Любовь после тебя

В офисе Ким Намджуна с самого утра царит настоящий хаос. Причиной этому является новость о том, что с минуты на минуту ожидается налоговая проверка. Обычно президент компании не беспокоится, ведь все подобные встречи проходят в дорогих ресторанах, а переговоры — в саунах и других подобных местах, где можно без лишнего шума решить все возникающие проблемы. Однако в этот раз всё иначе. Альфа, сидя в своём кабинете, пытается дозвониться до помощника, но тот со вчерашнего вечера не отвечает на звонки. От злости он отбрасывает телефон в стену и ударяет кулаком по столу. В офисе появилась крыса, и Намджун в ярости, что не уследил за своими подчинёнными. Налоговый инспектор Со Минхо тоже не выходит на связь, и это вызывает у него серьёзное беспокойство. Пару недель назад у него появились подозрения, что кто-то пытается его подставить, но он не придал этому особого значения. Намджун уже не первый год занимается бизнесом и знает, как решаются подобные дела. Однако, судя по всему, эта крыса оказалась куда умнее, и теперь ему придётся постараться, чтобы избежать проблем и не привлечь прокуратуру. Намджун — влиятельная личность в мире бизнеса, и не вся его деятельность является законной. Он многим перешёл дорогу, и многие хотят избавиться от него. За последние десять лет он неоднократно сталкивался с такими ситуациями, но всегда выходил сухим из воды. Намджун знал, как надавить на конкурентов и избавиться от них раз и навсегда. Он успешно противостоял рейдерским атакам и легко вычислял подставных лиц. Но сейчас что-то пошло не так, и всё, что он строил годами, может рухнуть. Видимо, в этот раз бизнесмен перешёл дорогу человеку куда влиятельнее, чем он сам. — Чёрт тебя дери! — ругается альфа, нервно расхаживая по кабинету. На почту только что пришло письмо о ещё одной проверке на этой неделе. — Сонхи, ты уже связалась с адвокатом? — спрашивает Намджун, нажимая на кнопку селектора, чтобы поговорить с секретаршей. — Нет, господин Ким, он всё ещё недоступен. — Блять! — он раздраженно пинает стул и садится на диван. Ему есть что скрывать, и, несмотря на то, что все юристы и бухгалтера с утра как ужаленные разбирают документы, это вряд ли поможет отмазаться от предстоящих проверок. Дверь с грохотом распахивается, и в кабинет заходит несколько человек в форме, они становятся по бокам от стола, держа в руках оружие. Намджун напрягается, рассматривая исподлобья каждого, кто посмел ворваться без стука. — Доброе утро, — с широкой улыбкой следом за другими полицейскими заходит Чон Хосок. Он снимает солнцезащитные очки, надевая на голову, и, держа в руках небольшую папку, смотрит на альфу. — Что вы позволяете себе? — рычит Намджун, вскакивая с дивана. Он подходит к столу и нажимает на кнопку, связываясь с охраной. — Почему в офисе посторонние? — Господин Ким… Мы… — раздается испуганный голос из динамика. — Кто посторонний? — перебивает прокурор. — Я? — Кто вы такой и какое право имеете… Но договорить ему не дают. — Забыл представиться, — театрально охает Хосок и, достав удостоверение из внутреннего кармана джинсовки, показывает альфе. — Очень неприятно с вами познакомиться, — усмехается он. Намджун пристально смотрит на нежданного гостя. Перед ним стоит прокурор, и приходится прикусить язык. — Мы не с того начали, — улыбается он. — Ким Намджун, — протягивает руку для пожатия, но Чон лишь хмыкает на это и не спешит ответить взаимностью. — У нас будет очень долгий разговор, — Хосок отодвигает стул и садится за стол. — Мне нечего скрывать, — уже смелее отвечает Намджун. Поведение этого прокурора раздражает. — Мы сами это выясним, — Хосок достает из папки лист размером А4 и показывает его бизнесмену. — Это ордер на