Древние

Перед отправлением Намджуна все члены группы собрались на командном пункте. Нервное напряжение витало в воздухе, но каждый выполнял свою задачу. Юнги и Чимин сосредоточенно готовили медицинское оборудование, их движения были чёткими и слаженными, отражая множество часов подготовки и тренировок. Чонгук c Хосоком заканчивали работу над дронами, работая быстро и уверенно. Полностью экипированный Намджун стоял рядом, наблюдая за ходом подготовки, его взгляд был твёрдым и решительным. К его костюму был прикреплён запасной экзокостюм для Тэхёна, ремни и крепления которого еще раз проверял Сокджин. — Всё готово? — голос Намджуна прозвучал неожиданно громко в напряженной тишине командного пункта. — Да, капитан, — ответил Хосок, поднимая голову. — Мы сделали всё возможное, чтобы усилить дрон. Сокджин шагнул вперёд, его лицо было серьёзным: — Удачи, капитан. Мы будем ждать вашего с Тэхёном возвращения, — сказал он, с твёрдой уверенностью глядя в глаза Намджуна. — Спасибо, Сокджин, — ответил Намджун, кивнув Чонгуку с Хосоком. — Запускайте. Время не ждёт. Юнги и Чимин провожали его до выхода, о чём-то тихо переговариваясь. Хосок и Чонгук запускали дрона, который будет сопровождать Намджуна. Дрон должен был передавать картинку на монитор базы, а они должны были координировать Намджуна по рации. — Всё готово, капитан, — доложил Хосок, его голос был спокойным и уверенным. — Сигнал стабильный, изображение чёткое. — Отлично, — ответил Намджун, еще раз проверяя карту и оборудование. — Я выхожу. Он направился по маршруту Тэхёна к базе «39», пользуясь бумажной картой, как и Тэхён. Однако где-то через час Хосок и Чонгук заметили странности. — Капитан, вы отклоняетесь от маршрута, и это уже не кажется статистической погрешностью, — доложил Чонгук по радиосвязи. — Дрон показывает, что вы движетесь не туда. Намджун остановился, оглядываясь на окружающий его ландшафт. Всё казалось правильным по ориентирам на карте. — Судя по ориентирам на карте, я иду правильно, — ответил он, его голос звучал с нотками сомнения. — Кажется, что на картинке с дрона ландшафт немного не соответствует нашей карте. Возможно, это из-за нестабильной связи, — добавил Хосок. — Но лучше ориентироваться на данные дрона. Намджун кивнул, осознавая важность точных данных. Дальше он уже ориентировался на траекторию, заданную дроном, стараясь двигаться быстро, но не истощать себя. Время было на счету, и он не мог позволить себе ошибку. Через шесть часов видеосвязь пропала, но сигнал датчиков оставался стабильным, и дрон продолжал путь, а за ним и Намджун. Он чувствовал усталость, но его решимость не дрогнула. Впереди его ждал Тэхён, и он не мог подвести его. Намджун продолжал идти, ориентируясь на сигналы дрона и веря в успех своей миссии. На базе Сокджин, Юнги, Чимин, Хосок и Чонгук продолжали следить за миссией, каждый из них выполнял свою задачу с предельной концентрацией. Время тянулось медленно, но они знали, что каждый их шаг и действие могут оказаться решающими для успеха операции и спасения Тэхёна. *** Прежде чем продолжить путь, Тэхён осторожно отцепляет шлем от костюма, который плоностью вышел из строя. Он чувствует, как горячий воздух моментально обволакивает его лицо, заставляя мгновенно надеть полнолицевую маску. Он слегка дрожит от напряжения, но решимость не покидает его. Маска плотно прилегает к его лицу, оставляя лишь тонкую полоску видимости. Он проверяет её, убеждаясь, что она надёжно закреплена. Тэхён делает глубокий вдох, чувствует как кислород наполняет его лёгкие и придаёт новые силы. Он продолжает двигаться, несмотря на усталость, каждый шаг даётся с трудом. Ему приходится бороться с тяжестью ног и выматывающей жарой. Но он не сдаётся. Свет от камня, который он держит в руке, освещает ему путь. Он смотрит на мерцающий свет, который кажется живым, будто бы зовёт его, ведёт к Юнги. Его мысли обращены к Юнги, он вспоминает их моменты вместе, тепло