Зомби лихорадка

      — Интересно… интересно… — мужчина в белом комбинезоне сидел на корточках перед аборигеном и осматривал того, чуть склонив голову. Он продолжал бормотать что-то себе под нос, иногда вбивал что-то в планшет, фотографировал и снова печатал.       То, что было названо аборигеном, и то, что было им когда-то, сидело на привязи, порыкивало и тянуло руки к ученым. Оно выглядело совсем как человек, обычный житель нецивилованного острова. Темная кожа с рыжим отливом, примитивная одежда, состоящая из кожи и тряпья. В носу - острая кость, а на голове спутанные черные волосы. Вот только этот человек человеком уже не был. Его тело со следами гниения выглядело так, будто нечто уже успело изрядно его пожевать.       — Осторожнее, доктор Левинг, — сказал кто-то за спиной.       — О, не волнуйтесь, мистер Гаррисон, я абсолютно аккуратен, — пробормотал Левинг, но головы не поднял. Он продолжал увлеченно составлять отчет.       Мимо прошли люди с автоматами, окинули взглядом увлеченного работающего доктора. Тот не обратил на них никакого внимания, а вот сидевший на земле мертвец приподнялся, издал сипящий звук и потянулся к людям. Звякнула металлическая цепь — он так и не смог приблизиться к доктору Левингу.       — И что это такое? — рядом с доктором присел другой мужчина в белом комбинезоне.       — Что что, — не отрывался от планшета Левинг. — Зомби это. Самый настоящий.       — Вирус или бактерия?       — А это уже в лаборатории посмотрим.       — Интересно, как же это так получилось, вроде изолированно живут, столько лет ничего не случалось, а тут целый остров разом заражен.       Как будто подтверждая слова второго ученого, зомби снова захрипел и попытался подняться, но металлическая цепь потянула его к земле. Ученый заинтересованно смотрел то на мертвеца, то на Левинга, то потом опять на мертвеца.       Зомби уже не так рьяно рвался к людям, но в его пустых глазах не проскальзывало и тени понимания происходящего. Абсолютно отсутствующий взгляд.       Солнце безжалостно палило, теплый тропический ветер обдувал людей, ворошил волосы и шуршал тканью комбинезонов. Мистер Гаррисон командовал солдатами, одетыми в черные герметичные костюмы. Они перетаскивали упакованные в такие же плотные и герметичные мешки трупы бывших аборигенов.       — Так он мертвый? — спросил ученый, указав на пленного зомби, и доктор Левинг наконец оторвался от планшета и серьезно посмотрел на него.       — Абсолютно.       — Ни пульса, ни дыхания? Ничего?       — С такими признаками разложения, как у него, не живут вовсе, — покачал головой доктор и снова принялся что-то записывать.       Вонь стояла невыносимая. Жара сконцентрировала запах гниения на берегу моря, где трудились военные и ученые, и людям приходилось надевать респираторы или противогазы, в которых так сильно потеют лица. Только доктор Левинг не спешил закрывать нос и рот. Он с наслаждением вдыхал смрад гниющей плоти. Это был запах новых открытый, запах прорыва в медицине и науке. Запах Нобелевской премии и всемирного признания.       Ветер новым порывом донес до ноздрей доктора запах трупа, сидящего перед ним, и Левинг поднял на того глаза. Посмотрел на осунувшееся лицо аборигена с костью в носу, оценил явно изъеденные кем-то руки и снова вернулся к лицу. На него смотрели подернутые туманом глазные яблоки мертвеца. Даже мутно-серый зрачок едва угадывался на фоне безжизненного цвета белков.       — Вот интересно, он нас видит? — спросил подошедший к ученым со спины капитан Гаррисон. Он закрывал нос рукой в перчатке, чтобы не чуять разгулявшийся на жаре смрад.       В ответ на его слова мертвец поднял взгляд на офицера, склонил голову и засипел. Поднял руки, потянул их к мужчине, и тот, поморщившись, сделал шаг назад. Ему, признаться, было не по себе.       — Думаю, видит, — кивнул Левинг. — Но опять же, что такое «видеть»? Видеть — значит воспринимать органами зрения и осознавать данное восприятие. Если его мозг еще жив, то, возможно, мы могли бы сказать, что он видит.       Гаррисон незаметно для доктора хмыкнул, мол, умник. Но ученые не заметили его реакции. Тогда капитан спросил:       — Вы будете вскрывать его в лаборатории?       — Конечно! И его, и других.       