обыск, поэтому, пожалуйста, попросите вашего секретаря приготовить кофе. Мы здесь надолго. — Он откидывается на спинку стула, закидывает руки за голову и, глядя на альфу, улыбается. — Или, может быть, пиццу? Я бы не отказался перекусить. Намджун сглатывает и недобро смотрит в ответ, стараясь скрыть волнение и страх за раздражением и непринужденным выражением лица. Он чувствует, что это не очередная плановая проверка, которая может закончиться, как обычно, в ресторане или выпиской чека с огромным количеством нулей. Это реальная проверка, после которой он уедет в одном направлении, и не факт, что на следующее утро вернется в свой кабинет. Хосок широко улыбается, когда ему кидают папки из сейфа. Он откусывает кусок пиццы, которую все-таки заказали, и, облизывая пальцы, перелистывает документы, внимательно изучая, пока Намджун, сидя в своем кресле, пьет третий бокал виски и нервно дергает ногой. — Ух ты, — выкрикивает прокурор, — ай да я, ай да молодец, — он поднимает взгляд на альфу, не скрывая победной улыбки. — И что Вас так рассмешило, господин прокурор? Впервые увидели такие суммы? — язвит Намджун. Но это еще больше смешит Хосока. — Никогда бы не подумал, что вы из-за такой суммы сядете, — он играет бровями, глядя в глаза альфе. Намджун напряженно молчит, его глаза сужаются. Он ставит бокал с виски на стол, стараясь скрыть дрожь в руках. — У тебя пицца с нормальными грибами была? Ты чё несёшь? Хосок с явным удовольствием облизывает палец, испачканный жирной пиццей, и, взяв документ, направляется к бизнесмену. — А вот это что такое? — тычет в лицо нахмурившемуся альфе. Намджун пристально вглядывается в документ и поджимает губы. Он знает, что это… И, сука, как только он мог забыть об этом и не изъять его из общей документации. — Это какая-то ошибка, — сквозь зубы отвечает. — Да ты что, — хмыкает прокурор, — давай вместе. Об-на-ли-чи-ва-ние, — читает по слогам, — а здесь сколько нулей? — тычет пальцем в документ, — и моё самое любимое, — он кивает одному из сотрудников, и тот подходит к Намджуну, надевая на него наручники, — мошенничество в особо крупном размере, статья 159, часть третья. Бизнесмен с тревогой и раздражением смотрит на документ, его скулы напрягаются, а на лице проступает гнев. Он тихо рычит, когда на его запястьях защелкиваются наручники. — Как же я долго этого ждал, — весело сообщает Хосок. — Лейтенант, — обращается к одному из присутствующих, — оформляйте, — он хмыкает, забирает оставшуюся пиццу и радостно что-то напевая выходит из кабинета.

♡

— Слышал новость? — в кабинет полицейского Юнги, заходит Ингём. — Какую? — Ким Намджуна арестовали сегодня, — он садится на стул, закидывая ногу на ногу, и улыбается. — Да ладно? — удивлённо выгибает бровь Юнги и снимает очки для зрения, переводя взгляд на коллегу. — Чон Хосок — красава, — усмехается Ингём, — обещал — сделал. — Да, отлично сработал, — спокойно отвечает полицейский, — ладно, мне нужно работать. — Пообедаем вместе? — предлагает друг. Юнги лишь молча кивает и, уткнувшись в ноутбук, пытается сосредоточиться на работе. Сегодня ему нужно отправить отчёты за предыдущую неделю, но мысли о другом не дают ему покоя. Чон Хосок, с которым он не общался уже больше двух недель, наконец-то сдержал своё слово. Ему удалось найти бизнесмена и предъявить ему обвинения. Похоже, Киму грозит серьёзный срок за все его преступления. Это, кажется, отличный повод для разговора с Чимином. Наверняка тот будет рад узнать такую новость. Но Юнги не решается позвонить ему. После их ссоры прошло уже три с половиной недели, и они не общаются друг с другом. Юнги полностью погрузился в работу и старался уделять больше времени сыну. Конечно, он очень скучал по Чимину, и каждый день ему хотелось