Неожиданный подарок

Ноябрь, 2004 г. Для Гермионы время летело со скоростью света. Она так любила тепло, что конец весны, лето и начало осени проносились перед глазами, и не успевала она оглянуться, как вновь все вокруг становилось серым и промозглым. Последние пару лет Лондон радовал погодой, однако эта осень баловала ее лишь первую неделю сентября, а затем температура резко упала, тучи заполонили небосвод, а дождь, казалось, намеревался лить стеной, не прекращаясь. Девушка и не заметила, как один осенний месяц плавно перетек в другой. Она работала как сумасшедшая, лишь изредка уходя на выходные, чтобы повидаться с друзьями, семьей Уизли и родителями. Рон до сих пор не понимал, почему подруга все время пропадает в Мунго, ведь ее отдел нагружен меньше остальных — беременных волшебниц было не так уж и много. Однако он не осознавал до конца, какую научную работу Гермиона проводит вместе со своей коллегой. В самом начале она пыталась объяснить свои разработки — пока еще теоретические — и донести мысль о том, чего она намерена добиться, но вскоре сдалась. Грейнджер не винила друзей, ведь они никогда не разделяли ее бешеной тяги к знаниям, поэтому рассказывала что-то, если ее спрашивали прямо. Наверное, весь масштаб осознавала лишь Джинни, будучи женщиной, которая уже прожила беременность и роды, но и она не лезла за подробностями. Все они ее поддерживали — это было самым главным. Сейчас же Гермиона сидела, закрывшись в своем кабинете, и пыталась правильно рассчитать формулу заклинания. Она соединяла руны, пробуя разные комбинации, дабы добиться хоть какого-то результата, но тщетно. Девушка знала, что создавать совершенно новые заклинания чертовски сложно, люди тратят на это годы, если не десятилетия, поэтому старалась не злиться на саму себя из-за отсутствия результата. В конце концов, она занимается этим лишь год. Послышался тихий стук, а затем дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась голова миссис Питерс. — Можно? — Да, Дэбби, конечно, — Грейнджер устало откинулась на спинку стула, выдыхая. Она попыталась быстро пригладить растрепавшиеся волосы. Мерлин, было страшно даже представить, какой у нее был вид. — Я буквально пять минут назад сняла защитный купол. — И как успехи? — женщина расположилась напротив, с интересом рассматривая заваленный пергаментами и фолиантами стол. — Все так же. — Не расстраивайся, — Дэбби ободряюще улыбнулась, — то, что ты смогла придумать первую половину — уже большое достижение. Гермиона, ты сама знаешь, что это трудоемкий и очень длительный процесс. — Я понимаю, но… — Но ты не привыкла, что у тебя что-то не получается, да? — коллега добродушно рассмеялась. — Все знают, что ты очень умная ведьма, но и заклинания всегда создавали не простые волшебники, верно? Ты не должна зацикливаться лишь на этом. Знаешь, иногда переключение внимания очень помогает. Попробуй убрать эти разработки в самый дальний ящик и забыть о них, займись другими делами. — Не так-то это и легко! Мне кажется, что я думаю об этом постоянно, абсолютно везде. — Ты не должна жить работой, дорогая. За дверью этого кабинета бежит жизнь, и в ней есть много чего важного. — О Мерлин, — Гермиона обессиленно уткнулась лицом в ладони. Уже почти середина ноября, а она виделась с друзьями в последний раз на Хэллоуин. Малыш Джеймс иногда забывает, как выглядит его крестная! — Итак, что там с проектом по поводу внедрения магловских методов? Грейнджер благодарно улыбнулась смене темы. За два года работы бок о бок Дэбби очень хорошо изучила ее. Женщина была ровесницей ее матери, но почти сразу заявила, что она не так стара, чтобы обращаться к ней на «вы». После этого разговора она еще пару месяцев одергивала девушку по несколько раз на дню. — О, я окончательно оформила все утром, ради этого и пришла, вообще-то, — ее глаза вновь загорелись. Гермиона достала из верхнего ящика внушительных размеров папку. — Осталось занести на подпись к Гордону и доставить в Министерство. Этот проект был первым ее серьезным детищем, тем, что изменит представление волшебников о лечении. По крайней мере, в ее отделении уж точно, хотя какие-то общие методы планируют перенять и другие отделения. В отделении Женского здоровья все было оформлено как экспериментальное внедрение, но уже со дня на день все, что она изучила, будет