Я, ты, демон.

У Гахиджи Дэ не остался, хотя тот вечер и ночь все же у него провел, а утром вернулся домой к Мо и Минсе, которые набросились на него с порога с мухобойкой и полотенцем в руках. Уворачиваясь от ударов, пришлось убеждать стариков, что все в порядке, что больше в полицию он не поедет и что этот парень угрожал их «любимой» Тенджин. — Это вертихвостка тебя до добра не доведет! — бушевала Мо, отложив полотенце. — Ему надо невесту искать, чтоб одумался! — поддакивал Минсе, продолжая потряхивать мухобойкой. — Да не надо мне никого… — Молчи, когда старшие говорят, дурачина! — Кто ж за него в нашем доме теперь выйдет? — сокрушалась бабушка. — Саюли всем уже растрепала, что он вычудил! Весь дом на ушах! — А надо рассказать, что он заступался за эту вертихвостку! — Бабушка… — начал Дэ, хватаясь за голову. — Помолчи! Сказали ему! Когда ума нет, надо молчать! Ты что, не знаешь?! Молчи! Хотелось и смеяться, и головой об стену постучаться. Верить ему больше никто не хотел, старики переполошились не на шутку. — Да я просто упал на него в лифте… — решил Дэ разыграть последний козырь, хотя знал, что вранье в его случае обречено на провал. — Упал и зубы выбил?! — Боже мой… — сокрушалась Мо. — Он совсем не умеет врать, но все равно пытается! Минсе откашлялся, убрал мухобойку и вытащил вставные челюсти. Дэ уже понадеялся, что хоть один игрок выбыл из состязания «проклюй Дэмину макушку», но рано обрадовался, о чем-то вспомнив, старик вернул челюсти на место. — Гуожи внучку на ярмарку невест уже водил! — Да ты что?! — оживилась бабушка, перестав жечь благовония предкам и вслух просить их, чтобы они послали Дэминчику немножко мозгов. — Да! Дэ с трудом сдержал порыв катапультироваться из квартиры, вместо этого, шлепнув себя по лбу, сбежал в свою комнату и забаррикадировал дверь, вынужденно слушая, какая это замечательная девочка и учится, ко всему прочему, в медицинском. Дэмин это слышал, потому что Мо и Минсе встали у него под дверью и, словно обсуждая это друг с другом, перечисляли все замечательные качества кандидатки в невесты, включая плодовитость их семьи. — Дэмин, открой дверь! — постучался Минсе спустя четверть часа. — Я занят! — Ты почти уголовник, чем ты можешь быть занят?! — рассвирепел дедушка и принялся колотить в дверь. Дэ решил не злить его еще больше и открыл сам. — У нас к тебе предложение, — сообщила преисполненная достоинством и величественностью Мо. В такие моменты Дэ знал, что хорошего ждать не стоит. — Я не буду жениться! — Не перебивай! — рявкнул Минсе и чуть не выронил верхнюю челюсть, вовремя поймал ее и вернул на место так, будто ничего не случилось. Дэ закатил глаза и приготовился слушать. — Давай присядем, дорогой, — решила бабушка. Дэ снова вздохнул, но, поймав прищуренный взгляд деда, который через внушительных размеров очки выглядел еще более пугающим, чем обычно, возражать не решился. — Я подумала, и мы решили! — возвестила Мо. — Да, она подумала, и мы решили, — поддакнул Минсе. — Ты женишься на внучке Гуожи, а мы подпишем на вас половину этой квартиры, вторая половина отойдет вам после нашей смерти! — Да! Повисла торжественная тишина, во время которой Дэ клял себя на все лады, что не сдержался и отпинал того ублюдка. Что жвачку вообще легко оттереть, а он и правда идиот. Он почти решился на молитву предкам Мо и Минсе во имя послания ему мозгов, ему без них на самом деле худо приходится. — Бабушка… — начал Дэ, но дед его снова перебил. — Просто скажи спасибо и собирайся свататься! — рявкнул дед. — Дедушка! — как-то пискляво воскликнул Дэ, не зная просто, что ему еще делать. — Я не могу! — Почему это?! — Я влюблен! Вообще Дэ хотел сказать, что он влюблен в свободу и музыку, но брякнул только первую часть мысли, а на вторую не решился, потому что Минсе потянулся к своей мухобойке. — Как это влюблен? — растерялась Мо, а потом испуганно посмотрела на дедушку и удрученно произнесла. — В вертихвостку… — НЕ БЫВАТЬ ЭТОМУ! — завопил дед, на этот раз челюсть улетела на пол. — ДА НЕ В НЕЕ! — возмутился Дэ, радуясь, что хотя бы Минсе отвлекся на поиск челюсти на полу, с его зрением это наверняка займет какое-то время. — В другого человека! — В какого еще человека? — Мы ефо снаем? — Нет! — Кто это? — Это хороший человек! — Для тебя и вертихвостка хороший человек! — Он лучше нее! — Дэ уже отбивался как мог. — ОН? * — Привет. — Привет. — Ты занят? — Для тебя могу освободиться к