один с припятью, второй — с прицепом

Встречу Скарамучча назначает аж через две недели. В какой-то степени из вредности, в какой-то — потому что по горло занят работой, учебой и страдает от недосыпа. А еще он отказался от возможности развалиться на пассажирском сидении дорогой машины. Достаточно того, что Казуха в курсе, где Скарамучча знания черпает, палить еще и домашний адрес точно не входило в планы. В единственный свободный от всего день ему хотелось уйти в жесточайший отруб на сутки или, на худой конец, убиться, а не тащить зад в кафе с Казухой. Но он уже пообещал тортики своей микро копии, поэтому, хочет или нет, — обещания выполнять нужно. Хотя бы у одного ребенка в их семье детство должно быть похожим на детство. Кстати о его протеже. Младшая Райден крутилась вокруг него юлой, тут и там ударяя по ногам и тощей заднице кулаками, и громко выкрикивала реплики из мультиков о супергероях, дерущихся не плешивой магией, а исключительно врукопашную. Взращенная Скарамуччей, она была не менее прямолинейной, задиристой и знала себе цену — как и подобает сильной, независимой, пусть пока ещё маленькой, но женщине. Эи — мать Скары, попыталась однажды надеть на Саю платье, и в ответ получила протест. Не такими уж непоколебимыми в итоге оказались ее принципы — спустя время Райден таки согласилась надеть розовую тряпку, но при условии, что Скарамучча тоже что-нибудь нацепит из гардероба матери. А он и надел, хоть и выглядел в коктейльном приталенном платье ужасно нелепо — все же маскулинность за юбкой не скрыть, но даже так было весело распивать с дочерью воображаемый чай из кукольных чашек под People = Shit группы Slipknot. Это воспоминание казалось древним, хотя с того момента всего год прошел. Мучча горой был за свою микро копию, и даже жуткая усталость не стала поводом все кинуть, уехать на край света и жить только себя ради. Он не собирался поступать так же, как мать Саю: наобещать воздушных замков и спустя пару дней сжечь все мосты. Учитывая, что на тот момент Скарамучче было шестнадцать, а младенцу в его руках — едва неделя, это было самой жестокой подставой Если бы не помощь Эи, кто знает, где бы они сейчас были. Ради Саю ему пришлось отложить поступление в вышку, работать неофициально и за полноценную смену получать в два раза меньше положенного, а ночью караулить люльку и плакать так, чтобы не потревожить чуткий сон. Все же Саю спала, как самый настоящий младенец — просыпалась с криком стабильно раз в два часа. Первые три года с ее рождения Скарамучча помнит смутно: они были вязкими, словно патока, дни бесконечно длинными, а сны тревожными. Будучи подростком, он осознавал груз ответственности и понимал — легко не будет. Скара не претендовал на звание идеального отца, но честно старался, чтобы Саю его не возненавидела. У него изредка появлялось время на развлечения вроде просмотра хорроров под пиво с Чайлдом и по-настроению — секс. На последний пункт Скара шел не только денег ради, поэтому вербовал исключительно смазливых мальчиков, чтобы не раздражали сильно и не забывали, что, несмотря на свои теслы и порше на парковке, — это Скарамучча их выбрал, а не наоборот. Мать подозревала, где он шляется по ночам, и с подозрением косилась, когда сын из воздуха доставал деньги на дорогие лекарства и наборы динозавров для Саю, но вопросов не задавала. О чужих скелетах в шкафу Эи хоть и было интересно узнать, но спрашивать Муччу заведомо бесполезная затея — отмахнется, скажет, чтобы не забивала голову чепухой и уйдет спать мертвецким сном. — Ты сейчас упадешь и плакать потом будешь, — Скарамучча остановил Саю, опустив руку на крошечную макушку. — Девочки не плачут! — Все плачут, дорогая, — Скарамучча всезнающе закивал головой. — Никогда не видела, как ты плачешь. — Это не значит, что я не. Казуха должен был подъехать через пару минут, и Скарамучче, на удивление, было немного тревожно. Он сказал, что придет не один, но не предупредил о том, что его компаньоном будет ребенок. Интересно, конечно, глянуть на реакцию Каэдехары, но в случае, если он испугается маленькую воительницу и сбежит, Скарамучча все равно оплатит обещанный чизкейк его деньгами, которые спер еще в первую их встречу. — Ты помнишь наш уговор? — Не говорить вслух то, что думаю о твоем