You’re my light

      Местом для проведения свадьбы Намджун и Сокджин выбрали закрытый клуб, расположенный в лесопарковой зоне на берегу реки Хан. Властям пришлось оцепить весь парк, чтобы закрыть туда доступ репортёрам. Среди леса расположен особняк с широкой верандой и деревянными колоннами по углам. Само торжество началось под открытым небом в вечернее время. Стволы деревьев окутала туманная дымка. Сквозь зеленые ветви над столами гостей пробивается мерцание множества лампочек. Свет золотистых огоньков рассеивается в тумане, создавая сказочную таинственность. На столах расставлены пушистые как облако белые букеты в стеклянных вазах. Они окружены множеством горящих свечей. Атмосфера вокруг пропитана романтикой и тёплым уютом.       Чимин и Юнги выходят из машины и оглядываются в поисках молодожёнов. Официальная регистрация прошла днём, а сейчас все гости съезжаются на праздничный банкет. Традиционная церемония происходила в самом тесном кругу: присутствовали только Намджун, Сокджин и их семьи. Поэтому Чимин впервые за сегодняшний день видит своего любимого хёна.       Джин выглядит великолепно. Дизайнерский строгий костюм сделал его образ представительным, но розовый цвет волос не позволил превратиться в серую массу богатеньких гостей, у которых волосы непременно натурального тёмного оттенка. Обычно омеги на свадьбу надевают костюмы пастельных тонов или небесно-голубые, но Сокджин решил, что будет в чёрном, как и его альфа. Он входит в одну из самых влиятельных семей и поэтому ему лучше выглядеть скромно и не выделяться. Джин не хочет, чтобы его вид кричал о том, будто он ждал этой свадьбы всю жизнь. Это не так. К тому же, если бы он разоделся пафосно, свёкры обязательно напомнили бы ему, что он модель из мелкого агентства и у него нет вкуса. Даже папа самого Джина постоянно твердит, что розовый цвет волос — это несерьёзно. Но Намджуну нравится, и это главное.       Сокджин стискивает в объятиях Чимина и здоровается с Юнги. Чим тем временем пожимает руку Намджуну, но тот без предупреждения сгребает его в охапку и приподнимает сантиметров на десять от земли. Джин успокаивает своего мужа, но тот отнекивается, что готов своей радостью делиться со всеми. Они так счастливы, даже немного завидно. Пока Намджун расспрашивает Юнги, чем тот сейчас занимается, Сокджин отвёл Чимина в сторонку дать наставления на сегодняшний вечер.       — Не ищи его, он ещё не приехал, — его голос вмиг сделался серьёзным.       — Не понимаю, о чём ты, — Чимин улыбается и кланяется проходящим мимо гостям. Он прячет глаза, чтобы Сокджин не смог прочесть тайное желание увидеть Чонгука.       — Ты думаешь, я слепой? Не успел из машины выйти, а уже высматриваешь его по сторонам, — Джин притянул младшего к себе и отчитывает шёпотом на ухо, — Давай ещё скажи, что ради меня так разоделся!       Чимин улыбается, кивая знакомым, которые начали на них обращать внимание. Он оделся, как обычно, в своём стиле, но действительно над прической и лицом усердно потрудился. Необходимо было скрыть следы бессонной ночи. А так, выглаженный черный костюм, белая рубашка, плотно застёгнутая под горло, начищенные туфли — всё, как всегда. Ничего необычного.       — Чего ты разошёлся? Я тебя искал, Чон меня не волнует. Кстати, где он? — Чимин сразу же выдаёт себя. Он хлопает Джина по плечу, чтобы тот расслабился и не обратил внимания на промах. Ким отступает на шаг и, презрительно сузив глаза, шипит словно змея:       — Не волнует, значит. Опаздывает он. Когда появится — не знаю. Может, подойдёшь и у Намджуна поинтересуешься?       — Ты что, дурак? Там же Юнги, — блондин косит взгляд в сторону альф. Похоже, он не понял иронии старшего.       — Именно! Так что соберись и будь хорошим мальчиком… Да, Чимин, ты прав, тут очень красиво, — Джин обхватывает омегу за плечи и разворачивает в сторону, где стояли Намджун с Юнги. — А-а-а, ребята, вы уже решили присоединиться к нам? — Голос Сокджина сменился с командирского на слащаво-заискивающий. Чимин сперва не понял в чём дело, но, когда увидел подошедших мужчин, сразу же подыграл старшему.       — Пойдёмте, банкет вот-вот начнётся, — Намджун жестом приглашает всех пройти вперёд и идёт следом, ущипнув Джина за попу, пока никто не видит. Тот подскочил на месте, но не подал виду, чтобы не привлекать к себе внимание гостей. Кажется, игривое настроение Намджуна его начинает раздражать.       После небольшого фуршета собравшихся гостей пригласили на церемонию супружеской клятвы. Эта традиция американская, но сейчас стала очень популярной. Её проводят, чтобы запомнить романтичность момента и развлечь гостей. Обычно после этого все собравшиеся, начиная с родителей, по очереди поздравляют молодожёнов. Чимин окликает официанта с подносом шампанского и берёт бокал. Отчего-то он волнуется и в горле пересохло. Омега делает глоток и останавливается, он чувствует нежное прикосновение к своей руке и шёпот у виска.       — Это уже третий, котёнок. Может, пока достаточно? Ты ведь хочешь помнить свадьбу своего друга? — Юнги переплетает их пальцы и оставляет лёгкий поцелуй на щеке блондина. Чимин ободряюще приподнимает уголки рта, а его щёки порозовели. Действительно, что это с ним? Мысли совсем не о том. Он здесь. На свадьбе своего самого близкого человека. Его любимый альфа тоже рядом, нежный и любящий. Пора прийти в себя и погрузится в любовную атмосферу этого праздника. Чимин разворачивается к Юнги лицом и поправляет свободной рукой его галстук.       — Тебе очень идёт костюм, — омега обхватывает брюнета за талию и залпом допивает игристое. Он тянется к губам альфы. Юнги прижимается в ответ, поддаваясь желанию парня. Ему нравится такой напор со стороны Чимина. Тот пытается раздвинуть его губы языком. Мин послушно приоткрывает рот, чтобы дать возможность своему омеге побыть главным. Он чувствует пощипывание пузырьков шампанского у себя на языке. Прозрачная струйка стекает с уголка губ по шее и скрывается за воротником рубашки, пачкая её. Юнги сглатывает и отстраняется, вытирая рукой мокрый подбородок. Чимин смотрит на него томным взглядом, а озорная улыбка выдаёт чертят в голове блондина. Запахи обоих усиливаются, кажется, им тут уже неинтересно.       — Ну всё, малыш, тебе точно хватит. Праздник только начался, а я уже хочу утащить тебя к себе. Пойдём, только нас ждут, — Юнги тянет Чимина за руку в сторону белых стульев, расставленных рядами для зрителей.       Они садятся на свои места, и Чимин тут же меняется. Он восхищён красотой свадебной арки и волшебной атмосферой, царящей вокруг. Блондин тянется к уху Юнги и, прикрыв рот ладошкой, делится впечатлениями:       — Посмотри, как красиво! Круглая арка будто говорит о бесконечной любви, а белые цветы на ней, как символ чего-то нового и чистого. Точно, это же рождение новой семьи, — омега отстраняется от Мина, а тот тянется к его уху.       — Хочешь, чтобы на нашей свадьбе тоже была такая? — Чимин мельком взглянул в лицо альфы. Нет, тот не шутит, он не улыбается. Свадьба? Омега никогда не думал, что женится. А встретив Юнги, даже ни разу не задумывался об их будущем, он просто жил моментом. Никогда не стоит привязываться к альфе, никогда не знаешь, чего от них ожидать. Чимин знает много историй о разбитых сердцах и брошенках с маленькими детьми, которые потом никому не нужны. Он решает не отвечать на вопрос Юнги, сделать вид, что не расслышал. А Мин решил деликатно промолчать. Возможно, шутка была неудачной, а может и не шутка.       