Я, ты, демон.

Проснулся Дэ так же рано, как и уснул. Рывком и совершенно неожиданно, просто распахнул глаза в середине ночи и уже не смог больше заснуть, хотя вялая сонливость не прошла. Что-то выключило его вчера и снова включило сегодня. Судя по отсутствию каких-либо звуков в доме, старики спали. Голова загудела при мысли о вчерашнем, и что-то подсказывало, что лучше уносить ноги из дома побыстрее, потому что Мо и Минсе явно не угомонятся одним днем и, чего доброго, соберутся ехать свататься. Поэтому, собрав кое-какие вещи, прихватив один из свертков с деньгами, включая футляр с новой флейтой, Дэ на цыпочках просочился через прихожую, взял обувь с курткой и вышел босиком в коридор, беззвучно закрыв за собой дверь, и наспех натянул на себя уличную одежду. Возможно, стоит перекантоваться пару дней в квартире Тенджин, пока тут все немного не уляжется. На улице было еще темно, но небо начинало потихоньку светлеть, уличные фонари еще горели и напоминали о том, что все приличные люди в данную минуту спят, а не шарятся ночью по улице. Метро было еще закрыто, поэтому Дэ активировал один из самокатов и, покрепче перехватив сумки, прокатился с ветерком по практически пустым улицам. Пожалуй, это было идеальное время для прогулки на самокате, потому что людей на улице был минимум. Остановившись у круглосуточного магазина, Дэ заказал себе кофе и собирался купить продукты, но подумал, что еще одна сумка на нем и самокате будет лишней, потому просто посидел за стойкой у панорамного окна, разглядывая дорогу, машин на которой становилось с каждой минутой все больше и больше, и, допив кофе, вышел на улицу. Совершенно непонятно, как расценивать поведение Гахиджи и то, что он выкинул вчера. Альфа явно был со статусом и деньгами, со своими какими-то странностями и заморочками, при этом Дэ не чувствовал от него какого-то давления, принуждения или душности. Он был непонятным. Зачем ему вчера было так подыгрывать старикам? Зачем он забрал все это барахло и на каком, черт возьми, диалекте они разговаривали? Из-за того что их страна была одной из самых древних и самых больших, в ней проживало множество народов, а культура тянулась чуть ли не со времен первых высадившихся на планете разумных, и многие чеболи любили дотянуться своей выдуманной родословной до тех первых людей. В любом случае из-за большого территориального размаха существовало несколько языков и множество диалектов, и не всегда было возможно понять людей с севера. Но тот, на котором говорили старики и Гахиджи, Дэ вообще ни разу не слышал, и почему вообще альфа так странно и неожиданно уехал? Если так подумать, то связываться с Дэ ему совершенно ни к чему. Человеку с таким положением нужна соответствующая его статусу пара, и это точно не Дэ и его сумасшедшая подружайка, непростое прошлое и личные загоны. В общем, до самого дома Тенджин Дэ тасовал в голове новые данные, пытался что-то понять и расставить получившиеся пазлы в правильные места, но ничего толкового не вышло, поэтому Дэмин просто решил, что это все не его дело. Старики у него такие же в целом чудные, как и он сам, ничуть не меньше не уступают ему по придури. Мало ли что им там в голову взбрело и почему на этот бред с готовностью откликнулся Гахиджи? К Дэмину эти фантазии не имеют никакого отношения, потому что сгенерированы не в его голове. Замуж он не собирался, да и предложения ему никто не делал, а если бы и сделал, он бы не согласился, а даже если бы и согласился, Тенджин бы оставила пепелище от этой идеи. Поэтому, обдумав все еще раз хорошенько, Дэ решил выбросить все эти мысли из головы и заняться своими делами, а именно — работой и зарабатыванием денег, квартирой Тенджин и ею самой. В скором времени предстояло съездить к ней, потому что док вот-вот напишет, когда можно приехать. Дорога до дома Тенджин на самокате заняла больше часа, в этом был плюс: Дэ все обдумал и все для себя решил, и минус - его, кажется, продуло, потому что район у Тенджин был живописный, но самый ветреный в столице, поскольку находился на возвышенности без особой растительности, хотя попадались цветущие кусты и даже елки. За несколько километров до дома Тенджин самокат сел, пришлось поменять