       — Какая ещё королева? — с весельем, но и слегка озадаченно, спросила Сив, подняв бровь.       Рота, отложив копьё, хлопнула Сив по плечу, словно поддразнивая её:       — Неужели мама не рассказывала тебе историю про девушку, которая раньше была воительницей, а потом ушла в поход, прямо как мы сейчас, и не вернулась? Говорят, спустя годы несколько кланов объединились, чтобы её найти. И что же они нашли? Огромный ледяной замок. По легенде, она выжила и боги признали её одной из своих. С тех пор она владычица наших фьордов.       Сив нахмурилась, слегка покачивая головой.       — А разве не Рагна — владычица?       Олаф, массивный охотник с суровым взглядом, сидевший чуть в стороне, хмыкнул и неожиданно заговорил, не отрывая глаз от пламени:       — Ну, вы, девочки, совсем не знаете, о чём говорите. Сколько живу, Королеву Холода не видел, а вот Рагна со своим кланом вполне реальна. Благодаря её покровительству наша деревня не голодает.       В его словах чувствовалась не только уверенность, но и уважение к настоящей, а не мифической власти. Однако сказанное не разрушило атмосферу. Легенды и рассказы оставались в воздухе, как незримый иней, окутывающий каждого. Никто не стал спорить. Лишь ветер, гуляющий по верхушкам деревьев, добавлял едва слышный голос к их разговору.       Рота, поглаживая древко своего копья, смотрела на огонь. Её мысли были далеко — там, где тени леса сливались с чем-то древним и необъяснимым.       Сван встал, поправляя колчан за плечом. Его взгляд, острый, как холодный воздух рассветного леса, задержался на Сив и Роте. Они, смеясь, пытались унять Ару и других охотников, чьи громкие голоса разносились эхом по деревьям.       — Не знаю, но солнце скоро взойдёт, — сказал он, смахнув инея с рукояти лука. — Нам предстоит долгий путь. С едой совсем плохо, даже рыба куда-то пропала. Мы — последняя надежда для клана.       Карие глаза Сив вспыхнули азартом, и она вскинула руку, подзывая охотников:       — Так, народ! Кто поймает меньше всех, тот не будет пить неделю! — весело выкрикнула она, направляясь следом за Сваном.       Рота закатила глаза, пытаясь скрыть улыбку, и кто-то из охотников уверенно усмехнулся:       — Готовься сама не пить, Сив! У нас-то опыта побольше. Это тебе не набеги на кланы, а настоящая охота.       — На охоте зверя цель зверя — избежать встречи с людьми, — тихо, но твёрдо добавила Рота. Она на мгновение остановилась, вглядываясь в тени леса, где снег казался слишком ровным, слишком молчаливым.       К полудню группа оказалась в глубине леса. Морозное солнце висело низко, бросая длинные тени от деревьев. Пара зайцев и несколько лисиц — вот всё, что удалось добыть за долгие часы. Большая дичь, казалось, давно ушла, оставив лес странно тихим.       Сван остановился, осматриваясь. Его взгляд метался от одного ствола к другому, будто он искал что-то, чего никто другой не видел.       — Так, кажется, животных в этой части леса нет, — сказал он, опираясь на копьё. Его голос звучал задумчиво, почти шёпотом, чтобы не потревожить эту хрупкую тишину. Он прикрыл глаза, втягивая холодный воздух, затем медленно продолжил: — И вообще, по ощущениям, лес опустел…       Лес становился особенно безмолвным. Тишина была настолько густой, что даже звук шагов охотников казался кощунственным. Сван остановился, прислушиваясь, и жестом велел остальным сделать то же. Никто не посмел возразить — тени деревьев, покрытых инеем, казались чуждыми, как будто лес стал чем-то иным, не тем, что они знали раньше.       — Странно, — пробормотал один из охотников, молодой парень с луком. — Иней. Здесь его быть не должно, деревья ведь стоят под солнцем.       Рота внимательно осмотрела ближайшие стволы. Иней лежал тонким, но явным слоем даже на тех местах, куда солнечные лучи пробивались сквозь кроны. Она провела рукой по ледяной корке на коре, её пальцы дрогнули от холода.       — Это не похоже на обычный иней, — тихо сказала она, сжимая копьё.       Сив фыркнула, но её голос звучал немного натянуто:       — Ну, может, просто слишком холодно. Или ветры с севера принесли заморозки. Чего сразу пугаться?       Сван ничего не сказал, лишь медленно двинулся вперёд. Он не любил спорить, особенно в такие моменты. Остальные последовали за ним, но даже самый храбрый из них начал время от времени оглядываться. Лес будто наблюдал за ними.       