парне? — Саю скептически выгнула бровь. — Какие мы нежные. — Да ладно, всего часик, и я куплю все, на что пальцем покажешь, — Казуха купит, но кого волнуют детали? Саю закатила на него глаза, но за сладкое была готова на что-угодно, поэтому более не стала ворчать. Скарамучча удовлетворительно кивнул — она его не подведет. Ему не столько хотелось обмануть или надавить Казухе на жалость, сколько развлечь себя его реакцией, раз уж он тут. Скарамучча не стал наряжаться, он и в мешке из-под картошки выглядел, как икона, а вот Саю хотела произвести верное впечатление, поэтому надела свой лучший костюм Олл Майта и всю дорогу осуждала его за бежевую поло и свободные джинсы. «А вдруг он пронюхает, что ты простак? Мои торты под угрозой!» Скарамуччу до боли в щеках смешил настрой Саю. Эта встреча — всего лишь последствия его глупого флирта, который восприняли слишком буквально, а он оказался не совсем монстром, чтобы отталкивать наивную искренность Казухи. Не имело значения, какие впечатления он после себя оставит, они тут только чтобы поесть на халяву. Вычурно красная мазда промчалась мимо, сворачивая на примыкающую к заведению парковку. Вспомнишь лучик — вот и солнце. Скарамучча не стал тянуть себя и дочь к выпрыгнувшему из машины точно в полдень Казухе. Много чести. Пусть сам к ним идет. И когда тот начал шагать в их сторону, Скарамучче захотелось рассмеяться совершенно невпопад. Такого цирка он никогда не творил, а еще лицо Казухи с каждым шагом вытягивалось в изумлении все сильнее. Но уверенность его походки была непоколебима, да и ноги вели все так же навстречу им, а не обратно к неприлично дорогой машине. — Привет. — Поразительная пунктуальность. Привет, — Скарамучча на вскинутые для объятий руки рожу кривит так, словно нюхнул скисшего молока. — Ну не при детях же. Казуха пожимает плечами, принимая чужой отказ, а затем резко падает на корточки, чтобы поприветствовать микро компаньона Скарамуччи. — Здравствуй, я Казуха. А тебя как зовут, герой? — Героиня, — закатывает глаза Саю. Казуха такое определено уже где-то встречал. — невежда. Я Саю, — все же она решает простить погрешность улыбчивого незнакомца и жмет его ладонь своей крошечной ручкой. Но только потому, что Казуха не стал здороваться с ней с высоты своих, навскидку, метр семьдесят. Тяжело быть героиней с японскими генами — заветных двух метров роста Саю не видать, сколько бы растишки она не ела. — Моя дочь, — Скарамучча едва не давится смехом, когда брови Казухи взлетают до небес. — Ошибка молодости, — спешит продолжить он с максимально серьезным лицом. — Не мелкая, а знакомство с ее матерью. — Но тогда бы и мелкой не было? — Казуха наконец выпрямляет ноги и снова обезоруживающе лыбится ему. Да что с этим чертом не так!? Скарамучча впервые встречает настолько непробиваемого человека. И дело даже не в том, что Казуха не впечатлен, — ох, он еще как — а в том, что дурацкие спокойствие и вежливость делает его чуть ли не святым в глазах Скарамуччи, который успел разочароваться в половине человечества, не прожив и четверти века. То, какой этот чудак честный и непредвзятый, одновременно с недоверием вызывает у Скарамуччи совсем ненужное расположение. Дурацкому Казухе стоит заметить и держать в голове то, что его очень легко впечатлить такой базой, как адекватность. — Действительно, этот мир нуждается в герое, — по пальцам ноги моментально прилетает маленькой ступней. Скарамучча громко шипит от боли. — Героине! — Будешь выеживаться — перестану делать самолетик, — там, где его копия училась вредности, Скара преподавал. Безобидная угроза возымела эффект, Саю замолчала, но метать взглядом молнии не перестала. От гляделок их отвлек мягкий смех. Казуха хохотал, прикрывая рот ладонью, и с удовольствием наблюдал развернувшийся концерт. Уши Скарамуччи вспыхнули. — Сейчас насмеешься себе на метровый чек. — Если это цена за такую умору, я готов оплатить даже два, — Казуха хохотнул еще раз и протянул ему руку, чтобы наконец зайти внутрь кафе. Скарамучча думал чересчур долго: хватать его костлявую ладонь или нет. Саю оказалась между ними быстрее, чем он успел решить. — Я хочу чизкейк! — она схватила Казуху ладошкой и потянула в сторону входа. Тот метнул взгляд на Скарамуччу, будто интересуясь, нормально ли это. Он