позвонить или написать, но страх быть снова отвергнутым останавливал. Слова о том, что им нужно всё закончить, сильно ранили его, и больше попыток добиться и поговорить Юнги делать не стал. Он понимал, что своим поведением лишь оттолкнет их друг от друга ещё дальше. Возможно, он не тот, с кем омеге будет хорошо. Возможно, он не тот, кто способен сделать его счастливым. Возможно, Юнги не тот, кто нужен Чимину. Ингём занимает Юнги место в маленьком кафе напротив участка, заказывает порцию лапши, несколько острых закусок и кофе. — Сахарные булочки закончились? — интересуется подошедший Юнги. — Да, сегодня не привозили. — Ясно. — Ты связывался с Чон Хосоком? — уточняет Ингём. — Нет. Честно говоря, мне всё равно, что у них там происходит, — Юнги не хочет говорить о прокуроре и его делах, злость на альфу всё ещё не прошла. — Как это так всё равно? — усмехается коллега. — Разве это не повод обрадовать Пак Чимина? — он поигрывает бровями и хитро улыбается. Благодаря Чонгуку весь отдел знал о начавшемся романе Юнги. Он тогда сильно ругал друга. Юнги всегда считал, что нужно разделять личное и работу, ему не нравилось выставлять на публику семейную жизнь. «Счастье любит тишину» — Юнги так всегда жил. — Нет, — недовольно отрезает он. — Как у вас дела, кстати? — Я думаю, тебя это не касается, Ингём, — раздражается Юнги. — Ты чего какой грубый? — обижается полицейский. — Мне же просто интересно. Чимин — классный, — облизывается альфа, наверняка вспоминая омегу, и Юнги это до чёртиков злит. — Я пошёл, — он встаёт и, забрав кофе в стаканчике, выходит из кафе. Они расстались с Чимином, не успев как следует всё обсудить и начать встречаться. Однако слышать от других людей, какой тот замечательный, сексуальный и крутой, просто невыносимо. Ревность по-прежнему вызывает у Юнги болезненные ощущения, заставляя сердце сжиматься. Отпускать Чимина было тяжело, и альфа не уверен, что действительно смог отпустить его. Даже при одной мысли о нём он всё ещё ощущает тепло, которое омега дарил ему одной своей улыбкой или взглядом. Это было так хорошо, так правильно, и Юнги не может привыкнуть жить без этого. Он не хочет. Ему не нравится такая жизнь. Вернувшись в участок, Юнги прошел в свой кабинет. Он решил, что доделает отчеты в следующий раз, надеясь, что капитану они не понадобятся так срочно. Сжимая в руках телефон, он не мог перестать думать о Чимине. Как же ему хотелось позвонить и услышать его тихий и ласковый голос. Услышать его смех, радостный и звонкий. Когда Чимин смеялся, у Юнги внутри все словно взрывалось, кружилось в влюбленном танце и заставляло его улыбаться. Чимин был идеальным омегой для него: мягкий, но временами жесткий. Смелый, всегда говорит то, что думает. Вежливый и прекрасно воспитанный, а еще невероятно красивый. Альфа был уверен, что никогда не встречал таких ярких людей с необычными глазами. Глубокими, наполненными небывалой тоской, что хотелось развеять в один миг. Юнги мог бы это сделать, пытался, но из-за своей несдержанности разрушил все. Он отнял у омеги последнюю надежду на светлое будущее. Какой же он кретин! Разве он виноват в том, что кто-то постарался привлечь его внимание? Разве Чимин хоть раз за все их общение давал повод усомниться в своих намерениях? Нет, никогда! Только я во всем виноват! Ему следует извиниться, позвонить и объяснить, как сильно он был неправ. Но нужно ли теперь это Чимину? Телефон в руках завибрировал, и Юнги незамедлительно открыл новое входящее сообщение. Кто: Чонгук-и Хён, срочно приезжай домой, есть серьёзный разговор. Юнги нахмурился, ощущая нарастающее беспокойство внутри. Он отвечает коротким «ок» и, собрав свои вещи, покидает кабинет, предупредив коллег о срочных неотложных делах.

