No funny business

Кажется, первая неделя работы просто проносится мимо тебя. Самым долгим в твоём пути оказывается обратная дорога на автобусе. Прохладный сентябрьский воздух делает ожидание невыносимым. Ты мечтаешь поскорее забраться в кровать, свернуться калачиком и включить любимое шоу. А семь минут в автобусе кажутся бесконечностью. Леви явно старается избегать любого общения. Каждое утро на твоём столе оказывается стопка бумаг. С этим, по крайней мере, всё ясно: сортируешь, редактируешь профили, вносишь мелкие правки, сверяешься с руководствами, которые он заставляет тебя изучать. Ты всё ещё приносишь ему чай, но реакция всегда одна и та же. То недостаточно сладкий, то слишком сладкий. Иногда он просто бросает: – Ты что, это в холодильнике держала? Ледяное! На одном из обеденных перерывов ты набросала примерный план офиса: кто где сидит, чтобы запомнить имена сотрудников. За перегородкой ты нашла стол Ханджи и ещё один пустой, который, как оказалось, принадлежит Майку, начальнику склада. Но он редко появляется в офисе, большую часть времени проводя на складе. Закончив схему, ты спрятала её в ящик и иногда обращаешься к ней, оглядывая кабинет. В пятницу, примерно за час до конца рабочего дня, к твоему столу подлетает Ханджи. – Привет, Грини! – весело говорит она. – Ты сегодня вечером занята? Ты недоумённо морщишь нос: – Грини? – Так мы называем новичков, – поясняет она. – Это ты так их называешь, – вмешивается Жан. – Остальные ещё не согласились. Ханджи укоризненно указывает пальцем на Конни, который моментально прижимается к столу. – Но я же слышала, как Конни это говорил! – Можете подать на меня в суд, но оно реально запоминается! – оправдывается тот. Ты вспоминаешь, как Леви называл тебя "Ред" в ту самую ночь, и чувствуешь, как щеки слегка теплеют. – Мне несложно привыкнуть, – отвечаешь ты. – Простите, Ханджи, что вы сказали? – О выпивке! – повторяет она, прислоняясь к твоему столу. – Мы подумали, что тебе не повредит узнать нас поближе, а нам – тебя. Так что собираемся после работы. Тебе приходится прикусить язык, чтобы не спросить, пойдёт ли Леви. Он ведь твой босс, и тебе действительно стоит перестать фантазировать о нём. – Звучит заманчиво, – соглашаешься ты, наблюдая, как глаза Ханджи весело сверкают за её очками. – Спасибо. Кто ещё идёт? – Я! – заявляет Саша, наклоняясь ближе. – И мы точно идём в "Скаутов". У них лучшие гамбургеры. – В "Скаутов", – тут же поддерживает Конни, хлопая Сашу по ладони. – Потому что я уговорил Жана участвовать в конкурсе по поеданию горячих крылышек. – Конни, ты упал на дно, – раздаётся голос Жана с другого конца офиса. – Жан, в последний раз, когда ты пробовал острые крылышки, ты провёл полчаса в туалете, – замечает Армин, приподнимая бровь. Жан хмурится, уязвлённый. – У меня просто чувствительное пищеварение! – Скажи это двум укусам, которые ты сделал с одного крыла, – усмехается Эрен. – Что, думаешь, ты лучше, а, суицидальный идиот? – огрызается Жан. – По крайней мере, я не вырыгал всё обратно, как ты. – Разве? – наивно уточняет Марко. – Эрен, только попробуй что-то сказать, – шепчет Микаса, хватая его за рукав, прежде чем он успевает ответить. – Все и так знают, что только Бертольт может осилить порцию этих крылышек, – протягивает Имир, наклоняя голову к «уголку бухгалтера». – Верно, Берт? Бертольт смущённо пожимает плечами. – Мне они нравятся. Райнер ухмыляется. – Ты вообще съедаешь всё, что лежит на твоей тарелке. – Да, как в тот раз, когда ты чуть не слопал салфетку, – встревает Конни, ухмыляясь. – Я могу съесть целую порцию! – возражает Саша с вызовом в голосе. – Саша, в прошлый раз ты выглядела так, будто собираешься выдыхать огонь, – вставляет Хистория, не поднимая глаз от компьютера. – Вы все идиоты, – сухо бросает Энни, качая головой. – Острые крылышки – это культ в "Скаутах", – возвращает твоё внимание Ханджи. – Майк, скорее всего, не придёт, но Эрвин должен быть. Леви обычно такие встречи