Распорядитель просит тишины, и все замолкают. Намджун, стоя под аркой, переминается с ноги на ногу в ожидании своего истинного. Он замирает, в его глазах блестят слёзы счастья. Ну что же это такое? Не подобает альфе распускать нюни. Намджун смотрит вверх и часто моргает, чтобы снять накатившую волну трогательности момента. Все оборачиваются, отец Сокджина ведёт его под руку по мягкой траве. Омега смущённо улыбается, а увидев своего любимого, судорожно вдыхает. Момент настал. Подойдя к арке, отец и сын делают уважительный поклон сначала родственникам Намджуна, затем гостям. Старый альфа соединяет руки молодых вместе и кланяется Намджуну, удаляясь на своё место.       Молодожёны счастливо смотрят друг на друга, крепко сжимая свои руки, чтобы никогда больше не отпустить. Они произносят клятву верности в унисон и обмениваются кольцами. Чимин так растрогался, что прослезился. Он опускает голову на плечо Юнги, а тот обнимает его в ответ за спину. Мин и сам хотел бы быть на этом месте под аркой. Кажется, он готов с Чимином разделить свою жизнь.       Церемония заканчивается, и все дарят свои аплодисменты новой ячейке общества. Гости по очереди подходят, чтобы лично поздравить молодожёнов.       Чимин вяло наблюдает за происходящим, откинувшись на спинку стула. Он ждёт своей очереди. Чей-то знакомый силуэт мелькает впереди и цепляет взгляд блондина. Чимин принюхивается, улавливая необычный запах. Он сегодня его ещё не чувствовал. Аромат определённо выбивается из толпы, производя на блондина необъяснимый эффект. Он будто зовёт к себе, подчиняет, заставляет запах шиповника усиливаться в ответ на призыв.       Пахнет морем. Морской солью? Нет, ещё кедр. Чимин будто стоит на обрыве перед темной солёной водой, а позади величественные сосны, и кедры скрывают его от палящего солнца. Стало так хорошо и свободно, но в то же время пугающе. Адреналин бьёт в кровь. Омега боится этой высоты, боится сорваться вниз и утонуть в бездонной морской пучине. Слишком сильное влечение вызывает этот запах. Чимин подёргивает носом, пьянея при каждой тяге. Хмельная дымка затягивает сознание, и где-то в глубине зарождается желание. Омега внутри требует примкнуть к этому альфе, тереться об него мордой, поскуливая. Она признает авторитет самца, желает прогнуться перед ним, прижав голову к земле и оттопырив зад. Такие чувства блондин ещё не испытывал. Это заставляет биться его сердце сильнее.       Чимин напрягается и садится как натянутая струна. Ему стало не по себе от влияния незнакомца. Пак вглядывается в спину человека, который так его взбудоражил, и замирает. Он узнаёт обладателя чарующего аромата. Чон Чонгук проходит мимо него, не оборачиваясь. Такой желанный и недосягаемый. Мимолётная грусть кольнула сердце. Все-таки Чимин и вправду скучал.       Пак замечает, что следом за Чонгуком идёт незнакомый омега. Лица не видно, но он довольно высокий, в дорогом костюме, тёмные волосы завиваются, и слегка пахнет карамелью. Парочка подходит к новобрачным, и Чонгук вручает Сокджину букет. Он обнимает карамельного омегу за талию и жмёт руку брату. Молодожёны улыбаются, выслушивая поздравление, а затем Намджун крепко обнимает младшего, благодарно хлопая по спине.       Чимин отклоняется назад, медленно приподнимает подбородок и прожигает спину Чона презрительным взглядом.       «Эта сволочь посмела привести сюда одну из своих шлюх?» — Чимин изогнул бровь, задавая себе этот вопрос. Он осматривает карамельного омегу снизу вверх, недовольно морща нос, затем надменно фыркает и отворачивается. Больше на это зрелище он смотреть не хочет.       — Котёнок, вставай, наша очередь, — Юнги не заметил перемену настроения любимого и подталкивает его в бок. Чимин небрежно отмахивается, находясь в своих размышлениях, но, когда понимает, что от него хотят, встаёт и сжимает руку альфы со всей силы. Настроение безнадежно испорчено.       