Волчьи оковы. Когда темнеет рассвет

      «Слабость... Боль... Беспомощность... Я помню все эти ощущения, несмотря на все попытки забыть. Хотя... Чем сильнее хочешь от чего-то избавиться, тем дольше будешь помнить это.»       Девушка открыла глаза и опустила кофту, когда Бай Чжу убрал от груди стетоскоп.       — Что ж, всё хорошо, ты почти полностью восстановилась, — доктор по-доброму улыбнулся. — Сердцебиение и дыхание в норме, головокружения больше не должны беспокоить, анализы... — он заглянул в лежащие рядом бумаги. — Уже гораздо лучше, хотя небольшие отклонения ещё есть. Но это не критично. Что ж, не вижу причин задерживать тебя на больничном. Но, помни: сильно не напрягаться и побольше бывать на свежем воздухе.       Люмин подняла взгляд и посмотрела сквозь мужчину, не в силах сфокусировать на нём взгляд.       — Да, я поняла, — кивнула девушка.       Бай Чжу вздохнул и позволил себе погладить знакомую по щеке, подбадривая её. Тепло улыбнувшись ей, он покинул комнату.       «Всё, как и в тот раз... Меня снова предал близкий человек, меня снова похитили, а он снова меня спас. А отец...» — Девушка поникла. В груди что-то болезненно сжалось, от чего захотелось заплакать. — «...его просто не было...»       Зандик без жалости полоснул ножом по сердцу, рассказав правду об отце. Порой у Люмин мелькали мысли о сожалении, что её спасли, не дали умереть. И если так, то уж лучше бы она и дальше жила в неведении, не знала ужасной правды о своей семье и истинной натуры Чжун Ли.       За три дня, что юная Сильвейн пребывала в родительском доме, она ни разу не встретилась ни с отцом, ни с братом — их попросту не было. Ещё до похищения они куда-то уехали и до сих пор не появлялись. Люмин только и оставалось, что горько усмехаться в попытке понять, когда же работа отцу стала дороже семьи и дочери, пережившей уже второе похищение. Но в то же время их отсутствие дало Люмин некоторую свободу действий. За эти дни она озадачила и Дайна, и Тарталью достать всю возможную информацию об отце. Уж если она оказалась втянута во все это против своей воли, то хотела узнать оставшиеся секреты сама, а не от кого-то еще. Ей уже было достаточно того, что слова Зандика оказались правдой, несмотря на всё ещё теплящуюся в девичьем сердце надежду.       Но нет.       Реальность была жестока и беспощадна.       В дверь постучали, но девушка никак не отреагировала, продолжив сидеть на кровати. После повторного стука дверь открылась.       — Госпожа? — приглушенный голос служанки заставил взглянуть на визитёра. — Я пришла, чтобы проводить вас в столовую. Обед уже готов.       — Я не хочу есть, спасибо, — вымученно улыбнулась девушка.       Служанка растерянно посмотрела на наследницу Чжун, но, приняв её ответ, покинула комнату.       Губы блондинки чуть дрогнули, когда за дверью она услышала перешептывания. Слуги в родительском доме неустанно продолжали волноваться за любимую госпожу. И это продолжалось с тех пор, как Дайнслейф забрал девушку из больницы и отвез домой. На попытки Ризли помешать этому и оставить супругу в больнице, Дайн лишь сказал, что выполняет приказ Чжун Ли. Пусть водитель и служил у Сильвейна, но продолжал подчиняться напрямую своему господину. Но позже выяснилось, что отец Люмин также приказал и не пускать брюнета к дочери ни под каким предлогом. И охрана исполняла этот приказ на совесть: мужчина не раз пытался проведать супругу, но так и не смог попасть к ней.       Наследница Чжун взяла телефон в руки и написала мужу о том, что сказал ей доктор. Все эти дни они переписывались, чаще Ризли спрашивал о самочувствии жены, боясь, что ей станет хуже. И подобное внимание с его стороны грело девушке душу. Во всяком случае, хоть кто-то ещё переживал и волновался за неё, помимо слуг. Медовые глаза обвели взглядом комнату. За несколько месяцев она стала для девушки холодной и чужой. И нехотя, после восемнадцати лет жизни здесь, она осознала, что её душа больше не лежит к этому месту. Не раз Люмин говорила, что хотела бы вернуться в особняк супруга, но никто ничего не мог сделать. Дайнслейф не мог ослушаться приказа, хотя и понимал чувства знакомой, а Ризли не мог так просто заявиться и забрать девушку — они оба боялись даже представить, к каким последствиям это может привести. Их не страшило то, что об этом узнает Чжун Ли, но страх за жизнь бизнесмена был. Охрана запросто могла открыть огонь по нему, если бы он всё же решился силой забрать супругу. У юной Сильвейн на фоне всего этого даже закрадывались мысли о побеге, но она гнала их куда подальше — этого ей уж точно не стоит совершать.       Телефон тихо завибрировал и на загоревшемся экране высветилось «Папа». Девушка несколько секунд смотрела на входящий вызов, но так и не ответила. Она боялась начать разговор с ним, несмотря на множество вопросов.  