махнул на них, и Казуха наконец улыбнулся Саю. — Я тоже, у тебя есть любимые начинки? — С черникой и малиной. — А Скарамучче что нравится? — Он совсем не любит сладкое, только чужие попы, — после характерного хлопка по лбу Саю прижала руку ко рту и неловко хихикнула. — Ой. — Попы? — Нельзя тебе в разведчики, Саю. Недоразумение они уладили, Казуха был немного обескуражен детской прямолинейностью, но Скарамуччу его смущение веселило страшно, хоть внешне он и упрямился это показывать. — Реально неженка, где ты его нашел? — Саю! — Все в порядке, — Казуха неловко почесал щеку. — В следующий раз постараюсь быть готовым к подобному. Скарамучча хотел съязвить и сказать, что это — их последняя встреча, но отчего-то не стал. «Только потому что Казуха должен заплатить» — успокаивал он себя. Вопреки угрозам Скарамучча ограничился скромной чашкой холодного американо, а вот Казуха на пару с Саю были заядлыми сладкоежками, поэтому Мучча оставил их вдвоем раздербанивать меню. Картина маслом: взрослый парень спорит с пузатой мелочью, какие кексы лучше — с шоколадом или сухофруктами. Скаре и добавить было нечего, потому что оба варианта казались излишне приторными, но свой голос он все равно отдал Саю. Казуха забавно поник из-за поражения в маленьком споре, но старался не подавать виду. Скарамучча в очередной раз убедился в том, что парень хоть и странный, но безобидный. В итоге спор оказался бесполезной тратой воздуха, потому что кексы они все равно взяли и те, и другие. Саю умела затягивать людей своей болтовней, и если бы не причина бесконечного потока речи, такая тяга общаться Скарамуччу радовала бы куда больше. Казуха не выглядел утомленным и действительно ее слушал, комментировал так, словно не с ребенком общался, а обсуждал с заказчиком количество кустов на альпийской горке. До смешного серьезно. Саю не пользовалась популярностью в классе, хотя обычно в младшей школе с этим проблем не должно возникать. Из-за ее интересов и грубоватости другие дети часто сравнивали Райден с мальчишкой и не звали играть. Скарамучче было жаль, он старался восполнять потребность Саю в коммуникации, чтобы она не чувствовала себя одиноко, но полностью заменить общение со сверстниками все равно не мог. В свои девять Саю знала, что он и Эи любят ее по умолчанию, но чтобы добиться симпатии людей вне семьи предстояло не абы как постараться. Порой это значило отказаться от части увлечений и вместо синей пижамы надевать розовую. Но Скарамучча однажды сказал, что все, кто не готов принять ее такую, какой она себе в первую очередь нравится, не стоят внимания. Саю верила ему. А еще она обязательно выпросит у Скарамуччи погулять с Казухой разочек-второй когда-нибудь еще. Даже если придется пустить в ход шантаж. Белобрысый улыбака ей очень понравился. Скарамучча был благодарен Казухе за этот неподдельный интерес, пусть и не понимал его мотивов. С чего бы человеку, который может позволить себе купить все меню в этой далеко не бюджетной кафешке, возиться с ребенком, которого видит впервые? — Сбавь обороты, дорогая, — Скарамучча сербнул из своей чашки и лениво покачал головой, когда маленький пальчик ткнул на очередной десерт в меню, а пурпуровые бусины уставились на жертву разорения. — Вредно лопать столько сладкого за раз, потом не дай бог аллергия всплывет. Казуха, не ведись на ее милую моську. — Я не ведусь, — Казуха неловко почесал щеку, потому что это было чистейшим враньем, а затем обратился к драматично расплывшейся по стулу Саю, — прости, мне не жалко, но твой папа дело говорит. — Зачем ты его нудятину слушаешь, нормально же общались, — она несчастно скривила лицо и Казуха виновато улыбнулся. Скарамучча удовлетворительно хмыкнул, вновь присасываясь к кофе. — Ты точно не хочешь ничего в рот закинуть? — Казуха наконец-то обратил внимание на него. — Я соглашался только на кофе за твой счет. — А… — Казуха большим пальцем показал на Саю, намекая на кучу десертов, которые она заказала. — Бэ. Саю отдельно существующий организм, не надо вешать ее торты на меня. — Тяжело тебе одному с ней? — вдруг спросил Казуха, и от такой резкой смены тем у Скарамуччи голова закружилась. — Нормально, — врет, но плакаться Каэдехаре он не собирался. — Мне мать сильно помогает, часто сидит с ней пока я на работе