принято на законодательном уровне. Проект по внедрению магловских методов диагностики и лечения. Так звучало название. Гермионе хотелось верить, что ее исследования и результаты подтолкнут целителей в других отделениях к изучению магловской медицины. Конечно, в волшебном мире многое облегчалось при помощи заклинаний и зелий, но у маглов было то, что могло еще больше упростить жизнь, сделать лечение более эффективным. Например, она выяснила, что некоторые зелья можно вводить внутривенно при помощи капельницы — они поступают прямиком в кровь, а это быстрее, чем всасывание необходимых веществ при стандартном приеме. — Отнесешь лично? — Дэбби усмехнулась. — Да, такую важную вещь я бы не доверила министерскому курьеру или — упаси Мерлин! — сове. Заодно и выясню, как за этой дверью, — девушка качнула головой в сторону выхода, — бежит жизнь. Зайду к Гарри, возможно, отправлюсь к ним, Джин давно звала на ужин. — И правильно! Тогда не буду тебя задерживать, — женщина встала, поправляя лимонную мантию. — Правда, попробуй отдохнуть. Ты и так многого уже добилась, этот проект невероятен, но высосал из тебя все силы. Возьми перерыв. — Спасибо, — Гермиона лишь улыбнулась, не решаясь ничего обещать. Чаще всего ей не удавалось протянуть без мыслей о работе дольше пары дней. И то, в таком случае, ее мозг должен быть занят чем-то другим. Грейнджер не представляла себе, как некоторые могут просто забить на все важные вещи и бездельничать. Иногда она даже ощущала зависть, но, конечно, никогда не призналась бы в этом.

***

— Ну, вот и все, — рука вывела размашистую подпись на последнем листе пергамента. — Поздравляю, мисс Грейнджер. Это действительно успех. Главный целитель, мужчина лет шестидесяти, по-отечески улыбнулся ей, закрывая папку. — Благодарю, мистер Гордон, — она не смогла сдержать широкой улыбки. — Нам повезло, что вы выбрали Мунго однажды. Надеюсь, это не последнее ваше нововведение. Гермиона прощается и, заскочив в кабинет, чтобы оставить там рабочую мантию и надеть пальто, выдвигается в Министерство. Сейчас она была несказанно рада, что эти два места связаны каминной сетью, иначе она промокла бы в первую же минуту нахождения на улице. Она спускается в фойе, прощается с привет-ведьмой и входит в камин, хватая горсть летучего пороха. — Атриум Министерства магии! Она исчезает в языках изумрудного пламени, но уже через мгновение появляется в нужном месте. Очистив одежду от пепла, Грейнджер направляется к посту охраны. Грузный мужчина с серьезным видом сидит у стола, регистрируя палочки посетителей. Очереди почти не было, но это и не удивительно, ведь сегодня суббота, мало кто захочет идти на работу в законный выходной. Хорошо, что ей нужно лишь в приемную министра, чтобы оставить документы его секретарю. Пройдя процесс идентификации без проблем, Гермиона направляется в сторону лифтов. Основной поток волшебников уже торопится на выход, поэтому она оказывается в кабине одна и нажимает кнопку необходимого уровня. Резким рывком лифт приходит в движение, она хватается за золотистый канат над головой, чтобы не упасть. Грейнджер надеялась, что доберется до первого уровня без лишних остановок, однако лифт снова дергается и замедляет ход. — Уровень пять. Отдел Международного магического сотрудничества, — оповещает монотонный женский голос. Девушка отходит назад, ожидая, когда золотистая створка откроется, чтобы впустить человека. Видимо, не у нее одной еще остались дела. Внезапно Гермиона встречается с удивленным взглядом серых глаз. — Грейнджер?! Она могла предположить, что на ее лице в данную секунду точно такое же выражение. Однако Малфой быстро берет себя в руки, расслабленно входя в лифт. Рядом с ним парит стопка документов, и она ощущает себя неловко, прижимая папку к груди. — Малфой, — она кивает в знак приветствия. — Не ожидал встретить тебя здесь. Он становится рядом, мельком глянув на нажатую кнопку. Что ж, видимо, ему тоже на первый уровень. Драко слегка склоняет голову, вновь возвращая внимание ей. Мерлин, и когда он стал таким высоким? — Я тоже не ожидала, — она не отводит взгляд, рассматривая его ближе. В их последнюю встречу не то чтобы для этого было время. Малфой одет с иголочки, как и всегда — черный костюм, наверняка пошитый на заказ, белая рубашка и графитовый галстук, сочетающийся с цветом