***

      Чжун Ли недовольно цыкнул, когда в очередной раз не дозвонился до дочери.       — На мои звонки она тоже не отвечает, — посетовал Итэр, выпуская на морозный воздух клубы пара. — Вероятно, злится, что мы не были рядом, когда она нуждалась в нас больше всего.       — Возможно, — со вздохом согласился мужчина и убрал телефон в карман пальто. — Но, подозреваю, что дело может быть в другом.       Мужчина передал свою дорожную сумку подошедшему подчиненному и начал спускаться вниз.       — В чем же? — парень последовал примеру и вскоре поравнялся с отцом.       — Зандик мог сказать лишнего… — уставшие янтарные глаза скосились на сына.       — Хочешь сказать, что она все узнала? — безрадостно предположил блондин. Спустившись вниз, они прошли по парковке и остановились рядом с автомобилем.       — Подозреваю, что так и есть. Ладно, это выясним, когда вернемся домой. Захочет она того или нет, но я все равно поговорю с ней.       — Ты уже все решил? — несколько опечалено поинтересовался Итэр.       — Да, — твердо заявил мужчина и сел в машину.       Парень пару секунд стоял на улице, держа ладонь на ручке. Уверенность, с которой отец говорил о судьбе своей дочери, его пугала. Итэр никогда бы не стал перечить родителю, но впервые в жизни ему захотелось сказать: «Нет».  