семи. *Набирает сообщение*Стер*Набирает снова* — Ты не мог бы ненадолго заехать ко мне в гости? *Звонок* — Ты хочешь, чтобы я прям к тебе приехал? — удивился Гахиджи, который совсем недавно потерпел фиаско уговорить Дэ остаться у него. — Да. — Неожиданное приглашение… А подробнее? — Просто приезжай и… — Дэ запнулся, не зная, как уговорить его и в то же время ничего не объяснять. — И? — Приезжай, а я потом… выполню любое твое желание. В рамках разумного, конечно. — После твоей выходки в лифте понятие «рамки разумного» несколько утратило свое буквальное значение. — Ты приедешь или нет? — разозлился Дэ, собираясь уже бросить трубку. — Ради такого обещания конечно! Что-нибудь купить? — Не знаю… — замешкался Дэ. — Нет. — Ты уверен? — Уверен! Просто загляни на полчаса и потом вместе уедем! — Зачем, если не секрет? — Я тебя накормлю… — уклончиво ответил Дэ, теребя пуговицу на своей рубашке. — Ммм… понятно. Ок. Дэ не стал бы никого звать, но так просто от него бы не отстали в тот день, поэтому, пообещав старикам познакомить их со своей избранницей и запутав еще больше, Дэ закрылся в своей комнате и включил музыку, сказав, что вечером прибудет гость. Старики засуетились и принялись перекладывать свой мусор и хлам из одних углов в другие и готовить закуски. — Если что, у тебя есть приданое! — крикнула в дверную щель Мо. — Да ну? — без интереса спросил Дэ. — Да! Хочешь покажу? — Нет, спасибо, — отмахнулся Дэмин, о чем позже крупно пожалел. Как и обещал, Гахиджи приехал к семи, задержавшись из-за пробок на десять минут. Дерганый Дэ вышел его встречать на парковку. Альфа вышел из машины и вынес корзину с мясной нарезкой и цветы. Дэ замер, смотря на это все и на Гахиджи. — Как ты узнал? — Узнал что? — Что я собираюсь познакомить тебя со своими стариками? — Ни разу не слышал у тебя такого растерянного голоса. Решил, что к столь пугающим людям лучше ехать с едой. Дэ покачал головой, но комментировать это не стал, не в его положении выделываться. — В общем, они переволновались малость. Женить меня хотят. Альфа рассмеялся, чуть не уронив колбасную нарезку. — Не смешно! — зашипел Дэ, подхватив цветы. — Просто молчи! Я покажу тебя им. Мы поужинаем, и все! — И все? — Да. Я скажу, что ты умный, и все. — Дэ прикусил ноготь на большом пальце, а потом нервно почесал нос. — И все? — Да, и все! Что еще? — А то, что я красивый? Гахиджи явно настроен был повеселиться. Одному Дэ было совсем невесело. — И красивый, — процедил раздраженно Дэмин. — А еще перспективный. — Да хватит тебе! Двери лифта раскрылись, и Дэ не успел произнести больше никаких инструкций, потому что наряженный в брюки и белую рубашку Минсе стоял прямо перед ними. Даже Гахиджи невольно отпрянул, не ожидав, что кто-то будет стоять вплотную к лифту, да еще и с такими глазами. Так как дедушка был альфе примерно по грудь, а слишком высоко голову он запрокинуть не мог, то смотрел, приподняв очки немного вверх. Полная подозрительности пауза затянулась, и двери лифта начали закрываться. Дэ даже не стал нажимать на «стоп» в лифте. Когда двери закрылись, чуть не прищемив деду нос, губы у Гахиджи дрогнули от сдерживаемого смеха. Дэ прикрыл глаза. Свет в лифте погас, но дедушка, видимо, нажал на кнопку, и двери снова открылись. — Здравствуйте, — поздоровался Гахиджи. — Здравствуйте. — К деду подошла бабушка. — Ох, так это альфа! Дед не стал никак это комментировать, а развернувшись, шаркая тапочками направился обратно в квартиру. Дэ, чувствуя, как припекает лицо, шел последним. Они зашли в их маленькое жилище, где альфа казался просто великаном. Пришлось помогать ему снять пальто, потому что, если бы он вскинул руки, по-любому бы что-нибудь задел. — Проходите, пожалуйста, на кухню. На кухне стало смешно уже Дэ, потому что вся мебель и посуда рядом с Гахиджи выглядели игрушечными. Бедный альфа не сразу решился сесть на одну из табуреток и явно сидел на ней не полностью опираясь. Потом пришлось его пересадить ближе к стене, потому что ходить мимо него и не задевать его плечи было неудобно. Вообще Дэ был уверен, что если вывезти весь хлам, который стоял по углам, то тут было бы достаточно места, но старики его проклянут, так что не стоило и мечтать об этом. — Значит, в вас влюблен наш Дэминчик? — спросила Мо, как только все расселись. — Видимо так, — кивнул Гахиджи, ехидно косясь на Дэ. — А вы? — А я в нем просто души не чаю. — Замечательно! — Бабушка сложила сухие