его прикосновений и слова поддержки. Это тоже придаёт ему сил. Тэхён чувствует, как его сердце наполняется решимостью и любовью. Он знает, что Юнги ждёт его и что он должен дойти. Каждый шаг отдаётся болью в мышцах, кожа под костюмом горит, как будто сотни маленьких иголок впиваются в него, но он продолжает двигаться. Порыв ветра приносит слабый шорох, и Тэхён поднимает голову. Он видит свет камня, отражающийся от скал впереди, и это наполняет его надеждой. — Юнги, я иду к тебе, — шепчет он, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Он продолжает путь, несмотря на все трудности, шаг за шагом приближаясь к Юнги. Он не знает, сколько времени прошло, его ощущения спутаны, но он точно знает одно — он должен дойти. Свет камня становится его путеводной звездой, освещая путь к спасению и встрече с любимым человеком. *** Ещё через час ребята на базе слышат по радиосвязи крик Намджуна, зовущего Тэхёна. Звук его голоса прерывается статическим шумом, но отчаяние и решимость капитана очевидны. — Тэхён! — раздаётся в эфире, голос хриплый и напряжённый. Они понимают, что Намджун отцепил шлем, чтобы его голос был слышен. Чимин начинает открыто плакать, осознавая риски, которые принимает капитан. Его плечи трясутся, и слёзы текут по щекам. Юнги пытается успокоить друга, чувствуя тяжесть момента. — Секундное и даже минутное отсутствие защиты не должно сильно навредить ему. Ты же знаешь, он невероятно умён. Никто из нас бы не додумался до такого, — говорит он, обращаясь не только к Чимину, но и к другим членам команды. С периодичностью в 20 минут они снова слышат крики Намджуна по рации. Он продолжает звать Тэхёна, надеясь, что его голос будет услышан. — Тэхён! Держись, я близко! — его голос звучит всё отчаяннее. На базе напряжение возрастает с каждым криком. Юнги и Чимин не могут найти себе места. Юнги держит Чимина за плечи, стараясь успокоить его, а в глазах Чимина страх и тревога. — Юнги, — с тревогой говорит Чимин, — что если…? Юнги видит панический взгляд Чимина и чувствует, как его собственное сердце сжимается от тревоги. Он решает действовать. — Рассчитай возможные повреждения Намджуна, — прерывает его Юнги, пытаясь сосредоточиться на конкретных действиях, — чтобы я мог приготовить всё необходимое для оказания помощи ему тоже. Чимин, дрожа, начинает проверять данные и рассчитывать возможные повреждения. Его руки трясутся, но он старается сосредоточиться, выполняя задачу. — Я знаю, что Намджун принимает огромные риски, — тихо говорит Юнги, когда Чимин начинает работать. — Но он делает это ради Тэхёна. И мы должны быть готовы помочь им обоим, когда они вернутся. — Мы справимся, Юнги, — отвечает Хосок, его голос твёрд и уверенный. — Мы все здесь, чтобы поддержать их. Чонгук кивает, продолжая следить за сигналами и данными. Все члены команды сосредоточены на своих задачах, стараясь сохранить ясность мысли и готовность к любым действиям. В этот момент Сокджин, заместитель капитана, сидит за столом, погружённый в написание отчёта о происходящем. Его лицо напряжено, руки быстро печатают текст. Он пишет подробный доклад на головную базу, описывая текущую ситуацию, риски и необходимые меры. — Нам срочно нужны дополнительные экзокостюмы и эвакуационные костюмы, — диктует он себе под нос, — а также новые дроны и аппаратура, вышедшая из строя. Мы не можем продолжать миссию без этих ресурсов. Он отправляет сообщение, зная, что каждое его слово важно. Сокджин понимает, что от его действий может зависеть успешное завершение миссии и спасение товарищей. Он чувствует тяжесть ответственности, но его решимость не дрогнула. Каждая минута ожидания тянется бесконечно, но они продолжают ждать, занимаясь повседневными делами и надеясь на благополучное возвращение Намджуна и Тэхёна. *** Тэхёну кажется, что он слышит голос, зовущий его по имени. В его ушах эхом раздаются слова, и он не может понять, являются ли они реальными или плодом его