***

      Люмин с трудом открыла глаза, когда из приоткрытого окна донеслись звуки закрывающихся дверей автомобиля. Девушка поежилась, стоило только прохладному воздуху донестись до кровати, заставляя сильнее закутаться в одеяло. Но, понимая, что уснуть уже не сможет, блондинка встала и нетвердой походкой подошла к окну. Сердце неровно забилось, когда она увидела выходящего из машины брата, которого уже приветствовал дворецкий.       Злость и обида при взгляде на родственника захватывали ещё сонный разум, а к глазам подкрадывались слёзы. Резко зашторив окна, девушка вернулась к кровати. Отца снова не было. Она ждала, когда они приедут, хотела поговорить с ними лично, но теперь... Она не хочет видеть никого из них.       Но Итэр был иного мнения. Его торопливые шаги донеслись до слуха девушки, а вскоре раздался и стук в дверь.       — Люми? — родной голос прозвучал с тревогой и, не дождавшись ответа, парень заглянул в комнату. — Не спишь, хорошо, — выдохнул он.       Девушка недовольно посмотрела на брата и отвернулась, сделав вид, будто что-то ищет, но предлог нашелся сам собой: вспышка телефона, лежавшего на кровати, моргнула, оповещая о новом уведомлении. И пусть это была лишь рекламная рассылка, но блондинка с интересом начала читать, будто там и правда было что-то важное.       — Злишься? — грустно улыбнулся визитёр. — Прости, что не было рядом...       — А вы хоть когда-то были рядом?.. — еле слышно обронила юная Сильвейн и тут же закусила губу. Слова вырвались сами по себе, хотя девушка даже не думала о чём-то подобном. — Если я спрошу тебя, ты ответишь мне честно?       — О чём ты? — недоумевал парень. Он прошел к небольшому диванчику и устало сел на него. — Я всегда честен с тобой, — улыбнулся блондин. — Ты лучше скажи, как себя чувствуешь? Ничего не болит?       — Все в порядке, — заверила Люмин, усаживаясь на кровать и поворачиваясь к брату.       — Не особо верится... — парень окинул взглядом сестру, оценивая ее состояние. Девушка выглядела бледной, под глазами виднелись неяркие синяки. — О чем спросить хотела? — вернулся он к начатой теме, предполагая, что сестра не особо хочет обсуждать свое здоровье.       Слова резко застряли в горле девушки. Весь разговор, который она проигрывала у себя в голове все эти дни, позабылся в мгновение ока. Сидя напротив брата, смотря в родные и любимые глаза, блондинка отказывалась верить, что он может быть замешан в чём-то незаконном, как и их отец. Но навязчивый голос Зандика, до сих по звучавший в голове, слова, напечатанные на бумаге и вгрызшееся в память, подстрекали начать этот неприятный разговор.       Люмин сглотнула ком в горле.       — Куда вы с отцом постоянно пропадаете? — со страхом задала она вопрос.       — Люми, ну ты чего? — по-доброму усмехнулся парень. — Ты же прекрасно знаешь, что мы часто уезжаем по делам банка. Сейчас вот вернулись с открытия нового филиала. Да, пробыли там дольше, чем планировалось, возникли проблемы с некоторыми документами...       — Не ври! — воскликнула девушка и сама вздрогнула от того, как резко и громко это прозвучало. — Я всё знаю, Итэр...       Янтарные глаза парня растерянно забегали по расстроенному и встревоженному лицу сестры.       — Я не понимаю, о чем ты...       — Всё ты понимаешь! — вновь вскричала наследница Чжун. — И ты, и отец... Мафия..? Серьезно? Я знаю какие незаконные дела вы ведёте!       Голос Люмин предательски задрожал, выдавая все её переживания и страхи на этот счёт. К глазам снова начали подкатывать слезы, и девушка поспешила вытереть скопившиеся горошины в уголках медовых глаз.       Глаза Итэра на мгновение расширились в ужасе, но парень быстро взял себя в руки, приняв озадаченный вид лица, словно он не понимал, о чём идёт речь.       — Господи, какая мафия? — шокированный подобным заявлением, немного нервно вскинул брови блондин. — Фильмов насмотрелась что ли?       