Я, ты, демон.

Забрав из маркетплейса рядом с домом Тенджин электрическую кормушку и маленькую камеру, довольный Дэмин забежал в подъезд и уже хотел вызвать лифт, но, заметив мигающий значок на почтовом ящике Те, остановился. Открыл его по отпечатку, как и дверь в доме, и вытащил счет. Уже месяц как она проходит «реабилитацию», и до сих пор док не разрешает звонки. Ничего удивительного, в прошлый раз она почти полгода находилась «на отдыхе», но в прошлый раз у нее не было своей квартиры в ипотеку, и Дэ, забрав ее вещи со съемного жилья, оплачивал только реабилитацию, сожравшую почти все его сбережения на тот момент. Вернувшись, здоровая и даже довольная Тенджин возместить затраты отказалась, но в этот раз ситуация другая. Нужно еще и за квартиру приличные взносы платить, и за реабилитацию. И вот это уже проблема, потому что неизвестно, насколько затянется «курорт», что будет с работой Те, вряд ли кто-то её так долго будет ждать, а квартиры банк отнимал через три месяца при отсутствии платежей. Зайдя в квартиру под яростный лай Колючки, у собаки клички не было (Те к ней относилась равнодушно и взяла, видимо, только для того чтобы та разбавляла могильное безмолвие ее дорогой квартиры), Дэмин снял берцы и убрал их повыше, потому что злобное существо, которому он решил дать имя, повадилось грызть ему обувь, хотя отношения у них стали чуточку теплее. Поставив коробки на стол, Дэ избавил от упаковки вкусняшку для собаки, которую купил в специализированном магазине, и бросил Колючке, а сам, помыв руки и взяв счета, сел за стол. Открыл коммуналку и понял, что ему нужно более удобное место, чем стул, где можно потерять сознание и не упасть. Коммуналка и так стоила очень дорого, но тут вдвое больше, и откуда только у нее деньги столько платить? Плюхнувшись на белоснежный диван в зале, Дэ похлопал рукой рядом с собой, Колючка забралась на диван и устроилась рядом. Потом подобралась еще ближе и свернулась клубком в теплом углу между бедром Дэ и мягкими подушками. Оставался последний конверт из банка. Вообще все это было в онлайн-банках, но они, судя по всему, пропустили уже один платеж, поэтому пришло уведомление. При виде суммы ежемесячного платежа и пенни, которые накапали, Дэ поплохело. — Бля… Захотелось напиться и постучаться головой об стену. Он даже про сталкера забыл, который на днях мелькнул около филармонии. Кусая губы, Дэ блуждал по квартире, думая, что делать. Ему хватало только на год реабилитации Те. Он останется без своей кубышки, но ему хватит, а на квартиру уже нет. Только на два платежа. Если же платить за квартиру, тогда он потянет лишь два месяца реабилитации. Колючка бегала следом за Дэмином, видимо скучая тут в одиночестве, и, забежав в одну из дверей, выволокла свой уличный костюм. — Ух ты… — Дэ взял в руки крошечный комбинезончик и посмотрел на собачку. — Любишь наряжаться? — Она понюхала его руки и снова убежала за дверь. Дэ направился следом и оказался в гардеробной, размером чуть меньше спальни. Он тут ни разу не был после завершения ремонта. К тому же у Те столько шкафов и подсобок для хранения всякого барахла, что он и не думал, что у нее еще и отдельная комната под шкафы теперь имеется. Щелкнув выключателем, Дэ замер от красоты: мягкая уютная подсветка с точечным освещением, аккуратно висящая одежда. Все сделано элегантно и со вкусом, только, судя по запаху, Колючка где-то сделала кучу, пришлось потрудиться и найти ее, потому что запах тянулся по всей квартире, которую Дэ уже устал мыть, не понимая, откуда снова появляется запах. — Ну ты и паскудница, — шипел Дэмин, стоя на четвереньках перед туалетным столиком и оттирая пол. — Да ты знаешь, что она с нами сделает, если узнает, что ты тут натворила? — Аф! — Ага! Аф тебе! — передразнил Дэ, потом выкинул салфетки, помыл руки и снова вернулся в гардеробную, сел на пуф и задумался. В голове мелькнула кощунственная