и в колледже пропадаю. Под одной крышей живем, а вижу ее реже, чем рожи в баре. — Ты поэтому попросил меня взять Саю с собой? — Казуха очень сильно перекрутил, назвав условие Скарамуччи просьбой, но в целом был прав. Мучча кивнул, спрятав лицо в чашке. Какой догадливый. — У нее друзей совсем нет, — Скарамучча сказал это вполголоса. Не хотел, чтобы Саю слышала, как они ее тут обсуждали. Благо шум на фоне и интерес к еде отвлекали ее внимание. — Ты лоб взрослый, но я почему-то был уверен, что вы найдете общий язык. — Мне часто приходится иметь дело с детьми заказчиков, поэтому кое-что да знаю о них, — Казуха отправил в рот кусочек чизкейка. — Ты хорошо постарался, Саю замечательный ребенок. Хотя вредностью вся в тебя пошла. Скарамучча кинул в него салфеткой. — Мне даже угрожать тебе нечем. Казуха игнорирует его безобидную попытку показать клыки. — Повод узнать мою подноготную лучше. Если хочешь, можем еще когда-нибудь выбраться втроем, только в этот раз выберем место, где ты не будешь умирать от голода из-за принципов. — Дохуя смелый? — Скарамучча запульнул в него второй салфеткой. Не в обиду его светлой голове, но Мучча всерьез считал, что Казуха сегодняшнюю встречу выпрашивал только ради секса. Спустя час их милых поболтушек за чаем он мог с уверенностью сказать, что о Казухе он был слишком предвзятого мнения. В такие уютные места обычно не зовут, если изначально планируют свидание с продолжением. Тот факт, что Казуха действительно звал его исключительно на чашечку кофе, пробуждал самые неоднозначные мысли. — Посмотрим, — тем не менее бурчит он. Скарамучче стоило взять себя в руки, в конце концов не положено ему западать на человека только потому, что он оказался адекватным. Где его гордость, черт возьми? Казуха был всего лишь симпатичным и добродушным парнем. А еще ему нравились дети, судя по тому, как рьяно он обсуждал с его мелочью Корпорацию Монстров. Он не перестал думать об этом, даже на следующий день, когда вернулся в не особо любимый, но ставший уже родным бар. Чайлд привычно забалтывал Синьору, а та массировала виски, утомленная громким стендапом рыжего. Его приход не остался незамеченным. — Ну как ты там вчера? По дырке получил? — Еще раз такое высрешь — получишь по мозгам, — Скарамучча забрался на барный стул, тут же опуская голову на лакированное дерево. Он устал. А еще все же спалил домашний адрес, потому что Саю заснула как ни кстати, и тащить ее на горбу до дома было куда проблематичнее, чем воспользоваться предложением Казухи подкинуть их. — Я взял с собой Саю. Синьора наконец начала выглядеть заинтересованной. — Даже так, мамочки! — Тарталья опрокинул стопку апельсинового сока. — Синьора, чуешь, что твориться? В следующий раз он придет с кольцом на безымянном пальце. — Чайлд, иди нахуй. — Это правда нетипично для тебя, — Розалина подперла щеку рукой и с прищуром на него глянула. — Понравился? — Это был уговор и больше я с ним не собираюсь встречаться, поэтому отвалите со своими теориями. — Милый, мы все тут знаем твой неисправимый характер. Ты бы изначально не стал идти с ним никуда, будь уговор или нет. Тем более с Саю, — Синьора всезнающе улыбнулась. — Значит еще существуют парни, способные сгладить твои колючки. — Ничего подобного. Просто Казуха не бесит, вот и все, ты слишком в него веришь. — А ушки то розовые, — Чайлд усмехнулся. — От любви не убежишь, старик. Просто расслабься и позволь себе быть. Не все такие сволочи, как твоя бывшая. Саю уже девять, пора перестать бояться подпускать к себе людей. Тарталья был прав, и Скарамучча знал это, но не рыжему придурку говорить о его проблемах с доверием, поэтому тот в который раз остается посланным нахуй. Казуха был хорошим парнем, но именно поэтому Скарамучча не хотел больше иметь с ним ничего общего. Он не верил, что Каэдехаре действительно хотелось возиться с нищим простаком вроде него, еще и с прицепом. К тому же вряд-ли его будет устраивать то, что между ним и Саю Скарамучча всегда будет выбирать дочь. Хотя кто знает. Казуха был похож на человека, который будет преданно кивать головой на любой его каприз, но зачем Скарамучче мучить человека. Каэдехаре стоит найти такого же улыбчивого балбеса и жить себе в усладу. А Мучча, что ж. У него смена начинается через пару минут.