Он догадывался откуда — от кого — Люмин могла всё это узнать. Интуиция Чжун Ли не подвела, и Итэр даже начинал злиться на проницательность отца. Но парень до последнего собирался делать вид, что ничего не понимает. Однако притворству пришел конец, когда девушка резко поднялась с кровати и подошла к прикроватной тумбочке.       — Тогда откуда у тебя это? — с вызовом спросила она, бросив брату вещицу.       Итэр с непониманием посмотрел на летящий по воздуху пистолет, сразу узнав в нем свой ствол, и был ещё больше удивлен, что он оказался у сестры. Поймав оружие, парень с испугом посмотрел сначала на оружие, а после и на блондинку.       — И у отца тоже, — предъявила она. — Да, я лазила по вашим вещам, пусть это и некрасиво и меня так не воспитывали. Но я хотела найти опровержения тому, что мне сказали и что раскопала! А нашла только ещё больше доказательств... Вы чуть ли не под подушкой храните оружие, вокруг вас вертятся большие деньги, куча незнакомых людей... Отец раньше часто возвращался домой в крови, а потом таким же приходил и ты! Это все очень мало похоже на банковские дела, не находишь?!       Наследница Чжун уверенно напирала, но, словно опомнившись, обхватила себя руками, чтобы унять дрожь в теле. Реакция брата, его попытки соврать, найденное в комнатах оружие, их подозрительные исчезновения, запреты отца... Люмин ненавидела ложь, и все обитатели этого дома прекрасно знали это. Еще больше девушка ненавидела, когда ей врали родные люди. Для нее это было сродни предательству. Но... отец, брат, лучшая подруга... Они все разом вонзили ножи в хрупкую спину, лишив всего. И наследница Чжун совершенно не знала, что ей делать со всем этим.       — Люмин? — настороженно окликнул сестру парень, когда та резко ушла к шкафам. — Ты чего удумала?       — Я ухожу, — бросила через плечо девушка.       Несмотря на всю решительность в намерении уйти из дома, юная Сильвейн едва сдерживала слезы. Сердце болезненно сжималось, а руки начинали трястись, когда она в полной мере осознала свои же слова, сказанные несколько секунд назад. Но отступать нельзя. Если она сейчас сдастся, то уже не сможет вырваться из капкана отца. И Люмин это прекрасно понимала. До тех пор, пока она здесь, всё будет так, как того захочет Чжун Ли.       Сквозь застилающую глаза пелену девушка доставала вещи и надевала их на себя. Пусть и ранее сама была против идеи побега, но сейчас она была готова даже на это, лишь бы не находиться здесь. Потеплее одевшись и захлопнув дверцы шкафа, наследница Чжун подошла к прикроватной тумбе и сложила в небольшой рюкзак всё, что ей необходимо.       — И куда? — спросил Итэр, заранее зная ответ. Некоторые из слуг уже успели доложить, что юная госпожа не раз говорила, что хочет вернуться к Ризли.       — Тебя это не касается. — Пряча лицо, блондинка прошла мимо брата и устремилась прямиком к выходу из комнаты, но ей преградили путь.       — Прости, но я не могу тебя пропустить, — с сожалением сообщил Итэр. — Отец запретил тебе видеться с ним...       — Мне плевать! — выкрикнула девушка, сжимая кулаки. — Я не собираюсь больше ни в чём ему потакать! — в цитриновых глазах плескалась решимость, какой парень еще не видел у своей сестры. — А теперь уйди с дороги!       Итэр понял: никто и ничто не заставит девушку изменить её решение уйти из дома. Хоть глаза и были полны слёз, но она была непоколебима, её голос не дрожал, слова звучали до непривычного резко и чётко.       Люмин уверенно прошла мимо брата, больше не пытавшегося её остановить. Да и не сказать, что он этого хотел. Блондин понимал, что их отец, пусть и из лучших побуждений, но перешел все границы. Его желание защитить дочь оборачивается тюрьмой для неё, и наследница Чжун становится самой настоящей птичкой, лишенной крыльев и запертой в золотой клетке.       — Стой... — Итэр успел схватить сестру за предплечье. — Я отвезу тебя.  

