Хроники Кроноса - Таяние в морозе

      — Мы должны найти Ару, — отрезала Рота, её голос прозвучал твёрдо, но в нём дрожала едва уловимая нотка. Она стояла, держа копьё обеими руками, словно оно могло придать ей уверенности. Взгляд метался между Сваном и остальными охотниками, ища поддержку, но в их глазах читалась усталость и страх.       Сван вздохнул и покачал головой:       — Мы не можем рисковать всей группой ради одного человека. Это безумие. — Он говорил глухо, почти устало, как будто он сам не верил своим словам. — Ару знал, на что шёл, когда отправился с нами.       Сив, наконец оправившаяся от шока, сняла со спины щит и крепко сжала топор. Она шагнула вперёд, вставая рядом с Ротой.       — Подумайте сами, мы не можем бросить его. В деревне и так мало людей, а вы хотите оставить его там? А вдруг он жив?       — Ты не можешь знать наверняка. А если он уже мёртв? Если эта тварь пока занята им, у нас есть шанс предупредить остальных. Головой думай! Мы не знаем, как повернётся ситуация.       Рота сделала шаг в сторону того места, куда унесли Ару. Она наклонилась, изучая глубокие следы в снегу, ведущие в чащу. Копьё в её руках слегка задрожало, как и её ноги. Она выпрямилась, пытаясь найти уверенность.       — Вы как хотите, — сказала она, подняв копьё так, будто показывала, что оно станет её единственной защитой, — а я остаюсь. Ару многое сделал для меня в детстве. Это копьё — его подарок.       Сив сделала шаг к Роте, кладя руку на её плечо:       — Сразим чудовище. Пусть они идут в деревню, а мы…       Она не успела договорить — рука Свана резко схватила её за плечо и оттолкнула в снег.       — Да что ты несёшь, малявка? — рявкнул он.       Его глаза блестели от сдерживаемого гнева. Он посмотрел на Роту, и его взгляд был таким же тяжёлым. — И ты тоже. Вы думаете, это игра? Вы понимаете, что ничего не знаете об этом звере? Мы даже не уверены, один ли он.       Сив поднялась на ноги, её лицо пылало от унижения, но она ничего не сказала. Рота сжала копьё так крепко, что побелели пальцы.       — Я понимаю, что это не игра, — наконец произнесла она.       — Но я не могу уйти. Если есть хоть малейший шанс, что он жив…       Сван посмотрел на неё с горечью. Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть собственные сомнения.       — Мы отведём остальных в деревню, — намного мягче сказал он. — Если вы действительно хотите остаться… Будьте готовы, что вас может постичь та же участь. Это не героизм, девочки. Это глупость.       Внезапный крик прорезал тишину леса, как нож рассекает натянутую кожу.       — Помогите… больно… а-а-а-а-а… — голос Ару раздавался отрывисто, хрипло, будто он выдавливал слова сквозь мучительную боль. Он был близко, слишком близко.       Рота замерла на мгновение, сердце заколотилось так громко, что, казалось, его мог услышать каждый. Затем она сорвалась с места, копьё крепко сжималось в её руке.       — Ару! — выкрикнула она, её шаги становились всё быстрее.       Сив, не раздумывая, бросилась следом, коротко выругавшись про себя. Снег хрустел под их ногами, словно сопротивлялся, не желая отпускать их к тому, что ждало впереди.       Сван сплюнул на снег, оставляя на нём тёмное пятно, и обернулся к оставшимся охотникам.       — Луки наготове, оружие держите крепче. — Он махнул рукой в сторону леса. — Если что-то выйдет из тьмы, стрелять сразу.       Рота и Сив тем временем пробирались через лес, ориентируясь на раздающиеся крики. Крики Ару звенели то громче, то тише, уводя их всё дальше в чащу. Иногда он раздавался прямо перед ними, иногда сбоку, словно сам лес играл с ними.       — Девки, аккуратнее! — выкрикнул Сван, догоняя их со своей группой. — Не попадите в наши же ловушки!       