Древние

Тэхён снова вытаскивает карту и раскладывает ее на земле и долго смотрит на отмеченные маршруты, точки, куда направлялся, и где находится сейчас. Карта немного потрёпана, следы времени видны на её поверхности, но она, думает он, всё ещё остаётся надёжным ориентиром. Внимательно изучив карту, Тэ убеждается, что должен был уже быть в зоне видимости дронов базы «51». Но что-то опять не так. В который раз! Полтора месяца он идёт к Юнги, а, кажется, что ни на шаг к нему не приблизился. Непонятно, почему их изначальные расчёты оказались неверными. Он добрался до базы «39» только через месяц. Там он застал полнейшее запустение, хотя роботизированная техника кое-как функционировала, но и она уже покрывалась ржавчиной и признаками распада. В капсулах для сна он обнаружил только кучи пыли, разлетавшиеся по всему помещению, стоило только открыть. Тэхён только на третьей капсуле понял, что это за пыль. Его стошнило, и он перестал тревожить покой мёртвых. Занялся починкой систем связи, которые, казалось, были исправны, но не функционировали. Пришлось перебрать все передатчики, проверить все шнуры, просмотреть всю базу данных, перенести её на переносные накопители. Работы оказалось гораздо больше, чем они рассчитывали. Он провёл там больше недели. Быть в одиночестве не было ему в тягость — его готовили к таким испытаниям. Никто и ничто не нарушало его покой. Только Юнги ночами приходил во снах, говорил, что любит его и ждёт. На десятый день он смирился с тем, что не сможет отправить сигнал на головную базу, и решил возвращаться. Немало этому поспособствовал и приснившийся Юнги, рыдающий в одиночестве. Он заправил свой костюм, забрал все важные накопители, хотел взять и парочку дронов, но понял, что тащить их будет тяжело, а заряда на сколь-либо длительное время не хватит. Вместо этого он предпочёл взять лёгкую полнолицевую маску и несколько дополнительных капсул с кислородом и питанием к ней. К сожалению, срок действия всех экзокостюмов на этой базе уже два месяца как истёк.Данные его собственного костюма показывали, что осталось дней на 50. Он был уверен, что дойдёт сильно раньше этого срока. «Юнги-я, ты только не плачь больше, я очень скоро обниму тебя. Крепко-крепко. Все слёзы сцелую», — Тэхён улыбается собственным мыслям, выходя за ворота базы «39». Эта уверенность ведёт его всю дорогу. И вот сейчас он, как будто, впервые растерялся. Он думает, что, возможно, сбился с курса. Или, что пугает еще больше, что-то случилось и на их базе, и дроны не действуют больше. «Надо двигаться дальше, Юнги-я, нельзя просто сидеть на месте и ждать. Время работает против нас», — ворчит он мысленно. Он глубоко вздыхает, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Экзокостюм почти истощён, у него осталось не так много времени, но этого бы хватило, чтобы добраться до базы… Если бы он был уже в зоне видимости дронов. Вот только их нигде нет. Тэхён решает идти к месту, где по карте должна быть база, не обращая внимания на факт, что дронов нет. Каждый шаг даётся с трудом, но он не сдаётся. Постоянно проверяет координаты и пересчитывает свои шаги, чтобы убедиться, что движется в правильном направлении. Каждый метр пути — это шанс на спасение. «Смотри, — мысленно говорит он Юнги, — я уже должен быть очень близко. Так говорит карта». Внезапно его охватывает чувство дежавю — будто он уже был здесь раньше. Он останавливается и видит перед собой невозможные образы — местность как будто та же, но покрыта лесами, а сам он как будто стоит в центре колосящегося поля. Вдалеке он замечает юную девушку, собирающую снопы. Её волосы цвета спелой пшеницы развеваются на ветру. Её лицо светится радостью и жизнью. Она собирает урожай, и вокруг неё простираются бескрайние золотые поля. В мозгу всплывают те слова из сна: «Део, Деметра, многоименная матерь-богиня»… Он падает на колени и вдруг вслух произносит слова, смысла которых не понимает и не знает: — Единородная и многодетная Матерь-Богиня, Смертных людей Госпожа, Чья разумная власть неизменна. О Многоликая, Ты к нам являешься в ярких соцветьях. Смилуйся и одари изобилием плодов благодатных*! Он стоит на коленях со склоненной головой и не видит, но скорее чувствует улыбку богини. Постепенно видение менялось. Вокруг него уже простирались бескрайние пустоши, на которых ничего не росло. Небо было серым и мрачным, а воздух — тяжёлым. Тэхён поднял голову. Деметра теперь с внешностью взрослой женщины, её лицо отражает мудрость и глубокую печаль. В руках — жатвенный серп, символ урожая, который она медленно подняла, показывая ему, что ей нечего жать. Её глаза, глубокие и проницательные, смотрели прямо в его