Ритм

В преддверии дня летнего солнцестояния весь мир буквально сходит с ума. В течении года, конечно, тема Соулмейтов тоже всегда на слуху, но чем ближе заветная дата, тем больше она поднимается. Социальная реклама горланит из каждого утюга. Все федеральные каналы и подавляющее большинство коммерческих крутит ролики об этом. Все соцсети забиты счастливыми встретившимися. Каждая мало-мальски известная звезда чего бы то ни было, кино или музыки, рассыпается в пожеланиях встретить свою вторую половинку тем, кто ждёт, и поздравляет тех, кто уже обрёл друг друга. Блогеры и стримеры трещат про это с экранов компьютеров и смартфонов, и скрыться от этого потока просто невозможно. Таких мест попросту нет. Эрену двадцать три, он вчерашний студент, блестяще окончивший университет, по высшему разряду справившийся с практикой, на «отлично» прошедший стажировку и получивший приглашение на работу от самой желанной, в его случае, компании. Эрен умеет себя проявить. Во время практики ему на анализ попадает практически утверждённый и подписанный проект, пересчитав который он выносит вердикт, что застройка убыточна, и когда подтвердятся риски, это ударит не только по бюджету компании, но и по доверию к ней. Его слова не сразу воспринимают всерьёз — стажёр-выскочка, шепчутся за спиной, — но Эрен не из тех, кто просто так сдаётся, если уверен в себе. Мистер Аккерман, знающий проект до последней запятой, по словам мисс Зоэ, проводит над расчётами Эрена всю ночь, не покидая офис, пока не засыпает на диване в своём кабинете. Он пересчитывает и сравнивает, пока не находит закравшуюся ошибку, которая поворачивает ситуацию совершенно другой стороной. Потом они уже втроём просчитывают всё ещё раз, чтобы убедиться, что Эрен оказался прав. Эрен горд собой, но ещё больше он рад, что помог компании, с которой настроен вести долгое и продуктивное сотрудничество, сразу зарекомендовав себя как внимательного сотрудника. Эрен — аналитик, и цифры — его жизнь. Пусть в университете его окружали такие же любители, попасть в команду профессионалов — совсем другие ощущения. И эти ощущения Эрену нравятся. Ему нравится компания, шагающая в ногу со временем и обеспечивающая сотрудникам максимально комфортные условия труда. Нравится их огромная высотка в самом центре, где аналитикам отданы целых три этажа, начиная с сорокового из восьмидесяти имеющихся. И Эрену выпадает шанс попасть сразу на сорок второй, а не ползти из самых «низов», поближе к руководителям, а, соответственно, к большим и интересным проектам. Со своим непосредственным руководителем Эрен знаком с последнего курса. Мистер Аккерман преподаёт в их университете, он выбирает самых способных, ведёт их практику, предоставляет им стажировку, и именно он приглашает на работу. Эрену выпадает лучший шанс из возможных, но у этого шанса есть обратная сторона. Как преподаватель мистер Аккерман довольно строг, требователен и твёрд. Как руководитель он просто невыносим. Эрен понимает это в первую неделю работы, убеждается во вторую, а в третью… Нет, Эрен не кладёт малодушно на его стол заявление об увольнении — не на того напали, — на третью неделю Эрен даёт ему отпор на глазах всего офиса и второго руководителя, сразу получая аплодисменты от мисс Зоэ и уважение от коллег. Эрен тоже умеет быть невыносимым. — Йегер! — голос мистера Аккермана громом прокатывается по набитой сотрудниками столовой. В их коллективе большинство едят ту еду, что приносят с собой, и совсем немногие уходят в ближайшие кафе, заказывают доставку или спускаются в столовую компании. — Твоей рыбой воняет на весь этаж, — летит вслед, — ещё раз притащишь её в офис, и я выкину твой контейнер в мусорное ведро. Отдельный вопрос, откуда вообще мистер Аккерман