Они подходят к паре, а из Чимина ни лезет не одно слово. Он стоит и смотрит на Джина стеклянными глазами полными боли и сожаления. Ким наклоняет немного голову, по его выражению лица можно прочитать фразу: «Я же тебе говорил». Чимин с сожалением опускает глаза, будто отвечая: «Ты был прав». Омеги не слушают, что говорит Юнги, и как его благодарит Намджун. Сокджин просто притягивает Чимина к себе и крепко обнимает, прижимая его голову к своему плечу. Гостям кажется, словно омега растроган поздравлениями друга, но только они вдвоём знают, что это не радостные объятия. Это объятия разбитого сердца, утешения и сочувствия. Чимин берёт себя в руки и отстраняется. Джин смотрит с немым вопросом «всё ли в порядке». Пак утвердительно кивает и натягивает лучезарную улыбку, но только Сокджин знает, что это дешёвая фальшивка.       За весь вечер Чонгук ни разу не взглянул в сторону Чимина. Он вёл себя раскованно, был в хорошем настроении и поддерживал разговоры на любую тему. Омеге на секунду показалось, что брюнет стал чуточку моложе и не таким суровым. Обычно Чон ведёт себя заносчиво и грубо, эдакий решала всех проблем, а тут сама любезность. Чимин искоса поглядывает на него сквозь чёлку. Чонгук стоит к нему боком, а рядом тот карамельный омега. Намджун сказал, что его зовут Тэхён, и он дальний родственник Кимов. Парочка увлечена разговором с родителями Чонгука. Чимин ощупывает взглядом лицо Тэхёна, и маленький червячок ревности начинает точить его душу изнутри. Омега, безусловно, красив со всех сторон, он очень ухоженный и стильный.       «Конечно, если у твоих папочек столько денег, ты не можешь выглядеть иначе», — иронично выносит вердикт блондин и начинает закипать от зависти. Да, будем честны, именно зависти, ведь он, по сути, безродный, бедный (по сравнению с Тэ), не такой красивый и ростом невысок. Почему-то именно рост задевает больше всего. У Тэхёна модельная внешность, как и у Сокджина. И если подумать, то семья Чонгука ни за что не одобрила бы брак с Чимином. Они Джина еле терпят, и то, только из-за представительной внешности. Ну и истинности с Намджуном, конечно же. Если альфа находит своего истинного омегу, никто не вправе препятствовать их союзу.       У Чимина дурная привычка себя недооценивать. Перфекционист Пак вновь проснулся, чтобы довести себя до истощения невыполнимыми требованиями. Омега опускает раздосадованный взгляд на свои ботинки, находя на них мельчайшие крупицы пыли. Недостаточно чисто.       Кажется, Чимин позабыл обо всём вокруг, в голове вертится только мило улыбающаяся друг другу парочка. Обидно до слёз. Ещё только неделю назад Чонгук целовал его с такой нежностью, а теперь ведёт себя, будто они даже незнакомы. Чимину горько осознавать, что ему так быстро нашли замену. А может это он тогда был заменой вместо кого-то? Пак поджимает губы и с силой топчет травинку под ногой. Он стискивает в карманах кулаки добела. О Юнги, который стоит рядом, ни одной мысли. Кажется, его нет и никогда не существовало. В сердце жгучая боль, смешанная с яростью. Чимин чувствует себя таким использованным. Осознавать правоту Джина ещё тяжелее. Ну почему хён не предупредил его раньше?       Чимин чувствует на себе чужой взгляд и отрывается от разглядывания своих ботинок. Он поднимает голову и цепенеет. Карамельный омега смотрит прямо ему в глаза. Он выглядит очень провокационным. Тэхён будто говорит всем своим видом: «Он только мой. У тебя ни малейшего шанса. Ты недостоин даже его взгляда. Ему просто было скучно, и он решил поиграть с тобой. Смотри внимательно. Он любит только меня, хочет только меня».       Словно в подтверждение этим словам Чонгук кладёт руку на плечи Тэхёна и собственнически обнимает, притягивая ближе к своему лицу. Тэ подаётся вперёд, делая вид, что готов поцеловать альфу, при этом многозначительно продолжает смотреть на Чимина. Блондину становится тошно, он не выдержит этого. Если Чим увидит, как Чонгука целует другой — тотчас же упадет без чувств. В груди застыл давящий ком ревности. Хочется кричать, на глаза проступили слёзы сожаления. Мозг отчаянно пытается отрицать действительность, но всё очевидно. Тэхён тянется к губам Чонгука, по-хозяйски обнимая его, а тот только больше улыбается, сжимая плечи омеги.       