Плохой-хороший

Чонин вылетает из квартиры Хвана. Что он только что сделал? Какое чувство вдруг двинуло прикоснуться к незнакомым губам? Нахуя, а, главное, зачем??? — Дурак-дурак-дурак, — шептал себе под нос Чон, покусывая губы. Он уныло смотрит себе под ноги. Внезапно останавливается. — Нет, он мне нравится. Просто выглядел красиво и… — Ин машет головой и продолжает движение, хлюпая кедам по лужам. Хёнджин, оставленный ошпаренным после поцелуя Яном, сидел на диване и тупо смотрел в одну точку. Он пытался запомнить это, всё время трогал губы и поминутно растягивался в глупой улыбке. Чонин ошибается, если думает, что Хён забудет о поцелуе из-за пьяного состояния. — Жаль, что я не дебошир! — воскликнул Джин, упал на спину и тут же заснул, представляя их завтрашнюю встречу. Игра «Отрицание» началась у Чонина.

***

Увидев счастливого Джисона Хван напрягся. Если Чон знал про его враньё, то об этом знал и сам Джисон. Хёнджину стало стыдно. Он неловко подсаживается к другу, потупя взгляд в парту. Джи оборачивается на него с улыбкой. — Ну что, горе-глашатай, — усмехается он, — допизделся? — Джисончик, ты прости, ради Бога! — замолил Хён, искренне раскаиваясь. — Не передо мной, а перед Минхо нужно извиняться, — ответил Сон. — Но с моей стороны я прощаю тебя потому, что ты мой друг, и все мы грешные. — Спасибо-спасибо! — заликовал Джин. — Сейчас как раз Минхо придёт, — заметил Хан. — Он обещался зайти ко мне перед парами. Хван замер в испуге. — Я же и слова не скажу перед ним, — он мгновенно покраснел. — Я вчера такой пьяный был!.. — Да мы заметили, — ответил над ухом Минхо, отчего Хёнджин вскрикнул от испуга. Хён стал ещё более красным. — Вот это ты помидор, — рассмеялся Мин. Пока Джин налаживал цвет своего лица, Хо подошёл к Джисону, поцеловал в пухлую щёчку и вручил маленький букетик анютиных глазок. Джи розовеет, принимая нежный подарок. — Минхо! — неожиданно громко позвал Хван, что сам и испугался своего крика. — Что? — Ли поднял на него свои невинные глаза. — Прости меня, что наговорил на тебя! — на одном дыхании выпалил Хёнджин и после крепко сжал губы, борясь со стыдом. Минхо по-доброму улыбнулся. — Бог простит, а я запомню, — ответил он и рассмеялся, увидя лицо соседа в непонятной гримасе ужаса. — Шучу! Прощаю я тебя, абалдуй! Хён тут же расслабляется. На душе теперь спокойно. Он тихонько наблюдает за тем, как ладонь Мина нежно гладит Джи, который улыбался смущённой улыбкой, внимательно слушая старшего. Их глаза искрятся, когда встречаются взглядами, и Джину тут ж становится неловко: для него такие картины интимны. И тут он внезапно вспоминает поцелуй с Чонином. Краснеет и глупо улыбается. — Ты пришёл, когда Чонин ещё у меня был? — вывел его из фантазий Хо. — А? Д-да! — отвечает Хван. — И?.. — заговорщески требует продолжения Сон. — Без «и»! — и резко отвернулся. Стало даже обидно, что Чон тогда просто убежал, хотя мог рассчитывать на более щедрую ласку, если бы только захотел. — Значит что-то было, — заключил Хан. — Не было! — Идём тогда от противного, — начал Ли. — Если ничего не было, то ты не начинаешь волноваться при упоминании Чонина. Если ничего не было, то ты не краснеешь. Правильно я говорю? — Правильно! — подтвердил Джисон. — Правильно… — вздохнул Хёнджин. — Он поцеловал меня и убежал. — Нихуя себе! — удивился Джисон, раскрыв рот. — Во мелочь даёт! — хохотнул Минхо. Словно по волшебству откуда-то появляется сам Ян, проносящийся мимо компании друзей. Он так быстро прошёл мимо, что волосы растрепались во все стороны, будто подул ветер. Чонин, видимо, специально не стал здороваться с ними. — Куда это он в такую рань?.. — нахмурил брови Мин. — Ща узнаем. Он побежал следом. — Так он тебе… — почти шёпотом начал Джи, двигаясь ближе к другу, — нравится?.. — Знаешь, вчера я понял, когда особенно бухнул, — уточнил он, — что нравится мне именно он. Вот, блять, хоть ты, тресни, а на другого и не посмотрю. И в этом вся моя проблема — я сидел, ждал, как принцесса своего принца, а на самом деле уже выбрал себе принца. Представляешь, я до такой степени долбаёб, что долго не мог этого понять! — Ну ты и заварил кашу… — вздохнул Сон. — Чё прям поцеловались? — Даю хуй на обрезание, что да! — воскликнул Хён. — Кто там уже гениталии направо и налево раздаёт? Продажа органов в стране запрещена! — сказал профессор. — Вот он появляется всегда на самом интересном месте, — возмущённо шипит Джин, пока Хан хохочет.

