Взволнованный шёпот смерти

      Конечно, испытание было бы неизбежно для девочки, и, вспоминая своё, Востер всегда направляется в одно и то же место – к водопаду.       Медленно переставляя отяжелевшие ноги, парень пришёл к месту уединения.       — Пусть будет проклят сегодняшний день, — Востер тяжело дышал, — и ведь именно в кровавую луну.       Парень начал злиться. Одинокие тени отлетали от его сущности, создавая шипящий шум.       — Замолкните, — сквозь зубы проговорил Востер.       Ветер покачивал раскидистые деревья. Где-то вдали завыл старый волк, просящий о пощаде.       — Я сказал, — парень набрал больше воздуха в легкие, — замолкните! — его голос прозвучал непривычно надрывно.       Весь лес окунулся в тишину, словно очутился в вакууме. Удары сердца Востера стали слишком слышны. Парень вытянул руку из теней, приложив её к груди. Чёрное полотно расступилось, и область сердца засветилась ослепляющим белым светом. Востеру перехватило дыхание. Его глаза забегали по лесу, он ускорил шаг.       Вдруг Востер почуял аромат спелой вишни. Не сразу он понял, откуда тот появился, но сразу же прошептал:       — Верните все обратно.       Послышался приближающийся шум водопада. Когда парень всё же достиг места своего покоя, то наконец смог по-настоящему выдохнуть. Востер уселся на мягкую траву, скрестив ноги.       С высокого холма вода огромным потоком стремилась в глубокое озеро с кристально чистой водой. Оно хоть и глубокое, но диаметром не превышало и тридцати метров. Пространство вокруг водной глади было окружено короткой травой, такой свежей и мягкой, словно по ней никто никогда не ходил. Одинокое дерево с могучими ветвями создавало приятную тень в солнечные дни. А пока в воде отражалась полная красная луна, окрашивающая собой все небо и лес в целом.       До Востера долетали несколько капель из струящегося водного потока. Парень закрыл глаза, глубоко вдыхая аромат цветущих неподалеку мирабилисов. Их сладковатый аромат оставался любимым у Востера со времён его первого испытания.