пропускает, но... спросить можно. – Да, можно, – соглашается Эрен, потирая лоб. – Я спрошу, – решительно заявляет Ханджи. И хотя напряжение в комнате возрастает, тебе приходится напомнить себе, что волноваться тут бессмысленно. Ханджи решительно подходит к кабинету Леви, стучит два раза и громко объявляет: – Эй, ворчун! – Убирайся, чокнутая очкастая, – доносится голос Леви из-за двери. Ханджи, разумеется, даже не думает уходить. – Мы идём выпить после работы, чтобы отметить появление новичка, – бодро сообщает она. – Ты с нами? В ответ тишина. Потом раздаются шаги, дверь распахивается, и Леви бросает взгляд на Ханджи, а затем переводит его на тебя. – Ты никуда не пойдёшь, пока не выполнешь задание, которое я тебе дал, – бросает он, сузив глаза. Ты тут же поворачиваешься к компьютеру, быстро нажимаешь «Отправить» и, развернувшись обратно, спокойно отвечаешь: – Готово. На секунду наступает напряжённая тишина. Леви приподнимает бровь, пристально глядя на тебя. Ты не можешь понять, то ли он раздражён, то ли его это забавляет. – Ладно, – наконец говорит он. – Пойду. Но кто-то кормит меня за свой счёт. – Есть, капитан! – выпаливает Ханджи, радостно похлопывая его по спине. Леви раздражённо отмахивается от неё и снова смотрит на тебя. – Не забивай голову всяким бредом, – предупреждает он. – Мне ещё нужны записи всех отчётов, которые ты просмотрела. Ты прячешь усмешку. – По алфавиту или по датам? – спрашиваешь, делая максимально невинное лицо. – Догадайся. – А физические копии тоже? – Очевидно. – Всё будет через час, – уверенно заявляешь ты. Он словно едва заметно ухмыляется. Или тебе показалось? – Сорок пять минут, – резко отвечает Леви. – Время пошло. Дверь захлопывается, а Ханджи взвизгивает от восторга. – Леви никогда с нами не ходит! – восклицает Саша, широко распахнув глаза. – Мы реально думали, что он робот и ему нужно подзаряжаться дома. – Теперь мы знаем, как его вытащить, – ухмыляется Имир. – Просто пусть Грини пофлиртует с ним, и готово. – Я же говорила, что это прозвище приживётся! – торжествует Ханджи, пританцовывая на месте. Ты хмуришься, чувствуя, как твои щёки начинают гореть. – Если это можно назвать флиртом, то я разочарована. – Для Леви – ещё как, – усмехается Ханджи, трепля тебя по волосам. – Главное, сработало! – Но я не… – Тсс, – перебивает она, прикладывая палец к твоим губам. – Мы не спорим с таким успехом. Мы просто наслаждаемся моментом. – Эй, четырёхглазая, отвали от моего стажёра, – раздаётся голос Леви из кабинета. *Мой интерн.* Эти слова эхом звучат у тебя в голове, заставляя сердце глупо трепетать. Ты хмуришься, пытаясь унять этот нелепый порыв. Нет, ты не можешь быть влюблена в своего босса. Это просто... стресс. Да, стресс от новой работы. Ханджи отпускает тебя, бросая: – Увидимся вечером, Грини! – и направляется к своему столу. Ты едва киваешь ей в ответ и снова поворачиваешься к монитору. Вздыхая, ты открываешь список отчётов, которые нужно собрать. Впереди час бумажной рутины, но это всё же лучше, чем думать о Леви и его взгляде, который слишком легко вызывает у тебя смущение. *** – Вы называете его капитаном, потому что… он это ненавидит? – Точно, – хором отвечают Саша, Конни и Жан. – Вообще-то, он был капитаном команды в университете, – добавляет Марко с улыбкой. – А Ханджи начала так его звать, и… ну, теперь это просто приклеилось. Ты киваешь, делая глоток своего напитка. – А прозвище Грини? – Ханджи, – одновременно отвечают Эрен и Армин. Ты снова киваешь, будто это всё объясняет. И, в какой-то степени, так оно и есть. Когда стрелки часов наконец достигли пяти, все вышли из офиса. Ханджи предложила подвезти тебя, и ты согласилась. Путь до паба пролетел незаметно, а когда вы вошли внутрь, тебя впечатлили его размеры. Огромное пространство с несколькими барами, столами для еды, и уже выделенной зоной для вашей шумной компании. Все, кроме Леви и Эрвина, пришли прямо с работы. Эрвин извинился, сославшись на важный звонок, но обещал