глаз. На лацкане пиджака поблескивает значок, выделяющий работников Министерства. Ей кажется, что неловкость буквально пропитывает каждый миллиметр окружающего пространства, проникает под кожу, заставляя поежиться. Интересно, он тоже это ощущает? Это уже вторая их неожиданная встреча за довольно короткий промежуток времени, ведь до этого она не видела его шесть лет. Разве что в газетах или мельком в Министерстве или Косом переулке, но она не акцентировала на этом внимания. — Ну, я-то здесь работаю — всегда есть шанс наткнуться, а вот ты, как мне кажется, не частый гость. Ты идиотка, Гермиона. — Да, конечно, — она кивает. — Мне нужно оставить документы министру. — Работаешь даже в выходные, Грейнджер? — он вопросительно вскидывает бровь, а губы растягиваются в насмешливой ухмылке. Чем-то похоже на его школьные гримасы, но… не так. Добрее, что ли. — Могу задать тебе тот же вопрос, — ее губы изгибаются в победной улыбке против воли. Происходящее кажется ей чертовым сюрреализмом. Вот они — стоят и подкалывают друг друга, будто делали это всегда. Милый Мерлин! Если она расскажет об этом кому-то из своих друзей, ей не поверят. — Туше, — он усмехается, вскидывая руки в побежденном жесте. Их небольшой обмен любезностями прерывает резкая остановка лифта. — Уровень первый. Министр магии и обслуживающий персонал. Расслабившись, она совершенно забывает об этом маленьком нюансе и заваливается набок, готовясь встретиться с полом, но тут же ощущает крепкую хватку на своем плече. — Не благодари, Грейнджер. Малфой ухмыляется и, убедившись, что она твердо стоит на своих двоих, покидает кабину. Документы плавно вылетают вслед за хозяином. Из оцепенения Гермиону вывел скрежет перегородки, и она выскочила из лифта в последний момент. Она прекрасно знала, где находится приемная Министра, к тому же до нее доносилось гулкое эхо шагов Малфоя. — Миссис Хьюз, — Драко обольстительно улыбается, останавливаясь у стола секретаря. — О, мистер Малфой! — женщина лет сорока подскакивает на месте, широко улыбаясь молодому мужчине. — Что привело вас? Не удержавшись от смешка, Грейнджер закатывает глаза, глядя на эту картину. Чертов дамский угодник. Она терпеливо ждет, пока он отдает документы и перебрасывается с секретаршей еще парочкой любезностей. Откровенно говоря, эта женщина совсем не нравилась Гермионе, она находила ее очень неприятной. Стоило девушке появиться на пороге, та одаривала ее снисходительным взглядом и общалась так, будто делала одолжение. А перед Малфоем то как выплясывает! Наконец-то они распрощались, и Малфой молча отправился в сторону лифтов. Грейнджер же не собиралась проявлять никому не нужное дружелюбие и ограничилась парой официальных фраз, из которых было ясно, что она принесла и когда необходимо отдать. Быстро сделав полноценную копию проекта, она коротко прощается и уходит, чувствуя, как спину прожигает недовольный взгляд. На губах расцветает довольная улыбка. Вот и все, дело сделано! Она вновь любовно прижимает папку к груди. Ее гордость. К огромному удивлению, Малфой все еще стоял у лифтов, прислонившись плечом к стене. — Не особо-то вы жалуете друг друга, да? — он нажимает на кнопку и тишину разрезает скрежет — механизм приходит в движение. — Мерлин, — она раздраженно выдыхает, еле сдерживаясь, чтобы снова не закатить глаза. — Я ничего этой грымзе не сделала, а она всегда смотрит на меня так, будто я утопила ее котенка! О каком дружелюбии может идти речь? — Ты просто не умеешь общаться с людьми, — он недовольно цокает, будто всю жизнь обучал ее этому искусству, а она облажалась. Она решает оставить это без внимания, удивительно много разговоров с ним для одного дня. Они заходят в кабину, и Малфой нажимает сначала кнопку пятого уровня, а затем тянется к восьмому, вероятно, думая, что она уже уходит. Гермиона оказывается проворнее и успевает нажать на цифру два. Однако он, быстро сориентировавшись, выдает очередную колкость: — Неужели соскучилась по Поттеру? — ей стало интересно — ехидство и язвительность всегда будут сопровождать их общение? Если таковое, конечно, снова случится. — Безмерно, — она насмешливо улыбается, когда лифт быстро останавливается. Громко стуча каблуками, она выходит, но, задумавшись на мгновение, оборачивается и бросает короткое: — Пока, Малфой. Последнее слово будет за ней.