***

      — Ты не выполнил условия договора. — Янтарные глаза недобро сверкнули в полумраке кабинета.       Чжун Ли по-хозяйски сидел в кресле Ризли, прожигая хозяина дома взглядом. Тяжелая атмосфера повисла в кабинете, казалось, что сложно сделать даже незначительно движение. Но Сильвейн уверенно держался перед одним из глав мафии.       — Если вы пришли обсудить это, я прекрасно знаю, что произошло и оправдываться не собираюсь. — Брюнет с вызовом посмотрел на банкира, скрестив руки на груди.       — Разговаривать тут и не о чем, — пожал плечами глава Чжун. — Я разрываю наш договор и освобождаю тебя ото всех обязательств, раз ты всё равно не в состоянии их выполнить. В течение недели я пришлю кого-нибудь, чтобы забрали все вещи Люмин.       Оставив за собой последнее слово, Чжун Ли встал с кресла и размеренным шагом направился к выходу из кабинета.       — А что же Люмин? — не оборачиваясь, уже громче задал вопрос бизнесмен. — Что она думает об этом? Хотя не думаю, что она в курсе вашего решения.       — Тебя это больше не касается, — холодно бросил мафиози через плечо. Его ладонь легла на дверную ручку, но так и не опустила её.       — Долго вы собираетесь решать всё за неё?       Вызов, с которым говорил Сильвейн, заставил мужчину остановиться. Повернув голову, он скосил янтарные глаза на хозяина дома, прошагавшего до стола.       — Я лишь делаю то, что будет лучше для неё, — произнес мафиози, не поворачиваясь.       Ризли закатил глаза и тихо фыркнул, ожидая подобного ответа.       — Это должна решать лишь Люмин и никто больше, — Сильвейн вдруг набрался храбрости, чтобы противостоять Чжун Ли. — Вы не сможете вечно удерживать ее возле себя.       Банкир повернул голову в его сторону и смерил холодным взглядом, недовольный тем, что кто-то смеет перечить его решению.       — С чего вдруг тебя так волнует, что с ней будет? — его бровь взметнулась вверх.       — С того, что она мне не безразлична, — без лукавства и увиливаний ответил брюнет.       — Если ты влюбился в неё, то это сугубо твои личные проблемы, — мужчина едва повел плечами и опустил ручку двери.       — А что, если я ей тоже не безразличен? — уверенно предположил Ризли, оттолкнувшись от стола. — Что тогда будете делать? Так же запрёте её, как и сейчас?       Чжун Ли остановился. Бизнесмен заметил, как его ладони дрогнули в попытке сжаться в кулаки. Мужчина развернулся и посмотрел на знакомого. Его губы дернулись, а янтарные глаза немного прищурились. Мафиози пытался сдержаться, но не смог. Смех пробрал его.       Сильвейн замер на месте, не понимая, что могло рассмешить его бывшего партнера. Он смотрел, как мужчина хохотал, смахивая проступившие от веселья слезы. Банкир громко вздохнул и с насмешкой посмотрел на брюнета.       — Прошу простить за это, но шутка уж больно смешная вышла, — с его губ не сходила усмешка. — Чтобы Люмин и влюбилась в тебя? Это случится лишь при рождении новой звезды на небе. Ты не тот, кому я бы смог доверить свою дочь. И неприятный опыт вашего фиктивного брака только подтверждает мои слова. Ты с самого начала не вызывал у меня особого доверия, а сейчас его и подавно нет, — мужчина победно ухмыльнулся.       — Уж не вам это говорить, господин Чжун Ли! — вспылил Ризли. — Уж кто и не вызывает доверия, так это вы! — он резко сделал шаг вперед. — Из-за вас погибли мои родители! — он тыкнул пальцем в мужчину.       — Пустословие, — отмахнулся Чжун Ли, а с его губ сползла улыбка, вернув привычное выражение лица. — Полиция не нашла никаких доказательств, указывающих на мою причастность.       — Чему я даже не удивлен! — вскинул руками брюнет. — Уж вы как никто другой умеете заметать следы!       — Не переступай черту, Ризли! — угрожающе сказал мужчина. — В который раз повторяю: моей вины в той аварии нет! Твои родители были моими давними партнерами, я бы не стал от них избавляться! — банкир резко махнул рукой в сторону.       Люмин едва успела увернуться, чтобы рука отца не ударила её по лицу. Девушка застыла в дверном проеме, смотря на мужчин. По пути сюда до неё долетели отрывки их громкого разговора, и она, чуть хмурясь, посмотрела на отца.       — Люмин, звездочка... — банкир в миг поменялся в лице, заметив дочь. — Что ты здесь делаешь?       Девушка прикрыла глаза и медленно выдохнула.       — Это я должна спрашивать, отец. Что ты здесь делаешь? — с уловимой в голосе злостью спросила она и открыла глаза. — И что у вас за разговоры тут такие интересные?       