Friend's don't

Минхо ненавидит весь мир. Он ненавидит человечество, систему образования в колледже, капитализм, групповые проекты и свою жизнь в целом. Его голова раскалывается, глаза горят и он только что порезался, пытаясь открыть ебанный мусорный пакет. Он хочет отключить мир. Он хотел лечь спать и не обращать внимания на свои проблемы, по крайней мере, до понедельника. Минхо хотел закончить с этим днем, с этой неделей, с этим миром. Он зол. Измотан. И он улыбается, услышав тихий стук в дверь. Без малейших колебаний Минхо тут же немедленно прошел через комнату, чтобы открыть ее. При этом он уже ухмыляется. — Хён! — Радостно воскликнул Джисон, не теряя ни секунды, и, споткнувшись, упал в объятия Минхо. Старший легко поймал его. Он всегда поймает Джисона. — Хён, ты даже не представляешь, как ты мне сегодня был нужен. Его слова заставили Минхо улыбнуться. — Ты мне тоже, — пробормотал он и позволил себе уткнуться носом в волосы Джисона, чтобы просто вдохнуть его запах. Объективно, в нем нет ничего особенного. Но знакомая смесь его шампуня, следов одеколона и того отчетливого запаха Джисона… это действует на Минхо как успокоительное. Иногда Джисон шутит, что Минхо – его лекарство против тревожности. И Минхо покорно улыбается, хотя искренне убежден, что Джисон, должно быть, обладает какими-то целебными свойствами. В каком-то смысле Джисон напоминает ему о том, как приятно выйти на солнце после депрессивного дня, проведенного дома взаперти. Когда в его жизни были одни мрачные тучи и дождь, Джисон стал для него светом. И в этот момент Минхо хотел лишь одного – закрыть глаза и греться в лучах его тепла. Они слишком долго обнимались в дверях, но в конце концов зашли внутрь. Джисон плюхнулся на кровать Минхо, и тот спросил его, что он хочет на ужин. Минхо всегда казалось абсурдным, что люди ссорятся из-за того, что им есть. Когда Феликс однажды пожаловался, что чуть не сорвал свидание из-за того, что они просто не могли решить, что заказать, он даже рассмеялся, решив, что это какая-то шутка. У них же с Джисоном разговор никогда не заходил дальше: — Китайская кухня? — О, бля, да… звучит божественно. — Хорошо, я закажу как обычно. Но, видимо, это может стать предметом спора для людей. — Ух, хотел бы я встретить кого-то столь же внимательного, — пожаловался Хёнджин, когда Минхо однажды рассказал им, что попросит более мягкую версию блюда, которое они хотят отведать, потому что Джисон ненавидит острую еду. — Даже для себя? — Недоверчиво спросил Феликс, и Минхо пожал плечами. — Может, ему захочется попробовать, — ответил он. Он не понимал, почему его друзья делают вид, будто он невероятно заботлив. Разве это не элементарная человеческая порядочность? Он знает, что нравится Джисону, и заказал соответствующее. Все просто. К тому же видеть, как радостно загораются глаза Джисона, когда Минхо кормит его кусочком своего собственного блюда, определенно стоит чего-то более скучного на вкус. Минхо нравится наблюдать за тем, как ест Джисон. Когда принесли ужин, они решили включить старую классику ужасов. Они улеглись на кровать Минхо, просто отдыхая и наслаждаясь едой. Блюда были вкусными, фильмы – забавными, а щеки Джисона – восхитительно полными. Слишком рано младший отложил пустой контейнер и зевнул. Минхо молча оплакивал потерю его хомякоподобной мордочки, но это длилось недолго. Вскоре Джисон уютно свернулся калачиком, положив голову ему на колени. Он немного напоминает Минхо его кошек. Мило. Минхо невольно задумался о том, как бы выглядела эта сцена для посторонних людей, и не подумают ли те, что они встречаются, увидев их в таком виде. Он вздохнул и провел рукой по волосам Джисона. Вполне вероятно. Но между ними все не так. И никогда не было. Джисон не был парнем Минхо, он был просто… просто его человеком. Иногда Джисон называет их родственными душами, и Минхо с этим согласен. Они словно созданы друг для друга, как кусочки пазла, идеально подходящие друг другу. Обычно Минхо не самый большой поклонник… близости любого рода. С другими людьми Минхо даже не особо любит обниматься. Он терпит, если это кто-то, кто ему искренне нравится, Феликс, Хёнджин или его семья. Но обычно он просто хочет побыстрее закончить с этим. С Джисоном же все совсем по-другому. Необъяснимо, но так было всегда. С того самого дня, как они познакомились, между ними всегда были теплые отношения. Им обоим это нравится. Это успокаивает, дарит комфорт… просто приятно. Это правильно. Джисон рассказал ему, что боялся признаться Минхо в том, что он гей. Он боялся, что отношения между ними изменятся. Что Минхо будет не по себе от такой близости, зная, что