Зомби зарычал, а Левинг вдруг развеселился и, махнув рукой на мертвеца, сказал:       — Протестует, не хочет на опыты.       Гаррисон натянуто улыбнулся. Ему совсем не нравилась идея изучения оживших мертвецов на территории большой земли. Он бы положил их всех и зарыл бы на этом острове, в одной братской могиле, и навсегда сделал бы этот остров территорией неприкосновенности. Но у государства были другие планы.       — Все готово, командир, — один из подошедших солдат отрапортовал Гаррисону, и офицер кивнул ему. Что-то сказал негромко, и солдат, отдав честь, побежал обратно к вертолетам.       — Может, это какое биологическое оружие? — спросил Гаррисон, но ученые только пожали плечами, даже не обернувшись на капитана. — Ладно, пора. Готовимся.       Мужчина легко тронул Левинга за плечо.       — Да-да, — ответил тот и продолжил что-то печатать.       — Неизвестно, сколько еще мертвецов разгуливает по этим лесам, — задумчиво произнес второй ученый, осматривая начинающиеся за пляжем тропические заросли.       Вертолеты начинали раскручивать винты. Солдаты загружали в грузовые отсеки остатки оборудования и залезали в кабины. Доктор Левинг сел в вертолет одним из последних и с довольной улыбкой уставился на удаляющийся остров.       — Да, доктор, и правда звучит весьма… необычно, — Элиот Андерсон откинулся на спинку диванчика и, попивая вино, прикрыл глаза. — И как проходят опыты?       — Пока все идет как нельзя лучше, — ответил доктор Левинг, тоже пригубив вина.       — И скоро в новостях появятся сведения о страшном вирусе с острова аборигенов?       — Думаю, скоро, — доктор Левииг хитро улыбнулся. — Правительство не видит ничего плохого в том, чтобы сообщить людям о возможном апокалипсисе.       — Получается, этот вирус так опасен?       — Нет, — усмехнулся Левинг. — Остров изолирован, его патрулируют военные, ничто и никто не сможет вывезти оттуда зомби. А те, что в лаборатории, — надежно спрятаны в герметичных камерах. Ни одна бактерия не ускользнет.       — А как передается этот вирус? — спросил сидевший рядом с Элиотом его телохранитель Алекс Максимофф. Он был русским, и это делало его весьма уважаемым громилой среди всех охранников Андерсона.       — В слюне этих тварей — какая-то зараза, пока непонятно, какая именно, но она содержит тот самый вирус. Грубо говоря, укус смертелен.       — А кровь? — допытывался Максимофф.       — А кровь нет.       — Алекс, — осадил любопытного подчиненного Элиот, и мужчина скрестил руки на груди. Он нахмурился, откинулся на спинку стула и сощурился, глядя на доктора Левинга.       — Сами знаете, чем обычно заканчиваются такие опыты.       — Алекс, ты просто пересмотрел боевиков, — засмеялся Андерсон, и его смех подхватил Левинг.       Принесли блюда. Ароматные стейки и рагу, салаты и еще вина. Доктор накинулся на еду, ел с таким упоением, что Алекс и Элиот с улыбкой переглянулись. Андерсон тоже принялся за еду, а вот Максимофф не притронулся к своему салату, потому как напряженно о чем-то думал. Снова подошла официантка и, улыбнувшись симпатичному телохранителю, спросила, не нужно ли что-либо еще таким уважаемым гостям.       Элиот Андерсон — известный бизнесмен в Лас-Вегасе. Владелец развлекательных заведений и туристических центров. Он — учредитель одного из самых крупных казино в городе, что, несомненно, делало его значимым предпринимателем среди таких же богатых и влиятельных людей.       Алекс Максимофф — русский мигрант, приехавший в США. Он бывший военный, что и привлекло Андерсона в резюме Максимова. Алекс показал себя как ответственный и сильный мужчина, который готов к самым непредвиденным ситуациям. Он хорошо владел оружием, имел навыки рукопашного боя и отлично водил машину. И пусть водители у Андерсона тоже имелись, лишним это все равно не было. Так, Максимофф заслужил большое уважение своего начальника и теперь был его правой рукой. Он всегда сопровождал его на важные мероприятия и даже дружеские встречи. Андерсон советовался с ним и платил немалое жалование, на которое Максимофф купил шикарную квартиру почти в центре Лас-Вегаса, а потом обзавелся и джипом. Жил один, ни в чем себе не отказывал, любил поиграть в казино и всецело посвящал себя работе.       