Взгляд отца переменился. Он с нескрываемым недовольством смотрел на дочь, словно пытался мысленно внушить не лезть туда, куда не следует.       — Тебя это не касается, Люмин, — с холодом в голосе ответил Чжун Ли. — И я повторяю свой вопрос: что ты здесь делаешь?       Янтарные глаза мужчины тяжело смотрели на девушку. Юная Сильвейн знала: он был недоволен тем, что она осушалась его приказа оставаться дома. И он определенно точно был из-за этого зол, но не показывал этого. Пусть и плохо порой, но мужчина старался скрывать темную сторону своего нрава от дочери.       — Это я её привез, отец. — Итэр показался позади сестры. Лицо банкира хмурилось всё сильнее, он обратил внимание на самоуверенного парня.       — И как это понимать? — Чжун Ли скрестил руки на груди и посмотрел на сына, не скрывая больше своих негативных эмоций. — С каких по ты решаешь что-то за моей спиной?       Блондин вздохнул и обошел сестру, вставая перед отцом и огораживая от него Люмин. Он едва посмотрел на Ризли и слегка кивнул, как бы намекая, чтобы тот увел девушку.       Сильвейн чуть нахмурился, но подошел ближе к супруге и положил ладонь на её плечо. Но блондинка сбросила её и с теми же злостью и недовольством посмотрела на мужчину.       — Я устал смотреть на то, как Люмин страдает из-за твоих решений, — Итэр говорил спокойно и уверенно, не боясь, что может вызвать этим еще больший гнев отца. — Она уже совершеннолетняя. И ты не в праве больше решать что-то за неё!       — Итэр... — глаза мафиози угрожающе сверкнули.       — Нет, отец! — парень не отступился. — Хватит!       Чжун Ли перевел взгляд на девушку и сжал челюсти. Было видно, как желваки на его скулах перекатываются.       — Домой, — единственное слово, от которого у обоих детей пробежались мурашки по спинам. Это был словно тихий гортанный рык зверя, что был готов в этот момент броситься в атаку и перегрызть глотки всем, кто сейчас здесь находится.       Люмин тихо сглотнула. Она давно не видела отца таким. Инстинкты самосохранения кричали о том, что нужно отступить и подчиниться, но разум и чувства твердили об обратном. Не бойся. Не колеблись. Борись.       — Нет.       Ее голос разорвал повисшую тишину. Медовые глаза решительно смотрели на мужчину, чьё лицо потемнело от неверного ответа.       — Я никуда не поеду.       Итэр чуть усмехнулся, радуясь внутри себя, что его сестренка всерьёз решила противостоять диктатуре отца. Он украдкой посмотрел на неё, замечая уверенность и стойкость.       — У меня нет времени на твои капризы, Люмин! — Чжун Ли сделал шаг к дочери, намереваясь схватить её за руку. — Мы немедленно уезжаем!       — Я. Никуда. Не поеду! — голос девушки чуть повысился, и она сделала шаг назад, не позволяя отцу схватить себя. — Я не собираюсь больше потакать твоим желаниям!       — Люмин! — рыкнул мужчина.       Ризли преградил дальнейший путь до своей супруги. Он вытянул руку и упер её в грудь мужчины, посмотрел на бывшего компаньона, говоря одним лишь этим взглядом, что готов бороться с ним, если придется.       — Она сделала свой выбор, — холодно заметил Сильвейн. — И я не позволю вам силой забрать её отсюда. А теперь я прошу покинуть наш дом.       Бескомпромиссный приказ брюнета несколько осадил вышедшего на эмоции мужчину. Голубые глаза пристально смотрели в напряженное лицо перед собой. Чжун Ли тихо хмыкнул и сделал небольшой шаг назад, поправляя пиджак и пальто.       — Этот разговор еще не окончен, — Чжун Ли смерил взглядом Ризли и Люмин и после покинул кабинет, оставив за собой легкое напряжение в воздухе. Итэр несколько грустно улыбнулся сестре и ушёл вслед за отцом.       Наступило неловкое, тяготящее молчание. Люмин опустила тревожный взгляд в пол, мысленно прокручивая только что произошедшее. Она ослушалась отца. Отвергла его и его устои. На душе стало как-то паршиво.       — Люмин? — Ризли осторожно позвал девушку и положил руку ей на плечо.       — Это ничего не значит, — её голос сочился напускным равнодушием, за которым скрывалась боль и что-то ещё.       Она подняла на него свои глаза, посмотрела, вглядываясь в супруга, не сумевшего понять её слов, и покинула кабинет.

      Не чувствую цепей на шее,

      Ступая к ласковой свободе.

      И знать, что вот он — путь решения,

      Что вот он — путь без криков боли.

      И верить в сердце без тревоги,

      Без чувства страха,

      Без сомненья.

      Ступать на путь без промедления.

      Идти лишь прямо, не таясь,

      Расправив плечи, и с улыбкой,

      Открыть ворота без ошибки,

      Прожить ту жизнь, как заслужила.

      Забыть долги и жить счастливо.