Добро пожаловать в Уитби

      Из дневника Адама Дейли:

      Помнишь, как мы стояли под навесом обшарпанной автобусной остановки, спасаясь от нудного беспрерывного дождя, и с тоской смотрели на море. Волны с гулом накатывали на берег, серое море было неотличимо от серого неба. Пытаясь согреться, мы крепче обхватывали ладонями бумажные стаканчики с чаем. Вообще-то в августе не должно быть такой погоды, но нам ничего не оставалось, как смириться с неизбежным…

      Подъехав к остановке, Рей посигналил и нажал кнопку открывания багажника. Выходить из машины он не собирался. Начавшийся с утра дождь к вечеру только усилился, и ему совсем не хотелось вымокнуть.       Дейли, смотрящий в сторону пляжа так, словно в окутывающей море мгле можно было хоть что-то разглядеть, поднял голову, кивнул и, подхватив чемодан, шагнул из-под спасительного навеса в серую стену дождя.       Положив чемодан и сумку в багажник, он нырнул на заднее сиденье и поздоровался:       — Добрый вечер.       — Добрый, — коротко ответил Рей, резко стартанув с места.       Дейли кинуло влево, и Рей разглядел его недоумённое лицо в зеркале заднего вида, не без удовлетворения отметив покрасневший от холода нос и посиневшие губы. Сейчас Дейли не выглядел таким красавчиком, как на фото в анкете, которую недавно они рассматривали всем кабинетом, и Линда чуть ли не пищала от восторга, пока Томас не сказал, что ей точно ничего не светит, потому что парень гей.       — С чего ты это взял, мистер всезнайка? — неверяще хмыкнула Линда, хотя могла бы и не спрашивать. Понятно откуда. Томас был без пяти минут зятем шефа полиции, поэтому всегда оказывался в курсе происходящего.       — Информация точная, — многозначительно произнёс Томас. — Зато у Милна есть все шансы залучить красавчика. Как тебе будущий напарничек, а, Рей?       Баркли и Лонг, всегда готовые подыграть Томасу, как по команде заржали.       Рей промолчал, чтобы не провоцировать ещё большего веселья, но в конце дня подловил Томаса на лестнице.       — Покурим? — вытащив помятую пачку из кармана и кивнув в сторону улицы, предложил он.       На секунду неизменная ухмылочка на самодовольном лице Томаса померкла, и в его взгляде мелькнула растерянность. Благодаря своему предстоящему родству Томас наивно полагал, что относится к касте неприкасаемых, и никто в участке не решится вступить с ним в открытую конфронтацию. Но ведь Рею не обязательно лично начищать ему морду. Вообще, можно придумать массу способов воздействия на Томаса, но пока не к чему было заходить так далеко.       Они вышли на крыльцо, и Томас чиркнул зажигалкой прикуривая.       — Мы ведь команда, Томас? — затягиваясь, произнес Рей. — Наш отдел — это команда, так?       Сейчас он повторял начало любимого пафосного спича шефа о командном духе, и Томас хлопал белесыми ресницами, не понимая, куда он клонит.       — А значит, — продолжил Рей, — мы должны быть сплочёнными как, мать твою, пять пальцев одной руки, — он сжал кулак, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться и совершенно серьёзным тоном продолжил: — Только так мы сможем эффективно работать.       — Ну… да, — наконец промямлил Томас, видимо, всё же пришедший к выводу, что это не наезд или стёб и Рей просто ведёт с ним беседу по душам.       — Так вот, мне плевать, с кем спит Дейли и вообще чем он занимается вне работы. Но в рабочее время он мой напарник. Мой, понимаешь, Томас?       — Да я же просто пошутил, — примирительно пробормотал Томас.       — Я так и понял, — похлопал его по плечу Рей. — Рад, что мы всё прояснили.       Служебная квартира, выделенная Дейли, располагалась на Альбион Плейс, в пешей доступности от полицейского участка Уитби. Рей намеренно сделал крюк, чтобы показать Дейли будущее место работы.       Снизив скорость перед прямоугольным коричнево-серым зданием, он скупо бросил:       — Участок.       Пять минут спустя они припарковались напротив трёхэтажного бежевого дома. Его выложенная крупной галькой стена и покосившаяся зелёная дверь с отслаивающейся краской свидетельствовали об отнюдь не молодом возрасте постройки.       