Они двигались осторожнее, оббегая места, где под снегом скрывались выкопанные ямы и растяжки для дичи. Каждый шаг был чреват опасностью, и не только из-за чудовища. Деревья вокруг казались выше, чем раньше, их ветви, покрытые инеем, нависали, как когтистые руки, готовые схватить каждого, кто осмелится пройти дальше.       Когда крики наконец стихли, группа остановилась на небольшой поляне. Здесь снег был усыпан следами крови, красные пятна растекались тёмными пятнами, создавая жуткий контраст с белизной снега. Рота остановилась, тяжело дыша. Её взгляд метнулся к ближайшему дереву, на коре которого были глубокие царапины, словно кто-то огромный пытался взобраться наверх.       — Они были здесь, — тихо сказала она, наклоняясь ближе к стволу дерева. Её пальцы провели по свежим бороздам, их края были острыми, как будто когти оставили их только что.       — Кровь ещё тёплая, — продолжила она, смахивая пальцем алую каплю со снега. Её голос звучал отстранённо, словно она пыталась собраться с мыслями. Она медленно подняла голову и осмотрела ветки деревьев, но ничего не увидела.       — Следы обрываются, — прошептала она, выпрямившись. Она повернулась к Сив, которая стояла чуть позади, крепко сжимая топор. — Здесь что-то не так. Такое чувство, что они… исчезли.       Сван подошёл ближе, его лицо стало мрачнее обычного. Он осмотрел место, где следы, полные силы и угрозы, исчезали так же внезапно, как начались. Лес вокруг был тих, словно притаился, ожидая своей следующей жертвы.       — Это ловушка, — наконец произнёс он. — И мы уже в ней.       Едва Сван закончил говорить, как мощная когтистая лапа вырвалась из тьмы, схватив одного из охотников. Резкий рывок, и тело мужчины исчезло в снежной дымке. Сван обернулся, натягивая тетиву лука, и увидел, как чудовище легко разрывает жертву. Кровь брызнула на снег, алым пятном растекаясь вокруг.       — Он на дереве! — крикнул Сван, выпуская стрелу. Она вонзилась в лапу существа, и ещё несколько стрел из луков других охотников нашли свои цели. Фростгримм, однако, не замедлился. С дикой грацией он перескакивал с дерева на дерево, толстые ветви прогибались под его весом, а снег сыпался, как сверкающие искры.       — Сив! — закричала Рота, когда чудовище метнуло в их сторону огромную ветку. Сив успела уклониться, бросившись в сторону. Ветка врезалась в землю, поднимая облако снега, которое на мгновение закрыло видимость. Когда пелена осела, Фростгримм исчез.       — Чёрт… — прошептал Сван, наклонившись над телом погибшего охотника.       — Нам удалось его ранить, но в следующий раз удача может не быть на нашей стороне.       Его взгляд обежал остатки группы, и он нахмурился.       — Рота… где она? — спросил он, оглядываясь.       Рота уже была далеко. Едва уклонившись от летящей ветки, она заметила, что у чудовища не было мешка. Что-то в этом казалось важным, словно разгадка крылась именно там. Она не думала, она бежала. Следы Фростгримма, глубокие и страшные, вели её через лес, через завалы снега и между деревьев, кажущихся живыми.       В её голове крутились разные мысли. Если она найдёт логово чудовища, может быть, она сможет что-то понять. Или удастся отвлечь его от остальной группы. А если провалится, то хотя бы не подвергнет опасности Сив и других.       Снег скрипел под её ногами, дыхание срывалось в морозном воздухе белыми облаками. Она почувствовала, как в её груди зашевелилась странная смесь страха и решимости. Лес вокруг неё казался ещё более чужим, каждый звук отдавался в ушах громче, чем обычно. Она остановилась на мгновение, прислушиваясь. Где-то впереди раздался глухой треск, как будто дерево рухнуло под чьей-то тяжестью.       «Это там», — подумала она. Её пальцы сжали копьё, и она снова побежала глубже в лес.       