знает, какой у Эрена контейнер. — У меня спецпитание, — отвечает Эрен, вздёрнув подбородок, — я расту, — добавляет, возвышаясь над мистером Аккерманом на добрую голову. — Хотите, и на вас порцию захвачу? Он улыбается максимально невинно и слышит, как где-то позади прыскает мисс Зоэ. Мистер Аккерман мечет в него молнии. Два десятка коллег наблюдают за ними крайне заинтересованно. За последний месяц офис начал напоминать ромком, и все с интересом ожидают новых серий. — Первое и последнее предупреждение, Йегер, — голос не меняется ни на тон, — а за хамство начальству получишь выговор. — Выговор? — брови Эрена удивлённо приподнимаются. — За то, что грел еду в столовой, ел её в столовой, во время, прописанное в моём договоре, как обеденное? Удачи. Мне даже интересно, как вы это провернёте. Эрен уходит, не собираясь продолжать этот разговор, и слышит позади голос мисс Зоэ: — Мне тоже интересно. В целом, у отдела аналитики два руководителя, оба они замы генерального, и у обоих в руках огромная власть. Никто не знает, кто из них главнее. Мистер Аккерман утверждает, что он. Мисс Зоэ смеётся на его утверждения, приговаривая «конечно, конечно». Они как плохой и хороший коп, как кнут и пряник, как строгий отец и добрая мать. Они отличная команда, которая собрала вокруг себя три этажа отличных специалистов, и Эрену нравится быть в ней. Мистер Аккерман отличный специалист, грамотный руководитель и анализирует как боженька. Эрен может и хочет многому у него научиться. А ещё Эрен знает, что мистер Аккерман его не уволит. Во-первых, мистер Аккерман сам выбрал Эрена из десятков претендентов, сам сразу ввёл в большие и важные проекты, избавив от необходимости карабкаться месяцы, а то и годы с сорокового этажа до сорок второго, и теперь ни за что не скажет, что совершил ошибку. Во-вторых, мистер Аккерман знает, что Эрена оторвут с руками конкуренты, стоит тому ступить за порог. А ещё он знает, что предложения сыплются на Эрена постоянно, и многие из них гораздо заманчивее. То, что студент-стажёр уберёг компанию от огромной убыточной сделки, не секрет, и новость быстро разлетелась в их кругах. А молодые, талантливые и амбициозные аналитики нужны всем. Но Эрен не собирается уходить, и никакие мистеры Аккерманы его не пугают. Поначалу дурацкие придирки бесили Эрена. Невозможно оставаться равнодушным, когда к тебе цепляются из-за всякой мелочи, которая непосредственно к работе не имеет никакого отношения. Как, к примеру, пресловутая рыба, которую Эрен обожает, а его непосредственный руководитель, как выяснилось, терпеть не может. Потом Эрен пытался угодить. Но менять собственные привычки и комфорт в угоду чьему-то самолюбию не в его правилах. А затем он отбил очередную претензию и вышел из небольшого, но всё же конфликта победителем, и жить стало легче. Эрен изучает свой договор до последнего слова. Даже копирует и расчерчивает цветными текстовыделителями, наизусть запоминая свои обязанности и сроки их выполнения. И с не меньшим энтузиазмом запоминает обязанности второй стороны. — Разгреби свой срач, Йегер, пока я не выкинул твоё барахло в мусорку, — голос мистера Аккермана привычно твёрд и холоден. Эрен лениво открывает глаза — у него ещё пятнадцать минут перерыва — и переводит взгляд на стоящего у его стола начальника, раздражённо осматривающего бардак на его столе. Сам Эрен называет это творческим беспорядком, несмотря на то, что аналитика — наука точная и цифры никакого творческого подхода не допускают. Он медленно поднимает со стола рекламную брошюру компании, направленную на соискателей рабочих мест, обмахивается ей на манер веера и открывает аккурат в том месте, где пиарщики расхваливают, как каждый сотрудник может обустроить себе комфортное место работы