***

Драко крутится в своем кресле, задумчиво запрокинув голову. Очередная внезапная встреча с Грейнджер привела его в замешательство. Снова. Он не понимал, какие чувства в нем это вызывает. Но одно он мог сказать точно — после этого неожиданного обмена любезностями он находился в приподнятом настроении. Пара колких фраз — и вот он уже перенесся в Хогвартс, только теперь в их словах нет ненависти и неприязни, лишь веселье и… интерес? Она будто была другим человеком. Или это он просто никогда и не знал ее? В любом случае, она умудрилась его отвлечь от очередных неудачных переговоров с Министерством Китая и бестолкового отчета. Скорее всего, он окажется в кабинете Бруствера первым делом в понедельник. Пока начальник их отдела находится в бессрочной командировке в Италии и решает проблемы на месте, на Драко свалилось все остальное и подчиненные в придачу. Он находился на должности заместителя всего два месяца и еще не привык к такой большой нагрузке, поэтому последнюю неделю буквально жил на работе. А теперь еще и упрямые китайцы стали его головной болью. Ранее связей с ними у Министерства Великобритании не было, разве что по единичным случаям, решающимся в частном порядке. Однако было решено попытаться договориться на выгодных для обеих стран условиях, но все, что предлагал Драко, согласовывая с Министром, отвергалось. Раз за разом. Но это пока. Малфой знал, что быстро продвинулся по карьерной лестнице не за красивые глаза, а из-за того, что работает как проклятый и может договориться с кем угодно. Ему дали один единственный шанс, и он воспользовался им в полной мере. Поэтому подписанный договор с Китаем — лишь дело времени. Он будет отправлять столько правок, сколько потребуется, чтобы, наконец, дожать их. Они с Грейнджер были в чем-то действительно похожи. Святой Салазар, кто бы мог подумать?! Он был абсолютно уверен, что она прибыла в Министерство из Мунго. В субботу. С губ слетел нервный смешок, и Драко прикрыл лицо ладонями. Что, черт возьми, творится? Резко встав, он взмахнул палочкой и разбросанные по столу пергаменты сложились в ровную стопку, отправившись в рабочий кейс. Ящик с вариантами договора он запер заклинанием, и, оглядев идеальный порядок, двинулся к выходу. На сегодня достаточно, иначе у него точно поедет крыша. Нужно было отвлечься, и Малфой знал, к кому за этим можно обратиться. На ходу накинув пальто, он спустился в атриум и покинул Министерство. Оказавшись на улице, мужчина крутанулся на месте и с тихим хлопком аппарировал.