♡

Тэхён тихо хихикает, когда чувствует поцелуй за ушком, а затем тепло и некую скованность от крепких объятий и от того как Чонгук прижимается сзади. Все ещё непривычно неустанное внимание от альфы. — Чонгук-и, — он старается убрать его руки и отойти, но его лишь настойчивее прижимают к себе. — Что такое, мой скорпиончик? — игривый шепот обжигает кожу шеи, заставляя съежиться. — Пусти, Чимин-и же дома. — Мы ничего такого не делаем. Я просто обнимаю своего маленького мальчика. Тэхён краснеет ещё сильнее. Не только объятия, но и нежные прозвища заставляют его смущаться, и Чонгук, вероятно, замечает это, но продолжает, словно нарочно. — Так нельзя, — ему все-таки удается отойти от альфы, — он с Юнги-хёном расстался, ему грустно. — А мы при чём здесь, Тэхён-а? — не понимает Чонгук. — Мы не должны показывать то, как нам хорошо вместе, — шепчет омега. — Вы меня нисколько не смущаете. — раздается слева голос Чимина, и Тэхён вздрагивает от неожиданности. — Привет, хён, — здоровается Чонгук. — Привет, — он проходит мимо друзей, направляясь к холодильнику. Достает морс, наливает в бокал и делает пару глотков. Тэхён с сочувствием поджимает губы, наблюдая за ним. Он замечает его растрёпанный вид, тусклые глаза с тёмными синяками под ними и старую растянутую футболку с пятном от кетчупа на подоле, что осталось с вечера, когда они заказывали курочку, а это было три дня назад. Видеть такого поникшего и разбитого друга непривычно, но Тэхён не в силах что-то исправить, несмотря на то, что он в ту же ночь узнал, что Чимин и Юнги расстались. Тогда ему не спалось, и он услышал шум на кухне, решил, что Чимин тоже иногда ест по ночам, и захотел присоединиться, но вместо перекуса застал омегу в слезах и с бутылкой соджу. Тогда-то ему всё рассказали: как Юнги устроил сцену ревности на пустом месте, обвиняя омегу в измене с прокурором Чон Хосоком, который, кстати, подарил те самые цветы, что в тот злополучный вечер повторно отправились в мусорное ведро. Как накричал на него и решил без слов за них двоих. Тэхён был удивлён, и это слабо сказано. Ему казалось, что Юнги — идеальный вариант для друга. Ведь он спокойный, добрый, заботливый и очень внимательный. Он же видел, как Чимин порхал влюблённой бабочкой при одном лишь упоминании альфы. Но всё оказалось далеко не так… Каждый день он пытался убедить друга позвонить полицейскому и поговорить с ним, но всё было напрасно. Чимин отказывался, и однажды они чуть не поссорились из-за этого. Тогда Тэхён решил не настаивать и старался поддерживать друга, как мог. Он неоднократно обсуждал ситуацию с Чонгуком, который тоже был в курсе происходящего. Однако тот посоветовал ему не вмешиваться и дать их друзьям время остыть. Было тяжело видеть, как недавно счастливый и светящийся от радости Чимин снова стал серым и безжизненным. — Как дела, хён? — Тэхён подходит к другу, приобнимая за плечи, — может, сходим погулять? — Идите гуляйте, — сухо отвечает Чимин и, забрав морс, уходит обратно в спальню. — Тэхён-а, оставь ты его, — просит альфа. — Я не могу оставить его, — хмуро отвечает Тэхён, — я должен что-то сделать, чтобы вытащить его из этой депрессии. Он не заслуживает такого. Неужели Юнги всё равно? Почему он не звонит? — Ему тоже не легче, поверь, — Чонгук прижимает омегу к себе и целует в макушку. Альфа помнит все метания друга, но тот тоже не идёт на контакт. В этот раз Юнги замкнулся в себе глубже, чем бывало раньше. Видеть его было невыносимо таким, и Чонгук понимает, что его омега прав. Нужно что-то делать… И как-то помочь их друзьям. Ведь они оба влюблены в друг друга, и оба, судя по их виду, не