***

— Что у вас вчера с Хваном было? — спросил Хо, тормознув брата. — Ничего, — нахмуренно ответил тот. А у самого сердце забилось чаще. — Не ври мне. Чонин сверлит старшего несколько секунд и отводит взгляд. Врать перед Ли было бесполезно. — Ну и что? — Чон не сомневался, что Ли прекрасно знал содержание вчерашнего «переполоха». — Он тебе нравится? — Нет. Сердце в груди Ина больно кольнуло, но он отмахнулся от этого ощущения. Минхо удивился, подняв брови. — Что ты удивляешься? Я не могу так делать что ли? Разве ты не целовал того, кого искренно не любишь? — Не целовал, — твёрдо и правдиво ответил Мин. — В губы ни за что не целовал. — А я и без любви могу в губы, — бросил Ян, развернулся и быстро ушёл. Хо остался стоять в молчании. Странно всё это выходит как-то… Ли даже не верит, что его младший брат может сделать ТАК. Не гулящей жизнью он воспитывался, чтобы поступать с людьми вот так. Даже прошлые отношения не сломили и не исправили характер Чонина, а у самого духа не хватит: мал ещё. Минхо и не верил ему — пиздел нагло, в глаза, как Чон любит делать. Дёрнув головой, Мин побрёл обратно к парням, которые уже сидели молча. — Я выведу его на чистую воду, — сказал Хо, подойдя к ним. — Он тебе ещё сам всё расскажет. — Да не надо, — отмахнулся Хван. — Почему это? — удивился Ли. — Не нравлюсь я ему. Не типаж. И нахуй я ему сдался?.. Минхо удивлённо смотрел на Хёнджина. Нет задора, ребячества и азарта в голосе, нет лёгкости и пружинности в его движениях. Хён не похож на самого себя. Очевидно, Джин знал, что Чонин ответил Мину, и от этого Хвану становилось тяжелее. До такой степени он знал Яна, что предугадывал его реакцию и ответы. И знал, что Чонин никогда серьёзно не заинтересуется им.