душу. — Смертный, — позвала она, её голос был мягким и мелодичным. — Эта земля живая. Она изменчива и коварна. Пути постоянно смещаются, чтобы сбить с толку. Она делает всё, чтобы уничтожить всё сущее на ней. Чтобы уничтожить и людей, и богов, которым никто не возносит молитв. Остались только мы, выжившие титаны. Мы бесконечны… И бесконечно страдаем за то, что здесь случилось. В древние времена люди орошали эту землю кровью вместо воды, чем разгневали её. Они убивали и её, и друг друга всеми возможными видами оружия. Только горстка людей смогла спастись и улететь к звёздам. Остальные сгнили и рассыпались прахом. Затем она ополчилась и на всех существ, служивших людям: на деревья, на диких зверей, насекомых. Она уничтожила всё сущее. Века минули, но ядро этой планеты — гнев, и оно до сих пор пылает. Тэхён внимательно слушал, его сердце сжималось от невыразимой печали и сочувствия. Деметра подошла ближе, её образ стал более чётким и осязаемым. — Ты должен прислушаться к своему внутреннему голосу, — продолжила богиня. — Ты найдёшь путь, если будешь доверять своим чувствам. Здесь нельзя верить дороге, только своему сердцу. Следуй за светом, который ведёт тебя. И, возможно, ты найдешь больше того, что ищешь. Она протянула руку, и в её ладони появился светящийся амулет, напоминающий по форме человеческое сердце, пульсирующее мягким светом.Тэхён принял его, чувствуя, как тепло амулета согревает пальцы даже через защитные перчатки. Богиня улыбалась, а её образ становился всё прозрачнее. — Помни, любовь и верность — это твоя сила, — прошептала она, растворяясь лёгкой дымкой. Тэхён стоял обескураженный. Не знал, что думать. Всё увиденное разнилось с тем, что он знал о жизни вообще и об этой планете в частности. По всем данным, здесь воздух не мог вызывать галлюцинации, он просто был непригоден для человеческого организма и без экзокостюма начинался распад клеток, внутренних органов, всего тела, пока человек не превращался в пыль. Поэтому Тэхён не понимал, что это сейчас было. Внезапно он ощутил какую-то тяжесть в руке. Взглянув, он обнаружил на ладони настоящий камень, светящийся мягким светом. Он перевёл взгляд на карту — ландшафт вокруг него не совпадал с тем, что было на ней. Он почему-то поверил, что планета действительно живая и всё здесь неуловимо постоянно меняется. Возможно, он уже не первый день ходит вокруг их базы, не зная об этом. Понимание накрыло его, и он почувствовал холодок по спине. Планета делает всё, чтобы уничтожить и его тоже. Она как его персональная ловушка, из которой нет выхода. Тэхён решает не сдаваться. Он вспоминает слова богини и начинает прислушиваться к своему внутреннему голосу и мысленно опять беседует с любимым: «Юнги, я такой дурак. Я хожу вокруг тебя кругами. Подвёл тебя. Мне не искупить боль, которую ты, наверное, никому не показываешь. Разве что Чимину чуть-чуть. Мой верный стойкий Юнги, я дойду до тебя, из самых последних сил доползу». Будто услышав его мысли, камень в руках начинает снова пульсировать, и из него прорывается луч света, указывающий направо. Тэхён шестым чувством понимает, что это направление выведет его к Юнги. Он закрывает карту и решает довериться увиденным образам. Тем более, он чувствует, что так будет правильно. Путь даётся еще сложнее чем раньше. Каждый шаг даётся ему с трудом, но его решимость крепка, он отказывается поддаваться отчаянию. В его голове звучат голоса друзей, Юнги, их слова поддержки. Это придаёт ему силы продолжать идти вперёд, несмотря на все трудности. Тэхён уверен, что его друзья тоже борются за него, и это даёт ему надежду и стимул не останавливаться. Он продолжает двигаться, чувствуя, как дорога всё время пытается увести его в сторону, и только свет камня помогает ему. Путь становится в разы сложнее. Тэхён понимает, что должен быть настороже, но камень отзывается, стоит ему только подумать о Юнги, и это помогает ему сохранять спокойствие. Пока он идёт, в его мысли вновь и вновь возвращаются слова Деметры: «Эта планета живая. Она изменчива и коварна. Она уничтожает всё живое», — эти слова упорно бьются в его сознании, заставляя двигаться вперёд, несмотря на усталость и боль. Он знает, что Юнги ждёт его, и это придаёт ему сил. «Юнги, я не позволю этой планете нас разлучить. Ты самый важный человек в моей жизни. Ты моя сила, моя опора», — мысленно говорит он, чувствуя, как внутри него рождается новая решимость. Несмотря на всю тяжесть положения, а может быть благодаря ей, в его душе рождаются новые мечты. Тэхён видит себя в будущем, живущим в ладу с окружающим миром. Он мечтает о том, как они с Юнги обосно́вываются на краю леса, в доме, окружённом высокими деревьями, недалеко