могут друг без друга. Но ведут себя как настоящие безумцы, отказываясь от чувств. Стараются спрятать их, затопить и вовсе забыть. Кажется, они оба полностью утратили веру в любовь и надежду на светлое будущее. — Это кто? — испуганно интересуется Тэхён, когда слышит настойчивый стук в дверь. — Здесь стой, — Чонгук оставляет легкий поцелуй на щеке омеги и идет в прихожую. В глазок не видно, кто стоит с той стороны. Он, не раздумывая и не боясь, открывает. Его глаза расширяются от удивления, когда на пороге он видит Чон Хосока. Того самого сына Чон Лисана. — Ого, привет. — Привет, — радостно голосит нежданный гость и нагло проходит в чужую квартиру. Тэхён тут же выбегает к ним и замирает, удивлённо глядя на альфу. — Здравствуйте, — тихо шепчет он. — Привет, — продолжает ослеплять своей счастливой улыбкой прокурор, — Ким Тэхён, да? — в ответ заторможенно кивают, — очень рад. Где Чимин? — А-а… Он… — Он в комнате, — перебивает Чонгук, показывая рукой за спиной омеге уйти отсюда. Тот всё понимает и сбегает в комнату к другу, предупредив о нежданном визите в их квартиру. — Давай помогай, — Хосок протягивает полицейскому пакеты, и, судя по звукам, внутри них бутылки. — А я не понял, тебя приглашали? — выходит довольно грубо, но Хосок не обращает внимания. Или же делает вид… — У меня классная новость, зови всех, будем отмечать, — поставив два пакета на стол, он оглядывается, — где тут ванная? — не дождавшись ответа, уходит мыть руки. Чонгук хмурится недобро и бросает пакеты на диван. Что он тут забыл? И что за новость у него такая, что он смеет врываться в дом к двум омегам без приглашения? В комнате Чимина темно из-за занавешенных штор, довольно грязно и пыльно. Пахнет потом, и Тэхён, зайдя внутрь, тяжело вздыхает, осматривая обстановку вокруг. Сам же омега лежит на кровати под одеялом, не подавая признаки жизни. — Чимин-и, — Тэхён присаживается возле его кровати на корточки. Рукой тянется к лицу друга, убирая чёлку спутанных волос со лба. — Я не хочу разговаривать, — бурчит омега. — Я понимаю, я знаю… Но там… К нам пришли. — Кто? — Тот самый прокурор, Хосок вроде бы. Чимин подрывается на кровати, хмуро глядя на друга. — Какого хрена ему нужно здесь?! — шипит он. — Не знаю, — Тэхён встаёт на ноги, когда его друг поднимается с кровати и, обув тапочки, выходит из спальни. Сейчас может начаться скандал. Он уверен. Ведь Чимину не раз приходилось отшивать надоедливого альфу, и не всегда выходило вежливо. За последнюю неделю тот постоянно присылал цветы курьером, которые Чимин никогда не принимал, а оставлял в подъезде либо же выкидывал из окна. Тэхён злится. Неужели этот прокурор настолько глупый и не понимает, когда его в открытую динамят и посылают куда подальше? Почему он достает Чимина и не пытается стать услышанным? Но вдруг он действительно влюблен и поэтому так себя ведёт? — пробегает мысль. Тэхён задумывается. Если бы Чонгук не был так настойчив, Тэхён бы не поверил в его искренность. Что, если Хосок идёт напролом, потому что безумно влюблён в Чимина? Он слышит недовольный громкий голос друга и спешит в гостиную. — Забирай свои пакеты и проваливай отсюда! — кричит омега. — Воу, успокойся, Чимин-а, — удивлённо отвечает Хосок. Увидев омегу и его вид, он почти потерял дар речи. Где тот соблазнительный красавчик? Почему омега так устало выглядит? Что могло случиться за неделю? Альфа помнит, как они недавно встретились на улице, а после обедали в кафе, и Чимин там выглядел совсем иначе. — Я решил проведать тебя, — пытается успокоить взбешенного хозяина дома Хосок. — Я… — Уйди. — Твой бывший арестован. Я хотел лично