его на другой. Пока искал самокат, прошелся по незнакомому району, забрел в сквер, где нашел палатку с мороженым, и, устроившись на качелях, сточил один пломбир с изюмом. Качели были плетеными и больше напоминали круглый гамак. Дэ с комфортом устроился на них, отталкиваясь одной ногой и раскачиваясь, сам не заметив, как чуть не заснул, настолько было хорошо, и даже ветер не сильно беспокоил. Жить в квартире Тенджин совсем не хотелось, все же там была не его атмосфера, но старики теперь так просто не отстанут, поэтому надо хотя бы пару дней в ней побыть, пока все само как-нибудь не уляжется. Именно на «как-нибудь» Дэ очень рассчитывал. — Эта маи качеи! — раздался рядом возмущенный детский голосок, и Дэ выплыл из своей дремоты, смотря на девчушку в желтом комбинезоне с таким же желтым совком в руках. — Да? — Да! — Прости, пожалуйста, я не знал, — положив руку на грудь, покаялся Дэ. За спиной у девочки появился молодой и хмурый альфа, который явно был не рад с утра гулять, а может быть, он просто не выспался. — Вставай! Дэ попытался встать, но сразу не смог, и, не удержав равновесие, плюхнулся обратно. — Вставай! — настаивал ребенок, стуча лопаткой по качелям. — Я, кажется, не могу. — Посему? — Наверное, я устал, — обреченно констатировал Дэ, грустно вздохнув. — Сийна? — Да. — Тада нада паспать и се пройдет. — Согласен. — Я тебе спаю песенку, ты поспишь, отдохнешь и станешь с качеей. — Спасибо! Ты настоящий друг! — Я не друх! — А кто? — Я Сенчи. — Ах, прости, пожалуйста. — Посяю. — Передав совок альфе, ребенок толкнул качели, видимо собираясь покачать Дэ, но сил не хватило, поэтому Дэмин незаметно оттолкнулся ногой так, чтобы девочка думала, что это она качает. А потом Дэ запели самую милую шепелявую колыбельную, которую он когда-либо слышал. Губы задрожали от смеха, пришлось их прикусить, дабы не выдать себя перед сосредоточенной малышкой, с усердием выговаривающей непростые слова вроде «бабочка» и «волчий бочок». Пикантность этому действу придавал незнакомый альфа, привалившийся плечом к качелям и наблюдающий за ними. В глазах у незнакомца тоже появились смешинки. — Фсе! — оповестил ребенок, закончив с песней. — Одохнул! — Да! — Дэ резвенько сел, собираясь подняться. — Спасибо! Ты очень красиво поешь! — Так и есь. — Ребенок серьезно кивнул и показал пальцем на чехол с флейтой. — Сто это? — Флейта. — Сто такое фейта? Дэ бросил взгляд на альфу, но тот, видимо, не возражал, и Дэ решил показать флейту. Ребенок залез на качели к нему, и Дэ наконец во второй раз за все время открыл чехол и снова замер в благоговении перед инструментом. — Это фейта? — Да. — И сто с ней делать? — Играть. — Дэ коснулся прохладного корпуса пальцами, не решаясь взять инструмент в руки. — Как? Дэ и сам не понял, зачем он это все начал делать, почему не встал и не ушел. Возможно, просто не хотелось возвращаться в свою жизнь, в квартиру Тенджин, и хотелось побыть немного в бескрайней детской вселенной. Поэтому он принялся рассказывать о флейте, показывая и попутно собирая инструмент. Удивительно, но ребенок все внимательно слушал, периодически спрашивая: «А это сто за стуська?» Дэ пояснял и в итоге сыграл для Сенчин детскую песенку, с какой-то невероятной радостью зажигаясь от искренней детской улыбки. Малышка, восхищенная тем, что из металлической трубочки вылетают такие звуки, сначала удивленно раскрыла рот, а потом засмеялась, сползла с качелей и принялась топать и приседать в такт мелодии. В какой-то момент заулыбался и альфа, вытащил гаджет и снял ребенка на камеру, которую в итоге перевел и на Дэ. От этого стало не по себе, поэтому Дэ попытался свернуть выступление, но не тут-то было. — Есё! Есё! Задержаться пришлось почти на час. Дэ наигрывал разные мелодии, а малышка танцевала, потом правда попыталась поиграть сама, но Дэ не разрешил, объяснив, что это не гигиенично, озадачив ребенка новым словом. Совершенно непонятно, зачем ему все это потребовалось и почему альфа не возражал, но они просто провели некоторое время вместе, пока не закончилось время прогулки, да и Дэ несколько раз пытался откланяться, но девочка так жалобно заплакала, что пришлось задержаться. — Как вас зовут? — подняв на