Джисону нравятся мужчины. Это было смешно. Как будто что-то могло заставить Минхо меньше любить Джисона. Минхо готов подставиться под пулю ради него. Он спрячет тело. Он отправится в тюрьму до конца своих дней, чтобы покрыть его. Конечно, ему не очень нравится мысль о том, что Джисон может быть с другим мужчиной. Но почему это должно означать, что ему неприятно находиться рядом с ним? Для Минхо физические прикосновения между ними всегда были платоническими. В них никогда не было ничего даже отдаленно сексуального. Джисон никогда бы не увлекся Минхо в этом смысле, и… Минхо не был геем. Так что да, на этом все и закончилось. Конечно, Минхо размышлял о том, стал бы он встречаться с Джисоном, если бы ему нравились мужчины. И пришел к выводу, что да, наверное, стал бы. Джисон красивый. В этом нет никаких сомнений. Эти большие круглые щенячьи глаза, способные подвигнуть Минхо на немыслимые поступки… Эти пухлые губы, которые складываются в сердечко, когда Джисон улыбается… Эти круглые щечки, что почти придают младшему вид хомячка… Что тут не могло быть невероятно очаровательным? Да и по характеру они явно подходят друг другу. И если бы Минхо нравились мужчины, он бы сходил с ума по талии Джисона. Он и так не может оторваться от нее. А еще мускулистые руки Джисона, его рельефная грудь, эта задница… Феликс любит называть Минхо «охотником за задницами». И да, Минхо даже не отрицает этого. Ему нравится легонько шлепать своих друзей, когда они проходят мимо. Это забавно. Однако в случае с Джисоном все иначе. Он просто лучше других реагирует на это, да и задница у него, честно говоря, лучше остальных. Иногда Минхо просто не может перестать ее трогать. Джисон, кажется, не против. Он делает замечания, подшучивая над Минхо за то, что у него «задница эмоциональной поддержки», но никогда не просит его остановиться. — Я хочу спать, хён, — прошептал Джисон и оторвал Минхо от его мыслей. Его сонливость заставила танцора ласково улыбнуться. Это всегда происходило одинаково. Джисон говорил, что устал, а Минхо отвечал, что ему нужно умыться. Тогда Джисон дулся до тех пор, пока Минхо не сдавался и не приносил зубную щетку Джисона, чтобы тот мог лениво чистить зубы на кровати. Иногда он даже хныкал, пока Минхо не делал это за него. Это было мило. По-домашнему. Минхо точно не знает, когда это произошло, но со временем у него стало скапливаться все больше и больше вещей Джисона. Это были мелочи. Например, технически Минхо делил ванную комнату только с соседом по комнате, но в ней всегда было три зубные щетки, две из которых находились в стаканчике Минхо. Это всегда вызывает непроизвольную улыбку у танцора, когда он видит их по утрам. Кроме того, в шкафу всегда лежит пачка салфеток для снятия макияжа, которые предпочитает Джисон, а также один из его модных наборов для бритья. Он всегда хранит несколько замороженных пирожных, которые Джисон любит есть на завтрак. А в холодильнике обычно хранится апельсиновый сок. В какой-то момент Минхо даже купил подушку поменьше, потому что Джисон постоянно жаловался на большие подушки Минхо. В доме Минхо было так много младшего. Танцору нравится думать об этом, как о доказательстве того, что их жизни переплелись со временем. А вот чего у него точно нет, так это одежды Джисона. Да и младший никогда не берет ее с собой – только изредка, когда у них что-то запланировано на вечер или раннее утро. Обычно Минхо просто даёт свою футболку и боксеры, а Джисон с радостью надевает их. В этот вечер танцор выбрал для него черно-серое сочетание. Ткань футболки очень мягкая, и она настолько велика, что Джисон практически утопает в ней. Минхо улыбался, глядя на то, как уютно младший выглядит, завернувшись в его одежду и одеяло. Однако Джисон, похоже, не испытывает особого терпения по поводу того, что его укутали. — Хён, иди сюда, — простонал он, и Минхо осторожно перебрался к нему в кровать. Обычно в такой момент они просто засыпали. Но в эту ночь Джисон удивил Минхо, пробормотав: — Ты хоть понимаешь, что ставишь непомерно высокую планку для любого парня, который может появиться у меня в будущем? Минхо надулся. Он, как всегда, обнял Джисона за талию и притянул младшего к себе. — Просто спи, — пробормотал он. Но в его груди что-то расцвело от слов Джисона. Что-то похожее на гордость. Это было неоспоримо: ему нравится заботиться о младшем. Он обожает это. И он защищает его. Если благодаря его действиям Джисон в будущем будет поддерживать высокие стандарты… Может быть, даже непостижимо высокие, чтобы никто и никогда не подошел к нему настолько близко, чтобы причинить боль. Что ж, тогда это идеально.