сообщить. — Что? — удивляется Чимин. Тэхён с Чонгуком, стоя рядом с другом, переглядываются. — Я получил ордер на обыск и заявился к нему, — Хосок поджимает губы и смотрит на принесенные пакеты, — может, всё-таки сядем за стол? Зря я, что ли, притащил вкусняшек? — усмехается он. Чимин растерянно моргает, не веря в услышанное. Намджуна задержали, наконец-то! Минус одна огромная проблема из его жизни. Значит, все полицейские знают об этом, и Юнги в том числе. Но он не сообщил. Видимо, альфа даже по делам не желает разговаривать с ним. Он горько усмехается, чувствуя, как внутри вновь закипает злость, смешанная с обидой. Сколько времени он ждал напрасно! Юнги действительно безразличен, и не только к чувствам Чимина, но и к нему самому. Ну что ж, так тому и быть. Три недели ожиданий — это уже слишком. Катись ты к чёрту, Мин Юнги! После того как Чимин принял душ и переоделся, они с Тэхёном накрыли на стол и решили немного посидеть и послушать всю историю задержания от прокурора. — И что там за статьи? — делая глоток морса, интересуется Чимин. — Тебе лучше не углубляться, дело только завели, — отмахивается Хосок. — Получается, теперь мы можем переехать на старую квартиру, чтобы не платить аренду? — спрашивает Тэхён. Чонгук на это недовольно поджимает губы и молчит, сжимая ладошку омеги под столом. — Думаю, да, — отвечает прокурор, — почему нет. — Лучше дождаться суда, — Чонгук не считает переезд хорошей идеей. Ведь Кима могут отпустить под залог, и он без проблем может нагрянуть к бывшему мужу и любовнику. — Кстати, — вспоминает Хосок, — твоё заявление ему придется забрать, если он не хочет себе еще больших проблем. — Правда? — радуется Тэхён. — Значит, тебя не будут судить? — Не будут, — продолжает прокурор. — Киму невыгодно это будет при дальнейшем разбирательстве. Омега, переполняясь счастьем, с радостью обнимает Чонгука, поддавшись порыву. В ответ его нежно целуют в губы, и Тэхён мгновенно заливается румянцем. Он неловко отстраняется от альфы и опускает взгляд, а Чимин лишь усмехается, заметив смущение своего друга. — Так, — Хосок достает звонящий телефон, — это по работе, — он выходит на балкон. Чимин молча встает, убирая со стола пустые тарелки, и решает сразу помыть. — Ты ему ещё не сказал? — слышится шёпот Чонгука, и омега прислушивается. — Нет, Чонгук, сейчас не время, — шепчут ему в ответ. — А когда? Ты не можешь жить у него всё время. — Я не могу оставить его одного. Пожалуйста, давай ещё немного подождём… Чимин, закрыв глаза, тяжело вздыхает. Он знает, что эти двое уже давно мечтают жить вместе, но Тэхён упрямо отказывается от переезда, хотя омега уверен, что тот тоже хочет жить вместе с альфой. Да и что ему здесь делать? Чимин не нуждается в няньках, он не маленький и способен сам разобраться со своими проблемами. К тому же он совсем не хочет становиться преградой для их с Чонгуком отношений. Тэхён заслуживает того, чтобы жить отдельно. Он должен заботиться о себе, о своём малыше и о своём мужчине. Строить счастливую жизнь, а не тратить все силы на утешение друга. Конечно, Чимину приятно, что его не оставляют в трудную минуту, но пора двигаться дальше и не зацикливаться на второй неудачной попытке стать счастливым. В конце концов, мы сами куём своё счастье, и на свете есть много других альф. Чимин почти уверен, что он не останется один. Но зачем сердцу нужны другие, если оно жаждет лишь одного? Того, кто уже прочно занял там местечко и, кажется, не собирался уходить. — Ну что, может, по виски? — в комнату возвращается Хосок. — Я пас, мне нужно отъехать по делам, — отвечает Чонгук. Он достает телефон, набирая сообщение.