и чувствовать себя как дома. — Мне кажется, или вы противоречите политике компании? — наигранно удивлённо спрашивает Эрен. И добавляет, не дождавшись ответа: — На моём столе нет ни пыли, ни грязи, нет остатков пищи. Это мои личные вещи, они помогают мне сосредоточиться, а вас моё рабочее пространство вообще не касается. — И ведь он прав, — подхватывает проходящая мимо мисс Зоэ, вокруг которой, и Эрен знает это не понаслышке, тоже творится вечный хаос. Ещё одна маленькая победа. Но это только вершина айсберга. Эрен даже подумывает о том, чтобы составить список вещей, к которым умудряется прицепиться мистер Аккерман, и частоту повторяющихся замечаний, но тот не повторяется. Конечно, Эрен не единственный, кто страдает от излишнего педантизма руководителя, но точно единственный, кто не прогибается, отговариваясь услужливым «да, мистер Аккерман», «конечно, мистер Аккерман». Эрен не собирается прогибаться и угождать, все придирки скатываются с него как с гуся вода. Спустя месяц у него не остаётся даже злости и раздражения. — Что за вид, Йегер, забыл, где находишься? — А Эрен всего лишь натянул любимый безразмерный худи, надел на голову свои большие наушники и спрятал голову в капюшон, чтобы погрузиться в работу. Ну нравится ему так. — В моём договоре ничего про одежду не сказано, — отмахивается он. В конце концов, на нём брюки, туфли и рубашка, что ещё нужно? Мистер Аккерман вновь уходит, так и не добившись своего. Вроде даже отстаёт на несколько дней, или придирки кончаются, а может, Эрен просто перестаёт их замечать. На фоне возрастающей всеобщей истерии, которая нарастает словно снежный ком, и чем ближе становится дата летнего солнцестояния, всё это вообще кажется мелочью. Их мир устроен так загадочно, что лишь один день в году, а точнее, его минувшая ночь приносит людям знание, обретут ли они свою родственную душу в ближайшее время или потратят ещё год на ожидание. Эрен своего соулмейта всё ещё не встретил, не сказать, что слишком страдает по этому поводу, но чем ближе этот день, тем большей мыслей на тему, появится метка или нет. Когда он в очередной раз отвлекается на эту мысль, не замечает, как у его стола останавливается мисс Зоэ. — Слушай, Эрен, — говорит она, — может, перейдёшь под моё руководство, раз у тебя такие проблемы с Леви? Мистер Аккерман, стоящий от них через два стола, поворачивается в их сторону. Вряд ли мисс Зоэ не заметила его присутствия. Эрен встречается с ним взглядом, и они смотрят друг другу в глаза долгие несколько секунд. В лице напротив нет ни единой эмоции. — У меня нет проблем с мистером Аккерманом, — отвечает Эрен, глядя ему в глаза, а после возвращает внимание мисс Зоэ. — Это у него со мной проблемы. Он улыбается ей самой очаровательной улыбкой, и она понимающе кивает, прежде чем уйти к себе. Мистер Аккерман никак их короткий разговор не комментирует. Апофеоз их бесконечного противостояния, на потеху всему этажу, происходит за неделю до того дня, когда счастливчики готовятся обрести свои родственные души. Нервы у всех на пределе: повезёт — не повезёт. Носители меток смотрят на всех со снисхождением и будто тренируются разыгрывать жалость к тем, кто останется по-прежнему одинок. Обретение метки неизбежно, но всегда есть условие — родственная душа должна находиться рядом. Если вас разделяют страны или города, если вы ни разу не встречались, метка не проявится. А вот уже если повезёт, после проявления знака на предплечье можно быть уверенным, что встреча наступит очень быстро. Родственные души притянут друг друга, судьба сведёт, счастливый случай столкнёт лбами. Исключений не бывает. Все обретшие метку обязательно находят друг друга. И, конечно, мисс Зоэ одна из тех, кто педалирует тему с раздражающим