от тихой реки. Продвигаясь вперёд, Тэхён думает о том, какой будет их жизнь без этих вечных исследований, приказов, миссий, токсичных планет — каким будет их совместное будущее, которое они могли бы построить вместе сами. «Знаешь, Юнги, я мечтаю о дне, когда эта миссия закончится и мы вернёмся домой. Я больше не хочу покидать дом. Хотя бы несколько лет, давай проведём вне службы. Только ты и я. Знаешь, как здорово будет! Представь, мы будем сидеть у камина в нашем уютном домике по вечерам. По желанию будем варить глинтвейн и наслаждаться закатами. Мы… мы будем обрабатывать землю, чтобы богиня была рада. Ты не знаешь ее, но я обязательно расскажу. Будем гулять по лесу, подкармливать диких животных. Мы не будем думать о званиях, науке, проводах, ранах, связи, сменах, нарядах. Будем ходить в чем хочется, а не в этой надоевшей форме, будем заниматься любовью, когда захотим, не тревожась ни о чем». Он улыбается, представляя их будущее: «Давай поженимся по древним традициям, Юнги-я. Знаешь, так, как на лекциях древней истории рассказывали. Найдём служителя, хоть я пока и не знаю, где их искать, но я попрошу брата помочь. Он старше и знает забытые закоулки наших вселенных. Будем только ты, я и служитель, связывающий нас в этом удивительном обряде. Представь, как мы будем стоять на поляне под цветочной аркой, окружённые вековыми деревьями в тисовой роще недалеко от нашего домика. Воздух будет свежим и чистым, а солнце будет мягко светить, проникая сквозь листву. Наши клятвы будут простыми, но искренними. Мы пообещаем друг другу быть верными и любящими, поддерживать друг друга в трудные времена и радоваться вместе в счастливые моменты». Тэхён представлял, как в этот момент он скажет служителю: «Я обещаю любить этого человека и заботиться о нём всегда». Потом повернётся к Юнги и произнесёт свою клятву: «Мы через многое прошли и пройдём через ещё большее, но всё преодолимо, когда мы вместе, идём рука об руку, потому что ты — мой свет и моя надежда. Я обещаю поддерживать тебя во всём, что ты делаешь, уважать твои решения и быть твоим надёжным партнёром. Я обещаю делить с тобой радости и горести, успехи и неудачи, и всегда искать пути к нашему счастью. Я обещаю быть честным и открытым с тобой, разделять с тобой все свои мысли и чувства, и никогда не скрывать своих истинных намерений. Мы будем строить наше будущее вместе, уважая и ценя друг друга». Он немного задумался, какой могла бы быть клятва Юнги, и продолжил: «Я думаю, в ответ ты скажешь: «Тэхён, я обещаю быть твоей опорой, поддерживать тебя и дарить тебе свою любовь. Вместе мы будем сильнее всех испытаний». «Но если тебе не нравится так, я не буду настаивать, Юнги-я. Я понимаю, что для тебя важно, чтобы всё было искренне и непринуждённо. Мы найдём способ сделать нашу церемонию особенной для нас обоих, чтобы она отражала нашу любовь и наши чувства. Ох, как бы мне хотелось сейчас быть рядом с тобой. Ты не представляешь, как мне жаль, что я такой нерешительный, когда дело касается тебя. Иногда я так боюсь ошибиться, что не делаю ничего. Впредь я постараюсь это исправить». Тэхён воображает, как они будут ходить по своему лесу, исследуя каждый уголок, находя редкие растения и изучая их свойства. Он видит их, сидящих у костра на лесной поляне, под звёздным небом, делящихся историями и наслаждающихся тишиной. Эти моменты будут напоминанием о том, что истинная связь с природой приносит мир и вдохновение. «Юнги, мы будем жить так, как мечтали. Мы будем бережно обращаться с каждым цветком и деревом, понимая их важность и силу. Мы найдём утешение и радость в простых вещах: в шелесте листвы, в пении птиц, в звуке воды. Эти мгновения станут нашими самыми дорогими воспоминаниями, и мы будем благодарны за каждое из них». Дорога становится всё труднее. Каждое препятствие кажется непреодолимым, но Тэхён не сдаётся. Он вспоминает все те моменты, которые провёл с Юнги, их общие мечты и планы на будущее. Эти воспоминания поддерживают его и дают ему силы двигаться дальше. Когда он добирается до узкой тропинки, по которой он уходил от базы три месяца назад, его сердце замирает. Он знает, что этот путь приведёт его к Юнги. Камень в его руках пульсирует и светит ярче, как будто подтверждая его догадки. — Я иду, Юнги. Подожди меня, — шепчет Тэхён, продолжая свой путь. На каждом шагу ему кажется, что он слышит голос Юнги, чувствуя его присутствие рядом. Эти призрачные голоса и образы, как и амулет, указывающий верный путь, поддерживают в нем надежду и дают силы. Иногда ему кажется, что он сходит с ума, но если безумие приведет его к любимому человеку, то так тому и быть! -- * из орфического гимна Деметре