Когда Рота добралась до места, её дыхание замедлилось. Перед ней лежала пещера — вход в неё был широким, тёмным. Она казалась странной, неестественной, как будто вырванной из этого мира и втиснутой сюда. Края входа были грубыми, словно её недавно вырыли, но вокруг не было никаких следов работы. Только снег и когтистые отметины на камнях.       Рота остановилась, опустившись на одно колено. Её глаза неотрывно смотрели на следы, ведущие вглубь пещеры. Она пыталась сосредоточиться, прислушаться, но что-то мешало. Пространство вокруг неё было насыщено странной энергией, невидимой, но ощутимой. Магические импульсы пульсировали, как слабые волны, исходящие от самой земли. Это ощущение сбивало её, словно всё вокруг пыталось скрыть своё истинное лицо.       Она сняла закреплённый факел с пояса, зажав его в одной руке, а другой вонзила копьё в снег, чтобы освободить пальцы. Руки дрожали от холода, но она была привычна к этому. Проведя пальцами по застывшей смолянистой жидкости на факеле, она сосредоточилась. Искры начали танцевать на кончиках её пальцев, и через мгновение разгорелось маленькое пламя. Рота редко использовала свои магические способности, чаще ограничиваясь бытовыми нуждами, но сейчас это было необходимо.       Факел зажёгся. Свет разлился вокруг, отбрасывая пляшущие тени на стены и снег. Рота подняла копьё, крепко сжимая его, и сделала шаг вперёд. Но в этот момент позади неё раздался шорох. Она резко обернулась, её тело напряглось, а копьё уже было направлено в сторону звука.       Из темноты показалась фигура. Первым она увидела лицо Свана. Его выражение было недовольным, почти раздражённым, как у человека, который вот-вот выскажется. За ним один за другим появились и остальные. Рота ощутила лёгкое облегчение, но оно быстро сменилось досадой — они могли выдать её присутствие.       Она прижала палец к губам, давая понять, что чудовище может быть рядом, но Сван лишь указал на факел в её руке, и выражение его лица стало ещё суровее.       Он приблизился к ней, двигаясь быстро, но тихо. Когда он оказался достаточно близко, то прошептал, с трудом сдерживая гнев:       — Ты о чём думала? — он говорил шёпотом, но каждая буква словно впивалась в неё, требуя ответа.       Рота отвела взгляд от его лица и снова посмотрела на пещеру. Её собственные мысли казались ей неубедительными, но она всё равно ответила:       — Следы ведут сюда. Если это его логово, мы должны узнать.       — Узнать? — Сван фыркнул, оглядываясь на остальных. Его лицо хранило усталое выражение человека, который слишком долго несёт на себе груз ответственности. — Тебя кто-то просил лезть туда одной? Или ты решила стать героиней?       Сив вышла вперёд, её топор поблёскивал в свете факела. Она взглянула на Свана, затем на Роту.       — Она сделала то, что должна была. И я бы поступила так же.       Сван повернулся к ней, стиснув зубы.       — Возможно, тебе стоит подумать, прежде чем лезть туда, где тебя могут убить, — сказал он, затем перевёл взгляд обратно на Роту. — Ты думаешь, это была хорошая идея? В следующий раз сообщай, прежде чем так рисковать.       — Да ладно тебе, Сван, всё же в порядке, — сказала Сив, уверенно шагнув вперёд, но сделала это слишком поспешно: нога соскользнула, и она рухнула в снег. Остальные охотники, словно подчиняясь невидимой силе, тоже начали терять равновесие. Лес будто смеялся над их попытками сохранять достоинство.       Рота, увидев, как Сив падает, попыталась подхватить подругу, но её собственная нога зацепилась за что-то под снегом. Она рухнула, успев только поднять факел над собой, чтобы его не засыпало снегом. Сердце сжалось от холода, но она не позволила себе задержаться на этом ощущении.       Сван стоял неподвижно, наблюдая, как охотники поднимаются. Он шагнул вперёд и, взяв Роту за руку, помог ей подняться, другая его рука потянулась к Сив, чтобы вернуть её на ноги.       — Спасибо, — тихо сказала Рота, избегая его взгляда. Но Сван не ответил. Он молча опустился на корточки, протянул руку вперёд и начал сосредотачиваться. Его пальцы медленно раскрывались, создавая некое подобие огненного диска. Пламя было тусклым, словно отражением его собственной усталости, но тепло от него всё же достигло снега.       Снег вокруг Роты и Сив начал таять, открывая застывшие останки оленя, чьи глаза казались стеклянными и мёртвыми. Рядом виднелись разрозненные части других животных — лапы, ребра, хвосты, всё это выглядело так, будто сюда свозили обрывки чужой охоты. Запах разложения стал вырываться из-под тающего льда, смешиваясь с ледяным воздухом и вызывая в душе чувство необъяснимого ужаса.       — Помогите! Сив, Рота, Сван! — донёсся крик из пещеры. Голос был отчаянным и громким.       Рота и Сван, отвлёкшись от останков, переглянулись. Крик, принадлежавший Ару, не оставлял им времени на сомнения. Сван поднялся, жестом указывая остальным собраться, и направился ко входу в пещеру. Рота следовала за ним, крепко сжимая копьё. Факел продолжал гореть, но свет казался слишком слабым для того, что ждало их внутри.       Другие охотники начали разжигать свои факелы. Некоторым это удавалось с первого раза, другим требовалось больше времени. Искры летели в разные стороны, пока пламя наконец не начало освещать их путь. Тусклый свет озарил грубо вырытые стены пещеры, чьи неровные поверхности казались израненными когтями какого-то гиганта. Воздух внутри был плотным, тяжёлым, словно сама пещера выдыхала свои секреты.       Их шаги гулко отдавались в каменном пространстве, усиливая напряжение. Рота шла впереди, пальцы невольно сжимались сильнее на древке копья. «Почему он кричал? Почему мы слышим его только сейчас?» — думала она, но ответов не находилось. С каждым шагом пещера становилась всё более чуждой, как будто они пересекали невидимую границу между миром людей и чем-то древним, необъяснимым.              В скользкой, тёмной пещере, каждый шаг отдавался гулким эхом, словно стены сами следили за ними, повторяя их движения. Запах гнили усиливался с каждым шагом, словно воздух сам насыщался смертью. Этот запах липко прилипал к коже, к одежде, проникая в лёгкие.       Свет факелов начал играть на влажных стенах, когда впереди показался силуэт огромного кожаного мешка. Он казался алым, но это было не его истинное состояние. При ближайшем рассмотрении Рота заметила, что это впечатление давала свежая кровь, стекавшая по грубой поверхности.       Сван поднял руку, заставляя всех остановиться.       Он двигался к мешку, осматривая пространство вокруг, словно чувствовал, что любое движение может стать роковым. Его нож был уже в руке, отражая дрожащий свет факелов.       Когда он коснулся мешка, его пальцы слегка вздрогнули. Материал был грубым, плотным, но по-своему знакомым.       — Это не человеческая кожа, — пробормотал он, всматриваясь в узоры, напоминающие грубо содранную шкуру зверей. — Но это точно кожа.       Сван резко потянул за завязки. Мешок раскрылся, и содержимое вывалилось наружу. Останки тел диких животных осыпались на пол, как гнилая плоть с кровью, скомканные конечности, рога, хвосты. В самом центре всей этой мерзости лежал Ару, точнее, то, что от него осталось — голова с застывшим в ужасе взглядом и фрагменты рук и ног, разорванные с нечеловеческой жестокостью.       Рота опёрлась о стену. Её ноги дрожали, дыхание стало рваным. Всё её тело кричало, что нужно бежать, забыть это место, но разум удерживал здесь. Она почувствовала, как рука Сив легла ей на плечо, но даже это не смогло вернуть ей силы.       — Как так… мы не успели… буквально немного, — прошептала Сив, её голос был дрожащим, но полным гнева. Она смотрела на останки друга, и её пальцы сжимали рукоять топора так крепко, что костяшки побелели.       