скоро присоединиться. Леви же сообщил, что ему нужно переодеться. Пока их не было, остальные четырнадцать человек уже вовсю толпились за несколькими столиками. Первые стаканчики давно опустошены, а ведра с острыми крылышками были на подходе. Персонал бросал настороженные взгляды в вашу сторону, что заставило тебя задуматься: неужели у вашей группы есть какая-то репутация? Судя по оживлённой атмосфере, это вполне вероятно. – Давай, Грини, тебе стоит выпить! – бодро заявляет Ханджи, обнимая тебя за плечи. – Это что, «Спрайт»? Ты не особо хотела напиваться после первой же недели на новой работе. – Всё нормально, мне ничего не нужно, – говоришь ты спокойно. – Нет, нужно, – возражает Ханджи, махнув рукой официанту. – Эй, сюда! – Ханджи, прекратите спаивать стажёров! – вмешивается Армин, нервно сжимая стакан в руках. – Вы же помните, что случилось с последним? Ты поворачиваешься к Микасе, сидящей слева от тебя. – Что случилось с последним? Она прищуривается, как будто тщательно взвешивает, стоит ли говорить. – Тебе лучше не знать, – наконец отвечает она. – Его вырвало прямо на стол, – равнодушно комментирует Эрен. – А в понедельник его стол был уже пуст. Уволился. – Да брось, Грини-то точно не проиграет битву с бухлом, – орёт Имир с другого конца стола, лениво обвив руку вокруг талии Хистории. – Верно, куколка? – Возможно, – соглашается Хистория, улыбаясь. Ты даже не успеваешь вставить слово, потому что появляется Эрвин, и весь стол взрывается аплодисментами. Сдаёшься, машешь официанту и заказываешь что-то из своих любимых напитков. Ну а что? Иногда можно себя побаловать, особенно если знаешь меру. Алкоголь слегка развязывает язык, и ты, сама того не заметив, начинаешь рассказывать коллегам что-то о себе. Про школу, про семью, про мелочи, которые тебе казались неинтересными. Ты бы, честно говоря, предпочла просто тихо сидеть в углу и выполнять свою работу. Но коллеги явно решили узнать тебя поближе, и ты, понемногу оттаивая, отвечаешь им тем же. Выясняется, что Эрен, Микаса и Армин вместе выросли, ходили в одну школу и даже попали в эту компанию втроём, когда та только открывалась. Жан рассказывает, что с Марко они дружат с университетских времён. А Саша, смеясь, делится, что попала сюда случайно – Ханджи перепутала телефоны в каком-то файле. Леви появляется через час, и его встречают одобрительным гулом. – О, неужели ты добрался, капитан! – поддевает Эрен. – Что, третий раз за неделю генеральная уборка в офисе? – насмешливо интересуется Жан. – Заткнись, иначе убираться придётся тебе, – резко бросает Леви и садится рядом с Ханджи. Твои глаза цепляются за него чуть дольше, чем нужно. Лесная зелёная рубашка с расстёгнутыми пуговицами, светло-коричневые брюки, идеально чёрные туфли. Волосы выглядят до абсурда мягкими, так и хочется провести по ним пальцами. И эта мысль отбрасывает тебя назад, к прошлой субботе, когда ты действительно провела руками по мягким чёрным волосам… пока он входил в тебя. Ты выныриваешь из своих мыслей и делаешь последний глоток из стакана, надеясь, что все, кто тебя наблюдает, подумают, что твои красные щеки – это всего лишь результат алкоголя. – Вот это да, девушка! – восхищённо говорит Ханджи. – Ты что, так быстро выпила? – замечает Эрен, сидя рядом с Микасой. Ты улыбаешься ему в ответ. – А ты что, разве не пьёшь уже четвёртый? – Нет, — отрицает он, делая глоток пива. Райнер, сидящий справа от тебя, толкает тебя локтем. – Он уже пятый, — ухмыляется он. – Райнер, ты предатель, — хмурится Эрен. – Как будто ты не в числе тех, о ком говоришь! Это не твой пятый? – Третий, — поправляет его Райнер, медленно отпивая. Бертольд кивает. – Это третий. Прости, Эрен. Эрен бросает на них обоих убийственный взгляд и тычет пальцем. – Предатели, оба! Перестаньте считать мои напитки! – Йегер уже пьян? – уныло спрашивает Леви, переплетая пальцы на столе. – Печально. – Да нет же, — защищает его Микаса. – Это не в первый раз, — размышляет Эрвин, поднося