идея, и он планировал ее хорошенько обдумать. В сэконде ему как-то раз попалась брендовая сумка, и одна из коллег подсказала, на каком сайте можно ее продать за бешеные деньги. Дэмин установил себе приложение, прошел кучу формальностей, потому что продажа дорогих брендов — это вам не абы что, и продал ту сумку, за вечер неплохо наварившись. Он даже стал почаще заглядывать в подобные магазины и интересоваться брендами, а еще листать заявки на сайте от заказчиц. Скрестив ноги, Дэ смотрел на два огромных стеллажа с дорогими сумками и листал заявки, больше половины купят уже сегодня за сумму, которая закроет одну треть ипотеки, остальные можно выставить на аукцион и посмотреть, что предложат. Можно продавать и по сумке в месяц, чтобы закрывать платежи, но платить банку лишние проценты не хотелось, поэтому нужно переплачивать, чтобы срезать сумму основного долга, на который каждый день насчитываются проценты. — Она нас убьет, — констатировал Дэмин. — Аф! — Тебя за то, что ты нагадила ей на сапоги в прихожей, а меня за то, что я продал ее сумки… Закрыв лицо руками, Дэ вздохнул, представляя, что она с ним сделает, когда вернется, и потер почти зажившую царапину на шее. Она его просто убьет. Проклянет. И так на прощание шею исцарапала. В этот раз она повыдирает ему еще и волосы. — Понимаешь… — продолжил Дэ объяснять собаке, — они ж ее все равно не делают счастливой, правда? — Аф! — согласилась та. — Вот и я о том! Она их только покупает, а счастливее не становится, — воодушевился Дэмин от такой поддержки. — А с закрытой наполовину ипотекой она точно будет счастливее! — А-а-аф! — Да! — кивнул Дэ и содрогнулся, представив, как Тенджин заходит в свою гардеробную и не находит своих сумок. Один только ее взгляд мог испепелить его на месте, тем более большинство из этих дорогущих сумок подарки ее бывших, которых она раскручивала на них, шмотки и золото. — Тем более мы же не все продадим, правильно? — А-аф! — Оставим мягкие сумки… ими, наверное, не так больно будет по хребтине получать… — Дэ подошел к одному из стеллажей, взял мягкую сумку и скривился, у нее вместо шлейки была золотая цепь. — Цепью меня еще не били, тем более золотой… Аппетит приходит во время еды. Дэ продал сначала все сумки, на которые были заявки, трясясь от нервного озноба, а потом выложил ту, которой не было в заявках на аукцион. Оказалось, эта какая-то сумка из уникальной линейки, продававшейся лично в руки. — Она меня точно убьет, — смотря на предлагаемые деньги, пробормотал Дэ. — Может быть, устроить тут пожар и сказать ей, что они просто сгорели? Вскинув голову, Дэ посмотрел на потолок и заметил систему пожаротушения. — С пожаром не пройдет… Может, наводнение? Тайфун, цунами? Эх… — А-а-аф! Аф! Кусая ногти, Дэ замер и перевел взгляд на собаку. — Может, скажем ей, что это ты сгрызла? Если что, я заберу тебя к себе. Если она меня не убьет, а тебя не выгонит. — Р-р-р! — ощерилась собака, словно понимая, о чем идёт речь. — Ну не хочешь как хочешь. Я уже все равно обречен. Нажав на подтверждение, Дэ продал еще одну сумку и, дождавшись курьера, передал на нее документы, которые, оказывается, существуют и если их не отдать, то на него могут заявить в полицию за кражу сумки, благо документы нашлись в шкафу, и не только на эту сумку, было еще несколько таких же уникальных. Их Дэ нашел и тоже продал, а потом доехал до банка и закрыл восемьдесят процентов основного долга. Сделав ежемесячный платеж копеечным. Вышел с документами на улицу и решил, что он уже и так обречен на мучительную смерть, почему бы просто не закрыть ипотеку, продав то, что можно еще продать, там полно брендовых вещей. В любом случае ипотеку ей закрывать, внося последний платеж, и, возможно, не стоило закрывать большую ее часть, потому что именно платежи по ипотеке заставляли Тенджин крутиться на работе как белка в колесе, но неизвестно, как долго она пробудет