Охотники стояли в растерянности, переглядываясь. Никто не осмелился заговорить, но каждый понимал, что их охота стала чем-то другим. Это было не просто существо, не зверь — это был хищник, играющий с ними.       Сван опустился на колено, чтобы осмотреть останки. Его лицо было бесстрастным, но Рота заметила, как на мгновение его челюсть сжалась.       — Он был мёртв давно, — наконец сказал он, поднимая голову. — Скорее всего, сразу после того, как оно его схватило. Мы никогда не имели шанса.       Рота отвернулась, чтобы не смотреть на это зрелище.       — Стой, — сказала Рота, с трудом поднимаясь на ноги, опираясь на Сив. Её тело дрожало от усталости, но взгляд оставался сосредоточенным. — Если он был мёртв практически сразу, это значит…       — Мы именно там, где чудовище хотело, чтобы мы были, — мрачно добавил Сван. Его слова, как эхо, повисли в пещере, и почти сразу с того места, откуда они пришли, донёсся тихий, ритмичный звук. Это были шаги. Тяжёлые, но осторожные, словно нечто огромное пыталось передвигаться бесшумно.       Один из охотников направил свет факела вперёд. Луч света выхватил из тьмы массивный силуэт. Существо было огромное, и его движение напоминало крадущегося хищника. Охотник оступился, но инстинкты взяли верх: он натянул тетиву и выпустил стрелу. Она вонзилась в бок чудовища. Раненое, оно рванулось вперёд, утробно рыча, и звук этого рыка заполнил всё пространство вокруг.       Рота, сжав копьё, бросилась вперёд, Сив была рядом. Сван остался прикрывать их, выпуская стрелу за стрелой. Существо набрало скорость, его движения становились всё более яростными. Оно размазало двоих охотников по стенам пещеры, словно они были лишь тряпичными куклами, а третьего отбросило с такой силой, что он, врезавшись в Свана, сбил его с ног. Свет от их факелов погас, и пещера наполнилась зловещей тьмой.       Рота поняла, зачем существо это сделало: оно стремилось уменьшить количество света, окружавшего их. Теперь пещера казалась ещё более враждебной. Когтистая лапа чудовища обрушилась на щит Сив, отбросив её к стене. Щит треснул, но выдержал. Рота, уклонившись от удара, вонзила копьё в бок существа. Странная прозрачная жидкость вытекла из раны, будто их враг был сделан из чего-то неземного.       — Ну как тебе?! — выкрикнула она, но тут же почувствовала, как что-то обхватило её копьё, не давая вытащить его. Рота вгляделась в существо: его кожа, которая раньше казалась меховой, теперь выглядела как сплетённые корни деревьев. Корневая структура двигалась, переливаясь, а затем снова покрылась мехом, превращая Фростгримма обратно в снежного зверя.       Сив, отдышавшись, поднялась. Она старалась не попадать под удары чудовища и, уклоняясь в последний момент, вогнала топор в лапу существа. На этот раз из раны хлынула ярко-красная кровь. Существо завыло, и звук этого воя заставил стены пещеры дрожать.       Сван и оставшийся охотник сосредоточились на глазах существа, выпуская стрелу за стрелой. Но Фростгримм прикрыл глаза массивными костяными веками, защищаясь от выстрелов. Тем не менее боевой дух охотников поднялся — если это существо истекает кровью, значит, его можно убить!       Рота с трудом удерживала равновесие, её руки дрожали от напряжения, а пальцы всё ещё крепко сжимали древко копья. Существо, с перекошенным силуэтом, словно насмехалось над ними. Его движения были нереально грациозными для такой массивной фигуры, а глаза, закрытые костяными веками, всё равно казались видящими.       Сив, не дожидаясь команды, бросилась вперёд. Её топор блеснул в свете оставшихся факелов, она замахнулась с силой, будто намереваясь разрубить существо надвое. Но её удар встретила только плоть, которая тут же сомкнулась вокруг лезвия. Корневая текстура тела Фростгримма снова изменилась, превращаясь в сплетение мха и льда.       — Держись! — выкрикнула Рота, подступая ближе, но её слова потонули в рёве существа. Оно ударило лапой, и Сив едва успела отпрянуть. Топор остался в теле чудовища, бесполезно торчащий из его бока. Сив споткнулась, её лицо исказилось, но она сжала зубы, не желая показывать страх.       Сван, выпуская очередную стрелу, выругался. Он понял быстрее всех: они бьют в пустоту. Существо не было ранимо их оружием. Каждая их попытка лишь забавляла его, давая ложную надежду.       — Назад! — крикнул он, прикрывая Роту, которая пыталась вытащить застрявшее копьё. — Это бессмысленно! Это не плоть, это не животное!       Фростгримм метнулся вперёд, его движения были пугающе быстрыми для столь массивного тела. Одного из охотников он схватил и поднял, словно игрушку. Секунда — и тело, размазанное по стене пещеры, осталось висеть, как жуткое украшение. Рота замерла, смотря, как кровь сочится по камню.       — Мы не можем просто уйти! — выкрикнула Сив, её глаза блестели от сдерживаемого страха. Она подхватила оставшийся щит, её руки дрожали, но она сделала шаг вперёд. — Если не мы, то кто?!       — Беги, глупая! — рявкнул Сван. Он отпустил лук и поднял охотничий нож. — Здесь нет победы, только смерть. Эта тварь неубиваема. Но есть другой выход. Держись за мной.       Фростгримм рыкнул, его лапы потянулись к ним, но он не преследовал их. Он наблюдал, словно наслаждаясь этим моментом. Рота бросилась следом за Сваном, её ноги едва держали её, а сердце стучало так громко, что казалось, оно разорвётся. В глубине пещеры показалась ещё одна расщелина, ведущая наружу. Ледяной ветер бил в лицо, но это был их шанс.       — Двигайтесь! — крикнул Сван, первым проскальзывая наружу. Сив следовала за ним, её глаза были полны отчаяния, но она продолжала бежать. Рота, оказавшись последней, обернулась на мгновение. Существо стояло в тени.       Они выбрались наружу, их тела осыпались на снег, а дыхание вырывалось из груди рваными, отчаянными вздохами. Фростгримм не последовал за ними.       Когда они выбрались из пещеры, снег холодил их разгорячённые тела, но дыхание, вырывающееся белым паром, несло в себе облегчение. Рота, тяжело дыша, оглянулась на вход, словно ожидая, что существо вот-вот покажется в тёмной расщелине. Сван и Сив сидели рядом, их лица были мрачными и измождёнными.       — Это всё ещё там, — прошептала Сив, глядя на лес перед собой. Её руки дрожали, а на лице застыл невидимый страх. Рота положила руку ей на плечо, пытаясь успокоить, но это было бесполезно.       Внезапно что-то зашевелилось среди деревьев. Тени, казалось, ожили, двигаясь слишком быстро и странно для простого ветра. Сван поднялся, сжимая лук.       — Оно вышло через другой проход, готовьтесь. Мы ещё не закончили.       Фростгримм появился из тени, но теперь его облик изменился. Его тело стало более пугающим: корневая структура кожи проступала явно, жёлтые глаза без зрачков светились, излучая странный, морозный свет. Из них падал снег, словно сама зима вырывалась из его взгляда. Корни на макушке переплетались, образуя оленьи рога, а когти на лапах были такими огромными, что казались созданными для разрыва всего на своём пути. Пасть существа, огромная и чёрная, была источником первобытного ужаса.       — Это… его истинная форма, — прошептала Рота.       Существо остановилось, его пасть раскрылась, и из неё раздался смех. Но это был не его смех. Это был голос Сив. Все замерли. Сив, услышав свою же имитацию, отшатнулась, её лицо исказилось ужасом.       — Не слушай его! — крикнула Рота, но было уже поздно.       