бокал ко рту. – Помните поездку в Шиганшину? По столу пробегает коллективная дрожь, и ты одновременно хочешь узнать больше и понимаешь, что, возможно, лучше не знать. – Не буду даже спрашивать, — говоришь ты, качая головой. – Стажёр, который не лезет в чужие дела? – Имир притворно вздыхает. – Ну да, чудеса никогда не заканчиваются. Ты смеёшься. – Ну, если дать Эрену ещё пива, думаю, он мне всё расскажет, — смеётся ты. – Подожди! Грини! – Ханджи хватает Леви за рукав, и хотя он почти сразу отмахивается, ей удаётся снова схватить его. – Угадай, какой напиток предпочитает капитан! – Не заставляйте её гадать, — сдержано возражает Леви. Эрвин наклоняется вперёд, любопытно наблюдая. – Нет, мне тоже интересно. Все поворачиваются к тебе, и ты изображаешь, что обдумываешь ответ. Конечно, ты уже всё знаешь. Или хотя бы примерно догадываешься. Леви наконец встречает твой взгляд, и ты не можешь понять, что он думает. – Виски, — говоришь ты, не сдерживая ухмылку. Алкоголь даёт о себе знать, и ты просто продолжаешь. – Но он не очень любит пить. Это скорее просто что-то, что можно держать в руках. Он вертит стакан туда-сюда. Наступает тишина. Глаза Леви немного расширяются. Затем Эрвин смеётся. – Она в ударе. Ты делаешь ещё один глоток, наслаждаясь моментом. – Так я угадала? – Почти, — с насмешкой отвечает Леви. И в этот момент официант приносит стакан, ставит его перед Леви и наливает виски, не обращая внимания на напряжённую атмосферу. Стол разражается смехом, но Леви выглядит ещё более раздражённым. Он бросает на тебя взгляд, от которого даже воздух становится гуще, потом берёт стакан и, не моргнув, выливает содержимое в глотку. Поставив бокал обратно на стол, он смотрит на официанта. – Ещё. – О, он точно в бешенстве! – радостно замечает Жан. Всё внимание переключается, когда приносят горячие крылышки, и дальше каждый сам за себя. Эрен, Жан и Конни, накладывая себе гору, умудряются проглотить лишь несколько штук, прежде чем залить их водой. Ты уверена, что вода вряд ли поможет с остротой (молоко или йогурт, наверное, было бы эффективнее), но не хочешь перебивать шум. Саша уничтожает крылышки так быстро, что невольно задаёшься вопросом, не потеряли ли все её вкусовые рецепторы от таких специй. Бертольд тоже не отказывается, хотя Райнер всё время тянет его за воротник и размахивает перед лицом салфеткой. Энни, которая за весь вечер не сказала ни слова, ест их, как будто это просто обычные крылышки. Микаса делает то же самое. Похоже, ни один из них не страдает от остроты. Ханджи не прекращает кричать: – Горячо! Горячо! Леви шлёпает её по плечу, ругаясь, что она должна была знать, во что ввязывается. Эрвин наблюдает с довольной улыбкой, но крылья даже не трогает. Ты смеёшься, болтаешь, пьёшь и получаешь гораздо больше удовольствия, чем ожидала. Весь вечер проходит в лёгком веселье: не в том, чтобы напиться в хлам, но достаточно, чтобы быть уверенной, что утром всё будет в порядке. В конце концов, ты уходишь в туалет, чтобы немного прийти в себя среди этого хаоса. На обратном пути останавливаешься у бара и, не спеша, смотришь телевизор. Там как раз идёт баскетбольный матч. Ты никогда не была ярым фанатом баскетбола, но всё равно прислонилась к барной стойке и смотришь игру. Может, всё дело в алкоголе. Один из игроков только что отбил отличный бросок, когда ты слышишь: – Не думал, что ты фанат баскетбола. Ты поворачиваешь голову и видишь Леви. – Не совсем, — отвечаешь ты, снова смотря на экран. – Но они выглядят круто. – Ты пьяна, — замечает он, облокотившись на стойку рядом с тобой, и ты качаешь головой. – Нет. Просто навеселе, — чувствуешь, как его взгляд сверлит тебя, а потом он тоже поднимает глаза на матч. — Тебе нравится баскетбол? — спрашиваешь ты, чувствуя себя немного неловко в этой тишине. – Нет. – Ну, это и видно. Леви поворачивает голову. – Почему это? Слова вылетают, прежде чем ты успеваешь их остановить. – Потому что ты невысокий, — говоришь ты, глядя