Перед крыльцом простиралась огромная лужа. Рей накинул капюшон куртки, решив на этот раз всё же выйти из машины и помочь Дейли с багажом.       Дейли тоже вылез со своего заднего сиденья. На ворсе его чёрного кашемирового френча тут же обозначились мелкие бисеринки дождя, замшевые полусапоги, которые Рей про себя окрестил пинетками, промокли и потемнели, впитав воду.       Рей откинул крышку багажника, подал Дейли сумку, подхватил чемодан и смело шагнул в лужу — его-то берцы и не такое видали.       Помедлив, Дейли последовал за ним.       Поднявшись на второй этаж, Рей поставил чемодан на пол и, передав Дейли ключи от квартиры, произнёс:       — Выше по улице есть парочка продуктовых магазинов и кафе.       — Спасибо, — Дейли протянул ему руку для рукопожатия.       Рей нехотя сжал холодную ладонь и, развернувшись, быстро спустился по лестнице.       Сев в машину, он закурил. Тут же в кармане куртки завибрировал мобильный. Наверняка это была Джил. Из-за того, что шеф попросил встретить и подвезти Дейли, Рей порядком опоздал на свидание, однако он не спешил выслушивать её брань. Только когда мобильный зазвонил уже в четвёртый раз, он, наконец, принял вызов.       — Какого чёрта, Милн? Ты что, меня игноришь? — голос Джил звучал громко и зло.       — Я на работе, детка.       — Уже семь вечера. Ты забыл, что у нас свидание? Или это твоя очередная ложь?       — Я никогда не лгу, детка. Ты что, набралась в одиночестве? Уж очень ты звонкая.       — Да, я набралась в одиночестве! Потому что ты всегда опаздываешь.       — Я действительно на работе, Джил. Давай я приеду, и мы все обсудим.       Джил неопределённо хмыкнула в трубку.       — Так мне приезжать? — на всякий случай уточнил Рей.       — Я жду тебя ещё десять минут, не больше, потом я ухожу, — недовольным, но уже более спокойным тоном отозвалась Джил.       Вздохнув, Рей повернул ключ в замке зажигания. Доехать он, конечно, успеет, если поторопится. Потом придется ещё минут десять выслушивать упрёки Джил, но и это не беда. Проблема в том, что последнее время его всё больше и больше начал напрягать её вздорный, склочный характер, и, хотя Джил была той еще горячей штучкой, Рей начал задумываться, не пора ли разорвать эти отношения.       Припарковавшись возле её дома, Рей развернул к себе зеркало заднего вида и пригладил тёмные волосы. Продолжая разглядывать себя в зеркало, он вспомнил, как Амелия сказала, что у него слишком идеальный нос — не произведение ли пластического хирурга часом. Он недоумённо уставился на неё. Амелия прыснула и прикрыла рот ладонью:       — Это комплимент, дурачок.       Она вообще была мастерица делать странные комплименты.       Дурачок… Дурак! Амелия была лучшим, что случилось с ним в жизни. Жаль, что он не понял это вовремя.       Джил встретила его в коротком полупрозрачном халатике. Её длинные каштановые волосы, ещё влажные после душа, были раскиданы по плечам, в руке она сжимала бокал вина. Не похоже, что она куда-то собиралась уходить, не явись он вовремя.       Бросив на него сердитый взгляд, она молча развернулась и направилась в гостиную.       Скинув куртку и берцы, Рей проследовал за ней.       Джил плюхнулась на диван, при этом полы ее халата распахнулись, открыв взору кружевные чёрные трусики.       Рей готов был поклясться, что она сделала это намеренно.       — Что тебя задержало на этот раз? — надменно спросила она.       — Шеф поручил мне встретить нашего нового сотрудника.       — А позвонить и предупредить, что задержишься, ты не мог?              — Замотался, детка, прости, — усаживаясь рядом и целуя её в плечо, примирительно ответил Рей. — Но я готов загладить свою вину. Что скажешь насчёт романтического ужина в ресторане в воскресенье?       — Звучит не особо впечатляюще, — усмехнулась Джил. — Милн, я прощаю тебя в последний раз. Знаешь, у меня складывается впечатление, что я нужна тебе только для одного… Меня это не устраивает, милый.       В общем-то, она была права.