постоянством. Желая удачи всем, кто томится ожиданием, и подбешивая тех, кто знаком с ней не первый год. Особо под её дружеское участие попадает мистер Аккерман. Эрен знает, что знакомы они едва ли не с младшей школы, но это не мешает мистеру Аккерману упорно её избегать, отмахиваться от неё и слать в такие дальние дали, не стесняясь присутствующих коллег, из которых люди не возвращаются, а если и возвращаются, то нескоро. Вот только мисс Зоэ тот ещё тролль, и его тихая, на грани слышимости ругань бьётся об неё как об стенку горох, отскакивая и растворяясь в пустоте. Талант достать даже мёртвого у неё, видимо, врождённый. Эрен понимает это, когда сквозь музыку из своих больших наушников слышит, что его зовут. — Йегер, — вклинивается в ритмичный бит настойчивый голос, и Эрен поднимает взгляд, чуть повернув голову. Он впервые видит мистера Аккермана так близко. Мало того, что тот стоит вплотную к его столу, он ещё и наклоняется, и его узкая ладонь касается плеча Эрена кончиками тонких пальцев. Будто он не уверен, что его услышали, и пытается привлечь к себе внимание. Эрен хлопает глазами, вглядываясь в глаза напротив, уставшие глаза, с заметными с такого расстояния тенями, с крошечными морщинками в уголках и тёмными ресницами, слегка изогнутыми на кончиках. В бледное лицо со светлой, почти прозрачной кожей, под которой видны голубые венки, и обманчиво тонкими губами, такими светлыми, что их контур кажется размытым. И Эрен совершенно не хочет всё это знать, ни о лице невыносимого мистера Аккермана, ни о чём-то ещё, эта информация ему совершенно ни к чему. — Вы что-то хотели? — спрашивает Эрен, стягивая на шею наушники. Ритмичные биты разрушают привычную тишину офиса, в которой слышно лишь щёлканье клавиш. — Поболтать, — ехидничает Леви, — мне же больше нечем заняться. Документы по торговому центру, — добавляет следом. — Срок стоял на четверг, сегодня вторник, — напоминает Эрен, не из принципа, а как-то машинально, у него давно всё готово, и он даже отправил это всё мистеру Аккерману, странно, что тот не заметил, раньше за ним рассеянности не замечалось. — Я знаю, какой сегодня день, но юристы и экономисты обрывают мне телефон. — Он оправдывается, или Эрену кажется? — Достали со своей истерией, — добавляет едва слышно, и Эрену кажется, что примерещилось. — Могли написать в рабочий чат, не обязательно идти лично, — слова вылетают раньше, чем Эрен успевает подумать. — Когда вам нужны документы? — быстро меняет тему. — Вчера, — раздражённо бросает мистер Аккерман. — И не нужно мне указывать, что я должен делать, а чего не должен, пока ещё я твой руководитель, а не наоборот. — Я отправил все документы вчера в обед. Вы бы знали об этом, если бы открыли рабочий чат, — отвечает Эрен в том же тоне. Его раздражение тоже легко угадывается в голосе. Кажется, они скатываются до новой серии ромкома, и ближайшие сотрудники уже с интересом поглядывают в их сторону. У мистера Аккермана опасно вспыхивает взгляд, губы раскрываются в намерении что-то сказать. — Может, вы уже потрахаетесь и успокоитесь? — вклинивается в их пространство на двоих задумчивый голос. Мисс Зоэ спрашивает это у них так тихо, что слышит весь этаж. Слышатся упавшие ручки, звуки колёсиков отодвигаемых стульев, сдавленные смешки. Кто-то из дальних столов даже встаёт, пытаясь разглядеть, кому адресовано столь пикантное предложение. Эрен морально готовится стать объектом новых сплетен и горячего обсуждения. Мистер Аккерман разворачивается и уходит к себе, не удостоив мисс Зоэ даже взглядом. — Мне, вообще-то, девушки нравятся, — бурчит Эрен, натягивая наушники обратно на голову, и не видит удивлённого взгляда руководителя, который тот бросает на него, обернувшись у дверей своего кабинета.