***

— Дружище, я уж подумал, что ты забыл о моем существовании! Кинув пальто на диван, Драко рухнул в кресло у камина, ослабляя галстук. К нему тут же подлетел бокал с огневиски, вызывая усмешку. Засранец знает, что делать. — Тео, о тебе невозможно забыть, — он подмигнул, делая большой глоток. — О, не льсти мне, милый, — друг лукаво ухмыльнулся, играя бровями. — Прости, но я уже женат. Даф мне этого не простит. Малая гостиная поместья Ноттов наполнилась громким смехом. Драко еще раз убедился в том, что поступил правильно, заявившись на порог без приглашения, потому что Тео всегда рад встретиться и отвлечь его от дурных мыслей. В Хогвартсе многие считали парня легкомысленным, заинтересованным лишь в своих любовных похождениях, но это было в корне не так. Нотт был чертовски умен, а весь его вид являлся лишь умелой маской, созданной с одной целью — позлить отца. — Мне казалось, что ты занят своими новыми обязанностями и теперь не до посиделок с друзьями? Офелия еще не заставила твои барабанные перепонки лопнуть? — Моя дочь — ангел, Малфой, — Тео опасно прищурился. — К тому же, ей всего семь месяцев, она все еще много спит, давая возможность передохнуть. — Ладно-ладно, — Драко выставил руки вперед, отодвигаясь от друга. — Не нервничай, мамочка. На секунду ему показалось, что друг запустит в него стаканом, но в этот раз обошлось. Наверное, лучше не испытывать его терпение. — Ты подозрительно веселый, Драко, — Нотт окинул его подозрительным взглядом, медленно покачивая бокал. — Неужели так на тебя действует развод? — Уверен, на нас обоих он подействовал положительно. — Верно, — Тео с умным видом кивнул. — Тори приходила на ужин неделю назад — бодра, весела и здорова. — Я этому рад, — Малфой откинулся на мягкую спинку, качая головой. — Стоило это сделать, чтобы окончательно убедиться в том, что вся эта затея была действительно ужасна. Теперь же мы оба свободны и счастливы. — Она правда кажется счастливой, хоть и сидит теперь пожизненно на зельях, но больше не похожа на оживший труп. В основном она беседовала с Дафной, — Тео пожал плечами. — Ты пригласил ее на прием? — Конечно, мама уже всем разослала пригласительные, даже ей. Мы расстались на грустной ноте, но остались в хороших отношениях. — Как Нарцисса, кстати? — О, она продолжает терроризировать меня. С Асторией она смирилась, когда я серьезно с ней поговорил и дал понять, что не дам ей умереть из-за устаревших чистокровных замашек. Но теперь она пытается вытащить меня на гребаные званые ужины и частные приемы. — Ах, да, ты же снова самый завидный холостяк! — друг расхохотался, отставив стакан. — С каких пор ты читаешь Ведьмополитен, Тео?.. — Драко окинул его многозначительным взглядом, прищурившись. — Я не читаю! — смех резко прервался, и Нотт подскочил в своем кресле. С оскорбленным взглядом он прижал ладонь к груди, будто из-за такого оскорбления его может хватить удар. — По велению моей прекрасной жены эта макулатура появляется каждую неделю. Я просто заметил обложку. Мерлин, сегодня действительно отличный вечер. Малфой давно не чувствовал себя так хорошо, расслабление окутывало теплом, проникая в каждую клеточку тела. На задний план отошли родительские ожидания и неудачный брак, оставляя лишь робкую надежду на светлое будущее. То, которое он создаст себе сам. После развода и громкого скандала с матерью, Драко понял, что больше не пойдет у нее на поводу. С него было достаточно. Он женился на Астории лишь потому, что договор между семьями был заключен давным-давно, когда они были детьми. Он хотел отдать дань традициям, но вскоре пожалел об этом. Семья не должна быть такой, точно нет. Он знал, как должны выглядеть любящие друг друга люди, как выглядит счастливая семья. Драко видел это каждый раз, когда посещал своего единственного друга. Больно было думать о том, что примером идеальной семьи были не его родители, а чета Ноттов. Тео и Дафна любили друг друга со времен Хогвартса, чувства помогли им пережить темный период. Тогда Малфой даже завидовал, ведь на него свалилась непосильная ноша, он чувствовал себя разбитым. Он боялся. И в эти роковые дни он был один, рядом не было человека, который бы поддержал, утешил и