Существо метнулось вперёд с невероятной скоростью. В этот момент Сив должна была уклониться, но она застыла, как парализованная. Сван, видя это, бросился вперёд. Его движение было быстрым, решительным, но недостаточно сильным, чтобы остановить лапу существа. Удар был сокрушительным. Лапа чудовища разрубила Свана пополам, его тело рухнуло на снег, оставляя за собой алый след.       Сив вскрикнула, её руки тряслись, когда она потянулась к своему охотничьему ножу. Её лицо было покрыто кровью, смешанной со слезами. Рота, видя её состояние, шагнула вперёд, вставая между Сив и существом. Она подняла ладонь, и из неё вырвался поток огня. Тёплый, яркий свет на мгновение ослепил чудовище, заставив его отступить.       — Вставай! — крикнула Рота, хватая Сив за руку. Они бросились прочь, но существо не отставало. Каждый их шаг отзывался эхом в гулкой тишине леса.       Их бег не продлился долго. Существо, взвыв, выдернуло из своего тела копьё Роты и взвесило оружие в своей лапе, словно размышляя, что делать, а затем с дикой силой метнуло его. Копьё вонзилось в бок Сив, выбив из неё воздух. Она упала на снег, её тело сотрясалось от боли.       — Нет! — закричала Рота, бросившись к подруге. Её руки тряслись, когда она пыталась остановить кровь, но времени не оставалось.              Рота с трудом поднимала Сив, её руки дрожали от напряжения. Тело подруги было тяжёлым, кровь сочилась из раны, оставляя за ними тёмный след на снегу. Сив почти не говорила, лишь изредка шептала слова, которые Рота не могла разобрать. Но даже эти слабые звуки были для неё доказательством того, что та ещё жива.       Фростгримм не преследовал их, но его присутствие ощущалось на каждом шагу. Лес, казалось, дышал вместе с ним. Каждый хруст ветки под ногами отдавался гулким эхом, как будто сам лес следил за их бегством. Рота знала: они были близки к границе леса, но каждый шаг казался бесконечным испытанием.       В какой-то момент она остановилась, прижимая Сив к себе. Она чувствовала, как её собственные силы уходят. Губы потрескались от холода, а дыхание стало таким частым, что лёгкие, казалось, вот-вот взорвутся. Но внезапно впереди она увидела просвет. Слабый свет луны пробивался через густые ветви деревьев, и в этом свете было что-то необычное. Он обещал спасение.       — Ещё немного, Сив, — прошептала она, поднимая подругу на ноги. Её голос был хриплым. — Мы сможем.       Позади что-то треснуло. Рота резко обернулась, но ничего не увидела. Темнота леса оставалась плотной и неподвижной. Но затем раздался звук — тихий, мягкий. Это был её собственный голос.       — Сив, мы сможем. — Эти слова, произнесённые чудовищем, звучали так, словно Рота сказала их сама, но с лёгким насмешливым оттенком. Её сердце замерло, но она заставила себя отвернуться.       — Это не я, — сказала она, больше себе, чем Сив. — Это оно. Не слушай.       Сив слабо кивнула, её голова опустилась на плечо Роты. Она ничего не сказала, но её дрожь выдала всё. Они продолжали идти, приближаясь к границе леса. Здесь деревья становились тоньше, а снег — светлее, как будто сам лес сдавал свои позиции.       Когда они, наконец, пересекли границу, Рота почувствовала, как воздух изменился. Он стал легче, мягче, лишённый той тягучей тяжести, что давила на неё всё это время. Она опустила Сив на землю, обхватив её лицо руками.       — Мы сделали это, — сказала она, пытаясь убедить себя в этом. Её глаза были полны слёз, но она не позволила себе заплакать.       Она не могла не оглянуться назад. Фростгримм стоял на краю леса, его огромная фигура едва виднелась среди теней. Он не двигался, его глаза всё так же светились холодным жёлтым светом. Рота чувствовала на себе его взгляд, но он не делал ни шага. Лес держал его, как свой неотъемлемый элемент, не позволяя покинуть свои границы.       Последнее, что она услышала, прежде чем обернуться к Сив, был её собственный голос, шёпотом донёсшийся из глубины леса:       — Мы сделали это.