Так и сегодня, на встречу с доктором Левингом Максимофф сопровождал своего подопечного, а вместе с тем и хорошо проводил время в элитном ресторане. Доктор Левинг специально ради этой встречи приехал в Лас-Вегас из Нью-Йорка и теперь с упоением рассказывал про свои успехи в изучении оживших мертвецов. Левинг и Андерсон были то ли старыми друзьями, то ли доверяющими друг другу влиятельными людьми, но они определенно имели общие темы для разговоров. Какой стала и тема о смертельном вирусе.       — Доктор, скажите, а много ли зомби в вашем распоряжении?       — «Живых» или окончательно мертвых? — с набитым ртом спросил Левинг.       — Тех, что вы называете живыми.       — Немало, — кивнул тот и вытер рот салфеткой. Взял бокал вина, отпил и откинулся на спинку диванчика. — Десять. А еще пять должны привезти в понедельник с острова.       — И этого достаточно для изучения? — спросил Андерсон.       — Более чем. Не знаю даже, что делать с пятью, что прибудут скоро.       — У меня есть предложение, что с ними делать, — мистер Андерсон хитро сощурился, и этот взгляд совсем не понравился Алексу. Мужчина напрягся и подался чуть ближе к столу, чтобы сквозь фоновые разговоры гостей и музыку точно услышать слова бизнесмена.       Левинг в свою очередь тоже подался к столу, внимательно изучая загадочное лицо Андерсона. Он будто уже подозревал, что предложит ему этот влиятельный человек, но желал услышать это именно от него.       — Вы знаете, что я владею одним из крупнейших казино в Лас-Вегасе, — издалека начал Андерсон, и Левинг кивнул. Алекс смотрел то на ученого, то на начальника, нахмурившись и поджав губы. Он сам уже догадался, о чем пойдет речь.       Элиот Андерсон — любитель экзотики. Он стремился не только развивать бизнес, но и удивлять посетителей. Поэтому в помещениях нередко можно было увидеть террариумы с диковинными животными, девушек в экстравагантных нарядах, отражающих те или иные интересы бизнесмена, а также различные панно, экзотические растения и витражи. В любом случае, Андерсон не упускал ни единой возможности разнообразить свой бизнес и сделать его более привлекательным для туристов и просто заядлых весельчаков.       Ядовитые змеи и пауки, игуаны и даже летучие мыши — и это только малая часть того, что привлекало людей в развлекательные заведения Андерсона, конечно, помимо игровых автоматов и денег. Алексу такое стремление начальника к экзотике мало нравилось: Максимофф всегда был достаточно консервативным и осторожным человеком, что, конечно, не могло не повлиять на его отношение к такому варианту повышения привлекательности бизнеса.       — К чему же вы клоните, мистер Андерсон? — спросил Левинг.       — Поймите меня правильно, доктор, я лишь хочу, чтобы каждый из нас остался в плюсе.       — Предлагаете мне взятку?..       — Не совсем так. Это не взятка, это сделка. Купля-продажа, если угодно.       — Не оборотоспособный товар, — хмыкнул Левинг и посмотрел на улыбающегося Андерсона.       — Это не имеет значения. Ведь никто не собирается оспаривать эту сделку. Вы предоставите мне пару-тройку зомби, а я обязуюсь каждый месяц оплачивать ваше сотрудничество.       — Вы же понимаете, что это незаконно, — поморщился Левинг и выпрямился.       — Укажите мне на закон, по которому нельзя продавать зомби, — парировал бизнесмен, и доктор лишь покачал головой.       — Но ведь это предметы научного исследования, тем более довольно опасные. Вы же не можете купить тот же радий.       Андерсон потер переносицу, явно разочарованный отказом доктора, а Максимофф в душе порадовался. Ему сильно не хотелось, чтобы такое непонятно явление, как ожившие мертвецы, вырвалось из-под контроля ученых и военных. Да и публичные новости об обнаружении и изучении такого вируса Алекс считал лишними, однако кто будет слушать простого телохранителя.       — Ничем не могу помочь, — покачал головой доктор и снова принялся за еду, а Андерсон еще некоторое время сидел молча. Алекс смотрел то на него, то на уплетающего рагу доктора, а потом принялся за свой салат. Хорошо, что доктор не пошел на эту сделку — думал Алекс.       — Я все же могу кое-что вам предложить, — наконец сказал Андерсон, и Левинг оторвался от еды. — Десять процентов от дохода с мертвецов ежемесячно.       — Если власти узнают, а они узнают, что я продал вам зомби, эти десять процентов мне будут уже не нужны. Я сяду, — пожал плечами доктор.       — Не сядете, — покачал головой бизнесмен. — Я об этом позабочусь. Но мне действительно нужны эти зомби. Просто подумайте о том, какие деньги это принесет.       — Как вы собираетесь скрыть факт продажи мной зомби?       — Грубо говоря, предмет исследований — государственное имущество, и продажа его будет считаться самоуправством, — встрял Алекс. — Вы все-таки сядете.       Андерсон шикнул на телохранителя и перевел взгляд на доктора, который заметно потускнел после слов Максимова. Видимо, идея получать немалые деньги ежемесячно прельщала его, однако страх уголовной ответственности оказался сильнее.       — Давайте так, — выдохнул Андерсон. — Я могу договориться с теми, кто займется этим делом, и вас ни в чем не обвинят. А то, что у меня будут мертвецы, так нет никаких законов, ограничивающих право собственности отдельных лиц на зомби.       — То есть, вы предлагаете мне пойти под статью, затем подкупить власти и прекратить уголовное дело, а потом отрицать в суде свою вину, ссылаясь на отсутствие нормативной базы? — подытожил Левинг, и Алекс едва не хлопнул себя ладонью по лицу. Неужели доктор и правда на это пойдет.       — Именно так, — улыбнулся Андерсон и снова пригубил вино.       — Десять процентов?..       — Десять процентов.       — Я подумаю над вашим предложением, — кивнул доктор и продолжил есть, а Алекс уставился на Андерсона.       — Мистер Андерсон, — сказал он тихо, — отойдем?       Бизнесмен без вопросов поднялся с диванчиками, извинился перед доктором и, ведомый телохранителем, вышел из зала. Они покинули ресторан, и на прохладном вечернем воздухе Алекс грозно посмотрел на своего подопечного.       — Вы понимаете, что это очень и очень большой срок? На этот вопрос Андерсон лишь усмехнулся и похлопал Максимова по плечу. Он улыбался.       — А ты понимаешь, насколько это большие деньги? И какая это слава? Мы станем единственным заведением в мире с настолько экзотическим развлечением. Люди любят все необычное, что щекочет нервы. Поэтому мертвецы — то, что нужно.       — Это опасно.       — С полицией мы разберемся.       — Я не про полицию, — нахмурился еще больше Максимофф. — Что будет, если зомби вырвутся? Что будет, если они укусят кого-нибудь? Это будет катастрофа.       — Не волнуйся об этом. Все необходимые условия будут обеспечены. И вообще, прекращай паниковать. Бизнес требует жертв.       Максимофф, хмурый и напряженный, остался на улице один, когда Андерсон, развеселенный вином и согласием Левинга, зашел в ресторан.       — Ничем хорошим это не кончится, — сказал сам себе Максимофф и, вздохнув, пошел следом за начальником.       Левинг все так же сидел за столом и уже баловался десертом, когда Максимофф и Андерсон вернулись на свои места. Алекс был мрачнее тучи, Андерсон светился от счастья, а Левинг просто ел.       — Так и что же вы скажете, доктор? — спросил бизнесмен.       — Я же сказал, что подумаю. Ответ дам чуть позже, а пока хочу только сказать, что могу согласиться лишь на пятнадцать процентов.       — Пятнадцать процентов?       — Именно.       — Пожалуй, — усмехнулся Андерсон. — Мы можем сойтись и на этом.       Таким ответом Левинг остался доволен, а Алекс молча покачал головой.       Вечер продолжался, и тему купли-продажи зомби больше не поднимали. Левинг с Андерсоном обсуждали любые темы, кроме этой, и были абсолютно довольны рестораном, а Алекс постоянно был в стороне и пытался придумать как можно больше причин, почему использовать зомби в качестве развлечения — плохая идея. И он придумывал, вот только это вряд ли убедит любителя экзотики Андерсона. И тем более Максимофф не сможет отговорить Левинга. Если доктор позарился на деньги, то его уже не остановить.       — Коррупция, — сплюнул на землю Максимофф, когда вышел покурить.       Ночь уже укрыла собой город, Лас-Вегас блистал фонарями, вывесками и светом фар множества автомобилей. Алекс любил этот город, ему нравилось движение, свет и бешеный темп, которым жил этот мегаполис.       Левинг с Андерсоном распрощались не скоро. Уже опьяненные вином они расселись по своим автомобилям. Телохранитель закрыл дверь за бизнесменом и занял переднее сиденье черного «бентли». Он был мрачен и потерян, но говорить с Андерсеном сейчас бесполезно. А вот завтра можно попробовать. Нужно попробовать.