вселил веру в то, что все будет хорошо. Теперь он, конечно, стыдился этих мыслей, ведь был рад за друзей. Он помнил, как Теодор светился от счастья, когда Дафна согласилась стать его женой; как друг напился вдрызг и пришел к нему, чтобы рассказать, что станет отцом; как он заявился посреди ночи, со слезами на глазах сообщая, что у него родилась дочь. Драко был свидетелем всего самого хорошего, и теперь, став свободным, надеялся, что все сложится и у него самого. — Думаю, все было к лучшему. Для вас обоих. Малфой рассеянно моргнул, когда голос друга вырвал его из размышлений. — А? Да, — он кивнул. — Думаю, да. — Ты ведь не хотел становиться отцом, да? — Тео словно смотрел прямо в душу, и Драко не хотелось лгать близкому человеку. — Я… — он тяжело выдохнул, нервно пропуская волосы сквозь пальцы. — Это не было первым пунктом в моем списке, знаешь. Полагаю, Астория была того же мнения. Не думаю, что я хотел бы стать отцом сейчас. Я по уши в работе, а ребенку нужно уделять время. Я не хочу быть как Люциус. Он замолчал. Хорошее настроение медленно испарялось. Как они от шуток пришли к этой теме? Хотя, если учесть, что Тео сам совсем недавно стал отцом, то, очевидно, ему интересно узнать мнение Драко. — Ты не подумай, — Малфой невесело усмехнулся, — я бы все равно любил этого ребенка, если бы ему суждено было появиться на свет. Я приложил бы все усилия для того, чтобы стать хорошим отцом. Воцарилась тишина. Драко поднял взгляд, наблюдая за другом — Нотт выглядел задумчивым, пристально разглядывая пламя в камине. Было интересно узнать, о чем он думает. Тряхнув головой, Тео перевел на него взгляд, улыбаясь. — Так какого черта ты делал на работе в законный выходной? — друг кивнул на значок Министерства, который Драко забыл снять, переводя тему. — Не удивлюсь, что ты один такой сумасшедший. Малфой был ему искренне благодарен. — Вообще-то многие бывают на работе в выходные. — Значит, они — идиоты! — Тео развел руками, будто говоря очевидные вещи. — Грейнджер бы с тобой не согласилась, — Драко ухмыльнулся, наблюдая за замершим вмиг другом. — Грейнджер?! Малфой рассмеялся. — Ты вроде бы моей работой интересовался. — К черту работу! — Нотт наклонился к столику, наливая новую порцию огневиски и выпивая ее одним глотком. — Как ты вообще с ней пересекся? — О, — Драко задумчиво постучал пальцем по подбородку, якобы восстанавливая хронологию событий. — Мы столкнулись в министерском лифте и мило поболтали. — Вы… что? Вид изумленного до глубины души друга, сидящего с открытым ртом, чуть не заставил его расхохотаться в голос. Такого человека, как Тео, было сложно чем-то удивить. — Поболтали, — Малфой удивленно вскинул брови, выражение лица сделалось ангельски невинным. Он опустил подробности о том, что весь их разговор они упражнялись в остроумии. — Вообще-то, это уже вторая наша встреча за последние несколько месяцев. — Святой Салазар! — Тео отмер, громко вскрикнув. — Как, черт возьми, это вообще случилось? — Ну, — Драко наполнил свой бокал. Мерлин, этот разговор без выпивки вообще невозможен, — впервые мы встретились в Мунго, когда мама и миссис Гринграсс потащили меня к целителю Астории. Если честно, я вообще был не в курсе происходящего, а они причитали о том, что моей жене на приеме нерадивая лекарша промыла мозги и нужно разобраться. Я был в шоке, когда увидел восседающую в кабинете Грейнджер, Тео! — Так вот почему Тори интересовалась, у кого наблюдалась и рожала Дафна. Ей нужен был проверенный специалист. — Наверное, — Малфой неопределенно качнул головой, делая глоток. Обжигающая жидкость приятно согрела горло. — В общем, наши матери взъелись на нее и начали обвинять в том, что она наговорила Астории ерунды, оскорбляли ее, — он тяжело вздохнул. — Стоит признать, что держалась она достойно, выслушивая все это. Однако ее терпения хватило ровно до того момента, как они начали ставить под сомнение ее профессионализм. — О, да, — Тео лукаво улыбнулся, — она страшна в гневе. Однажды я стал свидетелем скандала и не знал, восхищаться мне или бояться. — В общем, она заставила их заткнуться и поставила на место своей яростной речью. Салазар, это было великолепно! Я еще никогда не видел этих