воспалённого воображения. Он усмехается, пытаясь не поддаваться отчаянию. «Юнги, кажется, я схожу с ума… Но голос слышен с той же стороны, куда указывает луч. Так что…» Он пытается сфокусироваться на луче света, который исходит от камня. Это единственное, что держит его на пути, не давая свернуть. Ноги подкашиваются, и он едва удерживается, чтобы не упасть. Каждое движение даётся с трудом, как будто его тело сопротивляется каждому шагу. Кожу нестерпимо жжёт, словно сотни маленьких иголок вводят токсичную жидкость, которая потихоньку разъедает её. Он чувствует, как боль проникает в каждую клетку его тела, заставляя его сжиматься от мучений. «Я не могу сдаться сейчас. Юнги ждёт меня. Я должен продолжать идти», — стискивает он зубы от боли, мысли о Юнги дают ему силы продолжать. Каждый вдох даётся с трудом, воздух кажется тяжёлым и густым, несмотря на наличие маски. Он чувствует, как его лёгкие опаляет огнём, и каждый выдох приносит облегчение, но ненадолго. Его сердце бьётся быстро и неровно, как будто пытается вырваться из груди. Он останавливается на мгновение, опираясь на скалу, чтобы перевести дух. «Я должен дойти. Я не могу оставить Юнги одного», — повторяет он про себя, стараясь сосредоточиться на луче света, который ведёт его вперёд. Он вспоминает моменты, проведённые с Юнги, их смех, нежные прикосновения и поддержка, которая всегда была неотъемлемой частью их отношений. Эти воспоминания наполняют его решимостью продолжать, несмотря на боль. Каждый шаг отдаётся в теле волной мучений, но он продолжает идти. Тэхён слышит голос снова, на этот раз громче и отчетливее. Он поднимает голову, напрягая слух. — Тэхён! — крик раздаётся откуда-то спереди, и он понимает, что это не галлюцинация. Сердце Тэхёна замирает на мгновение, а затем начинает биться ещё быстрее. Он пытается ответить, но голос выходит хриплым и слабым. — Я здесь… — шепчет он, продолжая медленно двигаться вперёд. Он чувствует, как силы покидают его, но мысль о Юнги и голос, зовущий его, дают ему надежду. Он спотыкается и падает на колени, но быстро поднимается, снова начиная движение. Луч света становится ярче, и он чувствует, что приближается к своей цели. — Тэхён! Держись, я близко! — раздаётся голос снова, и Тэхён чувствует, как слёзы текут по его щекам. — Юнги… — шепчет он, его голос дрожит от эмоций. — Я иду к тебе. Он делает последние усилия, борясь с болью и усталостью. Тэхён знает, что не может сдаться, что Юнги ждёт его и что он должен дойти. Его ноги едва держат его, но он продолжает идти, с каждым шагом приближаясь к своему спасению и любимому человеку. *** Когда видеосвязь пропала, Намджун почувствовал холодок страха, пронизывающий до самых костей. Он понимал, что один неверный шаг мог стоить им жизни. Но он быстро успокоил себя, зная, что должен сохранить спокойствие и продолжать идти. Спокойный разум был его самым ценным союзником в этой борьбе. Он слышит голос Хосока, пробивающийся через статический шум: — Капитан, дрон всё ещё движется. Мы координируем вас, оставайтесь на связи. Намджун отвечает коротко, чтобы сэкономить силы и дыхание: — Понял, продолжаю путь. Прошло всего семь с половиной часов, но идти становилось всё сложнее. Каждый шаг давался с невероятным усилием, словно он тащил за собой не только собственное тело, но и весь груз ответственности за своих товарищей. Если не следить за дроном, то легко сбиться с направления, ведь ландшафт менялся, словно играя с ним. Его тело кричало от усталости, мышцы ныли, как будто по ним проходили волны боли, но он держался, заставляя себя двигаться вперёд. В его голове всплывают воспоминания о детстве, о том, как в их доме появился крошечный малыш, и Намджун стал старшим братом. Он уже ходил в школу и чувствовал себя очень важным, но этот маленький человечек вызывал в нём сплошное умиление. Воспоминания о тех днях наполняли его решимостью не подвести. «Тэхён жив! Нечего нюни распускать! Мы