в реабилитационном центре и сколько ей потребуется времени, тем более с этим психом на хвосте нужно было что-то делать. По-хорошему, Дэ должна была мучить совесть за неуважение личных границ, но совесть крепко спала. Между ними не было никаких личных границ, уважения и прочих здоровых понятий адекватных людей, так какой смысл стесняться? Все равно она делала то, что считала правильным, так что ничего, кроме ее гнева, его не ждет. Запихнув документы в рюкзак, Дэ направился вдоль по улице, посматривая на небо и прикидывая, пойдет ли сейчас дождь или все же дождется вечера. На обочине рядом с ним притормозила машина. Дэ собирался обойти ее, но замер, увидев знакомое лицо. — Садитесь в машину, Дэмин, — сказал бесстрастный бета, которому скорее всего отдельно приплачивали, чтобы он имел столь незаинтересованное в жизни лицо. — Я занят. — На сегодня вы свободны. Вздохнув, Дэмин посмотрел поверх машины на магазинчик в конце улицы, куда он собирался заглянуть, чтобы купить самых вкусных мидий в городе. Да уж, планы летят к черту. Гахиджи объявился в начале месяца, подкинув боссу заявку на участие в вечеринке. Деньги платили, как всегда, приличные и, конечно, требовалось участие Дэ. Он не стал отказываться, боясь представить, насколько полегчает его кубышка после всех затрат. В итоге все выступление он пытался сосредоточиться и не смотреть на альфу, который с него глаз не сводил, равнодушно кивая на какие-то реплики своего собеседника, продолжавшего ему что-то говорить. Как только их партия закончилась, и Дэмин спустился со сцены, охрана перехватила его на порожках и увела под белы рученьки в другой зал, провела через него, потом через длинный, узкий, плохо освещенный коридор, и втолкнула в одну из комнат. Дэмин даже не сопротивлялся. Какого-то черта все в теле трепетало от предвкушения, и он буквально кричал на самого себя внутри собственной головы, чтобы привести себя в чувство, но стоило альфе зайти в полутемное помещение, освещенное красными светильниками, как Дэ, оттолкнувшись от стены, фактически сам нырнул к нему в руки. Возможно, дело было в том напряжении, которое скопилось в нем за все прошедшие недели. Ничто так не снимет напряжение, как секс. Во всяком случае так оправдывал самого себя Дэмин, сдирая с альфы рубашку и рывком расстегивая ширинку. Они не успели обменяться даже парочкой слов, прежде чем упали на мягкий кожаный диван. Дэмин не хотел знать, сколько людей перетрахалось на этой мебели до них, но кто он такой, чтобы задирать нос и делать вид, что он не такой? Это было невыносимо. Болезненно приятно. Совершенно головокружительно. Ничего он не хотел так сильно, как сесть на этот член и не думать ни о чем. От чертова ублюдка еще и пахло именно так, как надо. Чистый, немного острый от прохлады запах, приятный и будоражащий обоняние. Насаживаясь на член, Дэ опускался вниз, чтобы коснуться лица Гахиджи и втянуть запах у его шеи. Там он чувствовался лучше всего, но руки на спине, широкие, немного грубые, скользящие вдоль позвоночника, возвращали его в горизонтальное положение. — Распусти волосы, — хрипло попросил Гахиджи, придерживая Дэ под бедра и поддерживая ритм, который он задал. Думать и анализировать не хотелось ничего. Ни единой мысли, сопротивления или сомнений. Он распустил для него волосы и, откидывая назад голову, прикрыл глаза, насаживаясь глубже и чувствуя, как по телу разливается горячая волна болезненного удовольствия. И сейчас он, конечно, мог бы послать этого бету, но мысль о том, чего он себя лишает, не позволила этого сделать, поэтому выбор между лучшими в городе мидиями, достоинством и потрясающим сексом был сделан за несколько секунд, тем более строить из себя святого у него всегда плохо получалось, а сейчас так еще труднее. Рядом с Гахиджи хотя бы не страшно. Этот взгляд в спину, который он, возможно, сам себе выдумал, не покидал его теперь даже ночью.