женщин такими ошарашенными, чаще они выступают в роли нападающих, — Драко рассмеялся, вспоминая эту комичную картину. — И эти ее волосы! Клянусь, в какой-то момент мне показалось, что она вырабатывает магловское электричество! — Ты что это, восхищаешься Гермионой Грейнджер? — друг прищурился, впиваясь в лицо внимательным взглядом. — Да какая к черту разница, Тео? Это действительно было впечатляюще, — Драко махнул рукой, возвращаясь к рассказу. — К тому моменту единственное, что я понял, это то, что проклятье опасно для Астории, что ребенок может умереть, и что-то о том, что моя жена хочет жить. У меня в голове была полная каша, Тео. Мне кажется, что Грейнджер тоже это заметила, и поэтому выставила обеих за дверь, решив поговорить со мной наедине. — Она хороший специалист, Драко, — Нотт подкрепил свои слова кивком. — Если она и сказала что-то Тори, то, полагаю, это было правдой. И я не думаю, что она могла бы что-то насоветовать ей, Грейнджер следует профессиональной этике беспрекословно и не стала бы к чему-то принуждать. — Я уже понял это. Когда мы остались вдвоем, она спокойно объяснила мне ситуацию. Она дала один единственный совет — поговорить с Асторией наедине, честно обсудить все и прийти к общему решению. Без постороннего давления. Собственно, я так и поступил. А сегодня мы столкнулись в Министерстве. Малфой благополучно опустил момент своей гребаной исповеди. Ему до сих пор было стыдно за самого себя, что он выложил все свои переживания как на духу, да еще и кому? Грейнджер была последним человеком, с которым он стал бы разговаривать по душам. До того самого момента. Но почему это вообще случилось, драккл его дери? Драко ни черта не понимал. Что вынудило его открыться именно ей? Он часто думал об этом, хотя и прошло много времени. Может потому, что они впервые разговаривали как взрослые и адекватные люди? В тот момент Грейнджер казалась ему незнакомкой, будто и не было всего того дерьма между ними. Или потому, с каким пониманием ее огромные глаза смотрели на него, когда она спросила, много ли он знает о ситуации с собственной женой. Мерлин, каким никчемным он ощутил себя в тот момент! Он тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли. Драко и так слишком много размышлял на эту тему. Однако стоило ему отпустить ситуацию, как жизнь снова столкнула их лбами. — Да уж, — задумчиво протянул Тео. — Рад, что все решилось малой кровью, если можно так сказать. Гермиона хороший человек и профессионал своего дела. Постоянно сотрясает Мунго своими новаторскими идеями, — друг рассмеялся, а затем перевел хитрый взгляд на Драко, подмигнув. — А еще ей очень идет лимонная мантия. Святой Салазар… Малфой задумался о том, стоило ли вообще посвящать Нотта в подробности. Он ведь не постесняется и будет отпускать свои дурацкие шуточки. Главное, чтобы это не дошло до Грейнджер, тогда она решит, что Драко трепло. Он знал, что Тео пересекается с девушкой, хоть они и работают на разных этажах, поэтому верил его словам. Проходят ведь собрания, да и в коридоре можно столкнуться, в конце концов. Нотт был целителем разума и работал в отделении Януса Тики. Малфой не мог и предположить, почему так сложилось. Он, конечно, знал, что друг интересуется целительством, но почему именно данная область? Тео никогда не говорил на эту тему, а Драко не спрашивал. — И что у нее за идеи? — Малфой решил зацепиться за другие слова, дабы увести разговор в иное русло. — Ты не слышал? — Тео удивленно поднял брови. — Я знаю, что даже в Министерстве шептались о ее экспериментах. Она работала над проектом больше года и, вроде бы, он уже утвержден и подписан. — Так что это? — Драко чувствовал, что где-то внутри просыпается интерес. Он знал, что Грейнджер была чертовски умна, отрицать это было бы глупо. Девушка проявила себя еще в Хогвартсе, и тогда его это ужасно раздражало, а теперь же… — О, мой друг, — Нотт многозначительно улыбнулся. — Ты удивишься, когда узнаешь, чего она добилась. Однако я оставлю это в секрете, пожалуй. Чтобы ты помучился в неведении хотя бы немного. Уверен, что уже в понедельник все газеты будут пестрить новостями о гениальной Золотой девочке. И он, драккл его дери, оказался прав.