***

Минхо с Джисоном поссорились. Они умеют? Конечно. Минхо уже две недели подряд обещает выделить своему возлюбленному хотя бы часика четыре на совместный вечер: свечи, цветы, вино — все дела. Но вот что-то Мину мешает это организовать, и Джи каждый раз становится обидно. Сон пишет, спрашивает об этом сам, а Хо не даёт точного ответа. Вот и разругались. Как назло на носу материализовалась сессия. Естественно, за хорошую успеваемость у Хана по многим предметам стоит автомат, особенно по профильным. И многим это в группе не нравится, потому что в плане автоматов отличается всегда один Джисон. Других просто блоха за яйца кусает от зависти и обиды. Не редки случаи, когда Джи начинают слегка буллить за его некую привилегированность. — Все мы знаем, почему у Монастыря автомат, — начал кто-то, когда группа сидела в коридоре перед экзаменом. Сон пришёл для того, чтобы поддержать Хвана. — Определённо, — подхватил второй. — За отсос, — усмехнулся первый. — Не, уже маловато будет, — вклинился третий. — В купе с отсосом идёт любодеяние на дому, — закончил второй. Группа рассмеялась. Хан молчал. — Заткнулись все, гандоны, — рыкнул кто-то. «Юмористы» вздрогнули и резко замолчали. Джисон поднял глаза и увидел Минхо. Мин был очень злой и свирепый. — Ещё одна подобная шутка, и ваши языки я буду есть на ужин. Понятно? Те кивнули. Хо подходит к Джи, который отвернулся от него. — Это он его поёбывает потому что, — прошептал кто-то. — Кто это, блять, сказал? — моментально вспыхнул Ли. «Юмористы» сжались от хриплого крика. — Какой сучонок посмел раскрыть рот? За долбаебизм получают по лицу. — Хватит, горе-защитник, — остановил его Сон. Он спрыгивает с подоконника и берёт Минхо за руку. Хан ведёт его за собой подальше от любопытных глаз, напоследок показав любимой группе средний палец. — Милый, чё за выебоны пошли? — принялся отчитывать Мина Джи, когда они зашли за угол. — Я же сказал, чтобы ты даже не вякал, а ты!.. Хо прижимается к губам Сона в жарком поцелуе. Хан возмущённо мычит, бьёт парня по плечам, но в конечном итоге сдаётся. Джисон отвечает, медленно двигая губами и гладя старшего по груди. Ли прижимает Джи к стене, берёт его за щёку и тяжело выдыхает, другой рукой ныряя под свитер. Сон хватается за эту руку, вздрагивая. — Перестань, — говорит он сквозь поцелуй, но продолжает целоваться с Минхо, путаясь пальцами в его пушистых волосах. — Не хочу, — ответил Мин, спустился поцелуями на шею и прикусил кожу. — Сегодня в восемь тебя устроит? — А Хёнджин куда? — удивлённо спросил тот. — Он тебе потом сам расскажет… — заговорщески прошептал Хо и сверкнул глазами. — У нас с тобой сегодня будет интересный вечер. Я заеду за тобой. — Прекрасно, а теперь сгинь с моих глаз долой, — шикнул Хан. — Я ещё пообижаюсь на тебя. — Нет, мне нужно, чтобы ты не обижался, — жмётся всем телом к другому накачанному, оставляет мелкие поцелуи на разгорячённой шее. — Перестань. — Как скажешь, радость, — сразу же отстаёт Ли. Он помнит, что они договорились моментально оставлять друг друга в покое после второго серьёзного замечания. — Все будут смеяться надо мной из-за тебя: нашёл себе защитника. Тебе нужно уйти. Джисон тупит взгляд. Он гладит парня по сильным рукам, как бы успокаивая. — Счастье, но… — Минхо. — Что? Какой «Минхо»? — Минхо принялся в испуге озираться по сторонам. — Нету тут такого! Есть только «милый». Джи сдержанно улыбнулся и хлопнул того по груди. Мин тихо рассмеялся и поцеловал Сона в надутые губы. Хан коротко ему отвечает и отстраняется. — Хватит, и так надолго ушли, — говорит он и выпутывается из объятий. — Я всё равно не уйду. — Противный... Хо с довольной ухмылкой показывает возлюбленному язык. Джисон закатывает глаза и смиряется — этого проказника ничто не исправит…

***

Так что там с Хёнджином?..