***

      Адам включил свет в прихожей и, стянув промокшие сапоги, прошёл на кухню. Крохотная, со старой тёмной мебелью и потёртым паркетом, она произвела на него унылое впечатление. Навесные шкафы были абсолютно пусты. В нижних ящиках обнаружились две щербатые белые тарелки и плохо отмытая кастрюля. Из крана монотонно и раздражающе капала вода. Правда, электрический чайник был совершенно новым, с ещё неснятыми наклейками и защитной плёнкой.       Он раздвинул плотные зелёные портьеры. Открылся вид на серый бетонный забор, за которым располагался такой же серый дом под коричневой черепичной крышей. Безрадостную серость немного разбавляли высаженные вдоль забора кусты шиповника и красный огонёк ещё не облетевшего клена. На улице не было ни души. Только мокрый облезлый пёс жался к стволу дерева, пытаясь хоть как-то укрыться от дождя. Наверное, бездомный, бедняга.       В сравнении с кухней гостиная выглядела более благопристойно: глянцевый чёрный прямоугольник плазмы на стене, белый комод и шкаф-купе с зеркальной дверью, стеклянный журнальный столик, пара кожаных кресел и бордовый велюровый диван, выглядевший вполне прилично.       Хорошо, что у него есть день на обустройство. Завтра нужно будет купить продукты, немного посуды, дождевик и более подходящую обувь — такой сырости не выдержат ни кожаные туфли, ни кроссовки из привезенного Адамом арсенала обуви. Что-нибудь неубиваемое, навроде берцев Рея.       А ведь он не понравился будущему напарнику. Адам явственно ощутил это. Конечно, сухость и немногословность можно списать и на угрюмый характер, возможно, так оно отчасти и было, но неприязнь тоже присутствовала. Адам всегда чувствовал такие вещи. Слишком часто чувствовал, чтобы ошибиться. Он надеялся, что они всё же смогут со временем найти общий язык. Иначе как им работать в паре?       Он вернулся в коридор за чемоданом, намереваясь разобрать одежду, взять зонт и пойти поужинать в кафе, о котором упомянул Рей.       Закатив чемодан в комнату, он расстегнул молнию и откинул крышку. Взгляд наткнулся на потрёпанную тетрадь в чёрном кожаном переплете. Его дневник. Восемь лет он лежал запертым в ящике стола, под подшивкой старых спортивных журналов, но, собирая чемодан, он вдруг вспомнил о нём и положил поверх стопки свитеров и рубашек.       Почему именно Уитби. Словно сама судьба или рок захотели вернуть его в этот город.       Ожидая Милна на автобусной остановке, он вглядывался в едва различимый за стеной тумана и дождя берег моря и ощущал, как петля времени замыкается, возвращая его на девять лет назад.       Может, это была и не та же самая остановка, точность деталей стёрлась по прошествии лет, но она выглядела похожей. Так же холодно и неприветливо вокруг, так же монотонно моросит дождь… Только тогда это был август, а не октябрь.       — Прекрасная погода, — усмехнулся Майкл, поворачиваясь к Адаму. — Добро пожаловать в Уитби.       — Ужасно, — только и мог вымолвить Адам, дрожа от сырости и холода.       Майкл снял свою ветровку и накинул её на плечи Адама.       — Они уже вот-вот подъедут. У нас чай в термосе остался. Хочешь?       Адам кивнул, и Майкл склонился над рюкзаком, доставая термос и пару плотных картонных стаканчиков, прихваченных им в мотеле.       Чай оказался достаточно горячим и слишком сладким, но это было кстати.       — Дождь не продлится все десять дней, — продолжал его подбадривать Майкл, и Адаму стало стыдно. Опять он вёл себя как ребенок.       — Всё хорошо, — улыбнулся он.       — Ну и отлично, — Майкл коротко поцеловал его в губы. — О, смотри, вот и они.       Адам обернулся. На дороге показался синий «Бентли».