***

      — Мальчик, да ты полное ничтожество. Быть таким слабым в твои-то восемнадцать ещё надо уметь, — огромное тёмное существо нависло над напуганным и избитым Востером. — И ты хочешь спасти кому-то жизнь? — грозный хохот разлился по деревянной комнате. — Насмешил ты меня, конечно. Не ты первый и не ты последний. Я – всемогущий владыка всея леса — Эрис, а ты пришёл ко мне и хочешь стать мне подобным, — копна теней долго молчала, словно разглядывая мальчишку. — Хорошо, я согласен.       Востер замер в непонимании. Казалось, будто этот всемогущий Эрис скорее все же сумасшедший, но был и плюс – парень снова стал похож на человека. Нескончаемый поток оскорблений наконец закончился, и у него появились силы что-либо делать.       Эрис приказал парнишке идти за ним в ближайшую деревянную дверь. Из наполненной и заставленной комнаты они шагнули в абсолютно пустое помещение. За ними пропал дом, и в проходе теперь виднелся лишь лес. Кажется, что всё до этого было лишь иллюзией.       То, куда Востера завёл Эрис, тяжело было назвать комнатой. Там не было ни окон, ни кровати, ни стола – просто четыре голые стены.       — Теперь, парниша, ты должен слушать только меня. Ты находишься на моей территории, а из этого следует, что всё здесь подвластно мне.       Копна теней развернулась и двинулась к выходу. Востер бросился за ним, но его дыхание резко перехватило.       — Стой на месте, я разве тебе не сказал? — тени зашептались. — Да, не сказал, но это тебя не касается. Ты существуешь теперь в этой комнате. Тебе нельзя отсюда выходить, а если захочешь сбежать, то встретишь меня. Я это уже рассказывал? — чёрные нити задвигались активнее. — Да что вы говорите? — грубый смех раскатился в пустой комнате, создавая звонкое эхо.       Чёрная тень отлетела от горла Востера, присоединяясь обратно к своему уходящему хозяину.       — Теперь можешь хоть танцевать, парниша, но только здесь. Я возлагаю на тебя свои надежды.       Дверь захлопнулась и, кажется, закрылась на ключ. Востер как стоял в середине комнаты, так и продолжил. Его взгляд опустел. Вся надежда, совсем недавно возникшая в душе, резко покинула его.       Через некоторое время его ноги затекли, и он лишь осел на холодный пол, на котором не было даже банальной тряпки.       Так он просидел целый день. Востеру даже в голову не приходило, что здесь можно делать. Парня не покидала мысль, что за ним постоянно следят. Каждый вдох он делал с осторожностью.       Понимая, что так сидеть без дела было просто невозможно, он стал медленно крутить головой, в поисках хоть чего-то. На первый взгляд ему ничего не удалось найти.       Востер встал с ледяного пола и направляясь неторопливо рассматривать все углы. В одном из них запылился и покрылся паутиной уголёк.       — Какое же счастье, бесполезная вещь.       Парень покатал его между пальцами, окрашивая те чернотой. Востеру в голову пришла мысль о наскальных рисунках, ведь, что ему делать, он больше не знал. Когда парень опустился обратно на пол, перед ним оказались черные полосы в самом низу стены. Востер приблизился к ним: «Он следит за тобой, и он куда сильнее, чем ка…»       Предложение не было дописано, словно написавшего стали оттягивать от стены.       Представив, что стало с тем человеком, Востер выронил кусок угля и вновь погрузился в бездеятельность. Улегшись на пол, он заснул и грезил так проспать все время своего заключения, но так не вышло, и парню пришлось как-то занимать себя на протяжении еще пары дней.       Все это время он не пил, не ел, лишь скрючивался от изнеможения и продолжал находиться в безызвестности. В какой-то момент Востер услышал стук. Он медленно разлепил отяжелевшие глаза.       — А-а? — медленно протянул он. — Кажется, с ума начинаю сходить.       Парень перекатился со спины на бок, устремляя помутневший взгляд в дверь. Его глаза стали закрываться в тот момент, когда яркий белый свет проникал в темную каморку.       — Приплыл на свою голову, — сухие губы еле произнесли фразу, — белый свет настиг меня.       Средь просветления ступали черные тени. Вот они полностью заслонили собой яркое пятно. Востер почувствовал запах каких-то цветов и… супа? Парень не поверил своим рецепторам, покачал медленно головой и закрыл лицо руками. Металлическая тарелка опустилась на пол рядом с валяющимся парнем. Через несколько секунд дверь проскрипела и закрылась.       Аромат продолжал наполнять небольшую комнату, парень не удержался и стал гипнотизировать взглядом тарелку.       — Правда суп? Я умер? Точно умер, свет же видел. У меня галлюцинации, наверное, — Востер быстро осмотрелся, — да, точно галлюцинации.       Парень дрожащим пальцем дотронулся до теплой тарелки и, почувствовав ее реальность, отдернул руку. Дверь слегка приоткрылась.       «Эрис не закрыл дверь?»       Востер пополз к выходу, обходя тарелку. Перед парнем, через небольшую щелку, открылся внешний мир. Стояли высокие деревья, листья которых переливались под ослепительным солнцем. Летают маленькие цветастые насекомые. Опустив взгляд на землю, он заметил ползающих муравьев с фиолетовыми телами.       «Нестандартная живность», — подумал Востер и заполз обратно в свою уже привычную комнатушку.       — С одной стороны, Эрис забылся и дал мне все шансы уйти, — парень перевел взгляд от двери на тарелку, — с другой стороны, приказов на выход и перекус он не давал.       Востер сжался в комок. Его желудок заурчал от аромата супа и посыпанных сверху цветов.       «Кто так вообще делает? Зачем цветы в супе?».       Парень придвинулся носом к самому краю тарелки, вдыхая полной грудью пленяющий сладковатый запах пыльцы и пряный отвар. С закрытыми глазами он наслаждался пищей. Его руки потянулись к ложке, лежавшей в тарелке, но мысль о том, что все может обломиться из-за этого действия, угнетала Востера сильнее.       Уткнувшись взглядом в предательский предмет, он просидел так немало времени. Парню было страшно совершить непоправимую ошибку, однако и выжить хотелось – столько времени ему еще не приходилось проводить без пищи и жидкости.       Все же через час парень сдался, отодвинул тарелку в дальний угол и постарался вообще забыть о ее существовании в данной комнате. Это оказалось самой тяжелой мукой для молодого и неопытного Востера. Ночь стала нескончаемо длинной — сон отступил вместе с желанием оставаться здесь.       Теперь его терзали мысли о побеге. Ночь, может, и не самое подходящее время для этого, но лучше поздно, чем никогда. Приподнявшись на трясущихся ногах, Востер стал расхаживать по комнате, то подходя к приоткрытой двери, рассматривая окружающее пространство через щель, то отходя к углам, зачитывая написанную на стене фразу.       В подобном потерянном состоянии парень провел еще один день. Ему уже не хотелось ни есть, ни пить. Ему бы свободы, всевластия, уверенности в завтрашнем дне.       — Да ладно вам, это всё во благо, — послышалось Востеру сквозь сон.       Парень с трудом разлепил глаза и приподнялся на локтях, пытаясь сфокусировать свой взгляд на приоткрытой двери, проникающий в щель свет стал усиливаться.       — Встаем, солнце мое, встаем, — Востер свел брови в непонимании от услышанного. — Ты умер что ли?       Парень понял, почему теперь не мог ничего увидеть – перед ним стояла копна теней – Эрис.       — О, ребята, он, кажется, жив. Встаем, я устал тебя ждать.