руки протестующую на такую самовольность малышку, спросил альфа. — Дэмин. — Дэ уже почти не было неловко перед незнакомцем. — Вы не даете частные музыкальные уроки? — Эээ... нет… — Дэ неловко улыбнулся, собирая свою прекрасную флейту в чехол. Почему-то ему всегда было очень важно, где и кому он впервые сыграет на новом инструменте, и обычно Дэ ехал в лес или на природу, куда-нибудь к обрыву, встречать закат, чтобы сыграть первую мелодию в этом особенном месте. Возможно, это все чудачество, но ему почему-то казалось, что тот, кто первым услышит душу флейты, станет ее крестным, другом… Дэ не знал, как это назвать, просто почему-то ему это было важно. Инструмент ведь тоже должен любить играть, и первый, для кого он сыграет, должен и ему понравится. Так музыка становится живой и глубокой. Одухотворенной. Скоро еще и имя появится. У всех инструментов Дэ были имена, но он никогда не произносил их вслух, иначе инструмент будет принадлежать и тому, кто знает его имя. Просто имя появлялось в какой-то момент в его голове, и прежде чем начать играть, он здоровался с флейтой, обращаясь к ней по имени, и она всегда откликалась ему. Также он знал имена инструментов в их труппе, но не всех. Некоторые не хотели представляться, и на них, как правило, у Дэ не получалось играть, хотя он и не пытался, только если это была не вынужденная необходимость. В любом случае у инструмента, как и у человека, есть душа и характер, и если не подружиться, то ничего не получится. — Это моя сестра, — простояв некоторое время молча и дождавшись, когда Дэ все соберет и забросит рюкзак на плечо, альфа снова заговорил. — Отец привез от… — Он запнулся, и Дэ за него в уме продолжил «любовницы». — В общем, родителей нет дома, они живут на несколько стран, с ребенком я и няньки, и она еще ни разу не была такой радостной, как сегодня. Она почти ни с кем не дружит и даже со мной не всегда идет на контакт. Сегодня я первый раз увидел, как она танцевала и так много разговаривала. В общем, не мог бы ты прийти еще раз? — Ты меня не знаешь. — Тебя проверит служба безопасности. Дэ вздохнул и, порывшись в карманах, протянул помятую визитку. — Я подумаю. — Спасибо. — Альфа улыбнулся и, пробежавшись глазами по тексту на визитке, запихнул ее в карман. Они разошлись, Дэ направился в квартиру Тенджин, уже не чувствуя себя настолько пришибленным, как с утра. Колючка встречала его уже без лая, виляя хвостом так, что вилялась она вся, включая голову. Нацепив шлейку, Дэ вышел с ней на прогулку и добрел до магазина, купил несколько полуфабрикатов, пачку любимого кофе и шоколадку. Дома появились первые признаки простуды. Потому, включив фильм, Дэ забрался под одеяло и снова отключился, проспав до вечера. Вечером снова вывел собаку погулять, чувствуя, как его немного потряхивает от озноба, и на обратном пути дошел до аптеки. Купил витамины и пшикалку в горло. Его метод лечения был прост: выпить горсть витаминов для иммунитета, запить все это чаем с лимоном и выспаться под несколькими одеялами. Это работало обычно безотказно, но в этот раз особых улучшений с утра не было, но и сильная слабость отсутствовала. Поэтому, накормив собаку и проигнорировав звонок Гахиджи, Дэ собрался на работу, прикидывая, где ему разжиться теплой толстовкой. Он взял одну оверсайз толстовку у Тенджин, но та была с каким-то детским рисунком на груди, плюс мятного цвета, слишком милой, а еще, вероятно, дорогой. И Дэ не хотел знать, сколько она стоила, так что предстояло срочно разжиться чем-то подобным за свой счет, пока он не поставил на ней какое-нибудь пятно. Вариант вернуться к Мо и Минсе за своей одеждой не подходил, поэтому Дэ решил добраться до одного любимого магазина одежды с крутыми принтами, но не самого бюджетного, поэтому затаривался там Дэ крайне редко, но сегодня захотелось. Собрав флейту, закинувшись горстью витаминок и запив их чаем, Дэ открыл дверь квартиры, собираясь выйти, и уперся в грудь Гахиджи. — Доброе утро. — Доброе… Колючка залилась свирепым лаем и попыталась выбежать из квартиры, пришлось перехватить отчаянную бестию и забрать на руки. — Нам надо поговорить. Дэ вздохнул и приоткрыл дверь, пропуская альфу внутрь: — У меня мало времени.