Кому: Юнги-Хён

Хён, срочно приезжай домой, есть серьёзный разговор.

— Я тем более не буду, — улыбается Тэхён, — мне нужно в больницу. — Иди собирайся, я тебя подвезу, — Чонгук целует омегу в щеку и подгоняет в спальню. — Я тоже не хочу, но ты пей, если хочешь. Всё-таки повод есть, — Чимин возвращается обратно на диван. — Скучные какие все, — фыркает Хосок и, открыв бутылку, наполняет себе бокал, присаживаясь на стул-кресло рядом с диваном. — Закрой дверь, хён, — кричит Тэхён. — Ага, — зевая, отвечает Чимин. Тот ему кивает и, улыбнувшись, выходит из квартиры вместе с Чонгуком. — Ну давай рассказывай, что у тебя случилось? — Хосок разваливается на кресле, закидывая ногу на ногу, и смотрит на омегу. — У меня всё нормально. — Оно и видно, — усмехается альфа, — если у человека всё нормально, он не выглядит так, словно его переехали катком. Чимин молчит, опустив голову, разглядывая на дне бокала сок. — Ты меня отшивал всё это время, потому что в кого-то влюблен? — Допустим. — И этот кто-то обидел тебя? — Предположим. Хосок пристально смотрит на омегу и хмыкает. — Не хочешь поделиться? — А по моим ответам не ясно, что я не хочу, Хосок?! — недовольно отвечает Чимин. — Выскажись, легче же станет, — альфа садится на диван, закидывая руку на спинку. Они пару минут сидят в молчании. Чимин думает, стоит ли ему делиться своими переживаниями, стоит ли вновь раскрывать свою душу кому-то? Он кидает взгляд на Хосока и коротко улыбается. Тот выглядит безобидно, ему хочется довериться. Возможно, из него такой же хороший слушатель, как и хороший прокурор. Да кто его знает… — Я позволил себе влюбиться, — тихо начинает он, — наверное, мы поспешили, мало узнали друг друга… Я не знаю. — Разговаривать пробовали? — Я ждал, но, видимо, ему это не нужно, — Чимин смахивает слезу и улыбается, кидая взгляд на альфу, — я не люблю, когда мне ставят ультиматумы или пытаются что-то запрещать. Я не хочу такой жизни, но хочу быть с ним. — Его поведению есть оправдание? — Я не хочу оправдывать его. Я хотел выслушать причину, но у нас не получилось, скорее всего, это конец, и я на самом деле не держу на него зла. Он хороший человек и достоин счастья, — грустная улыбка украшает лицо, — но, видимо, мы не друг для друга. — Чимин-а, — Хосок присаживается ближе, приобнимая омегу за плечи, и разворачивает к себе, — ты чудесный, — он улыбается и легонько дотрагивается пальцем до чёлки омеги, — красивый и соблазнительный. Я когда увидел тебя, у меня внутри всё подпрыгнуло. Чимин на это закатывает глаза. — Иди к чёрту, Хосок. — Давай я помогу тебе его забыть. Хочешь? — он наклоняется к лицу омеги и прижимается к его губам, притягивая к себе за шею. Начинает жадно сминать его губы, обхватывая второй рукой за талию. Чимин, упершись руками в плечи альфы, широко раскрыл глаза и возмущенно застонал. Но вместо того, чтобы отпустить, мужчина лишь крепче обнял его. Омега пару раз ударил кулаками по его плечам. На мгновение он растерялся, когда почувствовал прохладные пальцы под своей футболкой и позволил себя поцеловать. Через секунду он отстранился от чужих губ. Комнату оглушила хлесткая пощечина, и Чимин, вскочив, испуганно вздрогнул, когда раздался до боли знакомый голос: — Что здесь происходит? Он медленно оборачивается, и его сердце замирает, когда на пороге комнаты он видит Юнги.