Воздуха не хватает, картинка плывёт перед глазами то ли от слёз, то ли от недостатка кислорода. Чимин круто разворачивается в сторону Юнги и, пошатнувшись, приникает лицом к его плечу. Он вдыхает родной запах, перебивая феромоны Чонгука и аромат карамели. Этот вдох оказывается спасительным и помогает выбраться из лабиринта страданий. Юнги обхватывает Чимина за талию и взволнованно спрашивает «всё ли хорошо с ним». Омега лишь кивает в ответ не в силах что-либо сказать. Он делает глубокие вдохи, и тошнота отступает. Мысли приходят в порядок, кажется, всё возвращается на свои места. Главное не оборачиваться.       — Я отойду, надо освежиться, — шепчет Чимин, собравшись из последних сил. Он дождался утвердительного кивка и побрёл в темноту.       Омега идёт к фуршетному столу, стоящему на веранде. Здесь, в тишине и скрытый от чужих глаз, он чувствует себя более свободно. Давящий груз будто исчез. Чимин берёт бокал и делает несколько глотков. Он стучит пальцем по стеклу, раздумывая над тем, что Сокджин, как всегда, оказался прав. А он дурак до последнего не верил. Не верил, что Чонгук просто игрался с ним, хотел затащить в постель как очередную пустышку.       Чимин вспоминает руки Чона на другом и морщится от необъяснимого чувства отчаяния и тоски. Пульсация в висках сводит с ума. Он прикусывает хрупкое стекло бокала, чтобы заглушить нарастающую боль в груди. Необходимо срочно отвлечься, прийти в себя. Где же трезвый рассудок, когда он так нужен? Чимин оглядывает стол, чтобы зацепить своё внимание хоть за что-то. Его взгляд падает на ночного мотылька, порхающего над пламенем одной из горящих свеч. Мотылёк прилетел на свет, как на единственный островок надежды и спасения. Желая приблизиться к источнику, он опаляет свои крылья и падает на стол. Насекомое сгорает, но не оставляет попыток приблизиться к манящему свету. Чимин задумывается, почему мотылёк летит к огню, ведь он погибнет. Ночные бабочки ориентируются в пространстве по тусклому свету луны. Близкий и яркий источник сбивает насекомых с верного пути, они попадают в ловушку. Чимин ощущает, что между ним и мотыльком есть нечто общее.       — Пьешь в одиночку? — В нос ударил запах хвои и морской соли. Блондин напрягается, теряя свою мысль. Даже смотреть не хочется на этого человека. Он разворачивается, чтобы уйти, но бархатный голос останавливает его, — будешь и дальше делать вид, что мы не знаем друг друга?       Наглость и бессовестность Чонгука выводит из себя. Чимин поджимает губы и выдыхает с закрытыми глазами. Он разворачивается к Чону лицом, одаривая его свирепым взглядом. Хочется высказать всё, что он о нём думает. Вырезать на его коже каждое лживое слово.       На самом деле, Чимин не вправе так думать. Он первый дал ложную надежду, он первый выбрал другого. Он первый разбил сердце.       — А как, по-твоему, я должен себя вести? — В его голосе полно яда. Он ставит на стол пустой бокал и тянется ещё за одним. Сейчас важно сдержаться и не упасть в грязь лицом. Руки так и чешутся, чтобы применить силу.       — А что не так? Между нами ведь ничего страшного не произошло, — Чонгук делает глоток виски со льдом и с наигранным непониманием ситуации растягивает губы в улыбке. Его голос спокоен и это задевает Чимина ещё сильнее.       — Ничего не произошло? Ты это так называешь? — Ветер прошёлся между ними, растрепав чёлку омеги. При тусклом свете огней его влажный взгляд выдает истинные чувства. Чимин еле держится, чтобы не заплакать от унижения. Как Чонгук может так говорить? Ничего не произошло? Да он почти изменил своему парню. Он почти влюбился в человека, который просто играл с ним.       — А что не так? — Чонгук говорит серьёзно. Он пытается скрыть накатившее чувство вины за страдания блондина. Видеть слёзы на его глазах невыносимо. Но ведь и сам Чонгук страдает ещё сильнее. В отличие от Чимина, который каждую ночь отдается другому, Тэхён для Чонгука теперь и вправду только друг.       — Все твои слова оказались грязной ложью! — Чимин допивает бокал и со звоном ставит его на стол. Теперь он точно зол. Чонгук действительно не догоняет или издевается над ним?       — С чего ты взял, что я говорил тебе не правду? — Чон не собирается слушать ложные обвинения в свой адрес. Что-что, а с Чимином тогда он был искренним. Он открыл душу перед ним, признался в своих чувствах.       — Хочешь сказать, что твоё признание было правдой? Да это сладкие слова, чтобы затащить в постель очередной трофей! — Чимин засовывает руки в карманы, чтобы скрыть дрожь и, отвернувшись, уходит прочь.       — Ты не прав, Чимин! — Чонгук кричит ему в след. Блондин останавливается. — Я ручаюсь жизнью за каждое произнесённое тогда мной слово!       Чимин вспыхивает. Он не верит ни единому слову этого лжеца. Как он смеет так обманывать прямо в глаза? Как он может так искренне говорить?! Факты. Пак верит только фактам. И они говорят, что Чонгук привёл с собой другого, обнимается с ним и целуется. Чимин на секунду представляет, что альфа говорит такие же слова Тэхёну. Омегу разрывает на части от гнева. Он подлетает к Чонгуку и хватает за воротник пиджака, со всей силы стискивая его в кулаках. Ещё немного и Пак не сдержится, он точно разобьёт это лицо в кровь, а ненавистный шрам сдерёт ногтями.       — Тогда как понимать, что сегодня ты пришел не один?! Улыбаешься, смеёшься, обнимаешься и, — Чимин хотел крикнуть «целуешься», но не нашел в себе сил это произнести. Кажется, словно его глаза покраснели от злости, а маленькие омежьи клыки стали острее.       — Тэхён здесь, потому что он приглашён в качестве гостя со своей семьёй. Мы просто друзья, — Чонгук опускает руку на плечо блондина. Телесный контакт должен остудить агрессию со стороны омеги и усилить понимание друг друга.       — Расскажешь это кому-нибудь другому, — Чимин скидывает его руку, одаривая гневным взглядом. Он отпускает мятый воротник пиджака и отступает на шаг. — Вы пришли вместе. Он держится за тебя, будто ты его собственность. Вы обнимались, и он не отходит от тебя весь вечер. Я видел, как он целовал тебя.       — Чимин, он не целовал меня, — Чон ошеломленно перебивает его. Он никогда не поцеловал бы другого в присутствии своего истинного. Это выше его сил. — Может тебе показалось? Ты много сегодня выпил, я постоянно наблюдал за тобой. Мы приехали вместе, потому что Тэ не успевал забрать подарок. Он попросил меня подвезти его. Я уже говорил — он мой друг. Мы с детства вместе. Может, поэтому какие-то действия и проскальзывают, но у них только дружеский подтекст, — Чонгук выливает поток информации, которую Чимин не успевает улавливать. Альфа пытается оправдаться, но на самом деле он специально приехал с Тэхёном. Он специально нежничал с ним и обнимался. Он делал всё, чтобы вызвать ревность у блондина. Чон хотел заставить пожалеть его о своём выборе. В этом и заключался его план на сегодняшний вечер, а Тэ с удовольствием согласился подыграть, изображая влюблённого омегу.       — Не он так другой, — Чимин наконец услышал Чонгука и поверил, что они с Тэхёном только друзья. Почти поверил. — Ты просто игрался со мной. Не замечал всю неделю, будто меня нет. Тот поцелуй. Какой я был дурак! Что на меня нашло? Зачем я вообще ответил на него? Ненавижу тебя!       Чонгук ничего не говорит. Его внимание направлено не на омегу, а куда-то вдаль. Он растягивает губы в победной ухмылке. Это кажется странным. Чимин принюхивается и замирает. Он медленно оборачивается, уже зная, куда смотрит Чон.       Юнги стоит за его спиной и ничего не говорит. Его взгляд полон презрения и боли. Он крепко сжимает в руках бутылку с холодной водой. Конденсат стекает по пальцам и капает по капельке на землю, отсчитывая секунды невыносимой тишины.