руки на груди. Дэ уже выдохнул с облегчением, но, как оказалось, рановато. Бабуля с дедулей не зря имели пусть и маленькую, но свою квартиру в столице. Дальше Гахиджи пришлось вспомнить всю свою родословную по матери и по отцу, отчитаться о полученном образовании, планах на жизнь и их совместное будущее. В какой-то момент Дэ так перегрелся от стыда, что перестал слушать и пытаться как-то прервать допрос с пристрастием. — Но мы не с пустыми руками! — донеслось до сознания Дэмина. — У него приданое есть. — О господи… — застонал Дэ, за что получил пинок от деда под столом. — Помалкивай, — рыкнул на него тот. Все поднялись из-за стола, Дэ едва не свалился, споткнувшись обо что-то, но Гахидже его подхватил. По дороге в главную комнату Дэ попытался незаметно свернуть в свою и там закрыться, но дед ему не дал, поймав за ухо и вернув обратно. Гахиджи, поняв, что старики наверх смотреть не могут, сиял улыбкой как начищенный пятак. Дэ же старался смотреть куда угодно, только не на альфу. — Это даже хорошо, что вы альфа, он у нас добрый и слишком отзывчивый. Связался с этой вертихвосткой. Но между ними ничего нет! — переполошилась бабуля, решив, что ляпнула лишнего. — Да! Ничего нет, — подтвердил ее слова Минсе. — Он слишком остро реагирует на всякую чепуху. Вы за ним хорошо приглядите! — Конечно пригляжу! — веселился Гахиджи, посматривая на гамму, который почти слился с цветом своих волос. Они прошли через большой зал, где жили старики, и почти зашли в дальнюю комнату, когда Мо остановилась. — Нет, лучше присядьте, я сама вынесу. — Бабушка, не надо! — начал Дэ, но Гахиджи подчеркнуто повелительным тоном его оборвал. — Помалкивай, — сказал альфа, посматривая на него взглядом аристократа, но глаза, несмотря на надменную мину, были полны веселья. — Да, помалкивай, — согласился дед, одобрительно закивав, — раз за альфу выходишь. — Я еще ни за кого не выхожу! — начал заводиться Дэ, чье терпение и так сегодня прошло серьезное испытание на прочность. Гахиджм накрыл его руку своей, несильно сжимая, и Дэ умолк, молясь, чтобы этот вечер быстрее подошел к концу. Они сели на диван, пока дед с бабушкой выносили какие-то свертки, которые Дэ до этого сам не видел, и когда альфа прикрыл рот рукой, скрывая улыбку, Дэ непонимающе посмотрел на него. — Что? — тихо спросил Дэ. — Это вено. — Вены? — переспросил ничего не понявший Дэ. — ВенО. Приданое невесты, — пояснил Гахиджи. — Бля… — простонал Дэ, шлепая себя по лицу, и попытался даже вскочить на ноги, чтобы остановить своих стариков, но Гахиджи дернул его обратно, и он плюхнулся рядом. Вынос «барахла», по мнению Дэ, занял полчаса. Дэмин и не подозревал, что такие здоровенные стопки одеял, простыней и еще какой-то текстильной ерунды находились в той дальней комнате. — Есть даже пеленки! — возвестила гордая собой бабуля, и Дэ понял, что с него на сегодня хватит, но встать не смог, Гахиджи с силой сжал ему руку. Он уже хотел разразиться гневной тирадой, обреченно понимая, что на стариков это никак не повлияет, они только разозлятся и поднимут шум, а дед, чего доброго, опять начнет махать своей мухобойкой, но он больше не мог терпеть это унижение. Да лучше бы он сразу сказал, что просто не будет жениться, но, с другой стороны, утром тут бы была чья-нибудь внучка. Пока Дэ ломал уже и без того болевшую голову, Гахиджи неожиданно ответил что-то старикам на каком-то неизвестном Дэ диалекте. Те, словно засветившись изнутри, ответили ему тоже какой-то непонятной ерундой. Гахиджи поднялся неожиданно на ноги и низко поклонился, старики тоже ответили ему поклоном. — Что… что вы говорите… делаете? — не понял Дэ. Он даже приложил запястье к собственному лбу, думая, что у него уже жар и бред. Бабушка радостно захлопала в ладоши и закивала, а Гахиджи неожиданно поднялся и вышел из квартиры. Дэ сидел какое-то время хлопая глазами, а потом неожиданно пришла охрана и забрала все, что вынесла бабуля. Дэ забыл как моргать, поэтому просто таращился на пространство вокруг с открытым ртом, пока Гахиджи не распрощался со стариками и не уехал, ничего ему не сказав и не забрав с собой. Старики же, довольные собой, побежали наливать себе настойку и о чем-то болтать, одобрительно похлопав Дэ по плечу. — Мне нужно прилечь… — сам себе пробормотал Дэ, поднялся на ватных ногах и ушел. Он сам не понял, что случилось, но его словно разом покинули все силы, потому, приземлившись на кровать, он отключился.