всегда были вместе, и я не позволю этому измениться,» — убеждал он себя, сжимая кулаки и продолжая двигаться вперёд. Каждый раз, когда он зовёт Тэхёна, он чувствует, как его силы тают, но это необходимая жертва, чтобы Тэхён услышал его и не потерял надежду. Он осознавал, что каждая секунда молчания могла стать последней, и потому вновь и вновь звал: — Тэхён! — его голос эхом разносился по пустынной местности. — Тэтэ, ты должен держаться. Я уже близко. Слёзы наворачиваются на глаза, но он быстро смахивает их рукавом. Ему нельзя показывать слабость, даже самому себе. Намджун вспоминает моменты, когда они вместе преодолевали трудности, поддерживали друг друга. Эти воспоминания придавали ему сил, и он продолжал идти. Он знал, что впереди его ждёт Тэхён. Намджун понимал, что каждый его шаг — это шаг к спасению. Он чувствовал, как земля под его ногами становится всё тяжелее, но продолжал двигаться вперёд, несмотря на боль и усталость. В его мыслях был только один образ — Тэхён, живой и невредимый, встречающий его с улыбкой. Это было его мотивацией, его целью, которая помогала преодолеть все трудности. Его дыхание было прерывистым, с каждым вдохом он ощущал, как холодный воздух обжигает его лёгкие. В голове шумело, мысли путались, но он продолжал звать: — Тэхён! Держись, брат, я рядом! — его голос дрожал от напряжения и усталости, но в нём звучала непоколебимая решимость. Воспоминания о детстве, как они вместе играли в парке, как Тэхён, маленький и беззащитный, держал его за руку, наполняли его сердце теплом. — Тэтэ, я иду к тебе, — шептал он, сжимая кулаки. Каждый новый крик отдавался в теле волной боли, но он продолжал звать. Намджун сжимал кулаки, ощущая, как сила вновь наполняет его тело. Он продолжал идти, несмотря на всё, что стояло у него на пути. Он знал, что не остановится, пока не найдёт его и не приведёт обратно на базу. Каждый шаг приближал его к Тэхёну, и каждый крик давал надежду, что Тэхён услышит его и найдёт в себе силы продолжать идти. *** На базе напряжение достигло предела. Все члены команды, затаив дыхание, следили за мониторами, стараясь уловить хоть какой-то звук. Свет от экранов отражался на их напряжённых лицах, создавая зловещие тени на стенах. Когда голос Намджуна прорвался через статический шум, все замерли: — Я вижу человека. Но между нами разлом. Придётся обойти. Мне понадобится минут тридцать, чтобы до него добраться, — и связь окончательно оборвалась. Комната погрузилась в гнетущую тишину. Каждый звук казался оглушительным в этой гробовой тишине. Сокджин почувствовал, как в груди растёт комок тревоги. Он знал, что Намджун и Тэхён сейчас на пределе, и это знание не давало ему покоя. Он сжал кулаки, стараясь сохранить самообладание. Его лицо было маской спокойствия, но внутри бушевали эмоции. Чимин опять начал плакать, не в силах сдерживаться. Беспомощность и страх за друзей, которые были для него как семья, переполняли его. Слёзы текли по щекам, его плечи сотрясались от рыданий. Юнги молча обнял его, прошептав на ухо: — Они вместе. Значит, скоро вернутся. Давай еще раз всё тщательно проверим. Он аккуратно повёл Чимина в сторону медицинского отсека, их шаги глухо отдавались на металлическом полу. Юнги, стараясь не показывать собственное беспокойство, говорил тихо и уверенно, проверяя каждую деталь медицинского оборудования. Чонгук и Хосок не отрывались от мониторов, напряжённо всматриваясь в экраны. Их глаза были усталыми, лица напряжёнными. Они безуспешно пытались уловить хоть какие-то данные, любую информацию, которая могла бы подтвердить, что Намджун и Тэхён живы и продвигаются вперёд. — Он вышел за пределы наших антен, — тихо сказал Хосок, его голос звучал пусто и безнадёжно. Он откинулся на спинку кресла, чувствуя, как усталость наваливается на него тяжёлым грузом. — Намджун справится, — уверенно ответил Чонгук, но в глазах читалась тревога. — Он всегда находит выход. Мы должны верить в него.