Через некоторое время один из охотников споткнулся и чуть не упал. Сив обернулась, чтобы поддразнить его, но тут замерла. У его ног лежал старый сапог, покрытый льдом. Он выглядел так, словно провёл в снегу долгие годы, но ледяной слой на нём был свежим.       — Это чей-то? — спросил Ару, подходя ближе. Его рука уже легла на топор, но он ещё пытался сохранить видимость спокойствия.       — Не наш, — Сван взял сапог и внимательно осмотрел его. — Этот лёд… слишком ровный. Как будто… — Он осёкся, не договорив. Вместо этого он бросил сапог обратно на землю и поднял руку, призывая всех к тишине.       И тут она пришла. Тишина. Абсолютная, пугающая. Даже лес, который до этого трещал от ветра и шуршания снега, вдруг замер. Казалось, сам воздух затаился, боясь потревожить что-то древнее.       Сив прошептала:       — Сван, что это?       Но он не ответил. Его взгляд был прикован к чему-то впереди. На снегу появились отпечатки — огромные, с глубокими вмятинами, которые могли оставить только когтистые лапы. Отпечатки шли вглубь леса, скрываясь в густых тенях.       Рота сжала копьё сильнее, чувствуя, как её пальцы начинают неметь. Её взгляд заметил ещё одну деталь — клочки шерсти. И чуть дальше полузамороженные останки лисы с пустыми глазницами, в которых отражалось что-то необъяснимое.       Ару нервно засмеялся:       — Ну что, кто-то говорил, что зверь избегает встречи с человеком?       — Этот — нет, — тихо сказала Рота, её голос прозвучал как эхо в этом застывшем пространстве.       Сван махнул рукой:       — Уходим. Сейчас же. Держитесь вместе.       Их шаги стали быстрыми, почти паническими, но лес будто сгущался вокруг них, становясь всё плотнее. Каждый шаг отзывался эхом, и даже Сив, всегда уверенная в себе, не могла скрыть лёгкой дрожи в голосе, когда сказала:       — Это не охота. Это что-то другое.       Когда группа дошла до небольшой поляны, Рота остановилась первой, прикрывая собой Сив. Это было почти инстинктивно, хотя сама Сив могла бы посмеяться над её «защитой». Ветер стал более резким, острым, словно обнажённое лезвие.       — Мы здесь ненадолго, — произнёс Сван, глядя на небо, которое заволакивали плотные серые облака. — Отдохните, но будьте начеку.       Сив уселась на поваленный ствол дерева и быстро отвела глаза, заметив взгляд Роты. Её всегда раздражала эта немая забота, хотя в глубине души она находила её приятной.       — Ты как? — наконец спросила Рота, сев рядом. Её голос был тихим, почти неуверенным.       Сив фыркнула, но ответила мягче, чем обычно:       — Я? В полном порядке. Разве этот сапог или чьи-то странные следы могут меня напугать? — Она слегка усмехнулась, но в её глазах мелькнуло что-то, что Рота уловила.       — Знаешь, ты не должна всегда быть самой смелой, — сказала Рота, стараясь смотреть прямо перед собой. — Это нормально — иногда сомневаться.       Сив, посерьёзнев, покосилась на неё, но не успела возразить, как Ару, весело потрясая своим топором, подошёл ближе.       — Ну, как наша храбрая пара? Готовы к продолжению прогулки? — спросил он, садясь напротив и отправляя в рот кусок сухого мяса.       Рота молча смотрела на него, а Сив раздражённо поморщилась:       — Может, не стоит так громко трещать? Вдруг ты привлечёшь внимание кого-то, кого мы не хотим видеть.       — Хм, если уж кто-то и придёт, я разберусь, — Ару, ухмыльнувшись, похлопал по рукояти топора.       — Не стоит быть таким самоуверенным, Ару. — Сван осматривал округу, его взгляд скользил по обледенелым стволам деревьев. Густой иней покрывал ветви, мир словно замер в ожидании. — Я давно топчу эти фьорды и слышал разное. Лес изменился. Буквально неделю назад здесь было много дичи и теплее.       Он говорил тихо, словно боялся потревожить саму тишину, что окутывала их группу. Его пальцы едва ощутимо коснулись шероховатой коры дерева, холодной, как лёд.       — Что же могло стать причиной изменений?       Сван пожал плечами, но в его взгляде мелькнула тень тревоги.       — Ну, хайгеры, тролли или фростгриммы — это сказки для маленьких детей. — Сив развела руками, её голос прозвучал громче, чем нужно, словно она хотела перебить эту зловещую тишину. — Сколько живу, видела только пару виверн, и всё. Наши враги на южном берегу: клан Вепря и клан Морозных Клыков. Я не замечала фантастических тварей.       — Соглашусь с Сив, — вмешался Ару с нарочитой лёгкостью. — Наверняка это магия галлюцинаций. Может, нас пытаются напугать.       Сван покачал головой, его голос прозвучал резко: — Детишки, я не видел ни троллей, ни фростгриммов, но это не значит, что их нет. Когда наш клан только обосновался здесь, я и не заходил в глубину леса. Такие были правила, установленные Рагной для поддержания безопасности. Если вы не видели чудовищ, может, потому что они тоже не заходили на наши земли. Вы об этом не думали?       — А тогда почему? — спросил Ару, нахмурившись.       — Может быть, потому что их нет, дурак! — огрызнулась Сив, её голос звучал с нотками раздражения. Рота молчала, вспоминая когтистую лапу, что обхватывала ствол дерева. Её сердце сжалось от неясного чувства тревоги.       — Есть, — тихо, но уверенно возразила она. — Только я не думаю, что то, что мне рассказывала мама перед сном, соответствует тому, что я видела.       Ару вскинул бровь, скептически глядя на неё:       — А что ты видела?       Рота задумалась, её пальцы машинально погладили древко копья.       — В маминых сказках Фростгриммы — это духи леса. Они носят с собой мешок с яствами и едой. Когда они видят, что путник устал или находится в беде, они могут подбросить ему еды или начертить на деревьях и снегу маршрут до дома.       Ару громко засмеялся, его смех разнёсся эхом по застывшему лесу:       — Может, они ещё и подарки дадут!       Сван не улыбнулся.       — Да, мне мама тоже рассказывала это. Но никто их не встречал. Хайгеров я видел. Это такие черви с мехом. Пару раз попадались на охоте. А вот тролли… В рукописях говорится, что фьорды и скалы — это они. Окаменелые стражи, навечно обречённые быть декорацией для нас, людей.       — Почему? — спросила Сив, её голос на этот раз был мягче, словно она начала задумываться.       — Они боятся света, — вздохнул Сван, — их кожа мгновенно каменеет, стоит солнечному лучу попасть на них. Хотя… я больше реалист.       Он сорвал небольшую ветку, провёл по ней рукой, суша её магией, и зажёг в последний раз движением ладони. Огонь бросил пляшущие тени на лица охотников, и на мгновение всем стало немного теплее.       — Пора выдвигаться. Если стемнеет слишком сильно, мы не сможем вернуться в деревню.       Тишина снова завладела лесом. Даже ветер, казалось, утих, оставив охотников в странной пустоте, где каждый звук отдавался эхом в их головах. Рота шла рядом с Сив, чувствуя, как холод проникал глубже в её кожу, словно лес хотел вытянуть из неё тепло. Вокруг стволов деревьев начали появляться странные отметины — глубокие царапины, будто кто-то обхватил их когтистой лапой.       — Вы заметили, как темно стало? — прошептал один из охотников, молодой парень с луком, и его голос дрожал как осиновый лист.       Сван остановился, осмотрелся и кивнул, будто соглашаясь с невысказанным вопросом.       — Это не обычная ночь, — тихо произнёс он, прислушиваясь к чему-то невидимому. — Что-то здесь не так.       — Да ладно вам, — начал было Ару, но его голос прозвучал слишком легко и твёрдо, словно он сам пытался убедить себя. — Может, это просто облака. Или… или магия. Я слышал, как маги иногда создают иллюзии, чтобы отпугивать врагов.       Сив бросила на него взгляд, полный скептицизма, и хотела уже ответить, но Рота положила ей руку на плечо, безмолвно прося молчать.       Внезапно издалека донёсся низкий, почти вибрирующий звук, как если бы треснул толстый слой льда. Все замерли. Рота почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок, а сердце заколотилось сильнее.       — Это что? — выдохнул Ару, сжимая топор так крепко, что его пальцы побелели.       — Не издавай шума, — жёстко ответил Сван, поднимая руку. — Держитесь ближе друг к другу.       Они двинулись дальше, но теперь каждый шаг отдавался в снегу глухим звуком, будто лес сам отмечал их присутствие. Рота услышала, как Сив тихо выдохнула, и краем глаза заметила, как та крепче прижала ремешок топора к себе.       — Рота, — внезапно произнесла Сив, её голос был чуть выше обычного. — Ты же… Ты чувствуешь это, правда?       Рота кивнула, её глаза медленно скользили по деревьям, изучая каждую тень. И вдруг она заметила их. На снегу, чуть впереди, появились глубокие отпечатки — огромные, почти нереальные. Их очертания напоминали следы медведя, но когти были слишком длинными, а шаг — слишком широким.       — Они свежие, — прошептала Рота, наклоняясь ближе. Её голос был настолько тихим, что только Сив услышала.       — Что это? — спросила Сив, её лицо теперь лишилось всякого веселья. В карих глазах заиграли отблески страха.       — Не знаю, — Рота выпрямилась, не отводя взгляда от следов. — Но оно где-то рядом.       Сван обернулся, его лицо было мрачным. Он заметил следы и, не сказав ни слова, поднял копьё. В этот момент вдалеке снова раздался треск — ближе, чем в прошлый раз.       Тишина становилась невыносимой. Даже шорох ветра больше не нарушал звенящую пустоту. Лес будто замер, ожидая чего-то страшного. Рота шагала чуть впереди, внимательно всматриваясь в тени. Её пальцы сжимали древко копья так крепко, что кожа побелела.       Следы, которые они нашли, исчезли так же внезапно, как и появились. Снег впереди был ровным, нетронутым, но каждый из них ощущал чужое присутствие. Оно висело в воздухе, холодом касаясь затылков, замирало в сердцах.       — Это уже не смешно, — прошептала Сив, её голос звучал тихо, почти сломленным. — Мы не можем идти дальше.       — Мы и не идём, — жёстко ответил Сван, осматриваясь. Он поднял руку, призывая всех остановиться. — Собираемся ближе. Никто не отходит.       Ару, несмотря на приказ, не придвинулся к собратьям, оглядываясь по сторонам. Он выглядел напряжённо: его руки то и дело поправляли топор, взгляд метался между деревьями. Он засмеялся — слишком громко, слишком неуместно.       — Что? Мы будем ждать, пока это, — он указал на лес, — нас найдёт? Я не собираюсь сидеть и ждать, как глупец.       — Замолчи, — резко произнесла Рота, повернувшись к нему. — Ты только привлечёшь внимание.       Но Ару уже не слушал. Его самоуверенность, едва прикрывающая страх, толкала его к действию. Он сделал шаг в сторону, заглядывая за ближайшие деревья.       — Ару, вернись! — тихо, но настойчиво окликнул его Сван.       В этот момент из-за дальних деревьев донёсся глухой, тяжёлый звук, как будто что-то огромное двигалось сквозь лес. Лёгкий скрип снега, неестественно глубокий, заставил всех замереть. Охотники собрались плотнее, их дыхание стало слышным в холодном воздухе.       Рота почувствовала, как сердце замерло. Она мельком взглянула на Сив — та стояла неподвижно, её руки лежали на рукоятках топоров, взгляд был направлен куда-то вдаль.       Тяжёлый шаг. Ещё один. Затем что-то вынырнуло из тьмы. Оно не двигалось быстро, но каждый его шаг был как удар грома. Высокое, с длинными, извивающимися рогами, оно выглядело как ночной кошмар, воплощённый в реальность. Свет от факелов отразился от его глаз — два жёлтых огня, прожигающих темноту. На его плечах лежал огромный мешок, сделанный из материала, который все поняли без слов: человеческая кожа, сшитая грубыми нитями.       — Чёрт… — выдохнул один из охотников, но не успел договорить. Существо двинулось вперёд.       Всё произошло быстро. Оно не ревело, не издавало устрашающих криков — только жуткий звук разрывающегося снега, когда оно бросилось вперёд. Один из охотников даже не успел поднять копьё — его тело исчезло в лапах существа, словно кукла, раздавленная невидимой силой. Крик заглох почти сразу.       — Держать строй! — выкрикнул Сван, но в его голосе было больше отчаяния, чем командного тона.       Рота, отступая, схватила Сив за руку, чтобы та не сорвалась вперёд. Она видела, как существо поворачивается к Ару, его жёлтые глаза вспыхивают, словно находя цель. Ару попытался ударить топором, но чудовище с лёгкостью перехватило его руку. Звук раздался глухой, ужасный — словно треснуло дерево. Ару закричал, но его вскоре затянуло в мешок, который чудовище с лёгкостью закинуло обратно на плечо.       — Нет! — вырвалось у Сив, её голос был полон ярости и боли, но Рота удержала её. — Это самоубийство!       — Мы не сможем спасти его! — резко сказала Рота, заставляя Сив посмотреть ей в глаза. — Нам нужно выжить.       Чудовище замерло, обернувшись к ним. Его взгляд пересёкся с Ротой. На мгновение время будто остановилось. Оно смотрело на неё — не как зверь, а как нечто разумное. Затем, с неестественной грацией, существо развернулось и растворилось в темноте, не издав больше ни звука.       На поляне осталась только смерть. Лес снова погрузился в тишину, но теперь она была ещё страшнее.