на него. Его глаза на мгновение вспыхивают, становясь убийственными, но это тебя не пугает. Ты поднимаешь бровь. – Да, ты пьяна, — говорит он. – Неа, — отвечаешь ты, протягивая «а», — просто чувствую себя хорошо. – Ты идиотка, — говорит он, и ты хмыкаешь, соглашаясь. Чувствуешь себя слишком хорошо, чтобы спорить, и снова смотришь на экран. Несколько фигур в красной форме передают мяч между защитниками, и тебе трудно уследить за всеми движениями. Леви что-то говорит, но ты пропускаешь его слова мимо ушей. Поворачиваешься к нему обратно. – Что на этот раз? – спрашиваешь ты. Он поднимает бровь. – Я спрашиваю, какого чёрта ты затеяла эту игру? – Игру? — повторяешь ты, нахмурившись. — Я ни во что не играю. – Не лей мне это дерьмо, Ред. Это прозвище заставляет что-то бурлить в глубине твоего желудка. – Не... что...? — пытаешься ты оправдаться, но в голове всё начинает плыть. — Послушай, — начинаешь ты. — Простите, я думала, что вы... что вы... – Что я что? — Леви говорит, понижая голос. Стоит ли продолжать? Рациональная часть твоего мозга говорит, что нет, что безопаснее просто идти по тонкому льду и избегать таких разговоров. Но какая-то часть тебя жаждет ответа: жалеет ли он об этом? Волнует ли его то, что произошло в прошлые выходные? Ты думала, что он захочет забыть об этом, но он только что назвал тебя Ред. Зачем ему это, если он хочет всё забыть? Рациональность идёт ко всем чертям. Ты выпрямляешься и хмуро смотришь на него. – Я думала, что ты захочешь забыть, что произошло в прошлые выходные, — говоришь ты тихо. Трудно смотреть на него, и ты переводишь взгляд обратно на игру. — Я, в общем, понятия не имела... понятия не имела, что ты мой босс. Мы даже не обменялись именами, так что я думаю, ты меня не знал, но... Ты понимаешь, что бредишь, но остановить себя уже не можешь. – Мы можем просто сделать вид, что этого не было, — говоришь ты, зажмурив глаза. — Если тебе так легче. Как тебе будет удобнее. Босс. Когда ты открываешь глаза и снова смотришь на Леви, его лицо по-прежнему нейтральное. Раздражающий урод. В конце концов, он говорит: – Ты пьяна и бредишь. Ты фыркаешь. – Не моя вина, что ты назвал меня "Ред" и заговорил об этом. Леви напрягается. Едва заметно, но ты это ловишь. Ты встречаешься с ним взглядом, пытаясь понять, чем всё это закончится. В твоей голове пролетает несколько вариантов: увольнение, перевод на другую работу, жесткая взбучка. Чёрт, если бы он швырнул в тебя чем-то или толкнул, ты бы не удивилась. Но вместо этого его взгляд скользит к твоим губам. Он снова поднимает глаза так быстро, что ты не уверена, показалось ли тебе это или нет. Твои губы непроизвольно шевелятся, но нейтральное выражение Леви остаётся прежним. – Эй! А вот и вы двое! Рука обвивает твоё плечо, и тебе приходится упереться в стойку, чтобы не врезаться лицом в прилавок. Ханджи пытается обхватить Леви другой рукой, но тот ловко уклоняется. – Эй, Ханджи, — говоришь ты, всё ещё не до конца оправившись от разговора с Леви — твоим боссом. Тебе нужно собраться. – О, ты фанат баскетбола! — восклицает Ханджи, направив взгляд на экран. — Давайте вернёмся к столу, Жан выглядит, как будто у него во рту что-то взорвалось, — он дергает тебя за плечо, улыбаясь. — Мы, наверное, сможем найти там экран, чтобы продолжить смотреть игру. Ты большой баскетбольный фанат? — шевелит бровями. — Или тебе просто нравятся высокие парни? Ты пожимаешь плечами, не понимая, откуда это взялось, но говоришь: – Мне нравятся низкие. Ханджи смеется и берет тебя за руку, увлекая к столу. Ты сопротивляешься изо всех сил, но в конце концов сдаешься и оглядываешься на Леви. Он опирается локтем на барную стойку, и его взгляд прожигает твою спину. Ты бросаешь на него ухмылку — совершенно неуместную, какого черта ты вообще делаешь? — и снова поворачиваешься, чтобы следовать за Ханджи. Утром ты точно будешь ненавидеть себя за это, но не можешь удержаться от ухмылки, вспоминая тот зловещий взгляд в его глазах.